– Недалеко от дома, около метро. Станция еще закрыта, а на такси нет денег.
– Стой там, я за тобой приеду.
Адриан быстро оделся и вышел из комнаты. В особняке было тихо. Старинные часы в гостиной мерно отмеряли время, а мама с портрета грустно улыбалась ему, когда он прошел мимо.
– С добрым утром, мам, – как обычно поздоровался Адриан и выскочил на улицу. Утренний Париж разительно отличался от вечернего. Если ночью город напоминал взбудораженный улей, то утром все «пчелы» отправлялись спать. Редкие прохожие провожали парня на мотоцикле равнодушным взглядом, и Агрест беспрепятственно добрался до нужной станции.
Хлоя сидела на скамеечке у входа в метро, поджав под себя ноги, и нервно курила.
– Выбрось немедленно! – Адриан вырвал у неё из рук сигарету и отправил в мусорное ведро. – Давай остальные.
– Да пошел ты! – огрызнулась она, но пачку отдала. Спорить с Агрестом было бесполезно.
– Пойдем, только вместе, – он протянул ей руку, рывком поднял со скамьи и потащил за собой к мотоциклу. – Расскажешь, что случилось?
– Папаша охренел, – коротко сказала блондинка, усаживаясь за спиной друга.
– Ого, а конкретнее? В очередной раз решил подыскать тебе жениха? – Адриан завел мотоцикл, и они выехали на полупустую дорогу.
– Не решил. Подыскал.
– Как так? – Адриан обернулся, и мотоцикл резко вильнул в сторону.
– Езжай ровно и следи за дорогой! – стукнула его Хлоя. Правда, Адриан подозревал, что она не столько беспокоится о безопасности, сколько не хочет, чтобы он видел её заплаканное лицо. – Папа нашел у меня в комнате фотографии Натаниэля.
– И что?
– Сказал, что если мне нравится такой тип парней, то лучше он сам выберет мне мужа. И вчера привел… познакомиться. Он так и представил: «Месье Барбоса, твой жених», – Хлоя явно передразнила мэра Парижа.
– Барбоса? – фыркнул Адриан, а Хлоя закатила глаза.
– Вот и я о том же. Хлоя Барбоса, хуже не придумаешь! – она вцепилась в его куртку, когда перед очередным светофором Адриан резко затормозил, не успев проехать на зеленый.
– Так понимаю, ты устроила скандал? – не оборачиваясь, спросил Адриан, пока они ждали светофор.
– А что ты бы сделал на моем месте? – вздохнула Хлоя.
– Если бы отец представил мне жениха? – скептически уточнил Адриан, и Хлоя деланно рассмеялась.
– Ха-ха, очень смешно! Если бы месье Агрест сказал, что ты должен жениться, к примеру, на Лиле?
– Хло, у тебя дурацкие шутки, – Адриана передернуло от одной мысли. Нет, староста вовсе не была дурнушкой или глупой, но она была ужасно надоедливой.
– Вот и я папе сказала, что шутка дурацкая. А он ответил, что ему надоело выслушивать мои капризы, и если я хочу поступать по своему, то могу выметаться из дома. И вообще, я ему больше не дочь, – на последних словах Хлоя тоненько взвыла и уткнулась носом в спину Адриана. – Что мне теперь делать? – в перерывах между всхлипами спросила она.
– Поживешь у меня пару дней. Месье Буржуа успокоится, и вы помиритесь. Первый раз поругались, что ли? – Адриан свернул на объезд, чтобы увеличить путь к особняку. Он был готов проехать пару лишних километров. А Хлое нужно было поплакать, и его спина сейчас служила ей отличной жилеткой.
– Кот, а как ты относишься к татуировкам? – во время очередного дежурства спросила Маринетт напарника. Они как раз закончили обходить не самый благополучный район, и вышедшие из ночного клуба ребята, неподалеку от которого расположились герои Парижа, мигом напомнили Дюпэн-Чэн об одном знакомом художнике. Вернее, о новой работе Натаниэля – парни были покрыты татуировками с ног до головы.
– Это ты к чему спрашиваешь? – с опаской поинтересовался Нуар. Представить свою Леди с татуировкой он не мог. Хотя, если это будет небольшой игривый котенок где-то на шее или ниже…
Маринетт поймала его задумчивый взгляд и скрестила руки на груди.
