? Ну что, в цвет будем базарить, или ваньку валять? – недобро прищурился бандюган.
? А Вы базарить собираетесь всей толпой, или тет-а-тет? – галантно поинтересовался Леший.
? Ха, воспитанный какой! – презрительно хмыкнул тот, – подождите меня в коридоре, – обращаясь к своей охране, самоуверенно добавил он, совершенно не предполагая последствий такой опрометчивой уверенности в собственной неуязвимости.
? Итак, я Вас внимательно слушаю, – начал светский раут Леший после того, как они остались в комнате с глазу на глаз.
? Ты чё, гнида, натворил? Ты на хера здесь беспредел учинил? Ты что, передела хочешь? Мы тут уже всё давно поделили и договорились, а ты влез и всё перебаламутил! Крови большой захотел? – конкретно перешёл к деловому базару бандюган.
? Какой такой беспредел? Какой такой передел? – посмотрел на него невинными глазами Леший, – я здесь сижу, продаю компьютерные комплектующие. Желаете что-нибудь приобрести?
? Ты, фраерок, овцу то из себя не строй! Знаю я и про твой сайт “Killька”, и про твою банду отмороженных дебилов-беспредельщиков!
? И откуда Вы такой информированный взялись? – удивлённо похлопал глазками Леший.
? Подельничек твой всё рассказал! – криво хмыкнул авторитет.
– Какой такой подельничек? – не сдавался Леший.
– Хек который, – бандит пристально и испытующе вперился в Лешего.
? Говоришь, Хек тебе всё рассказал? И где он сейчас? – перестав придуриваться, не отводя взгляда, спокойно спросил тот.
? Сдох твой любитель рыбы. Подстрелили мы его.
? Вот, значит, куда эта крыса пропала, – побарабанил пальцами по столу Леший, – ну, и что ты хочешь от меня услышать?
? Я хочу знать кто ты такой? Откуда ты взялся? С какого такого перепугу порушил серьёзным людям весь бизнес? Жить всем мешаешь. Учинил тут лютый беспредел. Ни у кого не спросясь, устанавливаешь свои правила. Ты чьих будешь?
? Да местный я, тутошний. Решил вот порядок в городишке своём навесть, всю мерзоту отсюда вывести с корнем, – после недолгой паузы ответил Леший. Он внимательно рассматривал своего собеседника. Леший узнал его. Это был тот самый бедолага, которого он несколько лет назад нашёл в лесу, привязанного к дереву. Это был тот самый бандит, приговорённый своими коллегами к страшной казни, а Леший его тогда спас от лютой смерти, пожертвовав одним из ингредиентов своего прощального коктейля. С благодарностями, значит, припёрся, паскуда.
? Новый порядок решил здесь устроить? А по какому такому праву? Мандат у тебя на это есть? – угрожающе прищурился бандит.
? Я сам себе мандат! – ответил Леший, – я у себя дома. А ты вот сам-то кто? Кого ты здесь представляешь?
? Да я тут в авторитете, я серьёзными людями поставленный! Меня здесь все знают! А вот кто стоит за тобой? Ты, вообще, кто по жизни будешь?! – бандюган испытующе смотрел на Лешего.
? Философ-натуралист, – спокойно ответил тот.
? Кто?! – изобразив презрительную гримасу на своей бандитской роже, авторитет схватился обеими руками за края стола, привстал и подался всей тушей к своему собеседнику.
Он был силён этот бандит. Под тяжестью его тела стол жалобно заскрипел, ножки его задрожали. Большие, все в наколках ручищи, мощная, волосатая грудина, бычья шея с надутой пульсирующей артерией. Золотая цепь в палец толщиной под весом огромного нательного креста вывалилась из расстёгнутого ворота рубахи и тревожно подрагивала в гнетущей тишине. Энергетический смрад животного, готового в любой момент накинуться на свою жертву, заполонил всё пространство вокруг. Лешего слегка передёрнуло от этой ауры зверя, просто от физического отвращения к этому ментальному зловонию. И он не стал долго раздумывать. Воспользовавшись близостью своего врага, он резко рубанул ребром ладони по этой бычьей шее, чуть выше золотой цепи, по вздувшейся вене, от чего авторитет обижено хрюкнул, в его свирепых глазках выразилось удивлённое недоумение, а через секунду зрачки закатились, сознание оставило его. Он бы всей своей могучей тушей рухнул на стол, не успей Леший подхватить его под руки и тихонько уложить на столешницу. Только золотое распятие жалобно звякнуло о край.
