Тот, совершенно игнорируя слова Акуто, не обращая больше внимания ни на кого, с жадностью прильнул к ране.
Убийца неодобрительно покачал головой.
- Тварь ты, Пьетро, - неожиданно жестко бросил он и, наткнувшись на нескрываемо изумленный взгляд предателя, прибавил, - Глупая тварь при том. Ты не нужен Донату. Он убьет тебя.
- Не убьет, - пренебрежительно отмахнулся свободной рукой слуга Доната, - Я ему нужен, ты ничего не понимаешь, дурак. Оставь свое нытье, не блажи! Знаешь один из принципов тьмы? – здесь экс-страж издевательски прищурился и весомо произнес, - Всегда оставаться бессердечным.
…Острие меча внезапно коснулось горла испуганного стража, и замерло, холодя его. Гарт тяжело сглотнул и, не зная толком, что делать, приподнял подбородок повыше.
- Что вы… делаете?..
- Хочу побеседовать, - Аркано очаровательно улыбнулся и, продолжая удерживать меч у горла подозреваемого, подмигнул ему, - Пока твои старания окупаются, и люди убивают друг друга, думаю, у нас есть немного времени.
- К… какие старания?.. – стражник еще раз сглотнул и попытался отступить, но стоящий за спиной Барт не позволил ему этого сделать. Подозреваемый замер, нервно переминаясь с ноги на ногу, и напряженно переводя взгляд с одного из допрашивающих его людей на другого.
- А вот это ты мне сейчас и расскажешь, - главнокомандующий доброжелательно улыбнулся и вдруг резким движением прижал меч к горлу схваченного человека. Глаза его стали жесткими, голос зазвучал ниже.
- Что ты сделал, чтобы заставить людей забыть о сострадании, мерзавец?! Говори!
- Н… не понимаю, о чем вы…
- Вот только не надо врать! – Шин, которому, как и всем прочим, Аркано уже успел рассказать о своих подозрениях, сдвинул брови и как бы невзначай провел пальцами по пока что не натянутой тетиве лука. Стрела была уже налажена, смотрела точно в сердце допрашиваемому человеку, что выглядело довольно угрожающе.
- Ты кричал, призывал их быть бессердечными, ты старался заставить их убивать тех, кто был их братьями!
- Люди напуганы, - подхватил Анатолий, медленно вытаскивая свой меч, - Ими легко управлять, они поверят любому слову. Вот ты и использовал это в своих целях, тварь, накапал им на мозги, натравил друг на друга!
- Вы несете какую-то чушь! – Гарт попытался оттолкнуть меч главнокомандующего, но в эту минуту к его шее сзади прислонился меч Барта.
- Мы лишь озвучиваем факты, - негромко бросил он, - А тебе пора бы начинать оправдываться, пока мы не снесли тебе башку, и не решили проблему!
Обвиняемый задумчиво облизал губы. Страха он не испытывал или, по крайней мере, не позволял ему отражаться на своем лице, и прикосновение двух мечей к шее сносил совершенно спокойно.
- Двое на одного? – деловито уточнил он, и в карих глазах его, казалось, сверкнули синеватые искры, - Любопытно. Честностью, как я понимаю, здесь и не пахнет, верно?
- Не тебе говорить о честности! – Шин натянул тетиву. Аркано, вовсе не желающий убивать этого человека (по крайней мере, пока не выбьет из него правду), мельком глянул на него и отрицательно покачал головой. Шин немного ослабил тетиву.
- Не мне? – страж заинтересованно прищурился, и внезапно заморгал, принимая на себя облик сущей невинности, - Но чем я провинился перед вами? Я лишь исполнял обязанности, возложенные на меня Его Величеством Тревором Четвертым, выполнял приказ главнокомандующего, я вообще человек подневольный…
- Не надо, - Медведь, которому эта притворная невинность сказала куда больше слов, на миг сжал губы, - Довольно. Ты забыл об одном – я уже видел, как ты изображаешь невинность, Донат. Больше тебе меня не обмануть.
Издевательский хохот был ему ответом, а в следующий миг трое стражей вместе с главнокомандующим отлетели в стороны, отброшенные всплеском невероятной силы. Гарт, или тот, кто выдавал себя за Гарта, приподнял голову, самодовольно ухмыляясь.
