Авто в горах им ни к чему, так зачем же понапрасну тратить деньги? Кирилл не в первый раз отметил немецкую бережливость и рачительность. Он, правда, мог позволить себе прокатиться каких-то девяносто километров с комфортом, но посчитал правильным не выпячивать не свою состоятельность, не своё расточительство. А потому, в Зёльден друзья отправились на автобусе.
Едва автобус выехал из Зальцбурга, как повалил снег.
Кирилл, не желая огорчать нового друга моментально испортившимся настроением, молча смотрел в окно на мелькающие пейзажи, едва видимые за сплошной пеленой снега.
Впрочем, Манфред почувствовал перемену настроения совсем недавно весело рассказывавшего о последней новогодней вечеринке мужчины.
- Не переживай, - австрияк улыбнулся, - если сегодня идёт снег, значит вся следующая неделя будет солнечной! Так что нам повезло. Устроимся в отеле и пойдём в бар! Там сможем познакомиться с собравшейся публикой. Чтобы завтра было с кем поболтать в очереди у подъемника.
- Как скажешь, - пожал плечами Кирилл и снова уставился в окно. Он не мог даже представить, что снегопад прекратится так же внезапно, как и начался. В его краях если уж начиналась метель, то это надолго. Минимум, на несколько дней.
Двухместный номер пах смолой хвойников и свежестью. Словно в нем только что положили постельное бельё, высушенное на морозе.
Снегопад и не думал прекращаться, а потому друзья, успевшие к этому времени проголодаться, отправились в ресторан, расположенный на первом этаже отеля.
Конечно, Кирилл знал, что этот горнолыжный курорт пользуется популярностью у соотечественников, но чтобы настолько?! Английская и немецкая речь была щедро разбавлена русской, тем боле, что россияне и не собирались «приглушать громкость», а разговаривали так, словно кроме них в ресторане никого не было.
Метрдотель, в одно мгновение оказавшийся рядом с вновь прибывшими посетителями, усадил мужчин за шестиместный столик, где томно ковыряли вилками салатик и потягивали белое вино четыре молодых и вполне привлекательных девушки.
Манфред, прекрасно говорящий на русском языке, обратился к Кириллу по-немецки, незаметно подмигнув при этом. Кирилл сразу сообразил, какую игру затеял австрияк, и, усмехнувшись, тоже перешел на немецкий.
- Смазливые «фрицы» - обратилась на русском языке одна из девушек к сидевшей рядом подруге.
- Угу, - откликнулась подружка, - и, судя по прикиду – не бедные.
- Кто будет обрабатывать? – поинтересовалась третья подруга.
- У меня вечером встреча с одним «янки», - сразу отказалась от заманчивого предложения четвёртая, - так что можете разбирать.
- Я тоже занята, - с сожалением ответила четвёртая, - там правда вариант голимый, но нужно дожать моего «лягушатника» для очистки совести.
Содержательный диалог прервал подошедший к столику официант.
Манфред сделал заказ для себя и Кирилла, посмотрел на подруг:
- Могу ли я заказать для фрау белого вина?
«Фрау» согласно закивали и стали благодарить на ломаном немецком.
Через час, покончив с обедом, Кирилл и Манфред перебрались с двумя подружками в бар. А две другие как-то незаметно растворились в пространстве.
Кирилл видел, что и Манфред и девушки уже изрядно пьяны. Его же, обладателя отличного метаболизма, алкоголь никогда не брал, а потому, когда Манфред шепнул ему на ухо, что ненадолго удалится с «прекрасной фрау», сразу понял, куда, зачем, и на какое примерно время собрался отправиться новый друг. Для девицы, все откровеннее льнувшей к Кириллу, намерения парочки тоже не остались секретом.
Кириллу уже надоело и слушать ломаную немецкую речь, и терпеть прижимавшуюся к нему девушку, и он, допив остатки рома, предпочтение которому отдавал перед всеми спиртными напитками, повернулся лицом к соседке по барной стойке:
- Думаю, что они уже управились, - на чистом русском языке сообщил мужчина, - пора расплачиваться и отправляться по номерам.
