— Сядь, — сказал Эстев Томасу Монтгомери, указывая на его кресло.
Томас "Тень" оценивающе посмотрел на него, затем медленно опустился обратно в кресло.
— Так-то лучше, — пробормотал Эстев. — Ты убил моего отца. Это ты лишил мою семью всего.
В комнате стало совсем тихо. Даже Кэсс, обычно язвительная, замолчала, наблюдая за ситуацией. Томас Монтгомери посмотрел прямо в глаза Эстеву, пытаясь понять, насколько серьезна угроза.
— Что ты хочешь? — наконец выдавил он.
— Все просто, — ответил Эстев. — Ты прекратишь все это. Иначе я уничтожу все, что ты построил.
— Ты думаешь, что сможешь меня остановить? — Томас "Тень" вновь ухмыльнулся, но уже не так уверенно.
Эстев молча наклонился ближе, его глаза вспыхнули электрическим светом.
— Я не думаю. Я знаю.
Томас "Тень" сидел в массивном кресле, пытаясь сохранить остатки достоинства, но каждая секунда в присутствии Эстева обнажала его страх. Охранники нервно переминались с ноги на ногу, а воздух в комнате становился все тяжелее.
Эстев, с ледяным выражением лица, сделал шаг вперед.
— Думаешь, ты недосягаем? Думаешь, деньги и твои головорезы могут защитить тебя? — Его голос звучал спокойно, но каждое слово было, как удар грома.
Он протянул руку в сторону охранника, стоящего ближе всего. Молния с грохотом вырвалась из его ладони, ударив мужчину в грудь. Охранник закричал и рухнул на пол, извиваясь от боли.
— Жив. На этот раз, — сказал Эстев, не отводя взгляда от Томаса "Тени". — Но это только начало.
Томас "Тень" попытался что-то сказать, но его голос дрожал.
— Стой, подожди! Мы можем договориться! — выкрикнул он, хватаясь за подлокотники кресла.
Эстев ничего не ответил. Его взгляд остановился на массивной пачке денег, лежащей на столе рядом с Томасом "Тень".
— Это твоя сила? Деньги? — тихо спросил он, затем протянул руку к пачке.
С шипением и оглушительным треском из его ладони вырвалась молния. Огромная пачка денег вспыхнула, моментально превращаясь в пепел. Пламя на мгновение осветило комнату, заставляя всех присутствующих замереть в шоке.
— Ты ведь думаешь, что это все, что нужно, чтобы оставаться наверху? — Эстев шагнул ближе, его голос стал тише, но от этого еще более угрожающим. — Деньги, которые ты вырываешь из чужих рук, не спасут тебя.
Томас Монтгомери начал что-то лепетать, но Эстев подошел ближе, схватил его за воротник и, подняв над землей, пронзил взглядом, сверкающим электрическими искрами.
— Посмотри на меня! — рявкнул он. — Ты думаешь, что боишься сейчас? Это только начало.
Он бросил главаря обратно в кресло, словно куклу, и молниеносно оказался у одного из охранников, который пытался достать оружие. Прежде чем тот успел что-либо сделать, Эстев ударил его электрическим разрядом по руке. Оружие выпало, а мужчина рухнул на колени, корчась от боли.
Кэсс стояла у двери, скрестив руки, ее лицо выражало смесь удовлетворения и осторожности.
— Эстев, думаю, они уже поняли. — Она бросила взгляд на Томаса Монтгомери, который дрожал, как осиновый лист.
Молнии, играющие вокруг его рук, озаряли комнату зловещим светом.
— Ты запомнишь этот день. Запомнишь, что с этого момента твоя власть закончилась. Никто больше не пострадает из-за тебя, — Эстев шагнул ближе, его голос был почти шепотом, но в нем чувствовалась угроза. — А если хоть кто-то еще пострадает, я вернусь.
Томас судорожно кивнул, его губы шевелились, но слова застряли в горле.
Эстев развернулся к выходу, сделав паузу у двери.
— Это был твой шанс. Больше их не будет.
Кэсс последовала за ним, бросив на Томаса последний оценивающий взгляд.
На улице Эстев остановился и глубоко вдохнул. Ночь была прохладной, но его тело все еще пылало от гнева и энергии.
— Это было жестко, — произнесла Кэсс, подходя ближе.
