– Так это получается, ты остался последний? – Салли с сочувствием посмотрела на товарища.
– Получается, что так, – ответил Дармер.
Говорить на эту тему ему не хотелось. Но парень не мог не признать, что разговор прошел куда лучше, чем он предполагал. Ребята не наседали с вопросами, много не обсуждали. А Шед проявил понимание и не говорил, что узнал историю семьи Дармера раньше остальных. Он вообще во время беседы оставался необычайно молчалив. К сожалению, не один Дармер это заметил.
– А ты чего затих? – Кси легонько пихнула Шеда в бок. – Неужели сказать нечего? Как-то это на тебя не похоже.
Мечник беспомощно огляделся по сторонам, будто искал помощи, а у Дармера замерло сердце. Если Шед сейчас начнет вспоминать то злополучное утро в башне…
Хлопок открывшейся двери и последовавшие за ним шаги, возвещавшие о чьем-то приходе, еще никогда не были для мага столь желаемыми. Вошедшим оказался «друид» невысокого роста с испещренным морщинами лицом. При виде его Трим встрепенулся и вытянулся в струнку. От былой расслабленности не осталось и следа.
– Господин Нертер? – нервно проговорил он. – Очень рад вас видеть.
«Друид» смерил его колючим взглядом маленьких глаз и, ничего не ответив, прошел вперед к кровати Шеда. Стоявшая вокруг команда расступилась перед ним. От сухощавой фигуры в халате, надетом поверх формы без доспеха, исходила аура власти. Мартес еле слышно шепнул Дармеру на ухо:
– Это главный лекарь госпиталя. Мне родители о нем рассказывали.
Оказавшись перед койкой больного, местный начальник первым делом спросил сухим, как и он сам, голосом:
– Как себя чувствуете? Что-нибудь беспокоит?
– Все отлично, – жизнерадостно ответил Шед. – Чувствую себя превосходно.
– Ну да, ну да, – пробормотал лекарь, потирая редкую бороду на подбородке. – Раз так, то ступайте, отлеживаться можно и в комнате. Но советую не напрягаться в течение нескольких дней, чтобы раны зажили, как следует.
– Скажите, а когда мне можно будет вернуться к тренировкам? – спросил Шед у уже собиравшегося уйти «друида».
– Тренировкам? Каким тренировкам? – переспросил тот.
– Ну, я ведь не обычный воин, – пояснил Шедар. – Я мечник, и мне нужно ежедневно упражняться в фехтовании. Так когда можно приступить?
– Ах да, – будто что-то вспомнил Нертер, – насчет этого. Понимаете, наши лекари слишком поздно пришли на помощь. К сожалению, даже наши возможности не безграничны. Чудо одно то, что «друиды» в госпитале сохранили вам способность ходить. Боюсь, что сильные нагрузки вашему организму отныне противопоказаны – они могут свести на нет даже это достижение, а то и привести к смерти.
Судорожный вздох Ксилоты прокатился по комнате. Салли в ужасе прижала руку ко рту. Мартес застыл, лицо его вытянулось. У Дармера все внутренности сковало холодом от страшного известия. Один лишь Шед не понял, что за приговор вынес ему пожилой «друид».
– Я говорю о том, – сказал Нертер, видя непонимание на лице пациента, – что вы должны навсегда забыть о любых тяжелых тренировках и мечах. С такой травмой вы можете быть лишь обычным магом.
Вечер в общей комнате напоминал затишье перед бурей: никто не произносил ни слова, все пытались заниматься своими делами, но в воздухе витало ощутимое напряжение. Команда проявила удивительное единодушие в выборе занятия – все четверо уткнулись в книги, которые нашлись в их вещах, оставленных здесь перед практикой.
Шедар с ними не сидел. Он отлеживался в комнате, как ему предписал лекарь. Товарищи стыдились признаться даже сами себе, но они были рады отсутствию Шеда в гостиной. Каждый из них чувствовал, что в его присутствии ощущение неловкости значительно бы усилилось.
