Ведь Командор всегда страшно мстил за любого из них, настолько страшно, что впору содрогнуться. Девушка с новой точки зрения осматривала знакомые до боли места и во многом разочаровалась. Детские впечатления потускнели, после виденных в мирах Аарн Сарт чудес все, что казалось привлекательным дома, при ближайшем рассмотрении перестало быть таковым. Улицы теперь казались узкими и серыми, дома убогими.
Вот и «Три стакана»! Лана, радостно улыбаясь, зашла в кафе, где ее ожидала толпа одноклассников. Многие из них не поверили рассказу Карины — слишком уж невероятной оказалась новость. Лана, самая тихая и незаметная в их классе, на которую почти никто не обращал внимания, тихо плачущая в уголке от малейшей обиды — аарн? Такого случиться просто не могло. Но сейчас девушка предстала перед ними во всем великолепии парадной формы ордена с пылающей на плече черно-багровой когтистой лапой.
Она стояла перед изумленными одноклассниками, гордо приподняв подбородок, черно-серебристая, виденная большинством только по инфору форма переливалась, символ ордена живым огнем горел на плече. Нечеловеческий глаз, казалось, ожег адским пламенем всех смотревших на него. Лана по очереди окинула взглядом всех собравшихся в кафе и поморщилась — сбоку, у стенки, стоял-таки, пожирая ее глазами, жующий что-то Рас.
Увидев презрение на лице девушки, парень досадливо скривил губы и отвернулся с независимым видом. Ему было очень горько и обидно — думал, что за два года любовь прошла, ан, нет... Только увидел ее, и снова все вернулось. Но Ланка по-прежнему на дух не переносит его, вот даже Карине специально сказала, чтобы Раса сюда не приглашали. А он сам себя пригласил! Но теперь к Лане и не подступись — аарн. Рас молча смотрел, как она здоровалась с кем-то, смеялась, что-то рассказывала, избегая при этом смотреть в его сторону. Чем он хуже других? Чем?! Хорошо, он тогда, не зная, как к ней подступиться, постоянно подкалывал девушку, шутил над ней. Но что, трудно было понять, почему? Да и простить за два года можно. Рас снова скривил губы и быстро вышел из кафе, хлопнув дверью. Слезы обиды жгли глаза.
— Молодой человек, — услышал парень, пройдя метров триста. — Вам придется пройти с нами. СБ.
Перед глазами изумленного и перепуганного Раса быстро мелькнула карточка удостоверения. Страх ледяной волной сжал его сердце и только тут он увидел эсбешников. Двое молодых, неприметных мужчин в одинаковых мешковатых, серых костюмах.
— За что? Я ничего не сделал! — попытался отговориться Рас.
— Вам ничего не будет, — устало пояснил один из эсбешников. — Вам только зададут несколько вопросов по поводу кое-кого из ваших знакомых.
Понимая, что спорить смысла не имеет, парень позволил отвести себя к большому грузовому фургону, оказавшемуся на самом деле наблюдательным пунктом эсбешников. Его усадили на неудобный стул напротив седоватого мужчины с волчьими глазами.
— Имя?! — гаркнул седой.
— Рас... Рас Тонго.
— Какие отношения связывают вас с Ланой Дармиго?
Так это Ланой интересуются эти сволочи? Все сразу встало на свои места, и парень внутренне успокоился, продолжая сохранять перепуганный вид. За ним самим ничего не было — хулиганство, мелкое воровство, а это могло заинтересовать разве что полицию, но никак не СБ. Обида на девушку мгновенно прошла, прошла в тот момент, когда Рас понял, что ей угрожает опасность. Он ведь любил ее всей душой, давно уже любил и обязан был помочь.
— Да мы просто одноклассники... — заныл парень. — Мы ссорились тогда. А счас я услыхал, что она в ордене, не поверил и пришел поглядеть сам. Так она, зараза, со мной даже поздороваться не захотела!
Седоватый перевел взгляд еще на одного эсбешника и тот в подтверждение кивнул головой, получив, видимо, информацию о происшедшем в кафе от кого-то из своих агентов.