— Но эффективно, — ответил Эстев, его голос был твердым.
Он знал, что это только начало, но внутри него больше не было сомнений: он никогда не позволит им навредить снова.
Путь до парка прошел в молчании. Ночной воздух был свежим, а легкий ветерок уносил с собой напряжение от недавних событий. Эстев шел чуть впереди, время от времени бросая взгляды на Кэсс, которая не торопилась, скрестив руки и с каким-то легким спокойствием смотрела на звездное небо.
Когда они достигли центральной аллеи, Эстев остановился. На секунду он замер, словно обдумывая что-то, затем резко повернулся к Кэсс.
— Спасибо, — сказал он, его голос звучал чуть тише, чем обычно, но в нем чувствовалась искренность.
Кэсс подняла бровь и слегка улыбнулась.
— За что? Это ведь было твое дело, а я просто помогла чуть-чуть... — она сделала движение рукой, словно отгоняя его благодарность.
Но прежде чем она успела сказать что-то еще, Эстев шагнул ближе и обнял ее. Это было внезапно и, на мгновение, застало ее врасплох.
— Без тебя я бы этого не сделал, — произнес он, крепче прижимая ее к себе. — Ты заставила меня поверить, что я могу быть... лучше.
Кэсс замерла, но через пару секунд ее руки осторожно обвили его в ответ.
— Эй, только не вздумай раскисать, Эстев, — сказала она, смеясь, но ее голос звучал мягко.
Они стояли так несколько мгновений, пока ветер шумел в ветвях деревьев. Наконец, Эстев отступил, и его взгляд встретился с ее глазами.
— Ты всегда так поступаешь? Спасаешь людей, как будто это игра? — с легкой улыбкой спросил он.
— Ну, если это и игра, то у тебя явно таланты главного героя, — парировала она.
Эстев усмехнулся, покачал головой и посмотрел вдаль.
— Ты помогла мне понять одну вещь, — сказал он, снова повернувшись к ней. — Я не стану злодеем.
— Отлично, но, думаю, ты все еще не до конца решил, кем хочешь стать, — Кэсс кивнула в сторону аллеи. — И это нормально.
— Может быть, — сказал он, задумчиво глядя на звезды. — Но я постараюсь не сбиться с пути.
Кэсс хмыкнула и повернулась, чтобы уйти.
— Ну что ж, герой, отдыхай. Завтра будет новый день, и кто знает, какие сюрпризы он принесет, — сказала она, махнув рукой на прощание.
— Спокойной ночи, Кэсс, — тихо ответил он, наблюдая, как она скрывается в темноте.
Эстев остался стоять на месте, чувствуя себя легче, чем когда-либо за последние месяцы. Ее присутствие было для него светом в этой хаотичной жизни.
Он посмотрел на ночное небо, вдохнул полной грудью и отправился домой, зная, что впереди еще много испытаний, но теперь он готов к ним.
Вернувшись домой, он на мгновение остановился перед дверью. Ветер обдувал лицо, оставляя на коже прохладный след ночи. Рука замерла на дверной ручке, и он ощутил странное спокойствие, смешанное с легкой тревогой. В голове звучали слова Кэсс: «Завтра будет новый день, и кто знает, какие сюрпризы он принесет».
Когда дверь тихо захлопнулась за моей спиной, в доме было тихо. Только слабое дыхание мамы доносилось из спальни. Ее состояние не выходило из головы — я чувствовал себя виноватым, что оставил ее одну, даже зная, что сделал это ради нее.
Я прошел в спальню. Мама лежала на кровати, укрытая теплым одеялом. Тонкая полоска света из коридора освещала ее лицо, которое казалось одновременно усталым и мягким. Она открыла глаза, заметив меня.
— Эстев? Ты опять вернулся поздно, — ее голос был слабым, но теплым.
Я сел на край кровати и аккуратно взял ее руку.
— Прости, мама. Просто хотел кое-что сделать... для нас, — я отвел взгляд, чувствуя, как внутри сжимается сердце.
— Ты всегда такой заботливый, — она улыбнулась, но в ее глазах читалась тревога. — Ты... ты ведь не лезешь в опасные дела?
Я не знал, что ответить. Сказать правду или обнадежить ее ложью? В конечном счете я выбрал середину.
