Крохотные дома в форме круга с плоскими крышами, из камня и глины. Комнаты отделялись друг от друга невысокими перегородками, где-то даже имелись чердачки. Иногда и стены обмазывали известняком, наверное, для красоты и уюта. Не понятно, ведь мои дома были построены по тому же проекту, но площадь там 10-12 м2. А я ещё сокрушалась, что мы такие маленькие дома себе выбрали. Иокаста как в воду глядела:
— Что, сравниваешь эти дома с теми, где вы поселились?
— Есть такое дело...
— Да, ты выбрала самые большие дома из этого города. Видимо, там жили важные люди. Повезло.
— А почему никто в этих домах не поселился, раз они такие хорошие?
— Можешь не верить, но как только кто-нибудь заходил в них с желанием поселиться, так сразу и выходил уже с другим, обратным желанием. Рассказывали, что такая головная боль начиналась, что люди сразу выскакивали на улицу. Вот и не стало охотников. Видно там маги ихние жили.
— А почему меня впустили?
— Кто знает? Может Великая так распорядилась?
Я не стала поднимать этот вопрос, но решила спросить Хозяйку острова про эти дома, точнее их устройство. Конструкция зданий была чрезвычайно интересна. Это сложенные из местного отличного известняка круглые в плане дома, с внешним диаметром от 2.3 м до 9.20 м., в то время как внутренний диаметр – колеблется от 1.4 до 5.8 м. У моих домов, внутренний диаметр был гораздо больше, от 7 до 10 м. Стены были из гранита, внутри обмазаны глиной, и обмазка, видимо, периодически обновлялась, но никаких рисунков не было. В служебных домах обмазкой не заморачивались вовсе. Внешние стены были из ракушечного известняка, изумительно красивого. Как будто со всего моря красивые ракушки собирали и обсыпали ими стены домов. Причем они были не серого цвета, а желтовато-розового. И в зависимости от места солнца на небе, были или желто-золотистые, или розовато-кремовые. Стены остальных домов были обычные, из ракушечника. Там обязательно имелись два сложенных из камней столба, у некоторых с рисунками, у других были вырезанные в замазке картинки. И все рисунки опять кривые. Столбы не только поддерживали второй ярус помещения, видимо "спальный", но и являли ритуально-магическую составляющую. А вот у меня в доме такие же столбы были девственно чисты. Ещё бы, они были из мрамора.
На полу, между этими опорами городских домов, находился очаг. У меня – этот очаг, точнее – открытый камин, стоял у стены и имел некую трубу, в самой стене. Чтобы дым уходил через крышу и прямо в небо. Заодно в холодную ночь и комнату на втором этаже согревает. Почти камин. В моих домах, конечно, порог был, но не столь высокий, перешагнуть можно спокойно. Возле каждого хозяйского дома, тоже располагались маленькие круглые пристройки, я из них сделала маленькие комнатки, шкафы и кладовые Ещё здесь была особенность в построении города. Все дома, хоть города, хоть моего небольшого квартала, были настолько близко расположены друг к другу, что издалека создавали впечатление улья.
Ходили мы довольно долго, но зато немного разобрались с этим феноменом. В городе, в то далекое время, жило примерно, 500-600 взрослых людей, а это для неолита неправдоподобно много. Были они довольно невысокие, мужчины 1,5-1,6м., а женщины – от 1.3-1.4м. но если вспомнить уже мои дома, то были там люди и повыше. А стариков почти не было. Зато очень много детских тел закопано в домах. Судя по всему, доживали люди примерно до 30-35 лет. Мертвых хоронили в каких-то свернутых позах, и обязательно рядом с ними были всякие предметы обихода, ну и украшения, разумеется. Вот только меня беспокоили каменные статуэтки, до чрезвычайности стилизованные, без каких-либо признаков пола. Совершенно не похожие на те, довольно распространённые неолитические Венеры. И ещё одно непонятное в их городе. У всех древних народов были хоть какие-то зачатки религии или культа, а здесь как отрезало. Местные знатоки считали, что около 6000 г. до н. э. (это я сама для себя посчитала) город был покинут теми странными жителями по невыясненным причинам. И после этого ухода остров Кипр не был заселен в течение полутора тысячи лет. Как не приплывут кто-нибудь сюда и сразу обратно. А почему – не ведано. И только последние 300-500 лет остров начали заселять разные люди.
