Вычитав все, что хотела, я отлевитировала книгу на столик, а сама, немного порассматривав лицо мужчины, наклонилась к нему и коснулась поцелуем губ. Сначала медленно и нежно провела только губами, потом подключила язык, дразня и изучая всё углубляющееся поле действия. Вчера спектр ощущений от эманаций буквально вытеснял из моего сознания все прочие не менее приятные чувства, так что сегодня я будто снова впервые с ним целовалась, заново узнавая мягкость его губ, с чуть шершавой оконечностью шрама на них, и наслаждаясь ответными движениями. Ответил он сразу же, будто только этого и ждал. Сначала так же неторопливо как и я, а потом все активнее, постепенно перехватывая у меня инициативу. Ощущения от эманаций углублялись вместе с поцелуем, но на сей раз они были только безумно приятными, но не дурманящими.
Оторваться от мужчины меня заставила только не самая удобная поза. При этом то, что Эскель умудрился обхватить меня одной рукой, я заметила только, когда он ту самую руку убрал, а я запоздало почувствовала, какая она была приятно горячая. Чуть-чуть отодвинувшись, я открыла глаза и тут же встретилась взглядом с ведьмаком. Он внимательно смотрел на меня несколько секунд, а потом протянул руку и, едва касаясь, самыми кончиками пальцев провел по моей щеке, отчего у меня мурашки прошлись по всему телу. Затем, немного привстав, коротко коснулся моих губ поцелуем и поднялся до конца, разворачиваясь ко мне лицом. Я, находясь все еще под впечатлением, просто смотрела на него.
— Ты хотела эксперимент продолжить, — напомнил он мне, когда молчание слишком уж затянулось.
— Да вот уже продолжила, — усмехнулась я, вернувшись к реальности и откидываясь на спинку.
— Будешь записывать? — уточнил ведьмак.
— Нет, — качнула я головой. — Сегодня так и не нашла времени дописать вчерашнее, потом скопом все опишу, — ответила я, и думать забывшая об этом. Ну не признаваться же теперь? — Тем более что сегодня только контрольная проверка, — с усмешкой добавила я.
— Проверка? — переспросил Эскель.
— По предположению Йен, после первого раза ощущения от эманаций должны были снизиться до вменяемых, — напомнила я.
— И как?
— Как видишь! — рассмеялась я, дотрагиваясь до его руки. — Не дергаюсь, в прострацию не выпадаю, — конкретизировала я и убрала руку.
— Иди тогда сюда? — с вопросительной интонацией позвал меня Эскель пересесть к нему ближе.
Я охотно передвинулась, прижимаясь к его боку. Он тут же приобнял меня одной рукой, придвигая к себе еще теснее. В его объятьях было так уютно и тепло, что никакой плед был не нужен, достаточно замереть и наслаждаться. Я аккуратно пристроила голову к нему на плечо. Мне с ним было хорошо даже вот так вот просто сидеть и молчать, отогреваться от своей ледяной магии, от кучи забот, от алхимических задач. Так что я еще немного развернулась и сама обхватила его руками поперек туловища, прикрывая глаза.
— Не жалеешь? — неожиданно спросил Эскель.
— О чем? — встрепенулась я, успев позабыть о чем мы говорили, так что совершенно не поняла вопроса.
— О том, что ощущения слабее стали, — напомнил он.
— Нет, — усмехаясь, пару раз мотнула я головой и снова уложила ее на плечо мужчине. — Это, конечно, было забавно, но я предпочитаю помнить о том, как провожу время!
— А ты ничего не помнишь? — удивленно повернул ко мне голову мужчина.
— Не то чтобы совсем ничего, но ничего определенного, — пожала я плечами. — А мне как-то все-таки больше нравится осознавать, что происходит. К тому же, как я уже говорила, мне такие красивые мужчины слишком редко попадались, чтобы упускать возможность… — оборвала я предложение на полуслове, все это время наглядно скользя ладонью по его плечам, груди и животу. Будоражащий воображение рельеф мышц прекрасно чувствовался и через рубашку. — Так что я ничего не теряю.