– Философ-натуралист, – негромко, но предельно внятно повторил он, связывая авторитету руки и затыкая рот. По-кошачьи мягко подкрался к двери и беззвучно повернул ключ в замке. Потом позвонил Корявому.
– Вы сейчас где? – спросил он шёпотом.
– На базе, – ответил тот.
– Срочно собирайтесь и дуйте всей толпой в офис. У меня гости. И пусть Маня прихватит свой перфоратор, тут надо просверлить дырок пять глухих, – сказал Леший, что на зашифрованном языке означало: “нужен пистолет с глушителем, предполагается пять трупов”.
Минут через десять банда прилетела в офис. Благо, что охрана авторитета не успела очухаться. Эти быковатые олухи ошивались в коридоре и ждали, когда их позовёт шеф, так они были уверены в том, что тому ничего не угрожает. А он лежал заботливо связанный по рукам и ногам и только натужно сопел сквозь плотный кляп.
Леший тихо подошёл к двери и слушал, что происходит за ней. Шумел лифт, люди входили и выходили из соседних офисов, да бандиты негромко переговаривались в коридоре. Потом короткое затишье. Леший осторожно дышал под дверью. Пошёл лифт, остановился на их этаже, шаркающие шаги.
– Куда прёшь, пиздюк сопатый? – послышался грубый окрик бандюгана.
– Дяденька, я за видюхой пришёл, – заканючил плаксивый голосок.
– Катись отсюда, завтра при…, ? оборвался на полу слове ответ и Леший услышал приглушённые хлопки и звон падающих на пол гильз. В дверь поскреблись.
– Кто? – спросил Леший.
– Свои, – ответил Маня.
Леший открыл. Маня, пряча волыну с глушителем, подал ему знак глазами. Леший вышел в коридор. Там было пусто. Только два остывающих труппа лежали возле двери. Они быстренько затащили их в свой офис и стёрли кровь с пола. По лестнице подоспели Корявый с Мутным и помогли своим товарищам.
– Было ещё двое, – сказал Леший.
– Да где их теперь искать? – отмахнулся Мутный.
– У меня там пленный, – взглядом показал главарь на соседнюю комнату, – Корявый, иди-ка поработай с ним, спроси, на чём приехали и как на нас вышли. Только чтобы тихо. Понял?
– Угу, – мотнул головой гигант и скрылся за дверью.
– Сдал нас твой дружок! Так то вот, – посмотрел Леший на Мутного.
– Не может быть! – не поверил тот.
– Сейчас сам всё услышишь.
– Их ещё трое, приехали на чёрном гелике три шестёрки, на нас вышли по наколке Хека. Вроде всё, – сказал Корявый, выходя через пять минут из соседней комнаты и вытирая кровь с пальцев.
На шее у него красовалась толстая золотая цепь с огромным нательным крестом. Что характерно, это ювелирное украшение, так аляповато смотревшееся на криминальном авторитете, в масштабах Корявого выглядело очень даже гармонично. Цепочка только была несколько коротковата для его необъятной шеи. Леший сначала хотел высказать страшному гиганту за столь явное мародёрство, но, вспомнив своё же собственное поведение полуторагодичной давности в их первую встречу там, на лесной дороге, не стал лицемерить, а благоразумно промолчал. Что с разбоя взято, то свято!
– Что, съел?! – вместо нравоучений Корявому скептически посмотрел главарь на Мутного, – он бабло из общака крысил и снимал через банкоматы втихаря, на том и погорел.
– Вот гад! Гондон пустотелый! Анус двуличный! – брезгливо сплюнул Мутный.
