Гудок…
Ещё один…
Тишина комнаты казалась почти осязаемой. Замки стали казаться ненадёжными, а высота шестнадцатого этажа – слишком низкой и небезопасной.
Мысли в голове стремительно превращались в жуткую кашу, и я уже решила, что если сейчас Лер мне не поможет, то придётся звонить Артуру, и всеми способами пытаться уговорить его не рассказывать о случившемся маме.
- Да, - послышалось из трубки, а я даже не сразу поняла, что мне всё-таки ответили. – Эй, Рина, ты в порядке?
- Нет, Лер… Мне нужна твоя помощь, и я была бы очень рада, если бы ты сейчас приехал. Сможешь?
- Что-то случилось? – в его голосе появилось неприкрытое беспокойство. – Ты здорова?
- Приезжай, пожалуйста, - на последнем слове мой голос сел до шёпота, а на другом конце провода повисла напряжённая тишина.
- Буду через десять минут, - сазал Лер и повесил трубку. А у меня наконец-то стало нормально колотиться сердце.
Отчего-то теперь минуты поплыли ещё медленнее, а секунды и вовсе стали казаться мне очень длинными отрезками. Нецензурно выругавшись, тем самым дав выход нахлынувшим эмоциям, Глара снова схватила бутылку, и уже собиралась её открыть, как вдруг остановилась.
- Слушай, Рин, а вдруг это и правда Лер? – проговорила она, уставившись на меня со странно перекошенным выражением лица. – Вдруг это его шуточки?
- Не неси чушь! – чуть грубее, чем следовало бы, ответила я. – Лер – единственный, кого я никак не подозреваю. Другое дело Тим. У того и мотивов море и возможностей не меньше. А зуб у него на меня величиной с бивень мамонта. Так что пока он мой единственный подозреваемый.
- Мачо из Маршрутки? Тот блондинчик? – уточнила Глафира и тут же снова уселась на диван, уставившись в стену озадаченным взглядом. – Хотя… он, правда, показался мне таким…
- Каким? – уточнила я, откидывая голову назад и закрывая глаза.
- Опасным. Да и грубый он. Но… мне кажется, он не стал бы бить исподтишка. Такие обычно мстят, глядя в глаза. Хотя…
- Поверь, у этого бы хватило фантазии на подобную шутку.
- А на воплощение своих угроз в жизнь? – судя по интонации, этот вопрос интересовал Глару куда больше всего остального.
- Не знаю! – прошептала я в ответ. – Он слишком сложный и закрытый, и мне пока не удалось понять его. Но… он обещал, что я сильно пожалею, что поцарапала его шлем. Что отказалась от его условий.
- Но угрожать убийством за поцарапанный шлем… Рина, это же идиотизм? – воскликнула подруга.
- А ты думаешь, тот, кто названивает мне по ночам, пишет записки и угрожает расправой – нормальный человек? – выпалила я, тоже повышая тон, всё ж нервы начинали медленно сдавать.
Неожиданно раздавшийся звонок домофона заставил нас обоих подпрыгнуть на месте, а Глару вообще схватиться за самый большой кухонный нож, по чистой случайности, оказавшийся на столе.
К трубке мы шли вместе, да с такими бледными лицами, как будто напасть на нас могли прямо из динамика, который, кстати говоря, всё никак не хотел замолкать.
Пришлось собрать последние крупицы смелости и ответить. И кто бы знал, как я обрадовалась, когда услышала спокойный голос Лера. Он всё-таки приехал…. гораздо быстрее, чем обещал.
А это значит… мы больше не одни!
Велико же было моё удивление, когда через несколько минут порог моей квартиры переступили двое. И присутствие второго неожиданного гостя меня совершенно не радовало.
- Зачем он здесь? – спросила я сходу, сверля злобным взглядом откровенно ухмыляющегося Тима.
- Затем, что ты нас обоих напугала, - ответил Кармин, перехватывая мой взгляд. И было в этот момент в его глазах что-то такое, что и заставило меня запихнуть все свои претензии как можно глубже. - Что случилось?