— Хорошо, что вы правдивы, молодой человек, — снова повернулся к Расу седой.
Парня выспрашивали еще около часа, вызнавая мельчайшие подробности поведения Ланы в различных ситуациях. А в его голове билась одна мысль: как предупредить девушку о том, что ею заинтересовалась СБ? Эти сволочи крайне опасны, и интерес к любимой этой жутковатой организации перевесил личную обиду. Расу доводилось в свое время бывать на допросах, и он прекрасно знал, как следует себя вести. Парень старательно отвечал на каждый вопрос, демонстрируя при этом крайнюю тупость. Как ни странно, этот простейший метод сработал и здесь. Эсбешникам надоело возиться с придурком, и вскоре Раса отпустили, взяв на прощание подписку о неразглашении.
Отойдя несколько кварталов от проклятого фургона, Рас купил шоколадку и поймал на улице девочку лет десяти. Сунув испугавшемуся было ребенку шоколадку, попросил отнести в кафе «Три стакана» записку. Увы, предупреждение запоздало. Лана успела уйти домой. Девочка отдала записку кому-то из ее одноклассников и, сочтя шоколадку отработанной, с чистым сердцем убежала по своим делам.
-----
Лана возвращалась домой в отличном настроении — встреча удалась на славу, все знакомые, раньше не обращавшие на нее никакого внимания, теперь слушали девушку, открыв рты. Вечером они с Кариной договорились пойти на недавно открывшуюся в городе модную дискотеку. А завтра вообще можно смотаться по гиперпорталу в столицу, посмотреть грандиозный луна-парк. Да сколько еще всего интересного есть на родной планете, а она не видела из этого и сотой доли. Теперь есть возможность посмотреть все!
Подойдя к дому, Лана с некоторым удивлением посмотрела на стоящие по всей улице огромные крытые грузовики с антеннами на крышах. Она не могла понять, что им здесь могло понадобиться, но только пожала плечами и решительно направилась к крыльцу. Дверь ей открыл отец, и Лана удивилась. Господин прокурор был не похож на самого себя — весь белый, губы трясутся, глаза бегают. Вид отца поразил девушку.
— Папа! — вырвалось у нее. — Что случилось?!
— Нет, нет, ничего... — поспешил заверить ее господин Дармиго и посторонился. — Проходи.
— Но у тебя такой вид...
— Сердце прихватило.
— Врача вызывали? — встревожилась Лана.
— Уже все в порядке, — отмахнулся он.
Девушка, ничего не понимая, пожала плечами и вошла. Какие-то люди сидели вокруг стола в гостиной, но она не обратила на них внимания, приняв за отцовских коллег, которые довольно часто наведывались к господину прокурору. Лана не знала, что как только она скрылась за дверью, грузовики окружили дом и направили свои антенны на него. Вокруг медленно сформировалось голубоватое свечение, вверх поплыли маленькие, пронизанные разрядами облачка. Через несколько секунд изолирующее гиперполе накрыло дом прокурора Дармиго.
— Опасность!!! — внезапно загремел внутри черепа Ланы механический голос, и то же слово высветилось перед ее внутренним зрением. — Повторяю: опасность! Ситуация критическая!
Изумленная девушка остановилась посреди комнаты. Только через несколько мгновений она смогла вспомнить о вживленном в мозг аварийном чипе, который включался биокомпом только в самом крайнем случае и имел, в отличие от обычного оборудования ордена, внутренний независимый источник питания. Все остальное питалось через гиперканалы прямо с энергостанций Аарн Сарт. Этот же чип обеспечивал и функцию «Последнего Дара».
— Что случилось? — мысленно спросила она.
— Только что кто-то перекрыл гиперканалы на всех известных частотах. Из-за отсутствия энергии не могут быть активированы ни защита, ни гологипертерминал. Срочно покиньте изолированную территорию! Повторяю, срочно!
