— Я говорила с ним. После того, как ты выписалась из больницы, никому ничего не сказала и съехала из моего дома. А потом прислала сообщение, что с тобой все хорошо и ты уехала в свой «лесной дом».
— Прости, Риз. В тот день у вас с Келсом было свидание, и потому я просто уехала. Не хотела вам мешать.
Риз кивнула.
— Уильяма твои доводы не убедили, Эв. Поэтому, когда он приехал сюда, чтобы поговорить со мной…
— Что ты ему сказала?
— М-м-м…
— Не говори, Риз, — с улыбкой вставил Келс. — Пусть Ава сама уточнит у Блейка.
Ава коротко рассмеялась и с волнением посмотрела на подругу.
— Если в общем, то я сказала ему, что иногда с девушками… то есть, конкретно с тобой, стоит быть помягче.
— И?.. — едва слышно выдохнула Ава.
— А вот это я не знаю, Эв, — мягко улыбнувшись, ответила Риз.
— Блейк — парень непредсказуемый, — подвел итог Келс, отпивая черный кофе из крохотной, белой чашечки.
Помолчав несколько секунд, он проговорил вслух, но так тихо, что девушки могли решить, будто следующие слова им послышались:
— Но эти шрамы! Это просто ужасно! Кто мог сделать с ним такое?!
Ава задохнулась и сжала горло рукой. С большим трудом она проговорила:
— Ты... знаешь?..
Келс кивнул.
— Он просил меня о помощи, Эв. И я обработал шрамы. Не мог же я ему отказать. В той ситуации... Мне теперь кажется, что я никогда не смогу их забыть... Но кто способен на такое?
Ава молчала, оглушенная словами Келса о том, что ему известно о шрамах андроида. Значит, Уильяму было так больно, что он вынужден был обратиться за помощью! Но она, Ава... она тогда ему не помогла!
— Келс, когда это было?
Адвокат неопределенно пожал плечом.
— Я и так разболтал лишнее, Эв. Уильям просил никому не говорить. Тем более тебе. Но и Риз, и ты теперь об этом знаете.
Ава кивнула.
— Я давно знаю. Давно...
— Ты можешь сказать, кто это сделал с ним? Я бы мог помочь, как адвокат, я...
— Нелюди, — Ава подняла на Келса злой, блестящий взгляд. — Настоящие ублюдки и нелюди, вот, кто это сделал. И как адвокат ты здесь бессилен, потому что согласно закону...
Виттер кивнул, соглашаясь. Конечно! Как он мог забыть? Уильям Блейк — андроид. По меркам человеческого общества он абсолютно бесправен. Ни о каком деле и защите адвоката и речи быть не может.
— Что? — испуганно шепнула Риз. — Что, Ава?
Виттер только сейчас заметил, как сильно дрожат руки Авы. Она попробовала унять дрожь, сцепив руки в замок, но это не помогло, и Ава сделала то же, что делала всегда, когда на нее наступала безотчетная паника и внезапный страх: она крепко обняла себя за плечи.
— Прости, Эв...
— Больше я ничего не знаю, Келс.
Переведя взгляд на Риз, Ава шепнула:
— Я расскажу тебе позже, хорошо?
Риз только машинально кивнула, не понимая, о чем именно идет речь. Виттер помолчал, обдумывая что-то, и осторожно сменил тему.
— А что ты можешь сказать об Аллесе?
Ава сделала глубокий вдох.
— Я не ожидала, что он станет перебежчиком и предателем. Но, может быть, это все моя наивность?... Не знаю, что сказать. Я до сих пор не думала об этом всерьез. Так серьезно, как того требовал ты, да и сами обстоятельства... Надо собраться с мыслями, вспомнить… Сегодня вечером я буду готовить о Гудвине своеобразный отчет. Чтобы понять, что мне, в рамках моей компании, делать дальше.
Келс кивнул и попросил поделиться отчетом с ним.
— Конечно, — согласилась Ава, собираясь уходить.
Подхватив рюкзак, она набросила пиджак на сгиб руки.
— Спасибо вам, — повторила Ава, посмотрев на Келса и Риз. — Не знаю, что бы я без вас делала. Спасибо за помощь мне и Уильяму.