– Вообще-то, мои глаза находятся несколько выше, – с усмешкой сказала она, с удовольствием наблюдая, как друг краснеет и отводит взгляд. С недавнего времени он носил маску, чем-то напоминающую её собственную, только абсолютно черную. Это позволяло сохранять его личность втайне от вездесущих журналистов, уже прознавших о том, что у Ледибаг появился помощник. Но главное, в отличие от шлема, маска давала Маринетт возможность любоваться его эмоциями.
– В свое время я думал набить татушку, – признался Адриан, почесав затылок. Трепка, которая досталось ему от отца (он всё ещё гадал, откуда Габриэль узнавал обо всех его задумках), до сих пор сохранилась в его памяти.
– И что же за рисунок ты хотел? Хотя нет, позволь, догадаюсь. Черного кота, – Адриан с досадой фыркнул, и Ледибаг рассмеялась. – Ты предсказуем.
– Эй, мне было шестнадцать! – возмутился Нуар. Собственная идея больше не казалась ему настолько восхитительной, да и к татуировкам он с того времени значительно охладел. – Так почему ты спрашиваешь?
– Один мой знакомый татуировщик ищет, на ком поэкспериментировать, – честно ответила Маринетт, продолжая наблюдать за ребятами из клуба. Те начали спорить, и в такие моменты Ледибаг старалась быть настороже. Акума любила появляться во время склок.
– Он знает, кто ты? – заинтересовался Адриан.
– Упаси боже! – искренне воскликнула Маринетт, представив реакцию Натаниэля на подобное заявление. Во время одной из встреч он признался, что восхищен героиней Парижа. Не хватало только, чтобы его чувства к Маринетт вспыхнули вновь.
Спор в это время становился всё громче. А когда парни от словесной перепалки перешли к драке, Маринетт стала оглядываться, боясь пропустить бабочку. Проблема состояла в том, что разглядеть черную акуму ночью было весьма проблематично.
– Жаль, что ты не видишь в темноте, как кот, – пробормотала Маринетт.
– Тебе так понравился мой прошлый образ, Мур-р-р-леди? – промурлыкал Адриан, и Маринетт вздрогнула, невольно вспоминая их второй совместный бой.
– Пожалуй, нет.
В тот раз акума оказалась по части Кота. Жертвой стал молодой программист, пришедший на собеседование и получивший отказ. Свидетелем его ярости была Алья, мигом запостившая произошедшее в Ледиблог, а после вызвавшая подругу. Маринетт даже не стала пенять Алье на такую последовательность действий, а сразу помчалась к нужному зданию, по пути вызывая Нуара.
– Редакция Мари Клэр? Ты серьезно? – приехавший на место Агрест смотрел на огромное здание, где сотни человек работали над изданием одного из популярных в Париже журналов. – Спорим, мы появимся завтра на первой полосе?
– Тогда не снимай шлем, Котик, – серьезно посоветовала Маринетт. Она прекрасно понимала, что у Адриана могут быть большие проблемы, если в нем узнают ее помощника.
Он кивнул и занялся разблокировкой лифта. За неполных полчаса программист успел превратить здание в неприступную крепость, и, чтобы пробраться внутрь, надо было преодолеть массу уготованных им ловушек.
Неизвестно, по какой причине отказали парню, но воображение у него работало как надо. Вокруг героев витали куски кода, то и дело цепляющиеся к разным предметам и переделывающие их на новый лад. Например, стулья превращались в скачущие мячи, провода – в шипящих змей, а на месте горшков с цветами оказывались котята и кролики. Во что может превратиться человек, Маринетт не знала, но старалась держаться подальше от пролетающих букв.
– Ну всё, готово! – воскликнул Адриан, закончив с лифтом. Двери открылись, и хлынувший оттуда поток кода заставил героев отскочить в сторону и прижаться к стене. Так близко друг к другу, что Маринетт могла ощутить аромат парфюма напарника. Интересно, она выглядела полной извращенкой, пока его обнюхивала?