Храм и Суд.
— Ты почему в церковь никогда не ходишь?
— А у меня нет грехов.
— Откуда ты знаешь?
— С небес никто еще мне ничего о них не говорил.
— Значит, повесткой с печатью вызовут...
Просто анекдот
Наконец мы дошли до Храма. Даже вошли в него. Теперь я всё-таки смогу посмотреть на него изнутри. Не знаю-не знаю, но великая Богиня говорила о нем довольно убедительно. Мы прошли внутреннюю площадь храмового комплекса. Кроме него, здесь были и общежития жриц и жрецов, куда же без них. Были ещё какие-то строения.
— Иокаста, кроме самого Храма, что тут у вас имеется?
— Много чего. Дом для жриц, школа и общежитие для желающих стать жрицей, больница, библиотека...
Я неучтиво перебила Главную жрицу:
— Библиотека?!
Я действительно была в шоке. Какие тут могут быть библиотеки?! Но тут стала серьезно прислушиваться к моей попутчицы:
— А что тут такого?! По берегам рек тростника полно, бумагу по египетской технологии мы знаем и умеем делать, так почему бы и не завести библиотеку?
— Заводятся тараканы, а не книги...
— Не поняла? Что ты имела ввиду?!
— Да это так, поговорки моей родины. И что вы там пишете? И вообще, кто у вас там писательством занимается?
— Чем?!
— Кто и что пишут на ваших папирусах?
— Наши жрицы записывают всех родившихся детей и наоборот: записывают кто и когда умирает человек, и по какой причине. Также следят за всеми деяниями на острове и заносят всё, что важно для наших людей, в архивные свитки.
— А кто приносит вам новости для этого архива?
— У каждого вождя есть жрица, которая при нем занимается этой работой, ну, писарчука. Более того, таможня, совет города или селения, главный учетчик на базаре, хозяева мастерских, отряд налоговиков, отряды охраны острова... да и другие, все живут и работают под надежным вниманием жриц Храма. Каждый месяц, в последний день, они присылают в нашу канцелярию отчет по своей работе. Их читают, анализируют, делают выводы... и заносят в Книгу Деяний. Иногда принимаются и другие меры...
— Понятно. И больше ничего?
— Да, нет, есть тут у нас пара жриц, которые просто описывают разные курьезы, или сценки на базаре, или споры жриц или торговцев... Но это так, для отдыха. Многие из нас такие описания любят читать. Я не возражаю.
Вот тебе, бабушка и Юрьев день... а говорят, глухая древность. Пока мы тут разговаривали по таким интересным для меня вещах, так и дошли до входа в сам Храм. Здесь мы остановились, сняли обувь, рабыни вымыли нам ноги, и мы, босиком, вошли в это святилище.
Огромное помещение, освещается окнами, которые мы не видим, но они есть. Лучи света не освящают весь зал, а выделяют самое важное. А главное здесь – статуя Великой Богини. Именно Она была Центральной фигурой Кипрского пантеона, "Владычица", Великая богиня-мать, держащая в одной руке орла, в когтях которого извивались змеи (символ подземного мира и двойственности её природы), а в другой руке – стоял олень, попирающий огромную змею копытами. Вроде и грубо сделано, примитивно, а глянула – мороз по коже. А ведь и орёл, и олень ещё более старые эмблемы богини Неба, Великой богини-матери, то эти орёл и олень доказывали, что верховенство богини Неба с Богом Земли и Преисподней, было неоспоримо... Смотрим дальше. Так, мы вошли в Северные двери, но в Западных и Восточных стенах видны проемы, за которыми шли коридоры из нескольких комнат, пристроенных одна к другой и расположенных вокруг просторного двора. Интересная архитектура. Тут в мои размышления вмешалась Иокаста.