- Заходите уже быстрее! – Выпалила Глафира, изящно огибая застывших парней и захлопывая дверь. А когда, привлечённый её действиями Валера всё ж рассмотрел, что именно делает эта странная блондинка, то удивился ещё сильнее. Но Гларе было всё равно – она с бешеной скоростью закрывала замки, и даже подпёрла ручку двери стулом… для верности, так сказать.
- Вы что, объявили войну соседям? – поинтересовался Тим, переводя насмешливый взгляд с меня на Глару, но не увидев в наших лицах ни капли веселья, тут же посерьёзнел. – От кого прячетесь?
Я мялась, не зная, как преподнести этим двоим такую странную информацию… тем более, что вводить в курс дела Тимура мне совершенно не хотелось. Но… выбора уже не было.
- Пошли, что ли на кухню, - обречённым тоном протянула я, опуская глаза. – Там и поговорим.
К тому времени, когда ребята расположились на диване вокруг моего любимого овального стола, а Глафира, взяв на себя обязанности хозяйки, налила гостям кофе, любопытство Тима уже начало медленно лопаться по швам.
- И что же такого произошло, что ты заставила нас примчаться к тебе в такой, прямо скажем, не ранний час? – спросил он, пристально глядя на меня своими синими, как грозовое небо, глазами, в которых не было ни капли сочувствия или жалости – один лишь привычный холод.
В этот момент мне просто до безумия захотелось послать его куда подальше и лучше самой сдаться на милость маньяка, чем просить этого…(даже не знаю, как назвать!) о помощи. И я бы непременно поступила именно так, если бы не очередной телефонный звонок.
Номер был мне неизвестен, но не тот, с которого звонили до этого. Нет. Те цифры врезались в мою память буквально с первого взгляда.
Естественно, я ответила.
- Ри-и-и-на… - проговорила трубка тем самым голосом, от которого у меня начинало бешено колотиться сердце и трястись руки. К тому же, в полнейшей тишине комнаты слова звонящего были слышны всем.
- Что, - прошептала я в ответ, так как говорить в голос уже не получалось.
- Неужели ты боишься? – вкрадчивым тоном истинного сумасшедшего поинтересовался он. – Думаешь это страшно…. умирать? Нет, дорогая…. для тебя это будет подарком…. спасением от физических мук и долгожданным искуплением всех твоих прегрешений.
- Отстань от меня! – выкрикнула я трубке.
- Нет, Арина, - чуть тише ответил он. – Теперь ты за всё заплатишь. И поверь… тебя не спасут ни дверь, ни замки, ни чудо. И пусть сегодня ты не одна, но так не будет продолжаться вечно, а я очень терпеливый.
На этом звонок снова оборвался, а когда отчего-то дико взбешённый Тим, выхватил у меня из рук трубку и попытался перезвонить, ему тут же сообщили, что аппарат абонента выключен.
- Что за хрень? – прошипел он, поворачиваясь ко мне, и в его глазах больше не было льда. Теперь там бушевали настоящие пожары. – Что это было, Рина? Кто это такой?
От его напора мне стало не по себе и, обхватив колени руками, я инстинктивно вжалась в диван.
- Ты в курсе? – обратился он к притихшей Гларе, когда понял, что сейчас я не в состоянии произнести ни слова. Та только кивнула и, сделав большой глоток бренди, принялась рассказывать ошарашенным парням всё, что сама знала об этой истории. И я была ей очень благодарна, потому что говорить об этом сама, точно бы не смогла.
- Почему ты не сказала нам сразу? – мягко и с какой-то заботой в голосе поинтересовался Лер.
- Думала, что это просто шутка. Думала, кто-то из жер… хм, старых знакомых просто решил пошутить. Но… на шутку это не похоже. Сами слышали.
- Да он же натуральный псих! Рина! Где ты могла такого подцепить? – снова повысил голос Тим.
- Откуда мне знать? – ответила я шёпотом, а потом снова уткнулась лицом в колени.
- Кому ты об этом говорила? – не унимался он.
