— Ну, я вижу, завтрак в одиночестве тебе не грозит. Пойду я тогда. Надо еще в Ковир заглянуть. Свои обязанности выполнить и в больницу за результатами для тебя заглянуть, — пояснила она свою внезапную спешку.
— Увидимся, — кивнула я, проводя над кашей рукой и заставляя ее снова стать горячей, кажется, правда, немного перестаралась.
— О! Наша новая звезда на небосклоне! — неожиданно из-за спины раздался голос Ламберта.
Я обернулась и увидела не только его, направляющегося мимо стола в кладовку, но и Эскеля, подпирающего косяк открытой двери. Он посторонился, пропуская Трисс, а потом все-таки прошел в кухню. Я улыбнулась ему и перевела взгляд обратно на кашу, помешивая ее, чтобы та быстрее остыла.
— Как тебе местные харчи? — уже выходя из кладовки поинтересовался Ламберт. В руках он нес пыльную бутылку.
— Каша как каша, — хмыкнула я, продолжая помешивать.
— Так ты ж еще даже не попробовала! — заметил ведьмак.
— Да что я вкус каши не знаю? — удивилась я.
— Ну не знаю, не знаю, чем там великие чародейки Старшей крови питаются, — усаживаясь с другой стороны стола, протянул Ламберт, откупоривая бутылку. По кухне разлился запах вина.
— Ламберт, — предупреждающе вставил Весемир.
— Не хотелось бы тебя расстраивать, но тем же, чем и ведьмаки, — ответила я.
В последний момент, решив покрасоваться, на минутку замерла, находя стаканчик ягод в своем мире, наскоро расплатилась за него и вытащила его уже в этом мире. Даже сама удивилась, как желание досадить ближнему подстегивает способности. С невозмутимым видом высыпав ягоды в кашу, я вернула стаканчик на его место и только после этого подняла взгляд на любителя выпивать по утрам.
— Не дурно, — хмыкнул он, оценив разыгранное специально для него представление, и отпил прямо из горла.
— Хотя, похоже, не совсем как ведьмаки, — заметила я.
— Еще ты мне лекции почитай… — начал было он.
— Не-не, это пусть Минздрав предупреждает, я за чужой алкогольной зависимостью следить не подписывалась, — перебила я его, отправляя-таки ложку каши в рот. С ягодами, в самом деле, было очень вкусно.
Ламберт фыркнул и сделал еще глоток.
— А что конкретно вы тренируете? — спросил у меня Весемир.
— Скорость и силу, — пожала я плечами. — Это помогает расширять магический потенциал, что в свою очередь увеличивает и дар Старшей крови. Пока что сил на создание порталов у меня не хватает. Ну, или ума, потому что сил, как показывает практика, у меня предостаточно.
— Цири открывать порталы обучал Авалак’х, — вспомнил старый ведьмак. — Но где он теперь, кто знает…
— Справимся как-нибудь и без него, — пожала я плечами.
Конечно, было бы проще, будь у нас под рукой эльфийский знающий. Он вполне вероятно даже без всякой магии Старшей крови узнал бы, где Цири. Но на нет и суда нет.
— Что, Эскель, путь к бутылке тебе теперь заказан? — в это время обратился Ламберт к сидящему рядом с ним ведьмаку.
— С чего тебе это в голову пришло? — спокойно поинтересовался у него Эскель, за это время усевшийся на лавку рядом.
— Ну как же, диета чародеек Старшей крови с ведьмаками не совпадает, — противно ухмыльнувшись, сделал очередной выпад мужчина.
— Ну, мне, в отличие от тебя, не надираться прямо с утра несложно, — пожал плечами Эскель.
— Так может она и в обед, и во время ужина не позволяет надираться!
— А что тебе за дело до диеты чародеек? — повернувшись к нему, поинтересовалась я.
— Ну как же! — с удовольствием обратился ко мне Ламберт, который, похоже, только ради этого и докопался до друга. С ним самим ему препираться явно было уже не интересно, но я была новой фигурой на шахматной доске. — Переживаю за собрата! Отхватил, наконец, себе чародейку, а диеты-то не совпадают! — для наглядности он даже ладонью по столу стукнул.