– Кажется, пронесло, – выдохнул Кот, когда последние цифры и буквы проплыли мимо. Но как у всякого черного кота, у него была своя полоса невезения, и он умудрился зацепить рукавом последний улетающий кусочек. На секунду замер, с губ вырвался тихий стон, и парень схватился за шлем, сдирая его прежде, чем Маринетт успела его остановить.
Впрочем, раскрытия личности он мог не опасаться – у Адриана была кошачья голова, шикарные усы и примятые шлемом, забавно подрагивающие уши.
Программиста они победили, кстати, благодаря приобретенной Нуаром кошачьей реакции – он смог ловко подпрыгнуть и буквально вырвать «мышку» у программиста из рук. Правда, чтобы уговорить Нуара отдать «игрушку», Маринетт пришлось почесать его за ушком, но, в конце концов, акума была уничтожена, а напарники дружно стукнулись кулачками, ознаменуя тем самым успешно завершение дела.
– Леди, ты не уснула? Кажется, я вижу акуму, – окликнул её Адриан, указывая на промелькнувшую мимо тень, и Маринетт поспешно отвлеклась от воспоминаний, берясь за йо-йо. Определенно, работать в паре ей нравилось намного больше – всегда был тот, кто возвращал её с небес на землю, не позволяя слишком глубоко погрузиться в мечтания.
Когда под утро Адриан вернулся домой, Хлоя дремала на его кровати, свернувшись клубочком, и Агрест со вздохом бросил подушку и покрывало на диван. Подруга так мирно спала, что выгонять её с мягкой постели было неловко (хотя, последнюю неделю, пока она жила в его комнате, они боролись за право выспаться на кровати). Но стоило Агресту улечься на неудобном, коротком для него диване и закрыть глаза, надеясь вздремнуть, как Хлоя бодрым голосом поинтересовалась о прошедшем дежурстве.
– Могла бы не притворяться, что спишь, – сонно пробормотал Адриан, подавляя желание накрыться подушкой и сделать вид, что он ничего не слышал. В последнее время ему не удавалось высыпаться. Как ни удивительно, виной этому были не долгие ночные дежурства с Ледибаг, а, скорее, сумасшедший режим Хлои. Подруга могла без зазрения совести разбудить его в пять утра, потому что ей приснился кошмар. Или захотелось пиццы и потребовать его сходить за ней – неважно, что на часах было полвторого ночи. Или просто включить музыку, так как в комнате слишком тихо. Тихо… Адриан уже забыл, каково это! Пожалуй, впервые за долгое время он радовался, что единственный ребенок в семье, а Хлоя – всего лишь временное явление в его жизни.
– Если бы ты не топал как слон, я не проснулась бы, – парировала Буржуа, перевернувшись и усевшись на полушку в позе лотоса. Короткая желтая с черными полосками пижама делала её похожим на пчелу, а жалить язычком Хлоя умела не хуже. – Рассказывай, или я умру от любопытства, – приказным тоном попросила она, устраиваясь поудобнее.
Прекрасно памятуя, что отвязаться не получится, Агрест начал рассказывать подробности ночного патруля. Слушателем Хлоя была прекрасным. В нужных местах ахала, смеялась, вставляла свои пять сантимов, так что разговор вышел веселым.
– Погоди, она предложила тебе сделать татуировку? – под конец искренне удивилась Хлоя, но Адриан покачал головой.
– Нет, просто упомянула о знакомом мастере.
– Татуировка от знакомого Ледибаг… Слушай, а это замечательная идея! – Хлоя прикусила губу, мучительно над чем-то размышляя. Посмотрев на её сосредоточенное лицо, Адриан моментально пришел к правильным выводам.
– Ты этого не сделаешь, – твердо сказал он, но Хлою его приказной тон только больше раззадорил.
– Давай ты не будешь указывать, что мне делать, а что нет! Можно подумать, папочки недостаточно, – сморщилась она и, вскочив, подошла к зеркалу. Оглядела себе, крутясь на пятках.
– Корона или цветок? – задумчиво произнесла Хлоя, мысленно примеряя татуировку на шею.
– Хло, ты ведь не серьезно? – обеспокоенно спросил Агрест, но блондинка только отмахнулась.