— Те коридоры, на которые ты смотришь, ведут в те прямоугольные сооружения из двух-трех параллельных линий комнат. Ты их видела во дворе. К ним и примыкают жилые помещения. А вот ещё посмотри на колонны.
Да, на них стоило посмотреть. Эти громадины были встроены в стены, и очень похожи на те, что я видела в горном Храме, а две отдельно стоящие, метров трёх ширины и неизвестно какой высоты, расположились в центре храма. Потолки, на вид, были лёгкими и плоскими. Многочисленные скульптуры из известняка имеются, включая человеческие головы с пучком волос. Очень брутальные и довольно эксцентричные. Кроме них наличествуют изображения птиц, на некоторых колоннах вырезан рельеф, в котором различимы человеческие руки. Много, очень много фигурок людей из обожжённой глины, стоят, лежат и покоятся в огромных глиняных кувшинах, ну и валяются на полках.
— Что это?
— Фигурки, ну, образы близких людей.
— Что это фигурки, я понимаю. Но почему так много?
— Так сколько здесь Храм стоит!
— И?
— Ты что, действительно не знаешь для чего они?
— Знала бы, не спрашивала.
Главная жрица внимательно всмотрелась в мои честные глаза, но я веки не опустила, я действительно не знала. Видимо, она тоже пришла к тому же выводу. Поэтому ответила на мой вопрос:
— Люди часто хотят помочь своим близким, но не могут. Если он или она где-то далеко, то родной человек приходит сюда и просит Великую Мать помочь в беде.
— И как? Помогает? – Нет, ну это даже не знаю, как их всех назвать, а Она опять хихикает в моей голове.
— Очень часто. Но бывает, что и отказывает.
— Почему? Ей же всё равно, кому и как помогать?
— Нет. У Неё свои резоны и оценки человека. Нам не понять.
— Это точно.
Храм украшало ещё немало великолепных изделий из металла. Кинжалы, на ножнах и рукоятке которого изображены охотничьи сцены. Золотой топор торчит из деревянной колоды. Золотая ваза, украшенная драгоценными камнями, пусть и грубо обработанных, но их очень много, и они большие. Множество бронзовых статуэток, некоторые покрыты золотом. А статуэтки из серебра и свинца – так их и не пересчитать. Во люди древности как жили-то!
— Иокаста, а что тут у вас с персоналом?
— Ну... Во главе храма стоит Верховная, или Главная жрица, это я.
— Правда?!
— Да, ладно тебе. Кстати, эту должность может занять только та женщина, которая происходит из одного из знатных аристократических семейств города, а то и всего Крита.
— Даже так? И к какому роду ты принадлежишь?
— Есть здесь одно поселение, почти как наш город, Климунас, это и есть наша вотчина.
— Ага, если не ошибаюсь, то это близ Лимасола.
— Да. Наш город тут с очень древних времен, от самых первых поселенцев, стоит. И столько же ещё стоять будет. Из нашей семьи много и героев, и хороших торговцев, и жриц выходило.
— Понятно. В общем, правильно строите местную политику.
— А как же ещё, если сама Великая Богиня меня выбрала.
— Разумеется.
— Должность эта, уже 7 поколений передавалась по наследству. Только иногда переходили нашим дружественным родам. И из Лимасола, ну и здешнего города.
— Очень предусмотрительно.
— Вторые по значимости в Храме были обычные жрецы и жрицы. Кстати, часть из них имела семьи, а другие, наоборот, давали обет безбрачия, кто как хочет.
— Да. Правильно, по природным законам действуете.
— Ну, да. За ними шли гадатели и пророки, их у нас, к сожалению, очень мало. Два гадателя и один пророк. Именно он принял послание Богини про тебя.
— Вот как? Не знала.
— Понятно, разве Богиня просто так на ушко шепнет.
— Вполне возможно.