- А я-то думал, ты не признал меня, думал, богатым буду… - с деланным разочарованием протянул он и, прищелкнув языком, покачал головой. Заметив, что вскочивший Аркано готов броситься на него с мечом, он вытянул в его сторону руку в останавливающем жесте.
- Убьешь меня – убьешь его, Медведь. А я думал, ты не убиваешь невинных людей.
- Кого еще – его? – Барт, опершись на меч, медленно поднялся на ноги, неприязненно косясь на извечного врага. Тот, не оборачиваясь, безмятежно пожал плечами.
- Гарта, - мягко сообщил он, - Или, может быть, вам хватило ума подумать, что я рискнул всем и пришел сюда лично? О, нет-нет, мои глупые друзья! С нашей последней встречи моя сила значительно возросла, а теперь я владею и инвесом!
- Ни о чем не говорит, - раздраженно бросил Медведь и, не в силах держать себя в руках, шагнул к противнику, не опуская меча, - Что ты сделал с людьми, мерзавец?! Почему они, потеряв голову, убивают друг друга, что, что ты натворил?!!
Последовавший ответ был до такой степени безмятежен, что Шин, тоже успевший подняться на ноги, вновь схватился за лук.
- Это мое дело. Тебе докладываться я не обязан, да и потом… мне кажется, у тебя есть другие вопросы?
- У меня их слишком много! – Аркано зарычал, еле сдерживая себя и чуть ли не вцепляясь и второй рукой в рукоять меча, дабы не позволить себе совершить ошибку, - Где Мартын?! Что ты сделал с Миленой?! Какого дьявола тебе нужно здесь, что ты опять задумал, подонок?!
- И что значит – убив тебя, мы убьем Гарта? – Толя неспешно вытащил из ножен меч, - Отвечай! Ты… мерзавец, занял тело человека?!
«Гарт» легко повернулся к новому собеседнику и заинтересованно склонил голову набок.
- А… Мой мимолетный раб, помню, помню. Я не занимал его тело, дурень, - голос негодяя зазвучал ласково, - Инвес дает мне возможность подменять мысли любого выбранного человека своими, подменять его чувства, заставлять действовать иначе… Мне нет нужды занимать тело. Я остаюсь там, где я есть, просто люди начинают думать моими мыслями. А этот человек… - он прижал руку к груди, - Он прекрасный инструмент для моих целей. К словам из его уст прислушиваются, и какое кому дело, что он изрекает мои идеи?
- Где ты? – главнокомандующий все еще старательно держал себя в руках, - Где Мартын?!
- Я там, где я есть, а Мартын там же, где и я, - последовал издевательский ответ, - Чего ты ждешь, Медведь? Убив это тело, ты не причинишь мне вреда, зато выплеснешь злость на ни в чем не повинном человеке! Давай же, вперед! Убей его! Avanti!
Рука словно сама собой взвилась в воздух, поднимая меч. Глаза Медведя засверкали; зубы заскрежетали – мужчина был взбешен и, понимая неправильность и зряшность своих намерений, тем не менее, уже готов был воплотить их в жизнь, последовав издевательскому приказу.
Но… не успел.
Над дворцовой площадью внезапно пронесся громкий звук, заставивший сражающихся непроизвольно пригнуть головы, а самого Аркано растерянно заозираться, опуская меч.
Гарт вздрогнул; Донат в его сознании, по-видимому, тоже.
- Вот так сюрприз… - задумчиво протянул он, - Когда в дело вступает огнестрельное оружие, мне, кажется, лучше ненадолго оставить поле боя. Удачи, Медведь. Постарайся не позволить застрелить себя – мой друг и учитель хотел лично отведать твоей крови.
Главнокомандующий не ответил. Его, как и троих его соратников, куда как больше занимал более насущный вопрос – кто мог стрелять в королевстве, где огнестрельное оружие было запрещено?..
Пересечь поток крыс оказалось не таким уж трудным делом, по крайней мере, для мужчин. Гоблины, всеми силами демонстрирующие почтение королю, и жестами приглашающие путников следовать за собой, сами обутые в тяжелые сапоги, несколько раз продемонстрировали, что грызунов можно просто распихивать в стороны, идя сквозь них, как сквозь обычную воду.
