Скорее всего, кабинет и спальня. И всё – больше ничего. И никого. Комната оказалась пуста. Даже прислуги не наблюдалось.
Недоумённо обернулась на принца, вошедшего следом. В отличие от меня, чувствовавшей себя не в своей тарелке, Идан был более раскрепощён и вёл себя свободно. Пройдя мимо замершей меня, братец толкнул одну из дверей и на несколько мгновений скрылся из виду.
А я стояла посреди комнаты и сжимала-разжимала руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. С каждым вздохом дышать становилось сложнее. И как бы я не старалась убедить себя в том, что мне нужно быть сильной и нужно сделать это, нет-нет, да и поглядывала в сторону выхода. Нервы были на пределе.
Может, Идан, дал мне шанс сбежать? Или это просто проверка такая?
Додумать не успела. Принц вновь показался в поле зрения и распахнул пошире дверь, откуда вышел, галантно предлагая мне проследовать в том же направлении. Сглотнув вставший в горле ком и ещё раз покосившись на выход, на негнущихся ногах прошла туда, где меня уже ждали.
Это была спальня. Королевская спальня, куда меня привели… с какой целью? И почему Его Величество решил принять посетителя в моём лице именно тут?
Ответ нашёлся довольно скоро. От кровати отделилась фигура, приподнялась и поравнялась со мной. Я сперва было дёрнулась, подумав, что это сам Арманд Дарийский решил почтить меня своим вниманием. Но нет. Подошедшей оказалась женщина, склонившаяся в положенном поклоне, в точно таком же платье, что у Алфеи, которая тихо произнесла:
- Ваше Высочество, он ждёт вас.
После этих слов служанка скрылась с глаз моих, прикрыв за собой аккуратно дверь. Оглянувшись, убедилась, что меня оставили наедине с правителем – даже вездесущего Идана не наблюдалось.
- Микаэлла, - слабый, скрипучий голос, раздавшийся от кровати, заставил вздрогнуть. – Прошу подойди.
И снова каждый шаг давался мне с трудом, но я всё же преодолела расстояние от двери до королевского ложа. Чтобы в следующее мгновение ошарашенно прижать ладонь к губам, лишь бы не вскрикнуть.
Этого не может быть. Просто. Не. Может. Быть.
Арманд Дарийский – король, славящийся своей суровостью, но справедливостью; тот, кого каждый житель королевства благоволил; кто был изображён в мамином медальоне, и на кого как оказалось, похожа и я и Идан – сейчас представлял собой изнеможённого, бледного и сморщенного… старика. Его кожа, почти иссушилась, и обтягивала так, что казалось в любой момент может порваться, обнажая кости. Обескровленные губы, едва заметно подрагивали, пустой взгляд приковывал к месту. Всё это было слишком. Пробирало до дрожи.
- Микаэлла, доченька, - протянул король ко мне дрожащую, сморщенную руку. – Наконец-то, я увидел тебя, пусть и на смертном одре. Ты всё же пришла… Прости меня, родная… За то, что причинил столько боли и не уберёг твою маму. – Он страшно закашлялся, а после сипло продолжил: - Как же я любил её… И каким идиотом был. – Затем Его Величество взглянул на меня своими впалыми глазами, под которыми темнели круги, а я собрала в кулак остатки силы воли, чтобы не отпрянуть назад. – Ты так похожа на неё…
Он говорил что-то ещё, но я не слушала. Я смотрела на короля, из которого медленно, но неотвратно утекали жизненные силы, и в душе у меня клокотали странные чувства: обида, злость, непонимание и… сожаление?
Где тот сильный мужчина, который правил целой страной? Что с ним сделали? А главное, кто?
На плечи опустились чужие руки, отчего сердце чуть ли не выпрыгнуло из груди. И если бы меня не удержали, то точно подпрыгнула на месте от неожиданности. Как только удержалась, чтобы не выругаться или не вскрикнуть? И так натянутые до предела нервы помахали ручкой и сорвались в пропасть. Вскинув голову, обнаружила за спиной братца. В груди кольнуло сожалением. Подсознательно я ожидала увидеть совсем другого мужчину.