– Не двуличный, а двуликий и не анус, а Янус, – поправил его Леший, – хотя в данном случае ты прав. Из-за этого засранца мы все в такой глубокой жопе оказались, что глубже некуда! Ладно, это всё лирика. Если на нас вышли братки, то скоро и мусора объявятся, а может и кто пострашнее. Всё, пора закрывать контору и разбегаться. Никто про базу Хеку не говорил? Это хорошо. Значит так. Мутный, разберись с этим, – главарь кивнул на соседнюю комнату, – Маня, отдай ему волыну, скоро сюда остальные братки подтянутся, пускай отрабатывает косяк своего кореша.
– Напортачит, – скептически засомневался Маня, доставая пистолет из-за пояса.
– Ничего, справится. Корявый вот его подстрахует. Оставлять в живых никого нельзя, их станут искать и выдут на нас. Понятно? Там в шкафу пакеты для мусора лежат. Все трупы в пакеты и в дальнюю комнату. Там их долго не найдут. Как всё закончите, уходите через запасной выход. На стоянке встретимся. Ладно, всё, погнали.
Маня с Лешим осторожно вышли в коридор и по лестнице спустились на улицу. Там на стоянке сверкал своей угловатой безупречностью наглухо затонированный Гелентваген с номером три шестёрки. Владелец этой тачки явно не страдал от скромности и религиозных условностей. Леший подошёл и постучал в водительскую дверь. Чёрное стекло бесшумно отъехало вниз.
– Чё тебе, терпила, – презрительно процедил бандит сквозь щель.
– Слышь, дядя, у тебя колесо спустило, – прикинулся простачком Леший, указывая назад.
Бандит нехотя вышел из машины. Он так и не успел понять, что это не колесо спустило у его машины, это Маня выпустил из него дух одним выверенным ударом под ребро своей выкидухи. Подскочивший Леший ловко подхватил оседающего братка и они быстро запихали его в багажник гелика. Минут через пятнадцать показались Мутный с Корявым.
– Ну, как дела? – спросил главарь.
– Всё чисто. Всех угандошили! – доложил Корявый.
– Офис закрыли?
– Да. Всех засунули в мешки и отволокли в дальнюю комнату. Окна открыли, чтоб сильно не воняли. В коридоре все следы стёрли.
– Ладно. Ты, Мутный, садись в нашу тачку. Поедешь первым, а мы за тобой метрах в трёхстах на этом гелике. Если заметишь ментов, отвлеки их. Всё, рвём на старый карьер. И отдай волыну Мане.
– Да я уже забрал, – сказал Маня, по-хозяйски похлопывая себя по карману.
Банда попрыгала по машинам и отправилась на карьер. Там дорогую иномарку загнали подальше в отработанные штольни и сожгли вместе с трупом водилы. Потом все перегрузились в свою машину и поехали на базу. По дороге купили пойла и пожрать. Сели за стол, молча выпили.
– Ну, вот и всё, уважаемые граждане бандиты! – наконец прервал долгое молчание главарь, – пришёл конец нашей славной трудовой деятельности. Поработали мы с вами на славу, теперь можно и на покой, писать мемуары.
– А может ещё обойдётся? – спросил Корявый.
– Нет, Корявенький, не обойдётся! Если на нас смогли выйти эти братки, то и мусора скоро сядут нам на хвост, вопрос времени. Думаю, что у нас есть не больше суток. Так что разбегаемся в разные стороны и ложимся на дно. И чтоб лет пять никаких связей друг с другом! Надеюсь, никто не потерял новые ксивы? – бандиты отрицательно помотали головами, – ну, вот и хорошо.
Ещё год назад Леший собственноручно заказывал за большие деньги у хорошего специалиста подложные документы для всех своих подельников. Он уже тогда предвидел подобную развязку событий, поэтому заранее позаботился о путях отступления.
– Значит, всё? – растерянно спросил Мутный.
– Да, мой юный друг, всё, – ответил Леший.
Он выпил свою рюмку, встал и вышел на улицу. Вернулся минут через десять с большим холщовым мешком. С трудом поднял его на стол и вытряс всё содержимое наружу. Получилась внушительная куча денег. Леший разделил всё на четыре равные части. Потом немного подумал и от своей доли взял три четверти и разделил между остальными тремя своими подельниками.