– Естественно, серьезно. Папа взбесится, когда её увидит, – торжествующая улыбка скользнула по её губам, но девушка быстро взяла себя в руки. – Спроси в следующий раз у Ледибаг, где найти её мастера. Побуду для него подопытным кроликом. К тому же, это маленький шанс увидеть Леди вблизи. Вдруг она заглянет к нему на кофе? – мечтательно улыбнулась Буржуа.
– Ты так уверена, что узнаешь её настоящую? – скептически уточнил Адриан. Пусть он пообещал себе, что не будет пользоваться хакерскими штучками, чтобы вычилить свою Леди, но это не мешало ему вглядываться во всех знакомых девушек, раздумывая, не она ли прячется под пятнистой маской.
– Естественно узнаю. Не забывай – я её фанатка номер один, – напомнила ему Хлоя и умоляюще сложила руки. – Так ты спросишь?
– Нет. Я не буду этого делать, – категорично отказался Адриан. Вот только Хлоя не принимала отказов.
– Пра-авда? – нехорошо сощурилась она и, наклонившись, вытащила из-под кровати стопку журналов не самого приличного содержания. – Тогда я скажу Ледибаг, что именно ты любишь почитать на ночь.
– Это шантаж, – Адриан скатился с дивана и выхватил журналы у Хлои из рук. Его лицо пылало. – Кроме того, в этом не ничего страшного. Вполне нормально для парня моего возраста…
– Особенно если учесть, что закладками заложены страницы с моделями в черно-красном? – хихикнула подруга, и Агрест покраснел еще сильнее.
– Ладно, я спрошу адрес того татуировщика. Если Леди его даст, – буркнул он сквозь зубы.
– Вот и отлично, – Хлоя довольно улыбнулась и, потянувшись, улеглась на кровать. – Я спать. Хороших снов! – зевнула она, с головой укрываясь тонким одеялом.
– Чтоб тебе Барбоса приснился! – в сердцах бросил Адриан.
– Я всё слышала, – приглушенно раздалось с кровати.
– На то и рассчитано, – Адриан вернулся на диван, всё ещё держа в руках журналы и не зная, стоит ли их выкинуть, чтобы больше не хранить компромат в комнате, или спрятать получше. Внезапно его прошиб холодный пот. Ладно, Хлоя, которую он знает как облупленную, но что если бы Ледибаг увидела эти журналы во время своего прошло визита?!
Больше не сомневаясь, Агрест выбросил журналы в мусор и стыдливо закидал сверху чистой бумагой, чтобы ни у кого и мысли не возникло, что именно он хранил в комнате. Тихий смешок с кровати показал ему, что его действия не остались незамеченными.
«Вот попрошу сделать ей татуировку в виде пчелы, будет знать», – подумал он про себя. Собирался поразмышлять над местью подруге еще немного, но вместо этого провалился в сон.
Сердце у Маринетт колотилось как бешеное, и она несколько раз едва не врезалась в фонарный столб, взлетая над Парижем. В голове не было ни единой разумной и спокойной мысли. Конечно, она видела, что Адриану нравится Ледибаг, видела, с каким влюбленным взглядом он следил за ней! Но не ожидала, что он решится признаться ей так скоро.
– Моя Леди, нам надо поговорить, – сказал он после патруля, и у Маринетт от серьезности и волнения в его голосе ослабли ноги.
– Это срочно? Не подождет до завтра? – нашла она в себе силы уточнить (попросту беспокоясь, что от волнения не сможет внятно связать и пары слов), но Агрест кивнул. Пришлось соглашаться и молиться, чтобы не вернулось её смущение и стеснение школьных лет.
На дороге или в парке они привлекали много ненужного внимания, так что девушка забросила йо-йо и, обняв напарника, взлетела с ним на ближайшую крышу. Поспешно отошла и отвернулась, скрывая заалевшие щёки.
– Так о чём ты хотел поговорить? – следя за тем, чтобы не начать заикаться, спросила Маринетт. Кот замялся, глядя с высоты многоэтажки на ночной Париж.
«Неужели сейчас… вот прямо сейчас он признается ей в своих чувствах? Что же ей тогда делать? Снять маску? Но вдруг он будет разочарован, узнав в героине Парижа знакомого Жучка?!» – в панике пронеслось в голове Дюпэн-Чэн.