Лана послушно повернулась и бросилась к дверям. Увы, поздно — на ее пути возникло трое крепких молодых мужчин в серых костюмах и, после недолгой борьбы, девушка была схвачена. Ее небольшой плазмер отобрали и положили перед двумя немолодыми, но подтянутыми людьми, сидевшими за столом в гостиной. Саму Лану тоже подвели к ним и усадили на стул напротив. Двое оперативников положили ей руки на плечи, придерживая на месте. Ужас и непонимание бились в каждой клеточке тела Ланы — кто-то схватил ее в родном доме?! Да что же это?! Отец ее предал?
— Папа... — повернула девушка голову к мгновенно постаревшему господину Дармиго, с несчастным видом стоявшему у двери.
— Это СБ... — потерянно пробормотал он. — Они хотят всего лишь поговорить с тобой...
— Ваш отец совершенно прав, мадемуазель Дармиго, — обратился к ней тот из эсбешников, что помоложе. — Ответьте на наши вопросы, и все закончится без ущерба для вас.
Он лениво зевнул, насмешливо посматривая на перепуганную девушку. Худое, узкое лицо, короткая стрижка, седина на висках, безжалостные глаза — все говорило о том, что перед ней сидел профессиональный безопасник, зверь-убийца, нелюдь без чести и совести. Такой никого и никогда не пожалеет, никому не посочувствует — в таком давно нет ничего человеческого. Лана почти мгновенно поняла это, и ей стало еще страшнее. Но как они смогли перекрыть все до единого гиперканалы?! Это ведь невозможно! В этот момент она вспомнила стоявшие у дома громадные грузовики с антеннами и поняла, что эсбешники давно готовили эту ловушку. Не для нее лично, для любого аарн, просто попалась именно она. Лана снова обратилась к биокомпу, пытаясь выяснить хоть что-нибудь.
— Сканирую все диапазоны, — ответил тот. — Если мне удастся найти хоть малейший просвет в экранирующем поле, я отправлю сигнал бедствия. Помощь придет быстро.
— Господин прокурор, — донесся до слуха девушки голос эсбешника. — Подождите у себя в комнате.
— Но... — попытался возразить отец.
— Идите!
Господин Дармиго сгорбился и покорно поковылял по лестнице наверх, к спальням.
— Проследите, чтобы господин прокурор не мешал нашему разговору, — приказал эсбешник двоим из своих людей, и те, кивнув, пошли за отцом Ланы.
— Ну, и чего вы от меня хотите? — мрачно спросила девушка через некоторое время. Она попыталась было встать, но придерживавшие ее за плечи оперативники не позволили.
Лана сумела несколько успокоиться и загнать свой ужас поглубже. Отчаянным усилием воли она подняла психощиты и заставила себя казаться бесстрастной. Лицо омертвело, глаза стали пустыми, как будто ледяная маска выросла на коже — именно потому девушка ненавидела находиться где-либо с поднятыми щитами. Но сейчас это необходимо.
За два года счастливой жизни Лана родилась заново и во многом изменилась. В ней появились решительность и сила воли, которых напрочь не было раньше. И девушка решила держаться до конца, пока сможет. Она — аарн! Орден отомстит, что бы эти сволочи с ней ни сделали. Это им даром не пройдет! Лана спокойно обдумала свое поведение и снова взглянула мертвыми глазами на эсбешника, продолжавшего все с той же насмешкой смотреть на нее. Затем до слуха девушки донесся его голос:
— Сущие пустяки, мадемуазель Дармиго, сущие пустяки.
— И как прикажете вас называть, господин хороший? — с холодным презрением осведомилась Лана.
— Просто полковником, этого достаточно.
— Ну, так спрашивайте, господин полковник. Только учтите одно — за такие методы Командор с вас всех шкуры спустит.
— Ах, какие мы грозные, — переглянулся он с сидящим рядом мужчиной постарше. — Но это уже не ваши заботы.
