Пришлось глупейшим образом тащиться по другой стороне коридора и изображать крайнюю заинтересованность в содержимом молчащего, как назло, телефона. В лифте, к счастью, обреталось несколько припозднившихся обитателей Управы; Ира с чистой совестью забилась в угол и до самого двенадцатого этажа сердито листала туда-сюда пёстрые значки приложений. Даже соизволь Анька ответить на посланное от безнадёги сообщение, интернет в лифтовых шахтах слишком паршивый… Ну чего было сразу не взять с собой сумку – уже бежала бы домой, обгоняя ветер!
У двери кабинета Зарецкий замер, подозрительно щурясь на замок. Прозрачный обычно кристаллик кварца тревожно розовел в пластиковом гнезде. Ира остановилась в нерешительности; очень хотелось в кабинет и домой, очень не хотелось нарываться на очередную ссору.
– Кто-то у нас побывал, – сдержанно заметил контролёр и поднёс ладонь к замку.
Кварц тут же успокоился, сменив цвет на нейтрально-белый. Зарецкий оставил дверь открытой; Ира осторожно проскользнула мимо него к своему столу и вцепилась в сумку. Все вещи, кажется, на месте. Кто бы сюда ни пробрался, лез он явно не за кошельком секретарши.
– Мишка, блин, – процедил Зарецкий тихо и зло.
Ира обернулась. На столе Старова царил такой же бардак, как и всегда: ворох бумаг, грязная кружка, пустой контейнер из-под обеда, какие-то провода… Что могло не понравиться Зарецкому, знал только он сам.
– Ты, когда уходила, никого тут не видела? – спросил контролёр, отвлекшись от созерцания сваленных в кучу брошюрок.
– Оксану и Андрея, – честно ответила Ира.
Зарецкий многозначительно хмыкнул.
– Сильнодействующая, говоришь, была микстурка? – ни к селу ни к городу спросил он.
Какая ещё микстурка… Та дрянь, которую Старов купил по незнанию?
– Она тут при чём? – осторожно поинтересовалась Ира.
– При том, что она здесь стояла, – Зарецкий кивком указал на их со Старовым общий стол. На светлом пластике виднелся маслянисто блестящий кружок.
– Её унесли? – бестолково спросила Ира.
– Вероятно. И Мишкину добычу заодно, – контролёр сердито щёлкнул ногтем по контейнеру. – Сколько раз говорили такие вещи в сейф убирать…
Это, наверное, была какая-то важная штука, раз он так расстроен. Иру, впрочем, занимало другое.
– Я не брала, – твёрдо сказала она.
Настоящий вор на её месте говорил бы то же самое, но ведь последние полчаса она торчала в канцелярии, и Зарецкий это прекрасно знает! Хорошо, что его угораздило туда заявиться…
– Я в курсе, – контролёр невесело усмехнулся. – Для чего можно использовать стимулятор?
Прозвучало это, как вопрос на экзамене. Неужели не знает сам? Хотя маги пренебрежительно относятся к колдовству и его премудростям…
– Ну, собственно, для мобилизации ресурсов организма, – правильная формулировка сама собой выпрыгнула из памяти. – Когда надо за короткое время сделать какое-то очень большое усилие. Иногда ещё в медицине, если… ну, если другого выхода нет.
Зарецкий задумчиво кивнул.
– А медальон?
– Какой медальон? – недоумённо переспросила Ира.
– Неважно.
Ира потопталась на месте с полминуты, ожидая обвинений или хотя бы каверзных вопросов, однако Зарецкий утратил к ней всякий интерес. Это, наверное, хороший знак; а значит, пора сматываться, пока контролёр не передумал. Скомканно попрощавшись, Ира выскочила в коридор и поспешно зашагала к лифтам. Любопытство, конечно, чуть-чуть её глодало, однако иногда лучше ничего не знать. И не хотеть знать.
Утро среды, как водится, началось с разговора на повышенных тонах. Макс издали уловил отголоски бушующей в кабинете грозы и решил было, что Косте опять не понравился цвет чьей-нибудь рубашки, однако, различив голоса, понял, что всё куда интереснее. Любопытство, как всегда, пересилило инстинкт самосохранения, и Макс, напустив на себя самый невинный вид, сунул нос в беспокойную обитель магконтроля.