— Я просто стараюсь защитить нас. Обещаю, я все делаю осторожно.
Ее взгляд задержался на мне чуть дольше, чем обычно.
— Ты так на него похож... — прошептала она.
Сердце кольнуло от ее слов. Я знал, что она говорит об отце.
— Иногда мне кажется, что он все еще здесь, мама, — признался я. — Его слова, его поступки... все это как будто продолжает жить во мне.
Мама сжала мою руку сильнее.
— Он гордился бы тобой. Но, Эстев, прошу, не забывай, что ты еще мальчишка. Ты не обязан нести весь мир на своих плечах.
Я не мог ответить. Только кивнул, пытаясь скрыть нахлынувшие чувства.
— Ты хочешь кушать? — спросил я, решив сменить тему.
Она кивнула.
— Да, конечно...
Я поднялся и поцеловал ее в лоб.
— Я приготовлю тебе что-нибудь. Отдыхай.
На кухне я быстро сделал что-то простое — тосты с сыром и чашку теплого чая. Вернувшись в спальню, я осторожно подал ей поднос. Она улыбнулась, хотя усталость все еще читалась в ее движениях.
После того как мама поела, мы сидели в тишине. Но эта тишина была теплой, а не давящей.
— Эстев, ты хороший сын, — сказала она вдруг. — Но мне кажется, ты что-то скрываешь. Я не буду давить, но знай, что я всегда здесь, чтобы выслушать тебя.
Я долго смотрел на нее, прежде чем ответить.
— Спасибо, мама. Это много для меня значит.
Эта ночь наполнила меня решимостью. Я знал, что должен защищать ее любой ценой. Но также знал, что она заслуживает правду... рано или поздно.
Утренние лучи солнца мягко пробивались через занавески, когда я услышал громкий стук в дверь. Сначала я подумал, что мне это послышалось, но стук повторился, более настойчивый.
— Эстев, открой, — раздался слабый голос мамы из спальни. — Я сейчас не в состоянии...
Я быстро поднялся с кресла, на котором задремал, и направился к двери. Поправляя футболку, я ощутил, как мышцы чуть ноют после вчерашнего.
Открывая дверь, я ожидал кого угодно, но не это. На пороге стояли двое взрослых: мужчина в строгом костюме и женщина с папкой в руках. Их лица выражали смесь удивления и легкого беспокойства.
— Доброе утро, — сказала женщина, пытаясь скрыть замешательство. — Простите за ранний визит. Вы... вы Эстев?
Я нахмурился, слегка сбитый с толку их реакцией.
— Да, это я. А вы кто?
Мужчина кашлянул, пытаясь восстановить самообладание.
— Мы представители школы. Я директор мистер Харрисон, а это Грей Лилиан, социальный педагог. Мы пришли обсудить ваши пропуски.
— Мои пропуски? — переспросил я, невольно подавшись вперед.
Грей Лилиан поправила очки и снова посмотрела на меня.
— Мы, честно говоря, не узнали вас сразу. Вы выглядите... по-другому.
Я стоял, скрестив руки на груди, и чувствовал, как их взгляды изучают меня. Это было даже забавно. Конечно, я изменился. Раньше сутулый и неуверенный в себе, я теперь стоял прямо, а мои плечи выглядели шире. Лицо, кажется, тоже стало жестче, а взгляд — увереннее.
— Просто тренировался, — коротко пояснил я.
Они переглянулись. Грей Лилиан слегка кивнула, а затем продолжила:
— Эстев, дело в том, что вы уже несколько месяцев не появляетесь на занятиях. Это недопустимо, понимаете?
Я посмотрел на нее, затем на мистера Харрисона. Их слова звучали формально, но в них чувствовалось искреннее беспокойство.
— Знаю. Были причины, — ответил я, опуская взгляд.
— Мы понимаем, что у вас, возможно, сложная ситуация, — вмешался мистер Харрисон, стараясь говорить мягче. — Но вы ведь талантливый парень. Ваши успехи в физике, математике... такие ученики, как вы, нужны школе.
Я почувствовал, как легкая улыбка появилась на моем лице.
— Звучит так, будто вы пытаетесь меня вернуть любой ценой.
Они снова переглянулись, теперь немного смущенные.
— Мы просто хотим помочь вам. Вам нужно завершить учебу, чтобы строить будущее, — объяснила Грей Лилиан.