Лана исподлобья смотрела на него, вся внутренне дрожа от нарастающего ужаса, не получалось у нее быть бесстрастной, никак не получалось. Она же не проходила спецподготовки, она же не боевой офицер! На память приходили известные слухи о деятельности СБ, и слухи эти никогда хорошими не были. Девушка все время повторяла себе, что она аарн, что орден своих в беде никогда не бросает, но это не очень-то помогало. Страх не уходил, ей казалось, что она попала в кошмар. Да нет, за ней стоит вся невероятная мощь ордена, эти твари не осмелятся ничего сделать. Увы, эти уговоры не помогали успокоиться.
— Итак, мадемуазель Дармиго, — негромко сказал полковник. — Теперь наши вопросы, и советую вам отвечать правдиво, вам же лучше будет. Перечислите известные вам планеты скопления Аарн Сарт и их координаты. А также главные боевые станции ордена на подходах к скоплению, мы знаем, что вам доводилось бывать на многих из них.
Что?! Ничего себе запросы! Лана вздрогнула от такой несусветной наглости и от возмущения даже забыла про страх — эта сволочь требует от нее прямого предательства? Он хочет, чтобы она предала всех, кого любила, и кто любил ее? Да, вот уж съездила маму проведать... Только сейчас девушка до конца поняла, почему в ордене не слишком любят выезжать во внешний мир. После всеобщей доброжелательности окунаться в такое вот дерьмо? Мало приятного.
Но пусть этот полковник не надеется, что она что-нибудь ему скажет. Да и не знала Лана почти ничего из того, что их интересовало. Неужели эти идиоты не понимают?! Она же только архитектор-стажер, а не военный в каком-либо чине. Да, девушке приходилось бывать на трех боевых станциях Защитного Круга, когда она моталась с планеты на планету в поисках учителя. Но откуда ей знать их координаты?! Но даже то, что знала, Лана не собиралась сообщать этим подонкам. Решив давить на линию незнания, она сказала полковнику, что не имеет понятия ни о каких координатах.
— Рассказывайте, что знаете, — равнодушно отозвался он.
— Нет, — покачала головой Лана. — Ничего я вам не скажу. Мне наплевать и на вас, и на ваши вопросы. Скоро вы очень дорого заплатите за все это, орден таких оскорблений не прощает. И вы об этом знаете!
— Да ну? — насмешливо осклабился полковник. — Только ведь это все потом, а вы можете сильно пострадать сейчас. И вы мне расскажете все, что знаете, и расскажете сейчас. Я уверяю вас, расскажете.
— Давайте, применяйте свои препараты, — брезгливо поджала губы девушка. — Посмотрим, что у вас получится.
— Зачем же препараты?.. — протянул он гнусным тоном. — Мы ведь не идиоты и прекрасно знаем, что на аарн психотропики не действуют. Есть другие и не менее действенные способы.
Полковник махнул рукой. Кто-то из его сотрудников подкатил к девушке стеклянный столик, покрытый белой простыней. Ухмыляющийся эсбешник встал, подошел и сдернул эту простыню. Лана обмерла, у нее перехватило дыхание — на столике разложили блестящие металлические приспособления. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться об их предназначении. Девушку начала бить дрожь — этот зверь собрался ее пытать? Как же это? Ведь не в дикие времена они живут? Не может такого быть! Отчаяние медленно поднималось со дна души. Лана прекрасно понимала, что не вынесет пыток и предаст все, что для нее свято. А как потом жить с осознанием этого? Как?! Как смотреть в глаза братьям и сестрам по ордену?
— Вы подумайте, мадемуазель Дармиго, — продолжал издеваться полковник, поглаживая пальцами какую-то блестящую штуковину. — Хорошо подумайте. Лучше скажите мне все сами, а то ведь... А то ведь я возьму вот это, зажму сюда ваш пальчик или, скажем, сосочек. Вам будет очень больно...
— Я все равно ничего вам не скажу... — дребезжащим от страха голосом ответила девушка, ее щиты рушились на глазах, и ничего поделать с этим она не могла.
— И что это вы у нас такая несговорчивая? — в притворном изумлении приподнял брови эсбешник.