- Это проклятье, да? – едва слышно прошептала. Внимание вновь приковалось к протянутой ко мне руке. Долго в подвешенном состоянии она не продержалась и теперь безвольно лежала вдоль тела монарха.
- Да. - Руки на плечах сжались чуть сильнее. - И теперь каждый день его жизненный силы уходят. Никто не может восстановить их и снять проклятье. Он умирает, Мика.
В голосе принца отчётливо слышалась боль. Неужели Идан по-настоящему любит своего отца? А как же захват власти? Или ненависть из-за казни матери?
Ведь по тому, что мне рассказали именно она виновата во всём, что происходит сейчас. Да и казнили её, когда Идану было уже прилично лет. Он же должен мстить за это? Или нет? Ничего не понимаю.
Покидала спальню короля я в самых разрозненных чувствах. Мне нужны были ответы на многие вопросы, но вместо просвещения, меня повели как раз туда, куда я думала, отведут в самом начале. И так как я была слишком потрясена увиденным в покоях Его Величества, знакомство с остальными обитателями дворца прошло для меня как в тумане. Я бездумно кивала на слова приветствия, пропуская мимо ушей имена, статусы и положение при дворе всех собравшихся, их комплименты и реплики.
И только крепкая рука, поддерживающего меня Идана, придавала хоть какую-то уверенность, что всё это не плод моего больного воображения, а вполне осмысленная реальность.
- Ты держалась молодцом, - похвалил меня принц, когда бесконечный поток приветствующих «блудную принцессу» иссяк.
И сейчас мы с ним направлялись в обеденный зал, чтобы «отобедать», но у меня кусок в горло не лез, хотя я с самого утра ничего не ела.
- Угу, - мрачно кивнула я, глядя перед собой.
Всё, что меня сейчас волновало, так это мягкая постелька и пару часов тишины. От каблуков болели ноги и хотелось поскорее скинуть неудобную обувь, спину ломило от постоянного напряжения, а скулы сводило от нескончаемых улыбок.
- Я могу отдохнуть? – поинтересовалась без особой надежды.
- Прости, но у нас впереди обед с советниками. – Идан как-то неопределённо качнул головой и без особого удовольствия продолжил: - Это очень важно для тебя. Для нас. Так как на данный момент все дела ведут они. Я же просто слушаю их и стараюсь вникнуть во все эти хитросплетения королевской власти.
- Но когда ты станешь королём, тебе придётся не просто вникать, - злорадно усмехнулась, впервые за день проявив чуть больше эмоций, чем безвольная кукла, - тебе придётся вариться в этом котле власти.
- Спасибо, сестрёнка, ты очень великодушна, - в тон ответил мне братец, но после посерьезнел. – Не обязательно так. Ты же сама видишь и понимаешь, что для короля я слишком юн и неопытен. Даже несмотря на то, что меня готовили к этому с детства. Я всё равно буду под властью советников, как минимум лет пять, пока не наберусь достаточно опыта и не смогу самостоятельно принимать верные решения. А до этого времени я остаюсь всего лишь пешкой, которой каждый сможет играть по своим правилам. Конечно, я буду сопротивляться всеми силами, но кто я, а кто они? Тем более, что не очень-то мне и хочется становиться во главе целого государства. Я же уже говорил тебе.
- Говорил, - вздохнула, подтверждая его слова. – Но для того, кто не стремится к власти, ты слишком хорошо знаешь последствия своей коронации. То есть, подсознательно уже готовишься к этому, будучи уверен в том, что она состоится.
Меня вновь смерили странным, нечитаемым взглядом, а после Идан чуть усмехнулся.
- Увы, сестрёнка, я бы и рад тебе передать всю эту мороку с королевской властью, но тут всё уже решили за нас. Хотя, ты можешь обговорить свою позицию по этому поводу с советниками. Вот прямо сейчас, на обеде.