«А скорее даже приобретаю», — мысленно добавила я, чувствуя, что мои манипуляции Эскелю нравились.
Мужчина чуть пошевелился. Я снова повернула голову, чтобы взглянуть на него, и наткнулась на неожиданно очень серьезный, даже испытующий взгляд желтых глаз. Пару секунд пока я недоумевала, он сосредоточенно что-то искал на моем лице, а потом стал медленно наклоняться ко мне ближе, так что я не стала искать причины странного взгляда, а просто подставила губы под новый поцелуй.
Вихрь поразительных ощущений закружил меня. Я продолжала гладить его всюду, куда только дотягивалась руками, чувствовала, как мужчина водит по моей коже ладонями, уже забравшись под футболку, и тонула в сладостных ощущениях поцелуя и гуляющих по телу вслед за руками и губами Эскеля вибраций, пробуждающих во мне уже более конкретные желания. Неожиданно мужчина нежно сжал мою грудь прямо через бюстгальтер и отстранился немного.
— Ты обещала научить тебя раздевать, — напомнил он, когда я, открыв глаза, увидела его лицо прямо перед собой, сантиметрах в десяти.
Такая близость, жаждущий взгляд и сбившееся дыхание заставили меня замереть. И если бы не его слова, я бы так и сидела не шелохнувшись, впитывая этот образ обычно скрывающего свои чувства мужчины.
— Да тут никакой науки нет, — невольно улыбнулась я, осознав, что снова не заметила, когда он снял с меня футболку. — Смотри, просто крючки. А джинсы как-нибудь потом покажу.
Я развернулась к нему спиной, позволяя ему самому разобраться в простой конструкции застежки. Справился он быстро, я почувствовала, как резинка ослабла, и тут же его горячие ладони обхватили мою грудь, сметая все мысли, кроме одной. Шумно выдохнув, я откинулась на него, запрокидывая голову и закрывая глаза. Он снова сжал грудь, одновременно поглаживая большими пальцами соски, вызывая у меня новый шумный вздох.
— Пошли на кровать, там удобнее, — прошептала я, чуть повернув к нему голову, прекрасно ощущая, что не одной мне хотелось уже, наконец, снять всю лишнюю одежду.
Я снова безумно его хотела, и определенно не эманации были тому виной. С ума сводил меня сам Эскель, этот немногословный ведьмак с горячими чуткими руками, чувственными поцелуями и страстью во взгляде, который явно хотел меня не меньше. Мой ведьмак, мое предназначение!
Эскель, как и вчера, неожиданно подхватил меня на руки.
— Ты смотри, привыкну, — улыбаясь пробормотала я ему куда-то в шею.
— Мне несложно, — выдохнул он мне почти в ухо и опустил на покрывало.
Теперь избавиться от оставшейся одежды я помогала ему сама и заодно поняла, каким образом он так незаметно раздевал меня до того. Я читала, что ведьмаки двигаются намного быстрее людей, но один раз увидеть было информативнее. Всю свою одежду он снял быстрее, чем я одни брюки на резинке.
А потом я все-таки потерялась в ощущениях и поцелуях, но на сей раз без провалов в памяти и активно участвуя в этом безумии, попеременно находясь то на вершине блаженства, то на пути к ней.
Не знаю, во сколько мы все-таки улеглись спать на разворошенной кровати. Меня успокаивала только мысль о том, что будильник я завела заранее. Сейчас у меня не было сил даже думать. Только прижаться к этому, еще пару минут назад дарившему непередаваемое удовольствие, телу неожиданно до дрожи родного мужчины в совершенно чужом мире и закрыть глаза.