Девица сидела, разинув рот. Потом, словно сразу протрезвев, просипела:
- Так вы, черти, русские?!
- Да, - кивнул Кирилл, - так что когда начнёте в следующий раз делить мужиков, следите за базаром. А то публика тут, как я понял, разная, можно и нарваться ненароком.
Девушка пулей вылетела из бара, не посчитав нужным даже попрощаться с тем, кто её поил весь вечер.
Кирилл усмехнулся, подумав:
«Невелики траты, зато Манфредка получил желаемое», - и пошел к своему номеру.
Как и предсказал Манфред, следующая неделя выдалась солнечной, с лёгким морозцем.
Кирилл видел и понимал, что его австрийский друг слегка обижен за не вовремя выданную тайну. Тем боле, что сам-то Манфред русским не был и вполне мог прекрасно провести время с искательницей шанса выскочить замуж за «фрица». С иными целями в Зёльден подобные девушки не ехали. Слишком дорогое это было удовольствие, жить на всемирном горнолыжном курорте, чтобы довольствоваться пусть даже неплохими и оплаченными из чужого кармана, обедами и развлечениями.
Но все искательницы «заграничного мужа» были оповещены о том, кто на самом деле вон те, что выдавали себя за австрияков, буквально на следующий день. И провожали и Кирилла, и Манфреда то насмешливыми, то злыми взглядами. Никому не нравится, когда кто-то водит тебя за нос.
Впрочем, ничто, даже отсутствие подруги на ночь, не могло испортить настроение надолго. И к вечеру второго дня, друзья весело обговаривали приключение.
- Ничего, - усмехался Манфред, - вот приеду к тебе в гости, найдёшь мне добрую и безотказную подругу!
Роль потенциального сводника Кириллу совершенно не понравилась, но говорить об этом Манфреду он не стал.
Целыми днями друзья осваивали лыжные трассы и возвращались в отель уставшими, голодными, но довольными.
На шестой день небо над Зёльденом снова заволокли тучи. Подул сильный ветер и повалил снег. Кабинки подъёмников сиротливо раскачивались, ожидая завтрашнего дня, когда над Тиролью снова воссияет солнце.
Рейс Кирилла был запланирован на семь утра, а потому друзья выехали из отеля вечером накануне.
Кирилл переночевал в холостяцкой квартире пригласившего его Манфреда, и раним утором отправился аэропорт.
Инспектор снова набрал номер Кирилла. В последние дни он делал это регулярно, но, услышав характерный щелчок, сообщавший о том, что вызываемый абонент находится в зоне роуминга, тут же нажимал клавишу отбоя.
И вот, наконец-то сегодня в обед этот чертов бизнесмен соизволил вернуться в родные пенаты!
- Нам нужно срочно поговорить! – инспектор не стал утруждать себя здравствованиями, а сразу перешел к делу, - жду вас у себя через два часа!
Кирилл сегодня не собирался выходить из дома. И совсем уж было хотел сказать, что приедет завтра, потому как ничего такого, что потребовало бы его немедленного визита, не могло произойти в принципе. Но завтра ему нужно встретиться с партнёрами, и как долго продлится их совещание – неизвестно. А потому, бросил в трубку:
- Буду через два часа.
Из окна кабинета инспектора хорошо просматривалась стоянка для автотранспорта сотрудников и тех, кто приехал в отделение по делам.
Инспектора передёрнуло, когда он увидел парующийся джип Кирилла. Нет, «безлошадным» страж порядка, конечно, не был, но его старенькая тойота рядом с огромным гранд чероки смотрелась нелепо и жалко.
«Ну ничего, - инспектор отошел от окна и сел за стол, - сейчас ты у меня попляшешь!»
- Чем обязан необходимости явиться к вам на допрос сразу по прибытию в родную страну? – Кирилл стоял на пороге кабинета.
- Да вы проходите, Кирилл, - инспектор заглянул в лежавшую перед ним раскрытую папку, - Кирилл Юрьевич! Разговор нам предстоит долгий и не простой.