– Стой там, я за тобой приеду.
Адриан быстро оделся и вышел из комнаты. В особняке было тихо. Старинные часы в гостиной мерно отмеряли время, а мама с портрета грустно улыбалась ему, когда он прошел мимо.
– С добрым утром, мам, – как обычно поздоровался Адриан и выскочил на улицу. Утренний Париж разительно отличался от вечернего. Если ночью город напоминал взбудораженный улей, то утром все «пчелы» отправлялись спать. Редкие прохожие провожали парня на мотоцикле равнодушным взглядом, и Агрест беспрепятственно добрался до нужной станции.
Хлоя сидела на скамеечке у входа в метро, поджав под себя ноги, и нервно курила.
– Выбрось немедленно! – Адриан вырвал у неё из рук сигарету и отправил в мусорное ведро. – Давай остальные.
– Да пошел ты! – огрызнулась она, но пачку отдала. Спорить с Агрестом было бесполезно.
– Пойдем, только вместе, – он протянул ей руку, рывком поднял со скамьи и потащил за собой к мотоциклу. – Расскажешь, что случилось?
– Папаша охренел, – коротко сказала блондинка, усаживаясь за спиной друга.
– Ого, а конкретнее? В очередной раз решил подыскать тебе жениха? – Адриан завел мотоцикл, и они выехали на полупустую дорогу.
– Не решил. Подыскал.
– Как так? – Адриан обернулся, и мотоцикл резко вильнул в сторону.
– Езжай ровно и следи за дорогой! – стукнула его Хлоя. Правда, Адриан подозревал, что она не столько беспокоится о безопасности, сколько не хочет, чтобы он видел её заплаканное лицо. – Папа нашел у меня в комнате фотографии Натаниэля.
– И что?
– Сказал, что если мне нравится такой тип парней, то лучше он сам выберет мне мужа. И вчера привел… познакомиться. Он так и представил: «Месье Барбоса, твой жених», – Хлоя явно передразнила мэра Парижа.
– Барбоса? – фыркнул Адриан, а Хлоя закатила глаза.
– Вот и я о том же. Хлоя Барбоса, хуже не придумаешь! – она вцепилась в его куртку, когда перед очередным светофором Адриан резко затормозил, не успев проехать на зеленый.
– Так понимаю, ты устроила скандал? – не оборачиваясь, спросил Адриан, пока они ждали светофор.
– А что ты бы сделал на моем месте? – вздохнула Хлоя.
– Если бы отец представил мне жениха? – скептически уточнил Адриан, и Хлоя деланно рассмеялась.
– Ха-ха, очень смешно! Если бы месье Агрест сказал, что ты должен жениться, к примеру, на Лиле?
– Хло, у тебя дурацкие шутки, – Адриана передернуло от одной мысли. Нет, староста вовсе не была дурнушкой или глупой, но она была ужасно надоедливой.
– Вот и я папе сказала, что шутка дурацкая. А он ответил, что ему надоело выслушивать мои капризы, и если я хочу поступать по своему, то могу выметаться из дома. И вообще, я ему больше не дочь, – на последних словах Хлоя тоненько взвыла и уткнулась носом в спину Адриана. – Что мне теперь делать? – в перерывах между всхлипами спросила она.
– Поживешь у меня пару дней. Месье Буржуа успокоится, и вы помиритесь. Первый раз поругались, что ли? – Адриан свернул на объезд, чтобы увеличить путь к особняку. Он был готов проехать пару лишних километров. А Хлое нужно было поплакать, и его спина сейчас служила ей отличной жилеткой.
***
– Кот, а как ты относишься к татуировкам? – во время очередного дежурства спросила Маринетт напарника. Они как раз закончили обходить не самый благополучный район, и вышедшие из ночного клуба ребята, неподалеку от которого расположились герои Парижа, мигом напомнили Дюпэн-Чэн об одном знакомом художнике. Вернее, о новой работе Натаниэля – парни были покрыты татуировками с ног до головы.
– Это ты к чему спрашиваешь? – с опаской поинтересовался Нуар. Представить свою Леди с татуировкой он не мог. Хотя, если это будет небольшой игривый котенок где-то на шее или ниже…
Маринетт поймала его задумчивый взгляд и скрестила руки на груди.