– Вы ребята молодые, вам ещё жить, – пресёк он всякие возражения.
– А что с арсеналом делать? – флегматично поинтересовался Маня.
– Что с арсеналом? Да разбирайте, кому чего по душе. Не оставлять же трофеи вражинам.
Посидели ещё немного молча, выпили. А о чём было говорить то? Всё и так было ясно, как божий день. Конечно, жаль было расставаться и рушить такое полезное и эффективное предприятие, но что оставалось делать? Плетью то обуха не перешибёшь! Уж слишком могущественные силы были затронуты этой их лихой и бесшабашной деятельностью, слишком влиятельные круги были заинтересованы в ликвидации этих романтических смутьянов. И спасенья от них не было никакого.
– Ладно, всё, езжайте, – Леший встал, за ним поднялись остальные, – и помните, у вас меньше суток! Быстренько утрясайте свои делишки и ложитесь на дно. И последнее. Если кого из вас вычислят, живыми не сдавайтесь! Лучше сдохнуть свободным, чем потом остаток своей жизни провести в клетке! У меня всё. Я вас больше не задерживаю, граждане бандиты.
Мутный с Корявым укатили первыми, а Маня остался пошерудить в своей оружейной комнате. Через час он зашёл в сторожку и сел на стул. Они выпили ещё по одной.
– Жаль, – равнодушно сказал он.
– Чего тебе жаль? – спросил Леший.
– Жаль, что не удалось округлить свой личный счёт, – ответил тот.
– А, ты про это, – хмыкнул Леший, вспомнив их давний разговор в пивнушке о том, что он числился в этом манином списке, как половинка, то есть как недорезанная жертва, – так это недоразумение никогда не поздно исправить, – вполне серьёзно добавил он.
– Да я это… пошутил я, – смешался Маня и взгляд его как-будто бы дрогнул.
Впервые за всё время их знакомства Леший заметил в этих прозрачных, бесстрастных глазах полярного волка, больше похожих на оптический прицел, нечто напоминающее замешательство. Нет, это не был страх перед Лешим, как перед человеком, но страх быть неправильно понятым смутил в данную секунду флегматичную душу прирождённого убийцы. А Лешему не нужно было ничего объяснять, он не вчера родился, он всё понимал правильно. Он по достоинству оценил манину шутку. Просто сейчас на него снова нахлынула волна безысходности и он искал для себя самый простой выход из этого болота, из этого тотального бессмыслия бытия.
– Слышь, Леший. Я знаешь, что хотел сказать? – разлил Маня водку по стаканам.
– Ну? – главарь вопросительно поднял глаза на штатного ликвидатора.
– Я думаю, что ты великий, – убеждённо произнёс тот и залпом выпил свою дозу.
– Великий, говоришь? – предводитель банды наёмных убийц задумался на пару секунд, медленно вращая стакан в руках. Грани из мутноватого стекла замысловато переливались перламутром от света тусклой лампочки, – ну, и в чём же заключается моё величие? Разве что в моём ничтожестве. «Величие в ничтожестве!» – интересная мысль, – покрутил Леший фразу на языке. Затем криво усмехнулся и в один глоток освободил посудину от спирта, – нет, Маня, величие должно в чём-то проявиться, иначе это иллюзия, пустой звук.
– Но ты же изменил систему жизни в нашем городе, сколько народу облагодетельствовал, – настаивал Маня.
– Да, кое-что у нас получилось, что-то мы смогли сделать. Но только это всё напрасно. Зря всё это. Вот увидишь, не успеешь и глазом моргнуть, как от всех наших начинаний не останется и следа. Даже сама память о нас вмиг улетучится, как пары спирта из этого стакана, – Леший погрузился в тяжёлую задумчивость, ? ладно, это всё лирика, – отвлёкся он от своих мыслей, – поезжайте, молодой человек, с Вами было приятно иметь дело, лучшего напарника я бы себе и не пожелал, – совершенно искренне сказал главарь и крепко пожал душегубу-виртуозу руку на прощание.
