Вдруг впереди показался свет, который колыхался, похоже, фонарь в руках человека. А я замедлила шаг, что-то так беспокойно, тревожно стало на душе. Кто, этот доброжелатель? Мой фонарь заметили тоже и стали делать своим круговые движения, словно подгоняя. Когда я вышла, сразу не разглядела лица встречающего, он загораживался фонарем, но когда отвел его в сторону, поняла, я видела этого человека в замке. Он, как и тогда, смотрел на меня колючим взглядом, только на губах была улыбка.
- Наконец-то, лэра Виорика, мы вас дождались! Надеюсь, в замке все прошло гладко? Позвольте представиться, Лэрд Райнод Паус, всегда к вашим услугам.
Он склонился и поцеловал мою руку, но только я хотела заговорить, лэрд продолжил:
- Вам тяжело с вами вещами, поэтому позвольте пройти, в нескольких шагах нас ждет карета. – говорил мужчина как-то слащаво, пафосно, как будто старался скрыть за словами суть.
Карета ждала, как и десяток всадников, видимо, охрана. Уже в карете я начала задавать вопросы. Кто? Куда? Зачем? Но в ответ получила только обещание, что мне все объяснят, как только доставят в безопасное место. И почему мне кажется, что оставаться в замке, и самой искать путь на свободу было бы, действительно, безопасно.
Пока карета двигалась, а мы молчали, я стала разглядывать моего спутника. Это был мужчина лет сорока, с жесткими чертами лица, которые придавали ему некоторую хищность. Одет он был в ярко красный костюм, в таком же я видела его за столом у герцога. На груди была круглая бляха на цепи, изображающая что-то, перечеркнутое крест-накрест. В темноте кареты было плохо видно. Холеные руки с тонкими пальцами лежали на коленях. Так, молча, мы доехали до большого особняка, стоящего на пригорке, с которого открывалась в свете звезд красивая панорама окрестностей. Я пыталась запомнить как можно больше деталей, вдруг и отсюда придется бежать.
Но по прибытии мне ничего объяснять не стали, просто заявили, что все не спали всю ночь, всем надо отдохнуть, и меня оставили одну в небольшой, но довольно уютной спальне. Измученная неизвестностью и усталостью, я уснула, хорошо хоть не забыли покормить. Проснулась днем, не сразу поняла, где нахожусь. Привела себя в порядок, оделась, но выйти из комнаты не смогла. Я оказалась запертой. Беспокойство вновь охватило, заставило сильнее биться сердце.
Пришли за мной лишь, когда начало темнеть. По привычке хотела взять инструменты, но мне сказали, что они не понадобятся. В комнате, куда меня проведи, находилось четверо. Среди них был и мой «спаситель». Как не странно, но все они были одеты в красные костюмы, слегка отличающиеся оттенком цвета, у всех были на груди одинаковые бляхи. Трое были моложе моего доброжелателя. Все четверо смотрели на меня враждебно, от чего я почувствовала себя как на суде. Они молчали, разглядывая меня. Не пригласили присесть. Пришлось первой нарушить тишину:
- Высокородные господа, зачем вы устроили этот фарс с «освобождением»?
- Умная девочка, - протянул лэрд Райнод Паус, усмехаясь. – Нам нужна ты и куда для более благородных целей, чем услаждать гостей за столом герцога Борейда Лиройского. Даже не вериться, что мы встретили ту, что обладает магией голоса. Ты знаешь, что имеешь такой дар?
Я отрицательно покачала головой. Буду прикидываться ничего не знающей. Я просто менестрель, иду и пою. Это моя основная версия.
А лэрд «спаситель», как я его язвительно окрестила, продолжал:
- Как удачно я заехал в замок к герцогу на дни празднования мира, заключенного королем. Ведь она могла пройти мимо, такой лакомый кусочек для нашего Ордена Молчания, - и обращаясь к присутствующим, сказал. – Вы присутствуете при уникальном явлении – в нашем мире опять появились голосовики, которых мы уничтожали полтысячелетия назад. Уже и забыли все, как они умеют дурить людям головы, влиять на умы.