– Вообще-то, мои глаза находятся несколько выше, – с усмешкой сказала она, с удовольствием наблюдая, как друг краснеет и отводит взгляд. С недавнего времени он носил маску, чем-то напоминающую её собственную, только абсолютно черную. Это позволяло сохранять его личность втайне от вездесущих журналистов, уже прознавших о том, что у Ледибаг появился помощник. Но главное, в отличие от шлема, маска давала Маринетт возможность любоваться его эмоциями.
– В свое время я думал набить татушку, – признался Адриан, почесав затылок. Трепка, которая досталось ему от отца (он всё ещё гадал, откуда Габриэль узнавал обо всех его задумках), до сих пор сохранилась в его памяти.
– И что же за рисунок ты хотел? Хотя нет, позволь, догадаюсь. Черного кота, – Адриан с досадой фыркнул, и Ледибаг рассмеялась. – Ты предсказуем.
– Эй, мне было шестнадцать! – возмутился Нуар. Собственная идея больше не казалась ему настолько восхитительной, да и к татуировкам он с того времени значительно охладел. – Так почему ты спрашиваешь?
– Один мой знакомый татуировщик ищет, на ком поэкспериментировать, – честно ответила Маринетт, продолжая наблюдать за ребятами из клуба. Те начали спорить, и в такие моменты Ледибаг старалась быть настороже. Акума любила появляться во время склок.
– Он знает, кто ты? – заинтересовался Адриан.
– Упаси боже! – искренне воскликнула Маринетт, представив реакцию Натаниэля на подобное заявление. Во время одной из встреч он признался, что восхищен героиней Парижа. Не хватало только, чтобы его чувства к Маринетт вспыхнули вновь.
Спор в это время становился всё громче. А когда парни от словесной перепалки перешли к драке, Маринетт стала оглядываться, боясь пропустить бабочку. Проблема состояла в том, что разглядеть черную акуму ночью было весьма проблематично.
– Жаль, что ты не видишь в темноте, как кот, – пробормотала Маринетт.
– Тебе так понравился мой прошлый образ, Мур-р-р-леди? – промурлыкал Адриан, и Маринетт вздрогнула, невольно вспоминая их второй совместный бой.
– Пожалуй, нет.
В тот раз акума оказалась по части Кота. Жертвой стал молодой программист, пришедший на собеседование и получивший отказ. Свидетелем его ярости была Алья, мигом запостившая произошедшее в Ледиблог, а после вызвавшая подругу. Маринетт даже не стала пенять Алье на такую последовательность действий, а сразу помчалась к нужному зданию, по пути вызывая Нуара.
– Редакция Мари Клэр? Ты серьезно? – приехавший на место Агрест смотрел на огромное здание, где сотни человек работали над изданием одного из популярных в Париже журналов. – Спорим, мы появимся завтра на первой полосе?
– Тогда не снимай шлем, Котик, – серьезно посоветовала Маринетт. Она прекрасно понимала, что у Адриана могут быть большие проблемы, если в нем узнают ее помощника.
Он кивнул и занялся разблокировкой лифта. За неполных полчаса программист успел превратить здание в неприступную крепость, и, чтобы пробраться внутрь, надо было преодолеть массу уготованных им ловушек.
Неизвестно, по какой причине отказали парню, но воображение у него работало как надо. Вокруг героев витали куски кода, то и дело цепляющиеся к разным предметам и переделывающие их на новый лад. Например, стулья превращались в скачущие мячи, провода – в шипящих змей, а на месте горшков с цветами оказывались котята и кролики. Во что может превратиться человек, Маринетт не знала, но старалась держаться подальше от пролетающих букв.
– Ну всё, готово! – воскликнул Адриан, закончив с лифтом. Двери открылись, и хлынувший оттуда поток кода заставил героев отскочить в сторону и прижаться к стене. Так близко друг к другу, что Маринетт могла ощутить аромат парфюма напарника. Интересно, она выглядела полной извращенкой, пока его обнюхивала?