Затем он взял со столика довольно толстый, покрытый шипами стержень и покрутил его перед самым носом трясущейся от страха Ланы, окончательно потерявшей свои слабые психощиты.
Вот и «Три стакана»! Лана, радостно улыбаясь, зашла в кафе, где ее ожидала толпа одноклассников. Многие из них не поверили рассказу Карины — слишком уж невероятной оказалась новость. Лана, самая тихая и незаметная в их классе, на которую почти никто не обращал внимания, тихо плачущая в уголке от малейшей обиды — аарн? Такого случиться просто не могло. Но сейчас девушка предстала перед ними во всем великолепии парадной формы ордена с пылающей на плече черно-багровой когтистой лапой.
Она стояла перед изумленными одноклассниками, гордо приподняв подбородок, черно-серебристая, виденная большинством только по инфору форма переливалась, символ ордена живым огнем горел на плече. Нечеловеческий глаз, казалось, ожег адским пламенем всех смотревших на него. Лана по очереди окинула взглядом всех собравшихся в кафе и поморщилась — сбоку, у стенки, стоял-таки, пожирая ее глазами, жующий что-то Рас.
Увидев презрение на лице девушки, парень досадливо скривил губы и отвернулся с независимым видом. Ему было очень горько и обидно — думал, что за два года любовь прошла, ан, нет... Только увидел ее, и снова все вернулось. Но Ланка по-прежнему на дух не переносит его, вот даже Карине специально сказала, чтобы Раса сюда не приглашали. А он сам себя пригласил! Но теперь к Лане и не подступись — аарн. Рас молча смотрел, как она здоровалась с кем-то, смеялась, что-то рассказывала, избегая при этом смотреть в его сторону. Чем он хуже других? Чем?! Хорошо, он тогда, не зная, как к ней подступиться, постоянно подкалывал девушку, шутил над ней. Но что, трудно было понять, почему? Да и простить за два года можно. Рас снова скривил губы и быстро вышел из кафе, хлопнув дверью. Слезы обиды жгли глаза.
— Молодой человек, — услышал парень, пройдя метров триста. — Вам придется пройти с нами. СБ.
Перед глазами изумленного и перепуганного Раса быстро мелькнула карточка удостоверения. Страх ледяной волной сжал его сердце и только тут он увидел эсбешников. Двое молодых, неприметных мужчин в одинаковых мешковатых, серых костюмах.
— За что? Я ничего не сделал! — попытался отговориться Рас.
— Вам ничего не будет, — устало пояснил один из эсбешников. — Вам только зададут несколько вопросов по поводу кое-кого из ваших знакомых.
Понимая, что спорить смысла не имеет, парень позволил отвести себя к большому грузовому фургону, оказавшемуся на самом деле наблюдательным пунктом эсбешников. Его усадили на неудобный стул напротив седоватого мужчины с волчьими глазами.
— Имя?! — гаркнул седой.
— Рас... Рас Тонго.
— Какие отношения связывают вас с Ланой Дармиго?
Так это Ланой интересуются эти сволочи? Все сразу встало на свои места, и парень внутренне успокоился, продолжая сохранять перепуганный вид. За ним самим ничего не было — хулиганство, мелкое воровство, а это могло заинтересовать разве что полицию, но никак не СБ. Обида на девушку мгновенно прошла, прошла в тот момент, когда Рас понял, что ей угрожает опасность. Он ведь любил ее всей душой, давно уже любил и обязан был помочь.
— Да мы просто одноклассники... — заныл парень. — Мы ссорились тогда. А счас я услыхал, что она в ордене, не поверил и пришел поглядеть сам. Так она, зараза, со мной даже поздороваться не захотела!
Седоватый перевел взгляд еще на одного эсбешника и тот в подтверждение кивнул головой, получив, видимо, информацию о происшедшем в кафе от кого-то из своих агентов.
— Хорошо, что вы правдивы, молодой человек, — снова повернулся к Расу седой.