Кирилл удивился. Он предполагал, что девушка, найденная им на дороге еще до нового года, уже, как минимум, пришла в себя. А как максимум, давно выписалась из клиники и либо отлёживается дома, либо плодотворно трудится в своей шарашкиной конторе.
- Если нужно подписать какие-то бумаги, давайте, я посмотрю и подпишу, - Кирилл сел на предложенный стул, - если честно, времени у меня мало.
- Мало или много, - изрёк инспектор,- а задержаться вам придётся. И хорошо, если после нашего разговора вы вообще поедете домой.
- Выражайтесь яснее, - нахмурился Кирилл, - в чем собственно дело?!
- А дело в том, уважаемый Кирилл, - снова взляд в папочку, - Юрьевич, что родители нашей потерпевшей, Снежаны Королёвой, написали на вас заявление! И обвиняют вас, да-да, именно вас, в доведении до самоубийства своей дочери!
- А разве девушка еще не выздоровела и не рассказала, что произошло на самом деле? – растерянно пробормотал Кирилл.
- Нет, - инспектор покачал головой, - она по-прежнему в коме. Но мать потерпевшей, оправившись после пережитого шока, сумела вспомнить о том, что дочь ей рассказывала о своём друге. О мужчине, с которым девушка намеревалась связать судьбу. И, судя по описанию, этот мужчина ни кто иной, как вы, Кирилл Юрьевич.
- Погодите! – Кирилл едва не рассмеялся от нелепости подобного обвинения, - что значит - вспомнила?! Что значит – похож?! Это какой-то бред! Какая-то нелепица!
- Бред не бред, а заявление вот оно! – инспектор потряс в воздухе листками бумаги с каким-то текстом, - если хотите, можете ознакомиться.
Ни с чем «ознакомливаться» Кирилл не хотел. Он прекрасно знал, что увидел Снежану впервые на просёлочной дороге! И уж если кто-то там и довёл девушку до чего-то, то уж явно не он!
- Я допускаю, что здесь может закрасться ошибка, - вкрадчиво начал говорить инспектор, - но заявление – вот оно! И на основании всего вышеизложенного я должен открыть дело и, как вы понимаете, взять вас под стражу.
- Но почему?! – не унимался Кирилл, - вы же здравомыслящий человек! – мужчина попытался отвесить инспектору незамысловатый комплимент, - и сами понимаете, что вот это всё, - он ткнул пальцем в бумаги, лежавшие на столе инспектора, - не стоит выеденного яйца!
- Я-то, может быть, и понимаю, - вздохнул инспектор, - но закон есть закон!
- И что же мне теперь делать? – пробормотал Кирилл.
Инспектор видел, что Кирилл растерян и дезориентирован, и решил не терять время даром:
- Как всегда, безвыходных ситуаций не бывает! И только моё хорошее к вам отношение, Кирилл Юрьевич, - в этот раз инспектор вспомнил отчество Кирилла, не заглядывая в папочку, - поспособствовало тому, чтобы я решил дать вам один совет, - инспектор умолк, пытливо глядя в лицо мужчины.
- Да не тяните вы кота за хвост! – вспылил Кирилл, - говорите уже!
- Вы, я думаю, знаете фразу: «нет тела – нет дела»? Вот это вам нужно и устроить!
- Что «вот это»? – все не понимал Кирилл.
- Да что вы, совсем отупели с перепугу? – инспектору очень не хотелось раскладывать все по полочкам, но, похоже, он перегнул палку, стараясь напугать этого бизнесменчика. Да так, что он чуть мозгов со страху не лишился:
«И вот эти умудряются ворочать делами и рубить бабло?» - удивлялся инспектор. Но нужно было доводить задуманное до конца, и он продолжил:
- Снежана Королёва должна исчезнуть! Нужно любым способом изъять её из клиники! Не из этой, так из другой, попроще, куда, как я знаю, её намереваются перевести в скором времени родители.
- И что я стану после этого с нею делать? – в глазах Кирилла все еще сквозила растерянность, но инспектор понял, что мужчина улавливает ход его мыслей.