Глаза Дармера прыгали по строчкам текста, но смысл слов ускользал от него. Он был уверен, что и остальные только делают вид, что читают. Пару раз он замечал отсутствующий взгляд Кси, брошенный поверх «Истории нового времени». Мартес забывал переворачивать страницы справочника магической анатомии, а Салли вперилась в «Теорию нейтральных заклинаний» остекленевшими глазами. Дармер прекрасно знал, какие мысли обуревают его товарищей.
Каждый из них понимал, что за приговор вынес Шеду старый «друид». Варнорт не зря давал слабым магам возможность научиться управлению жизненной силой. Дармеру вспомнился Лонган, его бывший одногруппник, который, скорее всего, не пожелал осваивать это искусство, и как его с легкостью одолела еще более слабая в магии Пристина – теперь-то юноша понял, в чем ее секрет. Дармер всегда думал, что выходцам из простолюдинов никогда не стать сильными воинами. Их единственная задача на поле боя, причина, почему их обучают – быть «мясом», которое отдается на растерзание врагу, чтобы выиграть время, пока сильные маги готовятся к атаке. Но теперь он узнал, что таким воинам дается шанс стать сильнее и подняться над массой. А Шед теперь этого шанса лишен…
Надо было решать, что делать дальше. Страшный вопрос, на который ни у кого из команды не находилось ответа.
Они не могут бросить Шедара. Не потому, что им не хватит духа или смелости принять такое решение. Каждый понимал, что совершить это – значит предать товарища. Никто не был на такое способен. Но если оставить все, как есть… если идти в бой прежним составом… то Шед станет для них… На этом месте Дармер обрывал себя, чтобы даже в мыслях не проскочило предательское слово «обуза». Вот и получалось, что какое решение они не примут, оно в любом случае станет неправильным.
Хотя выбора у них и так нет. Шед никогда не захочет обременять товарищей, поэтому уйдет сам. Дармер в этом не сомневался. Вот только осознание того, что он бросил друга, даже если тот сам так решил, будет разъедать его до конца жизни. И это не говоря уже о судьбе самого Шедара. Если бывший мечник уйдет со службы и вернется домой в деревню, то беспокоиться нечего. Но Дармер не верил, что Шед так поступит. Он успел неплохо изучить товарища, чтобы с уверенностью предсказать, что тот останется в Варнорте. И тогда, в составе «мяса», смерть ему гарантирована…
– Братишка, – вдруг раздался голос над ухом.
Юноша вздрогнул и обернулся: погруженный в свои мысли он и не заметил, как к нему подошел Шедар.
– Да, – произнес Дармер внезапно охрипшим голосом и прокашлялся. – Ты что-то хотел?
– Я надумал прогуляться. Не составишь мне компанию? – голос Шеда, в отличие от товарища, был спокойным, ровным и даже немного беззаботным.
– Конечно, – ответил Дармер, поднимаясь с кресла.
– Шед, а можно мне тоже с вами пойти? – спросила Ксилота и уже собралась встать, но парень жестом руки остановил ее.
– Нет, Кси, – мягко сказал он, – останься. Я просто хотел показать братишке наш Замок. А ты его уже сто раз видела, – с этими словами Шед бесцеремонно сграбастал Дармера за плечо и потащил к двери, оставляя товарищей в недоумении и растерянности.
Оказавшись на лестничной площадке, Шед уверенно направился вверх по лестнице. Дармеру ничего не оставалось, как последовать за ним. В его голове вихрем проносились один за другим множество вопросов. То, что друг позвал его с собой не просто погулять, было ясно как день. Шед явно собирался поговорить с ним о чем-то серьезном, но о чем? И почему именно с ним? Может, он хотел вернуться к тому давнему разговору в Глабере? Хотя, почему давнему, он же только вчера произошел. Дармер поразился тому, сколько событий случилось с тех пор, что утро предыдущего дня кажется таким далеким.