«Еще один», — мрачно подумала я.
Эскель повернулся к своему излишне болтливому собрату и смерил его тяжелым взглядом. Сказать, правда, ничего не успел. Я его опередила.
— Какой ты наблюдательный, — покачала я головой, продолжая есть кашу.
— Так полночи спать мешали своими криками и стонами! — продолжил развивать уже набившую мне за утро оскомину тему.
— Ай-ай-ай, — покачала я головой, цокнув языком. — А в книжках пишут, что у ведьмаков слух острее звериного, а ты голоса различить не можешь! На моей-то комнате отличное заглушающее заклинание стоит, так что ни услышать, ни увидеть, что там происходит никак невозможно. Так что ты претензии свои Йен с Геральтом переадресуй и к ухо-горло-носу сходи проверься. А то так вой волка с волколаком перепутаешь, и нехорошо получится.
Весемир ухмыльнулся в усы, у Эскеля улыбка была только в глазах, когда он глянул на меня.
— Но сам факт не отрицаешь, — резко сменил тему Ламберт.
— А зачем мне отрицать или подтверждать то, что тебя не касается? — вполне натурально удивилась я.
— Совсем забыл, мне же надо балки под крышей осмотреть и проверить, какие заменить, — неожиданно вспомнил Весемир. — Ламберт, пошли, поможешь разгрести там все более-менее.
— А что сразу я? — огрызнулся ведьмак. — Вон пусть Эскель.
— С Эскелем мы потом устанавливать новые балки будем, — ответил ему старый наставник. — Вставай давай, хватит напиваться с утра, в самом деле. Сколько раз…
— Ладно-ладно, встаю, только без лекций! — шумно согласился Ламберт, поднимаясь со своего места, но бутылку с собой все равно прихватил.
— Не обращай на него внимания, он всегда такой, — сказал Эскель, когда за Ламбертом и Весемиром закрылась дверь.
— Пофиг, не он первый, — отмахнулась я, доев, наконец, кашу и поднимаясь из-за стола. — Чай пить будешь?
— Буду, — не задумываясь кивнул ведьмак.
Очистив тарелку, я потянулась было за большими кружками-кубками, но в итоге взяла только одну, для Эскеля. Себе же достала из дома обычную глиняную кружку с каким-то абстрактным рисунком с одной стороны. Когда-то, тренируясь, я натаскала много щербатых кружек и глиняных, и стеклянных, так что у меня там был большой запас их. Налив в кружки кипятка и заварив чай, я вернулась к Эскелю за стол. Все это время он молча сидел и ждал.
— Трава какая-то? — спросил он, принюхавшись к своей порции.
— Ты не знал что такое чай, но согласился пить? — усмехнулась я. — А если бы я тебе отравы какой предложила?
— На ведьмаков яды не действуют, — напомнил он мне. — К тому же вряд ли ты собиралась сама пить какую-то гадость.
— Логично, — вынуждена была согласиться я, обхватывая кружку и грея об нее пальцы. — Это чайный куст, его листки и заваривают, чтобы получить чай. Часто добавляют что-нибудь еще. Например, этот с персиком и еще чем-то, не помню.
Эскель еще раз глубоко вдохнул аромат, поднимающийся от кружки.
— Я не знаю таких запахов, — качнул он головой.
— Наверняка не всё, что есть в моем мире, есть в этом, — пожала я плечами, осторожно отпивая горячую жидкость. — Вот тебе и незнакомы запахи.
Эскель рискнул отпить неизвестную жидкость.
— Необычно, — определил он. — Но вкусно.
Я улыбнулась, радуясь, что ему нравится, и снова поднесла чашку к губам. Медленно вдохнула аромат и сделала маленький глоточек.
— У тебя тоже запах незнакомый, такого в нашем мире нет, — неожиданно добавил ведьмак.
— Уже есть, раз я и моя косметика тут, — хихикнула я. — Так вот что ты имел в виду, когда сказал, что я странно пахну! — неожиданно и сильно запоздало сообразила я, припомнив нашу первую встречу.
Эскель улыбнулся, отпивая из кружки.
— А ты что подумала? — спросил он.