– Гостевой пропуск! – Ярик швырнул на стол приличной толщины распечатку; стягивающая её скрепка такого обращения не выдержала, и бумаги разъехались перед Мишкиным носом неровной дорожкой. – Гостевой, чтоб его, пропуск! Эта дрянь не просто знает, что у нас творится – она ещё и безопасность за нос водит… Или, ещё хуже, спелась с ними!
– Ну, это вряд ли, – протянул Мишка, пряча виноватый взгляд.
– Вся чёртова Управа пошла вразнос, – Зарецкий пересёк кабинет и рывком развернулся к Мишке. Это что-то новенькое; обычно Ярик позволяет себе разве что раздражённо язвить, а сейчас он прямо-таки в бешенстве. Не хуже Чернова. – Сводим, блин, счёты и ставим друг другу палки в колёса… Какой, к лешему, гостевой пропуск на двенадцатый этаж?
– По аттестации? – уныло предположил Старов, собирая бумаги в стопку.
– Они так не работают. Надо, чтоб кто-то из наших впустил, – чуть спокойнее бросил Ярик и снова принялся мерить шагами пятачок пространства между столами и логовом. – Нет уж. Или кто-то виртуозно обманул систему, или система обманывает нас…
– Или и то, и другое сразу, – ляпнул Макс, просто чтобы сказать что-нибудь подходящее случаю. – А что стряслось?
Зарецкий воззрился на него озадаченно, будто не ожидал здесь увидеть. Мишка покаянно вздохнул.
– Кто-то спёр ту штуку, которую я в метро нашёл, – поведал он. – Я её сдуру на столе тут оставил.
– А она что, ценная?
– Любая вещь ценная, если она несёт информацию, – сумрачно заметил Ярик.
Паршивенького качества медальончик, изрисованный неизвестными науке знаками, информации нёс, на Максов взгляд, исчезающе мало. Впрочем, спорить с пускающим искры старшим Некрасов не собирался.
– Думаешь, кто-то местный? – Макс вопросительно вскинул брови. – Типа… То, что ты тогда говорил?
– Нет. Это исключено, – недовольно признал Ярик. – Скорее уж поработал тот, кто нелегала утащил.
– И паразита! – встрепенулся Мишка. – Я вот не думал раньше, а теперь дошло. Ему же тоже помогли выбраться!
– Разве что в том же смысле, что бензин помогает двигателю, – Зарецкий поморщился. – Кто в здравом уме станет вытаскивать паразита? Зачем?
– А медальку зачем красть? – в тон ему спросил Макс.
– Получить в своё распоряжение. Лишить нас зацепки. Использовать по назначению… – Зарецкий замолк на полуслове и тихонько выругался себе под нос. – В сочетании с убойным стимулятором – самое то… Чёрт, это может иметь смысл. Ненавижу чувствовать себя идиотом!
– Остынь, Слав, – примирительно прогудел Мишка. – Ты что-то про паразита начал интересное.
– Да кому он нужен, паразит твой! – рявкнул Ярик.
– Шеф сказал поймать…
– Только из-за скандала, – фыркнул Зарецкий. Макс убрался за монитор, сделав вид, что крайне занят разбором почты. – Паразит – он и есть паразит, ничего кроме.
– В смысле?.. – начал было Мишка, но клацнувший замок заставил его замолкнуть.
– Привет, – тихо буркнула Ира и поспешила к своему столу. Ярик проводил её мрачным взглядом. Прав он на её счёт или нет? Хотелось бы, чтобы всё-таки нет, тем более что сам сказал – исключено…
– Доброе утро! – преувеличенно бодро гаркнул Старов. – Как настроение?
– Нормально, спасибо, – сухо отозвалась Ира.
Разговор увял сам собой. Зарецкий, совладав наконец с гневом, вернулся на место и бесстрастным тоном велел Мишке запросить у айтишников запись с внутренних камер; Старов кивнул и усердно застучал по клавиатуре. Начавшийся бурей день продолжался в похоронной тишине.