Фредо с Ашетом, переглянувшись, посторонились, пропуская вперед двух наименее чувствительных участников отряда – Эрнесто и Фаррада. Вампир и неблиссер, и в самом деле не испытывающие страха перед серой несущейся массой, хладнокровно направились вперед. Высокие сапоги надежно защищали их ноги от могущих последовать укусов, крысы с противным писком разлетались от крепких ударов, и уже очень скоро оба кровососа стояли рядом с гоблинами на той стороне.
Фредо хотел, было, последовать их примеру, но брат неожиданно остановил его.
- Думаю, следует пропустить вперед Его Величество, - негромко молвил он и быстро указал взглядом сначала на короля, потом на гоблинов, а затем и на Эрнесто с Фаррадом, поджидающих их на той стороне крысиной реки.
Неблиссер, первым уловивший намек в этом взгляде, церемонно кивнул.
- Не волнуйтесь, господин охотник. Его Величество мы не дадим в обиду, не так ли, друг мой?
Фаррад согласно смежил веки.
- Разумеется. Долг каждого законопослушного гражданина – заботиться о благе короны, о здравии короля, а мы, как граждане, уважающие закон, не можем позволить…
- Достаточно, - Аш, терпеть не могущий долгих и нудных сентенций, так обожаемых этим вампиром, раздраженно мотнул головой, - Идите, сир. Мы прикроем сзади.
Фредо, почему-то ожидавший в этот миг каких-нибудь комментариев от шаманки, и не услышавший оных, удивленно обернулся. Карина, застывшая позади Антона, стояла, стиснув руки в кулачки, бледная, с плотно сжатыми губами и безмолвно смотрела на серую, пищащую реку перед собой. Кошка на ее плечах, тоже не сводящая взгляда с множества крыс, выглядела, напротив, весьма оживленной: глаза ее горели, хвост подергивался, а когти то и дело впивались в плечо не замечающей этого хозяйки. Марыся была готова к бою.
- Пожалуй, нам следовало просто пустить вперед кошку… - негромко прокомментировал это чернокнижник, обращаясь к брату и красноречиво кивнул на явственно жаждущую крови маленькую хищницу. Ашет хмыкнул, согласно кивая, однако, глянув на лицо шаманки, посерьезнел.
- Слушай… - негромко проговорил он, краем глаза следя, как подошедший Тревор вступает в крысиный поток, начиная осторожно пробираться сквозь него, - Я как-то сразу не подумал… Она же босиком.
Князь, быстро глянув на родственника, сам устремил взгляд на босые ступни девушки и ощутимо помрачнел. Если уж им, мужчинам, было бы неприятно дотронуться хоть до одной крысиной тушки, не хотелось бы миновать их полчище в обуви более легкой, чем сапоги, то что уж говорить о девушке, которой это место в принципе не слишком нравилось?
- Кхм, - Фредо попытался осторожно привлечь к себе внимание шаманки, - Карина, ты… ты в порядке?
- Я не люблю замкнутые пространства и низкие потолки, - отстраненным, каким-то замогильным голосом проговорила девушка, не сводя взгляда с крыс, - Пока мы двигались – было нормально, а сейчас стены давят на меня.
Антон, быстро оглянувшись через плечо на свою зазнобу, решительно расправил плечи.
- Если они будут на тебя давить, я раздвину их в стороны!
- Фредо, Ашет!
Голос короля положил конец зарождающейся дискуссии: Карина, от страха становящаяся еще более вредной, чем обычно, уже собиралась как-то резко ответить юному поклоннику. Братья, повернувшись и обнаружив, что Тревор приглашающе машет им рукой, переглянулись и без излишних церемоний двинулись вперед. Идти сквозь крысиную реку вместе оказалось не в пример сподручнее – крысы обтекали бравых путников по сторонам, с писком разбегались в стороны, силясь не попасться под ноги.
К счастью, крысиный поток не был слишком широким и через три шага ребята уже остановились рядом с друзьями, поспешно оглядываясь назад.