Парня выспрашивали еще около часа, вызнавая мельчайшие подробности поведения Ланы в различных ситуациях. А в его голове билась одна мысль: как предупредить девушку о том, что ею заинтересовалась СБ? Эти сволочи крайне опасны, и интерес к любимой этой жутковатой организации перевесил личную обиду. Расу доводилось в свое время бывать на допросах, и он прекрасно знал, как следует себя вести. Парень старательно отвечал на каждый вопрос, демонстрируя при этом крайнюю тупость. Как ни странно, этот простейший метод сработал и здесь. Эсбешникам надоело возиться с придурком, и вскоре Раса отпустили, взяв на прощание подписку о неразглашении.
Отойдя несколько кварталов от проклятого фургона, Рас купил шоколадку и поймал на улице девочку лет десяти. Сунув испугавшемуся было ребенку шоколадку, попросил отнести в кафе «Три стакана» записку. Увы, предупреждение запоздало. Лана успела уйти домой. Девочка отдала записку кому-то из ее одноклассников и, сочтя шоколадку отработанной, с чистым сердцем убежала по своим делам.
-----
Лана возвращалась домой в отличном настроении — встреча удалась на славу, все знакомые, раньше не обращавшие на нее никакого внимания, теперь слушали девушку, открыв рты. Вечером они с Кариной договорились пойти на недавно открывшуюся в городе модную дискотеку. А завтра вообще можно смотаться по гиперпорталу в столицу, посмотреть грандиозный луна-парк. Да сколько еще всего интересного есть на родной планете, а она не видела из этого и сотой доли. Теперь есть возможность посмотреть все!
Подойдя к дому, Лана с некоторым удивлением посмотрела на стоящие по всей улице огромные крытые грузовики с антеннами на крышах. Она не могла понять, что им здесь могло понадобиться, но только пожала плечами и решительно направилась к крыльцу. Дверь ей открыл отец, и Лана удивилась. Господин прокурор был не похож на самого себя — весь белый, губы трясутся, глаза бегают. Вид отца поразил девушку.
— Папа! — вырвалось у нее. — Что случилось?!
— Нет, нет, ничего... — поспешил заверить ее господин Дармиго и посторонился. — Проходи.
— Но у тебя такой вид...
— Сердце прихватило.
— Врача вызывали? — встревожилась Лана.
— Уже все в порядке, — отмахнулся он.
Девушка, ничего не понимая, пожала плечами и вошла. Какие-то люди сидели вокруг стола в гостиной, но она не обратила на них внимания, приняв за отцовских коллег, которые довольно часто наведывались к господину прокурору. Лана не знала, что как только она скрылась за дверью, грузовики окружили дом и направили свои антенны на него. Вокруг медленно сформировалось голубоватое свечение, вверх поплыли маленькие, пронизанные разрядами облачка. Через несколько секунд изолирующее гиперполе накрыло дом прокурора Дармиго.
— Опасность!!! — внезапно загремел внутри черепа Ланы механический голос, и то же слово высветилось перед ее внутренним зрением. — Повторяю: опасность! Ситуация критическая!
Изумленная девушка остановилась посреди комнаты. Только через несколько мгновений она смогла вспомнить о вживленном в мозг аварийном чипе, который включался биокомпом только в самом крайнем случае и имел, в отличие от обычного оборудования ордена, внутренний независимый источник питания. Все остальное питалось через гиперканалы прямо с энергостанций Аарн Сарт. Этот же чип обеспечивал и функцию «Последнего Дара».
— Что случилось? — мысленно спросила она.
— Только что кто-то перекрыл гиперканалы на всех известных частотах. Из-за отсутствия энергии не могут быть активированы ни защита, ни гологипертерминал. Срочно покиньте изолированную территорию! Повторяю, срочно!
