Переход от Ренны в Галагат истощил её — постоянный страх за безопасность сына и принцессы не давал сомкнуть глаз ни днём, ни ночью, и за все эти дни она едва ли могла позволить себе спокойно поесть.
- М-м-м, люблю женщин с хорошим аппетитом, - весело обратился к ней сидевший напротив пожилой толстяк в богатом камзоле. - Терпеть не могу всю эту напускную чопорность, эти одинокие бобы в тарелке и листики салата, прикрывающие зверский голод! Всегда радуюсь, когда вижу, с каким удовольствием ест лишённый предрассудков человек! Устин Максимилиан, граф Хэсский, к вашим услугам! О, я совершенно не возражаю против открытых знакомств! Все эти обращения через третьи руки... вы со мной согласны?
- Абсолютно, ваше сиятельство, - улыбнулась в ответ Марион: люди, подобные графу, заражали своим неиссякаемым оптимизмом, прогоняя самые чёрные мысли одним лишь громогласным, сочным голосом. - Леди Марион, Синяя баро...
- О, о, о! Не говорите ничего больше, я уже всё понял! Супруга покойного Синего барона, а как же! Кто не слышал о вас — тот нем и глух, а кто не видел — тот слеп! Наслышан, наслышан... - толстый граф подцепил у проходившего мимо лакея кусок мяса, отправляя его на свою тарелку. - Леди-рыцарь, леди-воин... а какая любовная история! - обратился к развесившим уши местным дамам граф, - вы и поверить не сможете, какая любовь! Синий барон рискнул титулом, чтобы... Скажите, милочка, - снова повернулся к Марион граф, - а ведь вас сюда не просто так занесло?
- Я сопровождаю её высочество принцессу Таиру, - кивнула Марион. - Так же, как и герцогиня Гелена, одна из...
- О, да, да, премного польщен! - Устин подмигнул оторопевшей от такого представления Гелене, вновь повернулся к склонившимся к нему дамам. - Наш цветник, дорогие дамы, пополнился восхитительнейшими бутонами! Ведь вы, как я понимаю, к нам надолго?
- Мы здесь для сопровождения её высо... - высокомерно начала Гелена, но пожилой граф не дал ей закончить фразу.
- О, значит, навсегда! Ведь совсем скоро радостное событие утвердит подписанный мир, и у нас наконец появится королева, настоящая королева! Ведь знаете, милочка, - вновь доверительно подмигнул Марион граф, - король Харитон после смерти жены носил траур долгих десять лет... И вот, наконец, женщина у престола! Как давно ждал я подобного события! Её высочество прекрасны, как сон, даже я, немощный старик, в силах оценить небесную красоту нашей будущей королевы!
- Вы вовсе не стары, - попыталась вставить в бесконечный словесный поток хоть слово Марион. - Вы...
- Терпеть не могу льстецов, но ваши слова — елей на душу! Надеюсь, вам у нас понравится, милочка. Я знаю, как тяжело даются переезды — особенно цветам и женщинам! - Граф расхохотался, задерживая лакея на ходу. - Обслужите наших прелестных гостий, любезный! Рекомендую, - снова повернулся к аверонкам Устин, - запечённые овощи сегодня особенно хороши!
Марион улыбнулась, отдавая должное новому блюду. Таким, как этот жизнелюбивый граф, просто невозможно не подчиниться — и при этом ни в коей мере не чувствовать себя ущемлённой. Устин обволакивал вниманием и радушием всех и вся, успевая болтать сразу с несколькими дамами, перебрасываться фразами и шутками с пожилым дворянством, помогая каждому чувствовать себя важным и нужным. Особенно хорошо это его качество проявлялось здесь, среди обделённых почётными местами гостей — весёлая обстановка была именно тем, что скрашивало ужин для таких, как они.
После ужина их попросили в смежную залу, где лакеи уже расставили столики для игр и шахматных партий, а ведущие из залы двери на террасу были гостеприимно распахнуты для любителей подышать свежим воздухом.
