— А инкубов? — спросила Кузя.
Чертовка округлила глаза.
— Девочка, да ты, оказывается, шалунья! Могу и тебя свести с парочкой. Двух тебе хватит?
— Беська! — повысил голос Николай. — Хватит придуриваться! Ты знаешь, что демонов секса отозвали из нашего мира?
— Что-то такое слышала.
— Нам надо узнать, кто это сделал.
33
Чертовка посмотрела на него с удивлением.
— Ты думаешь, об этом пишут в «Инфернальных ведомостях»?
— Но слухи-то какие-то ходят? — спросил Николай.
Чертовка кивнула.
— По слухам в Инферно собираются открыть клуб развлечений. Где-то рядом, у самой границы. Сейчас как раз набирают персонал, в основном суккубусов и инкубусов.
— Ты уже оформила членскую карточку? — спросила Кузя самым невинным тоном.
— Зачем? На меня их чары не действуют.
— Ты же говорила, что ты женщина, — не смогла сдержаться Кузя.
— Только когда захочу, — гордо ответила чертовка.
— Барышни, опять вы за своё, — укоризненно произнёс Николай. — Давайте вернёмся к нашему делу. Кто открывает клуб?
Чертовка на секунду задумалась.
— Про Карнивана точно говорили. И ещё, кажется, про Велиала.
— Карниван… — задумчиво повторила Кузя, — что-то такое припоминаю. Это демон второго лика?
— Точно.
— А про Велиала я даже не слышала.
— Не удивительно, он входит в третий лик.
— О чём вы вообще говорите? — вмешался Николай. — Какие ещё лики?
— Это демоническая иерархия, — пояснила Кузя. — Чтоб ты понимал, Карниван там вроде вашего полковника, а Велиал ещё ниже.
— Подождите! — Николай замер, поражённый внезапной мыслью. — Но ведь тогда выходит, что эксги-пандемия — не инициатива руководства Инферно? И вообще не чей-то злой умысел. Просто кто-то из среднего звена решил на этом заработать.
— И что нам это даёт? — насмешливо спросила чертовка. — Настучишь начальству на подчинённых? Сразу скажу — дохлый номер. Мы, в отличие от вас, народ брезгливый, доносов не читаем; мы бы ими подтирались, если бы у нас было что подтирать.
— Но припугнуть-то этого Карнивана мы можем? — спросила Кузя.
— Припугнуть можете, — ответила чертовка, — но эффект, скорее всего, будет обратным. Сейчас у Карнивана активен скилл наживы. Это очень сильный скилл, но демон всё же не целиком отдаётся этой страсти. А вот если активизировать у него скилл гонора, он из кожи вон будет лезть, чтобы вытащить из срединного мира всех демонов секса. Даже самых завалящих. Ты можешь представить свой мир, полностью зачищенным от секса?
— Могу, наверное, — ответила Кузя. — Но не дальше, чем на одно поколение.
34
До Усть-Ургала друзья добрались без приключений. Орочены нашли плот Николая, застрявший в валунах ниже «Атлантов»; каяк Шамана ждал хозяина в прибрежных кустах. На подходе к городу ожили мобильники, и Кузя связалась с Макаром. Бедный парень извёлся от томительного ожидания; он потребовал рассказать ему всё немедленно, не теряя ни минуты. Но Кузя ничего говорить не стала. Сообщила, что все живы и отключила телефон.
Всё рассказал Николай, когда вечером друзья сидели в номере местной гостиницы. Разговор был долгим. Сначала пришлось удовлетворить любопытство Макара, которому не терпелось услышать обо всех передрягах, куда вольно или невольно был втянут его друг — о коварных порогах, загадочной метеостанции и шаманских странствиях. Затем Кузя рассказала об отзыве демонов секса в Инферно и последовавшей за этим эксги-пандемией. Макар слушал и кивал — он и сам это замечал. Такое трудно не заметить. Когда главное было рассказано, Николай подвёл итог:
— В общих чертах ситуация понятна. Основная проблема сегодня в том, что секс обесценивается.
— Перестаёт быть гиперценностью, — уточнил Шаман.
— Да. Отсюда наша главная задача — вернуть в срединный мир суккубов и инкубов. Вырастет ценность секса — вырастет и ценность интима, а значит, и ценность привата. Люди снова озаботятся охраной личностных границ, души вернут утраченные оболочки и перестанут разрушаться.