Попрощавшись после позднего завтрака, Брин в самом деле пропала на весь день до самого позднего вечера. Эскель успел и Весемиру помочь, и Ламберта несколько раз послать по все удлиняющемуся маршруту, и, объединившись с Ламбертом, поподкалывать Геральта, у которого в замке было целых две чародейки, жаждущих его внимания, и даже с ужином помочь, в надежде, что Брин все же появится. Но трапеза прошла в привычной ведьмачьей компании, чародеек не было ни одной. Время все шло и шло, а Брин не появлялась. Точнее, она явно была в лаборатории и, как и сказала за завтраком, выходить оттуда не собиралась. Спустившаяся к ней Трисс вскоре вышла оттуда одна и сразу же ушла к себе. Надежда на то, что Брин вскоре последует за ней, угасала с каждой прошедшей минутой, - девушка, кажется, в самом деле не шутила, говоря, что не выйдет оттуда, пока не перестанет соображать.
Мужчину стали одолевать сомнения. Зачем она рассказала ему о своих планах? Утром ему показалось, что она так намекнула, что хотела бы увидеть его вечером. А теперь начинало казаться, что, наоборот, чтобы он на это не рассчитывал и шел спать. Но сна у ведьмака не было ни в одном глазу, так что он упрямо ждал, когда она появится, чтобы спросить у нее прямо. Текст из книги, которую мужчина взял почитать, до мозга не доходил, так что он механически пробегал страницу глазами, переворачивал ее, пробегал следующую, думая в это время совершенно о другом.
Он не понимал Брин. Раньше у него никогда не возникало проблем с пониманием женщин, ну разве что очень давно, когда он был еще совсем сопливым. А так он всегда прекрасно видел, есть у него шанс или нет, различал отношение к себе по паре брошенных взглядов, по положению тела. Случалось, конечно, всякое, но риск - дело благородное. По крайней мере, в отношении дам. А вот с Брин это чутье совершенно не работало, а порой срабатывало даже во вред. Несмотря на все, что между ними уже было, ведьмак до сих пор не мог точно определить, как же девушка к нему относится. Нет, то, что он ей не отвратителен, он был уверен, но вот дальше…
«Привлекаю ли я ее исключительно как мужчина или нравлюсь как человек? Или, может, и вовсе как экспериментальный образец? А может быть, ее все-таки тянет ко мне, как меня к ней?» — размышлял он.
Иногда ему казалось что тянет, что он для нее особенный, как, например, в тот момент, когда она назвала его потрясающим. А иногда, как сейчас, он склонялся больше к экспериментальному образцу.
«Поэкспериментировала и хватит! — хмуро сообщил он сам себе и сам же возразил. — Почему тогда она захотела, чтобы я остался спать с ней прошлой ночью?»
Одни вопросы без ответов. Чутье молчит, а на душе неспокойно. Тянет к ней. Днем за делами это незаметно, а вечером, когда просто так сидишь, все мысли о ней. Хочется прикоснуться, вдохнуть ее неповторимый аромат, услышать ее смех, прижать к себе и целовать, целовать, пока она не станет, как вчера, стонать и извиваться…
Внезапно пришедшая идея, что Брин могла уйти из лаборатории порталом, разогнала все приятные мысли.
«Спуститься в лабораторию, проверить? Если я ей помешаю, ничего хорошего после этого можно будет не ожидать, — рассуждал ведьмак. — Подняться к ней в комнату и постучать? Ага, и возможно, выдернуть ее из постели».
Эскель как наяву представил себе растрепанную Брин в накинутом поверх ночной сорочки пледе, сонно щурящуюся на него и спрашивающую, какого рожна он приперся. И даже то, что для крепкого сна время еще не подошло, яркость видения не уменьшало. Жгучее чувство стыда окатило ведьмака с ног до головы, так что он захлопнул книгу и привычно потер шрам на щеке.
«Угу, пришел спросить не хочешь ли ты… Нет, так подставляться было бы совсем глупо», — решил он, но бросить все и пойти спать без Брин не мог. Да и все равно бы не уснул, продолжая гадать.