- Так ли они опасны? – спросил один из четырех, белобрысый юноша с аристократичными чертами лица, с надменно поджатой губой, рукой теребя свой массивный кулон. – Судя по этой пигалице, угрозы я не чувствую, как и её силу.
- Не доверяй внешности, лэрд Корейд, она может быть опасна. Хотя…видно, она и сама не знает о своей силе. Её некому было учить. Но мы её научим, и она будет помогать нам. Правда, девочка? Ты ведь будешь слушаться старших? А мы позаботимся о тебе.
Мне пришлось утвердительно качать головой, соглашаясь. Злить сразу отказом и тем, отрезать себе окончательно путь к побегу, не хотелось. Значит, Орден Молчания! О нем рассказывала богиня Маули. О магах, что завидовали голосовикам и уничтожили всех, так как последние не могли вредить людям, а значит дать отпор. Значит, и я не смогу напрямую обезвредить этих «доброжелателей». Интересно, если усыпить, это вред или нет? Ведь сон – это естественная потребность человека, он безвреден. Пока размышляла, члены Ордена Молчания продолжали решать, что со мной делать:
- Виорика, ты останешься здесь, я буду тебя учить, а перед этим ты дашь нам магическую клятву на подчинение Ордену. Нарушишь клятву – умрешь. И это не просто угроза, чтобы запугать тебя, а так действительно будет, если ты ослушаешься.
Холодок страха пробежал по моей спине. Ведь они маги, а я ничего не знаю о магических клятвах. Стараются запугать или действительно проведут какой-нибудь ритуал на подчинение им? Но, слава богам, сейчас они ничего делать не стали. Отпустили в свою комнату и опять закрыли на замок двери. Что-то не слишком хорошо я следую тому, что провозгласила для себя: «Иду и пою». Не иду, не пою, а сижу, как в тюрьме. И почему «как»? Я, действительно, в тюрьме у Ордена убийц. И что они надеются получить с моей помощью? Ведь навредить я не могу! Или они хотят благ для себя лично? И я рассмотрела, что изображено на их бляхах - перечеркнутые крест-накрест губы - знак молчания.
Походила из угла в угол своей камеры, а по-другому я уже свою комнату не воспринимала. Но хождение не успокаивало, а наоборот, только подогревало мысли о безысходности. Взгляд скользнул по футляру скрипки. Музыка меня успокаивала всегда, дарила счастье. Руки сами потянулись к инструменту. Клод Дебюсси - Прелюдия №5 для фортепиано и скрипки. Партия скрипки пролилась мелодией, наполняя комнату, как весенняя вода, от таявшего снега в моей душе, пробивалась ручьем и распустившейся травой сквозь щели дверей и окон, цвела бутонами тюльпанов, ветками душистой сирени оплетая стены. Моя музыка, как ветерок, теплый и нежный, наполняла комнату свежестью, давала вздохнуть полной грудью. Я жива, пока в моих руках скрипка и смычок. Что я без музыки, и что музыка без меня? Застывшие нотные знаки на бумаге.
Как только затихли последние аккорды, и я хотела насладиться тишиной, двери комнаты распахнулись, и в неё ворвался лэрд Райнод с перекошенным от ярости лицом. Он кричал о потопе и зарослях кустарника по всему дому! Схватив меня за руку, он выдернул меня в коридор, показывая на лужи, а потом затащил в свою спальню, где под ногами захлюпал, набравший в себя воду, большой ворсистый ковер. Пахло цветами, но их не было видно. Иллюзия пропала, а вот вода была не иллюзорной, а даже вполне реальной, раз утопила весь дом. Крики и ругательства разносились по всему дому.
Я только пожала плечами, мол, ничего не знаю. Играла для души, и только.
- Еще раз такое повториться, и я разломаю твои пиликалки о твою же голову, - продолжал орать на меня «освободитель» и «доброжелатель». Но угрозами только разозлил, поэтому, если вначале я хотела оправдываться и принести извинения, то сейчас сама прикрикнула:
- Замолчите! Хватит! Лучше уберите воду, пока окончательно не испортились полы и ковры.