Пройдя последний лестничный пролет, они вышли на плоскую крышу с зубчатым ограждением. Седьмая башня оказалась одной из самых высоких, и от открывшегося с нее вида у Дармера перехватило дух. Уже почти стемнело, и башни были окутаны светлячками окон и дверей разных цветов, будто увешаны гирляндами огней. Катверн, освещенный уличными фонарями и окнами домов, призрачно сиял сквозь кроны деревьев. Дармер вспомнил, какое впечатление на него произвел город и замок, когда он оказался здесь впервые, при свете дня, и подивился, как преобразилось это место в сумеречное время. От серости и уныния не осталось и следа. Воздух наполняло ощущение сказки и волшебства.
– Отсюда многого не разглядишь, тем более сейчас, – вторгся в сознание Дармера голос Шеда и порушил всю идиллию, – но если присмотреться, то… Вон, смотри, видишь огоньки?
Он указывал на что-то в сторону озера. Взглянув туда, Дармер и впрямь увидел несколько светящихся точек вдали от берега.
– Это Замок Воды, – с гордостью заявил Шед.
Дармер вновь напряженно вгляделся во тьму. Не без некоторых усилий он сумел разглядеть очертания небольшого острова посреди озера и строение на нем, которое, по-видимому, и было Замком Воды, но больше ничего рассмотреть не удалось. А через пару мгновений до юноши дошло.
– Ты позвал меня сюда лишь затем, чтобы показать Замок? – с неверием спросил он.
– Ну, я же тебе обещал, – широко улыбнулся Шед. – В день нашего знакомства, помнишь?
Дармер помнил. Но что же получается: товарищ вовсе не имел никакого тайного умысла и позвал его сюда не для разговора, а чтобы исполнить давнее обещание? Дармер почему-то почувствовал себя обманутым.
– У тебя нет ощущения… повтора? – неожиданно сказал Шед, закладывая руки за спину и устремляя взгляд куда-то далеко в чернеющие воды. – Помнится, недавно мы вдвоем также стояли на башне.
Дармер как можно незаметней перевел дух, благо Шед не смотрел на него. Все же он не ошибся, и разговор по душам состоится.
– Мы тогда тоже говорили, – неуклюже продолжил маг Воды. – Я хотел попросить у тебя прощения.
– За что? – удивился Дармер.
– За то, что наговорил тебе тогда, – объяснил Шедар. – Я не должен был так резко… такими словами… В общем, прости меня.
– Не извиняйся. Это я должен… – пробормотал Дармер. – Повел себя тогда… не очень, – он тоже замялся, не в силах подобрать нужных слов. – Эта тема для меня болезненная, вот и сорвался.
Парни замолчали, оборвав разговор. Друг на друга они не смотрели.
– Но я хочу, чтобы ты понял, почему я так сделал. Почему поступил в Варнорт, – голос, совершенно спокойный и ровный, в котором не было ни капли неуверенности, нарушил тишину. На сей раз Шед говорил, смотря Дармеру прямо в глаза. – Большинство тех, кто поступает в Варнорт по собственной воле, говорят, что хотят защитить свое государство, свой народ. И они говорят правду, потому что, только защищая страну, они могут защитить свою семью. Своих близких. Вот истинная причина, заставляющая магов вступать в ряды Варнорта, и причина, почему ты не желал к ним присоединяться, – им есть, кого защищать.
– Но ведь у тебя тоже никого не было, когда ты пошел в Варнорт! – запротестовал Дармер.
– Моя матушка всегда говорила, что даже если ты что-то теряешь, то потом оно все равно вернется к тебе. Нельзя быть одиноким вечно. Рано или поздно у тебя появятся те, кто тебе дорог. Поэтому я поступил в Варнорт – чтобы защитить свое будущее, – закончил Шед полушепотом.
Дармер смотрел на него со смесью неверия и восхищения. Идти на войну лишь ради будущего, до которого он может не дожить? Сам Дармер никогда не решился бы пойти на такое, о чем он и сказал Шедару. В ответ тот посмотрел на него пронизывающим взглядом.
– А скажи, братишка, если бы тебе сейчас предложили уйти из Варнорта, ты бы согласился? – голосом, требующим исключительно честного ответа, спросил Шед.