Вместо ответа я промолчала. Тем более, мы уже пришли. Перед нами были двери, ведущие в столовую, где нас ждали советники. Ещё одно испытание, которое я должна пройти с достоинством, как подобает настоящей принцессе. Вот только, смогу ли?
- Готова? – Идан положил поверх моей руки, лежащей на сгибе его локтя, свою ладонь и чуть сжал, подбадривая.
С сомнением взглянула на него, потом на свою руку, вероломно захваченную в плен, и подавила желание отдёрнуть её. Нет, вот никак я не могу поверить во внезапно проснувшиеся братские чувства по отношению ко мне. Что-то тут явно не так. Везде мне чудится подвох, кажется, что это лишь игра на публику. И для меня лично. Но как вывести его на чистую воду?
Пока приходится играть по его правилам. А там… там посмотрим, что будет дальше.
- Готова.
Обед прошёл… странно. На меня смотрели, со мной разговаривали, мне улыбались. Вот только взгляды, направленные на меня, были настороженными и изучающими. Меня явно проверяли, ко мне присматривались. И отчего-то упорно казалось, что за всеми этими льстивыми улыбками и красивыми словами скрывалось нечто опасное, пугающее. Гадюшник, как есть!
Примечательно, что за длинным столом, заставленным различными блюдами, я была единственной девушкой. Все остальные собравшиеся – помимо принца – мужчины в возрасте от сорока до семидесяти лет, разодетые, как на праздник. Хотя, если посмотреть, то это вроде и на самом деле праздник – принцесса вернулась в семью. И каждый желал высказать мне своё почтение, облобызать ручку и едва заметно коснуться ментально.
Кое-как выдержав обед и все обрушившиеся на меня вопросы, я, возблагодарив директрису ВМУЗа за то, что та убедила меня посещать занятия по этикету, откланялась и наконец-то попала в свою комнату.
С трудом дождалась, когда меня избавят от пыточного платья, заменив на более удобное, затем выпроводила всех из своей комнаты, и тихо позвала:
- Шайн?
Нет, глупо конечно считать, что он будет находиться со мной в одной комнате, когда меня переодевают, но всё же стоило попробовать. Огляделась по сторонам, перешла на магическое зрение, но защитника так и не обнаружила.
Ладно, попробуем ещё раз.
Вышла в гостевую комнату и позвала ещё раз. На этот раз Шайн откликнулся сразу, появляясь прямо возле входных дверей.
- Да, Ваше Высочество? – всё также бесстрастно поинтересовался он.
И от такого его обращения я едва зубами не заскрежетала. Мне безумно хотелось, чтобы сейчас, когда кроме нас никого нет, он назвал меня так же, как и прежде - Микой, с теми же интонациями и эмоциями, а не так… сухо и официально.
В памяти всплыл наш последний разговор, отчего я едва не застонала: я же сама установила границы дозволенного, сама отгородилась от него этим официозом. Так что нечего теперь расстраиваться. Хотя его поведение сильно напрягает.
- Тебе обязательно всё время ходить под пологом невидимости? – спросила хмуро, не зная, как начать разговор.
- Не обязательно, Ваше Высочество, но желательно.
И снова никаких эмоций. Бездна, что они сотворили с ним? Верните мне обратно того Шайна, которого я знала до этого!
Сжала кулаки и отвернулась, чтобы не видеть эту глыбу льда, называющую себя моим защитником.
Так, мне нужно успокоится. Вдох и выдох. Давай, Мика, возьми себя в руки.
- Что произошло тогда, в храме?
Этот вопрос, несмотря на то, что я давно хотела его задать, отчего-то дался с трудом. За спиной повисло тягостное молчание, которое никак нельзя было принять за ответ. Текли минуты, я ждала, а Шайн молчал. Первой не выдержала я.
- Шайн! – рыкнула, вновь встречаясь взглядом с мужчиной.