Неизвестно, сколько бы времени он еще провел так, размышляя, но девушка неожиданно появилась в большом зале. Она шла к двери в свою башню и увлеченно листала какую-то книгу на ходу. От удивления, что в задумчивости не услышал звук ее шагов заранее, Эскель чуть было не упустил девушку.
— Брин? — позвал он, поскорее поднимаясь со своего места, и устремился к ней, только спустя пару шагов сообразив, что понятия не имеет, что ей сказать, кроме как напрямую предложить переспать. Но делать этого не хотелось. Это со случайной женщиной, встреченной на Пути, можно было не церемониться, все-равно в деревне проездом лишь один вечер, а с Брин хотелось говорить иначе. К тому же секс хоть и был весьма желателен, но совсем не обязателен. В первую очередь он хотел провести с ней время, посидеть рядом, поговорить, обнять, если она не будет против, а там уж как повезет.
Однако говорить ничего и не пришлось. Оторвавшись от книги, девушка посмотрела на него пару секунд, будто вспоминая, кто он такой, а потом просто позвала за собой. Направлялась она явно в комнату, что с одной стороны радовало, его же позвали с собой, а с другой, надо было-таки придумать, что ей сказать. Чародейка же снова погрузилась в книгу и, кажется, позабыла не только о нем, но и куда шла, едва не пропустив собственную дверь. На пороге задерживаться не стала, взглядом заперев замок, целеустремленно зашагала к ширме, оставив растерянного ведьмака посреди комнаты.
«Как я должен это понять? Может, она что-то другое имела в виду, а не чтобы я шел за ней?! Что я должен сделать сейчас?» — мужчина чувствовал себя не в своей тарелке, бесцельно стоя в комнате Брин, с полным ощущением, что его сюда запустили по ошибке и скоро спохватятся и выгонят.
Девушка и вправду спохватилась, выглянула из-за ширмы и наконец развеяла его сомнения. Никакой ошибки не было, его в самом деле пригласили сюда, просто ей нужно доделать какие-то дела, а его просят подождать. Без проблем! Только как он должен ждать? Присесть ему не предложили. Выйти за дверь? Или раз его впустили, то подразумевается, что он сядет и будет ждать здесь?
«Все-таки скорее второе», — решил Эскель и присел на диван, о котором у него теперь было много приятных воспоминаний.
Девушка довольно долго возилась за ширмой, ходила туда-сюда, а потом неожиданно пожаловалась на холод. Ведьмаку холодно не было, но он до сих пор прекрасно помнил, что Брин, в отличие от него, было холодно даже в таверне. Так что без лишних просьб поднялся и подошел к камину. Дрова в нем были уже уложены, осталось только сосредоточиться на Игни и зажечь огонь. Почти сразу после этого Брин снова выглянула из-за ширмы и мужчина наконец увидел ее улыбку, адресованную ему. А потом она все-таки вышла к нему, накинув на себя плед, и забавно устроилась на диване, укутавшись в него плотнее. Ведьмак даже невольно улыбнулся, наблюдая за ней.
— Я как дочитаю, хотела вчерашний эксперимент закончить. Ты не против? — подняв голову, сказала она.
Разумеется, Эскель был не против, а скорее только за, ведь это означало, что он не ошибся и у нее все-таки были на него планы. Сообщив, что ожидать долго не придется, она потушила почти весь свет и снова обратилась к нему. Он поймал на себе ее тот самый лучезарный взгляд, от которого на душе становилось так легко и тепло и хотелось делать глупости. А потом она его еще и позвала совершенно неожиданным прозвищем вместо имени и похлопала по коленям, будто в самом деле кошку подзывая. Ну как тут было удержаться?
Ведьмак, удивляясь сам себе и глупости пришедшей ему в голову идеи, улегся ей на колени, для особой достоверности даже мяукнув. А она звонко рассмеялась, провела рукой по его волосам и предложила за ушком почесать.
«Что угодно делай», — мысленно ответил ей Эскель. Можно было выдохнуть, его не гнали.