Дармер задумался. Уйти? Снова зажить прежней жизнью, без забот и мыслей о войне? То, о чем он мечтал два года? Все это время мысль об уходе из Варнорта не давала ему покоя. Но теперь Дармер даже не мог вспомнить, когда обдумывал ее в последний раз. И почему она не приносит былой радости, как раньше? Почему все внутри него кричит о неправильности такого поступка? Почему…
И тут в его памяти лавиной пронеслись воспоминания: окровавленный Шед, перебирая обрубками рук, ползет по полу. Мартес, который на пределе сил делает все возможное, чтобы сохранить ему жизнь и здоровье. Салли, отдавшая все силы на заклинание, умирает на руках Кси. Сама Кси, обессиленная, делает безнадежную попытку спасти ему, Дармеру, жизнь… И Адель, впавшая в безумие отчаяния, разгорается все сильней.
Вот, почему. Он уйдет, но они-то останутся… И однажды настанет день, когда он увидит в некрологах имена кого-то из своих друзей.
Ответ, простой и единственно возможный, появился сам собой.
– Нет.
Шед улыбнулся. Он ждал услышать этот ответ и, казалось, точно знал, о чем думал Дармер. Следующие его слова подтвердили это.
– Я уже давно не думаю о будущем. В Замке я подружился со многими магами, и, к моей радости, один из моих лучших друзей попал со мной в одну команду. Но наша команда стала для меня гораздо большим, чем просто друзья. Вы стали для меня настоящей семьей. Теми, ради кого я готов пожертвовать своей жизнью, – Шед помолчал, дав время потрясенному Дармеру переварить услышанное. – Я не жалею, что все случилось именно так, – он сжал запястье в том месте, где под синей тканью были шрамы, не оставляя сомнений, что он имеет в виду. – Это было не напрасно.
Дармер порывался было что-то сказать, но Шедар поднял руку и покачал головой, как будто точно знал, о чем тот хотел говорить.
– Я больше не могу защищать наших друзей. Не спорь, – снова заставил он замолчать Дармера, – ты знаешь, что это правда. Я слишком слабый маг, и теперь от меня нет никакого толку. Но ты – другое дело. Ты сильный, намного сильнее меня, и эту силу не способно отобрать какое-то ранение. Ты получил ее по праву рождения, и она останется с тобой до конца жизни.
– Не преувеличивай, – возразил Дармер. – Кси меня постоянно побеждает, да и Салли как минимум не слабее.
Шед помолчал, должно быть, обдумывая сказанное.
– Наши друзья сильны и во многом превосходят нас, – сказал он, наконец. – Они могут и сами постоять за себя. Но сила заключается не только в умениях и навыках. Салли… немного наивна и думает, что знает все о войне. Но это не так, и однажды она это поймет. Мартес… он не очень общительный, и ему сложнее всех стать частью команды. А у Кси сложный и тяжелый характер, ей трудно находить общий язык с другими. Мы с ней тоже не с первого дня знакомства поладили, но в отличие от остальных, я не прекратил общаться с Кси. В итоге мы стали лучшими друзьями. Кси из тех, с кем возможна настоящая дружба, – Шед улыбнулся каким-то своим мыслям или воспоминаниям. – А еще они не знают, каково терять близких. Если это впервые для них произойдет в бою, они станут совершенно беспомощны перед врагом. Боль отнимет у них силы и желание сопротивляться, – жестко закончил он.
Дармер молчал. Вспоминая то страшное время, когда ему не хотелось ничего, даже жить, он не мог не признать правоту Шедара.
– Ты поможешь им? Поможешь справиться с болью? Станешь защищать их?
Шед выжидающе смотрел на него с требовательностью во взгляде. Дармер кивнул и улыбнулся – впервые за весь день.
– Да.
– Обещаешь?
– Да.
Шедар вдруг подался вперед, и Дармер ощутил, как его сжимают в медвежьих объятиях.
– Спасибо, – еле слышно прошептал товарищ и отпустил его. – И еще, – вдруг добавил он, – позаботься о той девчонке, Адель, ей сейчас тоже нужна поддержка. Хотя, наверное, напоминать тебе об этом было лишним, – и Шед с усмешкой многозначительно посмотрел на Дармера.