На мгновение мне показалось, что в серых глазах промелькнул отголосок боли. Но только лишь на мгновение.
- Ладно, - шумно выдохнула сквозь стиснутые зубы, - задам вопрос по-другому: что с Саммер?
А вот теперь он ощутимо вздрогнул, словно я не вопрос задала, а внезапно ударила его в самое уязвимое место. Неужели? ...
- Она что…? - горло внезапно перехватило, и закончить я не смогла.
Перед глазами встала картинка: Алиша на моих руках, кровавое пятно на груди и тяжёлое, с каждым мгновением затихающее дыхание. Я слышала её голос…её последние слова. А после, когда меня схватили и попытались увести, она уже не двигалась…
Ком в горле перекрыл доступ к воздуху. Прижала ладонь к шее, где бешено билась жилка, и неотрывно смотрела на то, как меняется лицо моего защитника, как маска безразличия и холодности даёт трещины и как сжимаются челюсти, настолько, что видно, как перекатываются желваки.
- Её тело так и не нашли. – Наконец, глухо произнёс Шайн, отводя взгляд и напрочь забывая об официальном обращении.
А я не удержалась, качнулась вперёд в попытке подойти ближе, обнять, утешить. Но тут же отдёрнула себя – моя жалость ему сейчас не нужна. Вонзила ногти в ладони, приводя себя в чувство.
- И что теперь?
Этот вопрос камнем упал между нами.
И вот лучше бы я его вообще не задавала! Лучше бы просто промолчала!
Мне послали такой мрачный и тяжёлый взгляд, что сразу захотелось поёжиться и сбежать куда подальше. Обычно так Шайн смотрел на особо провинившихся студентов, ещё в те времена, когда был магистром в ВМУЗе. И последствия этого взгляда были неприятными. Для студентов.
- А теперь, Ваше Высочество, - обращение ко мне было выделено особо, подтверждая мои опасения насчёт неприятностей, - мне очень хотелось бы знать, о чём вы умолчали?
- Умолчала? Когда?
В первые мгновения я действительно не поняла, о чём меня спрашивают, а когда всё же дошло, вдруг захотела притвориться ничего не знающей дурочкой.
Вот только с Шайном такой маневр не прошёл.
- Микаэлла, - о, он даже соизволил назвать меня по имени! Вот только в данной ситуации лучше бы не называл! Потому как прозвучало это угрожающе. - Ты знала, да?
«Знала, что она погибнет?» - повисло в воздухе недосказанностью. Рэйнальд не смог произнести это вслух. И я понимала, почему. Он не верил. Не хотел верить.
От меня ждали ответа, давать который я не хотела. Ну зачем он это спросил? Ведь знает же, что я скажу! Уже знает… Но всё равно продолжает прожигать взглядом.
- Да, - прошептала, отвернувшись.
- Почему?
Не нужно было семи пядей во лбу, чтобы понять, о чём он. И нет, это не «почему не сказала мне?», а «почему не обошла эту демонову клятву?! Почему не оставила никакой лазейки? Почему допустила это?!»
У меня на все эти вопросы был ответ. Его я и озвучила, повернувшись и глядя прямо в глаза мужчины:
- Потому что: либо она, либо ты. Я сделала выбор.
Говорить это было больно, а ещё больнее видеть, как Шайн вновь закрывается от меня.
- Это был неправильный выбор, Ваше Высочество.
И всё. Маска непроницаемости снова на его лице, а в голосе – отстранённость.
Как же сильно он изменился. Что это: последствия пребывания во дворце или смерть Алиши? Больше склоняюсь ко второму варианту. И злюсь из-за этого, но сделать ничего не могу. Даже после смерти Саммер стоит между нами!
- Знаешь, провидица вряд ли защитит меня в будущем. Мне нужен был защитник, а не соплячка с нестабильным даром!
«Мне нужен был ТЫ!» - добавила мысленно.