И снова смешок, и точно в ухе. Левом, почему-то. Тут же посмеялись уже и в правом. Ну невыносимо!
— А уж затем идут музыканты, танцоры, врачи и писцы, их довольно много. Потом идут слуги и работники мастерских, приусадебных участков, охотники и рыбаки, и, наконец, храмовые рабы, которые делились на рабов храма и рабов Богини.
— То есть?!
— Я тебе потом расскажу. Вон, видишь, наши жрицы выходят, хотят на тебя посмотреть.
Действительно, целая толпа вышла из боковых дверей и приблизилась к нам, кланяясь через два шага на третий.
— Мы очень рады видеть тебя в нашем Храме. Наша уважаемая Главная жрица рассказала нам как она с вами познакомилась.
Видимо, это одна из главных помощниц Иокасты. Она не столько строила разговор со мной, сколько рассматривала мою одежду. Женщина есть женщина. Но эта явно вышла из змеиного гнезда, как по красоте, так и по характеру, который так и просился на волю из её глаз. Неужели Иокаста её не раскусила? Или нет сил с ней справиться? Надо будет с ней об этой гадюке переговорить. Если сравнивать здешних жриц с женщиной греческого полиса, которая большую часть времени робко сидела в женской половине дома и была обязана беспрекословно подчиняться своему покровителю, то здешние свободолюбивые дикарки были совершенно другие. А уж в это время, под крылом Великой Матери, были ой как самостоятельны и решительны. Но, думаю, немного через чур. Так. Мы продолжаем экскурсию по Храму. Уже со свитой.
— Что тут можно сказать? – Иокаста продолжает роль чичероне. – Глубокий многослойный фундамент из больших обтесанных камней, с гор тащили. Щели заполнены камнями поменьше. Там проложены каналы, проходящие к зданию. Они сверху перекрыты плоскими камнями, но открытые по бокам. Там и дренажная система встроена, или воздуховоды для охлаждения Храма.
— Что, так жарко летом?
— Ты даже не представляешь. В горах, там попрохладнее, а здесь – хоть умри.
— И как вы с этим справляетесь?
— В северо-западной части, сразу за Храмом, стоит Священная роща. Отсюда не видно, через вон тот проход туда идет дорожка. Там и отдыхаем. Воздух там волшебный, словно нектаром пропитан. При любой жаре. И легкий ветерок всегда тело омывает. Сейчас туда пойдем, или здесь всё осмотрим?
— Давай сначала здесь закончим, а потом в рощу.
Главная жрица говорила, что сакральная, тайная, часть храма, где обитала Богиня, находилась на некотором возвышении и туда вела дверь, оббитая серебром и украшенная замысловатым орнаментом из птиц и зверей. Входить имели право только жрицы. Причем, не все. Такое право имела Иокаста, и ещё две старшие жрицы, одна из них (ну, конечно!) была та, со змеиным языком. Кстати, а почему Иокаста мне её не представила? Хм, судя по всему, та в этот момент сама взяла на себя эту миссию:
— Меня зовут Силили, я Старшая жрица Храма и отвечаю за сохранность нашего имущества. И кто вы – мы не знаем.
— Гостья Храма.
— Слушай, а для чего ты вообще этим интересуешься? В жрицы тебя не возьмут, этому с детства надо учиться, даже и твое происхождение...
Я эту гадюку точно задушу... или жало выдеру. Иокаста даже рот открыла от удивления. Пусть та дура и Старшая жрица, но перебивать разговор Главной жрицы с гостьей Храма – это какую наглость надо иметь!
— А мне, как иностранке, очень интересно посмотреть на Храм другого народа. Надеюсь, вы не против? – направила я свой взгляд на эту хамку.
— Против. Иокаста, нельзя вести в самую священную часть Храма какую-то иноверку. Богиня накажет.
Надо, видимо, ей всё же прижать язычок. И быстрее, а то нервы уже не те, могу и сорваться.