– Получается, что так, – ответил Дармер.
Говорить на эту тему ему не хотелось. Но парень не мог не признать, что разговор прошел куда лучше, чем он предполагал. Ребята не наседали с вопросами, много не обсуждали. А Шед проявил понимание и не говорил, что узнал историю семьи Дармера раньше остальных. Он вообще во время беседы оставался необычайно молчалив. К сожалению, не один Дармер это заметил.
– А ты чего затих? – Кси легонько пихнула Шеда в бок. – Неужели сказать нечего? Как-то это на тебя не похоже.
Мечник беспомощно огляделся по сторонам, будто искал помощи, а у Дармера замерло сердце. Если Шед сейчас начнет вспоминать то злополучное утро в башне…
Хлопок открывшейся двери и последовавшие за ним шаги, возвещавшие о чьем-то приходе, еще никогда не были для мага столь желаемыми. Вошедшим оказался «друид» невысокого роста с испещренным морщинами лицом. При виде его Трим встрепенулся и вытянулся в струнку. От былой расслабленности не осталось и следа.
– Господин Нертер? – нервно проговорил он. – Очень рад вас видеть.
«Друид» смерил его колючим взглядом маленьких глаз и, ничего не ответив, прошел вперед к кровати Шеда. Стоявшая вокруг команда расступилась перед ним. От сухощавой фигуры в халате, надетом поверх формы без доспеха, исходила аура власти. Мартес еле слышно шепнул Дармеру на ухо:
– Это главный лекарь госпиталя. Мне родители о нем рассказывали.
Оказавшись перед койкой больного, местный начальник первым делом спросил сухим, как и он сам, голосом:
– Как себя чувствуете? Что-нибудь беспокоит?
– Все отлично, – жизнерадостно ответил Шед. – Чувствую себя превосходно.
– Ну да, ну да, – пробормотал лекарь, потирая редкую бороду на подбородке. – Раз так, то ступайте, отлеживаться можно и в комнате. Но советую не напрягаться в течение нескольких дней, чтобы раны зажили, как следует.
– Скажите, а когда мне можно будет вернуться к тренировкам? – спросил Шед у уже собиравшегося уйти «друида».
– Тренировкам? Каким тренировкам? – переспросил тот.
– Ну, я ведь не обычный воин, – пояснил Шедар. – Я мечник, и мне нужно ежедневно упражняться в фехтовании. Так когда можно приступить?
– Ах да, – будто что-то вспомнил Нертер, – насчет этого. Понимаете, наши лекари слишком поздно пришли на помощь. К сожалению, даже наши возможности не безграничны. Чудо одно то, что «друиды» в госпитале сохранили вам способность ходить. Боюсь, что сильные нагрузки вашему организму отныне противопоказаны – они могут свести на нет даже это достижение, а то и привести к смерти.
Судорожный вздох Ксилоты прокатился по комнате. Салли в ужасе прижала руку ко рту. Мартес застыл, лицо его вытянулось. У Дармера все внутренности сковало холодом от страшного известия. Один лишь Шед не понял, что за приговор вынес ему пожилой «друид».
– Я говорю о том, – сказал Нертер, видя непонимание на лице пациента, – что вы должны навсегда забыть о любых тяжелых тренировках и мечах. С такой травмой вы можете быть лишь обычным магом.
Глава 15 - Седьмая башня
Вечер в общей комнате напоминал затишье перед бурей: никто не произносил ни слова, все пытались заниматься своими делами, но в воздухе витало ощутимое напряжение. Команда проявила удивительное единодушие в выборе занятия – все четверо уткнулись в книги, которые нашлись в их вещах, оставленных здесь перед практикой.
Шедар с ними не сидел. Он отлеживался в комнате, как ему предписал лекарь. Товарищи стыдились признаться даже сами себе, но они были рады отсутствию Шеда в гостиной. Каждый из них чувствовал, что в его присутствии ощущение неловкости значительно бы усилилось.