Шайн едва заметно дёрнулся и тут же склонил голову, принимая мою позицию, но не смиряясь. Это было видно по напряжённым плечам и через чур прямой спине, а также сжатым кулакам с побелевшими костяшками пальцев. Я не видела его лица, но с уверенностью могла сказать, что челюсти защитника сжаты так сильно, что на скулах заиграли желваки.
- Теперь я ни на шаг от вас не отойду, Ваше Высочество. – Тем не менее чётко произнёс он. - И буду защищать ценою жизни.
А я вдруг разозлилась!
- Интересно, ты и спать со мной в одной комнате будешь? – от какого-то горького разочарования брякнула, даже не подумав.
Недоумённо обернулась на принца, вошедшего следом. В отличие от меня, чувствовавшей себя не в своей тарелке, Идан был более раскрепощён и вёл себя свободно. Пройдя мимо замершей меня, братец толкнул одну из дверей и на несколько мгновений скрылся из виду.
А я стояла посреди комнаты и сжимала-разжимала руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. С каждым вздохом дышать становилось сложнее. И как бы я не старалась убедить себя в том, что мне нужно быть сильной и нужно сделать это, нет-нет, да и поглядывала в сторону выхода. Нервы были на пределе.
Может, Идан, дал мне шанс сбежать? Или это просто проверка такая?
Додумать не успела. Принц вновь показался в поле зрения и распахнул пошире дверь, откуда вышел, галантно предлагая мне проследовать в том же направлении. Сглотнув вставший в горле ком и ещё раз покосившись на выход, на негнущихся ногах прошла туда, где меня уже ждали.
Это была спальня. Королевская спальня, куда меня привели… с какой целью? И почему Его Величество решил принять посетителя в моём лице именно тут?
Ответ нашёлся довольно скоро. От кровати отделилась фигура, приподнялась и поравнялась со мной. Я сперва было дёрнулась, подумав, что это сам Арманд Дарийский решил почтить меня своим вниманием. Но нет. Подошедшей оказалась женщина, склонившаяся в положенном поклоне, в точно таком же платье, что у Алфеи, которая тихо произнесла:
- Ваше Высочество, он ждёт вас.
После этих слов служанка скрылась с глаз моих, прикрыв за собой аккуратно дверь. Оглянувшись, убедилась, что меня оставили наедине с правителем – даже вездесущего Идана не наблюдалось.
- Микаэлла, - слабый, скрипучий голос, раздавшийся от кровати, заставил вздрогнуть. – Прошу подойди.
И снова каждый шаг давался мне с трудом, но я всё же преодолела расстояние от двери до королевского ложа. Чтобы в следующее мгновение ошарашенно прижать ладонь к губам, лишь бы не вскрикнуть.
Этого не может быть. Просто. Не. Может. Быть.
Прода от 26.05.2020, 10:37
Арманд Дарийский – король, славящийся своей суровостью, но справедливостью; тот, кого каждый житель королевства благоволил; кто был изображён в мамином медальоне, и на кого как оказалось, похожа и я и Идан – сейчас представлял собой изнеможённого, бледного и сморщенного… старика. Его кожа, почти иссушилась, и обтягивала так, что казалось в любой момент может порваться, обнажая кости. Обескровленные губы, едва заметно подрагивали, пустой взгляд приковывал к месту. Всё это было слишком. Пробирало до дрожи.
- Микаэлла, доченька, - протянул король ко мне дрожащую, сморщенную руку. – Наконец-то, я увидел тебя, пусть и на смертном одре. Ты всё же пришла… Прости меня, родная… За то, что причинил столько боли и не уберёг твою маму. – Он страшно закашлялся, а после сипло продолжил: - Как же я любил её… И каким идиотом был. – Затем Его Величество взглянул на меня своими впалыми глазами, под которыми темнели круги, а я собрала в кулак остатки силы воли, чтобы не отпрянуть назад. – Ты так похожа на неё…
Он говорил что-то ещё, но я не слушала. Я смотрела на короля, из которого медленно, но неотвратно утекали жизненные силы, и в душе у меня клокотали странные чувства: обида, злость, непонимание и… сожаление?