Лана послушно повернулась и бросилась к дверям. Увы, поздно — на ее пути возникло трое крепких молодых мужчин в серых костюмах и, после недолгой борьбы, девушка была схвачена. Ее небольшой плазмер отобрали и положили перед двумя немолодыми, но подтянутыми людьми, сидевшими за столом в гостиной. Саму Лану тоже подвели к ним и усадили на стул напротив. Двое оперативников положили ей руки на плечи, придерживая на месте. Ужас и непонимание бились в каждой клеточке тела Ланы — кто-то схватил ее в родном доме?! Да что же это?! Отец ее предал?
— Папа... — повернула девушка голову к мгновенно постаревшему господину Дармиго, с несчастным видом стоявшему у двери.
— Это СБ... — потерянно пробормотал он. — Они хотят всего лишь поговорить с тобой...
— Ваш отец совершенно прав, мадемуазель Дармиго, — обратился к ней тот из эсбешников, что помоложе. — Ответьте на наши вопросы, и все закончится без ущерба для вас.
Он лениво зевнул, насмешливо посматривая на перепуганную девушку. Худое, узкое лицо, короткая стрижка, седина на висках, безжалостные глаза — все говорило о том, что перед ней сидел профессиональный безопасник, зверь-убийца, нелюдь без чести и совести. Такой никого и никогда не пожалеет, никому не посочувствует — в таком давно нет ничего человеческого. Лана почти мгновенно поняла это, и ей стало еще страшнее. Но как они смогли перекрыть все до единого гиперканалы?! Это ведь невозможно! В этот момент она вспомнила стоявшие у дома громадные грузовики с антеннами и поняла, что эсбешники давно готовили эту ловушку. Не для нее лично, для любого аарн, просто попалась именно она. Лана снова обратилась к биокомпу, пытаясь выяснить хоть что-нибудь.
— Сканирую все диапазоны, — ответил тот. — Если мне удастся найти хоть малейший просвет в экранирующем поле, я отправлю сигнал бедствия. Помощь придет быстро.
— Господин прокурор, — донесся до слуха девушки голос эсбешника. — Подождите у себя в комнате.
— Но... — попытался возразить отец.
— Идите!
Господин Дармиго сгорбился и покорно поковылял по лестнице наверх, к спальням.
— Проследите, чтобы господин прокурор не мешал нашему разговору, — приказал эсбешник двоим из своих людей, и те, кивнув, пошли за отцом Ланы.
— Ну, и чего вы от меня хотите? — мрачно спросила девушка через некоторое время. Она попыталась было встать, но придерживавшие ее за плечи оперативники не позволили.
Лана сумела несколько успокоиться и загнать свой ужас поглубже. Отчаянным усилием воли она подняла психощиты и заставила себя казаться бесстрастной. Лицо омертвело, глаза стали пустыми, как будто ледяная маска выросла на коже — именно потому девушка ненавидела находиться где-либо с поднятыми щитами. Но сейчас это необходимо.
За два года счастливой жизни Лана родилась заново и во многом изменилась. В ней появились решительность и сила воли, которых напрочь не было раньше. И девушка решила держаться до конца, пока сможет. Она — аарн! Орден отомстит, что бы эти сволочи с ней ни сделали. Это им даром не пройдет! Лана спокойно обдумала свое поведение и снова взглянула мертвыми глазами на эсбешника, продолжавшего все с той же насмешкой смотреть на нее. Затем до слуха девушки донесся его голос:
— Сущие пустяки, мадемуазель Дармиго, сущие пустяки.
— И как прикажете вас называть, господин хороший? — с холодным презрением осведомилась Лана.
— Просто полковником, этого достаточно.
— Ну, так спрашивайте, господин полковник. Только учтите одно — за такие методы Командор с вас всех шкуры спустит.
— Ах, какие мы грозные, — переглянулся он с сидящим рядом мужчиной постарше. — Но это уже не ваши заботы.
Лана исподлобья смотрела на него, вся внутренне дрожа от нарастающего ужаса, не получалось у нее быть бесстрастной, никак не получалось. Она же не проходила спецподготовки, она же не боевой офицер! На память приходили известные слухи о деятельности СБ, и слухи эти никогда хорошими не были. Девушка все время повторяла себе, что она аарн, что орден своих в беде никогда не бросает, но это не очень-то помогало. Страх не уходил, ей казалось, что она попала в кошмар. Да нет, за ней стоит вся невероятная мощь ордена, эти твари не осмелятся ничего сделать. Увы, эти уговоры не помогали успокоиться.