«Ну, вот, кажись и приехали. Всё пришло к логическому
? А Вы базарить собираетесь всей толпой, или тет-а-тет? – галантно поинтересовался Леший.
? Ха, воспитанный какой! – презрительно хмыкнул тот, – подождите меня в коридоре, – обращаясь к своей охране, самоуверенно добавил он, совершенно не предполагая последствий такой опрометчивой уверенности в собственной неуязвимости.
? Итак, я Вас внимательно слушаю, – начал светский раут Леший после того, как они остались в комнате с глазу на глаз.
? Ты чё, гнида, натворил? Ты на хера здесь беспредел учинил? Ты что, передела хочешь? Мы тут уже всё давно поделили и договорились, а ты влез и всё перебаламутил! Крови большой захотел? – конкретно перешёл к деловому базару бандюган.
? Какой такой беспредел? Какой такой передел? – посмотрел на него невинными глазами Леший, – я здесь сижу, продаю компьютерные комплектующие. Желаете что-нибудь приобрести?
? Ты, фраерок, овцу то из себя не строй! Знаю я и про твой сайт “Killька”, и про твою банду отмороженных дебилов-беспредельщиков!
? И откуда Вы такой информированный взялись? – удивлённо похлопал глазками Леший.
? Подельничек твой всё рассказал! – криво хмыкнул авторитет.
– Какой такой подельничек? – не сдавался Леший.
– Хек который, – бандит пристально и испытующе вперился в Лешего.
? Говоришь, Хек тебе всё рассказал? И где он сейчас? – перестав придуриваться, не отводя взгляда, спокойно спросил тот.
? Сдох твой любитель рыбы. Подстрелили мы его.
? Вот, значит, куда эта крыса пропала, – побарабанил пальцами по столу Леший, – ну, и что ты хочешь от меня услышать?
? Я хочу знать кто ты такой? Откуда ты взялся? С какого такого перепугу порушил серьёзным людям весь бизнес? Жить всем мешаешь. Учинил тут лютый беспредел. Ни у кого не спросясь, устанавливаешь свои правила. Ты чьих будешь?
? Да местный я, тутошний. Решил вот порядок в городишке своём навесть, всю мерзоту отсюда вывести с корнем, – после недолгой паузы ответил Леший. Он внимательно рассматривал своего собеседника. Леший узнал его. Это был тот самый бедолага, которого он несколько лет назад нашёл в лесу, привязанного к дереву. Это был тот самый бандит, приговорённый своими коллегами к страшной казни, а Леший его тогда спас от лютой смерти, пожертвовав одним из ингредиентов своего прощального коктейля. С благодарностями, значит, припёрся, паскуда.
? Новый порядок решил здесь устроить? А по какому такому праву? Мандат у тебя на это есть? – угрожающе прищурился бандит.
? Я сам себе мандат! – ответил Леший, – я у себя дома. А ты вот сам-то кто? Кого ты здесь представляешь?
? Да я тут в авторитете, я серьёзными людями поставленный! Меня здесь все знают! А вот кто стоит за тобой? Ты, вообще, кто по жизни будешь?! – бандюган испытующе смотрел на Лешего.
? Философ-натуралист, – спокойно ответил тот.
? Кто?! – изобразив презрительную гримасу на своей бандитской роже, авторитет схватился обеими руками за края стола, привстал и подался всей тушей к своему собеседнику.
Он был силён этот бандит. Под тяжестью его тела стол жалобно заскрипел, ножки его задрожали. Большие, все в наколках ручищи, мощная, волосатая грудина, бычья шея с надутой пульсирующей артерией. Золотая цепь в палец толщиной под весом огромного нательного креста вывалилась из расстёгнутого ворота рубахи и тревожно подрагивала в гнетущей тишине. Энергетический смрад животного, готового в любой момент накинуться на свою жертву, заполонил всё пространство вокруг. Лешего слегка передёрнуло от этой ауры зверя, просто от физического отвращения к этому ментальному зловонию. И он не стал долго раздумывать. Воспользовавшись близостью своего врага, он резко рубанул ребром ладони по этой бычьей шее, чуть выше золотой цепи, по вздувшейся вене, от чего авторитет обижено хрюкнул, в его свирепых глазках выразилось удивлённое недоумение, а через секунду зрачки закатились, сознание оставило его. Он бы всей своей могучей тушей рухнул на стол, не успей Леший подхватить его под руки и тихонько уложить на столешницу. Только золотое распятие жалобно звякнуло о край.