Чертовка, до этого момента тихонько сидевшая в уголке, громко цыкнула зубом. Николай замер на полуслове. Все посмотрели на Бестию.
— Сколько пафоса! — насмешливо протянула она. — Ещё немного, и кого-то точно потянет на подвиги.
— Что-то ведь надо делать, — ответил Николай.
— Что-то! — передразнила чертовка. — Знаю я, что у тебя на уме. Даже не думай! В нашей зоне Инферно тебя примут сразу за воротами — слишком многие хотят посчитаться с тобой за Вия.
— А ты ничего не можешь нам подсказать? — спросил Николай.
— Я? — удивилась чертовка. — С какой стати? Ты знаком с демонами секса гораздо ближе.
— Кто, я? — теперь уже Николай не смог сдержать удивления.
— Конечно. Суккубусы приходят в мужские сны и искушают вас по полной программе. Или, скажешь, у тебя никогда не было поллюций?
— Бывало, — нехотя признал Николай. — Так ты намекаешь, что я могу связаться с суккубом во сне?
— Попробуй, — ответила чертовка, — попытка не пытка. Если одна и та же демоница приходила к тебе несколько раз, у вас могла сохраниться остаточная связь. Ты помнишь хоть кого-то из них?
— Да.
Чертовка открыла рот, чтобы спросить: «И она не похожа на Кузю?», но Николай успел пнуть её ногой под столом.
— Надеюсь, эта сукка принимала мой образ? — спросила Кузя. — Иначе твоя попытка станет пыткой!
35
Не сговариваясь, все посмотрели на Кузю. Никто не сказал ни слова, но взгляды были очень выразительными. Девушка свела брови в обиженной гримасе и поднялась с места.
— Какие же вы твари! А ещё друзья.
— Через улицу напротив есть неплохое кафе, — сказала чертовка, — там можно спокойно посидеть, выпить кофе или чего покрепче.
— Или! — выдохнула Кузя и выскочила из номера, хлопнув дверью.
Николай посмотрел на Шамана и Макара.
— Вы не составите Кузе компанию? Привлекательная незнакомка, выпивающая в одиночку — это не слишком вызывающе для российской глубинки?
Мужчины понимающе кивнули и вышли. Николай посмотрел на Бестию.
— Продолжим.
— Хорошо. Для начала надо выяснить, кто тебя искушал. Можешь её описать?
— Такое трудно забыть, — ответил Николай. — Ей грудь…
— Стоп! — оборвала его чертовка. — Я прекрасно знаю, на что все вы смотрите в этих снах. Грудь, лоно и ноги у неё именно такие, какие тебе нравятся. Идеальные. То, что попадает в зону твоего повышенного внимания, демоница подстраивает под твои предпочтения. Но то, что туда не попало, может остаться неизменным, присущим суккубусу изначально. Какого цвета её волосы?
— Не помню, — растерянно ответил Николай. — Они, кажется, искрились.
— Рыжая? — уточнила чертовка.
— Скорее огненная. Там было какое-то свечение.
— По самой грубой шкале: брюнетка, блондинка или рыжая?
— Тогда рыжая.
— Понятно, — чертовка удовлетворённо кивнула. — Твою ночную подругу зовут Наама. Демоница со множеством лиц, мать демонов-шедим, любовница ангела смерти Самаэля и высшего демона Асмодея. По слухам она была первой женой Адама, ещё до Лилит. Наама соблазняет и демонов, и ангелов; но к людям у неё особое отношение.
— Это хорошо или плохо? — спросил Николай.
Бестия удивлённо посмотрела на него.
— А ты что, рассчитывал на «хорошо»? Не обольщайся, хороших вариантов у тебя не было. Но могло быть и хуже.
— Тогда зачем ты меня сейчас пытала?
— Знание имени демоницы, конечно, не даёт власти над ней, но — как бы это точнее сказать? — пробивает её на откровенность. Ты сможешь задать ей вопрос, и она тебе ответит. Только без рассусоливаний, чётко и конкретно. Времени у тебя будет мало.
— Почему?
Чертовка расплылась в широкой ухмылке.