— Итак, мадемуазель Дармиго, — негромко сказал полковник. — Теперь наши вопросы, и советую вам отвечать правдиво, вам же лучше будет. Перечислите известные вам планеты скопления Аарн Сарт и их координаты. А также главные боевые станции ордена на подходах к скоплению, мы знаем, что вам доводилось бывать на многих из них.
Что?! Ничего себе запросы! Лана вздрогнула от такой несусветной наглости и от возмущения даже забыла про страх — эта сволочь требует от нее прямого предательства? Он хочет, чтобы она предала всех, кого любила, и кто любил ее? Да, вот уж съездила маму проведать... Только сейчас девушка до конца поняла, почему в ордене не слишком любят выезжать во внешний мир. После всеобщей доброжелательности окунаться в такое вот дерьмо? Мало приятного.
Но пусть этот полковник не надеется, что она что-нибудь ему скажет. Да и не знала Лана почти ничего из того, что их интересовало. Неужели эти идиоты не понимают?! Она же только архитектор-стажер, а не военный в каком-либо чине. Да, девушке приходилось бывать на трех боевых станциях Защитного Круга, когда она моталась с планеты на планету в поисках учителя. Но откуда ей знать их координаты?! Но даже то, что знала, Лана не собиралась сообщать этим подонкам. Решив давить на линию незнания, она сказала полковнику, что не имеет понятия ни о каких координатах.
— Рассказывайте, что знаете, — равнодушно отозвался он.
— Нет, — покачала головой Лана. — Ничего я вам не скажу. Мне наплевать и на вас, и на ваши вопросы. Скоро вы очень дорого заплатите за все это, орден таких оскорблений не прощает. И вы об этом знаете!
— Да ну? — насмешливо осклабился полковник. — Только ведь это все потом, а вы можете сильно пострадать сейчас. И вы мне расскажете все, что знаете, и расскажете сейчас. Я уверяю вас, расскажете.
— Давайте, применяйте свои препараты, — брезгливо поджала губы девушка. — Посмотрим, что у вас получится.
— Зачем же препараты?.. — протянул он гнусным тоном. — Мы ведь не идиоты и прекрасно знаем, что на аарн психотропики не действуют. Есть другие и не менее действенные способы.
Полковник махнул рукой. Кто-то из его сотрудников подкатил к девушке стеклянный столик, покрытый белой простыней. Ухмыляющийся эсбешник встал, подошел и сдернул эту простыню. Лана обмерла, у нее перехватило дыхание — на столике разложили блестящие металлические приспособления. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться об их предназначении. Девушку начала бить дрожь — этот зверь собрался ее пытать? Как же это? Ведь не в дикие времена они живут? Не может такого быть! Отчаяние медленно поднималось со дна души. Лана прекрасно понимала, что не вынесет пыток и предаст все, что для нее свято. А как потом жить с осознанием этого? Как?! Как смотреть в глаза братьям и сестрам по ордену?
— Вы подумайте, мадемуазель Дармиго, — продолжал издеваться полковник, поглаживая пальцами какую-то блестящую штуковину. — Хорошо подумайте. Лучше скажите мне все сами, а то ведь... А то ведь я возьму вот это, зажму сюда ваш пальчик или, скажем, сосочек. Вам будет очень больно...
— Я все равно ничего вам не скажу... — дребезжащим от страха голосом ответила девушка, ее щиты рушились на глазах, и ничего поделать с этим она не могла.
— И что это вы у нас такая несговорчивая? — в притворном изумлении приподнял брови эсбешник.
Затем он взял со столика довольно толстый, покрытый шипами стержень и покрутил его перед самым носом трясущейся от страха Ланы, окончательно потерявшей свои слабые психощиты.