Я задумался. С их стороны все это выглядело логично, но для меня все изменилось. Школа, домашние задания, экзамены — все это казалось таким далеким. Мои приоритеты стали другими.
— Я подумаю, — сказал я наконец.
— Хорошо, — кивнул мистер Харрисон. — Но, Эстев, помните: мы здесь не для того, чтобы вас осуждать. Если будет нужна помощь, обращайтесь.
Я кивнул, и они удалились. Затворив дверь, я остался стоять в коридоре. Их визит неожиданно напомнил мне о той жизни, которую я почти оставил позади.
Школа, учителя, одноклассники... Смогу ли я туда вернуться? И нужно ли мне это теперь?
Я прошел в кухню и налил себе воды, пытаясь привести мысли в порядок. Но одно я понял точно: даже если я вернусь, это уже будет другой я.
Наступила новая неделя, и я впервые за долгое время вошел в школьное здание. Проходя мимо вахтерши, я заметил, как она с удивлением подняла на меня глаза, но промолчала. Этот момент повторялся с каждым, кто попадался мне на пути. Учителя, ученики, даже уборщица — все смотрели, будто перед ними стоял совершенно новый человек.
Школа встретила меня шумом перемены. Кто-то перекрикивался через коридор, кто-то спешил к своему шкафчику. Но когда я появился в поле зрения, разговоры стихали. Я чувствовал на себе взгляды — одни полные удивления, другие настороженности.
— Это он? — шепнул кто-то за моей спиной.
— Да, это Эстев. Смотри, как он изменился.
— Но ты же помнишь, что он сделал с Коулом?
Эти слова резали слух, но я старался не показывать реакции. Я прошел мимо, стараясь выглядеть спокойным. Однако внутри я чувствовал, как напряжение медленно нарастает.
Некоторые лица из прошлого промелькнули в толпе. Ребята, с которыми я когда-то играл в футбол, девчонки, смеявшиеся над моими шутками. Но теперь никто из них не рискнул подойти.
Мое отражение в стеклянной двери кабинета подтверждало их страхи. Высокий, крепко сложенный, с серьезным взглядом, я больше не был тем неуверенным подростком, которого можно было игнорировать или унижать.
Когда прозвенел звонок, я вошел в класс. Разговоры сразу стихли. Взгляды одноклассников метались от меня к друг другу. Я спокойно прошел к последней парте и сел, чувствуя, как напряжение в воздухе стало почти осязаемым.
Учитель, который вошел следом, тоже немного замялся, но потом продолжил урок, как ни в чем не бывало. Однако я замечал, как его взгляд иногда останавливался на мне дольше, чем на остальных.
В перерыве между уроками кто-то из ребят осмелился подойти. Это был Маркос, один из тех, кто раньше всегда держался с Коулом.
— Эстев, — начал он неуверенно, стоя на расстоянии. — Слушай, мы просто... ну, мы тут... Мы ничего, ладно?
— Ладно, — спокойно ответил я. — Мне неинтересны ваши разборки.
Он кивнул, хотя я видел, что его все еще трясет. Он быстро ретировался, а я остался сидеть за партой.
Мне хотелось, чтобы все вернулось на свои места, но я знал, что это невозможно. Школа никогда не станет для меня прежней.
Впереди был еще длинный день, и я решил сосредоточиться на том, чтобы просто выдержать его.
Неделя пролетела, как в тумане. Каждый день в школе приносил что-то новое. К моему удивлению, напряжение вокруг меня постепенно ослабевало. Одноклассники перестали так остро реагировать на мое присутствие, хотя шепот за спиной все еще не исчез полностью.
В понедельник все было непривычно. Все взгляды, которые я ловил, были настороженными. Но уже к среде ребята начали задавать мне вопросы — сначала осторожно, потом смелее.
— Слушай, Эстев, — обратился ко мне Фрэнк, парень с соседней парты. — А ты что, серьезно теперь такой мощный?
Я улыбнулся краем губ.
— Просто начал больше работать над собой. Вот и все.
— Да, ну ты крут, — ответил он, немного смущенно отводя взгляд.
К четвергу уже шутки и смех снова начали звучать в классе, хотя иногда я замечал, как ребята все еще внимательно следили за моими реакциями. Они привыкали ко мне, как и я к ним.