— А ты не догадываешься? Вызвать суккубуса в сон можно лишь с переполненными тестикулами. А появившись в твоём сновидении, Наама сразу же плотно возьмёт тебя за член. Ещё вопросы есть?
Николай задумался; действительно, все его встречи в Наамой были очень короткими.
— Но есть же спреи, понижающие чувствительность? Может, сработает?
— Чувствительность к физическому трению, — уточнила чертовка. — Но Нааме не нужен физический контакт. Она ведь будет натирать тебе мозги.
36
К сновидческому погружению готовились тщательно. Макар предложил использовать виагру, но Бестия решительно помотала головой.
— Нет, никакой химии! Только натуральные продукты! У меня есть особый тайный рецепт. Дай-ка свою карточку.
— Так ты законопослушный бес! — восхитился Макар. — А я думал, ты просто берёшь, что хочешь.
— Конечно я просто беру то, что мне надо, — раздражённо ответила чертовка. — Или ты думал, что я буду стоять в очереди и любезничать с кассиршей? Но в конце дня баланс у неё должен сойтись. Не стоит привлекать лишнего внимания на пустом месте.
— А рецептом не поделишься? — спросил Макар.
— Зачем тебе? — удивилась чертовка. — У тебя ведь даже девушки нет.
Макар смущённо поковырял пол носком ботинка.
— Ну… на будущее.
Бестия строго посмотрела на него.
— Если у Полкана ничего не получится, у тебя не будет будущего. По крайней мере такого, в котором этот рецепт может понадобиться.
Макар хотел что-то ответить, но чертовка уже растворилась в воздухе вместе с его карточкой. Вскоре она вернулась со спиртовкой и пакетом, из которого остро пахло скошенным сеном. Выгнала друзей в соседнюю комнату и занялась своим зельем. К вечеру работа была закончена.
— Комплексное решение! — похвасталась Бестия. — Усыпление и возбуждение в одном флаконе!
— Надеюсь, слабительное туда не входит? — мрачно пошутил Николай.
— Вот и узнаем, — ехидно ответила чертовка. — Я эту смесь ещё ни на ком не испытывала.
Она подошла к окну и задвинула тяжёлые шторы.
— Выпей и ложись на кровать. Можешь не раздеваться, только кроссовки сними.
Потом посмотрела на Кузю.
— Может, ты пока посидишь в другой комнате?
Кузя упрямо помотала головой.
— Ну уж нет! Я не оставлю Полкана наедине с этой суккой!
Бестия не стала спорить. Она села рядом с Николаем, положила ладонь ему на лоб и стала чуть слышно бормотать что-то на незнакомом языке. Тело Николая напряглось, вытянулось в струну и тут же расслабилось. Чертовка встала и отошла от кровати.
— Вот и всё. Теперь нам остаётся только ждать.
Мужчины молча вышли из комнаты, чертовка последовала за ними. Кузя села рядом с Николаем и взяла его за руку.
— Только попробуй, кобелина, — прошептала она ему в ухо, — только попробуй.
37
Волосы Наамы искрились и горели. Тёплый оранжевый свет выхватывал из темноты соблазнительные выпуклости тела демоницы — налитую грудь, округлый живот, полные бёдра. Под взглядом Николая её тело послушно менялось — грудь уменьшалась, живот втягивался и становился плоским, опадала мягкая припухлость бёдер. Изнеженно-женственное превращалось в спортивное, подтянутое. Избыточная женская роскошь таяла, как снег под весенним солнцем; уже через секунду из-под неё стали проступать тазовые косточки.
— Как у Кузнечика, — подумал Николай.
Наама как будто прочитала эти мысли и погрозила ему пальцем.
— Э, нет, мы так не договаривались! Не отвлекайся! Смотри на меня! — приказала она. — Ниже! Ещё ниже!
Собрав остатки воли, Николай сосредоточил всё внимание на тазовой косточке. Он знал, что стоит ему на мгновение опустить взгляд, и всё закончится очень быстро. А ему ещё надо было многое узнать.
— Не гони коней, Наама, — попросил он, — давай поговорим.
— Зачем? — спросила демоница. — Я же вижу, как ты меня хочешь — так зачем тянуть?
— Мне надо кое-что узнать. Говорят, что демонов секса отозвали из срединного мира, и после этого секс обесценился…
— Кто тебе наплёл такую чушь? — от удивления Наама ослабила удавку своего эротического гипноза.