И лэрд замолчал, резко, как будто поперхнулся своими словами, и они застряли в его горле. Я тут же пожалела, что показала этому мужчине действие своего Дара. Он ведь сразу все понял, опять схватил за руку, дернул так, что у меня хрустнуло в лопатке. Вот, сволочь, повредит руку, и я играть не смогу. Мой «спаситель» поволок меня вниз по лестнице, я и глазом не успела моргнуть, как оказалась в подвале, где по стенам стекала вода, просачиваясь с верхних этажей. Через минуту я была уже закрыта в сырой темной камере.
Вот что меня дернуло выдать умение голосом магичить? Ну, покричал бы, успокоился, и все, а сейчас в этом каземате даже присесть негде. Здесь было холодно, через четверть часа, по моим прикидкам, у меня уже зуб на зуб не попадал. А в голове крутились варианты моих дальнейших действий. Все же самое безопасное и действенное – усыпить всех в доме. Вот настроюсь и попробую, а потом надо же еще дверь открыть. А как все это сделать? Вышла на середину комнаты, повернулась к дверям и громко произнесла, вкладывая в слова жажду свободы:
- Пусть в доме и округе уснут все люди! На сутки! Я хочу сбежать!
Прислушалась, что твориться в доме, но до подвала ничего не доносилось. Ладно, буду считать, что все уснули. Подошла к дверям и приказала:
- Замок, открыться!
В дверях что-то щёлкнуло, и они отворились, пропуская меня в коридор. Я прокралась к лестнице и стала медленно подниматься. Первых, кого я увидела, двух охранников, свернувшихся калачиком у входной двери. Один так сладко похрапывал, чуть с присвистом, я даже захихикала, так смешно у него это получалось. Вверху, на ступеньках, сидя, прикорнули две женщины-служанки, которые, видимо, убирали воду с ковровой дорожки. Как хорошо, что мне не попытались заблокировать мои способности. Интересно, что бы они сделали? Заклеили мне рот? Бр-р-р… Я даже тряхнула головой, отгоняя эти мысли.
Поднявшись на этаж, заглянула в комнату лэрда. Он спал на полу, сон настиг его в двух шагах от кровати. Сейчас под ним был только мокрый ковер. А мне смешинка в рот попала, захотелось отомстить. Обвела спальню взглядом, решая, что сделать. Взгляд зацепился за камин с уже прогоревшими углями. Вытащила несколько угольков и ими разрисовала лицо лэрда, обозначив под глазами черные круги, а на лбу – звезду. Что-то другое не придумалось.
В своих покоях собрала рюкзак и инструменты и вышла из дома. А вот куда идти? Еще не поздно найти Валена. В конюшне заржал конь, и меня осенило! Сама я на коня не сяду, оседлать не сумею, а вот если сгрузить на него свою поклажу и вести в поводу, то будет быстрее добраться до границы. Обошла все денники, заглядывая на коней. Мне же нужен смирный, покладистый. Углядела небольшую коняжку с еще не снятым недоуздком, а рядом на сене спал конюх. Вот, немного не повезло, седло сняли. Будем надеяться, что конь будет слушаться моих команд. Нашла ремни, связала ими свою поклажу и перекинула через круп лошади, для надежности еще привязав к ремням уздечки. Пока проделывала все, разговаривала с конем, может, наладим контакт друг с другом. Коняжка стояла смирно, только шевелила ушами, прислушиваясь к моему голосу. Вывела коня со двора, с высоты пригорка сориентировалась, с какой стороны мы подъезжали к дому, и пошла, держа в поводу лошадь. Только свет звезд и лун освещал нам дорогу.
А ведь я иду в сторону замка герцога, который тоже меня может искать! И то, что я пропала, герцог уже знает! Да, угодила между двух огней! Пока ночь и дорогу видно далеко, буду идти, а вот днем придется прятаться, держаться ближе к лесу. Так и шагали бодро несколько часов, пока не стало светать. Интересно, «спаситель» утром не проснется? Сработает ли моё временное уточнение?