Где тот сильный мужчина, который правил целой страной? Что с ним сделали? А главное, кто?
На плечи опустились чужие руки, отчего сердце чуть ли не выпрыгнуло из груди. И если бы меня не удержали, то точно подпрыгнула на месте от неожиданности. Как только удержалась, чтобы не выругаться или не вскрикнуть? И так натянутые до предела нервы помахали ручкой и сорвались в пропасть. Вскинув голову, обнаружила за спиной братца. В груди кольнуло сожалением. Подсознательно я ожидала увидеть совсем другого мужчину.
- Это проклятье, да? – едва слышно прошептала. Внимание вновь приковалось к протянутой ко мне руке. Долго в подвешенном состоянии она не продержалась и теперь безвольно лежала вдоль тела монарха.
- Да. - Руки на плечах сжались чуть сильнее. - И теперь каждый день его жизненный силы уходят. Никто не может восстановить их и снять проклятье. Он умирает, Мика.
В голосе принца отчётливо слышалась боль. Неужели Идан по-настоящему любит своего отца? А как же захват власти? Или ненависть из-за казни матери?
Ведь по тому, что мне рассказали именно она виновата во всём, что происходит сейчас. Да и казнили её, когда Идану было уже прилично лет. Он же должен мстить за это? Или нет? Ничего не понимаю.
Покидала спальню короля я в самых разрозненных чувствах. Мне нужны были ответы на многие вопросы, но вместо просвещения, меня повели как раз туда, куда я думала, отведут в самом начале. И так как я была слишком потрясена увиденным в покоях Его Величества, знакомство с остальными обитателями дворца прошло для меня как в тумане. Я бездумно кивала на слова приветствия, пропуская мимо ушей имена, статусы и положение при дворе всех собравшихся, их комплименты и реплики.
И только крепкая рука, поддерживающего меня Идана, придавала хоть какую-то уверенность, что всё это не плод моего больного воображения, а вполне осмысленная реальность.
- Ты держалась молодцом, - похвалил меня принц, когда бесконечный поток приветствующих «блудную принцессу» иссяк.
И сейчас мы с ним направлялись в обеденный зал, чтобы «отобедать», но у меня кусок в горло не лез, хотя я с самого утра ничего не ела.
- Угу, - мрачно кивнула я, глядя перед собой.
Всё, что меня сейчас волновало, так это мягкая постелька и пару часов тишины. От каблуков болели ноги и хотелось поскорее скинуть неудобную обувь, спину ломило от постоянного напряжения, а скулы сводило от нескончаемых улыбок.
- Я могу отдохнуть? – поинтересовалась без особой надежды.
- Прости, но у нас впереди обед с советниками. – Идан как-то неопределённо качнул головой и без особого удовольствия продолжил: - Это очень важно для тебя. Для нас. Так как на данный момент все дела ведут они. Я же просто слушаю их и стараюсь вникнуть во все эти хитросплетения королевской власти.
- Но когда ты станешь королём, тебе придётся не просто вникать, - злорадно усмехнулась, впервые за день проявив чуть больше эмоций, чем безвольная кукла, - тебе придётся вариться в этом котле власти.
- Спасибо, сестрёнка, ты очень великодушна, - в тон ответил мне братец, но после посерьезнел. – Не обязательно так. Ты же сама видишь и понимаешь, что для короля я слишком юн и неопытен. Даже несмотря на то, что меня готовили к этому с детства. Я всё равно буду под властью советников, как минимум лет пять, пока не наберусь достаточно опыта и не смогу самостоятельно принимать верные решения. А до этого времени я остаюсь всего лишь пешкой, которой каждый сможет играть по своим правилам. Конечно, я буду сопротивляться всеми силами, но кто я, а кто они? Тем более, что не очень-то мне и хочется становиться во главе целого государства. Я же уже говорил тебе.