– Философ-натуралист, – негромко, но предельно внятно повторил он, связывая авторитету руки и затыкая рот. По-кошачьи мягко подкрался к двери и беззвучно повернул ключ в замке. Потом позвонил Корявому.
– Вы сейчас где? – спросил он шёпотом.
– На базе, – ответил тот.
– Срочно собирайтесь и дуйте всей толпой в офис. У меня гости. И пусть Маня прихватит свой перфоратор, тут надо просверлить дырок пять глухих, – сказал Леший, что на зашифрованном языке означало: “нужен пистолет с глушителем, предполагается пять трупов”.
Минут через десять банда прилетела в офис. Благо, что охрана авторитета не успела очухаться. Эти быковатые олухи ошивались в коридоре и ждали, когда их позовёт шеф, так они были уверены в том, что тому ничего не угрожает. А он лежал заботливо связанный по рукам и ногам и только натужно сопел сквозь плотный кляп.
Леший тихо подошёл к двери и слушал, что происходит за ней. Шумел лифт, люди входили и выходили из соседних офисов, да бандиты негромко переговаривались в коридоре. Потом короткое затишье. Леший осторожно дышал под дверью. Пошёл лифт, остановился на их этаже, шаркающие шаги.
– Куда прёшь, пиздюк сопатый? – послышался грубый окрик бандюгана.
– Дяденька, я за видюхой пришёл, – заканючил плаксивый голосок.
– Катись отсюда, завтра при…, ? оборвался на полу слове ответ и Леший услышал приглушённые хлопки и звон падающих на пол гильз. В дверь поскреблись.
– Кто? – спросил Леший.
– Свои, – ответил Маня.
Леший открыл. Маня, пряча волыну с глушителем, подал ему знак глазами. Леший вышел в коридор. Там было пусто. Только два остывающих труппа лежали возле двери. Они быстренько затащили их в свой офис и стёрли кровь с пола. По лестнице подоспели Корявый с Мутным и помогли своим товарищам.
– Было ещё двое, – сказал Леший.
– Да где их теперь искать? – отмахнулся Мутный.
– У меня там пленный, – взглядом показал главарь на соседнюю комнату, – Корявый, иди-ка поработай с ним, спроси, на чём приехали и как на нас вышли. Только чтобы тихо. Понял?
– Угу, – мотнул головой гигант и скрылся за дверью.
– Сдал нас твой дружок! Так то вот, – посмотрел Леший на Мутного.
– Не может быть! – не поверил тот.
– Сейчас сам всё услышишь.
– Их ещё трое, приехали на чёрном гелике три шестёрки, на нас вышли по наколке Хека. Вроде всё, – сказал Корявый, выходя через пять минут из соседней комнаты и вытирая кровь с пальцев.
На шее у него красовалась толстая золотая цепь с огромным нательным крестом. Что характерно, это ювелирное украшение, так аляповато смотревшееся на криминальном авторитете, в масштабах Корявого выглядело очень даже гармонично. Цепочка только была несколько коротковата для его необъятной шеи. Леший сначала хотел высказать страшному гиганту за столь явное мародёрство, но, вспомнив своё же собственное поведение полуторагодичной давности в их первую встречу там, на лесной дороге, не стал лицемерить, а благоразумно промолчал. Что с разбоя взято, то свято!
– Что, съел?! – вместо нравоучений Корявому скептически посмотрел главарь на Мутного, – он бабло из общака крысил и снимал через банкоматы втихаря, на том и погорел.
– Вот гад! Гондон пустотелый! Анус двуличный! – брезгливо сплюнул Мутный.