При свете здешнего солнца беспокойство усилилось, поэтому я свернула в лес и сейчас шла, держась параллельно дороге. И сделала правильно. Мимо нас проехал отряд всадников, а мы затаились. Вскоре показался замок на излучине реки, который надо обойти, а перед ним открытое пространство и видны стражники на башнях, которые сразу нас заметят. Тут всего два варианта. Или ждать темноты, а это весь день, или углубиться в лес и попытаться пройти стороной. Ждать не хотелось, а лесом можно заблудиться. И как быть?
Пошли по лесной тропе, протоптанной может людьми, а может и зверьми. Сделав несколько привалов, мы вышли к дороге. Вот только, та ли эта дорога, что ведет к границе? Пыталась определить направление по солнцу, ведь нам надо на восток. Пока сидели в кустах, мимо нас проехало несколько всадников и телег. Выйти к проезжающим на повозках людям я не решилась, вдруг их по дороге предупредили о беглянке, и они доложат обо мне.
Решившись, в какую сторону идти, опять побрели лесом, а на открытых участках уходили далеко от дороги, перебегая от одного перелеска к другому.
К тому перекрестку, где нас задержал герцог Лорийский, мы вышли только к вечеру. Если с лошадкой было все понятно, и она питалась травкой, то у меня в желудке уже завывало от голода. Ладно, потерплю. Так же скрываясь, двинулись к границе. Интересно, на границе есть охрана или пропускной пункт? А может засада? Похоже, идти в обход – девиз моего дня!
Утром следующего дня я опять сидела в засаде в кустах у таверны, оставив лошадку привязанной к дереву в ближайшем лесочке, а вещи спрятала в зарослях какого-то колючего кустарника. Если на коняжку кто-то наткнется и уведет, то специально в кусты никто не полезет. А я высматривала Валена. В саму таверну идти не решалась, так как увидела, что поутру из неё вышли слуги герцога, столкнувшись в дверях с теми, кто ходит в красных костюмах с бляхами. О чем они говорили, слышно мне не было, но то, что они ищут одну и ту же особу, было понятно по недовольным лицам членов Ордена Молчания. Быстро же они поняли, что я иду в эту сторону. Значит и дальше можно ждать засад. Если герцогская погоня ускакала, то «орденская» засела в таверне.
Только во второй половине дня, когда сидеть в кустах уже не было мочи, показался мой спутник, идущий в таверну. Но как привлечь его внимание! Осмотрелась, никого рядом нет, кроме нескольких человек у повозок в противоположной от меня стороне. Свистеть не умею, придется шепотом «кричать».
- Вален, Вален, - прокричала я, стараясь, чтобы «крик» не был резким, а не выделялся из общего шума.
Вален заозирался, тогда я чуть привстала и махнула рукой. Хорошо, что мужчина понял и подошел к кустам, но повернулся к ним спиной, вроде стоит и отдыхает.
- Вален, это я. В таверне в красных костюмах преследователи. Расскажу потом подробно. Как стемнеет, проберусь отсюда в лес, там лошадка и мои вещи с инструментами. Уходить отсюда надо быстрее, и желательно, тайно. За тобой тоже могут герцогские слуги следить. Встретимся в лесу за селом ночью, возьми еды и воды. Я уже два дня не ела. Сюда больше не приходи.
- Хорошо. Понял тебя. Я и сам заметил со вчерашнего дня тут суету. Жди. Приду.
Вален тоже все это проговорил тихо, опустив голову, чтобы не видно было движения его губ.
Моя лошадка оказалась на месте. Когда я пробралась в лес, было уже темно. Пришлось в этой темноте ползать по колючкам, доставая рюкзак и инструменты. Разорвала кофту на спине, оцарапала все руки, и даже лицо. Опять все прикрепила к спине лошади и двинулась вдоль кромки леса, обходя село, что бы выйти на другой конец. Прошла еще немного, пока последние дома не скрылись из вида, и стала ждать Валена. Он появился только через час, а я сидела и считала минуты, так как от голода уже начинала кружиться голова, да и усталость навалилась. Вряд ли я смогу сейчас куда-то идти.