— Не думаю. Она меня сюда сама направила, можно сказать – пригласила, так что, скорее всего, не будет наказывать. А вот жрицу, которая хамит своей начальнице и гостью Богини не уважает, то вот её, мне кажется, Богиня отметит. Как полагается.
У этой дуры даже лицо перекосилось.
— Что, сравниваешь эти дома с теми, где вы поселились?
— Есть такое дело...
— Да, ты выбрала самые большие дома из этого города. Видимо, там жили важные люди. Повезло.
— А почему никто в этих домах не поселился, раз они такие хорошие?
— Можешь не верить, но как только кто-нибудь заходил в них с желанием поселиться, так сразу и выходил уже с другим, обратным желанием. Рассказывали, что такая головная боль начиналась, что люди сразу выскакивали на улицу. Вот и не стало охотников. Видно там маги ихние жили.
— А почему меня впустили?
— Кто знает? Может Великая так распорядилась?
Я не стала поднимать этот вопрос, но решила спросить Хозяйку острова про эти дома, точнее их устройство. Конструкция зданий была чрезвычайно интересна. Это сложенные из местного отличного известняка круглые в плане дома, с внешним диаметром от 2.3 м до 9.20 м., в то время как внутренний диаметр – колеблется от 1.4 до 5.8 м. У моих домов, внутренний диаметр был гораздо больше, от 7 до 10 м. Стены были из гранита, внутри обмазаны глиной, и обмазка, видимо, периодически обновлялась, но никаких рисунков не было. В служебных домах обмазкой не заморачивались вовсе. Внешние стены были из ракушечного известняка, изумительно красивого. Как будто со всего моря красивые ракушки собирали и обсыпали ими стены домов. Причем они были не серого цвета, а желтовато-розового. И в зависимости от места солнца на небе, были или желто-золотистые, или розовато-кремовые. Стены остальных домов были обычные, из ракушечника. Там обязательно имелись два сложенных из камней столба, у некоторых с рисунками, у других были вырезанные в замазке картинки. И все рисунки опять кривые. Столбы не только поддерживали второй ярус помещения, видимо "спальный", но и являли ритуально-магическую составляющую. А вот у меня в доме такие же столбы были девственно чисты. Ещё бы, они были из мрамора.
На полу, между этими опорами городских домов, находился очаг. У меня – этот очаг, точнее – открытый камин, стоял у стены и имел некую трубу, в самой стене. Чтобы дым уходил через крышу и прямо в небо. Заодно в холодную ночь и комнату на втором этаже согревает. Почти камин. В моих домах, конечно, порог был, но не столь высокий, перешагнуть можно спокойно. Возле каждого хозяйского дома, тоже располагались маленькие круглые пристройки, я из них сделала маленькие комнатки, шкафы и кладовые Ещё здесь была особенность в построении города. Все дома, хоть города, хоть моего небольшого квартала, были настолько близко расположены друг к другу, что издалека создавали впечатление улья.
Ходили мы довольно долго, но зато немного разобрались с этим феноменом. В городе, в то далекое время, жило примерно, 500-600 взрослых людей, а это для неолита неправдоподобно много. Были они довольно невысокие, мужчины 1,5-1,6м., а женщины – от 1.3-1.4м. но если вспомнить уже мои дома, то были там люди и повыше. А стариков почти не было. Зато очень много детских тел закопано в домах. Судя по всему, доживали люди примерно до 30-35 лет. Мертвых хоронили в каких-то свернутых позах, и обязательно рядом с ними были всякие предметы обихода, ну и украшения, разумеется. Вот только меня беспокоили каменные статуэтки, до чрезвычайности стилизованные, без каких-либо признаков пола. Совершенно не похожие на те, довольно распространённые неолитические Венеры. И ещё одно непонятное в их городе. У всех древних народов были хоть какие-то зачатки религии или культа, а здесь как отрезало. Местные знатоки считали, что около 6000 г. до н. э. (это я сама для себя посчитала) город был покинут теми странными жителями по невыясненным причинам. И после этого ухода остров Кипр не был заселен в течение полутора тысячи лет. Как не приплывут кто-нибудь сюда и сразу обратно. А почему – не ведано. И только последние 300-500 лет остров начали заселять разные люди.