Марион старалась не упускать принцессу Таиру из виду, но ей уже предложил руку принц Орест, уводя для беседы на один из диванчиков, и присоединившиеся к ним высокопоставленные гости окружили их, стремясь выведать как можно больше о будущей королеве. Крон-принц Андоим удалился с приближенными на террасу, и не подумав уделить время своей невесте, и полный непонимания взгляд Таиры то и дело выискивая его среди толпы.
Устин Максимилиан не дал заскучать новым дамам: подцепив каждую под локоть, пожилой граф увлёк их за собой к игральным столам, усадив Гелену за игру, и с азартом погрузившись в процесс. Это, впрочем, не мешало Устину участвовать в разговорах столпившихся у их стола придворных.
- Граф, - приблизившаяся к их столику рыжеволосая дама слегка склонила голову, с любопытством разглядывая новые лица среди придворных. - Представьте нас своим очаровательным спутницам.
- Её светлость герцогиня Гелена и её милость баронесса Марион, - поочередно кивнул на каждую толстяк, едва отрываясь от игральной доски. - Её сиятельство, маркиза Доминика... Оглская.
- Герцогиня, - склонила голову маркиза, тотчас переключив внимание на Марион. - Баронесса, мы много наслышаны о вас. Светлый герцог Ликонт вспоминал о вас за ужином. Это так прискорбно, что вы вынуждены сидеть столь далеко от центра...
Марион натянуто улыбнулась.
- Весьма.
- Но ведь вам приходилось терпеть и не такое, не правда ли? - приторно улыбнулась новая знакомая, тряхнув рыжими кудрями. - Десятилетие удерживаемого... низшего дворянского титула баронессы вряд ли затмит полунищенское существование простолюдинки. И уж в той, прежней жизни, у вас наверняка случались казусы и похлеще...
- Случались.
- Полноте, маркиза! - окликнул леди Доминику граф, бросая сочувственный взгляд на Марион. - Эта женщина — живая легенда! О силе и воинском умении леди Марион ходят самые невероятные истории! Ведь правду говорят, что на поле боя вы в состоянии справиться с несколькими мужчинами?
- Но она не смогла справиться с одним Ликонтом в поединке, - не дав Марион ответить, быстро вставила Доминика, с насмешкой глядя на баронессу. - О, не удивляйтесь, леди Марион! Нам уже известны все пикантные подробности реннской жизни.
- И я догадываюсь, от кого, - сухо проговорила Марион.
Чужое присутствие за спиной она ощутила сразу, вдруг, как ощущают на себе липкий взгляд со стороны. Её окатила знакомая волна дрожи и нехорошего предчувствия: он стоял за её плечом, почти обдавая тёплым дыханием, так невыносимо близко, так опасно...
- Вы как никогда прекрасны этим вечером, леди Марион, - произнес глубокий голос, и ей пришлось обернуться. - Я восхищен тем, как быстро у вас отросли волосы. Или мы вновь обязаны отдать должное мастерству вашей камеристки?
Леди Гелена оторвала голову от игры, напряжённо всматриваясь в окруживших баронессу придворных: как вороньё, они слетались на добычу, как шакалы, выжидали, пока жертва не даст слабину. Скопление вражеских сил вокруг баронессы было необычайным, и Гелена не знала, радоваться ли тому, что она сама избежала подобного внимания, или переживать; ведь порвав в клочья репутацию баронессы, они не преминут переключиться на герцогиню.
- Вы мне ничего не обязаны. Генерал.
Нестор качнул головой, без улыбки рассматривая стоявшую перед ним женщину. Вот она, та, из-за которой он лишился руки, вот она, оставившая уродливую отметину на его лице. Такая уверенная в себе, несгибаемая, удержавшаяся на ногах после множества ударов, сносившая один неприятный сюрприз за другим. Леди Марион держалась превосходно, отточив умение отражать сыплющиеся на неё камни ещё при реннском дворе. Даже в пылу битвы, на поле боя под стенами Пратта, не казалась она ему такой сильной.