- Только вам… и Гларе с Ленкой. Я не думала, что всё зайдёт так далеко, но теперь… - вздохнула, зажмурилась. Постаралась снова собраться с мыслями. Внушить себе, что всё в порядке, и бояться нечего, но… рот открылся сам, позволяя сорваться с языка следующей предательской фразе: - Теперь мне реально страшно.
- И что ты намерена делать? – всё так же спокойно спросил Лер, украдкой поглядывая на разгневанного Тима. Честно говоря, не думала, что подобное может настолько разозлить эту «глыбу льда».
- Пока не знаю, но… не хочу, чтобы кто-то ещё об этом узнал. Поэтому и попросила вас о помощи.
Повисла странная пауза, в которой очень чётко слышалось, как тикает секундная стрелка на больших настенных часах. И это было слишком символично, ведь сейчас, она очень красноречиво напоминала, что время бежит вперёд, а вместе с ним убегают мои призрачные шансы на счастливый исход всей этой тёмной истории.
- И чего же ты хочешь от нас? – выдал Тим, довольно спокойным и серьёзным тоном, что было, в принципе, на него не похоже. – Чем мы можем тебе помочь?
- Не знаю… - честно призналась я. – Но больше мне обратиться не к кому.
- А как же Толик? – усмехнулся блондин, а с его лица мигом исчезла вся задумчивость и озадаченность, и теперь на меня снова смотрели эти полные холода глаза. – Разве он не может помочь своей…. так сказать, протеже?
- Я не хочу, чтобы он знал. Это всё только усложнит.
- Но скажи тогда, на какую помощь ты рассчитывала, вызывая Валеру среди ночи? – не унимался Тим. – Думаешь, он добрый волшебник? Сыграет раз на магических струнах и все злодеи в тот же час падут ниц у твоих ног?
- Тим! – осадил его брюнет, который во время этого монолога старался сосредоточиться и попытаться найти выход из сложившейся ситуации. – Отстань от неё. Мы что-нибудь придумаем.
- Придумаем? Да ты глянь на неё! Она же конченная эгоистка! Ей, видите ли, страшно, и поэтому ты должен подрываться и мчаться сюда…. лишь потому, что кто-то не хочет придавать дело огласке! И ей плевать, что у тебя тоже есть дом и мелкая, которую пришлось оставить на попечении пожилой соседке! Поверь, ей всё равно!
Эту тираду я слушала с широко распахнутыми глазами, и в полном оцепенении, потому что так обо мне, причём в моём же присутствии ещё никто не отзывался. И все слова Тима больно ранили по неожиданно проснувшейся хрупкой душе, пробивая её титановый панцирь. А самым обидным было то, что он говорил правду. Ведь, звоня Леру, я совершенно не думала о том, что он может быть занят, или у него есть свои планы на вечер. Я просто нуждалась в поддержке единственного, кому почему-то доверяла.
- Прости… - тихо проговорила я, поворачиваясь к ошарашенному Кармину. – Тим прав. Я просто капризничаю, и во всём этом нет ничего страшного. И… думаю, вам стоит вернуться домой, тем более, если вас там ждут. И я очень благодарна, что ты приехал… Спасибо тебе, огромное.
- Рина, что ты говоришь? Как мы можем сейчас тебя оставить? – воскликнул парень, и в этот момент он выглядел таким растерянным, что я снова запуталась в правильности своих суждений. – Я не могу тебя бросить здесь одну.
- Да перестань ты, - я попыталась изобразить улыбку, но судя по всему, у меня не получилось. – Сейчас отправлю вас по домам, спокойно лягу спать, и всё. Я ведь большая девочка… и должна справляться со своими страхами.
Зажатый в его ладони телефон неожиданно завибрировал, что тоже показалось неимоверно громким звуком и, мельком взглянув на имя на экране, Лер быстро поднялся и вышел в коридор. Те несколько минут, пока его не было, мы молчали, и даже Глара не решалась что-либо говорить. Наверно просто долго подбирала слова, чтобы сообщить мне о своём уходе.
- Рин… - начала она мягко, и как-то виновато. – Мне тоже придётся уйти. Ты же знаешь, как трепетно мама относиться к моим ночным прогулкам и ночёвкам у подруг.