Глава 4
Храм и Суд.
— Ты почему в церковь никогда не ходишь?
— А у меня нет грехов.
— Откуда ты знаешь?
— С небес никто еще мне ничего о них не говорил.
— Значит, повесткой с печатью вызовут...
Просто анекдот
Наконец мы дошли до Храма. Даже вошли в него. Теперь я всё-таки смогу посмотреть на него изнутри. Не знаю-не знаю, но великая Богиня говорила о нем довольно убедительно. Мы прошли внутреннюю площадь храмового комплекса. Кроме него, здесь были и общежития жриц и жрецов, куда же без них. Были ещё какие-то строения.
— Иокаста, кроме самого Храма, что тут у вас имеется?
— Много чего. Дом для жриц, школа и общежитие для желающих стать жрицей, больница, библиотека...
Я неучтиво перебила Главную жрицу:
— Библиотека?!
Я действительно была в шоке. Какие тут могут быть библиотеки?! Но тут стала серьезно прислушиваться к моей попутчицы:
— А что тут такого?! По берегам рек тростника полно, бумагу по египетской технологии мы знаем и умеем делать, так почему бы и не завести библиотеку?
— Заводятся тараканы, а не книги...
— Не поняла? Что ты имела ввиду?!
— Да это так, поговорки моей родины. И что вы там пишете? И вообще, кто у вас там писательством занимается?
— Чем?!
— Кто и что пишут на ваших папирусах?
— Наши жрицы записывают всех родившихся детей и наоборот: записывают кто и когда умирает человек, и по какой причине. Также следят за всеми деяниями на острове и заносят всё, что важно для наших людей, в архивные свитки.
— А кто приносит вам новости для этого архива?
— У каждого вождя есть жрица, которая при нем занимается этой работой, ну, писарчука. Более того, таможня, совет города или селения, главный учетчик на базаре, хозяева мастерских, отряд налоговиков, отряды охраны острова... да и другие, все живут и работают под надежным вниманием жриц Храма. Каждый месяц, в последний день, они присылают в нашу канцелярию отчет по своей работе. Их читают, анализируют, делают выводы... и заносят в Книгу Деяний. Иногда принимаются и другие меры...
— Понятно. И больше ничего?
— Да, нет, есть тут у нас пара жриц, которые просто описывают разные курьезы, или сценки на базаре, или споры жриц или торговцев... Но это так, для отдыха. Многие из нас такие описания любят читать. Я не возражаю.
Вот тебе, бабушка и Юрьев день... а говорят, глухая древность. Пока мы тут разговаривали по таким интересным для меня вещах, так и дошли до входа в сам Храм. Здесь мы остановились, сняли обувь, рабыни вымыли нам ноги, и мы, босиком, вошли в это святилище.
Огромное помещение, освещается окнами, которые мы не видим, но они есть. Лучи света не освящают весь зал, а выделяют самое важное. А главное здесь – статуя Великой Богини. Именно Она была Центральной фигурой Кипрского пантеона, "Владычица", Великая богиня-мать, держащая в одной руке орла, в когтях которого извивались змеи (символ подземного мира и двойственности её природы), а в другой руке – стоял олень, попирающий огромную змею копытами. Вроде и грубо сделано, примитивно, а глянула – мороз по коже. А ведь и орёл, и олень ещё более старые эмблемы богини Неба, Великой богини-матери, то эти орёл и олень доказывали, что верховенство богини Неба с Богом Земли и Преисподней, было неоспоримо... Смотрим дальше. Так, мы вошли в Северные двери, но в Западных и Восточных стенах видны проемы, за которыми шли коридоры из нескольких комнат, пристроенных одна к другой и расположенных вокруг просторного двора. Интересная архитектура. Тут в мои размышления вмешалась Иокаста.