Томас "Тень" оценивающе посмотрел на него, затем медленно опустился обратно в кресло.
— Так-то лучше, — пробормотал Эстев. — Ты убил моего отца. Это ты лишил мою семью всего.
В комнате стало совсем тихо. Даже Кэсс, обычно язвительная, замолчала, наблюдая за ситуацией. Томас Монтгомери посмотрел прямо в глаза Эстеву, пытаясь понять, насколько серьезна угроза.
— Что ты хочешь? — наконец выдавил он.
— Все просто, — ответил Эстев. — Ты прекратишь все это. Иначе я уничтожу все, что ты построил.
— Ты думаешь, что сможешь меня остановить? — Томас "Тень" вновь ухмыльнулся, но уже не так уверенно.
Эстев молча наклонился ближе, его глаза вспыхнули электрическим светом.
— Я не думаю. Я знаю.
Томас "Тень" сидел в массивном кресле, пытаясь сохранить остатки достоинства, но каждая секунда в присутствии Эстева обнажала его страх. Охранники нервно переминались с ноги на ногу, а воздух в комнате становился все тяжелее.
Эстев, с ледяным выражением лица, сделал шаг вперед.
— Думаешь, ты недосягаем? Думаешь, деньги и твои головорезы могут защитить тебя? — Его голос звучал спокойно, но каждое слово было, как удар грома.
Он протянул руку в сторону охранника, стоящего ближе всего. Молния с грохотом вырвалась из его ладони, ударив мужчину в грудь. Охранник закричал и рухнул на пол, извиваясь от боли.
— Жив. На этот раз, — сказал Эстев, не отводя взгляда от Томаса "Тени". — Но это только начало.
Томас "Тень" попытался что-то сказать, но его голос дрожал.
— Стой, подожди! Мы можем договориться! — выкрикнул он, хватаясь за подлокотники кресла.
Эстев ничего не ответил. Его взгляд остановился на массивной пачке денег, лежащей на столе рядом с Томасом "Тень".
— Это твоя сила? Деньги? — тихо спросил он, затем протянул руку к пачке.
С шипением и оглушительным треском из его ладони вырвалась молния. Огромная пачка денег вспыхнула, моментально превращаясь в пепел. Пламя на мгновение осветило комнату, заставляя всех присутствующих замереть в шоке.
— Ты ведь думаешь, что это все, что нужно, чтобы оставаться наверху? — Эстев шагнул ближе, его голос стал тише, но от этого еще более угрожающим. — Деньги, которые ты вырываешь из чужих рук, не спасут тебя.
Томас Монтгомери начал что-то лепетать, но Эстев подошел ближе, схватил его за воротник и, подняв над землей, пронзил взглядом, сверкающим электрическими искрами.
— Посмотри на меня! — рявкнул он. — Ты думаешь, что боишься сейчас? Это только начало.
Он бросил главаря обратно в кресло, словно куклу, и молниеносно оказался у одного из охранников, который пытался достать оружие. Прежде чем тот успел что-либо сделать, Эстев ударил его электрическим разрядом по руке. Оружие выпало, а мужчина рухнул на колени, корчась от боли.
Кэсс стояла у двери, скрестив руки, ее лицо выражало смесь удовлетворения и осторожности.
— Эстев, думаю, они уже поняли. — Она бросила взгляд на Томаса Монтгомери, который дрожал, как осиновый лист.
Молнии, играющие вокруг его рук, озаряли комнату зловещим светом.
— Ты запомнишь этот день. Запомнишь, что с этого момента твоя власть закончилась. Никто больше не пострадает из-за тебя, — Эстев шагнул ближе, его голос был почти шепотом, но в нем чувствовалась угроза. — А если хоть кто-то еще пострадает, я вернусь.
Томас судорожно кивнул, его губы шевелились, но слова застряли в горле.
Эстев развернулся к выходу, сделав паузу у двери.
— Это был твой шанс. Больше их не будет.
Кэсс последовала за ним, бросив на Томаса последний оценивающий взгляд.
На улице Эстев остановился и глубоко вдохнул. Ночь была прохладной, но его тело все еще пылало от гнева и энергии.
— Это было жестко, — произнесла Кэсс, подходя ближе.
— Но эффективно, — ответил Эстев, его голос был твердым.