И Брин действительно стала осторожно водить пальцами по его шее и лицу, перебирать волосы, вызывая довольную улыбку, которую не получалось да и не хотелось сдерживать.
«Мм… даже гладят. Чего ж так приятно-то? — закрыл глаза Эскель, стараясь контролировать дыхание. — Будто правда кот бездомный, не знающий ласки. Хотя ее на самом деле не так много было, как хотелось бы, вот и тянусь к каждому ее прикосновению.
Оторваться от мужчины меня заставила только не самая удобная поза. При этом то, что Эскель умудрился обхватить меня одной рукой, я заметила только, когда он ту самую руку убрал, а я запоздало почувствовала, какая она была приятно горячая. Чуть-чуть отодвинувшись, я открыла глаза и тут же встретилась взглядом с ведьмаком. Он внимательно смотрел на меня несколько секунд, а потом протянул руку и, едва касаясь, самыми кончиками пальцев провел по моей щеке, отчего у меня мурашки прошлись по всему телу. Затем, немного привстав, коротко коснулся моих губ поцелуем и поднялся до конца, разворачиваясь ко мне лицом. Я, находясь все еще под впечатлением, просто смотрела на него.
— Ты хотела эксперимент продолжить, — напомнил он мне, когда молчание слишком уж затянулось.
— Да вот уже продолжила, — усмехнулась я, вернувшись к реальности и откидываясь на спинку.
— Будешь записывать? — уточнил ведьмак.
— Нет, — качнула я головой. — Сегодня так и не нашла времени дописать вчерашнее, потом скопом все опишу, — ответила я, и думать забывшая об этом. Ну не признаваться же теперь? — Тем более что сегодня только контрольная проверка, — с усмешкой добавила я.
— Проверка? — переспросил Эскель.
— По предположению Йен, после первого раза ощущения от эманаций должны были снизиться до вменяемых, — напомнила я.
— И как?
— Как видишь! — рассмеялась я, дотрагиваясь до его руки. — Не дергаюсь, в прострацию не выпадаю, — конкретизировала я и убрала руку.
— Иди тогда сюда? — с вопросительной интонацией позвал меня Эскель пересесть к нему ближе.
Я охотно передвинулась, прижимаясь к его боку. Он тут же приобнял меня одной рукой, придвигая к себе еще теснее. В его объятьях было так уютно и тепло, что никакой плед был не нужен, достаточно замереть и наслаждаться. Я аккуратно пристроила голову к нему на плечо. Мне с ним было хорошо даже вот так вот просто сидеть и молчать, отогреваться от своей ледяной магии, от кучи забот, от алхимических задач. Так что я еще немного развернулась и сама обхватила его руками поперек туловища, прикрывая глаза.
— Не жалеешь? — неожиданно спросил Эскель.
— О чем? — встрепенулась я, успев позабыть о чем мы говорили, так что совершенно не поняла вопроса.
— О том, что ощущения слабее стали, — напомнил он.
— Нет, — усмехаясь, пару раз мотнула я головой и снова уложила ее на плечо мужчине. — Это, конечно, было забавно, но я предпочитаю помнить о том, как провожу время!
— А ты ничего не помнишь? — удивленно повернул ко мне голову мужчина.
— Не то чтобы совсем ничего, но ничего определенного, — пожала я плечами. — А мне как-то все-таки больше нравится осознавать, что происходит. К тому же, как я уже говорила, мне такие красивые мужчины слишком редко попадались, чтобы упускать возможность… — оборвала я предложение на полуслове, все это время наглядно скользя ладонью по его плечам, груди и животу. Будоражащий воображение рельеф мышц прекрасно чувствовался и через рубашку. — Так что я ничего не теряю.
«А скорее даже приобретаю», — мысленно добавила я, чувствуя, что мои манипуляции Эскелю нравились.