Впрочем, хрупкое спокойствие длилось недолго. Прямиком посреди ежеутреннего шефского опроса в кабинет влетел встрёпанный Костик. Будь Чернов в нормальном состоянии рассудка, сам себя отчитал бы за неподобающий вид: галстук съехал, очки повисли на самом кончике длинного носа, шевелюра вызывает ассоциации с ежом вместо всегдашнего броненосца. Костя затормозил, едва не врезавшись в Верховского; тот, как раз пытавший Старова, вопросительно изогнул бровь.
– Александр Михайлович!.. – выдохнул Чернов и нервно столкнул очки на переносицу. – Это форменное безобразие! Саботаж и безответственность! Вы обязаны добиться наказания!..
– Непременно, Константин, – с достоинством заверил шеф. – С кем воюем на этот раз?
При этих словах Зарецкий горько усмехнулся. А ведь верно он сказал: вместо слаженной работы – какая-то сплошная ругань, что в магконтроле, что за его пределами… И если первое ещё ничего, то второе стремительно становится невыносимым.
– Видимо, с надзором, – Костя не глядя поправил галстук и одёрнул лацканы. Получилось идеально. – Научники не могут начать работы по нашей заявке, потому что тот кусок тайги кто-то выкупил. Выкупил, понимаете?! Вместе с потенциально опасной аномалией!
– Так должны же были того – как запретную зону! – возмущённо ахнул Мишка.
– Именно! – отрезал Чернов. – Я намерен найти виновных…
– Максим, отправь запрос в надзор, пожалуйста, – прервал тираду шеф. – И выясни подробности у научников. Костя, будь добр, дай коллеге координаты аномалии. Ты уже закончил с заданием?
Чернов бестолково открыл и закрыл рот, нахмурился.
– Нет. Александр Михайлович, это трата времени! Почему менее компетентные сотрудники, – он сверкнул глазами в сторону Зарецкого, – занимаются более важными делами?
– Действительно, – Верховский весьма натурально изобразил задумчивость. – Ярослав, подумай о повышении категории, давно пора. Костя, зайди ближе к вечеру, обсудим твои результаты.
Обескураженный Костик так и замер столбом посреди прохода. Его стало почти жаль; шеф знает, у кого где больные мозоли, и наступать не стесняется. Макс счёл за благо заняться свеженьким поручением; рассерженный Чернов пронёсся мимо него с настолько мрачным видом, что местонахождение опасной аномалии Некрасов предпочёл уточнить у Андрея.
– Круто тебе! – искренне похвалил Мишка, повернувшись к соседу. – Шеф дело говорит, на тройку уже точно можно.
– Да ну, – Ярик досадливо поморщился. – Не хочу пока.
– Почему? – не выдержал Макс. – Это ж сразу и авторитет, и полномочия другие, и прибавка к зарплате…
– Неохота месяц зубрить всякую ерунду, – пожал плечами Зарецкий. – Потом ещё внесут в реестр, станут следить за каждым шагом…
Он выразительно покосился на Чернова; тот ответил испепеляющим взглядом.
– Я удивляюсь, как ты вообще куда-то движешься при полном отсутствии амбиций, – процедил обиженный Костик. – Не понимаю людей без цели в жизни.
– Я тоже, – хмыкнул Ярик.
– А я бы пошёл, если б шеф предложил, – вклинился Мишка. – Всё хочу на жильё накопить.
– По-моему, на съёмном лучше, – высказался Макс. – В смысле, всегда можно съехать, если соседи достанут или просто надоест.
– Ну, одному – да, – кивнул Старов. – А если семья будет, то лучше свой угол.
– Миш, ты жениться собрался? – поинтересовалась Ксюша, вынырнув из-за бумажных баррикад. Женщины! Только начни про чью-нибудь личную жизнь – всё, тут как тут, ушки на макушке. – Когда?
– Когда-нибудь, – грустно улыбнулся Мишка. – Не на ком пока.
– Да ладно тебе! – Макс широко ухмыльнулся. – Поклонницы небось табунами бегают.
– Бегают, пока не догонят, – Старов вздохнул. – А потом – то, сё, пятое, десятое…
– Дай угадаю, – снисходительно бросила Ксюша, – устают ждать с работы и бояться, что какой-нибудь упырь откусит тебе голову?