- Наконец-то, лэра Виорика, мы вас дождались! Надеюсь, в замке все прошло гладко? Позвольте представиться, Лэрд Райнод Паус, всегда к вашим услугам.
Он склонился и поцеловал мою руку, но только я хотела заговорить, лэрд продолжил:
- Вам тяжело с вами вещами, поэтому позвольте пройти, в нескольких шагах нас ждет карета. – говорил мужчина как-то слащаво, пафосно, как будто старался скрыть за словами суть.
Карета ждала, как и десяток всадников, видимо, охрана. Уже в карете я начала задавать вопросы. Кто? Куда? Зачем? Но в ответ получила только обещание, что мне все объяснят, как только доставят в безопасное место. И почему мне кажется, что оставаться в замке, и самой искать путь на свободу было бы, действительно, безопасно.
Пока карета двигалась, а мы молчали, я стала разглядывать моего спутника. Это был мужчина лет сорока, с жесткими чертами лица, которые придавали ему некоторую хищность. Одет он был в ярко красный костюм, в таком же я видела его за столом у герцога. На груди была круглая бляха на цепи, изображающая что-то, перечеркнутое крест-накрест. В темноте кареты было плохо видно. Холеные руки с тонкими пальцами лежали на коленях. Так, молча, мы доехали до большого особняка, стоящего на пригорке, с которого открывалась в свете звезд красивая панорама окрестностей. Я пыталась запомнить как можно больше деталей, вдруг и отсюда придется бежать.
Но по прибытии мне ничего объяснять не стали, просто заявили, что все не спали всю ночь, всем надо отдохнуть, и меня оставили одну в небольшой, но довольно уютной спальне. Измученная неизвестностью и усталостью, я уснула, хорошо хоть не забыли покормить. Проснулась днем, не сразу поняла, где нахожусь. Привела себя в порядок, оделась, но выйти из комнаты не смогла. Я оказалась запертой. Беспокойство вновь охватило, заставило сильнее биться сердце.
Пришли за мной лишь, когда начало темнеть. По привычке хотела взять инструменты, но мне сказали, что они не понадобятся. В комнате, куда меня проведи, находилось четверо. Среди них был и мой «спаситель». Как не странно, но все они были одеты в красные костюмы, слегка отличающиеся оттенком цвета, у всех были на груди одинаковые бляхи. Трое были моложе моего доброжелателя. Все четверо смотрели на меня враждебно, от чего я почувствовала себя как на суде. Они молчали, разглядывая меня. Не пригласили присесть. Пришлось первой нарушить тишину:
- Высокородные господа, зачем вы устроили этот фарс с «освобождением»?
- Умная девочка, - протянул лэрд Райнод Паус, усмехаясь. – Нам нужна ты и куда для более благородных целей, чем услаждать гостей за столом герцога Борейда Лиройского. Даже не вериться, что мы встретили ту, что обладает магией голоса. Ты знаешь, что имеешь такой дар?
Я отрицательно покачала головой. Буду прикидываться ничего не знающей. Я просто менестрель, иду и пою. Это моя основная версия.
А лэрд «спаситель», как я его язвительно окрестила, продолжал:
- Как удачно я заехал в замок к герцогу на дни празднования мира, заключенного королем. Ведь она могла пройти мимо, такой лакомый кусочек для нашего Ордена Молчания, - и обращаясь к присутствующим, сказал. – Вы присутствуете при уникальном явлении – в нашем мире опять появились голосовики, которых мы уничтожали полтысячелетия назад. Уже и забыли все, как они умеют дурить людям головы, влиять на умы.
- Так ли они опасны? – спросил один из четырех, белобрысый юноша с аристократичными чертами лица, с надменно поджатой губой, рукой теребя свой массивный кулон. – Судя по этой пигалице, угрозы я не чувствую, как и её силу.
