И, кажется, в их словах была ирония. Надо же! Идолы умеют шутить? И это говорило о том, что они настроены миролюбиво.
«Вы же знаете, что я простой анахорет моря. Я ни с кем не общаюсь. И мои действия не имеют последствий. Разрешите мне, пожалуйста!» - умолял их Оуэн, сам себе удивляясь – чего это его так заклинило на этих туннелях?
В ответ была тишина. Оуэн понял, что Идолы думают. Идолы? Думают? Это уже была победа.
Наконец он услышал тяжкий вздох – будто по пещере, наполненной водой, пролетел порыв ветра.
«Иди, великолепный спрут. Мы не верим твоим словам. Потому что ты, великолепный спрут, не хозяин себе. Но мы знаем, что этого уже не остановить, - прозвучало в его голове. - Скоро мы покинем святилище. Тайна должна быть в тишине. Впрочем, рано или поздно такое должно было случиться. В этом мире нет ничего вечного. Но мы не думали, что это произойдёт так быстро. Ты сильнее нас».
«Я – сильнее? – удивился спрут. – И – чего не остановить?»
Но он уже чувствовал, что в туннеле ему ничто не угрожает.
«Спасибо вам, Духи!» - ответил Оуэн и смело проплыл мимо идолов вглубь пещеры.
Он ощущал удивление дельфина Фью, несущего свой дозор у входа в пещеру.
- О чём это они, великолепный спрут? – спросил он.
- Я сам ничего не понял, - ответил Оуэн. – Они же камни. Но у них своя логика. И, главное, меня пропустили. Я должен быть там!
- Зачем? – буркнул дельфин, понимая, что Оуэн его уже всё равно не послушается.
Оуэн долго плыл по туннелям и пустотам, заполненным водой, пробирался по сухим туннелям и пещерам. Его глаза изучали, будто фотографируя всё, что встречалось на его пути: идеально гладкие, будто вырезанные овальные и квадратные стены ходов; дорические колонны, покрытые вязью рисунков, подпирающие высокие готические своды огромных залов, имеющих скамьи и уютные ниши, а кое-где даже имелись действующие фонтаны и проточные водоёмы пресной воды; некоторые туннели имели такие размеры, что через них мог бы пройти целый крейсер. Вертикальные шахты, соединяющие разные уровни тоннелей, имели лестницы или скобы, а их стены были гладкими и ровными.
Оуэну казалось, что он прошёл десятки километров, а ходы шли всё дальше и не было им конца. Фью, поначалу беспрерывно подающий ему сигналы, постепенно перестал волноваться и лишь символически опекал его. Казалось, спрут знал, куда шёл.
И вот – огромная дверь. Состоящая из огромных каменных блоков, плотно притёртых друг к другу. Что это именно дверь Оуэн не сомневался, хотя с виду это была просто высокая стена в очередном широком туннеле, больше похожем на огромную пещеру, уходящую вглубь. Какой это был по счёту уровень, Оуэн не знал. Но Фью просигналил ему:
- Ты на глубине 800 метров и находишься на пятом уровне. Не пора ли тебе вернуться. Что-то мне неспокойно стало. То место, где ты находишься – вход в… В общем, там опасно.
- Я подумаю об этом. А пока просто отдохну. Ты меня не отвлекай, пожалуйста, Фью. Я попробую… почувствовать, что там.
- Хорошо, - вздохнул дельфин. – Но, прошу тебя – недолго. Сейчас я сплаваю наверх. А когда вернусь – начнёшь возвращаться. И это будет непросто. – И его голос затих.
Оуэн сел под этой странной дверью на гладкий пол, смежил зрачки...
Это место не хотело открывать свои тайны. Он увидел, что многие-многие тысячелетия, а может - миллионы лет назад здесь что-то происходило. Это были люди? И какие-то странные. Из пара? Но этого не может быть! В то время у людей не могло быть столь совершенной техники. И такими прозрачными они не были никогда. Или были? Может, он пропустил что-то? Возможно, в то время у него была депрессия и он ни на что не обращал внимания? Надо вспомнить, сколько витков назад он… потерял своих близких? Придётся, наверное. И зачем этим странным людям подземные ходы? Почему они – да, теперь он это чувствовал – охватывают всю Землю? И, похоже, они… ушли дальше вглубь. Почему?