– Ну да…
Макс о таком никогда не задумывался. Его подружки подобным не заморачивались. Впрочем, до магконтроля работа у него была скучная и неопасная, да и отношениями всерьёз и надолго он себя не обременял. А каково оно, когда всегда знаешь, что дома тебя ждут и беспокоятся? Наверное, слишком хлопотно… Или нет?
– Максим, ты идёшь к научникам? – брюзгливо вопросил Костик.
– Иду, иду, – проворчал Некрасов, выныривая из раздумий. Чернову плохо – значит, всем должно быть плохо, включая Андрюхину породистую герань.
Заявка в надзор всё ещё лежит с пометками «Отправлено», «Не прочитано», так что поводов ждать и тянуть вроде бы нет. Макс для начала сунул нос в курилку, но никого там не нашёл; пришлось топать в ближайшую лабораторию. Там, как и следовало ожидать, дым стоял коромыслом: носились туда-сюда взмыленные лаборанты, гудели монументальные установки, едко пахло формалином. За столом в углу восседала, созерцая всю эту свистопляску, спокойная, как удав, Машка; к ней Макс и устремился, прикинув, что руководитель группы наверняка в курсе важных проблем.
– Привет! – лучась радиоактивной улыбкой, гаркнула Машка. Командный голосок легко перекрыл царящий вокруг гам. – По делу или чего?
– По делу, – Макс посторонился: мимо пронёсся незнакомый долговязый лаборант с полным пробирок контейнером. В пробирках тревожно плескалась тёмно-красная жидкость. – Что тут у вас такое?
– Не обращай внимания. Ежегодные генетические, – Машка ногой вытолкнула из-под стола табуретку, которую Макс не замедлил оседлать. – Сроки запарываем, вот и на ушах все… В чём вопрос?
– По заявке последней, – значительно сказал Макс. – Которая под особым грифом. Коллеги говорят, проблемы у вас?
– А, это, – Машка цапнула со стола початую пачку сигарет, подумала и отложила. – То, что про тайгу? Ну да, купили какие-то придурки землю, огородили всё. Мы теперь ни экспедицию снарядить не сможем, ни толком объяснить, нафига нам туда надо.
– Что за придурки-то?
– Ну кто у нас обычно землю скупает? Какие-то строители, вроде как под коттеджный посёлок. Кому он там нужен, в глухомани?
Она казалась всерьёз раздосадованной. Не тем, что её отдел подводил коллег, – тем, что не вышло моментально сорваться с места навстречу неведомому. Макс, подумав, решил прикинуться веником; с научниками такое всегда прокатывает.
– Так а как минуса купили участок, если там опасная зона? – с искренним недоумением спросил он.
– Ты не знаешь, что ли, как оно у нас обычно бывает? – Машка неприязненно поморщилась. – Пока накатали прошение, пока надзор до него добрался – а всё, земля уже чейная. Выгоняй их теперь… Герасимов, ещё раз увижу – прокляну нафиг!
Испуганный лаборант отскочил от установки, как будто его током ударило. В чём заключался страшный грех, Максу было невдомёк; должно быть, бедолага не вовремя нажал какую-нибудь кнопку или неправильно понюхал реактив. Машка ещё побуравила провинившегося строгим взглядом и, тяжко вздохнув, вновь повернулась к Некрасову.
– Практиканты… Что-то прямо не ладится у нас с этими разломами, – посетовала она, понизив голос. Чёрт знает, зачем; в этом столпотворении надо вопить во всю глотку, чтоб тебя услышали хотя бы в паре шагов. – К старому не подберёшься после той истории, рядом с новым минусы со всех сторон живут – толком ни одного опыта не поставишь… Вот он, вроде бы, шанс – и на тебе, опять всё наперекосяк! И дед этот несчастный помер так некстати, а я б с ним поговорила…
– Какой дед? – насторожился Макс. – Профессор, что ли? Как его… Такой, с бородкой, ненормальный чуток?
– Мезенцев, – Машка закивала. – Интересные статейки у него. Явно где-то есть больше, но это жди теперь, пока внуки творческое наследие разберут…
– А можешь прислать, что есть?
Машка подозрительно сощурилась.
– А что у тебя с допусками?