Карина побледнела еще сильнее. Перспектива пробираться через полчище крыс, отталкивая их босыми ногами, по-видимому, так испугала шаманку, что в какой-то момент она даже попятилась, изменяя привычной браваде и хладнокровию, и отрицательно покачала головой.
- Я… я не пойду сквозь них…
Антон живо обернулся и, демонстрируя чудеса уверенности и бесстрашия, широко, ободряюще улыбнулся ей.
- Богиня моя, ты смогла бы подержать мою скрипку? – заметив удивленный протест в глазах любимой, юноша вздохнул и без излишних церемоний сунул футляр ей в руки. Девушка, опешив, сжала его, совершенно машинально, ничего не понимая, растерянно заморгала… А в следующий миг взвизгнула от неожиданности, ощутив, как сильные руки подхватывают ее и поднимают в воздух. Марыся, возмущенно мяукнув и чуть не упав от неожиданности, торопливо перебежала на живот хозяйке и, уютно устроивший на нем, принялась умываться.
Антон, гордый и счастливый своей ношей, совершенно довольный тем, что потрясенная до глубины души шаманка даже не пытается сопротивляться, и лишь поджимает боязливо ноги, решительно шагнул к крысиному потоку. Первую тварь от отбросил ударом сапога, а на остальных и вовсе не обратил внимания, уверенно шагая вперед и крепко прижимая к себе любимую и единственную девушку.
Гоблины, чуждые подобных проявлений любви, но способные оценить настоящий поступок, запереглядывались, одобрительно кивая и издавая странные, порыкивающие звуки, что, должно быть, означало восхищение.
Антон пересек поток крыс в три быстрых шага, однако, остановившись на другой его стороне, Карину опускать не спешил, продолжая прижимать ее к себе и молча глядя в глубокие черные глаза. Девушка, удобно устроившаяся в объятиях поклонника, прижимающая к себе одной рукой футляр с его скрипкой, а другой придерживающая умывающуюся кошку, несколько секунд молчала, не сводя завороженного взгляда с вдруг открывшегося с такой неожиданной стороны юноши. Потом осторожно сглотнула, облизала губы и неуверенно, почти робко улыбнулась.
- Я… могу понести твою скрипку, если хочешь. В благодарность.
- Мне не нужна благодарность, - Антон улыбнулся в ответ, продолжая держать ее и не сводя с нее глаз, - Ты знаешь, почему я это сделал.
- Знаю, - Карина чуть улыбнулась вновь и быстро опустила ресницы, тихо добавляя, - Опусти меня… пожалуйста.
Эта просьба молодого Скрипача определенно не обрадовала, однако, возражать он не стал. Лишь тихо вздохнул и грустно кивнув, прошептал:
- Как скажешь.
После чего бережно, точно хрустальную, опустил свою красавицу вниз, ставя ее босыми ступнями на плиты пола. Кошка, и в этот раз едва успевшая сориентироваться, очень неудачно сидевшая, задрав заднюю лапу, благополучно свалилась вниз и, зашипев от негодования, вцепилась в ногу парня, по ней карабкаясь ему на плечи. Сопротивляться молодой человек в этот миг не мог – он еще продолжал поддерживать хозяйку наглой Марыси, поэтому последняя успела добраться ему почти до пояса, прежде, чем была отловлена и усажена на плечо.
Карина, медленно выпрямившись, подняла взгляд на своего поклонника и спасителя. Глаза ее сияли, на губах расцветала все более и более широкая улыбка.
- Ты очень сильный, - негромко произнесла она и, неожиданно, подавшись вперед, легонько коснулась губами щеки юноши, - Спасибо, Антон.
Ашет и Фредо быстро обменялись понимающими взглядами и улыбками. Судя по всему, неприступная крепость начала сдаваться, ледяная корка вокруг сердца шаманки трескалась, и у Антона, вне всякого сомнения, появлялся реальный шанс на успех.
Впрочем, сам юноша об этом явно не задумывался. Он покраснел, как маков цвет и, опустив взгляд, что-то смущенно пробормотал о том, что ему было совершенно не трудно.
Девушка, прекрасно понимая, что смутила паренька, звонко рассмеялась и, подняв пальчиком его подбородок, каверзно подмигнула.