Оуэн открыл смеженные зрачки. Его сознание уже не выдерживало контакта со столь давним периодом времени. И, особенно – со совими печальными воспоминаниями.
- Оуэн! Великолепный спрут! – услышал он голос дельфина. – Немедленно возвращайся! Тебя кто-то почувствовал. И это не Идолы. Беги оттуда!
Оуэн и сам уже почувствовал себя неуютно. Он отправился назад. Но всё время, пока не вышел из своей Ближней пещеры наружу, ощущал… будто чей-то тяжёлый и недоброжелательный взгляд смотрел ему в спину.
- Ну, что там? – нетерпеливо спросил, бросившись к нему, Фью. – Страшно?
- Да! – только и ответил Оуэн, без сил опустившись на камень у входа.
- Я же говорил! – воскликнул дельфин. – Это… не люди! Да?
- Не знаю…
- Да! Кто это такие? – спросила Инеса у Марселло.
Они сидели за столом у экрана ноутбука в номере прибрежной гостиницы. Рядом у стены стоял некий прибор, помещённый на уже знакомую треногу. Маленький красный огонёк в нём ещё помигал немного и погас. А ноутбук продолжал транслировать на Луну устало поникшего у входа своей пещеры спрута и дельфина, суетящегося вокруг.
- Позже разберёмся, - пожал плечами Марселло – все эти жесты, как и разговоры, за многовековое исполнение роли человека стали для иммологов естественными. Так проще. - Неплохо придумали в экспедиции – задействовать Оуэна в изучении тоннелей. Но, похоже, это действительно опасно, - вздохнул он. – Они не боятся потерять его?
- Ему же создали защитное поле, - отмахнулась Инеса. – Невозможно причинить ему вред.
- Ты уверенна? Мы не знаем, с кем столкнулись в этих туннелях.
- Что ж, посмотрим, - заметила Инеса. – Но, думаю, на этом рейде его задачи и ограничатся.
А тут ещё этот Мо-5 – искусственный мотиватор действий, - продолжал сетовать Марселло. - Бедный криптит сам не понял – какая нелёгкая понесла его в эти тоннели.
- Но всё же обошлось! – удивилась Инеса. – Дорогой, тебе, точно, надо почистить микросхемы и заменить программы. Что-то ты слишком… искришь.
- Я подумаю об этом, - уклончиво ответил Марселло и стал складывать Мо-5 в брезентовую сумку.
20. Свэмцы
- Уважаемая Бониэла! – влетев в её лабораторию, гневно обратился к экологу профессор Донэл. – Вы хоть… Извините, - снизил он тон. – У меня нет слов, чтобы выразить своё… удивление. Вы временно назначены руководителем проекта «Реликт Протеи», как специалист по защите животных! И что происходит? Вы, рискуя его жизнью, этим драгоценным достоянием планеты, отправили Оуэна в тоннели! Я понимаю, вы не ожидали такого! Но эти тоннели построены представителями планеты Свэми! Свэмцами!
- Кто это? – растеряно проговорила профессор экологии Бониэла Шиуни. – Какие ещё свэмцы? И как бы то ни было, Оуэн был под многоплановой защитой! – оправдывалась она. - Он ничем не рисковал.
- Какие свэмцы? Это безумцы! Они некогда добровольно уничтожили свою планету! Надо срочно принимать меры! Как они тут оказались? Что делают на этой планете? – хватался за голову Донэл. - Это аврал! Форс-мажор! А вы отправили бедного философа к ним в капканы! Жаль, что я только сейчас нашёл время взглянуть на запись.
- Но я не… предполагала такого! – бледнея, воскликнула Бониэла. – Вы же сами видели его воспоминания о тоннелях: это просто заброшенные катакомбы. Мы отправили его туда чисто из научного интереса.
- А посоветоваться? С этой минуты, извините, досточтимая Бониэла, я беру руководство этим проектом в свои щупальца! Немедленно отзовите все программы! И сообщите иммологам, чтобы с Оуэна сняли всякое воздействие!! Кроме блокировки памяти и защиты, конечно! Впрочем, я сам этим займусь! – воскликнул профессор Донэл и вылетел вон.