– Четвёртый уровень. Да брось, нам можно, – Макс улыбнулся ей, как мог, очаровательно. – Он сам к нам приходил, но… попал не на того человека, – деликатно сформулировал Некрасов. – А на вторую встречу уже не успел.
Машка просканировала его взглядом, обнаружила только честность и искреннее стремление к знаниям и клацнула мышкой.
У двери кабинета Зарецкий замер, подозрительно щурясь на замок. Прозрачный обычно кристаллик кварца тревожно розовел в пластиковом гнезде. Ира остановилась в нерешительности; очень хотелось в кабинет и домой, очень не хотелось нарываться на очередную ссору.
– Кто-то у нас побывал, – сдержанно заметил контролёр и поднёс ладонь к замку.
Кварц тут же успокоился, сменив цвет на нейтрально-белый. Зарецкий оставил дверь открытой; Ира осторожно проскользнула мимо него к своему столу и вцепилась в сумку. Все вещи, кажется, на месте. Кто бы сюда ни пробрался, лез он явно не за кошельком секретарши.
– Мишка, блин, – процедил Зарецкий тихо и зло.
Ира обернулась. На столе Старова царил такой же бардак, как и всегда: ворох бумаг, грязная кружка, пустой контейнер из-под обеда, какие-то провода… Что могло не понравиться Зарецкому, знал только он сам.
– Ты, когда уходила, никого тут не видела? – спросил контролёр, отвлекшись от созерцания сваленных в кучу брошюрок.
– Оксану и Андрея, – честно ответила Ира.
Зарецкий многозначительно хмыкнул.
– Сильнодействующая, говоришь, была микстурка? – ни к селу ни к городу спросил он.
Какая ещё микстурка… Та дрянь, которую Старов купил по незнанию?
– Она тут при чём? – осторожно поинтересовалась Ира.
– При том, что она здесь стояла, – Зарецкий кивком указал на их со Старовым общий стол. На светлом пластике виднелся маслянисто блестящий кружок.
– Её унесли? – бестолково спросила Ира.
– Вероятно. И Мишкину добычу заодно, – контролёр сердито щёлкнул ногтем по контейнеру. – Сколько раз говорили такие вещи в сейф убирать…
Это, наверное, была какая-то важная штука, раз он так расстроен. Иру, впрочем, занимало другое.
– Я не брала, – твёрдо сказала она.
Настоящий вор на её месте говорил бы то же самое, но ведь последние полчаса она торчала в канцелярии, и Зарецкий это прекрасно знает! Хорошо, что его угораздило туда заявиться…
– Я в курсе, – контролёр невесело усмехнулся. – Для чего можно использовать стимулятор?
Прозвучало это, как вопрос на экзамене. Неужели не знает сам? Хотя маги пренебрежительно относятся к колдовству и его премудростям…
– Ну, собственно, для мобилизации ресурсов организма, – правильная формулировка сама собой выпрыгнула из памяти. – Когда надо за короткое время сделать какое-то очень большое усилие. Иногда ещё в медицине, если… ну, если другого выхода нет.
Зарецкий задумчиво кивнул.
– А медальон?
– Какой медальон? – недоумённо переспросила Ира.
– Неважно.
Ира потопталась на месте с полминуты, ожидая обвинений или хотя бы каверзных вопросов, однако Зарецкий утратил к ней всякий интерес. Это, наверное, хороший знак; а значит, пора сматываться, пока контролёр не передумал. Скомканно попрощавшись, Ира выскочила в коридор и поспешно зашагала к лифтам. Любопытство, конечно, чуть-чуть её глодало, однако иногда лучше ничего не знать. И не хотеть знать.
Глава XX. Неурядицы
Утро среды, как водится, началось с разговора на повышенных тонах. Макс издали уловил отголоски бушующей в кабинете грозы и решил было, что Косте опять не понравился цвет чьей-нибудь рубашки, однако, различив голоса, понял, что всё куда интереснее. Любопытство, как всегда, пересилило инстинкт самосохранения, и Макс, напустив на себя самый невинный вид, сунул нос в беспокойную обитель магконтроля.
– Гостевой пропуск! – Ярик швырнул на стол приличной толщины распечатку; стягивающая её скрепка такого обращения не выдержала, и бумаги разъехались перед Мишкиным носом неровной дорожкой. – Гостевой, чтоб его, пропуск! Эта дрянь не просто знает, что у нас творится – она ещё и безопасность за нос водит… Или, ещё хуже, спелась с ними!