- Да ничего! – инспектор захлопнул папочку, - как я уже вам подсказал – нет тела, нет дела! Не сможете ликвидировать сами, придётся обратиться к услугам профессионала. Думаю, найти киллера для человека вашего круга не составит труда! Я понимаю, что это будет стоить некой суммы, но все же лучше, чем гнить на нарах за преступление, которого не совершал.
- Но чем поможет мне исчезновение и смерть девушки? – Кирилл решил прояснить намерения инспектора до конца.
- О том, что девушка мертва, говорить мы никому не обязаны, останется только факт исчезновения из клиники! И именно он пустит следствие по совершено иному пути! И я обещаю об этом позаботиться. Конечно, не безвозмездно, - инспектор вздохнул и попытался улыбнуться. Все было сказано! Осталось только дождаться реакции на услышанное от вон того тюфяка, который чуть не разрыдался от ужаса перед возможностью оказаться на нарах.
- Думаю, что я все понял, - Кирилл посмотрел в глаза инспектора, - и я не останусь перед вами в долгу! Но вы, как умный человек, должны тоже понять, что подготовка «нашего», - на этом слове сделал ударение, - плана потребует и времени и свободных денег.
Инспектор кивнул в ответ, мысленно вытерев со лба бисеринки выступившего пота, и Кирилл продолжил:
- Мне нужно несколько дней, чтобы найти человека, готового взяться за ликвидацию, и собрать необходимую суму денег.
- А как с похищением? – заинтересовался инспектор, - когда и куда лучше перевезти девушку?
- Не нужно её никуда перевозить, - махнул рукой Кирилл, - главврач ожогового центра мой приятель, да и с доктором сложились хорошие отношения. Так что для меня будет лучше, если эта девчонка останется там, где и находится сейчас.
- Какое время вам нужно на подготовку? – инспектор словно ставил точку в сговоре.
- Думаю, неделя, - Кирилл что-то подсчитывал в уме, - максимум – дней десять.
- Это долго, - нахмурился инспектор, - нужно поторопиться!
- Быстрее не получится, - вздохнул Кирилл.
Держите меня в курсе происходящего, - инспектор поднялся, давая понять, что беседа закончена.
Дождавшись, пока посетитель закроет за собой дверь кабинета, инспектор снова подошел к окну. Он видел, как Кирилл открыл джип, как грузно плюхнулся за руль, как авто, виляя и едва не задевая припаркованные рядом машины, выехало со стоянки:
«Не обосрался бы с перепугу, - усмехнулся инспектор, - а впрочем, все получилось даже быстрее и лучше, чем я изначально рассчитывал! Что главное в нашей работе? Хорошо знать психологию объекта и уметь вовремя сыграть на нужных струнах!»
Кирилл еле добрался домой. Его раздирали совершено противоречивые эмоции: хотелось вернуться и набить этому самодовольному менту, считающему, что сможет обвести вокруг пальца и запугать любого, его паскудную морду. А потом очень хотелось созвониться с компаньонами и сказать, что хочет еще раз смотаться куда-нибудь за границу. Где там нужно контракт заключить? В Индии? Вот туда и полетим! Недельки эдак на три! А лучше на месяцок! Потому как этот гнилой мент даже не сумел скрыть того, что он сам лично заинтересован в устранении девушки, все еще находящейся в коме. Причём, устранение это должно состояться как можно быстрее.
Кирилл бросил связку ключей на мраморную полочку в прихожей, не раздеваясь, прошел в кухню, достал из бара початую бутылку рома и сделал несколько глотков прямо из горлышка.
Подобного «перевода добра на говно» Кирилл себе никогда не позволял. Ром – не водка, чтобы глотать его «с горла», а он, слава Богу, не спившийся алкаш, снимающий стресс алкоголем. Но во рту было так мерзко от недавнего разговора, когда он выдавливал, выплёвывал слова, необходимые инспектору, что хотелось чем-то смыть этот привкус. Сладковатый вкус рома был наиболее уместен в этом случае.