— Те коридоры, на которые ты смотришь, ведут в те прямоугольные сооружения из двух-трех параллельных линий комнат. Ты их видела во дворе. К ним и примыкают жилые помещения. А вот ещё посмотри на колонны.
Да, на них стоило посмотреть. Эти громадины были встроены в стены, и очень похожи на те, что я видела в горном Храме, а две отдельно стоящие, метров трёх ширины и неизвестно какой высоты, расположились в центре храма. Потолки, на вид, были лёгкими и плоскими. Многочисленные скульптуры из известняка имеются, включая человеческие головы с пучком волос. Очень брутальные и довольно эксцентричные. Кроме них наличествуют изображения птиц, на некоторых колоннах вырезан рельеф, в котором различимы человеческие руки. Много, очень много фигурок людей из обожжённой глины, стоят, лежат и покоятся в огромных глиняных кувшинах, ну и валяются на полках.
— Что это?
— Фигурки, ну, образы близких людей.
— Что это фигурки, я понимаю. Но почему так много?
— Так сколько здесь Храм стоит!
— И?
— Ты что, действительно не знаешь для чего они?
— Знала бы, не спрашивала.
Главная жрица внимательно всмотрелась в мои честные глаза, но я веки не опустила, я действительно не знала. Видимо, она тоже пришла к тому же выводу. Поэтому ответила на мой вопрос:
— Люди часто хотят помочь своим близким, но не могут. Если он или она где-то далеко, то родной человек приходит сюда и просит Великую Мать помочь в беде.
— И как? Помогает? – Нет, ну это даже не знаю, как их всех назвать, а Она опять хихикает в моей голове.
— Очень часто. Но бывает, что и отказывает.
— Почему? Ей же всё равно, кому и как помогать?
— Нет. У Неё свои резоны и оценки человека. Нам не понять.
— Это точно.
Храм украшало ещё немало великолепных изделий из металла. Кинжалы, на ножнах и рукоятке которого изображены охотничьи сцены. Золотой топор торчит из деревянной колоды. Золотая ваза, украшенная драгоценными камнями, пусть и грубо обработанных, но их очень много, и они большие. Множество бронзовых статуэток, некоторые покрыты золотом. А статуэтки из серебра и свинца – так их и не пересчитать. Во люди древности как жили-то!
— Иокаста, а что тут у вас с персоналом?
— Ну... Во главе храма стоит Верховная, или Главная жрица, это я.
— Правда?!
— Да, ладно тебе. Кстати, эту должность может занять только та женщина, которая происходит из одного из знатных аристократических семейств города, а то и всего Крита.
— Даже так? И к какому роду ты принадлежишь?
— Есть здесь одно поселение, почти как наш город, Климунас, это и есть наша вотчина.
— Ага, если не ошибаюсь, то это близ Лимасола.
— Да. Наш город тут с очень древних времен, от самых первых поселенцев, стоит. И столько же ещё стоять будет. Из нашей семьи много и героев, и хороших торговцев, и жриц выходило.
— Понятно. В общем, правильно строите местную политику.
— А как же ещё, если сама Великая Богиня меня выбрала.
— Разумеется.
— Должность эта, уже 7 поколений передавалась по наследству. Только иногда переходили нашим дружественным родам. И из Лимасола, ну и здешнего города.
— Очень предусмотрительно.
— Вторые по значимости в Храме были обычные жрецы и жрицы. Кстати, часть из них имела семьи, а другие, наоборот, давали обет безбрачия, кто как хочет.
— Да. Правильно, по природным законам действуете.
— Ну, да. За ними шли гадатели и пророки, их у нас, к сожалению, очень мало. Два гадателя и один пророк. Именно он принял послание Богини про тебя.
— Вот как? Не знала.
— Понятно, разве Богиня просто так на ушко шепнет.
— Вполне возможно.
И снова смешок, и точно в ухе. Левом, почему-то. Тут же посмеялись уже и в правом. Ну невыносимо!