– Ну, это вряд ли, – протянул Мишка, пряча виноватый взгляд.
– Вся чёртова Управа пошла вразнос, – Зарецкий пересёк кабинет и рывком развернулся к Мишке. Это что-то новенькое; обычно Ярик позволяет себе разве что раздражённо язвить, а сейчас он прямо-таки в бешенстве. Не хуже Чернова. – Сводим, блин, счёты и ставим друг другу палки в колёса… Какой, к лешему, гостевой пропуск на двенадцатый этаж?
– По аттестации? – уныло предположил Старов, собирая бумаги в стопку.
– Они так не работают. Надо, чтоб кто-то из наших впустил, – чуть спокойнее бросил Ярик и снова принялся мерить шагами пятачок пространства между столами и логовом. – Нет уж. Или кто-то виртуозно обманул систему, или система обманывает нас…
– Или и то, и другое сразу, – ляпнул Макс, просто чтобы сказать что-нибудь подходящее случаю. – А что стряслось?
Зарецкий воззрился на него озадаченно, будто не ожидал здесь увидеть. Мишка покаянно вздохнул.
– Кто-то спёр ту штуку, которую я в метро нашёл, – поведал он. – Я её сдуру на столе тут оставил.
– А она что, ценная?
– Любая вещь ценная, если она несёт информацию, – сумрачно заметил Ярик.
Паршивенького качества медальончик, изрисованный неизвестными науке знаками, информации нёс, на Максов взгляд, исчезающе мало. Впрочем, спорить с пускающим искры старшим Некрасов не собирался.
– Думаешь, кто-то местный? – Макс вопросительно вскинул брови. – Типа… То, что ты тогда говорил?
– Нет. Это исключено, – недовольно признал Ярик. – Скорее уж поработал тот, кто нелегала утащил.
– И паразита! – встрепенулся Мишка. – Я вот не думал раньше, а теперь дошло. Ему же тоже помогли выбраться!
– Разве что в том же смысле, что бензин помогает двигателю, – Зарецкий поморщился. – Кто в здравом уме станет вытаскивать паразита? Зачем?
– А медальку зачем красть? – в тон ему спросил Макс.
– Получить в своё распоряжение. Лишить нас зацепки. Использовать по назначению… – Зарецкий замолк на полуслове и тихонько выругался себе под нос. – В сочетании с убойным стимулятором – самое то… Чёрт, это может иметь смысл. Ненавижу чувствовать себя идиотом!
– Остынь, Слав, – примирительно прогудел Мишка. – Ты что-то про паразита начал интересное.
– Да кому он нужен, паразит твой! – рявкнул Ярик.
– Шеф сказал поймать…
– Только из-за скандала, – фыркнул Зарецкий. Макс убрался за монитор, сделав вид, что крайне занят разбором почты. – Паразит – он и есть паразит, ничего кроме.
– В смысле?.. – начал было Мишка, но клацнувший замок заставил его замолкнуть.
– Привет, – тихо буркнула Ира и поспешила к своему столу. Ярик проводил её мрачным взглядом. Прав он на её счёт или нет? Хотелось бы, чтобы всё-таки нет, тем более что сам сказал – исключено…
– Доброе утро! – преувеличенно бодро гаркнул Старов. – Как настроение?
– Нормально, спасибо, – сухо отозвалась Ира.
Разговор увял сам собой. Зарецкий, совладав наконец с гневом, вернулся на место и бесстрастным тоном велел Мишке запросить у айтишников запись с внутренних камер; Старов кивнул и усердно застучал по клавиатуре. Начавшийся бурей день продолжался в похоронной тишине.
Впрочем, хрупкое спокойствие длилось недолго. Прямиком посреди ежеутреннего шефского опроса в кабинет влетел встрёпанный Костик. Будь Чернов в нормальном состоянии рассудка, сам себя отчитал бы за неподобающий вид: галстук съехал, очки повисли на самом кончике длинного носа, шевелюра вызывает ассоциации с ежом вместо всегдашнего броненосца. Костя затормозил, едва не врезавшись в Верховского; тот, как раз пытавший Старова, вопросительно изогнул бровь.