Он знал, что это только начало, но внутри него больше не было сомнений: он никогда не позволит им навредить снова.
Путь до парка прошел в молчании. Ночной воздух был свежим, а легкий ветерок уносил с собой напряжение от недавних событий. Эстев шел чуть впереди, время от времени бросая взгляды на Кэсс, которая не торопилась, скрестив руки и с каким-то легким спокойствием смотрела на звездное небо.
Когда они достигли центральной аллеи, Эстев остановился. На секунду он замер, словно обдумывая что-то, затем резко повернулся к Кэсс.
— Спасибо, — сказал он, его голос звучал чуть тише, чем обычно, но в нем чувствовалась искренность.
Кэсс подняла бровь и слегка улыбнулась.
— За что? Это ведь было твое дело, а я просто помогла чуть-чуть... — она сделала движение рукой, словно отгоняя его благодарность.
Но прежде чем она успела сказать что-то еще, Эстев шагнул ближе и обнял ее. Это было внезапно и, на мгновение, застало ее врасплох.
— Без тебя я бы этого не сделал, — произнес он, крепче прижимая ее к себе. — Ты заставила меня поверить, что я могу быть... лучше.
Кэсс замерла, но через пару секунд ее руки осторожно обвили его в ответ.
— Эй, только не вздумай раскисать, Эстев, — сказала она, смеясь, но ее голос звучал мягко.
Они стояли так несколько мгновений, пока ветер шумел в ветвях деревьев. Наконец, Эстев отступил, и его взгляд встретился с ее глазами.
— Ты всегда так поступаешь? Спасаешь людей, как будто это игра? — с легкой улыбкой спросил он.
— Ну, если это и игра, то у тебя явно таланты главного героя, — парировала она.
Эстев усмехнулся, покачал головой и посмотрел вдаль.
— Ты помогла мне понять одну вещь, — сказал он, снова повернувшись к ней. — Я не стану злодеем.
— Отлично, но, думаю, ты все еще не до конца решил, кем хочешь стать, — Кэсс кивнула в сторону аллеи. — И это нормально.
— Может быть, — сказал он, задумчиво глядя на звезды. — Но я постараюсь не сбиться с пути.
Кэсс хмыкнула и повернулась, чтобы уйти.
— Ну что ж, герой, отдыхай. Завтра будет новый день, и кто знает, какие сюрпризы он принесет, — сказала она, махнув рукой на прощание.
— Спокойной ночи, Кэсс, — тихо ответил он, наблюдая, как она скрывается в темноте.
Эстев остался стоять на месте, чувствуя себя легче, чем когда-либо за последние месяцы. Ее присутствие было для него светом в этой хаотичной жизни.
Он посмотрел на ночное небо, вдохнул полной грудью и отправился домой, зная, что впереди еще много испытаний, но теперь он готов к ним.
Вернувшись домой, он на мгновение остановился перед дверью. Ветер обдувал лицо, оставляя на коже прохладный след ночи. Рука замерла на дверной ручке, и он ощутил странное спокойствие, смешанное с легкой тревогой. В голове звучали слова Кэсс: «Завтра будет новый день, и кто знает, какие сюрпризы он принесет».
Глава 4. Новые испытания
Когда дверь тихо захлопнулась за моей спиной, в доме было тихо. Только слабое дыхание мамы доносилось из спальни. Ее состояние не выходило из головы — я чувствовал себя виноватым, что оставил ее одну, даже зная, что сделал это ради нее.
Я прошел в спальню. Мама лежала на кровати, укрытая теплым одеялом. Тонкая полоска света из коридора освещала ее лицо, которое казалось одновременно усталым и мягким. Она открыла глаза, заметив меня.
— Эстев? Ты опять вернулся поздно, — ее голос был слабым, но теплым.
Я сел на край кровати и аккуратно взял ее руку.
— Прости, мама. Просто хотел кое-что сделать... для нас, — я отвел взгляд, чувствуя, как внутри сжимается сердце.
— Ты всегда такой заботливый, — она улыбнулась, но в ее глазах читалась тревога. — Ты... ты ведь не лезешь в опасные дела?
Я не знал, что ответить. Сказать правду или обнадежить ее ложью? В конечном счете я выбрал середину.
— Я просто стараюсь защитить нас. Обещаю, я все делаю осторожно.