Я подняла на неё усталый взгляд, и лишь легонько улыбнулась. Конечно, мне были известны все подробности её отношений с матерью, и если Глара не придёт ночью домой…. ей грозит такой скандал, что не позавидуешь. Ведь у её родительницы на этот счёт был какой-то странный бзик, и даже несмотря на свой уже далеко не детский возраст, Глафира каждую ночь была обязана проводить в своей постели. Так сказать, под бдительным оком. И, насколько я помню, временным порогом, или, так называемой «точкой не возврата», для Глары была отметка в четыре утра. И не минутой позже… иначе – даже представить страшно. Такое уже как-то случалось, и тогда у её родительницы была настоящая жуткая истерика, которую удалось остановить только огромной дозой успокоительного. После того случая Глара ни разу не позволила себе вернуться домой позже указанного срока.
- Бросишь подругу на произвол судьбы? – поинтересовался Тим, ехидно оскалившись.
- У неё есть на то причины, - ответила я, даже не глядя на блондина. – И довольно веские. К тому же, я уже сказала, что сама прекрасно справлюсь. И даже извинилась, если ты не заметил.
Глухие шаги известили нас троих о возвращении Лера, который отчего-то выглядел сейчас ещё более виноватым, чем Глара.
- Мне нужно уехать, - сказал он, всем своим видом выражая глубокое сожаление. А затем, повернулся к Тиму и заговорил уже немного бодрее. – Олеся Игоревна звонила. Говорит, Маша спать не хочет. Капризничает. Меня требует. Но, я не могу оставить Рину одну.
Тим посмотрел на друга так, как будто тот только что отобрал у него все деньги, нажитые непосильным трудом.
- Только не говори, что хочешь попросить меня остаться здесь, - выпалил он.
- Просто, мне было бы спокойнее, если бы ты согласился.
Тим нервно сжимал кулаки, и мне показалось, что я слышу, как он от раздражения скрипит зубами. И поначалу даже хотела возмутиться и послать его куда подальше, но бдительный инстинкт самосохранения вовремя меня заткнул. Всё ж если выбирать из вариантов пустой квартиры с мыслями о маньяке и пустой квартиры с Тимом… я бы, несомненно, предпочла второй вариант. И плевать, что ещё десять минут назад утверждала обратное.
Блондин упёр в меня раздражённый взгляд, будто надеялся, что следуя своей обычной манере, я воскликну, что мне от него ничего не нужно, и я ни при каких обстоятельствах не останусь с ним наедине, но… мне было страшно, а когда мне страшно, я очень покладиста и смиренна. Так что, пусть не надеется, выгонять его не стану.
Наверно в выражении моего лица промелькнуло что-то такое, что заставило Тимура задуматься, а может у него просто проснулось странное желание помочь ближнему, но… неожиданно для всех он довольно улыбнулся и, одарив меня хищным взглядом, повернулся к Леру.
- Хорошо, друг. Если ты просишь, я останусь, - как-то слишком спокойно и даже довольно проговорил он.
- Только давай без глупостей, - Валера смотрел на него с нескрываемой настороженностью, а я и вовсе перестала понимать, что, собственно, происходит. В ответ на это Тим лишь демонстративно закатил глаза, но говорить ничего не стал.
В общем, Лер и Глара уехали вместе, почти сразу после того, как блондин согласился выступить на сегодня моей личной сиделкой-охранником. Как только за ними закрылась дверь, Тим по-хозяйски развалился на полукруглом диване, неизвестным мне способом отыскал пульт от телевизора, который я потеряла ещё пару месяцев назад, и принялся медленно переключать каналы.
Я сначала собиралась возмутиться, но вовремя взяла себя в руки, и решила сегодня быть вообще тише воды и ниже травы. А мой гость прекрасно понимал причины такого смирения, и, поэтому, вёл себя так развязано.
Замерев в арке между кухней и гостиной, я со странной смесью умиления и раздражения наблюдала открывшуюся взору картину. И вроде не было в этом ничего такого, но… Тим до жути гармонично смотрелся на этом диване, и как будто невольно добавлял уюта моей большой пустой квартире.