– Кажется, пронесло, – выдохнул Кот, когда последние цифры и буквы проплыли мимо. Но как у всякого черного кота, у него была своя полоса невезения, и он умудрился зацепить рукавом последний улетающий кусочек. На секунду замер, с губ вырвался тихий стон, и парень схватился за шлем, сдирая его прежде, чем Маринетт успела его остановить.
Впрочем, раскрытия личности он мог не опасаться – у Адриана была кошачья голова, шикарные усы и примятые шлемом, забавно подрагивающие уши.
Программиста они победили, кстати, благодаря приобретенной Нуаром кошачьей реакции – он смог ловко подпрыгнуть и буквально вырвать «мышку» у программиста из рук. Правда, чтобы уговорить Нуара отдать «игрушку», Маринетт пришлось почесать его за ушком, но, в конце концов, акума была уничтожена, а напарники дружно стукнулись кулачками, ознаменуя тем самым успешно завершение дела.
– Леди, ты не уснула? Кажется, я вижу акуму, – окликнул её Адриан, указывая на промелькнувшую мимо тень, и Маринетт поспешно отвлеклась от воспоминаний, берясь за йо-йо. Определенно, работать в паре ей нравилось намного больше – всегда был тот, кто возвращал её с небес на землю, не позволяя слишком глубоко погрузиться в мечтания.
***
Когда под утро Адриан вернулся домой, Хлоя дремала на его кровати, свернувшись клубочком, и Агрест со вздохом бросил подушку и покрывало на диван. Подруга так мирно спала, что выгонять её с мягкой постели было неловко (хотя, последнюю неделю, пока она жила в его комнате, они боролись за право выспаться на кровати). Но стоило Агресту улечься на неудобном, коротком для него диване и закрыть глаза, надеясь вздремнуть, как Хлоя бодрым голосом поинтересовалась о прошедшем дежурстве.
– Могла бы не притворяться, что спишь, – сонно пробормотал Адриан, подавляя желание накрыться подушкой и сделать вид, что он ничего не слышал. В последнее время ему не удавалось высыпаться. Как ни удивительно, виной этому были не долгие ночные дежурства с Ледибаг, а, скорее, сумасшедший режим Хлои. Подруга могла без зазрения совести разбудить его в пять утра, потому что ей приснился кошмар. Или захотелось пиццы и потребовать его сходить за ней – неважно, что на часах было полвторого ночи. Или просто включить музыку, так как в комнате слишком тихо. Тихо… Адриан уже забыл, каково это! Пожалуй, впервые за долгое время он радовался, что единственный ребенок в семье, а Хлоя – всего лишь временное явление в его жизни.
– Если бы ты не топал как слон, я не проснулась бы, – парировала Буржуа, перевернувшись и усевшись на полушку в позе лотоса. Короткая желтая с черными полосками пижама делала её похожим на пчелу, а жалить язычком Хлоя умела не хуже. – Рассказывай, или я умру от любопытства, – приказным тоном попросила она, устраиваясь поудобнее.
Прекрасно памятуя, что отвязаться не получится, Агрест начал рассказывать подробности ночного патруля. Слушателем Хлоя была прекрасным. В нужных местах ахала, смеялась, вставляла свои пять сантимов, так что разговор вышел веселым.
– Погоди, она предложила тебе сделать татуировку? – под конец искренне удивилась Хлоя, но Адриан покачал головой.
– Нет, просто упомянула о знакомом мастере.
– Татуировка от знакомого Ледибаг… Слушай, а это замечательная идея! – Хлоя прикусила губу, мучительно над чем-то размышляя. Посмотрев на её сосредоточенное лицо, Адриан моментально пришел к правильным выводам.
– Ты этого не сделаешь, – твердо сказал он, но Хлою его приказной тон только больше раззадорил.
– Давай ты не будешь указывать, что мне делать, а что нет! Можно подумать, папочки недостаточно, – сморщилась она и, вскочив, подошла к зеркалу. Оглядела себе, крутясь на пятках.
– Корона или цветок? – задумчиво произнесла Хлоя, мысленно примеряя татуировку на шею.
– Хло, ты ведь не серьезно? – обеспокоенно спросил Агрест, но блондинка только отмахнулась.