Быть не может! Он только что... подумал о ней с... уважением?
- Вам, леди Марион, я просто обязан, - тихо проговорил он, - вернуть долг.
Синяя баронесса верно истолковала его взгляд, скользнувший вниз. На месте отрубленной правой кисти красовалась металлическая перчатка, скрывавшая дефект.
- Долг? О каком долге говорит герцог? - включилась в беседу леди Доминика, заинтересованно глядя то на Марион, то на Ликонта.
- Должно быть, генерал никак не может себе простить овладевшей им слабости во время нашего танца в реннском дворце. Его светлости стало нехорошо, его буквально вынесли на руках, - поделилась Марион, не отрывая глаз от окаменевшего лица генерала.
- О, герцог, так это правда? В таком случае, вы просто обязаны извиниться за своё поведение и исправиться на ближайшем балу!
- Ну что вы, я прощаю генералу его слабость, - поспешно скзала Марион. - Танец — это не военный марш, кто угодно может сомлеть.
- Я настаиваю, - глухо проговорил Ликонт, сверля её взглядом. - Надеюсь, вы не откажете мне в чести.
- Отказать вам, герцог? - расхохоталась леди Доминика, призывно тряхнув кудрями. - Я не встречала ещё женщины, способной на это! А скажите, баронесса, - обернулась уже к Марион герцогиня, - вы ведь служили у императрицы все эти годы. Особая помощница, не так ли? О, всё только между нами! Как же её величество императрица смогла отпустить такого незаменимого, как вы, человека? После стольких лет верной службы? Вы попали в немилость?
- Незаменимых людей не бывает, герцогиня, - нашла в себе силы улыбнуться Марион. - Вы умная женщина, вы должны это понимать и без вопросов.
Глаза Доминики заинтересованно вспыхнули, и герцогиня умолкла, искоса поглядывая на баронессу. Взгляд леди Оглской то и дело возвращался то к Ликонту, то к Марион, пока на губах маркизы не заиграла понимающая улыбка.
- А как ваш сын, леди Марион? - вновь обратился к ней Нестор. - Не скучает по дому?
- Прошу прощения, - Синяя баронесса обернулась к леди Гелене, поклонилась графу, кивнула маркизе, игнорируя вопрос герцога, - меня ожидает её высочество. Приятного вечера, господа.
Она не видела вспыхнувшего лица генерала, не заметила дружелюбного прощания добродушного графа и жеманных жестов Доминики — Таира и в самом деле уже бросала на баронессу призывные взгляды, и она поспешила к ней. Марион улыбнулась окружившим принцессу придворным, поклонилась августейшему Оресту, склоняясь к Таире.
- Я устала, - одними губами прошептала юная принцесса ей на ухо. - Хочу уйти.
Марион кивнула, выпрямляясь и жестом подзывая леди Гелену. Таира поднялась, и принц Орест тотчас направился к террасам, предупредить про её уход своего старшего брата, крон-принца Андоима, за целый вечер ни разу не обратившего внимания на свою невесту. Таира попросту устала встречать не то насмешливые, не то понимающие взгляды придворных, устала ждать обходительности от жениха — и едва сдерживала напряжение, не давая ему прорваться наружу унизительными слезами.
- Вы уже покидаете нас, ваше высочество? - вышедший из террасы Андоим догнал их уже у выхода из залы. - Так скоро?
- Я устала после переезда, - одними губами улыбнулась Таира, не глядя ему в глаза. - Прошу меня извинить.
- Конечно, конечно. Доброй ночи, ваше высочество, - Андоим склонился к протянутой руке, поцеловав холодные пальцы. - Увидимся утром.
Они покинули залу, и Марион спиной чувствовала чужие взгляды, направленные им вслед. Какая жизнь ждала их в чужом дворце, где у каждого был свой угол — кроме них? Синяя баронесса предпочитала не думать об этом. Первым делом следовало утешить Таиру — огромные серые, непонимающие глаза принцессы уже блестели от наполнившей их влаги — а затем... дожить до утра.