Глаза Дармера прыгали по строчкам текста, но смысл слов ускользал от него. Он был уверен, что и остальные только делают вид, что читают. Пару раз он замечал отсутствующий взгляд Кси, брошенный поверх «Истории нового времени». Мартес забывал переворачивать страницы справочника магической анатомии, а Салли вперилась в «Теорию нейтральных заклинаний» остекленевшими глазами. Дармер прекрасно знал, какие мысли обуревают его товарищей.
Каждый из них понимал, что за приговор вынес Шеду старый «друид». Варнорт не зря давал слабым магам возможность научиться управлению жизненной силой. Дармеру вспомнился Лонган, его бывший одногруппник, который, скорее всего, не пожелал осваивать это искусство, и как его с легкостью одолела еще более слабая в магии Пристина – теперь-то юноша понял, в чем ее секрет. Дармер всегда думал, что выходцам из простолюдинов никогда не стать сильными воинами. Их единственная задача на поле боя, причина, почему их обучают – быть «мясом», которое отдается на растерзание врагу, чтобы выиграть время, пока сильные маги готовятся к атаке. Но теперь он узнал, что таким воинам дается шанс стать сильнее и подняться над массой. А Шед теперь этого шанса лишен…
Надо было решать, что делать дальше. Страшный вопрос, на который ни у кого из команды не находилось ответа.
Они не могут бросить Шедара. Не потому, что им не хватит духа или смелости принять такое решение. Каждый понимал, что совершить это – значит предать товарища. Никто не был на такое способен. Но если оставить все, как есть… если идти в бой прежним составом… то Шед станет для них… На этом месте Дармер обрывал себя, чтобы даже в мыслях не проскочило предательское слово «обуза». Вот и получалось, что какое решение они не примут, оно в любом случае станет неправильным.
Хотя выбора у них и так нет. Шед никогда не захочет обременять товарищей, поэтому уйдет сам. Дармер в этом не сомневался. Вот только осознание того, что он бросил друга, даже если тот сам так решил, будет разъедать его до конца жизни. И это не говоря уже о судьбе самого Шедара. Если бывший мечник уйдет со службы и вернется домой в деревню, то беспокоиться нечего. Но Дармер не верил, что Шед так поступит. Он успел неплохо изучить товарища, чтобы с уверенностью предсказать, что тот останется в Варнорте. И тогда, в составе «мяса», смерть ему гарантирована…
– Братишка, – вдруг раздался голос над ухом.
Юноша вздрогнул и обернулся: погруженный в свои мысли он и не заметил, как к нему подошел Шедар.
– Да, – произнес Дармер внезапно охрипшим голосом и прокашлялся. – Ты что-то хотел?
– Я надумал прогуляться. Не составишь мне компанию? – голос Шеда, в отличие от товарища, был спокойным, ровным и даже немного беззаботным.
– Конечно, – ответил Дармер, поднимаясь с кресла.
– Шед, а можно мне тоже с вами пойти? – спросила Ксилота и уже собралась встать, но парень жестом руки остановил ее.
– Нет, Кси, – мягко сказал он, – останься. Я просто хотел показать братишке наш Замок. А ты его уже сто раз видела, – с этими словами Шед бесцеремонно сграбастал Дармера за плечо и потащил к двери, оставляя товарищей в недоумении и растерянности.
Оказавшись на лестничной площадке, Шед уверенно направился вверх по лестнице. Дармеру ничего не оставалось, как последовать за ним. В его голове вихрем проносились один за другим множество вопросов. То, что друг позвал его с собой не просто погулять, было ясно как день. Шед явно собирался поговорить с ним о чем-то серьезном, но о чем? И почему именно с ним? Может, он хотел вернуться к тому давнему разговору в Глабере? Хотя, почему давнему, он же только вчера произошел. Дармер поразился тому, сколько событий случилось с тех пор, что утро предыдущего дня кажется таким далеким.