– Александр Михайлович!.. – выдохнул Чернов и нервно столкнул очки на переносицу. – Это форменное безобразие! Саботаж и безответственность! Вы обязаны добиться наказания!..
– Непременно, Константин, – с достоинством заверил шеф. – С кем воюем на этот раз?
При этих словах Зарецкий горько усмехнулся. А ведь верно он сказал: вместо слаженной работы – какая-то сплошная ругань, что в магконтроле, что за его пределами… И если первое ещё ничего, то второе стремительно становится невыносимым.
– Видимо, с надзором, – Костя не глядя поправил галстук и одёрнул лацканы. Получилось идеально. – Научники не могут начать работы по нашей заявке, потому что тот кусок тайги кто-то выкупил. Выкупил, понимаете?! Вместе с потенциально опасной аномалией!
– Так должны же были того – как запретную зону! – возмущённо ахнул Мишка.
– Именно! – отрезал Чернов. – Я намерен найти виновных…
– Максим, отправь запрос в надзор, пожалуйста, – прервал тираду шеф. – И выясни подробности у научников. Костя, будь добр, дай коллеге координаты аномалии. Ты уже закончил с заданием?
Чернов бестолково открыл и закрыл рот, нахмурился.
– Нет. Александр Михайлович, это трата времени! Почему менее компетентные сотрудники, – он сверкнул глазами в сторону Зарецкого, – занимаются более важными делами?
– Действительно, – Верховский весьма натурально изобразил задумчивость. – Ярослав, подумай о повышении категории, давно пора. Костя, зайди ближе к вечеру, обсудим твои результаты.
Обескураженный Костик так и замер столбом посреди прохода. Его стало почти жаль; шеф знает, у кого где больные мозоли, и наступать не стесняется. Макс счёл за благо заняться свеженьким поручением; рассерженный Чернов пронёсся мимо него с настолько мрачным видом, что местонахождение опасной аномалии Некрасов предпочёл уточнить у Андрея.
– Круто тебе! – искренне похвалил Мишка, повернувшись к соседу. – Шеф дело говорит, на тройку уже точно можно.
– Да ну, – Ярик досадливо поморщился. – Не хочу пока.
– Почему? – не выдержал Макс. – Это ж сразу и авторитет, и полномочия другие, и прибавка к зарплате…
– Неохота месяц зубрить всякую ерунду, – пожал плечами Зарецкий. – Потом ещё внесут в реестр, станут следить за каждым шагом…
Он выразительно покосился на Чернова; тот ответил испепеляющим взглядом.
– Я удивляюсь, как ты вообще куда-то движешься при полном отсутствии амбиций, – процедил обиженный Костик. – Не понимаю людей без цели в жизни.
– Я тоже, – хмыкнул Ярик.
– А я бы пошёл, если б шеф предложил, – вклинился Мишка. – Всё хочу на жильё накопить.
– По-моему, на съёмном лучше, – высказался Макс. – В смысле, всегда можно съехать, если соседи достанут или просто надоест.
– Ну, одному – да, – кивнул Старов. – А если семья будет, то лучше свой угол.
– Миш, ты жениться собрался? – поинтересовалась Ксюша, вынырнув из-за бумажных баррикад. Женщины! Только начни про чью-нибудь личную жизнь – всё, тут как тут, ушки на макушке. – Когда?
– Когда-нибудь, – грустно улыбнулся Мишка. – Не на ком пока.
– Да ладно тебе! – Макс широко ухмыльнулся. – Поклонницы небось табунами бегают.
– Бегают, пока не догонят, – Старов вздохнул. – А потом – то, сё, пятое, десятое…
– Дай угадаю, – снисходительно бросила Ксюша, – устают ждать с работы и бояться, что какой-нибудь упырь откусит тебе голову?
– Ну да…
Макс о таком никогда не задумывался. Его подружки подобным не заморачивались. Впрочем, до магконтроля работа у него была скучная и неопасная, да и отношениями всерьёз и надолго он себя не обременял. А каково оно, когда всегда знаешь, что дома тебя ждут и беспокоятся? Наверное, слишком хлопотно… Или нет?