— Да я и не знала, что подумать! Даже мысль, а уж не сказочный ли ты вампир, решивший моей кровушки отведать, в голову пришла! — воскликнула я.
Эскель тихо рассмеялся.
— Нет, кровью я не питаюсь. Предпочитаю похлебку или кашу! — усмехаясь, просветил он меня.
Некоторое время мы молча наслаждались вкусом чая.
— Что планируешь делать сегодня? — нарушил молчание ведьмак.
— Сейчас пойду к девочкам, доделаю обещанный ремонт, а потом, если Йен меня вусмерть своими придирками к зеркалу не замучает, займусь, наконец, доработкой мази для Трисс, — охотно поделилась я своими планами. — И зная меня, если я дойду до лаборатории, то оттуда уже не выйду, — усмешкой добавила я.
— Совсем? — уточнил Эскель.
— Ну, пока мозги еще что-то соображать будут, — уточнила я. — А вы чем тут занимаетесь?
— Вообще или сегодня?
— И то, и то.
— Охотимся, тренируемся, латаем крепость и пьянствуем, — перечислил мужчина.
— Ничего себе наборчик, — хохотнула я.
— А чем тут еще заниматься, — пожал плечами Эскель.
— В своей учебной резервации мне под конец тоже скучно стало, а здесь пока все ново, интересно и есть чем заняться, — поделилась я и допила чай. — Ладно, некогда рассиживаться, пора претворять планы в жизнь, — поднялась я из-за стола.
Под моим взглядом кружка очистилась, а взмах руки отправил ее к другим чистым кружкам.
— Увидимся, — улыбнулась я напоследок ведьмаку, еще недопившему чай, и направилась к двери.
— Надеюсь, — послышалось мне у самого входа. Оборачиваться и переспрашивать не стала, решив не ставить себя в глупое положение, если ведьмак на самом деле молчал или же это слово не предназначалась для моих ушей.
Трисс, к которой я бесполезно постучалась пару раз, обнаружилась у Йеннифер. Чародейки чинно сидели у стола и что-то обсуждали, но при мне разговор они продолжать не стали, чем снова заронили в моей душе подозрения.
«Я с ними так скоро паранойю заработаю!»
— Ну что? Приступим? — спросила я о деле, не желая проверять свои подозрения. В конце концов, это их право говорить о чем угодно в мое отсутствие.
Я, конечно, хотела бы начать с комнаты Трисс. Она и меньше была, и зеркало с ванной ей искать не надо было. Но раз уж я дошла до Йен и они обе здесь, придется заняться этим обширным полигоном под самой крышей башни.
— Приступай, — кивнула Йен, подходя ко мне ближе. — Или для ремонта нужно очистить помещение от мебели?
— Необязательно. Она просто потом холодная будет, — предупредила я.
— Согреется, — отмахнулась чародейка.
— Мы же можем остаться и понаблюдать? — уточнила Трисс.
— Можете, только магический фон не слишком колыхайте, пока я канву плету, — попросила я.
— А когда будешь уже восстанавливать, можно колыхать? — заинтересовалась Трисс. — Я не собираюсь что-то зачаровывать, просто интересно.
— Можно, если не на то же место, с которым буду работать я. Мне не помешает, — пояснила я.
— Занятно…
Так как новых вопросов не последовало, я встала недалеко от находившегося в центре комнаты очага и прикрыла глаза, проверяя, достанет ли моя сила до стен с такого расстояния. Доставала. Правда, уже с трудом. Надо было развивать дар, чтобы покрывать большие по площади помещения. Разведя руки в стороны, я потянулась к прошлому этих стен, стараясь осмотреть сразу всю комнату и в то же время понимая, что информации слишком много, чтобы запомнить. А мне не хотелось делать кусками, постоянно то возвращаясь к прошлому, чтобы вытащить образ, то прибегая к магии льда, чтобы образ запечатлеть. Мне хотелось всего и сразу! Лед присоединился к магии времени, стоило о нем только подумать. Под закрытыми веками магия выглядела ярко-зелеными нитями, покрытыми изморозью. Образы прошлого калейдоскопом вращались в моем сознании, все быстрее перетекая в ледяные узоры. Тугие спирали смешанной силы закручивались все быстрее, смешивая силу и расточая ее вокруг. Когда я открыла глаза, комната уже была похожа на ледовый дворец. Ну, разве что мебель осталась неизменной, да чародейки, поежившись, поскорее сотворили согревающую магию. Мне холодно не было. Так, легкая и даже приятная прохлада, свежий, вкусно пахнущий морозом воздух, и потрясающий белый узор на кистях рук.
