Алекто

- Ну же! – прохрипела я, пытаясь выпутаться из них.
       Холод распространялся, оставляя после себя липкий пот, постепенно окутывавший мое тело и отбиравший силы. Я поняла, что не смогу подняться. Хотела позвать помощника, но голос не слушался. А смех, затихший на время, снова вернулся в мою голову:
       - Ну, тише, тише. Все хорошо. Мы поможем тебе, надо лишь немного потерпеть.
       - Не хочу, - еле слышно прошептала я и практически задохнулась от внезапной судороги, пронзившей меня.
       - Вот, так-то лучше. Не сопротивляйся.
       - Нет. Нет! Саша!
       Голос в голове стал громче:
       - Даже не пытайся. Раньше надо было думать, девочка моя. А сейчас он уже не сможет тебя услышать. Да и не пожелает.
       - Что?!
       - Неужели ты думаешь, что нужна ему? Нет. Уже нет. В тебе нет силы. По крайней мере, той, за которой он охотится.
       - Не может быть!
       - Может. Ты бесполезна. Смирись.
       - Никогда, - уже мысленно ответила я, понимая, что своего голоса не слышу, а рук и ног практически не чувствую.
       - Упрямая. Это хорошо. Но ты действительно перестала представлять для него всякий интерес в тот самый момент, когда он почувствовал, что ты исторгла из себя силу. Как это вообще возможно?! Отказаться от искры! Ты хоть поняла, что наделала?
       - Не я должна была получить ее.
       Раздавшийся смех буквально впивался в мозг:
       - Не тебе это решать. Магия выбирает, не ты. А уж если тебе вздумалось, что от тебя что-то зависело, пора тебе, деточка, опуститься с небес на землю. Так вы говорите, люди? Столько веков здесь, и никак не привыкну к вашим словам.
       - Нет. Почему его нет? – я продолжала звать Ищейку, но чувствовала внутри стену, через которую не пробиться.
       - Сказано же тебе, не услышит. Зачем ты ему? У него есть другие, намного более важные дела, чем нянчить глупую смертную.
       Даже сейчас, в каком-то измененном состоянии сознания, понимала, что невидимый собеседник прав. Это больно и дико, но он прав! Значит, все мои мысли тоже были правильны. О, нет!
       - Чего притихла? – вкрадчиво поинтересовались у меня.
       - Кто ты? Кто?
       - Мы уже встречались. Помнишь ли? Это было в твоей прошлой жизни. Или настоящей? Ты же так хотела ее вернуть.
       - Зачем?
       - Хороший вопрос. Что ж, встретимся, и я все тебе расскажу. А произойдет это очень скоро. Тебе пора.
       И с этими словами он усилил нажим, и судорога снова накрыла меня, заставляя выгибаться дугой. Вспышка, то ли в мыслях, то ли наяву ослепила меня, и я рухнула на пол, абсолютно ничего не чувствуя. А может, так и надо?
       
       Леар знал, что с Майей что-то происходит. Не дожидаясь новостей из клиники, он сам направился туда, чтобы все узнать. Увидев у входа ее родителей, замер, позволив им войти первыми. На бледном лице матери виднелись следы слез, которые она то и дело смахивала. Отец держался, только хмурился, чтобы не дать себе слабину. Ищейка слышал их разговор, стоя за колонной.
       - Я не знаю, что делать. Все же только наладилось!
       - А у нас есть какой-то выбор? – отец Майи горько хмыкнул. – Ты помнишь приступы паники, которые были у нашей девочки с самого начала? Она была на успокоительных постоянно. И мы решили, что лечение пошло на пользу, раз приступов со временем стало меньше. Но это! Такого не было даже тогда!
       - Она же никого не узнает, никого не слышит.
       - Маш, нам надо подождать. В этом-то и самое больное: мы ничего не можем сделать. В клинике хорошие врачи, и нам придется полагаться на них. Слышишь?
       - Да, да. Пойдем к ней.
       Родители пошли к палате, а Леар взглянул на свой кулак, покрытый белой пылью, а потом на колонну, где теперь красовалась большая вмятина от его удара. Надо же, а он этого даже не заметил. Чувство вины из-за Майи снова заворочалось внутри: он должен был ее спасти! Любыми способами. А теперь молодая девушка живет в собственном закрытом мире и должна постоянно принимать лекарства. Судя по словам родителей, приступы вернулись. Он помнит, как она кидалась на стены и швыряла мебель в призраков, которые, как ей казалось, хотели причинить ей вред. Но только Ищейка знал, что это были те самые существа Сумрака, пытавшиеся проверить ее и сбить с пути. Разум не выдержал, и Майя сломалась.