— Бестия, — ответил Николай.
— Эта мелкая чертовка?! Нашёл кому верить! Что она вообще понимает в сексе! В ней Эроса не больше, чем в снежной бабе.
— А Кузя меня к ней приревновала, — возразил Николай.
— При мне не говорят о других женщинах! — недовольно сказала Наама.
— Но о Бестии можно?
— О ней можно, — разрешила демоница, — сколько бы она ни пыжилась и ни красилась, самкой ей не стать. Разве что «неменструирующей женщиной», как сейчас называют сексуально дезориентированных существ без матки и вагины.
— И в чём она не права? — спросил Николай.
— Да во всём! — Наама ещё на шаг приблизилась к нему. — Эти бесполые чертовки понятия не имеют, чем занимаются суккубусы. Они думают, что мы возжигаем огонь в мужских чреслах. Но мы не умеем возжигать, мы только раздуваем то, что уже есть. А там, где огня нет, нам просто нечего ловить. Показать, как мы его раздуваем?
Николай увидел, как пухлые губы потянулись к его паху, на лету превращаясь в сухие горячие губы Кузи.
— Подожди! — отстранился он. — А как же клуб Карнивана?
— Это тоже Бестия наплела? Странно, что она его борделем не назвала. Или назвала?
Николай отрицательно помотал головой.
— На самом деле, — продолжала Наама, — это даже не клуб, скорее гостиница. Мы ведь встречаемся не только с людьми и демонами, но и с ангелами. А с ними всё строго — и им вниз нельзя, и нам наверх путь закрыт. Поэтому и нужен был постоялый двор у границы миров. Странно, что эта идея раньше никому не пришла в голову. Ну, всё, хватит разговоров!
Демоница обхватила член Николая горячей ладонью и мягко сжала.
— Сейчас, дорогой, секундочку… — прошептала она.
Николай напрягся, из последних сил сдерживая оргазм. И первый раз прямо взглянул в лицо Наамы.
— Что у тебя с глазами?!
Лицо демоницы менялось. Но если изменения тела воспринимались как нечто естественное, с лицом всё было иначе. В его трансформации было что-то жуткое. Николай замер. Изумление было так велико, что он позабыл про оргазм. Наама хлестнула Николая по глазам горящими волосами, и он проснулся.
38
Через полтора часа друзья вновь собрались у постели Николая. Чертовка встала над спящим, внимательно наблюдая за ним.
— Началось, — шёпотом сказала она.
Тело Николая судорожно дёрнулось, глазные яблоки заметались под закрытыми веками. Друзья замерли, боясь пошевелиться. Кузя подалась вперёд, закусив губу. Несколько минут ожидания показались всем вечностью. Наконец Николай открыл глаза.
— Ну как?! — подскочил к нему Макар. — Получилось?
Николай сел на кровати и обвёл друзей мутным взглядом.
— Пятьдесят на пятьдесят, — ответил он наконец.
Затем подошёл к столу, налил себе пятьдесят грамм и выпил залпом.
— Так чем всё закончилось? Какой выход? — спросил Макар.
— Сепарация, — коротко ответил Николай и налил себе ещё пятьдесят.
— Не так быстро, — осадил его Шаман, пряча бутылку. — Говори по делу.
Николай снова выпил и плеснул в стакан воды из графина.
— Полной зачистки не будет, Бестия всё перепутала. Суккубы и инкубы будут приходить в наш мир — но только к тем, кто сумел сберечь свою оболочку. К тем, кто дорожит приватом и интимом. В них демоны секса станут и дальше раздувать огонь страсти. Но остальных уже не спасти. Они продолжат публично выворачивать себя наизнанку, пока в пропащей душе не останется ни одного потаённого уголка.
— А что будет с нами? — спросила Кузя.
Николай обнял подругу и поцеловал её в макушку. Почувствовал, как напряжённое тело расслабляется в его руках.
— С нами всё будет хорошо. Как ты могла сомневаться?
— Знаешь, — сказала Кузя, — если бы ты проснулся с пятном на штанах, я бы, наверное, тебя убила.
— Да, — вмешалась чертовка, — расскажи, как ты смог удержаться. Это же сон Наамы, из этих вод мало кому удавалось выйти сухим.