Бониэла медленно осела на банкетку. Спустя какое-то время, когда бледность сошла с её плеч, эколог сделала запрос о планете Свэма у видео-библа и с ужасом услышала:
- Планета Свэма - пятая планета в созвездии Босэт, галактика Зуана. Входила в Космическое Сообщество Цивилизаций. Ныне не существует ввиду того, что цивилизация свэмцев, прямоходящих гоминидов, уничтожила её, взорвав вместе с собой. Это случилось два миллиона витков назад. С тех пор их судьба неизвестна.
После гибели этой планеты в Космическом Сообществе был предпринят ряд мер по ужесточению правил приёма в Сообщество новых цивилизаций. Запрещено смягчать требования к соблюдению Заповедей и увеличен список соответствия БВЛ, добавлены графики…
Видео-библ продолжал бубнить, но Бониэла не слышала ничего. Она медленно поднялась и, подойдя к автомату, заказала себе успокоительный коктейль. Выпив его, она снова вслушалась в историю свэмцэв:
- ... В своём Послании Цивилизациям Сообщества свэмцы сообщили, что их не устраивает дальнейшая жизнь на этой планете, поскольку она слишком предсказуема. А все законы и правила, по которым существовал их мир, заключён в жёсткие правила. Которые создал Творец, Дух Планеты и Кодекс Сообщества. Их жизнь комфортна и предсказуема. Но эта жизнь, запланирована не ими. Дух Планеты своими бесконечными благами умышленно привязывает их к этой колыбели младенцев. Бог, создав вселенные и, отправив Виды по пути совершенствования, ждёт за это вечной благодарности и покорности от своих творений. И не желает, чтобы они выбирали собственный путь, став не такими, как хочет Бог. Поэтому все жители планеты Свэма, подумав и обсудив, приняли решение кардинально поменять свой путь. И жить так, как хотят они. А поскольку им известно, что Творец удаляется от тех, кто удалился от Него, они это и сделают. Им не нужна Его планета, им не нужна Его жизнь!
И 2104351 витков назад цивилизации свэмцев не стало. Планета была уничтожена взрывом сверх энергии и рассыпалась в звёздную пыль. При этом пострадал ряд планет, находящихся рядом – Твэни, Куэни и Дакэни. Цивилизаций там не было. Но многие Виды животных, обитающих на них, безвозвратно погибли. Спасти их не успели. Однако ранее некоторые…
Бониэла отключила видео-библ, не в силах слушать и наблюдать этот ужас. Она вспомнила, что об этой трагедии она слышала, ещё учась в университете. И что часть особо перспективных Видов с этих планет - Твэни, Куэни и Дакэни – всё же, был расселён ранее в более подходящие условия. Один из них – бодур, чем-то похожий на дельфинов, уже приближается к созданию цивилизации.
- О, Древние Мудрецы! – воскликнула вслух Бониэла. – Что же теперь будет с землянами?
21. Поездка
Юрий ехал в поезде Барнаул–Москва. Билет для него не был проблемой, даже без денег. Но он всё оформил ещё проще, приобретя электронный билет, как говорится – одним кликом. Ведь он легко проникал сознанием в информационные потоки и интернет. Секунда и он внесён в список пассажиров как Юрий Сиволап – с именем, данным ему с лёгкой руки Василия-Цепного. Паспорт – также оттуда, из электронных сетей, а затем – из ячейки вокзала.
И вот – верхняя полка в вагоне экстра-класса, горячий чай, приличные соседи. Впереди двое суток раздумий и панорамного показа сибирских красот.
Но, всё же, что имел в виду Лодой, передавая поклон тибетскому монаху Тинджолу? Юрий, опасаясь привлечь внимание Конторы, избегал любых контактов с ним. Как и с настоятелем Цэрином и всеми обитателями дацана. За которыми очевидно и сейчас ведётся наблюдение. Пусть живут спокойно, молясь о мире.
В Москве, куда он едет, живут его родители, Громовы - Илья Степанович и Ольга Владимировна - с некоторых пор забывших о том, что у них когда-то был сын-аутист. Что было сделано им из тех же соображений, что и с Тинджолом. Контора утратила к ним интерес. А, может, и нет. Так что и к ним путь заказан.