— Не было бы тут так холодно, я бы попросила тебя оставить вот так! — сказала Йеннифер, крутя головой. — Хоть и странное сочетание у твоей магии, но надо признать, это потрясающе красиво.
— Да, красота, — согласилась Трисс, наклонившись и осторожно проведя рукой по ледяному полу.
Я тоже с восторгом смотрела на искрящийся лед, пока делала небольшую передышку перед началом второго этапа.
— Мне всегда нравилась зима, снег, мороз, — призналась я, любуясь делом рук своих. — Правда, раньше я мерзла при этом как все, а теперь вот нет.
— А тебе совсем не холодно? — спросила рыжеволосая чародейка.
— Прохладно, но не больше, чем утром сегодня на улице было, — пожала я плечами.
— Сегодня у тебя руки почти не заледенели и волосы без инея, — отметила чародейка.
— Быстро расправилась, — усмехнулась я.
— А раньше у тебя, значит, иммунитета к холоду не было, — задумчиво протянула Трисс.
— Видимо, мне от своей магии не холодно, — сделала вывод я.
Чародейки переглянулись, а я закончила затянувшуюся передышку и сосредоточилась на ближайшей ко мне стене. Восстанавливать все сразу у меня бы не получилось, так что я выбрала себе наиболее удобный участок и сосредоточила магию в руках. Лед стал постепенно переплавляться в камень, возвращая комнате первозданный вид. Наблюдать за процессом было очень увлекательно, а заодно это помогало сосредоточиться и не отвлекаться на негромкий разговор Йен и Трисс, которые, очевидно, обсуждали мою работу. Не знаю точно, сколько прошло времени, я слишком увлеклась процессом, но когда я закончила и обернулась к чародейкам, те смотрели на меня с одинаковым сосредоточенным интересом.
— Ну вот, — обвела я пространство рукой, призывая их полюбоваться оконченной работой. — Теперь крыша протекать не будет.
— Спасибо! — отозвалась Йен и подошла ближе, продолжая пристально рассматривать меня.
— Что-то не так? — спросила я, забеспокоившись
— Все прекрасно, — заверила меня чародейка. — Брин, а сколько тебе сейчас лет получается, учитывая твои шесть лет обучения.
— Эм… — опешила я от такого неожиданного вопроса и даже не сразу смогла сосчитать. — Тридцать четыре?
Дни рождения в растянутом во времени заточении меня отмечать не тянуло, так что я, признаться, даже и не задумывалась над своим возрастом до этого момента.
— Ты никакой магией на свою внешность не воздействовала? — задала еще один внезапный вопрос Йен.
— С тобой же вместе вносили некоторые корректировки, — удивленно напомнила я.
— Нет, я не о коррекции, а о возрастных изменениях. Ты магией времени не пользовалась на себе?
— Нет, да и я не представляю, как это сделать, — мотнула я головой, так и не сообразив к чему все эти вопросы. — А в чем дело?
— Ты не стареешь, — неожиданно огорошила меня Трисс, подошедшая следом за Йен. — Тебе, как ты говоришь, тридцать четыре, а выглядишь ты по-прежнему на двадцать.
— Так это, наверное, из-за хорошего ухода, в том числе и магического, — предположила я.
— Нет никакого способа, кроме специального эликсира, который ты не принимала, способного остановить старение организма. Ну, если только ты что-нибудь со своей силой Старшей крови не придумала, — наставница сразу четко обрисовала ситуацию. — Да впрочем, это можно легко проверить, если внешность обманчива.
Чародейка взяла меня одной рукой за запястье, а второй провела вверх и вниз вдоль моего тела.
— Нет, организм даже еще более четко говорит о том, что ты не стареешь, — поделилась своими наблюдениями она.
— Но это в любом случае магия виновата, — даже слегка растерялась я.