- Не доверяй внешности, лэрд Корейд, она может быть опасна. Хотя…видно, она и сама не знает о своей силе. Её некому было учить. Но мы её научим, и она будет помогать нам. Правда, девочка? Ты ведь будешь слушаться старших? А мы позаботимся о тебе.
Мне пришлось утвердительно качать головой, соглашаясь. Злить сразу отказом и тем, отрезать себе окончательно путь к побегу, не хотелось. Значит, Орден Молчания! О нем рассказывала богиня Маули. О магах, что завидовали голосовикам и уничтожили всех, так как последние не могли вредить людям, а значит дать отпор. Значит, и я не смогу напрямую обезвредить этих «доброжелателей». Интересно, если усыпить, это вред или нет? Ведь сон – это естественная потребность человека, он безвреден. Пока размышляла, члены Ордена Молчания продолжали решать, что со мной делать:
- Виорика, ты останешься здесь, я буду тебя учить, а перед этим ты дашь нам магическую клятву на подчинение Ордену. Нарушишь клятву – умрешь. И это не просто угроза, чтобы запугать тебя, а так действительно будет, если ты ослушаешься.
Холодок страха пробежал по моей спине. Ведь они маги, а я ничего не знаю о магических клятвах. Стараются запугать или действительно проведут какой-нибудь ритуал на подчинение им? Но, слава богам, сейчас они ничего делать не стали. Отпустили в свою комнату и опять закрыли на замок двери. Что-то не слишком хорошо я следую тому, что провозгласила для себя: «Иду и пою». Не иду, не пою, а сижу, как в тюрьме. И почему «как»? Я, действительно, в тюрьме у Ордена убийц. И что они надеются получить с моей помощью? Ведь навредить я не могу! Или они хотят благ для себя лично? И я рассмотрела, что изображено на их бляхах - перечеркнутые крест-накрест губы - знак молчания.
Походила из угла в угол своей камеры, а по-другому я уже свою комнату не воспринимала. Но хождение не успокаивало, а наоборот, только подогревало мысли о безысходности. Взгляд скользнул по футляру скрипки. Музыка меня успокаивала всегда, дарила счастье. Руки сами потянулись к инструменту. Клод Дебюсси - Прелюдия №5 для фортепиано и скрипки. Партия скрипки пролилась мелодией, наполняя комнату, как весенняя вода, от таявшего снега в моей душе, пробивалась ручьем и распустившейся травой сквозь щели дверей и окон, цвела бутонами тюльпанов, ветками душистой сирени оплетая стены. Моя музыка, как ветерок, теплый и нежный, наполняла комнату свежестью, давала вздохнуть полной грудью. Я жива, пока в моих руках скрипка и смычок. Что я без музыки, и что музыка без меня? Застывшие нотные знаки на бумаге.
Как только затихли последние аккорды, и я хотела насладиться тишиной, двери комнаты распахнулись, и в неё ворвался лэрд Райнод с перекошенным от ярости лицом. Он кричал о потопе и зарослях кустарника по всему дому! Схватив меня за руку, он выдернул меня в коридор, показывая на лужи, а потом затащил в свою спальню, где под ногами захлюпал, набравший в себя воду, большой ворсистый ковер. Пахло цветами, но их не было видно. Иллюзия пропала, а вот вода была не иллюзорной, а даже вполне реальной, раз утопила весь дом. Крики и ругательства разносились по всему дому.
Я только пожала плечами, мол, ничего не знаю. Играла для души, и только.
- Еще раз такое повториться, и я разломаю твои пиликалки о твою же голову, - продолжал орать на меня «освободитель» и «доброжелатель». Но угрозами только разозлил, поэтому, если вначале я хотела оправдываться и принести извинения, то сейчас сама прикрикнула:
- Замолчите! Хватит! Лучше уберите воду, пока окончательно не испортились полы и ковры.