Индира – с ней он иногда телепатически общался и она почти перестала вздрагивать при его появлении из ниоткуда. Общение с ней всегда радовало душу. Индира сияла, источая любовь и добро, и находясь в непрерывном молитвенном состоянии о мире. Находясь на своей светлой волне, девушка практически не замечала происходящего вокруг. Даже того, что она инвалид. Не стоит её отвлекать своим реальным появлением, да ещё надолго. Тем более, он всё там сделал и его помощь им больше не нужна - все заботы о доме теперь взял на себя, полностью участвуя в делах отца, её брат Файяз. У них всё хорошо. И он рад за них.
Елисеев… Вот уж кого он не хотел бы беспокоить. Александр Петрович счастлив, соединившись с семьёй и избавившись от груза своих воспоминаний о резидентурной работе по всему миру, а также негласного присутствия Конторы в своей жизни. И появление бездомного Юрия во Владивостоке выглядело бы … неэтично. Как будто он требует плату за свою услугу.
Так что же? У него совсем нет друзей?
«Оуэн… Оуэн!?»
Юрий вскочил, едва не ударившись головой о потолок, вспомнив о друге-осьминоге. Прошло… почти полгода с тех пор, как он в последний раз говорил с ним. И вспоминал. Как он вообще мог забыть о спруте? Что это с ним? Он никогда не страдал провалами в памяти. Просмотрев, он нашёл некую развилку в своём прошлом, с которой он перестал помнить об Оуэне, и это произошло резко и безосновательно - действительно, провал...
Юрий осмотрелся.
Его попутчики, приятная пожилая пара, сидя внизу за столом, увлечённо играли в карты. Сосед на верхней полке, командировочный из Москвы, спал, слегка похрапывая. На всякий случай, чтобы не привлекать их внимания, Юрий внушил попутчикам, что он тоже спит. И, полу-опершись спиной о стену возле окна, сел в позу лотоса. Они только покосились – чудной парень.
- Оуэн! Ты меня слышишь?
- Юрий? Юрий, это ты?! – сразу же отозвался спрут. – Сейчас! Я только вернусь в пещеру. Ты застал меня за трапезой посреди планктонной стаи.
- Как твои дела? – спросил Юрий, почувствовав, что Оуэн уже в пещере и поместился в нише, заняв удобную позу и опершись щупальцами в стены. – Извини, что долго не беседовал с тобой.
- О, у меня столько новостей, Юрий, что я даже не знаю, с чего начать, - радостно сказал спрут. – Но сначала ты. Где ты пропадал?
- О, у меня-то как раз ничего интересного, - рассмеялся Юрий. – А твои новости я уже знаю – с читал только что с твоего информационного поля. А я… Не буду тратить на рассказ твоё время. Принимай телеграмму! - пошутил он, телепатически сбрасывая ему информацию о себе.
- Вот как? – удивился Оуэн, теперь уже всё знавший о недавнем этапе жизни Юрия с отшельником Лодоем. – Какой занимательный старик! Он чем-то похож на меня. Правда? Только я сижу в пещере, а он – на развилке дорог. Наверное, он там больше медитирует, чем кого-то ждёт. А за советом к нему приходят те, кто уже и сам готов изменить свою жизнь. Такие встречи просто так не случаются. Те, кто не готов, уходят другой дорогой и не попадают к Лодою. Ведь время у подобных старцев – на вес золота. Не стоит отвлекать его на пустые разговоры.
- Вот как ты рассудил? – удивился Юрий. – А я, выходит, полгода живя рядом с ним, так ничего и не понял? Мне он казался даже... глуповатым.
- Это потому, что в тебе ещё много лишних мыслей, выходящих за рамки духовного Пути. Поэтому он тебе и сказал, чтобы ты пришёл к нему, когда освободишься. И даже это ты не мог вместить. Как он сказал?
- «То, что с трудом вмещает один, другой едва ли считает достойным внимания», - процитировал Юрий. И вздохнул: Стыдно быть таким дураком. А почему он передавал поклон Тинджолу?
- Я думаю – этим он сказал тебе, что научись у него. Чему – это ты подумай сам.