Риз с печальной полуулыбкой посмотрела на Аву.
— Ты всегда можешь на нас рассчитывать.
— Да, — громко и твердо подтвердил Келс. — Но скажи мне только одно, Эв. Быстро и не раздумывая, до всякого отчета... Аллес действительно может быть опасен? Он мог развернуть эту кампанию в СМИ?
— Да, — подтвердила Ава. — Он не из тех, кто будет сглатывать обвинения или отсиживаться в углу. Он лидер, способный отстоять свою точку зрения. Когда-то именно по этой причине я и взяла его на работу.
— Может, тебя проводить? — с тревогой спросила Риз.
Но Ава поблагодарила и отказалась. Сказав, что поедет домой, отдохнет и сядет за отчет, она вышла из кафе и направилась к своему Porsche Boxter. Во всем этом был, по меньшей мере, один плюс: ей вернули права. И даже если сейчас, от кофейни, ее снова «поведут» папарацци, она легко оторвется от них на своем кабриолете.
Ава подошла к автомобилю, забросила вещи на заднее сидение и села за руль. Но заводить мотор не спешила. Во всем происходящем вдруг нашелся еще один, гораздо более очевидный плюс: если Аллес предатель, то очень хорошо, что об этом стало известно.
«Если?.. — усомнился внутренний голос девушки. — А фактов недостаточно?».
«Мне тяжело и непривычно думать о нем, как о предателе. И… кому захочется признать, что он настолько ошибся в человеке?». Голос ответил, что знает того, кто одним словом излечит ее от сомнений в самой себе, да еще и отсыпет Гудвину комплиментов «по первое число». Ава знала, о ком он говорит. Но, отказавшись от предложенного варианта, она повернула машину в другую сторону. Настало время все хорошо обдумать. Все, что касалось Аллеса, все, что она знала или могла предположить о нем. И для этого ей требовалась тишина и уединение.
Но приехать сюда, на смотровую площадку Пало-Альто, где Ава так любила бывать раньше, теперь оказалось ошибкой. И понятно это стало только сейчас, когда девушка, остановив машину на вершине холма, заглушила мотор. Воспоминания, не спрашивая, проснулись мгновенно, рассказывая Аве, — снова, — все об одном и о том же: первый день, день встречи с Уильямом... Они приехали сюда потому, что тогда Ава захотела показать андроиду то, что ей нравится. Это место, пожалуй, было единственным во всем городе, где ей было хорошо, спокойно и уютно. Давние воспоминания замелькали перед Авой как хроника, чудом заснятая на пленку. Так четко, так ярко, так...
Не выдержав и пары минут воспоминаний, Ава резко включила зажигание и поехала прочь, мысленно ругая себя за этот приезд, абсолютно ненужный и глупый. «Ведь можно же было предположить, чем это закончится», — отчитывала она саму себя, останавливая кабриолет у дверей круглосуточного магазина.
Из машины она буквально выбежала, и зашла в олд так стремительно, с таким хмурым и сосредоточенным выражением лица, что охранник, встретивший ее у входа, отпрянул и вжался в стену. Ава его и не заметила. Она только остановилась посреди торгового зала, взглядом отыскала табличку «мороженое и заморозка», и направилась туда. Холодильники с порционным мороженым, как и заморозка, Аву совсем не интересовали. Зато холодильник, заполненный пачками мороженого весом от килограмма и выше, был как раз тем, что она искала.
Ава изрядно его разорила, набрав шоколадного, фисташкового, сливочного и кофейного вкусов. Еще она с сомнением смотрела на мороженое со вкусом манго, но так и не взяла его. Непонятно почему. «Очень даже понятно! Ты сомневаешься, что ему понравится. Ну и ладно! Лучше, действительно, уточнить, прежде чем покупать», — пел внутренний голос Авы, ничуть не испуганный ее резкими, порывистыми движениями, и предвкушающий следующий пункт в маршруте мисс Полгар.