Кирилл поставил бутылку обратно в бар, наконец-то снял куртку, швырнул её на диван, еще не зная, как скоро ему понадобится верхняя одежда и ткнул в кнопку электрочайника, собираясь сделать кофе.
Едва автобус выехал из Зальцбурга, как повалил снег.
Кирилл, не желая огорчать нового друга моментально испортившимся настроением, молча смотрел в окно на мелькающие пейзажи, едва видимые за сплошной пеленой снега.
Впрочем, Манфред почувствовал перемену настроения совсем недавно весело рассказывавшего о последней новогодней вечеринке мужчины.
- Не переживай, - австрияк улыбнулся, - если сегодня идёт снег, значит вся следующая неделя будет солнечной! Так что нам повезло. Устроимся в отеле и пойдём в бар! Там сможем познакомиться с собравшейся публикой. Чтобы завтра было с кем поболтать в очереди у подъемника.
- Как скажешь, - пожал плечами Кирилл и снова уставился в окно. Он не мог даже представить, что снегопад прекратится так же внезапно, как и начался. В его краях если уж начиналась метель, то это надолго. Минимум, на несколько дней.
***
Двухместный номер пах смолой хвойников и свежестью. Словно в нем только что положили постельное бельё, высушенное на морозе.
Снегопад и не думал прекращаться, а потому друзья, успевшие к этому времени проголодаться, отправились в ресторан, расположенный на первом этаже отеля.
Конечно, Кирилл знал, что этот горнолыжный курорт пользуется популярностью у соотечественников, но чтобы настолько?! Английская и немецкая речь была щедро разбавлена русской, тем боле, что россияне и не собирались «приглушать громкость», а разговаривали так, словно кроме них в ресторане никого не было.
Метрдотель, в одно мгновение оказавшийся рядом с вновь прибывшими посетителями, усадил мужчин за шестиместный столик, где томно ковыряли вилками салатик и потягивали белое вино четыре молодых и вполне привлекательных девушки.
Манфред, прекрасно говорящий на русском языке, обратился к Кириллу по-немецки, незаметно подмигнув при этом. Кирилл сразу сообразил, какую игру затеял австрияк, и, усмехнувшись, тоже перешел на немецкий.
- Смазливые «фрицы» - обратилась на русском языке одна из девушек к сидевшей рядом подруге.
- Угу, - откликнулась подружка, - и, судя по прикиду – не бедные.
- Кто будет обрабатывать? – поинтересовалась третья подруга.
- У меня вечером встреча с одним «янки», - сразу отказалась от заманчивого предложения четвёртая, - так что можете разбирать.
- Я тоже занята, - с сожалением ответила четвёртая, - там правда вариант голимый, но нужно дожать моего «лягушатника» для очистки совести.
Содержательный диалог прервал подошедший к столику официант.
Манфред сделал заказ для себя и Кирилла, посмотрел на подруг:
- Могу ли я заказать для фрау белого вина?
«Фрау» согласно закивали и стали благодарить на ломаном немецком.
Через час, покончив с обедом, Кирилл и Манфред перебрались с двумя подружками в бар. А две другие как-то незаметно растворились в пространстве.
Кирилл видел, что и Манфред и девушки уже изрядно пьяны. Его же, обладателя отличного метаболизма, алкоголь никогда не брал, а потому, когда Манфред шепнул ему на ухо, что ненадолго удалится с «прекрасной фрау», сразу понял, куда, зачем, и на какое примерно время собрался отправиться новый друг. Для девицы, все откровеннее льнувшей к Кириллу, намерения парочки тоже не остались секретом.
Кириллу уже надоело и слушать ломаную немецкую речь, и терпеть прижимавшуюся к нему девушку, и он, допив остатки рома, предпочтение которому отдавал перед всеми спиртными напитками, повернулся лицом к соседке по барной стойке:
- Думаю, что они уже управились, - на чистом русском языке сообщил мужчина, - пора расплачиваться и отправляться по номерам.
Девица сидела, разинув рот. Потом, словно сразу протрезвев, просипела:
- Так вы, черти, русские?!