– Не двуличный, а двуликий и не анус, а Янус, – поправил его Леший, – хотя в данном случае ты прав. Из-за этого засранца мы все в такой глубокой жопе оказались, что глубже некуда! Ладно, это всё лирика. Если на нас вышли братки, то скоро и мусора объявятся, а может и кто пострашнее. Всё, пора закрывать контору и разбегаться. Никто про базу Хеку не говорил? Это хорошо. Значит так. Мутный, разберись с этим, – главарь кивнул на соседнюю комнату, – Маня, отдай ему волыну, скоро сюда остальные братки подтянутся, пускай отрабатывает косяк своего кореша.
– Напортачит, – скептически засомневался Маня, доставая пистолет из-за пояса.
– Ничего, справится. Корявый вот его подстрахует. Оставлять в живых никого нельзя, их станут искать и выдут на нас. Понятно? Там в шкафу пакеты для мусора лежат. Все трупы в пакеты и в дальнюю комнату. Там их долго не найдут. Как всё закончите, уходите через запасной выход. На стоянке встретимся. Ладно, всё, погнали.
Маня с Лешим осторожно вышли в коридор и по лестнице спустились на улицу. Там на стоянке сверкал своей угловатой безупречностью наглухо затонированный Гелентваген с номером три шестёрки. Владелец этой тачки явно не страдал от скромности и религиозных условностей. Леший подошёл и постучал в водительскую дверь. Чёрное стекло бесшумно отъехало вниз.
– Чё тебе, терпила, – презрительно процедил бандит сквозь щель.
– Слышь, дядя, у тебя колесо спустило, – прикинулся простачком Леший, указывая назад.
Бандит нехотя вышел из машины. Он так и не успел понять, что это не колесо спустило у его машины, это Маня выпустил из него дух одним выверенным ударом под ребро своей выкидухи. Подскочивший Леший ловко подхватил оседающего братка и они быстро запихали его в багажник гелика. Минут через пятнадцать показались Мутный с Корявым.
– Ну, как дела? – спросил главарь.
– Всё чисто. Всех угандошили! – доложил Корявый.
– Офис закрыли?
– Да. Всех засунули в мешки и отволокли в дальнюю комнату. Окна открыли, чтоб сильно не воняли. В коридоре все следы стёрли.
– Ладно. Ты, Мутный, садись в нашу тачку. Поедешь первым, а мы за тобой метрах в трёхстах на этом гелике. Если заметишь ментов, отвлеки их. Всё, рвём на старый карьер. И отдай волыну Мане.
– Да я уже забрал, – сказал Маня, по-хозяйски похлопывая себя по карману.
Банда попрыгала по машинам и отправилась на карьер. Там дорогую иномарку загнали подальше в отработанные штольни и сожгли вместе с трупом водилы. Потом все перегрузились в свою машину и поехали на базу. По дороге купили пойла и пожрать. Сели за стол, молча выпили.
– Ну, вот и всё, уважаемые граждане бандиты! – наконец прервал долгое молчание главарь, – пришёл конец нашей славной трудовой деятельности. Поработали мы с вами на славу, теперь можно и на покой, писать мемуары.
– А может ещё обойдётся? – спросил Корявый.
– Нет, Корявенький, не обойдётся! Если на нас смогли выйти эти братки, то и мусора скоро сядут нам на хвост, вопрос времени. Думаю, что у нас есть не больше суток. Так что разбегаемся в разные стороны и ложимся на дно. И чтоб лет пять никаких связей друг с другом! Надеюсь, никто не потерял новые ксивы? – бандиты отрицательно помотали головами, – ну, вот и хорошо.
Ещё год назад Леший собственноручно заказывал за большие деньги у хорошего специалиста подложные документы для всех своих подельников. Он уже тогда предвидел подобную развязку событий, поэтому заранее позаботился о путях отступления.
– Значит, всё? – растерянно спросил Мутный.
– Да, мой юный друг, всё, – ответил Леший.
Он выпил свою рюмку, встал и вышел на улицу. Вернулся минут через десять с большим холщовым мешком. С трудом поднял его на стол и вытряс всё содержимое наружу. Получилась внушительная куча денег. Леший разделил всё на четыре равные части. Потом немного подумал и от своей доли взял три четверти и разделил между остальными тремя своими подельниками.