И лэрд замолчал, резко, как будто поперхнулся своими словами, и они застряли в его горле. Я тут же пожалела, что показала этому мужчине действие своего Дара. Он ведь сразу все понял, опять схватил за руку, дернул так, что у меня хрустнуло в лопатке. Вот, сволочь, повредит руку, и я играть не смогу. Мой «спаситель» поволок меня вниз по лестнице, я и глазом не успела моргнуть, как оказалась в подвале, где по стенам стекала вода, просачиваясь с верхних этажей. Через минуту я была уже закрыта в сырой темной камере.
Вот что меня дернуло выдать умение голосом магичить? Ну, покричал бы, успокоился, и все, а сейчас в этом каземате даже присесть негде. Здесь было холодно, через четверть часа, по моим прикидкам, у меня уже зуб на зуб не попадал. А в голове крутились варианты моих дальнейших действий. Все же самое безопасное и действенное – усыпить всех в доме. Вот настроюсь и попробую, а потом надо же еще дверь открыть. А как все это сделать? Вышла на середину комнаты, повернулась к дверям и громко произнесла, вкладывая в слова жажду свободы:
- Пусть в доме и округе уснут все люди! На сутки! Я хочу сбежать!
Прислушалась, что твориться в доме, но до подвала ничего не доносилось. Ладно, буду считать, что все уснули. Подошла к дверям и приказала:
- Замок, открыться!
В дверях что-то щёлкнуло, и они отворились, пропуская меня в коридор. Я прокралась к лестнице и стала медленно подниматься. Первых, кого я увидела, двух охранников, свернувшихся калачиком у входной двери. Один так сладко похрапывал, чуть с присвистом, я даже захихикала, так смешно у него это получалось. Вверху, на ступеньках, сидя, прикорнули две женщины-служанки, которые, видимо, убирали воду с ковровой дорожки. Как хорошо, что мне не попытались заблокировать мои способности. Интересно, что бы они сделали? Заклеили мне рот? Бр-р-р… Я даже тряхнула головой, отгоняя эти мысли.
Поднявшись на этаж, заглянула в комнату лэрда. Он спал на полу, сон настиг его в двух шагах от кровати. Сейчас под ним был только мокрый ковер. А мне смешинка в рот попала, захотелось отомстить. Обвела спальню взглядом, решая, что сделать. Взгляд зацепился за камин с уже прогоревшими углями. Вытащила несколько угольков и ими разрисовала лицо лэрда, обозначив под глазами черные круги, а на лбу – звезду. Что-то другое не придумалось.
В своих покоях собрала рюкзак и инструменты и вышла из дома. А вот куда идти? Еще не поздно найти Валена. В конюшне заржал конь, и меня осенило! Сама я на коня не сяду, оседлать не сумею, а вот если сгрузить на него свою поклажу и вести в поводу, то будет быстрее добраться до границы. Обошла все денники, заглядывая на коней. Мне же нужен смирный, покладистый. Углядела небольшую коняжку с еще не снятым недоуздком, а рядом на сене спал конюх. Вот, немного не повезло, седло сняли. Будем надеяться, что конь будет слушаться моих команд. Нашла ремни, связала ими свою поклажу и перекинула через круп лошади, для надежности еще привязав к ремням уздечки. Пока проделывала все, разговаривала с конем, может, наладим контакт друг с другом. Коняжка стояла смирно, только шевелила ушами, прислушиваясь к моему голосу. Вывела коня со двора, с высоты пригорка сориентировалась, с какой стороны мы подъезжали к дому, и пошла, держа в поводу лошадь. Только свет звезд и лун освещал нам дорогу.
А ведь я иду в сторону замка герцога, который тоже меня может искать! И то, что я пропала, герцог уже знает! Да, угодила между двух огней! Пока ночь и дорогу видно далеко, буду идти, а вот днем придется прятаться, держаться ближе к лесу. Так и шагали бодро несколько часов, пока не стало светать. Интересно, «спаситель» утром не проснется? Сработает ли моё временное уточнение?