       - Но что же с тобой теперь? – обеспокоенно пробормотал он, заходя внутрь клиники и поднимаясь на второй этаж.
       Оказалось, что, пока его не было, Майю перевели в другую палату. Пришлось подняться еще на этаж, и там Леар увидел ее родителей, стоявших у окна в палату. Звукоизоляция стен заглушала все, и в коридоре крики девушки не были слышны. Для людей, но не для Ищейки. Он вслушивался, борясь с желанием броситься туда. Майя снова видела Сумрак, снов боялась нападения и молила о помощи всех вокруг. Мужчина медленно пошел вперед и на миг остановился за спиной родителей Майи, будто искал нужную ему палату. И увидел девушку, привязанную к кровати, которая билась в истерике, не давая медсестре сделать укол. Вдруг Майя взглянула на Леара, и на ее лице мелькнуло узнавание:
       - Помоги мне! – прошептала она.
       Отец Майи резко повернулся и окинул взглядом Леара:
       - Вы знакомы с моей дочерью?
       Но мужчина его уже не слышал. Перед собой он видел только ее глаза, в которых застыла боль и мольба. Не медля, Ищейка зашел в палату, кивнул медсестре и прибежавшему врачу:
       - Я могу чем-то помочь?
       - Я должна сделать укол, - уставшим голосом сказала медсестра, узнавшая этого странного посетителя, который время от времени приходил к девушке. – Он должен попасть точно в вену, но Майя не перестает брыкаться.
       Вздохнув, Ищейка, не замечая больше ничего, подошел к девушке поближе и заметил, что она напряженно наблюдает за ним из-под полуприкрытых век, не переставая метаться. И он сделал то, что должен был.
       - Майя, ты слышишь меня? Майя?
       Он медленно протянул руку, чтобы коснуться девушки, но она резко ее отдернула, зашипев. Взгляд резко изменился, и теперь он уже ее не узнавал. Ее нет, но вот что-то, вдруг проснувшееся внутри ее глаз, было ему очень знакомо. Леар прекрасно помнил это серое марево, в которое метнулись предатели. Вот значит как! Маркхи все же осмелились посягнуть на Майю, заставив ее кошмары вернуться. Сумрак оставил в ней свой след и ушел, но они посмели напомнить об этом. Они сделали свой ход. Больше Ищейка не позволит Майе почувствовать себя одной.
       Воин не любит изменять время. Для него это всегда было тягучей субстанцией, которая вела себя порой совершенно безрассудно, позволяя себе теряться и терять людей в себе. Время неподвластно контролю, так думают люди. Знали бы они, что иногда намного лучше не иметь достаточной силы контролировать его; как только вмешиваешься, тебе приходит отдача. И без нее никуда и никогда. Время может мстить, время может причинять боль. Но иногда, как бы странно это ни было, оно может помогать, когда ты готов принять последствия. Ищейка был готов. Вздохнув, усилием воли замедлил ход времени и искривил пространство так, чтобы остаться с Майей наедине. Девушка все еще была в измененном состоянии сознания и заметалась, понимая, что что-то происходит.
       - Что же они с тобой сделали? – прошептал Леар, окинув взглядом девушку, но больше не делая попыток прикоснуться.
       Маркхи отравили ее магией, заставив Сумрак вернуться в ее сознание. Зараза будет распространяться дальше, если вовремя не остановить. Выход был, но какой… Сумрак не любит, когда его беспокоят. Сумрак не желает быть там, где к нему взывают. Сумрак позволяет существовать только тем, кто знает дороги – ищейкам. И в это мгновение Леар понял, что очень давно не был там. Пора наведаться, пора. Мужчина осторожно позвал Сумрак, обращаясь к его частице внутри себя, и получил отклик неожиданно быстро. Пространство вокруг изменилось, очертания предметов исчезли в сизом тумане, как и Майя, и Ищейка остался один. Клубы медленно танцевали вокруг него, подчиняясь порывам невидимого ветра, обнажая то огромные валуны, но разрушенные дома, то белоснежные кости, которые прошли через песок времени.