Мужчина чуть пошевелился. Я снова повернула голову, чтобы взглянуть на него, и наткнулась на неожиданно очень серьезный, даже испытующий взгляд желтых глаз. Пару секунд пока я недоумевала, он сосредоточенно что-то искал на моем лице, а потом стал медленно наклоняться ко мне ближе, так что я не стала искать причины странного взгляда, а просто подставила губы под новый поцелуй.
Вихрь поразительных ощущений закружил меня. Я продолжала гладить его всюду, куда только дотягивалась руками, чувствовала, как мужчина водит по моей коже ладонями, уже забравшись под футболку, и тонула в сладостных ощущениях поцелуя и гуляющих по телу вслед за руками и губами Эскеля вибраций, пробуждающих во мне уже более конкретные желания. Неожиданно мужчина нежно сжал мою грудь прямо через бюстгальтер и отстранился немного.
— Ты обещала научить тебя раздевать, — напомнил он, когда я, открыв глаза, увидела его лицо прямо перед собой, сантиметрах в десяти.
Такая близость, жаждущий взгляд и сбившееся дыхание заставили меня замереть. И если бы не его слова, я бы так и сидела не шелохнувшись, впитывая этот образ обычно скрывающего свои чувства мужчины.
— Да тут никакой науки нет, — невольно улыбнулась я, осознав, что снова не заметила, когда он снял с меня футболку. — Смотри, просто крючки. А джинсы как-нибудь потом покажу.
Я развернулась к нему спиной, позволяя ему самому разобраться в простой конструкции застежки. Справился он быстро, я почувствовала, как резинка ослабла, и тут же его горячие ладони обхватили мою грудь, сметая все мысли, кроме одной. Шумно выдохнув, я откинулась на него, запрокидывая голову и закрывая глаза. Он снова сжал грудь, одновременно поглаживая большими пальцами соски, вызывая у меня новый шумный вздох.
— Пошли на кровать, там удобнее, — прошептала я, чуть повернув к нему голову, прекрасно ощущая, что не одной мне хотелось уже, наконец, снять всю лишнюю одежду.
Я снова безумно его хотела, и определенно не эманации были тому виной. С ума сводил меня сам Эскель, этот немногословный ведьмак с горячими чуткими руками, чувственными поцелуями и страстью во взгляде, который явно хотел меня не меньше. Мой ведьмак, мое предназначение!
Эскель, как и вчера, неожиданно подхватил меня на руки.
— Ты смотри, привыкну, — улыбаясь пробормотала я ему куда-то в шею.
— Мне несложно, — выдохнул он мне почти в ухо и опустил на покрывало.
Теперь избавиться от оставшейся одежды я помогала ему сама и заодно поняла, каким образом он так незаметно раздевал меня до того. Я читала, что ведьмаки двигаются намного быстрее людей, но один раз увидеть было информативнее. Всю свою одежду он снял быстрее, чем я одни брюки на резинке.
А потом я все-таки потерялась в ощущениях и поцелуях, но на сей раз без провалов в памяти и активно участвуя в этом безумии, попеременно находясь то на вершине блаженства, то на пути к ней.
Не знаю, во сколько мы все-таки улеглись спать на разворошенной кровати. Меня успокаивала только мысль о том, что будильник я завела заранее. Сейчас у меня не было сил даже думать. Только прижаться к этому, еще пару минут назад дарившему непередаваемое удовольствие, телу неожиданно до дрожи родного мужчины в совершенно чужом мире и закрыть глаза.
***
Попрощавшись после позднего завтрака, Брин в самом деле пропала на весь день до самого позднего вечера. Эскель успел и Весемиру помочь, и Ламберта несколько раз послать по все удлиняющемуся маршруту, и, объединившись с Ламбертом, поподкалывать Геральта, у которого в замке было целых две чародейки, жаждущих его внимания, и даже с ужином помочь, в надежде, что Брин все же появится. Но трапеза прошла в привычной ведьмачьей компании, чародеек не было ни одной. Время все шло и шло, а Брин не появлялась. Точнее, она явно была в лаборатории и, как и сказала за завтраком, выходить оттуда не собиралась. Спустившаяся к ней Трисс вскоре вышла оттуда одна и сразу же ушла к себе. Надежда на то, что Брин вскоре последует за ней, угасала с каждой прошедшей минутой, - девушка, кажется, в самом деле не шутила, говоря, что не выйдет оттуда, пока не перестанет соображать.