Ее взгляд задержался на мне чуть дольше, чем обычно.
— Ты так на него похож... — прошептала она.
Сердце кольнуло от ее слов. Я знал, что она говорит об отце.
— Иногда мне кажется, что он все еще здесь, мама, — признался я. — Его слова, его поступки... все это как будто продолжает жить во мне.
Мама сжала мою руку сильнее.
— Он гордился бы тобой. Но, Эстев, прошу, не забывай, что ты еще мальчишка. Ты не обязан нести весь мир на своих плечах.
Я не мог ответить. Только кивнул, пытаясь скрыть нахлынувшие чувства.
— Ты хочешь кушать? — спросил я, решив сменить тему.
Она кивнула.
— Да, конечно...
Я поднялся и поцеловал ее в лоб.
— Я приготовлю тебе что-нибудь. Отдыхай.
На кухне я быстро сделал что-то простое — тосты с сыром и чашку теплого чая. Вернувшись в спальню, я осторожно подал ей поднос. Она улыбнулась, хотя усталость все еще читалась в ее движениях.
После того как мама поела, мы сидели в тишине. Но эта тишина была теплой, а не давящей.
— Эстев, ты хороший сын, — сказала она вдруг. — Но мне кажется, ты что-то скрываешь. Я не буду давить, но знай, что я всегда здесь, чтобы выслушать тебя.
Я долго смотрел на нее, прежде чем ответить.
— Спасибо, мама. Это много для меня значит.
Эта ночь наполнила меня решимостью. Я знал, что должен защищать ее любой ценой. Но также знал, что она заслуживает правду... рано или поздно.
Утренние лучи солнца мягко пробивались через занавески, когда я услышал громкий стук в дверь. Сначала я подумал, что мне это послышалось, но стук повторился, более настойчивый.
— Эстев, открой, — раздался слабый голос мамы из спальни. — Я сейчас не в состоянии...
Я быстро поднялся с кресла, на котором задремал, и направился к двери. Поправляя футболку, я ощутил, как мышцы чуть ноют после вчерашнего.
Открывая дверь, я ожидал кого угодно, но не это. На пороге стояли двое взрослых: мужчина в строгом костюме и женщина с папкой в руках. Их лица выражали смесь удивления и легкого беспокойства.
— Доброе утро, — сказала женщина, пытаясь скрыть замешательство. — Простите за ранний визит. Вы... вы Эстев?
Я нахмурился, слегка сбитый с толку их реакцией.
— Да, это я. А вы кто?
Мужчина кашлянул, пытаясь восстановить самообладание.
— Мы представители школы. Я директор мистер Харрисон, а это Грей Лилиан, социальный педагог. Мы пришли обсудить ваши пропуски.
— Мои пропуски? — переспросил я, невольно подавшись вперед.
Грей Лилиан поправила очки и снова посмотрела на меня.
— Мы, честно говоря, не узнали вас сразу. Вы выглядите... по-другому.
Я стоял, скрестив руки на груди, и чувствовал, как их взгляды изучают меня. Это было даже забавно. Конечно, я изменился. Раньше сутулый и неуверенный в себе, я теперь стоял прямо, а мои плечи выглядели шире. Лицо, кажется, тоже стало жестче, а взгляд — увереннее.
— Просто тренировался, — коротко пояснил я.
Они переглянулись. Грей Лилиан слегка кивнула, а затем продолжила:
— Эстев, дело в том, что вы уже несколько месяцев не появляетесь на занятиях. Это недопустимо, понимаете?
Я посмотрел на нее, затем на мистера Харрисона. Их слова звучали формально, но в них чувствовалось искреннее беспокойство.
— Знаю. Были причины, — ответил я, опуская взгляд.
— Мы понимаем, что у вас, возможно, сложная ситуация, — вмешался мистер Харрисон, стараясь говорить мягче. — Но вы ведь талантливый парень. Ваши успехи в физике, математике... такие ученики, как вы, нужны школе.
Я почувствовал, как легкая улыбка появилась на моем лице.
— Звучит так, будто вы пытаетесь меня вернуть любой ценой.
Они снова переглянулись, теперь немного смущенные.
— Мы просто хотим помочь вам. Вам нужно завершить учебу, чтобы строить будущее, — объяснила Грей Лилиан.