Я, честно говоря, и раньше, еще дома, замечала, что возрастные изменения обходят меня стороной, радовалась хорошей наследственности, а порой и списывала все это на игру воображения.
— Увидимся, — кивнула я, проводя над кашей рукой и заставляя ее снова стать горячей, кажется, правда, немного перестаралась.
— О! Наша новая звезда на небосклоне! — неожиданно из-за спины раздался голос Ламберта.
Я обернулась и увидела не только его, направляющегося мимо стола в кладовку, но и Эскеля, подпирающего косяк открытой двери. Он посторонился, пропуская Трисс, а потом все-таки прошел в кухню. Я улыбнулась ему и перевела взгляд обратно на кашу, помешивая ее, чтобы та быстрее остыла.
— Как тебе местные харчи? — уже выходя из кладовки поинтересовался Ламберт. В руках он нес пыльную бутылку.
— Каша как каша, — хмыкнула я, продолжая помешивать.
— Так ты ж еще даже не попробовала! — заметил ведьмак.
— Да что я вкус каши не знаю? — удивилась я.
— Ну не знаю, не знаю, чем там великие чародейки Старшей крови питаются, — усаживаясь с другой стороны стола, протянул Ламберт, откупоривая бутылку. По кухне разлился запах вина.
— Ламберт, — предупреждающе вставил Весемир.
— Не хотелось бы тебя расстраивать, но тем же, чем и ведьмаки, — ответила я.
В последний момент, решив покрасоваться, на минутку замерла, находя стаканчик ягод в своем мире, наскоро расплатилась за него и вытащила его уже в этом мире. Даже сама удивилась, как желание досадить ближнему подстегивает способности. С невозмутимым видом высыпав ягоды в кашу, я вернула стаканчик на его место и только после этого подняла взгляд на любителя выпивать по утрам.
— Не дурно, — хмыкнул он, оценив разыгранное специально для него представление, и отпил прямо из горла.
— Хотя, похоже, не совсем как ведьмаки, — заметила я.
— Еще ты мне лекции почитай… — начал было он.
— Не-не, это пусть Минздрав предупреждает, я за чужой алкогольной зависимостью следить не подписывалась, — перебила я его, отправляя-таки ложку каши в рот. С ягодами, в самом деле, было очень вкусно.
Ламберт фыркнул и сделал еще глоток.
— А что конкретно вы тренируете? — спросил у меня Весемир.
— Скорость и силу, — пожала я плечами. — Это помогает расширять магический потенциал, что в свою очередь увеличивает и дар Старшей крови. Пока что сил на создание порталов у меня не хватает. Ну, или ума, потому что сил, как показывает практика, у меня предостаточно.
— Цири открывать порталы обучал Авалак’х, — вспомнил старый ведьмак. — Но где он теперь, кто знает…
— Справимся как-нибудь и без него, — пожала я плечами.
Конечно, было бы проще, будь у нас под рукой эльфийский знающий. Он вполне вероятно даже без всякой магии Старшей крови узнал бы, где Цири. Но на нет и суда нет.
— Что, Эскель, путь к бутылке тебе теперь заказан? — в это время обратился Ламберт к сидящему рядом с ним ведьмаку.
— С чего тебе это в голову пришло? — спокойно поинтересовался у него Эскель, за это время усевшийся на лавку рядом.
— Ну как же, диета чародеек Старшей крови с ведьмаками не совпадает, — противно ухмыльнувшись, сделал очередной выпад мужчина.
— Ну, мне, в отличие от тебя, не надираться прямо с утра несложно, — пожал плечами Эскель.
— Так может она и в обед, и во время ужина не позволяет надираться!
— А что тебе за дело до диеты чародеек? — повернувшись к нему, поинтересовалась я.
— Ну как же! — с удовольствием обратился ко мне Ламберт, который, похоже, только ради этого и докопался до друга. С ним самим ему препираться явно было уже не интересно, но я была новой фигурой на шахматной доске. — Переживаю за собрата! Отхватил, наконец, себе чародейку, а диеты-то не совпадают! — для наглядности он даже ладонью по столу стукнул.
«Еще один», — мрачно подумала я.
Эскель повернулся к своему излишне болтливому собрату и смерил его тяжелым взглядом. Сказать, правда, ничего не успел. Я его опередила.