       - Помоги мне, - тихо попросил он, вдыхая осторожный сумрачный аромат, который ни с чем невозможно спутать. Боль, ярость и свобода смешались в нем.
       - А надо ли? – ответил Сумрак множеством голосов. – Она не справилась, поддалась моему соблазну. Ты знал, на что шел. Знающий тебе сказал, что делать. Ты решил рискнуть.
       - Надо, - скривился Леар, ощущая, как туман подбирается к нему. – Не должны люди участвовать в наших распрях.
       - Ты себя слышишь? Вы живете в мире людей, постепенно забывая Аррайн! Ты хочешь жить здесь, но не иметь дел с ними?! Смертные глупы в большинстве своем, да, но иногда и они понимают, что происходит что-то не то.
       Ищейка молчал, потому что вдруг понял одну страшную вещь: Сумрак никогда не приходит так быстро, не говорит так много. Эта сущность любит скорее намеки или знаки, но не разговоры. Но в данный момент все буквально кричало о том, что она пришла не просто так.
       - Наконец-то! – голоса вокруг расхохотались. – Леар, ты расстраиваешь меня. Ты ли это? Тогда девчонку не спас, сейчас упустил фурию и позвал меня, чтобы справиться с влиянием маркхов. Они поднимают голову, но оружием я не являюсь. По крайней мере, пока сам этого не захочу.
       - Я должен помочь Майе, - прошептал Ищейка, пытаясь разогнуть пальцы, которые сводила дикая судорога.
       - Должен, значит, - усмехнулся Сумрак, постепенно сгущаясь, и через секунду перед Ищейкой стояла Майя с побелевшими глазами, скрестив руки на груди. – А силенок хватит?
       - Что ты делаешь?
       - Хочу понять, почему я, - пожала плечами девушка. – Я не хотела этого: ни видений, ни преследования, ни лечебницы, где сейчас нахожусь. Почему ты не мог просто меня отпустить? Не смог защитить моих родных, заставил оказаться в этом мерзком месте?! Может, для тебя это и дом, но мне тяжело здесь находиться! Ты виноват во всем, ты!
       Майя сорвалась на крик, голос проникал в голову Леара, но сама она не двигалась, белыми глазами насмешливо наблюдая за его реакцией. Было в этом что-то противоестественное: хрупкая девушка кричала, но оставалась спокойной. Как такое возможно? И она права. Можно было тогда найти способ помочь ее семье, не подвергая опасности. Но Леар предпочел не ждать, а тут же броситься в гущу событий, ломая все на своем пути.
       - Майя, послушай меня, - прохрипел Ищейка, чудом удерживаясь на ногах. – Я все еще могу спасти тебя. Дай мне прикоснуться, и я заберу магию маркхов себе. Кошмары оставят тебя, и ты снова почувствуешь спокойствие.
       - А Сумрак? – задумчиво спросила девушка.
       - Он тоже уйдет, - поспешил заверить ее Леар.
       - Мне только надо тебя коснуться? – Майя сделала пару шагов вперед и остановилась на расстоянии вытянутой руки, будто раздумывая.
       - Да. Все просто.
       Девушка медлила. Мужчина понимал, что она сомневается, ей страшно, как понимал он и то, что не сможет долго удерживать пространство и время. Скоро придется отпустить, и тогда вся затея пойдет прахом. Но ни в коем случае нельзя ее торопить.
       - Я домой хочу. Я устала. Помоги мне! – наконец решилась Майя и, прикоснувшись к его руке, хотела отпрянуть, но Ищейка не дал, крепко схватив ее за запястья.
       - Что ты делаешь?! Ты же обещал! – начала вырываться она.
       А Леар вымученно усмехнулся:
       - Все правильно. Я и помогаю. Вот только не тебе, а ей. Неужели ты думал, что я не узнаю свою любимую сущность?
       Майя моргнула, усмехнулась и резко успокоилась:
       - А вдруг. Ты давно не приходил. Но навыки остались, хотя бы какие-то.
       Ищейка продолжал сжимать руки воплощения Сумрака, опускаясь вниз и заставляя опускаться вместе с собой. Сущность не могла вырваться, не теперь, и ей приходилось повиноваться. Очертания смазывались, и Леар уже не был уверен, видит ли по-прежнему перед собой лицо Майи.