- Да, - кивнул Кирилл, - так что когда начнёте в следующий раз делить мужиков, следите за базаром. А то публика тут, как я понял, разная, можно и нарваться ненароком.
Девушка пулей вылетела из бара, не посчитав нужным даже попрощаться с тем, кто её поил весь вечер.
Кирилл усмехнулся, подумав:
«Невелики траты, зато Манфредка получил желаемое», - и пошел к своему номеру.
***
Как и предсказал Манфред, следующая неделя выдалась солнечной, с лёгким морозцем.
Кирилл видел и понимал, что его австрийский друг слегка обижен за не вовремя выданную тайну. Тем боле, что сам-то Манфред русским не был и вполне мог прекрасно провести время с искательницей шанса выскочить замуж за «фрица». С иными целями в Зёльден подобные девушки не ехали. Слишком дорогое это было удовольствие, жить на всемирном горнолыжном курорте, чтобы довольствоваться пусть даже неплохими и оплаченными из чужого кармана, обедами и развлечениями.
Но все искательницы «заграничного мужа» были оповещены о том, кто на самом деле вон те, что выдавали себя за австрияков, буквально на следующий день. И провожали и Кирилла, и Манфреда то насмешливыми, то злыми взглядами. Никому не нравится, когда кто-то водит тебя за нос.
Впрочем, ничто, даже отсутствие подруги на ночь, не могло испортить настроение надолго. И к вечеру второго дня, друзья весело обговаривали приключение.
- Ничего, - усмехался Манфред, - вот приеду к тебе в гости, найдёшь мне добрую и безотказную подругу!
Роль потенциального сводника Кириллу совершенно не понравилась, но говорить об этом Манфреду он не стал.
Целыми днями друзья осваивали лыжные трассы и возвращались в отель уставшими, голодными, но довольными.
На шестой день небо над Зёльденом снова заволокли тучи. Подул сильный ветер и повалил снег. Кабинки подъёмников сиротливо раскачивались, ожидая завтрашнего дня, когда над Тиролью снова воссияет солнце.
Рейс Кирилла был запланирован на семь утра, а потому друзья выехали из отеля вечером накануне.
Кирилл переночевал в холостяцкой квартире пригласившего его Манфреда, и раним утором отправился аэропорт.
***
Инспектор снова набрал номер Кирилла. В последние дни он делал это регулярно, но, услышав характерный щелчок, сообщавший о том, что вызываемый абонент находится в зоне роуминга, тут же нажимал клавишу отбоя.
И вот, наконец-то сегодня в обед этот чертов бизнесмен соизволил вернуться в родные пенаты!
- Нам нужно срочно поговорить! – инспектор не стал утруждать себя здравствованиями, а сразу перешел к делу, - жду вас у себя через два часа!
Кирилл сегодня не собирался выходить из дома. И совсем уж было хотел сказать, что приедет завтра, потому как ничего такого, что потребовало бы его немедленного визита, не могло произойти в принципе. Но завтра ему нужно встретиться с партнёрами, и как долго продлится их совещание – неизвестно. А потому, бросил в трубку:
- Буду через два часа.
Из окна кабинета инспектора хорошо просматривалась стоянка для автотранспорта сотрудников и тех, кто приехал в отделение по делам.
Инспектора передёрнуло, когда он увидел парующийся джип Кирилла. Нет, «безлошадным» страж порядка, конечно, не был, но его старенькая тойота рядом с огромным гранд чероки смотрелась нелепо и жалко.
«Ну ничего, - инспектор отошел от окна и сел за стол, - сейчас ты у меня попляшешь!»
- Чем обязан необходимости явиться к вам на допрос сразу по прибытию в родную страну? – Кирилл стоял на пороге кабинета.
- Да вы проходите, Кирилл, - инспектор заглянул в лежавшую перед ним раскрытую папку, - Кирилл Юрьевич! Разговор нам предстоит долгий и не простой.
Кирилл удивился. Он предполагал, что девушка, найденная им на дороге еще до нового года, уже, как минимум, пришла в себя. А как максимум, давно выписалась из клиники и либо отлёживается дома, либо плодотворно трудится в своей шарашкиной конторе.