Похоже, каждый проведенный здесь день будет похож на предыдущий — сплошная гонка на выживание, скрашиваемая лишь изредка немногочисленными приятными встречами. Присутствие Нестора Ликонта явно не входило в их число. И очень красноречиво свидетельствовал об этом его взгляд, за весь вечер едва ли направленный на кого-либо, кроме неё...
Флорика перегнулась через стену, подавая руку брату. Феодор подпрыгнул, цепляясь за протянутую ладонь, подтянулся, отталкиваясь ногами от стены, и запрыгнул, оказавшись на самом верху. Слезали со стены в той же очерёдности: вначале Флорика, затем он.
Для их ночной прогулки сестра одела его штаны и заправила волосы так, что теперь увидеть отличия между близнецами было сложно. Фло сама предложила брату освежиться. Несколько дней, проведенных в Галагате, они не вылазили из дому, слушаясь приказа леди Марион, но по вечерам, когда гонявшие их с утра до ночи по поручениям Плош и Кешна наконец удалялись в свою спальню, а Михо видел уже десятый сон, близнецы оставались совсем одни. Фео мрачнел с каждым днём. Флорика прекрасно знала, что донимает брата: привыкший за время их путешествия видеть, хоть издалека, прекрасную Таиру, Фео не мог успокоиться, не зная, как она там, среди незнакомых людей, и что делает в эту минуту. Пробраться во дворец, не зная точного плана коридоров и потаенных мест, у них вряд ли бы получилось, и Флорика отговаривала сумасшедшего брата от бредовой затеи, как могла: не хватало ещё провести остаток дней в местном остроге, напоследок ещё раз запятнав репутацию Синей баронессы, взявшей их с собой.
Столицу Валлии стоило увидеть — даже послушный Михо томился от строгого указания матери не покидать пределы снятого для них дома и растущего за ним сада. Порой они совершали прогулки в почти полном составе — сэр Эйр, госпожа Ами, Михо и близнецы — но эти прогулки не заводили их дальше соседней улицы, а единственным общественным местом, куда было дозволено ступать баронету и его свите, оказалась маленькая часовня Единого. На службы они ходили почти каждый день, но сэр Эйр не дозволил выбраться даже ради местного праздника в главный храм Единого, побоявшись опасной для баронета толпы — и того, что она могла в себе таить.
Флорика жалела Михо — за проведенные вместе годы Синий баронет стал ей почти младшим братом — но и родного жалела ничуть не меньше. Феодору нужен был свежий воздух и новые впечатления, и кто знает, может, эти впечатления помогут побороть то грустное болезненное чувство, которое брат называл любовью.
- Ты уверена, что так мы попадем на главную площадь? - негромко поинтересовался Феодор, следуя за сестрой и озираясь по сторонам: все дома в Галагате оказались каменными, серыми, грубыми — ничего похожего на реннскую роскошь и отделанные мрамором и яркой росписью фасады.
- Нет, - легкомысленно отмахнулась Фло. - Не попадём, вернёмся обратно, делов-то.
Фео дёрнул сестру за руку, уводя в сторону. Присев у чужой ограды, близнецы молча наблюдали, как из окна богатого особняка вылез человек, прижимая к груди свёрток, свистнул кого-то, бросил ему награбленный скарб, и сам сиганул следом. Во дворе особняка раздался лай, крики, в окнах появился свет; кто-то даже спустил стрелу с арбалета, целясь в грабителей.
- Бежим отсюда, - распорядился Фео, и оба припустили со всех ног, заворачивая на соседнюю улицу.
Они пробежали квартал или два, подальше от опасного района, когда открывшаяся в узком переулке картина задержала их ещё на какое-то время. Несколько человек методично избивали двух припозднившихся прохожих, и, судя по сдавленным хрипам, дело шло к логической развязке.
- Вот же ж... сволочи, - Фео ринулся было вперёд, но очнувшаяся Флорика удержала горячего братца, дёрнув за собой.