Разорение морозильной камеры на предмет мороженого кончилось тем, что Аве стало холодно и невозможно удержать в руках все, что она выбрала. Оглянувшись по сторонам, девушка подошла к стопке корзин для покупок, и торопливо, — чувствуя, как от холода по коже бегут мурашки, — положила мороженое в самую верхнюю из них. Жара на улице, и даже в магазине, несмотря на включенные кондиционеры, стояла такая, что сохранность холодного лакомства находилась под реальной угрозой. Выхватив корзину из стопки, Ава стремительно направилась к кассе.
— Пробейте, пожалуйста. Поскорее, — попросила она.
Но сонная девушка-кассир, очевидно, была иного мнения. Она долго приходила в себя, кажется, еще дольше соображая о том, кто она, где находится, и что от нее почти в полночь требует эта злая, маленькая девушка.
— Можно поскорее? — как можно дружелюбнее, изо всех, оставшихся у нее на то сил, спросила Ава.
Кассир ничего не ответила. Только продолжала долго и тупо крутить в руках первую из четырех больших упаковок с мороженым. Ей хотелось спросить Аву о том, зачем ей восемь килограммов мороженого (по два каждого вида), да еще и в такой поздний час, но для начала было бы неплохо отыскать штрих-код для продажи товара хотя бы на одной из упаковок... На это ушло чуть больше минуты. Со стороны покупательницы послышались нетерпеливые вздохи и довольно резкий вопрос о том, есть ли у них в продаже специальный пакет для перевозки и хранения охлажденных продуктов? Кассир кивнула. Пакет был. Она планировала достать его после того, как пробьет на кассе все покупки нетерпеливой мисс, но та, отыскав взглядом нужный ей пакет (он висел за бортиком кассы, со стороны кассира), взяла его сама, отыскала штрих-код и пробила его на кассе быстрее, чем это успело изумить спящую за кассой красавицу.
— Мисс, что вы?... — очень медленно, еще не отойдя от сновидений, начала заводиться кассир.
Но Ава, не слушая ее, раскрыла пакет, убрала в него с горем пополам пробитую упаковку с мороженым (первую из четырех), и, отстранив руки кассира от трех оставшихся коробок, пробила их сама. На дисплее кассы высветилась общая сумма покупки, и Ава, выкинув из кармана пиджака купюру, бросила «без сдачи!». Собрав все мороженое в пакет, мисс Полгар побежала к выходу из магазина.
Когда она приехала к дверям главного отеля в Пало-Альто, была почти полночь. И тут Ава, — в лучших традициях сегодняшнего сумасбродного дня, — вспомнила, что она не знает, в каком именно отеле остановился Уильям Блейк. Ее внутренняя, непоколебимая уверенность чуть изумилась этому, но почти не дрогнула и предложила Аве все проверить самостоятельно. Подгоняемая каким-то невероятным, огромным нетерпением, Ава не стала спорить.
По ее мысли, не лишенной основания, андроид почти со стопроцентной гарантией остановился в самом помпезном отеле города. «А где же еще? Ты сама приучила его к комфорту и роскоши...» — лениво говорил ей внутренний голос в то время, как Ава, выхватив из машины рюкзак и пакет с мороженым, шла к дверям отеля. От ироничного замечания девушка отмахнулась, и подумала о том, что можно было бы уточнить информацию об отеле у Келса, но... Эта мысль как-то странно уязвила ее, вызывая в ней то ли злость, то ли... ревность? От того, что Виттер мог знать об Уильяме то, чего не знает она. «Сама виновата», — подвела итог Ава, и подошла к администратору.
— Добрый вечер. Мне нужно знать, в вашем ли отеле остановился один молодой человек.
Беспокойно блестящему взгляду Авы ответил равнодушный и высокомерный вид девицы модельного типа. Окатив припозднившуюся коротышку (на самом деле, эпитет в отношении Авы, проявившийся на лице девушки, был куда красноречивее) всем возможным презрением, девушка, не поздоровавшись и закатив глаза под самый лоб (он у нее был довольно низкий, и закатанные глаза при этом выглядели весьма жутко) медленно сообщила, что получение подобной информации, тем более в такое время как сейчас, «не положено».
— Но я могу хотя бы узнать, здесь ли он остановился? — закипая от глупых проволочек, уточнила Ава.
Девушка ответила радостной и ядовито-отрицательной улыбкой.