Чертовка округлила глаза.
— Девочка, да ты, оказывается, шалунья! Могу и тебя свести с парочкой. Двух тебе хватит?
— Беська! — повысил голос Николай. — Хватит придуриваться! Ты знаешь, что демонов секса отозвали из нашего мира?
— Что-то такое слышала.
— Нам надо узнать, кто это сделал.
33
Чертовка посмотрела на него с удивлением.
— Ты думаешь, об этом пишут в «Инфернальных ведомостях»?
— Но слухи-то какие-то ходят? — спросил Николай.
Чертовка кивнула.
— По слухам в Инферно собираются открыть клуб развлечений. Где-то рядом, у самой границы. Сейчас как раз набирают персонал, в основном суккубусов и инкубусов.
— Ты уже оформила членскую карточку? — спросила Кузя самым невинным тоном.
— Зачем? На меня их чары не действуют.
— Ты же говорила, что ты женщина, — не смогла сдержаться Кузя.
— Только когда захочу, — гордо ответила чертовка.
— Барышни, опять вы за своё, — укоризненно произнёс Николай. — Давайте вернёмся к нашему делу. Кто открывает клуб?
Чертовка на секунду задумалась.
— Про Карнивана точно говорили. И ещё, кажется, про Велиала.
— Карниван… — задумчиво повторила Кузя, — что-то такое припоминаю. Это демон второго лика?
— Точно.
— А про Велиала я даже не слышала.
— Не удивительно, он входит в третий лик.
— О чём вы вообще говорите? — вмешался Николай. — Какие ещё лики?
— Это демоническая иерархия, — пояснила Кузя. — Чтоб ты понимал, Карниван там вроде вашего полковника, а Велиал ещё ниже.
— Подождите! — Николай замер, поражённый внезапной мыслью. — Но ведь тогда выходит, что эксги-пандемия — не инициатива руководства Инферно? И вообще не чей-то злой умысел. Просто кто-то из среднего звена решил на этом заработать.
— И что нам это даёт? — насмешливо спросила чертовка. — Настучишь начальству на подчинённых? Сразу скажу — дохлый номер. Мы, в отличие от вас, народ брезгливый, доносов не читаем; мы бы ими подтирались, если бы у нас было что подтирать.
— Но припугнуть-то этого Карнивана мы можем? — спросила Кузя.
— Припугнуть можете, — ответила чертовка, — но эффект, скорее всего, будет обратным. Сейчас у Карнивана активен скилл наживы. Это очень сильный скилл, но демон всё же не целиком отдаётся этой страсти. А вот если активизировать у него скилл гонора, он из кожи вон будет лезть, чтобы вытащить из срединного мира всех демонов секса. Даже самых завалящих. Ты можешь представить свой мир, полностью зачищенным от секса?
— Могу, наверное, — ответила Кузя. — Но не дальше, чем на одно поколение.
34
До Усть-Ургала друзья добрались без приключений. Орочены нашли плот Николая, застрявший в валунах ниже «Атлантов»; каяк Шамана ждал хозяина в прибрежных кустах. На подходе к городу ожили мобильники, и Кузя связалась с Макаром. Бедный парень извёлся от томительного ожидания; он потребовал рассказать ему всё немедленно, не теряя ни минуты. Но Кузя ничего говорить не стала. Сообщила, что все живы и отключила телефон.
Всё рассказал Николай, когда вечером друзья сидели в номере местной гостиницы. Разговор был долгим. Сначала пришлось удовлетворить любопытство Макара, которому не терпелось услышать обо всех передрягах, куда вольно или невольно был втянут его друг — о коварных порогах, загадочной метеостанции и шаманских странствиях. Затем Кузя рассказала об отзыве демонов секса в Инферно и последовавшей за этим эксги-пандемией. Макар слушал и кивал — он и сам это замечал. Такое трудно не заметить. Когда главное было рассказано, Николай подвёл итог:
— В общих чертах ситуация понятна. Основная проблема сегодня в том, что секс обесценивается.
— Перестаёт быть гиперценностью, — уточнил Шаман.
— Да. Отсюда наша главная задача — вернуть в срединный мир суккубов и инкубов. Вырастет ценность секса — вырастет и ценность интима, а значит, и ценность привата. Люди снова озаботятся охраной личностных границ, души вернут утраченные оболочки и перестанут разрушаться.