Ещё один…
Тишина комнаты казалась почти осязаемой. Замки стали казаться ненадёжными, а высота шестнадцатого этажа – слишком низкой и небезопасной.
Мысли в голове стремительно превращались в жуткую кашу, и я уже решила, что если сейчас Лер мне не поможет, то придётся звонить Артуру, и всеми способами пытаться уговорить его не рассказывать о случившемся маме.
- Да, - послышалось из трубки, а я даже не сразу поняла, что мне всё-таки ответили. – Эй, Рина, ты в порядке?
- Нет, Лер… Мне нужна твоя помощь, и я была бы очень рада, если бы ты сейчас приехал. Сможешь?
- Что-то случилось? – в его голосе появилось неприкрытое беспокойство. – Ты здорова?
- Приезжай, пожалуйста, - на последнем слове мой голос сел до шёпота, а на другом конце провода повисла напряжённая тишина.
- Буду через десять минут, - сазал Лер и повесил трубку. А у меня наконец-то стало нормально колотиться сердце.
Отчего-то теперь минуты поплыли ещё медленнее, а секунды и вовсе стали казаться мне очень длинными отрезками. Нецензурно выругавшись, тем самым дав выход нахлынувшим эмоциям, Глара снова схватила бутылку, и уже собиралась её открыть, как вдруг остановилась.
- Слушай, Рин, а вдруг это и правда Лер? – проговорила она, уставившись на меня со странно перекошенным выражением лица. – Вдруг это его шуточки?
- Не неси чушь! – чуть грубее, чем следовало бы, ответила я. – Лер – единственный, кого я никак не подозреваю. Другое дело Тим. У того и мотивов море и возможностей не меньше. А зуб у него на меня величиной с бивень мамонта. Так что пока он мой единственный подозреваемый.
- Мачо из Маршрутки? Тот блондинчик? – уточнила Глафира и тут же снова уселась на диван, уставившись в стену озадаченным взглядом. – Хотя… он, правда, показался мне таким…
- Каким? – уточнила я, откидывая голову назад и закрывая глаза.
- Опасным. Да и грубый он. Но… мне кажется, он не стал бы бить исподтишка. Такие обычно мстят, глядя в глаза. Хотя…
- Поверь, у этого бы хватило фантазии на подобную шутку.
- А на воплощение своих угроз в жизнь? – судя по интонации, этот вопрос интересовал Глару куда больше всего остального.
- Не знаю! – прошептала я в ответ. – Он слишком сложный и закрытый, и мне пока не удалось понять его. Но… он обещал, что я сильно пожалею, что поцарапала его шлем. Что отказалась от его условий.
- Но угрожать убийством за поцарапанный шлем… Рина, это же идиотизм? – воскликнула подруга.
- А ты думаешь, тот, кто названивает мне по ночам, пишет записки и угрожает расправой – нормальный человек? – выпалила я, тоже повышая тон, всё ж нервы начинали медленно сдавать.
Неожиданно раздавшийся звонок домофона заставил нас обоих подпрыгнуть на месте, а Глару вообще схватиться за самый большой кухонный нож, по чистой случайности, оказавшийся на столе.
К трубке мы шли вместе, да с такими бледными лицами, как будто напасть на нас могли прямо из динамика, который, кстати говоря, всё никак не хотел замолкать.
Пришлось собрать последние крупицы смелости и ответить. И кто бы знал, как я обрадовалась, когда услышала спокойный голос Лера. Он всё-таки приехал…. гораздо быстрее, чем обещал.
А это значит… мы больше не одни!
Велико же было моё удивление, когда через несколько минут порог моей квартиры переступили двое. И присутствие второго неожиданного гостя меня совершенно не радовало.
- Зачем он здесь? – спросила я сходу, сверля злобным взглядом откровенно ухмыляющегося Тима.
- Затем, что ты нас обоих напугала, - ответил Кармин, перехватывая мой взгляд. И было в этот момент в его глазах что-то такое, что и заставило меня запихнуть все свои претензии как можно глубже. - Что случилось?