— Послушайте, — сказала Ава, повышая голос, отчего он начал разноситься эхом по холлу отеля. — Вот мой паспорт. Меня зовут Ава Полгар, я ищу Уильяма Блейка.
Девица хмыкнула, даже не взглянув на документы, оставленные Авой на стойке регистрации.
— Ну посмотрите хотя бы список постояльцев! Уильям Блейк.
— Не положено! Ничем не могу помочь, мисс, — радостно зашипела девица.
Она так откровенно наслаждалась растерянностью и негодованием коротышки, застывшей перед ней, что не уследила за тем, как к той, что назвала себя «Авой Полгар», подбежал парень, давно зависавший в холле, в зоне отдыха, и возбужденно заговорил:
— Вы — Ава Полгар?!
Он посмотрел внимательнее на темноволосую девушку, и договорил сам:
—Ну да! Это вы! Только волосы теперь короткие! Вы ищете Блейка из пятьсот второго? Манекенщика?
Ава молчала, с подозрением всматриваясь в незнакомца с фотоаппаратом в руках и петличным микрофоном, закрепленным на куртке.
— Я журналист, репортер! Дайте мне интервью!
Ава тихо стянула со стойки свой паспорт и убрала его в карман. Натянуто улыбнувшись, она спросила, осматривая холл боковым зрением:
— Интервью?
— Ну да! Это же ваша компания Sunrise гремит сейчас повсюду? Аллес Гудвин — в самом деле ваш бывший сотрудник и заместитель?
— Ава Полгар? — воскликнула девица увлеченно. — Та самая, из новостей? А это правда, что ваша колонка вызывает у людей привыкание, как к наркотикам?
Ава вытянула шею, нервно сглотнула и отступила от стойки регистрации на два шага назад.
— Вы специально создали этот эффект! Сколько вы получаете от зависимости людей? — голосила девица.
— Вы знали об эффекте привыкания? Вас не мучает совесть? Правда, что вы сами страдаете наркотической зависимостью? — вторил ей журналист.
Ава сделала еще один, очень плавный шаг назад.
— Ну, что вы молчите? Значит, вы виновны?
— Зарабатываете деньги на страданиях людей!
Ава, побледнев, посмотрела в сторону. Выждав пару секунд, она рванула к лифтам, намеренно, — чтобы укрыться за ней, — обгоняя тележку с чьим-то багажом. Она еще слышала за своей спиной крики «держите ее!», но они, несмотря на страх Авы, не остановили ее. Швейцар, чинно шествующий с багажной тележкой по холлу, только удивленно посмотрел на промелькнувшую перед ним девушку, и остановился, озадаченно почесывая голову, и наблюдая, как за ней следом пускается какой-то парень с фотокамерой в руках.
Ава была впереди. Но расстояние, разделяющее ее и репортера, довольно быстро сокращалось. И тогда она пошла на хитрость. Замерев в одной из коридорных ниш, Ава дождалась, пока папарацци убежит вперед, и повернула назад, к выходу на лестницу. Пролетев один пролет вверх, она остановилась у стенда с расписанием этажей и номеров, и выдохнула только:
— Седьмой этаж!
Времени на размышления и остановку не было. Поправив на плече лямку рюкзака, Ава побежала по лестнице вверх, надеясь на то, что, не найдя ее, жадный до сплетен журналист остановится и перестанет ее преследовать. «Ему станет лень бежать за мной... И он отстанет!» — отрывисто и молча, через рваные промежутки сбитого дыхания, думала она.
Ее надежды не оправдались между четвертым и пятым этажами. Дверь, выходившая на лестницу, громко хлопнула, за хлопком раздались быстрые шаги, и Ава поняла: журналист не отстал, он бежит за ней. Одна только мысль о том, что ее поймает репортер, придала ей ускорения. И уже стало не важно, что боль в левом боку разгорелась сильнее, а в горле, от быстрого и нервного дыхания пересохло, и дышать... Кажется, совсем нечем дышать! Перепрыгивая верхнюю ступень лестницы, Ава запнулась и едва не упала. Больно ударив руку о перила, она крепко схватилась за них и затихла, боясь привлечь ненужное внимание. Шаги за ее спиной становились все громче и приближались. Времени на отдых не было.