- Их слишком много, - уже на бегу пояснила сестра, встревоженно оборачиваясь на проулок: не хватало ещё, чтобы шайка решила устранить свидетелей.
- М-м-м, люблю женщин с хорошим аппетитом, - весело обратился к ней сидевший напротив пожилой толстяк в богатом камзоле. - Терпеть не могу всю эту напускную чопорность, эти одинокие бобы в тарелке и листики салата, прикрывающие зверский голод! Всегда радуюсь, когда вижу, с каким удовольствием ест лишённый предрассудков человек! Устин Максимилиан, граф Хэсский, к вашим услугам! О, я совершенно не возражаю против открытых знакомств! Все эти обращения через третьи руки... вы со мной согласны?
- Абсолютно, ваше сиятельство, - улыбнулась в ответ Марион: люди, подобные графу, заражали своим неиссякаемым оптимизмом, прогоняя самые чёрные мысли одним лишь громогласным, сочным голосом. - Леди Марион, Синяя баро...
- О, о, о! Не говорите ничего больше, я уже всё понял! Супруга покойного Синего барона, а как же! Кто не слышал о вас — тот нем и глух, а кто не видел — тот слеп! Наслышан, наслышан... - толстый граф подцепил у проходившего мимо лакея кусок мяса, отправляя его на свою тарелку. - Леди-рыцарь, леди-воин... а какая любовная история! - обратился к развесившим уши местным дамам граф, - вы и поверить не сможете, какая любовь! Синий барон рискнул титулом, чтобы... Скажите, милочка, - снова повернулся к Марион граф, - а ведь вас сюда не просто так занесло?
- Я сопровождаю её высочество принцессу Таиру, - кивнула Марион. - Так же, как и герцогиня Гелена, одна из...
- О, да, да, премного польщен! - Устин подмигнул оторопевшей от такого представления Гелене, вновь повернулся к склонившимся к нему дамам. - Наш цветник, дорогие дамы, пополнился восхитительнейшими бутонами! Ведь вы, как я понимаю, к нам надолго?
- Мы здесь для сопровождения её высо... - высокомерно начала Гелена, но пожилой граф не дал ей закончить фразу.
- О, значит, навсегда! Ведь совсем скоро радостное событие утвердит подписанный мир, и у нас наконец появится королева, настоящая королева! Ведь знаете, милочка, - вновь доверительно подмигнул Марион граф, - король Харитон после смерти жены носил траур долгих десять лет... И вот, наконец, женщина у престола! Как давно ждал я подобного события! Её высочество прекрасны, как сон, даже я, немощный старик, в силах оценить небесную красоту нашей будущей королевы!
- Вы вовсе не стары, - попыталась вставить в бесконечный словесный поток хоть слово Марион. - Вы...
- Терпеть не могу льстецов, но ваши слова — елей на душу! Надеюсь, вам у нас понравится, милочка. Я знаю, как тяжело даются переезды — особенно цветам и женщинам! - Граф расхохотался, задерживая лакея на ходу. - Обслужите наших прелестных гостий, любезный! Рекомендую, - снова повернулся к аверонкам Устин, - запечённые овощи сегодня особенно хороши!
Марион улыбнулась, отдавая должное новому блюду. Таким, как этот жизнелюбивый граф, просто невозможно не подчиниться — и при этом ни в коей мере не чувствовать себя ущемлённой. Устин обволакивал вниманием и радушием всех и вся, успевая болтать сразу с несколькими дамами, перебрасываться фразами и шутками с пожилым дворянством, помогая каждому чувствовать себя важным и нужным. Особенно хорошо это его качество проявлялось здесь, среди обделённых почётными местами гостей — весёлая обстановка была именно тем, что скрашивало ужин для таких, как они.
После ужина их попросили в смежную залу, где лакеи уже расставили столики для игр и шахматных партий, а ведущие из залы двери на террасу были гостеприимно распахнуты для любителей подышать свежим воздухом.