Убийца неодобрительно покачал головой.
- Тварь ты, Пьетро, - неожиданно жестко бросил он и, наткнувшись на нескрываемо изумленный взгляд предателя, прибавил, - Глупая тварь при том. Ты не нужен Донату. Он убьет тебя.
- Не убьет, - пренебрежительно отмахнулся свободной рукой слуга Доната, - Я ему нужен, ты ничего не понимаешь, дурак. Оставь свое нытье, не блажи! Знаешь один из принципов тьмы? – здесь экс-страж издевательски прищурился и весомо произнес, - Всегда оставаться бессердечным.
…Острие меча внезапно коснулось горла испуганного стража, и замерло, холодя его. Гарт тяжело сглотнул и, не зная толком, что делать, приподнял подбородок повыше.
- Что вы… делаете?..
- Хочу побеседовать, - Аркано очаровательно улыбнулся и, продолжая удерживать меч у горла подозреваемого, подмигнул ему, - Пока твои старания окупаются, и люди убивают друг друга, думаю, у нас есть немного времени.
- К… какие старания?.. – стражник еще раз сглотнул и попытался отступить, но стоящий за спиной Барт не позволил ему этого сделать. Подозреваемый замер, нервно переминаясь с ноги на ногу, и напряженно переводя взгляд с одного из допрашивающих его людей на другого.
- А вот это ты мне сейчас и расскажешь, - главнокомандующий доброжелательно улыбнулся и вдруг резким движением прижал меч к горлу схваченного человека. Глаза его стали жесткими, голос зазвучал ниже.
- Что ты сделал, чтобы заставить людей забыть о сострадании, мерзавец?! Говори!
- Н… не понимаю, о чем вы…
- Вот только не надо врать! – Шин, которому, как и всем прочим, Аркано уже успел рассказать о своих подозрениях, сдвинул брови и как бы невзначай провел пальцами по пока что не натянутой тетиве лука. Стрела была уже налажена, смотрела точно в сердце допрашиваемому человеку, что выглядело довольно угрожающе.
- Ты кричал, призывал их быть бессердечными, ты старался заставить их убивать тех, кто был их братьями!
- Люди напуганы, - подхватил Анатолий, медленно вытаскивая свой меч, - Ими легко управлять, они поверят любому слову. Вот ты и использовал это в своих целях, тварь, накапал им на мозги, натравил друг на друга!
- Вы несете какую-то чушь! – Гарт попытался оттолкнуть меч главнокомандующего, но в эту минуту к его шее сзади прислонился меч Барта.
- Мы лишь озвучиваем факты, - негромко бросил он, - А тебе пора бы начинать оправдываться, пока мы не снесли тебе башку, и не решили проблему!
Обвиняемый задумчиво облизал губы. Страха он не испытывал или, по крайней мере, не позволял ему отражаться на своем лице, и прикосновение двух мечей к шее сносил совершенно спокойно.
- Двое на одного? – деловито уточнил он, и в карих глазах его, казалось, сверкнули синеватые искры, - Любопытно. Честностью, как я понимаю, здесь и не пахнет, верно?
- Не тебе говорить о честности! – Шин натянул тетиву. Аркано, вовсе не желающий убивать этого человека (по крайней мере, пока не выбьет из него правду), мельком глянул на него и отрицательно покачал головой. Шин немного ослабил тетиву.
- Не мне? – страж заинтересованно прищурился, и внезапно заморгал, принимая на себя облик сущей невинности, - Но чем я провинился перед вами? Я лишь исполнял обязанности, возложенные на меня Его Величеством Тревором Четвертым, выполнял приказ главнокомандующего, я вообще человек подневольный…
- Не надо, - Медведь, которому эта притворная невинность сказала куда больше слов, на миг сжал губы, - Довольно. Ты забыл об одном – я уже видел, как ты изображаешь невинность, Донат. Больше тебе меня не обмануть.
Издевательский хохот был ему ответом, а в следующий миг трое стражей вместе с главнокомандующим отлетели в стороны, отброшенные всплеском невероятной силы. Гарт, или тот, кто выдавал себя за Гарта, приподнял голову, самодовольно ухмыляясь.