— Какой ты наблюдательный, — покачала я головой, продолжая есть кашу.
— Так полночи спать мешали своими криками и стонами! — продолжил развивать уже набившую мне за утро оскомину тему.
— Ай-ай-ай, — покачала я головой, цокнув языком. — А в книжках пишут, что у ведьмаков слух острее звериного, а ты голоса различить не можешь! На моей-то комнате отличное заглушающее заклинание стоит, так что ни услышать, ни увидеть, что там происходит никак невозможно. Так что ты претензии свои Йен с Геральтом переадресуй и к ухо-горло-носу сходи проверься. А то так вой волка с волколаком перепутаешь, и нехорошо получится.
Весемир ухмыльнулся в усы, у Эскеля улыбка была только в глазах, когда он глянул на меня.
— Но сам факт не отрицаешь, — резко сменил тему Ламберт.
— А зачем мне отрицать или подтверждать то, что тебя не касается? — вполне натурально удивилась я.
— Совсем забыл, мне же надо балки под крышей осмотреть и проверить, какие заменить, — неожиданно вспомнил Весемир. — Ламберт, пошли, поможешь разгрести там все более-менее.
— А что сразу я? — огрызнулся ведьмак. — Вон пусть Эскель.
— С Эскелем мы потом устанавливать новые балки будем, — ответил ему старый наставник. — Вставай давай, хватит напиваться с утра, в самом деле. Сколько раз…
— Ладно-ладно, встаю, только без лекций! — шумно согласился Ламберт, поднимаясь со своего места, но бутылку с собой все равно прихватил.
— Не обращай на него внимания, он всегда такой, — сказал Эскель, когда за Ламбертом и Весемиром закрылась дверь.
— Пофиг, не он первый, — отмахнулась я, доев, наконец, кашу и поднимаясь из-за стола. — Чай пить будешь?
— Буду, — не задумываясь кивнул ведьмак.
Очистив тарелку, я потянулась было за большими кружками-кубками, но в итоге взяла только одну, для Эскеля. Себе же достала из дома обычную глиняную кружку с каким-то абстрактным рисунком с одной стороны. Когда-то, тренируясь, я натаскала много щербатых кружек и глиняных, и стеклянных, так что у меня там был большой запас их. Налив в кружки кипятка и заварив чай, я вернулась к Эскелю за стол. Все это время он молча сидел и ждал.
— Трава какая-то? — спросил он, принюхавшись к своей порции.
— Ты не знал что такое чай, но согласился пить? — усмехнулась я. — А если бы я тебе отравы какой предложила?
— На ведьмаков яды не действуют, — напомнил он мне. — К тому же вряд ли ты собиралась сама пить какую-то гадость.
— Логично, — вынуждена была согласиться я, обхватывая кружку и грея об нее пальцы. — Это чайный куст, его листки и заваривают, чтобы получить чай. Часто добавляют что-нибудь еще. Например, этот с персиком и еще чем-то, не помню.
Эскель еще раз глубоко вдохнул аромат, поднимающийся от кружки.
— Я не знаю таких запахов, — качнул он головой.
— Наверняка не всё, что есть в моем мире, есть в этом, — пожала я плечами, осторожно отпивая горячую жидкость. — Вот тебе и незнакомы запахи.
Эскель рискнул отпить неизвестную жидкость.
— Необычно, — определил он. — Но вкусно.
Я улыбнулась, радуясь, что ему нравится, и снова поднесла чашку к губам. Медленно вдохнула аромат и сделала маленький глоточек.
— У тебя тоже запах незнакомый, такого в нашем мире нет, — неожиданно добавил ведьмак.
— Уже есть, раз я и моя косметика тут, — хихикнула я. — Так вот что ты имел в виду, когда сказал, что я странно пахну! — неожиданно и сильно запоздало сообразила я, припомнив нашу первую встречу.
Эскель улыбнулся, отпивая из кружки.
— А ты что подумала? — спросил он.
— Да я и не знала, что подумать! Даже мысль, а уж не сказочный ли ты вампир, решивший моей кровушки отведать, в голову пришла! — воскликнула я.
Эскель тихо рассмеялся.