- Заходите уже быстрее! – Выпалила Глафира, изящно огибая застывших парней и захлопывая дверь. А когда, привлечённый её действиями Валера всё ж рассмотрел, что именно делает эта странная блондинка, то удивился ещё сильнее. Но Гларе было всё равно – она с бешеной скоростью закрывала замки, и даже подпёрла ручку двери стулом… для верности, так сказать.
- Вы что, объявили войну соседям? – поинтересовался Тим, переводя насмешливый взгляд с меня на Глару, но не увидев в наших лицах ни капли веселья, тут же посерьёзнел. – От кого прячетесь?
Я мялась, не зная, как преподнести этим двоим такую странную информацию… тем более, что вводить в курс дела Тимура мне совершенно не хотелось. Но… выбора уже не было.
- Пошли, что ли на кухню, - обречённым тоном протянула я, опуская глаза. – Там и поговорим.
К тому времени, когда ребята расположились на диване вокруг моего любимого овального стола, а Глафира, взяв на себя обязанности хозяйки, налила гостям кофе, любопытство Тима уже начало медленно лопаться по швам.
- И что же такого произошло, что ты заставила нас примчаться к тебе в такой, прямо скажем, не ранний час? – спросил он, пристально глядя на меня своими синими, как грозовое небо, глазами, в которых не было ни капли сочувствия или жалости – один лишь привычный холод.
В этот момент мне просто до безумия захотелось послать его куда подальше и лучше самой сдаться на милость маньяка, чем просить этого…(даже не знаю, как назвать!) о помощи. И я бы непременно поступила именно так, если бы не очередной телефонный звонок.
Номер был мне неизвестен, но не тот, с которого звонили до этого. Нет. Те цифры врезались в мою память буквально с первого взгляда.
Естественно, я ответила.
- Ри-и-и-на… - проговорила трубка тем самым голосом, от которого у меня начинало бешено колотиться сердце и трястись руки. К тому же, в полнейшей тишине комнаты слова звонящего были слышны всем.
- Что, - прошептала я в ответ, так как говорить в голос уже не получалось.
- Неужели ты боишься? – вкрадчивым тоном истинного сумасшедшего поинтересовался он. – Думаешь это страшно…. умирать? Нет, дорогая…. для тебя это будет подарком…. спасением от физических мук и долгожданным искуплением всех твоих прегрешений.
- Отстань от меня! – выкрикнула я трубке.
- Нет, Арина, - чуть тише ответил он. – Теперь ты за всё заплатишь. И поверь… тебя не спасут ни дверь, ни замки, ни чудо. И пусть сегодня ты не одна, но так не будет продолжаться вечно, а я очень терпеливый.
На этом звонок снова оборвался, а когда отчего-то дико взбешённый Тим, выхватил у меня из рук трубку и попытался перезвонить, ему тут же сообщили, что аппарат абонента выключен.
- Что за хрень? – прошипел он, поворачиваясь ко мне, и в его глазах больше не было льда. Теперь там бушевали настоящие пожары. – Что это было, Рина? Кто это такой?
От его напора мне стало не по себе и, обхватив колени руками, я инстинктивно вжалась в диван.
- Ты в курсе? – обратился он к притихшей Гларе, когда понял, что сейчас я не в состоянии произнести ни слова. Та только кивнула и, сделав большой глоток бренди, принялась рассказывать ошарашенным парням всё, что сама знала об этой истории. И я была ей очень благодарна, потому что говорить об этом сама, точно бы не смогла.
- Почему ты не сказала нам сразу? – мягко и с какой-то заботой в голосе поинтересовался Лер.
- Думала, что это просто шутка. Думала, кто-то из жер… хм, старых знакомых просто решил пошутить. Но… на шутку это не похоже. Сами слышали.
- Да он же натуральный псих! Рина! Где ты могла такого подцепить? – снова повысил голос Тим.
- Откуда мне знать? – ответила я шёпотом, а потом снова уткнулась лицом в колени.
- Кому ты об этом говорила? – не унимался он.