Чертовка, до этого момента тихонько сидевшая в уголке, громко цыкнула зубом. Николай замер на полуслове. Все посмотрели на Бестию.
— Сколько пафоса! — насмешливо протянула она. — Ещё немного, и кого-то точно потянет на подвиги.
— Что-то ведь надо делать, — ответил Николай.
— Что-то! — передразнила чертовка. — Знаю я, что у тебя на уме. Даже не думай! В нашей зоне Инферно тебя примут сразу за воротами — слишком многие хотят посчитаться с тобой за Вия.
— А ты ничего не можешь нам подсказать? — спросил Николай.
— Я? — удивилась чертовка. — С какой стати? Ты знаком с демонами секса гораздо ближе.
— Кто, я? — теперь уже Николай не смог сдержать удивления.
— Конечно. Суккубусы приходят в мужские сны и искушают вас по полной программе. Или, скажешь, у тебя никогда не было поллюций?
— Бывало, — нехотя признал Николай. — Так ты намекаешь, что я могу связаться с суккубом во сне?
— Попробуй, — ответила чертовка, — попытка не пытка. Если одна и та же демоница приходила к тебе несколько раз, у вас могла сохраниться остаточная связь. Ты помнишь хоть кого-то из них?
— Да.
Чертовка открыла рот, чтобы спросить: «И она не похожа на Кузю?», но Николай успел пнуть её ногой под столом.
— Надеюсь, эта сукка принимала мой образ? — спросила Кузя. — Иначе твоя попытка станет пыткой!
35
Не сговариваясь, все посмотрели на Кузю. Никто не сказал ни слова, но взгляды были очень выразительными. Девушка свела брови в обиженной гримасе и поднялась с места.
— Какие же вы твари! А ещё друзья.
— Через улицу напротив есть неплохое кафе, — сказала чертовка, — там можно спокойно посидеть, выпить кофе или чего покрепче.
— Или! — выдохнула Кузя и выскочила из номера, хлопнув дверью.
Николай посмотрел на Шамана и Макара.
— Вы не составите Кузе компанию? Привлекательная незнакомка, выпивающая в одиночку — это не слишком вызывающе для российской глубинки?
Мужчины понимающе кивнули и вышли. Николай посмотрел на Бестию.
— Продолжим.
— Хорошо. Для начала надо выяснить, кто тебя искушал. Можешь её описать?
— Такое трудно забыть, — ответил Николай. — Ей грудь…
— Стоп! — оборвала его чертовка. — Я прекрасно знаю, на что все вы смотрите в этих снах. Грудь, лоно и ноги у неё именно такие, какие тебе нравятся. Идеальные. То, что попадает в зону твоего повышенного внимания, демоница подстраивает под твои предпочтения. Но то, что туда не попало, может остаться неизменным, присущим суккубусу изначально. Какого цвета её волосы?
— Не помню, — растерянно ответил Николай. — Они, кажется, искрились.
— Рыжая? — уточнила чертовка.
— Скорее огненная. Там было какое-то свечение.
— По самой грубой шкале: брюнетка, блондинка или рыжая?
— Тогда рыжая.
— Понятно, — чертовка удовлетворённо кивнула. — Твою ночную подругу зовут Наама. Демоница со множеством лиц, мать демонов-шедим, любовница ангела смерти Самаэля и высшего демона Асмодея. По слухам она была первой женой Адама, ещё до Лилит. Наама соблазняет и демонов, и ангелов; но к людям у неё особое отношение.
— Это хорошо или плохо? — спросил Николай.
Бестия удивлённо посмотрела на него.
— А ты что, рассчитывал на «хорошо»? Не обольщайся, хороших вариантов у тебя не было. Но могло быть и хуже.
— Тогда зачем ты меня сейчас пытала?
— Знание имени демоницы, конечно, не даёт власти над ней, но — как бы это точнее сказать? — пробивает её на откровенность. Ты сможешь задать ей вопрос, и она тебе ответит. Только без рассусоливаний, чётко и конкретно. Времени у тебя будет мало.
— Почему?
Чертовка расплылась в широкой ухмылке.