Пройдя последний лестничный пролет, они вышли на плоскую крышу с зубчатым ограждением. Седьмая башня оказалась одной из самых высоких, и от открывшегося с нее вида у Дармера перехватило дух. Уже почти стемнело, и башни были окутаны светлячками окон и дверей разных цветов, будто увешаны гирляндами огней. Катверн, освещенный уличными фонарями и окнами домов, призрачно сиял сквозь кроны деревьев. Дармер вспомнил, какое впечатление на него произвел город и замок, когда он оказался здесь впервые, при свете дня, и подивился, как преобразилось это место в сумеречное время. От серости и уныния не осталось и следа. Воздух наполняло ощущение сказки и волшебства.
– Отсюда многого не разглядишь, тем более сейчас, – вторгся в сознание Дармера голос Шеда и порушил всю идиллию, – но если присмотреться, то… Вон, смотри, видишь огоньки?
Он указывал на что-то в сторону озера. Взглянув туда, Дармер и впрямь увидел несколько светящихся точек вдали от берега.
– Это Замок Воды, – с гордостью заявил Шед.
Дармер вновь напряженно вгляделся во тьму. Не без некоторых усилий он сумел разглядеть очертания небольшого острова посреди озера и строение на нем, которое, по-видимому, и было Замком Воды, но больше ничего рассмотреть не удалось. А через пару мгновений до юноши дошло.
– Ты позвал меня сюда лишь затем, чтобы показать Замок? – с неверием спросил он.
– Ну, я же тебе обещал, – широко улыбнулся Шед. – В день нашего знакомства, помнишь?
Дармер помнил. Но что же получается: товарищ вовсе не имел никакого тайного умысла и позвал его сюда не для разговора, а чтобы исполнить давнее обещание? Дармер почему-то почувствовал себя обманутым.
– У тебя нет ощущения… повтора? – неожиданно сказал Шед, закладывая руки за спину и устремляя взгляд куда-то далеко в чернеющие воды. – Помнится, недавно мы вдвоем также стояли на башне.
Дармер как можно незаметней перевел дух, благо Шед не смотрел на него. Все же он не ошибся, и разговор по душам состоится.
– Мы тогда тоже говорили, – неуклюже продолжил маг Воды. – Я хотел попросить у тебя прощения.
– За что? – удивился Дармер.
– За то, что наговорил тебе тогда, – объяснил Шедар. – Я не должен был так резко… такими словами… В общем, прости меня.
– Не извиняйся. Это я должен… – пробормотал Дармер. – Повел себя тогда… не очень, – он тоже замялся, не в силах подобрать нужных слов. – Эта тема для меня болезненная, вот и сорвался.
Парни замолчали, оборвав разговор. Друг на друга они не смотрели.
– Но я хочу, чтобы ты понял, почему я так сделал. Почему поступил в Варнорт, – голос, совершенно спокойный и ровный, в котором не было ни капли неуверенности, нарушил тишину. На сей раз Шед говорил, смотря Дармеру прямо в глаза. – Большинство тех, кто поступает в Варнорт по собственной воле, говорят, что хотят защитить свое государство, свой народ. И они говорят правду, потому что, только защищая страну, они могут защитить свою семью. Своих близких. Вот истинная причина, заставляющая магов вступать в ряды Варнорта, и причина, почему ты не желал к ним присоединяться, – им есть, кого защищать.
– Но ведь у тебя тоже никого не было, когда ты пошел в Варнорт! – запротестовал Дармер.
– Моя матушка всегда говорила, что даже если ты что-то теряешь, то потом оно все равно вернется к тебе. Нельзя быть одиноким вечно. Рано или поздно у тебя появятся те, кто тебе дорог. Поэтому я поступил в Варнорт – чтобы защитить свое будущее, – закончил Шед полушепотом.
Дармер смотрел на него со смесью неверия и восхищения. Идти на войну лишь ради будущего, до которого он может не дожить? Сам Дармер никогда не решился бы пойти на такое, о чем он и сказал Шедару. В ответ тот посмотрел на него пронизывающим взглядом.
– А скажи, братишка, если бы тебе сейчас предложили уйти из Варнорта, ты бы согласился? – голосом, требующим исключительно честного ответа, спросил Шед.