— Прости, Риз. В тот день у вас с Келсом было свидание, и потому я просто уехала. Не хотела вам мешать.
Риз кивнула.
— Уильяма твои доводы не убедили, Эв. Поэтому, когда он приехал сюда, чтобы поговорить со мной…
— Что ты ему сказала?
— М-м-м…
— Не говори, Риз, — с улыбкой вставил Келс. — Пусть Ава сама уточнит у Блейка.
Ава коротко рассмеялась и с волнением посмотрела на подругу.
— Если в общем, то я сказала ему, что иногда с девушками… то есть, конкретно с тобой, стоит быть помягче.
— И?.. — едва слышно выдохнула Ава.
— А вот это я не знаю, Эв, — мягко улыбнувшись, ответила Риз.
— Блейк — парень непредсказуемый, — подвел итог Келс, отпивая черный кофе из крохотной, белой чашечки.
Помолчав несколько секунд, он проговорил вслух, но так тихо, что девушки могли решить, будто следующие слова им послышались:
— Но эти шрамы! Это просто ужасно! Кто мог сделать с ним такое?!
Ава задохнулась и сжала горло рукой. С большим трудом она проговорила:
— Ты... знаешь?..
Келс кивнул.
— Он просил меня о помощи, Эв. И я обработал шрамы. Не мог же я ему отказать. В той ситуации... Мне теперь кажется, что я никогда не смогу их забыть... Но кто способен на такое?
Ава молчала, оглушенная словами Келса о том, что ему известно о шрамах андроида. Значит, Уильяму было так больно, что он вынужден был обратиться за помощью! Но она, Ава... она тогда ему не помогла!
— Келс, когда это было?
Адвокат неопределенно пожал плечом.
— Я и так разболтал лишнее, Эв. Уильям просил никому не говорить. Тем более тебе. Но и Риз, и ты теперь об этом знаете.
Ава кивнула.
— Я давно знаю. Давно...
— Ты можешь сказать, кто это сделал с ним? Я бы мог помочь, как адвокат, я...
— Нелюди, — Ава подняла на Келса злой, блестящий взгляд. — Настоящие ублюдки и нелюди, вот, кто это сделал. И как адвокат ты здесь бессилен, потому что согласно закону...
Виттер кивнул, соглашаясь. Конечно! Как он мог забыть? Уильям Блейк — андроид. По меркам человеческого общества он абсолютно бесправен. Ни о каком деле и защите адвоката и речи быть не может.
— Что? — испуганно шепнула Риз. — Что, Ава?
Виттер только сейчас заметил, как сильно дрожат руки Авы. Она попробовала унять дрожь, сцепив руки в замок, но это не помогло, и Ава сделала то же, что делала всегда, когда на нее наступала безотчетная паника и внезапный страх: она крепко обняла себя за плечи.
— Прости, Эв...
— Больше я ничего не знаю, Келс.
Переведя взгляд на Риз, Ава шепнула:
— Я расскажу тебе позже, хорошо?
Риз только машинально кивнула, не понимая, о чем именно идет речь. Виттер помолчал, обдумывая что-то, и осторожно сменил тему.
— А что ты можешь сказать об Аллесе?
Ава сделала глубокий вдох.
— Я не ожидала, что он станет перебежчиком и предателем. Но, может быть, это все моя наивность?... Не знаю, что сказать. Я до сих пор не думала об этом всерьез. Так серьезно, как того требовал ты, да и сами обстоятельства... Надо собраться с мыслями, вспомнить… Сегодня вечером я буду готовить о Гудвине своеобразный отчет. Чтобы понять, что мне, в рамках моей компании, делать дальше.
Келс кивнул и попросил поделиться отчетом с ним.
— Конечно, — согласилась Ава, собираясь уходить.
Подхватив рюкзак, она набросила пиджак на сгиб руки.
— Спасибо вам, — повторила Ава, посмотрев на Келса и Риз. — Не знаю, что бы я без вас делала. Спасибо за помощь мне и Уильяму.
Риз с печальной полуулыбкой посмотрела на Аву.