- Почему ты его понимаешь? А я – нет.
«Вы же знаете, что я простой анахорет моря. Я ни с кем не общаюсь. И мои действия не имеют последствий. Разрешите мне, пожалуйста!» - умолял их Оуэн, сам себе удивляясь – чего это его так заклинило на этих туннелях?
В ответ была тишина. Оуэн понял, что Идолы думают. Идолы? Думают? Это уже была победа.
Наконец он услышал тяжкий вздох – будто по пещере, наполненной водой, пролетел порыв ветра.
«Иди, великолепный спрут. Мы не верим твоим словам. Потому что ты, великолепный спрут, не хозяин себе. Но мы знаем, что этого уже не остановить, - прозвучало в его голове. - Скоро мы покинем святилище. Тайна должна быть в тишине. Впрочем, рано или поздно такое должно было случиться. В этом мире нет ничего вечного. Но мы не думали, что это произойдёт так быстро. Ты сильнее нас».
«Я – сильнее? – удивился спрут. – И – чего не остановить?»
Но он уже чувствовал, что в туннеле ему ничто не угрожает.
«Спасибо вам, Духи!» - ответил Оуэн и смело проплыл мимо идолов вглубь пещеры.
Он ощущал удивление дельфина Фью, несущего свой дозор у входа в пещеру.
- О чём это они, великолепный спрут? – спросил он.
- Я сам ничего не понял, - ответил Оуэн. – Они же камни. Но у них своя логика. И, главное, меня пропустили. Я должен быть там!
- Зачем? – буркнул дельфин, понимая, что Оуэн его уже всё равно не послушается.
***
Оуэн долго плыл по туннелям и пустотам, заполненным водой, пробирался по сухим туннелям и пещерам. Его глаза изучали, будто фотографируя всё, что встречалось на его пути: идеально гладкие, будто вырезанные овальные и квадратные стены ходов; дорические колонны, покрытые вязью рисунков, подпирающие высокие готические своды огромных залов, имеющих скамьи и уютные ниши, а кое-где даже имелись действующие фонтаны и проточные водоёмы пресной воды; некоторые туннели имели такие размеры, что через них мог бы пройти целый крейсер. Вертикальные шахты, соединяющие разные уровни тоннелей, имели лестницы или скобы, а их стены были гладкими и ровными.
Оуэну казалось, что он прошёл десятки километров, а ходы шли всё дальше и не было им конца. Фью, поначалу беспрерывно подающий ему сигналы, постепенно перестал волноваться и лишь символически опекал его. Казалось, спрут знал, куда шёл.
И вот – огромная дверь. Состоящая из огромных каменных блоков, плотно притёртых друг к другу. Что это именно дверь Оуэн не сомневался, хотя с виду это была просто высокая стена в очередном широком туннеле, больше похожем на огромную пещеру, уходящую вглубь. Какой это был по счёту уровень, Оуэн не знал. Но Фью просигналил ему:
- Ты на глубине 800 метров и находишься на пятом уровне. Не пора ли тебе вернуться. Что-то мне неспокойно стало. То место, где ты находишься – вход в… В общем, там опасно.
- Я подумаю об этом. А пока просто отдохну. Ты меня не отвлекай, пожалуйста, Фью. Я попробую… почувствовать, что там.
- Хорошо, - вздохнул дельфин. – Но, прошу тебя – недолго. Сейчас я сплаваю наверх. А когда вернусь – начнёшь возвращаться. И это будет непросто. – И его голос затих.
Оуэн сел под этой странной дверью на гладкий пол, смежил зрачки...
Это место не хотело открывать свои тайны. Он увидел, что многие-многие тысячелетия, а может - миллионы лет назад здесь что-то происходило. Это были люди? И какие-то странные. Из пара? Но этого не может быть! В то время у людей не могло быть столь совершенной техники. И такими прозрачными они не были никогда. Или были? Может, он пропустил что-то? Возможно, в то время у него была депрессия и он ни на что не обращал внимания? Надо вспомнить, сколько витков назад он… потерял своих близких? Придётся, наверное. И зачем этим странным людям подземные ходы? Почему они – да, теперь он это чувствовал – охватывают всю Землю? И, похоже, они… ушли дальше вглубь. Почему?