При свете здешнего солнца беспокойство усилилось, поэтому я свернула в лес и сейчас шла, держась параллельно дороге. И сделала правильно. Мимо нас проехал отряд всадников, а мы затаились. Вскоре показался замок на излучине реки, который надо обойти, а перед ним открытое пространство и видны стражники на башнях, которые сразу нас заметят. Тут всего два варианта. Или ждать темноты, а это весь день, или углубиться в лес и попытаться пройти стороной. Ждать не хотелось, а лесом можно заблудиться. И как быть?
Пошли по лесной тропе, протоптанной может людьми, а может и зверьми. Сделав несколько привалов, мы вышли к дороге. Вот только, та ли эта дорога, что ведет к границе? Пыталась определить направление по солнцу, ведь нам надо на восток. Пока сидели в кустах, мимо нас проехало несколько всадников и телег. Выйти к проезжающим на повозках людям я не решилась, вдруг их по дороге предупредили о беглянке, и они доложат обо мне.
Решившись, в какую сторону идти, опять побрели лесом, а на открытых участках уходили далеко от дороги, перебегая от одного перелеска к другому.
К тому перекрестку, где нас задержал герцог Лорийский, мы вышли только к вечеру. Если с лошадкой было все понятно, и она питалась травкой, то у меня в желудке уже завывало от голода. Ладно, потерплю. Так же скрываясь, двинулись к границе. Интересно, на границе есть охрана или пропускной пункт? А может засада? Похоже, идти в обход – девиз моего дня!
Утром следующего дня я опять сидела в засаде в кустах у таверны, оставив лошадку привязанной к дереву в ближайшем лесочке, а вещи спрятала в зарослях какого-то колючего кустарника. Если на коняжку кто-то наткнется и уведет, то специально в кусты никто не полезет. А я высматривала Валена. В саму таверну идти не решалась, так как увидела, что поутру из неё вышли слуги герцога, столкнувшись в дверях с теми, кто ходит в красных костюмах с бляхами. О чем они говорили, слышно мне не было, но то, что они ищут одну и ту же особу, было понятно по недовольным лицам членов Ордена Молчания. Быстро же они поняли, что я иду в эту сторону. Значит и дальше можно ждать засад. Если герцогская погоня ускакала, то «орденская» засела в таверне.
Только во второй половине дня, когда сидеть в кустах уже не было мочи, показался мой спутник, идущий в таверну. Но как привлечь его внимание! Осмотрелась, никого рядом нет, кроме нескольких человек у повозок в противоположной от меня стороне. Свистеть не умею, придется шепотом «кричать».
- Вален, Вален, - прокричала я, стараясь, чтобы «крик» не был резким, а не выделялся из общего шума.
Вален заозирался, тогда я чуть привстала и махнула рукой. Хорошо, что мужчина понял и подошел к кустам, но повернулся к ним спиной, вроде стоит и отдыхает.
- Вален, это я. В таверне в красных костюмах преследователи. Расскажу потом подробно. Как стемнеет, проберусь отсюда в лес, там лошадка и мои вещи с инструментами. Уходить отсюда надо быстрее, и желательно, тайно. За тобой тоже могут герцогские слуги следить. Встретимся в лесу за селом ночью, возьми еды и воды. Я уже два дня не ела. Сюда больше не приходи.
- Хорошо. Понял тебя. Я и сам заметил со вчерашнего дня тут суету. Жди. Приду.
Вален тоже все это проговорил тихо, опустив голову, чтобы не видно было движения его губ.
Моя лошадка оказалась на месте. Когда я пробралась в лес, было уже темно. Пришлось в этой темноте ползать по колючкам, доставая рюкзак и инструменты. Разорвала кофту на спине, оцарапала все руки, и даже лицо. Опять все прикрепила к спине лошади и двинулась вдоль кромки леса, обходя село, что бы выйти на другой конец. Прошла еще немного, пока последние дома не скрылись из вида, и стала ждать Валена. Он появился только через час, а я сидела и считала минуты, так как от голода уже начинала кружиться голова, да и усталость навалилась. Вряд ли я смогу сейчас куда-то идти.