— Нет, кровью я не питаюсь. Предпочитаю похлебку или кашу! — усмехаясь, просветил он меня.
Некоторое время мы молча наслаждались вкусом чая.
— Что планируешь делать сегодня? — нарушил молчание ведьмак.
— Сейчас пойду к девочкам, доделаю обещанный ремонт, а потом, если Йен меня вусмерть своими придирками к зеркалу не замучает, займусь, наконец, доработкой мази для Трисс, — охотно поделилась я своими планами. — И зная меня, если я дойду до лаборатории, то оттуда уже не выйду, — усмешкой добавила я.
— Совсем? — уточнил Эскель.
— Ну, пока мозги еще что-то соображать будут, — уточнила я. — А вы чем тут занимаетесь?
— Вообще или сегодня?
— И то, и то.
— Охотимся, тренируемся, латаем крепость и пьянствуем, — перечислил мужчина.
— Ничего себе наборчик, — хохотнула я.
— А чем тут еще заниматься, — пожал плечами Эскель.
— В своей учебной резервации мне под конец тоже скучно стало, а здесь пока все ново, интересно и есть чем заняться, — поделилась я и допила чай. — Ладно, некогда рассиживаться, пора претворять планы в жизнь, — поднялась я из-за стола.
Под моим взглядом кружка очистилась, а взмах руки отправил ее к другим чистым кружкам.
— Увидимся, — улыбнулась я напоследок ведьмаку, еще недопившему чай, и направилась к двери.
— Надеюсь, — послышалось мне у самого входа. Оборачиваться и переспрашивать не стала, решив не ставить себя в глупое положение, если ведьмак на самом деле молчал или же это слово не предназначалась для моих ушей.
Трисс, к которой я бесполезно постучалась пару раз, обнаружилась у Йеннифер. Чародейки чинно сидели у стола и что-то обсуждали, но при мне разговор они продолжать не стали, чем снова заронили в моей душе подозрения.
«Я с ними так скоро паранойю заработаю!»
— Ну что? Приступим? — спросила я о деле, не желая проверять свои подозрения. В конце концов, это их право говорить о чем угодно в мое отсутствие.
Я, конечно, хотела бы начать с комнаты Трисс. Она и меньше была, и зеркало с ванной ей искать не надо было. Но раз уж я дошла до Йен и они обе здесь, придется заняться этим обширным полигоном под самой крышей башни.
— Приступай, — кивнула Йен, подходя ко мне ближе. — Или для ремонта нужно очистить помещение от мебели?
— Необязательно. Она просто потом холодная будет, — предупредила я.
— Согреется, — отмахнулась чародейка.
— Мы же можем остаться и понаблюдать? — уточнила Трисс.
— Можете, только магический фон не слишком колыхайте, пока я канву плету, — попросила я.
— А когда будешь уже восстанавливать, можно колыхать? — заинтересовалась Трисс. — Я не собираюсь что-то зачаровывать, просто интересно.
— Можно, если не на то же место, с которым буду работать я. Мне не помешает, — пояснила я.
— Занятно…
Так как новых вопросов не последовало, я встала недалеко от находившегося в центре комнаты очага и прикрыла глаза, проверяя, достанет ли моя сила до стен с такого расстояния. Доставала. Правда, уже с трудом. Надо было развивать дар, чтобы покрывать большие по площади помещения. Разведя руки в стороны, я потянулась к прошлому этих стен, стараясь осмотреть сразу всю комнату и в то же время понимая, что информации слишком много, чтобы запомнить. А мне не хотелось делать кусками, постоянно то возвращаясь к прошлому, чтобы вытащить образ, то прибегая к магии льда, чтобы образ запечатлеть. Мне хотелось всего и сразу! Лед присоединился к магии времени, стоило о нем только подумать. Под закрытыми веками магия выглядела ярко-зелеными нитями, покрытыми изморозью. Образы прошлого калейдоскопом вращались в моем сознании, все быстрее перетекая в ледяные узоры. Тугие спирали смешанной силы закручивались все быстрее, смешивая силу и расточая ее вокруг. Когда я открыла глаза, комната уже была похожа на ледовый дворец. Ну, разве что мебель осталась неизменной, да чародейки, поежившись, поскорее сотворили согревающую магию. Мне холодно не было. Так, легкая и даже приятная прохлада, свежий, вкусно пахнущий морозом воздух, и потрясающий белый узор на кистях рук.