Марион старалась не упускать принцессу Таиру из виду, но ей уже предложил руку принц Орест, уводя для беседы на один из диванчиков, и присоединившиеся к ним высокопоставленные гости окружили их, стремясь выведать как можно больше о будущей королеве. Крон-принц Андоим удалился с приближенными на террасу, и не подумав уделить время своей невесте, и полный непонимания взгляд Таиры то и дело выискивая его среди толпы.
Устин Максимилиан не дал заскучать новым дамам: подцепив каждую под локоть, пожилой граф увлёк их за собой к игральным столам, усадив Гелену за игру, и с азартом погрузившись в процесс. Это, впрочем, не мешало Устину участвовать в разговорах столпившихся у их стола придворных.
- Граф, - приблизившаяся к их столику рыжеволосая дама слегка склонила голову, с любопытством разглядывая новые лица среди придворных. - Представьте нас своим очаровательным спутницам.
- Её светлость герцогиня Гелена и её милость баронесса Марион, - поочередно кивнул на каждую толстяк, едва отрываясь от игральной доски. - Её сиятельство, маркиза Доминика... Оглская.
- Герцогиня, - склонила голову маркиза, тотчас переключив внимание на Марион. - Баронесса, мы много наслышаны о вас. Светлый герцог Ликонт вспоминал о вас за ужином. Это так прискорбно, что вы вынуждены сидеть столь далеко от центра...
Марион натянуто улыбнулась.
- Весьма.
- Но ведь вам приходилось терпеть и не такое, не правда ли? - приторно улыбнулась новая знакомая, тряхнув рыжими кудрями. - Десятилетие удерживаемого... низшего дворянского титула баронессы вряд ли затмит полунищенское существование простолюдинки. И уж в той, прежней жизни, у вас наверняка случались казусы и похлеще...
- Случались.
- Полноте, маркиза! - окликнул леди Доминику граф, бросая сочувственный взгляд на Марион. - Эта женщина — живая легенда! О силе и воинском умении леди Марион ходят самые невероятные истории! Ведь правду говорят, что на поле боя вы в состоянии справиться с несколькими мужчинами?
- Но она не смогла справиться с одним Ликонтом в поединке, - не дав Марион ответить, быстро вставила Доминика, с насмешкой глядя на баронессу. - О, не удивляйтесь, леди Марион! Нам уже известны все пикантные подробности реннской жизни.
- И я догадываюсь, от кого, - сухо проговорила Марион.
Чужое присутствие за спиной она ощутила сразу, вдруг, как ощущают на себе липкий взгляд со стороны. Её окатила знакомая волна дрожи и нехорошего предчувствия: он стоял за её плечом, почти обдавая тёплым дыханием, так невыносимо близко, так опасно...
- Вы как никогда прекрасны этим вечером, леди Марион, - произнес глубокий голос, и ей пришлось обернуться. - Я восхищен тем, как быстро у вас отросли волосы. Или мы вновь обязаны отдать должное мастерству вашей камеристки?
Леди Гелена оторвала голову от игры, напряжённо всматриваясь в окруживших баронессу придворных: как вороньё, они слетались на добычу, как шакалы, выжидали, пока жертва не даст слабину. Скопление вражеских сил вокруг баронессы было необычайным, и Гелена не знала, радоваться ли тому, что она сама избежала подобного внимания, или переживать; ведь порвав в клочья репутацию баронессы, они не преминут переключиться на герцогиню.
- Вы мне ничего не обязаны. Генерал.
Нестор качнул головой, без улыбки рассматривая стоявшую перед ним женщину. Вот она, та, из-за которой он лишился руки, вот она, оставившая уродливую отметину на его лице. Такая уверенная в себе, несгибаемая, удержавшаяся на ногах после множества ударов, сносившая один неприятный сюрприз за другим. Леди Марион держалась превосходно, отточив умение отражать сыплющиеся на неё камни ещё при реннском дворе. Даже в пылу битвы, на поле боя под стенами Пратта, не казалась она ему такой сильной.
Быть не может! Он только что... подумал о ней с... уважением?
- Вам, леди Марион, я просто обязан, - тихо проговорил он, - вернуть долг.