- Если нужно подписать какие-то бумаги, давайте, я посмотрю и подпишу, - Кирилл сел на предложенный стул, - если честно, времени у меня мало.
- Мало или много, - изрёк инспектор,- а задержаться вам придётся. И хорошо, если после нашего разговора вы вообще поедете домой.
- Выражайтесь яснее, - нахмурился Кирилл, - в чем собственно дело?!
- А дело в том, уважаемый Кирилл, - снова взляд в папочку, - Юрьевич, что родители нашей потерпевшей, Снежаны Королёвой, написали на вас заявление! И обвиняют вас, да-да, именно вас, в доведении до самоубийства своей дочери!
- А разве девушка еще не выздоровела и не рассказала, что произошло на самом деле? – растерянно пробормотал Кирилл.
- Нет, - инспектор покачал головой, - она по-прежнему в коме. Но мать потерпевшей, оправившись после пережитого шока, сумела вспомнить о том, что дочь ей рассказывала о своём друге. О мужчине, с которым девушка намеревалась связать судьбу. И, судя по описанию, этот мужчина ни кто иной, как вы, Кирилл Юрьевич.
- Погодите! – Кирилл едва не рассмеялся от нелепости подобного обвинения, - что значит - вспомнила?! Что значит – похож?! Это какой-то бред! Какая-то нелепица!
- Бред не бред, а заявление вот оно! – инспектор потряс в воздухе листками бумаги с каким-то текстом, - если хотите, можете ознакомиться.
Ни с чем «ознакомливаться» Кирилл не хотел. Он прекрасно знал, что увидел Снежану впервые на просёлочной дороге! И уж если кто-то там и довёл девушку до чего-то, то уж явно не он!
- Я допускаю, что здесь может закрасться ошибка, - вкрадчиво начал говорить инспектор, - но заявление – вот оно! И на основании всего вышеизложенного я должен открыть дело и, как вы понимаете, взять вас под стражу.
- Но почему?! – не унимался Кирилл, - вы же здравомыслящий человек! – мужчина попытался отвесить инспектору незамысловатый комплимент, - и сами понимаете, что вот это всё, - он ткнул пальцем в бумаги, лежавшие на столе инспектора, - не стоит выеденного яйца!
- Я-то, может быть, и понимаю, - вздохнул инспектор, - но закон есть закон!
- И что же мне теперь делать? – пробормотал Кирилл.
Инспектор видел, что Кирилл растерян и дезориентирован, и решил не терять время даром:
- Как всегда, безвыходных ситуаций не бывает! И только моё хорошее к вам отношение, Кирилл Юрьевич, - в этот раз инспектор вспомнил отчество Кирилла, не заглядывая в папочку, - поспособствовало тому, чтобы я решил дать вам один совет, - инспектор умолк, пытливо глядя в лицо мужчины.
- Да не тяните вы кота за хвост! – вспылил Кирилл, - говорите уже!
- Вы, я думаю, знаете фразу: «нет тела – нет дела»? Вот это вам нужно и устроить!
- Что «вот это»? – все не понимал Кирилл.
- Да что вы, совсем отупели с перепугу? – инспектору очень не хотелось раскладывать все по полочкам, но, похоже, он перегнул палку, стараясь напугать этого бизнесменчика. Да так, что он чуть мозгов со страху не лишился:
«И вот эти умудряются ворочать делами и рубить бабло?» - удивлялся инспектор. Но нужно было доводить задуманное до конца, и он продолжил:
- Снежана Королёва должна исчезнуть! Нужно любым способом изъять её из клиники! Не из этой, так из другой, попроще, куда, как я знаю, её намереваются перевести в скором времени родители.
- И что я стану после этого с нею делать? – в глазах Кирилла все еще сквозила растерянность, но инспектор понял, что мужчина улавливает ход его мыслей.
- Да ничего! – инспектор захлопнул папочку, - как я уже вам подсказал – нет тела, нет дела! Не сможете ликвидировать сами, придётся обратиться к услугам профессионала. Думаю, найти киллера для человека вашего круга не составит труда! Я понимаю, что это будет стоить некой суммы, но все же лучше, чем гнить на нарах за преступление, которого не совершал.