- А я-то думал, ты не признал меня, думал, богатым буду… - с деланным разочарованием протянул он и, прищелкнув языком, покачал головой. Заметив, что вскочивший Аркано готов броситься на него с мечом, он вытянул в его сторону руку в останавливающем жесте.
- Убьешь меня – убьешь его, Медведь. А я думал, ты не убиваешь невинных людей.
- Кого еще – его? – Барт, опершись на меч, медленно поднялся на ноги, неприязненно косясь на извечного врага. Тот, не оборачиваясь, безмятежно пожал плечами.
- Гарта, - мягко сообщил он, - Или, может быть, вам хватило ума подумать, что я рискнул всем и пришел сюда лично? О, нет-нет, мои глупые друзья! С нашей последней встречи моя сила значительно возросла, а теперь я владею и инвесом!
- Ни о чем не говорит, - раздраженно бросил Медведь и, не в силах держать себя в руках, шагнул к противнику, не опуская меча, - Что ты сделал с людьми, мерзавец?! Почему они, потеряв голову, убивают друг друга, что, что ты натворил?!!
Последовавший ответ был до такой степени безмятежен, что Шин, тоже успевший подняться на ноги, вновь схватился за лук.
- Это мое дело. Тебе докладываться я не обязан, да и потом… мне кажется, у тебя есть другие вопросы?
- У меня их слишком много! – Аркано зарычал, еле сдерживая себя и чуть ли не вцепляясь и второй рукой в рукоять меча, дабы не позволить себе совершить ошибку, - Где Мартын?! Что ты сделал с Миленой?! Какого дьявола тебе нужно здесь, что ты опять задумал, подонок?!
- И что значит – убив тебя, мы убьем Гарта? – Толя неспешно вытащил из ножен меч, - Отвечай! Ты… мерзавец, занял тело человека?!
«Гарт» легко повернулся к новому собеседнику и заинтересованно склонил голову набок.
- А… Мой мимолетный раб, помню, помню. Я не занимал его тело, дурень, - голос негодяя зазвучал ласково, - Инвес дает мне возможность подменять мысли любого выбранного человека своими, подменять его чувства, заставлять действовать иначе… Мне нет нужды занимать тело. Я остаюсь там, где я есть, просто люди начинают думать моими мыслями. А этот человек… - он прижал руку к груди, - Он прекрасный инструмент для моих целей. К словам из его уст прислушиваются, и какое кому дело, что он изрекает мои идеи?
- Где ты? – главнокомандующий все еще старательно держал себя в руках, - Где Мартын?!
- Я там, где я есть, а Мартын там же, где и я, - последовал издевательский ответ, - Чего ты ждешь, Медведь? Убив это тело, ты не причинишь мне вреда, зато выплеснешь злость на ни в чем не повинном человеке! Давай же, вперед! Убей его! Avanti!
Рука словно сама собой взвилась в воздух, поднимая меч. Глаза Медведя засверкали; зубы заскрежетали – мужчина был взбешен и, понимая неправильность и зряшность своих намерений, тем не менее, уже готов был воплотить их в жизнь, последовав издевательскому приказу.
Но… не успел.
Над дворцовой площадью внезапно пронесся громкий звук, заставивший сражающихся непроизвольно пригнуть головы, а самого Аркано растерянно заозираться, опуская меч.
Гарт вздрогнул; Донат в его сознании, по-видимому, тоже.
- Вот так сюрприз… - задумчиво протянул он, - Когда в дело вступает огнестрельное оружие, мне, кажется, лучше ненадолго оставить поле боя. Удачи, Медведь. Постарайся не позволить застрелить себя – мой друг и учитель хотел лично отведать твоей крови.
Главнокомандующий не ответил. Его, как и троих его соратников, куда как больше занимал более насущный вопрос – кто мог стрелять в королевстве, где огнестрельное оружие было запрещено?..
***
Пересечь поток крыс оказалось не таким уж трудным делом, по крайней мере, для мужчин. Гоблины, всеми силами демонстрирующие почтение королю, и жестами приглашающие путников следовать за собой, сами обутые в тяжелые сапоги, несколько раз продемонстрировали, что грызунов можно просто распихивать в стороны, идя сквозь них, как сквозь обычную воду.