       - Верни меня к воротам, - попросил он.
       - Ты так хочешь им отомстить? Тебе придется прочувствовать все и за себя, и за нее. И эта боль лишь вернет ее в исходную точку, не более.
       - Да. Она достаточно настрадалась. Верни.
       Сначала ничего не происходило, но потом мужчина понял, что сжимает уже раскаленные прутья тех самых ворот, которые служили входом в сумрачное царство. Он отчетливо ощущал запах паленой плоти, чувствовал, как жар распространяется по рукам, захватывая все больше тела, а какофония звуков вокруг, где смешались и крики, и стоны, и стенания, разрывает разум. Он не отпустит. Надо открыть ворота и выпустить Майю, навсегда закрыв девушку от отравы маркхов. Ищейка постарался отгородиться от призрачной боли, которая так напоминала реальную, и толкнул ворота, еще и еще. Нестерпимый жар захватил все тело, и ему на миг показалось, что для него приготовили огненную казнь, как это было когда-то. Засов чуть шелохнулся, и теперь Леар всем телом бросал себя на них, тщательно забывая об ощущениях и очень слабом отголоске чего-то, что он не мог понять. И Сумрак отступил, шепнув на прощание:
       - Помни, что всегда можешь вернуться. Многие уставали от такой жизни и приходили ко мне. Помни.
       

       Глава 12.

       Ищейка очнулся в палате один, как ему показалось. С трудом открыв глаза, он осмотрелся, вспоминая недавние события, и наткнулся на отца Майи, сидевшего в дальнем кресле. Это удивительным не было; больше его беспокоило то, что он в палате, а не в одном из своих убежищ. Все-таки изменения времени и беседа с его родной сущностью не прошла бесследно. Прислушавшись к себе, мужчина понял, что уже начал восстанавливаться, надо лишь подождать. Марк Иосифович молчал, наблюдая за Ищейкой, и тот первым нарушил молчание:
       - Вы хотите поговорить. Я слушаю.
       - Откуда вы знаете мою дочь? – нахмурился мужчина в кресле. – И почему пришли, бросились ее спасать?
       Леар вздохнул:
       - Я давно знаю ее, еще в прошлой жизни.
       Сказал и осекся, но отец Майи понял его правильно, горько усмехнувшись:
       - Ничего, для себя я тоже так иногда это называю. Прошлая жизнь. Другая. Без больниц и голосов, которые не могут оставить в покое мою дочь.
       - Теперь станет лучше. Ее спокойствие вернется.
       - Вы так уверенно об этом говорите. Почему?
       - Не могу рассказать всего, но это действительно так. Кошмары уйдут навсегда, Марк Иосифович.
       - Хорошо, - кивнул мужчина. – Не буду расспрашивать, хоть и вопросов много. Вы помогли, я уже это вижу.
       - Майя в порядке?
       - Когда вы вчера потеряли сознание на несколько минут, дочка тут же очнулась, успокоилась, и на мгновение я увидел в глазах ее прежнюю, - мужчина запнулся на миг, но потом продолжил: - Спасибо вам.
       - Я должен был это сделать. Погодите, вчера?
       - Именно. Вас оставили здесь под наблюдением из-за истощения, решив не переводить в другую больницу пока.
       - Я бы хотел увидеть Майю.
       - Конечно. Я провожу. Дочку перевели в другую палату.
       Леар откинул одеяло и медленно встал, чуть покачиваясь. Марк Иосифович хотел помочь ему, но воин лишь улыбнулся:
       - Все в порядке, дойду.
       Новая палата Майи была просторной и светлой. Здесь не было больше места для отравы, и Ищейка чувствовал это. Девушка рисовала, как и раньше до приступа. Мать сидела рядом и постоянно прикасалась к ней, то поправляя прядь волос, то платье, будто бы боялась хотя бы на секунду отпустить свою дочь. И ничего не напоминало бы о произошедшем, если бы не паника в глазах родителей, которая никак не хотела угасать. И только в этот момент мужчина смог выдохнуть, лично убедившись в том, что подопечная в порядке, и все это было не зря. Ее спокойствие, улыбка на лицах родителей дорогого стоили. На мгновение Ищейка позволил себе обрадоваться: он смог спасти ее, второй раз не отдав маркхам и Сумраку.