Мужчину стали одолевать сомнения. Зачем она рассказала ему о своих планах? Утром ему показалось, что она так намекнула, что хотела бы увидеть его вечером. А теперь начинало казаться, что, наоборот, чтобы он на это не рассчитывал и шел спать. Но сна у ведьмака не было ни в одном глазу, так что он упрямо ждал, когда она появится, чтобы спросить у нее прямо. Текст из книги, которую мужчина взял почитать, до мозга не доходил, так что он механически пробегал страницу глазами, переворачивал ее, пробегал следующую, думая в это время совершенно о другом.
Он не понимал Брин. Раньше у него никогда не возникало проблем с пониманием женщин, ну разве что очень давно, когда он был еще совсем сопливым. А так он всегда прекрасно видел, есть у него шанс или нет, различал отношение к себе по паре брошенных взглядов, по положению тела. Случалось, конечно, всякое, но риск - дело благородное. По крайней мере, в отношении дам. А вот с Брин это чутье совершенно не работало, а порой срабатывало даже во вред. Несмотря на все, что между ними уже было, ведьмак до сих пор не мог точно определить, как же девушка к нему относится. Нет, то, что он ей не отвратителен, он был уверен, но вот дальше…
«Привлекаю ли я ее исключительно как мужчина или нравлюсь как человек? Или, может, и вовсе как экспериментальный образец? А может быть, ее все-таки тянет ко мне, как меня к ней?» — размышлял он.
Иногда ему казалось что тянет, что он для нее особенный, как, например, в тот момент, когда она назвала его потрясающим. А иногда, как сейчас, он склонялся больше к экспериментальному образцу.
«Поэкспериментировала и хватит! — хмуро сообщил он сам себе и сам же возразил. — Почему тогда она захотела, чтобы я остался спать с ней прошлой ночью?»
Одни вопросы без ответов. Чутье молчит, а на душе неспокойно. Тянет к ней. Днем за делами это незаметно, а вечером, когда просто так сидишь, все мысли о ней. Хочется прикоснуться, вдохнуть ее неповторимый аромат, услышать ее смех, прижать к себе и целовать, целовать, пока она не станет, как вчера, стонать и извиваться…
Внезапно пришедшая идея, что Брин могла уйти из лаборатории порталом, разогнала все приятные мысли.
«Спуститься в лабораторию, проверить? Если я ей помешаю, ничего хорошего после этого можно будет не ожидать, — рассуждал ведьмак. — Подняться к ней в комнату и постучать? Ага, и возможно, выдернуть ее из постели».
Эскель как наяву представил себе растрепанную Брин в накинутом поверх ночной сорочки пледе, сонно щурящуюся на него и спрашивающую, какого рожна он приперся. И даже то, что для крепкого сна время еще не подошло, яркость видения не уменьшало. Жгучее чувство стыда окатило ведьмака с ног до головы, так что он захлопнул книгу и привычно потер шрам на щеке.
«Угу, пришел спросить не хочешь ли ты… Нет, так подставляться было бы совсем глупо», — решил он, но бросить все и пойти спать без Брин не мог. Да и все равно бы не уснул, продолжая гадать.
Неизвестно, сколько бы времени он еще провел так, размышляя, но девушка неожиданно появилась в большом зале. Она шла к двери в свою башню и увлеченно листала какую-то книгу на ходу. От удивления, что в задумчивости не услышал звук ее шагов заранее, Эскель чуть было не упустил девушку.