- Говорил, - вздохнула, подтверждая его слова. – Но для того, кто не стремится к власти, ты слишком хорошо знаешь последствия своей коронации. То есть, подсознательно уже готовишься к этому, будучи уверен в том, что она состоится.
Меня вновь смерили странным, нечитаемым взглядом, а после Идан чуть усмехнулся.
- Увы, сестрёнка, я бы и рад тебе передать всю эту мороку с королевской властью, но тут всё уже решили за нас. Хотя, ты можешь обговорить свою позицию по этому поводу с советниками. Вот прямо сейчас, на обеде.
Вместо ответа я промолчала. Тем более, мы уже пришли. Перед нами были двери, ведущие в столовую, где нас ждали советники. Ещё одно испытание, которое я должна пройти с достоинством, как подобает настоящей принцессе. Вот только, смогу ли?
- Готова? – Идан положил поверх моей руки, лежащей на сгибе его локтя, свою ладонь и чуть сжал, подбадривая.
С сомнением взглянула на него, потом на свою руку, вероломно захваченную в плен, и подавила желание отдёрнуть её. Нет, вот никак я не могу поверить во внезапно проснувшиеся братские чувства по отношению ко мне. Что-то тут явно не так. Везде мне чудится подвох, кажется, что это лишь игра на публику. И для меня лично. Но как вывести его на чистую воду?
Пока приходится играть по его правилам. А там… там посмотрим, что будет дальше.
- Готова.
***
Обед прошёл… странно. На меня смотрели, со мной разговаривали, мне улыбались. Вот только взгляды, направленные на меня, были настороженными и изучающими. Меня явно проверяли, ко мне присматривались. И отчего-то упорно казалось, что за всеми этими льстивыми улыбками и красивыми словами скрывалось нечто опасное, пугающее. Гадюшник, как есть!
Примечательно, что за длинным столом, заставленным различными блюдами, я была единственной девушкой. Все остальные собравшиеся – помимо принца – мужчины в возрасте от сорока до семидесяти лет, разодетые, как на праздник. Хотя, если посмотреть, то это вроде и на самом деле праздник – принцесса вернулась в семью. И каждый желал высказать мне своё почтение, облобызать ручку и едва заметно коснуться ментально.
Кое-как выдержав обед и все обрушившиеся на меня вопросы, я, возблагодарив директрису ВМУЗа за то, что та убедила меня посещать занятия по этикету, откланялась и наконец-то попала в свою комнату.
С трудом дождалась, когда меня избавят от пыточного платья, заменив на более удобное, затем выпроводила всех из своей комнаты, и тихо позвала:
- Шайн?
Нет, глупо конечно считать, что он будет находиться со мной в одной комнате, когда меня переодевают, но всё же стоило попробовать. Огляделась по сторонам, перешла на магическое зрение, но защитника так и не обнаружила.
Ладно, попробуем ещё раз.
Вышла в гостевую комнату и позвала ещё раз. На этот раз Шайн откликнулся сразу, появляясь прямо возле входных дверей.
- Да, Ваше Высочество? – всё также бесстрастно поинтересовался он.
И от такого его обращения я едва зубами не заскрежетала. Мне безумно хотелось, чтобы сейчас, когда кроме нас никого нет, он назвал меня так же, как и прежде - Микой, с теми же интонациями и эмоциями, а не так… сухо и официально.
В памяти всплыл наш последний разговор, отчего я едва не застонала: я же сама установила границы дозволенного, сама отгородилась от него этим официозом. Так что нечего теперь расстраиваться. Хотя его поведение сильно напрягает.
- Тебе обязательно всё время ходить под пологом невидимости? – спросила хмуро, не зная, как начать разговор.
- Не обязательно, Ваше Высочество, но желательно.
И снова никаких эмоций. Бездна, что они сотворили с ним? Верните мне обратно того Шайна, которого я знала до этого!
Сжала кулаки и отвернулась, чтобы не видеть эту глыбу льда, называющую себя моим защитником.
Так, мне нужно успокоится. Вдох и выдох. Давай, Мика, возьми себя в руки.