Фредо с Ашетом, переглянувшись, посторонились, пропуская вперед двух наименее чувствительных участников отряда – Эрнесто и Фаррада. Вампир и неблиссер, и в самом деле не испытывающие страха перед серой несущейся массой, хладнокровно направились вперед. Высокие сапоги надежно защищали их ноги от могущих последовать укусов, крысы с противным писком разлетались от крепких ударов, и уже очень скоро оба кровососа стояли рядом с гоблинами на той стороне.
Фредо хотел, было, последовать их примеру, но брат неожиданно остановил его.
- Думаю, следует пропустить вперед Его Величество, - негромко молвил он и быстро указал взглядом сначала на короля, потом на гоблинов, а затем и на Эрнесто с Фаррадом, поджидающих их на той стороне крысиной реки.
Неблиссер, первым уловивший намек в этом взгляде, церемонно кивнул.
- Не волнуйтесь, господин охотник. Его Величество мы не дадим в обиду, не так ли, друг мой?
Фаррад согласно смежил веки.
- Разумеется. Долг каждого законопослушного гражданина – заботиться о благе короны, о здравии короля, а мы, как граждане, уважающие закон, не можем позволить…
- Достаточно, - Аш, терпеть не могущий долгих и нудных сентенций, так обожаемых этим вампиром, раздраженно мотнул головой, - Идите, сир. Мы прикроем сзади.
Фредо, почему-то ожидавший в этот миг каких-нибудь комментариев от шаманки, и не услышавший оных, удивленно обернулся. Карина, застывшая позади Антона, стояла, стиснув руки в кулачки, бледная, с плотно сжатыми губами и безмолвно смотрела на серую, пищащую реку перед собой. Кошка на ее плечах, тоже не сводящая взгляда с множества крыс, выглядела, напротив, весьма оживленной: глаза ее горели, хвост подергивался, а когти то и дело впивались в плечо не замечающей этого хозяйки. Марыся была готова к бою.
- Пожалуй, нам следовало просто пустить вперед кошку… - негромко прокомментировал это чернокнижник, обращаясь к брату и красноречиво кивнул на явственно жаждущую крови маленькую хищницу. Ашет хмыкнул, согласно кивая, однако, глянув на лицо шаманки, посерьезнел.
- Слушай… - негромко проговорил он, краем глаза следя, как подошедший Тревор вступает в крысиный поток, начиная осторожно пробираться сквозь него, - Я как-то сразу не подумал… Она же босиком.
Князь, быстро глянув на родственника, сам устремил взгляд на босые ступни девушки и ощутимо помрачнел. Если уж им, мужчинам, было бы неприятно дотронуться хоть до одной крысиной тушки, не хотелось бы миновать их полчище в обуви более легкой, чем сапоги, то что уж говорить о девушке, которой это место в принципе не слишком нравилось?
- Кхм, - Фредо попытался осторожно привлечь к себе внимание шаманки, - Карина, ты… ты в порядке?
- Я не люблю замкнутые пространства и низкие потолки, - отстраненным, каким-то замогильным голосом проговорила девушка, не сводя взгляда с крыс, - Пока мы двигались – было нормально, а сейчас стены давят на меня.
Антон, быстро оглянувшись через плечо на свою зазнобу, решительно расправил плечи.
- Если они будут на тебя давить, я раздвину их в стороны!
- Фредо, Ашет!
Голос короля положил конец зарождающейся дискуссии: Карина, от страха становящаяся еще более вредной, чем обычно, уже собиралась как-то резко ответить юному поклоннику. Братья, повернувшись и обнаружив, что Тревор приглашающе машет им рукой, переглянулись и без излишних церемоний двинулись вперед. Идти сквозь крысиную реку вместе оказалось не в пример сподручнее – крысы обтекали бравых путников по сторонам, с писком разбегались в стороны, силясь не попасться под ноги.
К счастью, крысиный поток не был слишком широким и через три шага ребята уже остановились рядом с друзьями, поспешно оглядываясь назад.