Оуэн открыл смеженные зрачки. Его сознание уже не выдерживало контакта со столь давним периодом времени. И, особенно – со совими печальными воспоминаниями.
- Оуэн! Великолепный спрут! – услышал он голос дельфина. – Немедленно возвращайся! Тебя кто-то почувствовал. И это не Идолы. Беги оттуда!
Оуэн и сам уже почувствовал себя неуютно. Он отправился назад. Но всё время, пока не вышел из своей Ближней пещеры наружу, ощущал… будто чей-то тяжёлый и недоброжелательный взгляд смотрел ему в спину.
- Ну, что там? – нетерпеливо спросил, бросившись к нему, Фью. – Страшно?
- Да! – только и ответил Оуэн, без сил опустившись на камень у входа.
- Я же говорил! – воскликнул дельфин. – Это… не люди! Да?
- Не знаю…
***
- Да! Кто это такие? – спросила Инеса у Марселло.
Они сидели за столом у экрана ноутбука в номере прибрежной гостиницы. Рядом у стены стоял некий прибор, помещённый на уже знакомую треногу. Маленький красный огонёк в нём ещё помигал немного и погас. А ноутбук продолжал транслировать на Луну устало поникшего у входа своей пещеры спрута и дельфина, суетящегося вокруг.
- Позже разберёмся, - пожал плечами Марселло – все эти жесты, как и разговоры, за многовековое исполнение роли человека стали для иммологов естественными. Так проще. - Неплохо придумали в экспедиции – задействовать Оуэна в изучении тоннелей. Но, похоже, это действительно опасно, - вздохнул он. – Они не боятся потерять его?
- Ему же создали защитное поле, - отмахнулась Инеса. – Невозможно причинить ему вред.
- Ты уверенна? Мы не знаем, с кем столкнулись в этих туннелях.
- Что ж, посмотрим, - заметила Инеса. – Но, думаю, на этом рейде его задачи и ограничатся.
А тут ещё этот Мо-5 – искусственный мотиватор действий, - продолжал сетовать Марселло. - Бедный криптит сам не понял – какая нелёгкая понесла его в эти тоннели.
- Но всё же обошлось! – удивилась Инеса. – Дорогой, тебе, точно, надо почистить микросхемы и заменить программы. Что-то ты слишком… искришь.
- Я подумаю об этом, - уклончиво ответил Марселло и стал складывать Мо-5 в брезентовую сумку.
20. Свэмцы
- Уважаемая Бониэла! – влетев в её лабораторию, гневно обратился к экологу профессор Донэл. – Вы хоть… Извините, - снизил он тон. – У меня нет слов, чтобы выразить своё… удивление. Вы временно назначены руководителем проекта «Реликт Протеи», как специалист по защите животных! И что происходит? Вы, рискуя его жизнью, этим драгоценным достоянием планеты, отправили Оуэна в тоннели! Я понимаю, вы не ожидали такого! Но эти тоннели построены представителями планеты Свэми! Свэмцами!
- Кто это? – растеряно проговорила профессор экологии Бониэла Шиуни. – Какие ещё свэмцы? И как бы то ни было, Оуэн был под многоплановой защитой! – оправдывалась она. - Он ничем не рисковал.
- Какие свэмцы? Это безумцы! Они некогда добровольно уничтожили свою планету! Надо срочно принимать меры! Как они тут оказались? Что делают на этой планете? – хватался за голову Донэл. - Это аврал! Форс-мажор! А вы отправили бедного философа к ним в капканы! Жаль, что я только сейчас нашёл время взглянуть на запись.
- Но я не… предполагала такого! – бледнея, воскликнула Бониэла. – Вы же сами видели его воспоминания о тоннелях: это просто заброшенные катакомбы. Мы отправили его туда чисто из научного интереса.
- А посоветоваться? С этой минуты, извините, досточтимая Бониэла, я беру руководство этим проектом в свои щупальца! Немедленно отзовите все программы! И сообщите иммологам, чтобы с Оуэна сняли всякое воздействие!! Кроме блокировки памяти и защиты, конечно! Впрочем, я сам этим займусь! – воскликнул профессор Донэл и вылетел вон.