Дармер задумался. Уйти? Снова зажить прежней жизнью, без забот и мыслей о войне? То, о чем он мечтал два года? Все это время мысль об уходе из Варнорта не давала ему покоя. Но теперь Дармер даже не мог вспомнить, когда обдумывал ее в последний раз. И почему она не приносит былой радости, как раньше? Почему все внутри него кричит о неправильности такого поступка? Почему…
И тут в его памяти лавиной пронеслись воспоминания: окровавленный Шед, перебирая обрубками рук, ползет по полу. Мартес, который на пределе сил делает все возможное, чтобы сохранить ему жизнь и здоровье. Салли, отдавшая все силы на заклинание, умирает на руках Кси. Сама Кси, обессиленная, делает безнадежную попытку спасти ему, Дармеру, жизнь… И Адель, впавшая в безумие отчаяния, разгорается все сильней.
Вот, почему. Он уйдет, но они-то останутся… И однажды настанет день, когда он увидит в некрологах имена кого-то из своих друзей.
Ответ, простой и единственно возможный, появился сам собой.
– Нет.
Шед улыбнулся. Он ждал услышать этот ответ и, казалось, точно знал, о чем думал Дармер. Следующие его слова подтвердили это.
– Я уже давно не думаю о будущем. В Замке я подружился со многими магами, и, к моей радости, один из моих лучших друзей попал со мной в одну команду. Но наша команда стала для меня гораздо большим, чем просто друзья. Вы стали для меня настоящей семьей. Теми, ради кого я готов пожертвовать своей жизнью, – Шед помолчал, дав время потрясенному Дармеру переварить услышанное. – Я не жалею, что все случилось именно так, – он сжал запястье в том месте, где под синей тканью были шрамы, не оставляя сомнений, что он имеет в виду. – Это было не напрасно.
Дармер порывался было что-то сказать, но Шедар поднял руку и покачал головой, как будто точно знал, о чем тот хотел говорить.
– Я больше не могу защищать наших друзей. Не спорь, – снова заставил он замолчать Дармера, – ты знаешь, что это правда. Я слишком слабый маг, и теперь от меня нет никакого толку. Но ты – другое дело. Ты сильный, намного сильнее меня, и эту силу не способно отобрать какое-то ранение. Ты получил ее по праву рождения, и она останется с тобой до конца жизни.
– Не преувеличивай, – возразил Дармер. – Кси меня постоянно побеждает, да и Салли как минимум не слабее.
Шед помолчал, должно быть, обдумывая сказанное.
– Наши друзья сильны и во многом превосходят нас, – сказал он, наконец. – Они могут и сами постоять за себя. Но сила заключается не только в умениях и навыках. Салли… немного наивна и думает, что знает все о войне. Но это не так, и однажды она это поймет. Мартес… он не очень общительный, и ему сложнее всех стать частью команды. А у Кси сложный и тяжелый характер, ей трудно находить общий язык с другими. Мы с ней тоже не с первого дня знакомства поладили, но в отличие от остальных, я не прекратил общаться с Кси. В итоге мы стали лучшими друзьями. Кси из тех, с кем возможна настоящая дружба, – Шед улыбнулся каким-то своим мыслям или воспоминаниям. – А еще они не знают, каково терять близких. Если это впервые для них произойдет в бою, они станут совершенно беспомощны перед врагом. Боль отнимет у них силы и желание сопротивляться, – жестко закончил он.
Дармер молчал. Вспоминая то страшное время, когда ему не хотелось ничего, даже жить, он не мог не признать правоту Шедара.
– Ты поможешь им? Поможешь справиться с болью? Станешь защищать их?
Шед выжидающе смотрел на него с требовательностью во взгляде. Дармер кивнул и улыбнулся – впервые за весь день.
– Да.
– Обещаешь?
– Да.
Шедар вдруг подался вперед, и Дармер ощутил, как его сжимают в медвежьих объятиях.
– Спасибо, – еле слышно прошептал товарищ и отпустил его. – И еще, – вдруг добавил он, – позаботься о той девчонке, Адель, ей сейчас тоже нужна поддержка. Хотя, наверное, напоминать тебе об этом было лишним, – и Шед с усмешкой многозначительно посмотрел на Дармера.