— А ты не догадываешься? Вызвать суккубуса в сон можно лишь с переполненными тестикулами. А появившись в твоём сновидении, Наама сразу же плотно возьмёт тебя за член. Ещё вопросы есть?
Николай задумался; действительно, все его встречи в Наамой были очень короткими.
— Но есть же спреи, понижающие чувствительность? Может, сработает?
— Чувствительность к физическому трению, — уточнила чертовка. — Но Нааме не нужен физический контакт. Она ведь будет натирать тебе мозги.
36
К сновидческому погружению готовились тщательно. Макар предложил использовать виагру, но Бестия решительно помотала головой.
— Нет, никакой химии! Только натуральные продукты! У меня есть особый тайный рецепт. Дай-ка свою карточку.
— Так ты законопослушный бес! — восхитился Макар. — А я думал, ты просто берёшь, что хочешь.
— Конечно я просто беру то, что мне надо, — раздражённо ответила чертовка. — Или ты думал, что я буду стоять в очереди и любезничать с кассиршей? Но в конце дня баланс у неё должен сойтись. Не стоит привлекать лишнего внимания на пустом месте.
— А рецептом не поделишься? — спросил Макар.
— Зачем тебе? — удивилась чертовка. — У тебя ведь даже девушки нет.
Макар смущённо поковырял пол носком ботинка.
— Ну… на будущее.
Бестия строго посмотрела на него.
— Если у Полкана ничего не получится, у тебя не будет будущего. По крайней мере такого, в котором этот рецепт может понадобиться.
Макар хотел что-то ответить, но чертовка уже растворилась в воздухе вместе с его карточкой. Вскоре она вернулась со спиртовкой и пакетом, из которого остро пахло скошенным сеном. Выгнала друзей в соседнюю комнату и занялась своим зельем. К вечеру работа была закончена.
— Комплексное решение! — похвасталась Бестия. — Усыпление и возбуждение в одном флаконе!
— Надеюсь, слабительное туда не входит? — мрачно пошутил Николай.
— Вот и узнаем, — ехидно ответила чертовка. — Я эту смесь ещё ни на ком не испытывала.
Она подошла к окну и задвинула тяжёлые шторы.
— Выпей и ложись на кровать. Можешь не раздеваться, только кроссовки сними.
Потом посмотрела на Кузю.
— Может, ты пока посидишь в другой комнате?
Кузя упрямо помотала головой.
— Ну уж нет! Я не оставлю Полкана наедине с этой суккой!
Бестия не стала спорить. Она села рядом с Николаем, положила ладонь ему на лоб и стала чуть слышно бормотать что-то на незнакомом языке. Тело Николая напряглось, вытянулось в струну и тут же расслабилось. Чертовка встала и отошла от кровати.
— Вот и всё. Теперь нам остаётся только ждать.
Мужчины молча вышли из комнаты, чертовка последовала за ними. Кузя села рядом с Николаем и взяла его за руку.
— Только попробуй, кобелина, — прошептала она ему в ухо, — только попробуй.
37
Волосы Наамы искрились и горели. Тёплый оранжевый свет выхватывал из темноты соблазнительные выпуклости тела демоницы — налитую грудь, округлый живот, полные бёдра. Под взглядом Николая её тело послушно менялось — грудь уменьшалась, живот втягивался и становился плоским, опадала мягкая припухлость бёдер. Изнеженно-женственное превращалось в спортивное, подтянутое. Избыточная женская роскошь таяла, как снег под весенним солнцем; уже через секунду из-под неё стали проступать тазовые косточки.
— Как у Кузнечика, — подумал Николай.
Наама как будто прочитала эти мысли и погрозила ему пальцем.
— Э, нет, мы так не договаривались! Не отвлекайся! Смотри на меня! — приказала она. — Ниже! Ещё ниже!
Собрав остатки воли, Николай сосредоточил всё внимание на тазовой косточке. Он знал, что стоит ему на мгновение опустить взгляд, и всё закончится очень быстро. А ему ещё надо было многое узнать.
— Не гони коней, Наама, — попросил он, — давай поговорим.
— Зачем? — спросила демоница. — Я же вижу, как ты меня хочешь — так зачем тянуть?
— Мне надо кое-что узнать. Говорят, что демонов секса отозвали из срединного мира, и после этого секс обесценился…
— Кто тебе наплёл такую чушь? — от удивления Наама ослабила удавку своего эротического гипноза.