— Не было бы тут так холодно, я бы попросила тебя оставить вот так! — сказала Йеннифер, крутя головой. — Хоть и странное сочетание у твоей магии, но надо признать, это потрясающе красиво.
— Да, красота, — согласилась Трисс, наклонившись и осторожно проведя рукой по ледяному полу.
Я тоже с восторгом смотрела на искрящийся лед, пока делала небольшую передышку перед началом второго этапа.
— Мне всегда нравилась зима, снег, мороз, — призналась я, любуясь делом рук своих. — Правда, раньше я мерзла при этом как все, а теперь вот нет.
— А тебе совсем не холодно? — спросила рыжеволосая чародейка.
— Прохладно, но не больше, чем утром сегодня на улице было, — пожала я плечами.
— Сегодня у тебя руки почти не заледенели и волосы без инея, — отметила чародейка.
— Быстро расправилась, — усмехнулась я.
— А раньше у тебя, значит, иммунитета к холоду не было, — задумчиво протянула Трисс.
— Видимо, мне от своей магии не холодно, — сделала вывод я.
Чародейки переглянулись, а я закончила затянувшуюся передышку и сосредоточилась на ближайшей ко мне стене. Восстанавливать все сразу у меня бы не получилось, так что я выбрала себе наиболее удобный участок и сосредоточила магию в руках. Лед стал постепенно переплавляться в камень, возвращая комнате первозданный вид. Наблюдать за процессом было очень увлекательно, а заодно это помогало сосредоточиться и не отвлекаться на негромкий разговор Йен и Трисс, которые, очевидно, обсуждали мою работу. Не знаю точно, сколько прошло времени, я слишком увлеклась процессом, но когда я закончила и обернулась к чародейкам, те смотрели на меня с одинаковым сосредоточенным интересом.
— Ну вот, — обвела я пространство рукой, призывая их полюбоваться оконченной работой. — Теперь крыша протекать не будет.
— Спасибо! — отозвалась Йен и подошла ближе, продолжая пристально рассматривать меня.
— Что-то не так? — спросила я, забеспокоившись
— Все прекрасно, — заверила меня чародейка. — Брин, а сколько тебе сейчас лет получается, учитывая твои шесть лет обучения.
— Эм… — опешила я от такого неожиданного вопроса и даже не сразу смогла сосчитать. — Тридцать четыре?
Дни рождения в растянутом во времени заточении меня отмечать не тянуло, так что я, признаться, даже и не задумывалась над своим возрастом до этого момента.
— Ты никакой магией на свою внешность не воздействовала? — задала еще один внезапный вопрос Йен.
— С тобой же вместе вносили некоторые корректировки, — удивленно напомнила я.
— Нет, я не о коррекции, а о возрастных изменениях. Ты магией времени не пользовалась на себе?
— Нет, да и я не представляю, как это сделать, — мотнула я головой, так и не сообразив к чему все эти вопросы. — А в чем дело?
— Ты не стареешь, — неожиданно огорошила меня Трисс, подошедшая следом за Йен. — Тебе, как ты говоришь, тридцать четыре, а выглядишь ты по-прежнему на двадцать.
— Так это, наверное, из-за хорошего ухода, в том числе и магического, — предположила я.
— Нет никакого способа, кроме специального эликсира, который ты не принимала, способного остановить старение организма. Ну, если только ты что-нибудь со своей силой Старшей крови не придумала, — наставница сразу четко обрисовала ситуацию. — Да впрочем, это можно легко проверить, если внешность обманчива.
Чародейка взяла меня одной рукой за запястье, а второй провела вверх и вниз вдоль моего тела.
— Нет, организм даже еще более четко говорит о том, что ты не стареешь, — поделилась своими наблюдениями она.
— Но это в любом случае магия виновата, — даже слегка растерялась я.
Я, честно говоря, и раньше, еще дома, замечала, что возрастные изменения обходят меня стороной, радовалась хорошей наследственности, а порой и списывала все это на игру воображения.