— Брин? — позвал он, поскорее поднимаясь со своего места, и устремился к ней, только спустя пару шагов сообразив, что понятия не имеет, что ей сказать, кроме как напрямую предложить переспать. Но делать этого не хотелось. Это со случайной женщиной, встреченной на Пути, можно было не церемониться, все-равно в деревне проездом лишь один вечер, а с Брин хотелось говорить иначе. К тому же секс хоть и был весьма желателен, но совсем не обязателен. В первую очередь он хотел провести с ней время, посидеть рядом, поговорить, обнять, если она не будет против, а там уж как повезет.
Однако говорить ничего и не пришлось. Оторвавшись от книги, девушка посмотрела на него пару секунд, будто вспоминая, кто он такой, а потом просто позвала за собой. Направлялась она явно в комнату, что с одной стороны радовало, его же позвали с собой, а с другой, надо было-таки придумать, что ей сказать. Чародейка же снова погрузилась в книгу и, кажется, позабыла не только о нем, но и куда шла, едва не пропустив собственную дверь. На пороге задерживаться не стала, взглядом заперев замок, целеустремленно зашагала к ширме, оставив растерянного ведьмака посреди комнаты.
«Как я должен это понять? Может, она что-то другое имела в виду, а не чтобы я шел за ней?! Что я должен сделать сейчас?» — мужчина чувствовал себя не в своей тарелке, бесцельно стоя в комнате Брин, с полным ощущением, что его сюда запустили по ошибке и скоро спохватятся и выгонят.
Девушка и вправду спохватилась, выглянула из-за ширмы и наконец развеяла его сомнения. Никакой ошибки не было, его в самом деле пригласили сюда, просто ей нужно доделать какие-то дела, а его просят подождать. Без проблем! Только как он должен ждать? Присесть ему не предложили. Выйти за дверь? Или раз его впустили, то подразумевается, что он сядет и будет ждать здесь?
«Все-таки скорее второе», — решил Эскель и присел на диван, о котором у него теперь было много приятных воспоминаний.
Девушка довольно долго возилась за ширмой, ходила туда-сюда, а потом неожиданно пожаловалась на холод. Ведьмаку холодно не было, но он до сих пор прекрасно помнил, что Брин, в отличие от него, было холодно даже в таверне. Так что без лишних просьб поднялся и подошел к камину. Дрова в нем были уже уложены, осталось только сосредоточиться на Игни и зажечь огонь. Почти сразу после этого Брин снова выглянула из-за ширмы и мужчина наконец увидел ее улыбку, адресованную ему. А потом она все-таки вышла к нему, накинув на себя плед, и забавно устроилась на диване, укутавшись в него плотнее. Ведьмак даже невольно улыбнулся, наблюдая за ней.
— Я как дочитаю, хотела вчерашний эксперимент закончить. Ты не против? — подняв голову, сказала она.
Разумеется, Эскель был не против, а скорее только за, ведь это означало, что он не ошибся и у нее все-таки были на него планы. Сообщив, что ожидать долго не придется, она потушила почти весь свет и снова обратилась к нему. Он поймал на себе ее тот самый лучезарный взгляд, от которого на душе становилось так легко и тепло и хотелось делать глупости. А потом она его еще и позвала совершенно неожиданным прозвищем вместо имени и похлопала по коленям, будто в самом деле кошку подзывая. Ну как тут было удержаться?
Ведьмак, удивляясь сам себе и глупости пришедшей ему в голову идеи, улегся ей на колени, для особой достоверности даже мяукнув. А она звонко рассмеялась, провела рукой по его волосам и предложила за ушком почесать.
«Что угодно делай», — мысленно ответил ей Эскель. Можно было выдохнуть, его не гнали.
И Брин действительно стала осторожно водить пальцами по его шее и лицу, перебирать волосы, вызывая довольную улыбку, которую не получалось да и не хотелось сдерживать.
«Мм… даже гладят. Чего ж так приятно-то? — закрыл глаза Эскель, стараясь контролировать дыхание. — Будто правда кот бездомный, не знающий ласки. Хотя ее на самом деле не так много было, как хотелось бы, вот и тянусь к каждому ее прикосновению.