– Максим, ты идёшь к научникам? – брюзгливо вопросил Костик.
– Иду, иду, – проворчал Некрасов, выныривая из раздумий. Чернову плохо – значит, всем должно быть плохо, включая Андрюхину породистую герань.
Заявка в надзор всё ещё лежит с пометками «Отправлено», «Не прочитано», так что поводов ждать и тянуть вроде бы нет. Макс для начала сунул нос в курилку, но никого там не нашёл; пришлось топать в ближайшую лабораторию. Там, как и следовало ожидать, дым стоял коромыслом: носились туда-сюда взмыленные лаборанты, гудели монументальные установки, едко пахло формалином. За столом в углу восседала, созерцая всю эту свистопляску, спокойная, как удав, Машка; к ней Макс и устремился, прикинув, что руководитель группы наверняка в курсе важных проблем.
– Привет! – лучась радиоактивной улыбкой, гаркнула Машка. Командный голосок легко перекрыл царящий вокруг гам. – По делу или чего?
– По делу, – Макс посторонился: мимо пронёсся незнакомый долговязый лаборант с полным пробирок контейнером. В пробирках тревожно плескалась тёмно-красная жидкость. – Что тут у вас такое?
– Не обращай внимания. Ежегодные генетические, – Машка ногой вытолкнула из-под стола табуретку, которую Макс не замедлил оседлать. – Сроки запарываем, вот и на ушах все… В чём вопрос?
– По заявке последней, – значительно сказал Макс. – Которая под особым грифом. Коллеги говорят, проблемы у вас?
– А, это, – Машка цапнула со стола початую пачку сигарет, подумала и отложила. – То, что про тайгу? Ну да, купили какие-то придурки землю, огородили всё. Мы теперь ни экспедицию снарядить не сможем, ни толком объяснить, нафига нам туда надо.
– Что за придурки-то?
– Ну кто у нас обычно землю скупает? Какие-то строители, вроде как под коттеджный посёлок. Кому он там нужен, в глухомани?
Она казалась всерьёз раздосадованной. Не тем, что её отдел подводил коллег, – тем, что не вышло моментально сорваться с места навстречу неведомому. Макс, подумав, решил прикинуться веником; с научниками такое всегда прокатывает.
– Так а как минуса купили участок, если там опасная зона? – с искренним недоумением спросил он.
– Ты не знаешь, что ли, как оно у нас обычно бывает? – Машка неприязненно поморщилась. – Пока накатали прошение, пока надзор до него добрался – а всё, земля уже чейная. Выгоняй их теперь… Герасимов, ещё раз увижу – прокляну нафиг!
Испуганный лаборант отскочил от установки, как будто его током ударило. В чём заключался страшный грех, Максу было невдомёк; должно быть, бедолага не вовремя нажал какую-нибудь кнопку или неправильно понюхал реактив. Машка ещё побуравила провинившегося строгим взглядом и, тяжко вздохнув, вновь повернулась к Некрасову.
– Практиканты… Что-то прямо не ладится у нас с этими разломами, – посетовала она, понизив голос. Чёрт знает, зачем; в этом столпотворении надо вопить во всю глотку, чтоб тебя услышали хотя бы в паре шагов. – К старому не подберёшься после той истории, рядом с новым минусы со всех сторон живут – толком ни одного опыта не поставишь… Вот он, вроде бы, шанс – и на тебе, опять всё наперекосяк! И дед этот несчастный помер так некстати, а я б с ним поговорила…
– Какой дед? – насторожился Макс. – Профессор, что ли? Как его… Такой, с бородкой, ненормальный чуток?
– Мезенцев, – Машка закивала. – Интересные статейки у него. Явно где-то есть больше, но это жди теперь, пока внуки творческое наследие разберут…
– А можешь прислать, что есть?
Машка подозрительно сощурилась.
– А что у тебя с допусками?
– Четвёртый уровень. Да брось, нам можно, – Макс улыбнулся ей, как мог, очаровательно. – Он сам к нам приходил, но… попал не на того человека, – деликатно сформулировал Некрасов. – А на вторую встречу уже не успел.
Машка просканировала его взглядом, обнаружила только честность и искреннее стремление к знаниям и клацнула мышкой.