– Естественно, серьезно. Папа взбесится, когда её увидит, – торжествующая улыбка скользнула по её губам, но девушка быстро взяла себя в руки. – Спроси в следующий раз у Ледибаг, где найти её мастера. Побуду для него подопытным кроликом. К тому же, это маленький шанс увидеть Леди вблизи. Вдруг она заглянет к нему на кофе? – мечтательно улыбнулась Буржуа.
– Ты так уверена, что узнаешь её настоящую? – скептически уточнил Адриан. Пусть он пообещал себе, что не будет пользоваться хакерскими штучками, чтобы вычилить свою Леди, но это не мешало ему вглядываться во всех знакомых девушек, раздумывая, не она ли прячется под пятнистой маской.
– Естественно узнаю. Не забывай – я её фанатка номер один, – напомнила ему Хлоя и умоляюще сложила руки. – Так ты спросишь?
– Нет. Я не буду этого делать, – категорично отказался Адриан. Вот только Хлоя не принимала отказов.
– Пра-авда? – нехорошо сощурилась она и, наклонившись, вытащила из-под кровати стопку журналов не самого приличного содержания. – Тогда я скажу Ледибаг, что именно ты любишь почитать на ночь.
– Это шантаж, – Адриан скатился с дивана и выхватил журналы у Хлои из рук. Его лицо пылало. – Кроме того, в этом не ничего страшного. Вполне нормально для парня моего возраста…
– Особенно если учесть, что закладками заложены страницы с моделями в черно-красном? – хихикнула подруга, и Агрест покраснел еще сильнее.
– Ладно, я спрошу адрес того татуировщика. Если Леди его даст, – буркнул он сквозь зубы.
– Вот и отлично, – Хлоя довольно улыбнулась и, потянувшись, улеглась на кровать. – Я спать. Хороших снов! – зевнула она, с головой укрываясь тонким одеялом.
– Чтоб тебе Барбоса приснился! – в сердцах бросил Адриан.
– Я всё слышала, – приглушенно раздалось с кровати.
– На то и рассчитано, – Адриан вернулся на диван, всё ещё держа в руках журналы и не зная, стоит ли их выкинуть, чтобы больше не хранить компромат в комнате, или спрятать получше. Внезапно его прошиб холодный пот. Ладно, Хлоя, которую он знает как облупленную, но что если бы Ледибаг увидела эти журналы во время своего прошло визита?!
Больше не сомневаясь, Агрест выбросил журналы в мусор и стыдливо закидал сверху чистой бумагой, чтобы ни у кого и мысли не возникло, что именно он хранил в комнате. Тихий смешок с кровати показал ему, что его действия не остались незамеченными.
«Вот попрошу сделать ей татуировку в виде пчелы, будет знать», – подумал он про себя. Собирался поразмышлять над местью подруге еще немного, но вместо этого провалился в сон.
***
Сердце у Маринетт колотилось как бешеное, и она несколько раз едва не врезалась в фонарный столб, взлетая над Парижем. В голове не было ни единой разумной и спокойной мысли. Конечно, она видела, что Адриану нравится Ледибаг, видела, с каким влюбленным взглядом он следил за ней! Но не ожидала, что он решится признаться ей так скоро.
– Моя Леди, нам надо поговорить, – сказал он после патруля, и у Маринетт от серьезности и волнения в его голосе ослабли ноги.
– Это срочно? Не подождет до завтра? – нашла она в себе силы уточнить (попросту беспокоясь, что от волнения не сможет внятно связать и пары слов), но Агрест кивнул. Пришлось соглашаться и молиться, чтобы не вернулось её смущение и стеснение школьных лет.
На дороге или в парке они привлекали много ненужного внимания, так что девушка забросила йо-йо и, обняв напарника, взлетела с ним на ближайшую крышу. Поспешно отошла и отвернулась, скрывая заалевшие щёки.
– Так о чём ты хотел поговорить? – следя за тем, чтобы не начать заикаться, спросила Маринетт. Кот замялся, глядя с высоты многоэтажки на ночной Париж.
«Неужели сейчас… вот прямо сейчас он признается ей в своих чувствах? Что же ей тогда делать? Снять маску? Но вдруг он будет разочарован, узнав в героине Парижа знакомого Жучка?!» – в панике пронеслось в голове Дюпэн-Чэн.