- Но чем поможет мне исчезновение и смерть девушки? – Кирилл решил прояснить намерения инспектора до конца.
- О том, что девушка мертва, говорить мы никому не обязаны, останется только факт исчезновения из клиники! И именно он пустит следствие по совершено иному пути! И я обещаю об этом позаботиться. Конечно, не безвозмездно, - инспектор вздохнул и попытался улыбнуться. Все было сказано! Осталось только дождаться реакции на услышанное от вон того тюфяка, который чуть не разрыдался от ужаса перед возможностью оказаться на нарах.
- Думаю, что я все понял, - Кирилл посмотрел в глаза инспектора, - и я не останусь перед вами в долгу! Но вы, как умный человек, должны тоже понять, что подготовка «нашего», - на этом слове сделал ударение, - плана потребует и времени и свободных денег.
Инспектор кивнул в ответ, мысленно вытерев со лба бисеринки выступившего пота, и Кирилл продолжил:
- Мне нужно несколько дней, чтобы найти человека, готового взяться за ликвидацию, и собрать необходимую суму денег.
- А как с похищением? – заинтересовался инспектор, - когда и куда лучше перевезти девушку?
- Не нужно её никуда перевозить, - махнул рукой Кирилл, - главврач ожогового центра мой приятель, да и с доктором сложились хорошие отношения. Так что для меня будет лучше, если эта девчонка останется там, где и находится сейчас.
- Какое время вам нужно на подготовку? – инспектор словно ставил точку в сговоре.
- Думаю, неделя, - Кирилл что-то подсчитывал в уме, - максимум – дней десять.
- Это долго, - нахмурился инспектор, - нужно поторопиться!
- Быстрее не получится, - вздохнул Кирилл.
Держите меня в курсе происходящего, - инспектор поднялся, давая понять, что беседа закончена.
Дождавшись, пока посетитель закроет за собой дверь кабинета, инспектор снова подошел к окну. Он видел, как Кирилл открыл джип, как грузно плюхнулся за руль, как авто, виляя и едва не задевая припаркованные рядом машины, выехало со стоянки:
«Не обосрался бы с перепугу, - усмехнулся инспектор, - а впрочем, все получилось даже быстрее и лучше, чем я изначально рассчитывал! Что главное в нашей работе? Хорошо знать психологию объекта и уметь вовремя сыграть на нужных струнах!»
Глава двадцатая
Кирилл еле добрался домой. Его раздирали совершено противоречивые эмоции: хотелось вернуться и набить этому самодовольному менту, считающему, что сможет обвести вокруг пальца и запугать любого, его паскудную морду. А потом очень хотелось созвониться с компаньонами и сказать, что хочет еще раз смотаться куда-нибудь за границу. Где там нужно контракт заключить? В Индии? Вот туда и полетим! Недельки эдак на три! А лучше на месяцок! Потому как этот гнилой мент даже не сумел скрыть того, что он сам лично заинтересован в устранении девушки, все еще находящейся в коме. Причём, устранение это должно состояться как можно быстрее.
Кирилл бросил связку ключей на мраморную полочку в прихожей, не раздеваясь, прошел в кухню, достал из бара початую бутылку рома и сделал несколько глотков прямо из горлышка.
Подобного «перевода добра на говно» Кирилл себе никогда не позволял. Ром – не водка, чтобы глотать его «с горла», а он, слава Богу, не спившийся алкаш, снимающий стресс алкоголем. Но во рту было так мерзко от недавнего разговора, когда он выдавливал, выплёвывал слова, необходимые инспектору, что хотелось чем-то смыть этот привкус. Сладковатый вкус рома был наиболее уместен в этом случае.
Кирилл поставил бутылку обратно в бар, наконец-то снял куртку, швырнул её на диван, еще не зная, как скоро ему понадобится верхняя одежда и ткнул в кнопку электрочайника, собираясь сделать кофе.