— Бестия, — ответил Николай.
— Эта мелкая чертовка?! Нашёл кому верить! Что она вообще понимает в сексе! В ней Эроса не больше, чем в снежной бабе.
— А Кузя меня к ней приревновала, — возразил Николай.
— При мне не говорят о других женщинах! — недовольно сказала Наама.
— Но о Бестии можно?
— О ней можно, — разрешила демоница, — сколько бы она ни пыжилась и ни красилась, самкой ей не стать. Разве что «неменструирующей женщиной», как сейчас называют сексуально дезориентированных существ без матки и вагины.
— И в чём она не права? — спросил Николай.
— Да во всём! — Наама ещё на шаг приблизилась к нему. — Эти бесполые чертовки понятия не имеют, чем занимаются суккубусы. Они думают, что мы возжигаем огонь в мужских чреслах. Но мы не умеем возжигать, мы только раздуваем то, что уже есть. А там, где огня нет, нам просто нечего ловить. Показать, как мы его раздуваем?
Николай увидел, как пухлые губы потянулись к его паху, на лету превращаясь в сухие горячие губы Кузи.
— Подожди! — отстранился он. — А как же клуб Карнивана?
— Это тоже Бестия наплела? Странно, что она его борделем не назвала. Или назвала?
Николай отрицательно помотал головой.
— На самом деле, — продолжала Наама, — это даже не клуб, скорее гостиница. Мы ведь встречаемся не только с людьми и демонами, но и с ангелами. А с ними всё строго — и им вниз нельзя, и нам наверх путь закрыт. Поэтому и нужен был постоялый двор у границы миров. Странно, что эта идея раньше никому не пришла в голову. Ну, всё, хватит разговоров!
Демоница обхватила член Николая горячей ладонью и мягко сжала.
— Сейчас, дорогой, секундочку… — прошептала она.
Николай напрягся, из последних сил сдерживая оргазм. И первый раз прямо взглянул в лицо Наамы.
— Что у тебя с глазами?!
Лицо демоницы менялось. Но если изменения тела воспринимались как нечто естественное, с лицом всё было иначе. В его трансформации было что-то жуткое. Николай замер. Изумление было так велико, что он позабыл про оргазм. Наама хлестнула Николая по глазам горящими волосами, и он проснулся.
38
Через полтора часа друзья вновь собрались у постели Николая. Чертовка встала над спящим, внимательно наблюдая за ним.
— Началось, — шёпотом сказала она.
Тело Николая судорожно дёрнулось, глазные яблоки заметались под закрытыми веками. Друзья замерли, боясь пошевелиться. Кузя подалась вперёд, закусив губу. Несколько минут ожидания показались всем вечностью. Наконец Николай открыл глаза.
— Ну как?! — подскочил к нему Макар. — Получилось?
Николай сел на кровати и обвёл друзей мутным взглядом.
— Пятьдесят на пятьдесят, — ответил он наконец.
Затем подошёл к столу, налил себе пятьдесят грамм и выпил залпом.
— Так чем всё закончилось? Какой выход? — спросил Макар.
— Сепарация, — коротко ответил Николай и налил себе ещё пятьдесят.
— Не так быстро, — осадил его Шаман, пряча бутылку. — Говори по делу.
Николай снова выпил и плеснул в стакан воды из графина.
— Полной зачистки не будет, Бестия всё перепутала. Суккубы и инкубы будут приходить в наш мир — но только к тем, кто сумел сберечь свою оболочку. К тем, кто дорожит приватом и интимом. В них демоны секса станут и дальше раздувать огонь страсти. Но остальных уже не спасти. Они продолжат публично выворачивать себя наизнанку, пока в пропащей душе не останется ни одного потаённого уголка.
— А что будет с нами? — спросила Кузя.
Николай обнял подругу и поцеловал её в макушку. Почувствовал, как напряжённое тело расслабляется в его руках.
— С нами всё будет хорошо. Как ты могла сомневаться?
— Знаешь, — сказала Кузя, — если бы ты проснулся с пятном на штанах, я бы, наверное, тебя убила.
— Да, — вмешалась чертовка, — расскажи, как ты смог удержаться. Это же сон Наамы, из этих вод мало кому удавалось выйти сухим.