Бониэла медленно осела на банкетку. Спустя какое-то время, когда бледность сошла с её плеч, эколог сделала запрос о планете Свэма у видео-библа и с ужасом услышала:
- Планета Свэма - пятая планета в созвездии Босэт, галактика Зуана. Входила в Космическое Сообщество Цивилизаций. Ныне не существует ввиду того, что цивилизация свэмцев, прямоходящих гоминидов, уничтожила её, взорвав вместе с собой. Это случилось два миллиона витков назад. С тех пор их судьба неизвестна.
После гибели этой планеты в Космическом Сообществе был предпринят ряд мер по ужесточению правил приёма в Сообщество новых цивилизаций. Запрещено смягчать требования к соблюдению Заповедей и увеличен список соответствия БВЛ, добавлены графики…
Видео-библ продолжал бубнить, но Бониэла не слышала ничего. Она медленно поднялась и, подойдя к автомату, заказала себе успокоительный коктейль. Выпив его, она снова вслушалась в историю свэмцэв:
- ... В своём Послании Цивилизациям Сообщества свэмцы сообщили, что их не устраивает дальнейшая жизнь на этой планете, поскольку она слишком предсказуема. А все законы и правила, по которым существовал их мир, заключён в жёсткие правила. Которые создал Творец, Дух Планеты и Кодекс Сообщества. Их жизнь комфортна и предсказуема. Но эта жизнь, запланирована не ими. Дух Планеты своими бесконечными благами умышленно привязывает их к этой колыбели младенцев. Бог, создав вселенные и, отправив Виды по пути совершенствования, ждёт за это вечной благодарности и покорности от своих творений. И не желает, чтобы они выбирали собственный путь, став не такими, как хочет Бог. Поэтому все жители планеты Свэма, подумав и обсудив, приняли решение кардинально поменять свой путь. И жить так, как хотят они. А поскольку им известно, что Творец удаляется от тех, кто удалился от Него, они это и сделают. Им не нужна Его планета, им не нужна Его жизнь!
И 2104351 витков назад цивилизации свэмцев не стало. Планета была уничтожена взрывом сверх энергии и рассыпалась в звёздную пыль. При этом пострадал ряд планет, находящихся рядом – Твэни, Куэни и Дакэни. Цивилизаций там не было. Но многие Виды животных, обитающих на них, безвозвратно погибли. Спасти их не успели. Однако ранее некоторые…
Бониэла отключила видео-библ, не в силах слушать и наблюдать этот ужас. Она вспомнила, что об этой трагедии она слышала, ещё учась в университете. И что часть особо перспективных Видов с этих планет - Твэни, Куэни и Дакэни – всё же, был расселён ранее в более подходящие условия. Один из них – бодур, чем-то похожий на дельфинов, уже приближается к созданию цивилизации.
- О, Древние Мудрецы! – воскликнула вслух Бониэла. – Что же теперь будет с землянами?
21. Поездка
Юрий ехал в поезде Барнаул–Москва. Билет для него не был проблемой, даже без денег. Но он всё оформил ещё проще, приобретя электронный билет, как говорится – одним кликом. Ведь он легко проникал сознанием в информационные потоки и интернет. Секунда и он внесён в список пассажиров как Юрий Сиволап – с именем, данным ему с лёгкой руки Василия-Цепного. Паспорт – также оттуда, из электронных сетей, а затем – из ячейки вокзала.
И вот – верхняя полка в вагоне экстра-класса, горячий чай, приличные соседи. Впереди двое суток раздумий и панорамного показа сибирских красот.
Но, всё же, что имел в виду Лодой, передавая поклон тибетскому монаху Тинджолу? Юрий, опасаясь привлечь внимание Конторы, избегал любых контактов с ним. Как и с настоятелем Цэрином и всеми обитателями дацана. За которыми очевидно и сейчас ведётся наблюдение. Пусть живут спокойно, молясь о мире.
В Москве, куда он едет, живут его родители, Громовы - Илья Степанович и Ольга Владимировна - с некоторых пор забывших о том, что у них когда-то был сын-аутист. Что было сделано им из тех же соображений, что и с Тинджолом. Контора утратила к ним интерес. А, может, и нет. Так что и к ним путь заказан.