- Только вам… и Гларе с Ленкой. Я не думала, что всё зайдёт так далеко, но теперь… - вздохнула, зажмурилась. Постаралась снова собраться с мыслями. Внушить себе, что всё в порядке, и бояться нечего, но… рот открылся сам, позволяя сорваться с языка следующей предательской фразе: - Теперь мне реально страшно.
- И что ты намерена делать? – всё так же спокойно спросил Лер, украдкой поглядывая на разгневанного Тима. Честно говоря, не думала, что подобное может настолько разозлить эту «глыбу льда».
- Пока не знаю, но… не хочу, чтобы кто-то ещё об этом узнал. Поэтому и попросила вас о помощи.
Повисла странная пауза, в которой очень чётко слышалось, как тикает секундная стрелка на больших настенных часах. И это было слишком символично, ведь сейчас, она очень красноречиво напоминала, что время бежит вперёд, а вместе с ним убегают мои призрачные шансы на счастливый исход всей этой тёмной истории.
- И чего же ты хочешь от нас? – выдал Тим, довольно спокойным и серьёзным тоном, что было, в принципе, на него не похоже. – Чем мы можем тебе помочь?
- Не знаю… - честно призналась я. – Но больше мне обратиться не к кому.
- А как же Толик? – усмехнулся блондин, а с его лица мигом исчезла вся задумчивость и озадаченность, и теперь на меня снова смотрели эти полные холода глаза. – Разве он не может помочь своей…. так сказать, протеже?
- Я не хочу, чтобы он знал. Это всё только усложнит.
- Но скажи тогда, на какую помощь ты рассчитывала, вызывая Валеру среди ночи? – не унимался Тим. – Думаешь, он добрый волшебник? Сыграет раз на магических струнах и все злодеи в тот же час падут ниц у твоих ног?
- Тим! – осадил его брюнет, который во время этого монолога старался сосредоточиться и попытаться найти выход из сложившейся ситуации. – Отстань от неё. Мы что-нибудь придумаем.
- Придумаем? Да ты глянь на неё! Она же конченная эгоистка! Ей, видите ли, страшно, и поэтому ты должен подрываться и мчаться сюда…. лишь потому, что кто-то не хочет придавать дело огласке! И ей плевать, что у тебя тоже есть дом и мелкая, которую пришлось оставить на попечении пожилой соседке! Поверь, ей всё равно!
Эту тираду я слушала с широко распахнутыми глазами, и в полном оцепенении, потому что так обо мне, причём в моём же присутствии ещё никто не отзывался. И все слова Тима больно ранили по неожиданно проснувшейся хрупкой душе, пробивая её титановый панцирь. А самым обидным было то, что он говорил правду. Ведь, звоня Леру, я совершенно не думала о том, что он может быть занят, или у него есть свои планы на вечер. Я просто нуждалась в поддержке единственного, кому почему-то доверяла.
- Прости… - тихо проговорила я, поворачиваясь к ошарашенному Кармину. – Тим прав. Я просто капризничаю, и во всём этом нет ничего страшного. И… думаю, вам стоит вернуться домой, тем более, если вас там ждут. И я очень благодарна, что ты приехал… Спасибо тебе, огромное.
- Рина, что ты говоришь? Как мы можем сейчас тебя оставить? – воскликнул парень, и в этот момент он выглядел таким растерянным, что я снова запуталась в правильности своих суждений. – Я не могу тебя бросить здесь одну.
- Да перестань ты, - я попыталась изобразить улыбку, но судя по всему, у меня не получилось. – Сейчас отправлю вас по домам, спокойно лягу спать, и всё. Я ведь большая девочка… и должна справляться со своими страхами.
Зажатый в его ладони телефон неожиданно завибрировал, что тоже показалось неимоверно громким звуком и, мельком взглянув на имя на экране, Лер быстро поднялся и вышел в коридор. Те несколько минут, пока его не было, мы молчали, и даже Глара не решалась что-либо говорить. Наверно просто долго подбирала слова, чтобы сообщить мне о своём уходе.
- Рин… - начала она мягко, и как-то виновато. – Мне тоже придётся уйти. Ты же знаешь, как трепетно мама относиться к моим ночным прогулкам и ночёвкам у подруг.