Синяя баронесса верно истолковала его взгляд, скользнувший вниз. На месте отрубленной правой кисти красовалась металлическая перчатка, скрывавшая дефект.
- Долг? О каком долге говорит герцог? - включилась в беседу леди Доминика, заинтересованно глядя то на Марион, то на Ликонта.
- Должно быть, генерал никак не может себе простить овладевшей им слабости во время нашего танца в реннском дворце. Его светлости стало нехорошо, его буквально вынесли на руках, - поделилась Марион, не отрывая глаз от окаменевшего лица генерала.
- О, герцог, так это правда? В таком случае, вы просто обязаны извиниться за своё поведение и исправиться на ближайшем балу!
- Ну что вы, я прощаю генералу его слабость, - поспешно скзала Марион. - Танец — это не военный марш, кто угодно может сомлеть.
- Я настаиваю, - глухо проговорил Ликонт, сверля её взглядом. - Надеюсь, вы не откажете мне в чести.
- Отказать вам, герцог? - расхохоталась леди Доминика, призывно тряхнув кудрями. - Я не встречала ещё женщины, способной на это! А скажите, баронесса, - обернулась уже к Марион герцогиня, - вы ведь служили у императрицы все эти годы. Особая помощница, не так ли? О, всё только между нами! Как же её величество императрица смогла отпустить такого незаменимого, как вы, человека? После стольких лет верной службы? Вы попали в немилость?
- Незаменимых людей не бывает, герцогиня, - нашла в себе силы улыбнуться Марион. - Вы умная женщина, вы должны это понимать и без вопросов.
Глаза Доминики заинтересованно вспыхнули, и герцогиня умолкла, искоса поглядывая на баронессу. Взгляд леди Оглской то и дело возвращался то к Ликонту, то к Марион, пока на губах маркизы не заиграла понимающая улыбка.
- А как ваш сын, леди Марион? - вновь обратился к ней Нестор. - Не скучает по дому?
- Прошу прощения, - Синяя баронесса обернулась к леди Гелене, поклонилась графу, кивнула маркизе, игнорируя вопрос герцога, - меня ожидает её высочество. Приятного вечера, господа.
Она не видела вспыхнувшего лица генерала, не заметила дружелюбного прощания добродушного графа и жеманных жестов Доминики — Таира и в самом деле уже бросала на баронессу призывные взгляды, и она поспешила к ней. Марион улыбнулась окружившим принцессу придворным, поклонилась августейшему Оресту, склоняясь к Таире.
- Я устала, - одними губами прошептала юная принцесса ей на ухо. - Хочу уйти.
Марион кивнула, выпрямляясь и жестом подзывая леди Гелену. Таира поднялась, и принц Орест тотчас направился к террасам, предупредить про её уход своего старшего брата, крон-принца Андоима, за целый вечер ни разу не обратившего внимания на свою невесту. Таира попросту устала встречать не то насмешливые, не то понимающие взгляды придворных, устала ждать обходительности от жениха — и едва сдерживала напряжение, не давая ему прорваться наружу унизительными слезами.
- Вы уже покидаете нас, ваше высочество? - вышедший из террасы Андоим догнал их уже у выхода из залы. - Так скоро?
- Я устала после переезда, - одними губами улыбнулась Таира, не глядя ему в глаза. - Прошу меня извинить.
- Конечно, конечно. Доброй ночи, ваше высочество, - Андоим склонился к протянутой руке, поцеловав холодные пальцы. - Увидимся утром.
Они покинули залу, и Марион спиной чувствовала чужие взгляды, направленные им вслед. Какая жизнь ждала их в чужом дворце, где у каждого был свой угол — кроме них? Синяя баронесса предпочитала не думать об этом. Первым делом следовало утешить Таиру — огромные серые, непонимающие глаза принцессы уже блестели от наполнившей их влаги — а затем... дожить до утра.