Я задумался. С их стороны все это выглядело логично, но для меня все изменилось. Школа, домашние задания, экзамены — все это казалось таким далеким. Мои приоритеты стали другими.
— Я подумаю, — сказал я наконец.
— Хорошо, — кивнул мистер Харрисон. — Но, Эстев, помните: мы здесь не для того, чтобы вас осуждать. Если будет нужна помощь, обращайтесь.
Я кивнул, и они удалились. Затворив дверь, я остался стоять в коридоре. Их визит неожиданно напомнил мне о той жизни, которую я почти оставил позади.
Школа, учителя, одноклассники... Смогу ли я туда вернуться? И нужно ли мне это теперь?
Я прошел в кухню и налил себе воды, пытаясь привести мысли в порядок. Но одно я понял точно: даже если я вернусь, это уже будет другой я.
Наступила новая неделя, и я впервые за долгое время вошел в школьное здание. Проходя мимо вахтерши, я заметил, как она с удивлением подняла на меня глаза, но промолчала. Этот момент повторялся с каждым, кто попадался мне на пути. Учителя, ученики, даже уборщица — все смотрели, будто перед ними стоял совершенно новый человек.
Школа встретила меня шумом перемены. Кто-то перекрикивался через коридор, кто-то спешил к своему шкафчику. Но когда я появился в поле зрения, разговоры стихали. Я чувствовал на себе взгляды — одни полные удивления, другие настороженности.
— Это он? — шепнул кто-то за моей спиной.
— Да, это Эстев. Смотри, как он изменился.
— Но ты же помнишь, что он сделал с Коулом?
Эти слова резали слух, но я старался не показывать реакции. Я прошел мимо, стараясь выглядеть спокойным. Однако внутри я чувствовал, как напряжение медленно нарастает.
Некоторые лица из прошлого промелькнули в толпе. Ребята, с которыми я когда-то играл в футбол, девчонки, смеявшиеся над моими шутками. Но теперь никто из них не рискнул подойти.
Мое отражение в стеклянной двери кабинета подтверждало их страхи. Высокий, крепко сложенный, с серьезным взглядом, я больше не был тем неуверенным подростком, которого можно было игнорировать или унижать.
Когда прозвенел звонок, я вошел в класс. Разговоры сразу стихли. Взгляды одноклассников метались от меня к друг другу. Я спокойно прошел к последней парте и сел, чувствуя, как напряжение в воздухе стало почти осязаемым.
Учитель, который вошел следом, тоже немного замялся, но потом продолжил урок, как ни в чем не бывало. Однако я замечал, как его взгляд иногда останавливался на мне дольше, чем на остальных.
В перерыве между уроками кто-то из ребят осмелился подойти. Это был Маркос, один из тех, кто раньше всегда держался с Коулом.
— Эстев, — начал он неуверенно, стоя на расстоянии. — Слушай, мы просто... ну, мы тут... Мы ничего, ладно?
— Ладно, — спокойно ответил я. — Мне неинтересны ваши разборки.
Он кивнул, хотя я видел, что его все еще трясет. Он быстро ретировался, а я остался сидеть за партой.
Мне хотелось, чтобы все вернулось на свои места, но я знал, что это невозможно. Школа никогда не станет для меня прежней.
Впереди был еще длинный день, и я решил сосредоточиться на том, чтобы просто выдержать его.
Неделя пролетела, как в тумане. Каждый день в школе приносил что-то новое. К моему удивлению, напряжение вокруг меня постепенно ослабевало. Одноклассники перестали так остро реагировать на мое присутствие, хотя шепот за спиной все еще не исчез полностью.
В понедельник все было непривычно. Все взгляды, которые я ловил, были настороженными. Но уже к среде ребята начали задавать мне вопросы — сначала осторожно, потом смелее.
— Слушай, Эстев, — обратился ко мне Фрэнк, парень с соседней парты. — А ты что, серьезно теперь такой мощный?
Я улыбнулся краем губ.
— Просто начал больше работать над собой. Вот и все.
— Да, ну ты крут, — ответил он, немного смущенно отводя взгляд.
К четвергу уже шутки и смех снова начали звучать в классе, хотя иногда я замечал, как ребята все еще внимательно следили за моими реакциями. Они привыкали ко мне, как и я к ним.