Я подняла на неё усталый взгляд, и лишь легонько улыбнулась. Конечно, мне были известны все подробности её отношений с матерью, и если Глара не придёт ночью домой…. ей грозит такой скандал, что не позавидуешь. Ведь у её родительницы на этот счёт был какой-то странный бзик, и даже несмотря на свой уже далеко не детский возраст, Глафира каждую ночь была обязана проводить в своей постели. Так сказать, под бдительным оком. И, насколько я помню, временным порогом, или, так называемой «точкой не возврата», для Глары была отметка в четыре утра. И не минутой позже… иначе – даже представить страшно. Такое уже как-то случалось, и тогда у её родительницы была настоящая жуткая истерика, которую удалось остановить только огромной дозой успокоительного. После того случая Глара ни разу не позволила себе вернуться домой позже указанного срока.
- Бросишь подругу на произвол судьбы? – поинтересовался Тим, ехидно оскалившись.
- У неё есть на то причины, - ответила я, даже не глядя на блондина. – И довольно веские. К тому же, я уже сказала, что сама прекрасно справлюсь. И даже извинилась, если ты не заметил.
Глухие шаги известили нас троих о возвращении Лера, который отчего-то выглядел сейчас ещё более виноватым, чем Глара.
- Мне нужно уехать, - сказал он, всем своим видом выражая глубокое сожаление. А затем, повернулся к Тиму и заговорил уже немного бодрее. – Олеся Игоревна звонила. Говорит, Маша спать не хочет. Капризничает. Меня требует. Но, я не могу оставить Рину одну.
Тим посмотрел на друга так, как будто тот только что отобрал у него все деньги, нажитые непосильным трудом.
- Только не говори, что хочешь попросить меня остаться здесь, - выпалил он.
- Просто, мне было бы спокойнее, если бы ты согласился.
Тим нервно сжимал кулаки, и мне показалось, что я слышу, как он от раздражения скрипит зубами. И поначалу даже хотела возмутиться и послать его куда подальше, но бдительный инстинкт самосохранения вовремя меня заткнул. Всё ж если выбирать из вариантов пустой квартиры с мыслями о маньяке и пустой квартиры с Тимом… я бы, несомненно, предпочла второй вариант. И плевать, что ещё десять минут назад утверждала обратное.
Блондин упёр в меня раздражённый взгляд, будто надеялся, что следуя своей обычной манере, я воскликну, что мне от него ничего не нужно, и я ни при каких обстоятельствах не останусь с ним наедине, но… мне было страшно, а когда мне страшно, я очень покладиста и смиренна. Так что, пусть не надеется, выгонять его не стану.
Наверно в выражении моего лица промелькнуло что-то такое, что заставило Тимура задуматься, а может у него просто проснулось странное желание помочь ближнему, но… неожиданно для всех он довольно улыбнулся и, одарив меня хищным взглядом, повернулся к Леру.
- Хорошо, друг. Если ты просишь, я останусь, - как-то слишком спокойно и даже довольно проговорил он.
- Только давай без глупостей, - Валера смотрел на него с нескрываемой настороженностью, а я и вовсе перестала понимать, что, собственно, происходит. В ответ на это Тим лишь демонстративно закатил глаза, но говорить ничего не стал.
В общем, Лер и Глара уехали вместе, почти сразу после того, как блондин согласился выступить на сегодня моей личной сиделкой-охранником. Как только за ними закрылась дверь, Тим по-хозяйски развалился на полукруглом диване, неизвестным мне способом отыскал пульт от телевизора, который я потеряла ещё пару месяцев назад, и принялся медленно переключать каналы.
Я сначала собиралась возмутиться, но вовремя взяла себя в руки, и решила сегодня быть вообще тише воды и ниже травы. А мой гость прекрасно понимал причины такого смирения, и, поэтому, вёл себя так развязано.
Замерев в арке между кухней и гостиной, я со странной смесью умиления и раздражения наблюдала открывшуюся взору картину. И вроде не было в этом ничего такого, но… Тим до жути гармонично смотрелся на этом диване, и как будто невольно добавлял уюта моей большой пустой квартире.