Похоже, каждый проведенный здесь день будет похож на предыдущий — сплошная гонка на выживание, скрашиваемая лишь изредка немногочисленными приятными встречами. Присутствие Нестора Ликонта явно не входило в их число. И очень красноречиво свидетельствовал об этом его взгляд, за весь вечер едва ли направленный на кого-либо, кроме неё...
Флорика перегнулась через стену, подавая руку брату. Феодор подпрыгнул, цепляясь за протянутую ладонь, подтянулся, отталкиваясь ногами от стены, и запрыгнул, оказавшись на самом верху. Слезали со стены в той же очерёдности: вначале Флорика, затем он.
Для их ночной прогулки сестра одела его штаны и заправила волосы так, что теперь увидеть отличия между близнецами было сложно. Фло сама предложила брату освежиться. Несколько дней, проведенных в Галагате, они не вылазили из дому, слушаясь приказа леди Марион, но по вечерам, когда гонявшие их с утра до ночи по поручениям Плош и Кешна наконец удалялись в свою спальню, а Михо видел уже десятый сон, близнецы оставались совсем одни. Фео мрачнел с каждым днём. Флорика прекрасно знала, что донимает брата: привыкший за время их путешествия видеть, хоть издалека, прекрасную Таиру, Фео не мог успокоиться, не зная, как она там, среди незнакомых людей, и что делает в эту минуту. Пробраться во дворец, не зная точного плана коридоров и потаенных мест, у них вряд ли бы получилось, и Флорика отговаривала сумасшедшего брата от бредовой затеи, как могла: не хватало ещё провести остаток дней в местном остроге, напоследок ещё раз запятнав репутацию Синей баронессы, взявшей их с собой.
Столицу Валлии стоило увидеть — даже послушный Михо томился от строгого указания матери не покидать пределы снятого для них дома и растущего за ним сада. Порой они совершали прогулки в почти полном составе — сэр Эйр, госпожа Ами, Михо и близнецы — но эти прогулки не заводили их дальше соседней улицы, а единственным общественным местом, куда было дозволено ступать баронету и его свите, оказалась маленькая часовня Единого. На службы они ходили почти каждый день, но сэр Эйр не дозволил выбраться даже ради местного праздника в главный храм Единого, побоявшись опасной для баронета толпы — и того, что она могла в себе таить.
Флорика жалела Михо — за проведенные вместе годы Синий баронет стал ей почти младшим братом — но и родного жалела ничуть не меньше. Феодору нужен был свежий воздух и новые впечатления, и кто знает, может, эти впечатления помогут побороть то грустное болезненное чувство, которое брат называл любовью.
- Ты уверена, что так мы попадем на главную площадь? - негромко поинтересовался Феодор, следуя за сестрой и озираясь по сторонам: все дома в Галагате оказались каменными, серыми, грубыми — ничего похожего на реннскую роскошь и отделанные мрамором и яркой росписью фасады.
- Нет, - легкомысленно отмахнулась Фло. - Не попадём, вернёмся обратно, делов-то.
Фео дёрнул сестру за руку, уводя в сторону. Присев у чужой ограды, близнецы молча наблюдали, как из окна богатого особняка вылез человек, прижимая к груди свёрток, свистнул кого-то, бросил ему награбленный скарб, и сам сиганул следом. Во дворе особняка раздался лай, крики, в окнах появился свет; кто-то даже спустил стрелу с арбалета, целясь в грабителей.
- Бежим отсюда, - распорядился Фео, и оба припустили со всех ног, заворачивая на соседнюю улицу.
Они пробежали квартал или два, подальше от опасного района, когда открывшаяся в узком переулке картина задержала их ещё на какое-то время. Несколько человек методично избивали двух припозднившихся прохожих, и, судя по сдавленным хрипам, дело шло к логической развязке.
- Вот же ж... сволочи, - Фео ринулся было вперёд, но очнувшаяся Флорика удержала горячего братца, дёрнув за собой.
- Их слишком много, - уже на бегу пояснила сестра, встревоженно оборачиваясь на проулок: не хватало ещё, чтобы шайка решила устранить свидетелей.