Индира – с ней он иногда телепатически общался и она почти перестала вздрагивать при его появлении из ниоткуда. Общение с ней всегда радовало душу. Индира сияла, источая любовь и добро, и находясь в непрерывном молитвенном состоянии о мире. Находясь на своей светлой волне, девушка практически не замечала происходящего вокруг. Даже того, что она инвалид. Не стоит её отвлекать своим реальным появлением, да ещё надолго. Тем более, он всё там сделал и его помощь им больше не нужна - все заботы о доме теперь взял на себя, полностью участвуя в делах отца, её брат Файяз. У них всё хорошо. И он рад за них.
Елисеев… Вот уж кого он не хотел бы беспокоить. Александр Петрович счастлив, соединившись с семьёй и избавившись от груза своих воспоминаний о резидентурной работе по всему миру, а также негласного присутствия Конторы в своей жизни. И появление бездомного Юрия во Владивостоке выглядело бы … неэтично. Как будто он требует плату за свою услугу.
Так что же? У него совсем нет друзей?
«Оуэн… Оуэн!?»
Юрий вскочил, едва не ударившись головой о потолок, вспомнив о друге-осьминоге. Прошло… почти полгода с тех пор, как он в последний раз говорил с ним. И вспоминал. Как он вообще мог забыть о спруте? Что это с ним? Он никогда не страдал провалами в памяти. Просмотрев, он нашёл некую развилку в своём прошлом, с которой он перестал помнить об Оуэне, и это произошло резко и безосновательно - действительно, провал...
Юрий осмотрелся.
Его попутчики, приятная пожилая пара, сидя внизу за столом, увлечённо играли в карты. Сосед на верхней полке, командировочный из Москвы, спал, слегка похрапывая. На всякий случай, чтобы не привлекать их внимания, Юрий внушил попутчикам, что он тоже спит. И, полу-опершись спиной о стену возле окна, сел в позу лотоса. Они только покосились – чудной парень.
***
- Оуэн! Ты меня слышишь?
- Юрий? Юрий, это ты?! – сразу же отозвался спрут. – Сейчас! Я только вернусь в пещеру. Ты застал меня за трапезой посреди планктонной стаи.
- Как твои дела? – спросил Юрий, почувствовав, что Оуэн уже в пещере и поместился в нише, заняв удобную позу и опершись щупальцами в стены. – Извини, что долго не беседовал с тобой.
- О, у меня столько новостей, Юрий, что я даже не знаю, с чего начать, - радостно сказал спрут. – Но сначала ты. Где ты пропадал?
- О, у меня-то как раз ничего интересного, - рассмеялся Юрий. – А твои новости я уже знаю – с читал только что с твоего информационного поля. А я… Не буду тратить на рассказ твоё время. Принимай телеграмму! - пошутил он, телепатически сбрасывая ему информацию о себе.
- Вот как? – удивился Оуэн, теперь уже всё знавший о недавнем этапе жизни Юрия с отшельником Лодоем. – Какой занимательный старик! Он чем-то похож на меня. Правда? Только я сижу в пещере, а он – на развилке дорог. Наверное, он там больше медитирует, чем кого-то ждёт. А за советом к нему приходят те, кто уже и сам готов изменить свою жизнь. Такие встречи просто так не случаются. Те, кто не готов, уходят другой дорогой и не попадают к Лодою. Ведь время у подобных старцев – на вес золота. Не стоит отвлекать его на пустые разговоры.
- Вот как ты рассудил? – удивился Юрий. – А я, выходит, полгода живя рядом с ним, так ничего и не понял? Мне он казался даже... глуповатым.
- Это потому, что в тебе ещё много лишних мыслей, выходящих за рамки духовного Пути. Поэтому он тебе и сказал, чтобы ты пришёл к нему, когда освободишься. И даже это ты не мог вместить. Как он сказал?
- «То, что с трудом вмещает один, другой едва ли считает достойным внимания», - процитировал Юрий. И вздохнул: Стыдно быть таким дураком. А почему он передавал поклон Тинджолу?
- Я думаю – этим он сказал тебе, что научись у него. Чему – это ты подумай сам.
- Почему ты его понимаешь? А я – нет.