— А уж затем идут музыканты, танцоры, врачи и писцы, их довольно много. Потом идут слуги и работники мастерских, приусадебных участков, охотники и рыбаки, и, наконец, храмовые рабы, которые делились на рабов храма и рабов Богини.
— То есть?!
— Я тебе потом расскажу. Вон, видишь, наши жрицы выходят, хотят на тебя посмотреть.
Действительно, целая толпа вышла из боковых дверей и приблизилась к нам, кланяясь через два шага на третий.
— Мы очень рады видеть тебя в нашем Храме. Наша уважаемая Главная жрица рассказала нам как она с вами познакомилась.
Видимо, это одна из главных помощниц Иокасты. Она не столько строила разговор со мной, сколько рассматривала мою одежду. Женщина есть женщина. Но эта явно вышла из змеиного гнезда, как по красоте, так и по характеру, который так и просился на волю из её глаз. Неужели Иокаста её не раскусила? Или нет сил с ней справиться? Надо будет с ней об этой гадюке переговорить. Если сравнивать здешних жриц с женщиной греческого полиса, которая большую часть времени робко сидела в женской половине дома и была обязана беспрекословно подчиняться своему покровителю, то здешние свободолюбивые дикарки были совершенно другие. А уж в это время, под крылом Великой Матери, были ой как самостоятельны и решительны. Но, думаю, немного через чур. Так. Мы продолжаем экскурсию по Храму. Уже со свитой.
— Что тут можно сказать? – Иокаста продолжает роль чичероне. – Глубокий многослойный фундамент из больших обтесанных камней, с гор тащили. Щели заполнены камнями поменьше. Там проложены каналы, проходящие к зданию. Они сверху перекрыты плоскими камнями, но открытые по бокам. Там и дренажная система встроена, или воздуховоды для охлаждения Храма.
— Что, так жарко летом?
— Ты даже не представляешь. В горах, там попрохладнее, а здесь – хоть умри.
— И как вы с этим справляетесь?
— В северо-западной части, сразу за Храмом, стоит Священная роща. Отсюда не видно, через вон тот проход туда идет дорожка. Там и отдыхаем. Воздух там волшебный, словно нектаром пропитан. При любой жаре. И легкий ветерок всегда тело омывает. Сейчас туда пойдем, или здесь всё осмотрим?
— Давай сначала здесь закончим, а потом в рощу.
Главная жрица говорила, что сакральная, тайная, часть храма, где обитала Богиня, находилась на некотором возвышении и туда вела дверь, оббитая серебром и украшенная замысловатым орнаментом из птиц и зверей. Входить имели право только жрицы. Причем, не все. Такое право имела Иокаста, и ещё две старшие жрицы, одна из них (ну, конечно!) была та, со змеиным языком. Кстати, а почему Иокаста мне её не представила? Хм, судя по всему, та в этот момент сама взяла на себя эту миссию:
— Меня зовут Силили, я Старшая жрица Храма и отвечаю за сохранность нашего имущества. И кто вы – мы не знаем.
— Гостья Храма.
— Слушай, а для чего ты вообще этим интересуешься? В жрицы тебя не возьмут, этому с детства надо учиться, даже и твое происхождение...
Я эту гадюку точно задушу... или жало выдеру. Иокаста даже рот открыла от удивления. Пусть та дура и Старшая жрица, но перебивать разговор Главной жрицы с гостьей Храма – это какую наглость надо иметь!
— А мне, как иностранке, очень интересно посмотреть на Храм другого народа. Надеюсь, вы не против? – направила я свой взгляд на эту хамку.
— Против. Иокаста, нельзя вести в самую священную часть Храма какую-то иноверку. Богиня накажет.
Надо, видимо, ей всё же прижать язычок. И быстрее, а то нервы уже не те, могу и сорваться.
— Не думаю. Она меня сюда сама направила, можно сказать – пригласила, так что, скорее всего, не будет наказывать. А вот жрицу, которая хамит своей начальнице и гостью Богини не уважает, то вот её, мне кажется, Богиня отметит. Как полагается.
У этой дуры даже лицо перекосилось.