– Вы ребята молодые, вам ещё жить, – пресёк он всякие возражения.
– А что с арсеналом делать? – флегматично поинтересовался Маня.
– Что с арсеналом? Да разбирайте, кому чего по душе. Не оставлять же трофеи вражинам.
Посидели ещё немного молча, выпили. А о чём было говорить то? Всё и так было ясно, как божий день. Конечно, жаль было расставаться и рушить такое полезное и эффективное предприятие, но что оставалось делать? Плетью то обуха не перешибёшь! Уж слишком могущественные силы были затронуты этой их лихой и бесшабашной деятельностью, слишком влиятельные круги были заинтересованы в ликвидации этих романтических смутьянов. И спасенья от них не было никакого.
– Ладно, всё, езжайте, – Леший встал, за ним поднялись остальные, – и помните, у вас меньше суток! Быстренько утрясайте свои делишки и ложитесь на дно. И последнее. Если кого из вас вычислят, живыми не сдавайтесь! Лучше сдохнуть свободным, чем потом остаток своей жизни провести в клетке! У меня всё. Я вас больше не задерживаю, граждане бандиты.
Мутный с Корявым укатили первыми, а Маня остался пошерудить в своей оружейной комнате. Через час он зашёл в сторожку и сел на стул. Они выпили ещё по одной.
– Жаль, – равнодушно сказал он.
– Чего тебе жаль? – спросил Леший.
– Жаль, что не удалось округлить свой личный счёт, – ответил тот.
– А, ты про это, – хмыкнул Леший, вспомнив их давний разговор в пивнушке о том, что он числился в этом манином списке, как половинка, то есть как недорезанная жертва, – так это недоразумение никогда не поздно исправить, – вполне серьёзно добавил он.
– Да я это… пошутил я, – смешался Маня и взгляд его как-будто бы дрогнул.
Впервые за всё время их знакомства Леший заметил в этих прозрачных, бесстрастных глазах полярного волка, больше похожих на оптический прицел, нечто напоминающее замешательство. Нет, это не был страх перед Лешим, как перед человеком, но страх быть неправильно понятым смутил в данную секунду флегматичную душу прирождённого убийцы. А Лешему не нужно было ничего объяснять, он не вчера родился, он всё понимал правильно. Он по достоинству оценил манину шутку. Просто сейчас на него снова нахлынула волна безысходности и он искал для себя самый простой выход из этого болота, из этого тотального бессмыслия бытия.
– Слышь, Леший. Я знаешь, что хотел сказать? – разлил Маня водку по стаканам.
– Ну? – главарь вопросительно поднял глаза на штатного ликвидатора.
– Я думаю, что ты великий, – убеждённо произнёс тот и залпом выпил свою дозу.
– Великий, говоришь? – предводитель банды наёмных убийц задумался на пару секунд, медленно вращая стакан в руках. Грани из мутноватого стекла замысловато переливались перламутром от света тусклой лампочки, – ну, и в чём же заключается моё величие? Разве что в моём ничтожестве. «Величие в ничтожестве!» – интересная мысль, – покрутил Леший фразу на языке. Затем криво усмехнулся и в один глоток освободил посудину от спирта, – нет, Маня, величие должно в чём-то проявиться, иначе это иллюзия, пустой звук.
– Но ты же изменил систему жизни в нашем городе, сколько народу облагодетельствовал, – настаивал Маня.
– Да, кое-что у нас получилось, что-то мы смогли сделать. Но только это всё напрасно. Зря всё это. Вот увидишь, не успеешь и глазом моргнуть, как от всех наших начинаний не останется и следа. Даже сама память о нас вмиг улетучится, как пары спирта из этого стакана, – Леший погрузился в тяжёлую задумчивость, ? ладно, это всё лирика, – отвлёкся он от своих мыслей, – поезжайте, молодой человек, с Вами было приятно иметь дело, лучшего напарника я бы себе и не пожелал, – совершенно искренне сказал главарь и крепко пожал душегубу-виртуозу руку на прощание.
«Ну, вот, кажись и приехали. Всё пришло к логическому