Карина побледнела еще сильнее. Перспектива пробираться через полчище крыс, отталкивая их босыми ногами, по-видимому, так испугала шаманку, что в какой-то момент она даже попятилась, изменяя привычной браваде и хладнокровию, и отрицательно покачала головой.
- Я… я не пойду сквозь них…
Антон живо обернулся и, демонстрируя чудеса уверенности и бесстрашия, широко, ободряюще улыбнулся ей.
- Богиня моя, ты смогла бы подержать мою скрипку? – заметив удивленный протест в глазах любимой, юноша вздохнул и без излишних церемоний сунул футляр ей в руки. Девушка, опешив, сжала его, совершенно машинально, ничего не понимая, растерянно заморгала… А в следующий миг взвизгнула от неожиданности, ощутив, как сильные руки подхватывают ее и поднимают в воздух. Марыся, возмущенно мяукнув и чуть не упав от неожиданности, торопливо перебежала на живот хозяйке и, уютно устроивший на нем, принялась умываться.
Антон, гордый и счастливый своей ношей, совершенно довольный тем, что потрясенная до глубины души шаманка даже не пытается сопротивляться, и лишь поджимает боязливо ноги, решительно шагнул к крысиному потоку. Первую тварь от отбросил ударом сапога, а на остальных и вовсе не обратил внимания, уверенно шагая вперед и крепко прижимая к себе любимую и единственную девушку.
Гоблины, чуждые подобных проявлений любви, но способные оценить настоящий поступок, запереглядывались, одобрительно кивая и издавая странные, порыкивающие звуки, что, должно быть, означало восхищение.
Антон пересек поток крыс в три быстрых шага, однако, остановившись на другой его стороне, Карину опускать не спешил, продолжая прижимать ее к себе и молча глядя в глубокие черные глаза. Девушка, удобно устроившаяся в объятиях поклонника, прижимающая к себе одной рукой футляр с его скрипкой, а другой придерживающая умывающуюся кошку, несколько секунд молчала, не сводя завороженного взгляда с вдруг открывшегося с такой неожиданной стороны юноши. Потом осторожно сглотнула, облизала губы и неуверенно, почти робко улыбнулась.
- Я… могу понести твою скрипку, если хочешь. В благодарность.
- Мне не нужна благодарность, - Антон улыбнулся в ответ, продолжая держать ее и не сводя с нее глаз, - Ты знаешь, почему я это сделал.
- Знаю, - Карина чуть улыбнулась вновь и быстро опустила ресницы, тихо добавляя, - Опусти меня… пожалуйста.
Эта просьба молодого Скрипача определенно не обрадовала, однако, возражать он не стал. Лишь тихо вздохнул и грустно кивнув, прошептал:
- Как скажешь.
После чего бережно, точно хрустальную, опустил свою красавицу вниз, ставя ее босыми ступнями на плиты пола. Кошка, и в этот раз едва успевшая сориентироваться, очень неудачно сидевшая, задрав заднюю лапу, благополучно свалилась вниз и, зашипев от негодования, вцепилась в ногу парня, по ней карабкаясь ему на плечи. Сопротивляться молодой человек в этот миг не мог – он еще продолжал поддерживать хозяйку наглой Марыси, поэтому последняя успела добраться ему почти до пояса, прежде, чем была отловлена и усажена на плечо.
Карина, медленно выпрямившись, подняла взгляд на своего поклонника и спасителя. Глаза ее сияли, на губах расцветала все более и более широкая улыбка.
- Ты очень сильный, - негромко произнесла она и, неожиданно, подавшись вперед, легонько коснулась губами щеки юноши, - Спасибо, Антон.
Ашет и Фредо быстро обменялись понимающими взглядами и улыбками. Судя по всему, неприступная крепость начала сдаваться, ледяная корка вокруг сердца шаманки трескалась, и у Антона, вне всякого сомнения, появлялся реальный шанс на успех.
Впрочем, сам юноша об этом явно не задумывался. Он покраснел, как маков цвет и, опустив взгляд, что-то смущенно пробормотал о том, что ему было совершенно не трудно.
Девушка, прекрасно понимая, что смутила паренька, звонко рассмеялась и, подняв пальчиком его подбородок, каверзно подмигнула.