— Ты всегда можешь на нас рассчитывать.
— Да, — громко и твердо подтвердил Келс. — Но скажи мне только одно, Эв. Быстро и не раздумывая, до всякого отчета... Аллес действительно может быть опасен? Он мог развернуть эту кампанию в СМИ?
— Да, — подтвердила Ава. — Он не из тех, кто будет сглатывать обвинения или отсиживаться в углу. Он лидер, способный отстоять свою точку зрения. Когда-то именно по этой причине я и взяла его на работу.
— Может, тебя проводить? — с тревогой спросила Риз.
Но Ава поблагодарила и отказалась. Сказав, что поедет домой, отдохнет и сядет за отчет, она вышла из кафе и направилась к своему Porsche Boxter. Во всем этом был, по меньшей мере, один плюс: ей вернули права. И даже если сейчас, от кофейни, ее снова «поведут» папарацци, она легко оторвется от них на своем кабриолете.
Ава подошла к автомобилю, забросила вещи на заднее сидение и села за руль. Но заводить мотор не спешила. Во всем происходящем вдруг нашелся еще один, гораздо более очевидный плюс: если Аллес предатель, то очень хорошо, что об этом стало известно.
«Если?.. — усомнился внутренний голос девушки. — А фактов недостаточно?».
«Мне тяжело и непривычно думать о нем, как о предателе. И… кому захочется признать, что он настолько ошибся в человеке?». Голос ответил, что знает того, кто одним словом излечит ее от сомнений в самой себе, да еще и отсыпет Гудвину комплиментов «по первое число». Ава знала, о ком он говорит. Но, отказавшись от предложенного варианта, она повернула машину в другую сторону. Настало время все хорошо обдумать. Все, что касалось Аллеса, все, что она знала или могла предположить о нем. И для этого ей требовалась тишина и уединение.
Но приехать сюда, на смотровую площадку Пало-Альто, где Ава так любила бывать раньше, теперь оказалось ошибкой. И понятно это стало только сейчас, когда девушка, остановив машину на вершине холма, заглушила мотор. Воспоминания, не спрашивая, проснулись мгновенно, рассказывая Аве, — снова, — все об одном и о том же: первый день, день встречи с Уильямом... Они приехали сюда потому, что тогда Ава захотела показать андроиду то, что ей нравится. Это место, пожалуй, было единственным во всем городе, где ей было хорошо, спокойно и уютно. Давние воспоминания замелькали перед Авой как хроника, чудом заснятая на пленку. Так четко, так ярко, так...
Не выдержав и пары минут воспоминаний, Ава резко включила зажигание и поехала прочь, мысленно ругая себя за этот приезд, абсолютно ненужный и глупый. «Ведь можно же было предположить, чем это закончится», — отчитывала она саму себя, останавливая кабриолет у дверей круглосуточного магазина.
Из машины она буквально выбежала, и зашла в олд так стремительно, с таким хмурым и сосредоточенным выражением лица, что охранник, встретивший ее у входа, отпрянул и вжался в стену. Ава его и не заметила. Она только остановилась посреди торгового зала, взглядом отыскала табличку «мороженое и заморозка», и направилась туда. Холодильники с порционным мороженым, как и заморозка, Аву совсем не интересовали. Зато холодильник, заполненный пачками мороженого весом от килограмма и выше, был как раз тем, что она искала.
Ава изрядно его разорила, набрав шоколадного, фисташкового, сливочного и кофейного вкусов. Еще она с сомнением смотрела на мороженое со вкусом манго, но так и не взяла его. Непонятно почему. «Очень даже понятно! Ты сомневаешься, что ему понравится. Ну и ладно! Лучше, действительно, уточнить, прежде чем покупать», — пел внутренний голос Авы, ничуть не испуганный ее резкими, порывистыми движениями, и предвкушающий следующий пункт в маршруте мисс Полгар.
Разорение морозильной камеры на предмет мороженого кончилось тем, что Аве стало холодно и невозможно удержать в руках все, что она выбрала. Оглянувшись по сторонам, девушка подошла к стопке корзин для покупок, и торопливо, — чувствуя, как от холода по коже бегут мурашки, — положила мороженое в самую верхнюю из них. Жара на улице, и даже в магазине, несмотря на включенные кондиционеры, стояла такая, что сохранность холодного лакомства находилась под реальной угрозой. Выхватив корзину из стопки, Ава стремительно направилась к кассе.
— Пробейте, пожалуйста. Поскорее, — попросила она.
Но сонная девушка-кассир, очевидно, была иного мнения. Она долго приходила в себя, кажется, еще дольше соображая о том, кто она, где находится, и что от нее почти в полночь требует эта злая, маленькая девушка.
— Можно поскорее? — как можно дружелюбнее, изо всех, оставшихся у нее на то сил, спросила Ава.
Кассир ничего не ответила. Только продолжала долго и тупо крутить в руках первую из четырех больших упаковок с мороженым. Ей хотелось спросить Аву о том, зачем ей восемь килограммов мороженого (по два каждого вида), да еще и в такой поздний час, но для начала было бы неплохо отыскать штрих-код для продажи товара хотя бы на одной из упаковок... На это ушло чуть больше минуты. Со стороны покупательницы послышались нетерпеливые вздохи и довольно резкий вопрос о том, есть ли у них в продаже специальный пакет для перевозки и хранения охлажденных продуктов? Кассир кивнула. Пакет был. Она планировала достать его после того, как пробьет на кассе все покупки нетерпеливой мисс, но та, отыскав взглядом нужный ей пакет (он висел за бортиком кассы, со стороны кассира), взяла его сама, отыскала штрих-код и пробила его на кассе быстрее, чем это успело изумить спящую за кассой красавицу.
— Мисс, что вы?... — очень медленно, еще не отойдя от сновидений, начала заводиться кассир.
Но Ава, не слушая ее, раскрыла пакет, убрала в него с горем пополам пробитую упаковку с мороженым (первую из четырех), и, отстранив руки кассира от трех оставшихся коробок, пробила их сама. На дисплее кассы высветилась общая сумма покупки, и Ава, выкинув из кармана пиджака купюру, бросила «без сдачи!». Собрав все мороженое в пакет, мисс Полгар побежала к выходу из магазина.
***
Когда она приехала к дверям главного отеля в Пало-Альто, была почти полночь. И тут Ава, — в лучших традициях сегодняшнего сумасбродного дня, — вспомнила, что она не знает, в каком именно отеле остановился Уильям Блейк. Ее внутренняя, непоколебимая уверенность чуть изумилась этому, но почти не дрогнула и предложила Аве все проверить самостоятельно. Подгоняемая каким-то невероятным, огромным нетерпением, Ава не стала спорить.
По ее мысли, не лишенной основания, андроид почти со стопроцентной гарантией остановился в самом помпезном отеле города. «А где же еще? Ты сама приучила его к комфорту и роскоши...» — лениво говорил ей внутренний голос в то время, как Ава, выхватив из машины рюкзак и пакет с мороженым, шла к дверям отеля. От ироничного замечания девушка отмахнулась, и подумала о том, что можно было бы уточнить информацию об отеле у Келса, но... Эта мысль как-то странно уязвила ее, вызывая в ней то ли злость, то ли... ревность? От того, что Виттер мог знать об Уильяме то, чего не знает она. «Сама виновата», — подвела итог Ава, и подошла к администратору.
— Добрый вечер. Мне нужно знать, в вашем ли отеле остановился один молодой человек.
Беспокойно блестящему взгляду Авы ответил равнодушный и высокомерный вид девицы модельного типа. Окатив припозднившуюся коротышку (на самом деле, эпитет в отношении Авы, проявившийся на лице девушки, был куда красноречивее) всем возможным презрением, девушка, не поздоровавшись и закатив глаза под самый лоб (он у нее был довольно низкий, и закатанные глаза при этом выглядели весьма жутко) медленно сообщила, что получение подобной информации, тем более в такое время как сейчас, «не положено».
— Но я могу хотя бы узнать, здесь ли он остановился? — закипая от глупых проволочек, уточнила Ава.
Девушка ответила радостной и ядовито-отрицательной улыбкой.
— Послушайте, — сказала Ава, повышая голос, отчего он начал разноситься эхом по холлу отеля. — Вот мой паспорт. Меня зовут Ава Полгар, я ищу Уильяма Блейка.
Девица хмыкнула, даже не взглянув на документы, оставленные Авой на стойке регистрации.
— Ну посмотрите хотя бы список постояльцев! Уильям Блейк.
— Не положено! Ничем не могу помочь, мисс, — радостно зашипела девица.
Она так откровенно наслаждалась растерянностью и негодованием коротышки, застывшей перед ней, что не уследила за тем, как к той, что назвала себя «Авой Полгар», подбежал парень, давно зависавший в холле, в зоне отдыха, и возбужденно заговорил:
— Вы — Ава Полгар?!
Он посмотрел внимательнее на темноволосую девушку, и договорил сам:
—Ну да! Это вы! Только волосы теперь короткие! Вы ищете Блейка из пятьсот второго? Манекенщика?
Ава молчала, с подозрением всматриваясь в незнакомца с фотоаппаратом в руках и петличным микрофоном, закрепленным на куртке.
— Я журналист, репортер! Дайте мне интервью!
Ава тихо стянула со стойки свой паспорт и убрала его в карман. Натянуто улыбнувшись, она спросила, осматривая холл боковым зрением:
— Интервью?
— Ну да! Это же ваша компания Sunrise гремит сейчас повсюду? Аллес Гудвин — в самом деле ваш бывший сотрудник и заместитель?
— Ава Полгар? — воскликнула девица увлеченно. — Та самая, из новостей? А это правда, что ваша колонка вызывает у людей привыкание, как к наркотикам?
Ава вытянула шею, нервно сглотнула и отступила от стойки регистрации на два шага назад.
— Вы специально создали этот эффект! Сколько вы получаете от зависимости людей? — голосила девица.
— Вы знали об эффекте привыкания? Вас не мучает совесть? Правда, что вы сами страдаете наркотической зависимостью? — вторил ей журналист.
Ава сделала еще один, очень плавный шаг назад.
— Ну, что вы молчите? Значит, вы виновны?
— Зарабатываете деньги на страданиях людей!
Ава, побледнев, посмотрела в сторону. Выждав пару секунд, она рванула к лифтам, намеренно, — чтобы укрыться за ней, — обгоняя тележку с чьим-то багажом. Она еще слышала за своей спиной крики «держите ее!», но они, несмотря на страх Авы, не остановили ее. Швейцар, чинно шествующий с багажной тележкой по холлу, только удивленно посмотрел на промелькнувшую перед ним девушку, и остановился, озадаченно почесывая голову, и наблюдая, как за ней следом пускается какой-то парень с фотокамерой в руках.
Ава была впереди. Но расстояние, разделяющее ее и репортера, довольно быстро сокращалось. И тогда она пошла на хитрость. Замерев в одной из коридорных ниш, Ава дождалась, пока папарацци убежит вперед, и повернула назад, к выходу на лестницу. Пролетев один пролет вверх, она остановилась у стенда с расписанием этажей и номеров, и выдохнула только:
— Седьмой этаж!
Времени на размышления и остановку не было. Поправив на плече лямку рюкзака, Ава побежала по лестнице вверх, надеясь на то, что, не найдя ее, жадный до сплетен журналист остановится и перестанет ее преследовать. «Ему станет лень бежать за мной... И он отстанет!» — отрывисто и молча, через рваные промежутки сбитого дыхания, думала она.
Ее надежды не оправдались между четвертым и пятым этажами. Дверь, выходившая на лестницу, громко хлопнула, за хлопком раздались быстрые шаги, и Ава поняла: журналист не отстал, он бежит за ней. Одна только мысль о том, что ее поймает репортер, придала ей ускорения. И уже стало не важно, что боль в левом боку разгорелась сильнее, а в горле, от быстрого и нервного дыхания пересохло, и дышать... Кажется, совсем нечем дышать! Перепрыгивая верхнюю ступень лестницы, Ава запнулась и едва не упала. Больно ударив руку о перила, она крепко схватилась за них и затихла, боясь привлечь ненужное внимание. Шаги за ее спиной становились все громче и приближались. Времени на отдых не было.