- Что произошло тогда, в храме?
Этот вопрос, несмотря на то, что я давно хотела его задать, отчего-то дался с трудом. За спиной повисло тягостное молчание, которое никак нельзя было принять за ответ. Текли минуты, я ждала, а Шайн молчал. Первой не выдержала я.
- Шайн! – рыкнула, вновь встречаясь взглядом с мужчиной.
На мгновение мне показалось, что в серых глазах промелькнул отголосок боли. Но только лишь на мгновение.
- Ладно, - шумно выдохнула сквозь стиснутые зубы, - задам вопрос по-другому: что с Саммер?
А вот теперь он ощутимо вздрогнул, словно я не вопрос задала, а внезапно ударила его в самое уязвимое место. Неужели? ...
- Она что…? - горло внезапно перехватило, и закончить я не смогла.
Перед глазами встала картинка: Алиша на моих руках, кровавое пятно на груди и тяжёлое, с каждым мгновением затихающее дыхание. Я слышала её голос…её последние слова. А после, когда меня схватили и попытались увести, она уже не двигалась…
Ком в горле перекрыл доступ к воздуху. Прижала ладонь к шее, где бешено билась жилка, и неотрывно смотрела на то, как меняется лицо моего защитника, как маска безразличия и холодности даёт трещины и как сжимаются челюсти, настолько, что видно, как перекатываются желваки.
- Её тело так и не нашли. – Наконец, глухо произнёс Шайн, отводя взгляд и напрочь забывая об официальном обращении.
А я не удержалась, качнулась вперёд в попытке подойти ближе, обнять, утешить. Но тут же отдёрнула себя – моя жалость ему сейчас не нужна. Вонзила ногти в ладони, приводя себя в чувство.
- И что теперь?
Этот вопрос камнем упал между нами.
И вот лучше бы я его вообще не задавала! Лучше бы просто промолчала!
Мне послали такой мрачный и тяжёлый взгляд, что сразу захотелось поёжиться и сбежать куда подальше. Обычно так Шайн смотрел на особо провинившихся студентов, ещё в те времена, когда был магистром в ВМУЗе. И последствия этого взгляда были неприятными. Для студентов.
- А теперь, Ваше Высочество, - обращение ко мне было выделено особо, подтверждая мои опасения насчёт неприятностей, - мне очень хотелось бы знать, о чём вы умолчали?
- Умолчала? Когда?
В первые мгновения я действительно не поняла, о чём меня спрашивают, а когда всё же дошло, вдруг захотела притвориться ничего не знающей дурочкой.
Вот только с Шайном такой маневр не прошёл.
- Микаэлла, - о, он даже соизволил назвать меня по имени! Вот только в данной ситуации лучше бы не называл! Потому как прозвучало это угрожающе. - Ты знала, да?
«Знала, что она погибнет?» - повисло в воздухе недосказанностью. Рэйнальд не смог произнести это вслух. И я понимала, почему. Он не верил. Не хотел верить.
От меня ждали ответа, давать который я не хотела. Ну зачем он это спросил? Ведь знает же, что я скажу! Уже знает… Но всё равно продолжает прожигать взглядом.
- Да, - прошептала, отвернувшись.
- Почему?
Не нужно было семи пядей во лбу, чтобы понять, о чём он. И нет, это не «почему не сказала мне?», а «почему не обошла эту демонову клятву?! Почему не оставила никакой лазейки? Почему допустила это?!»
У меня на все эти вопросы был ответ. Его я и озвучила, повернувшись и глядя прямо в глаза мужчины:
- Потому что: либо она, либо ты. Я сделала выбор.
Говорить это было больно, а ещё больнее видеть, как Шайн вновь закрывается от меня.
- Это был неправильный выбор, Ваше Высочество.
И всё. Маска непроницаемости снова на его лице, а в голосе – отстранённость.
Как же сильно он изменился. Что это: последствия пребывания во дворце или смерть Алиши? Больше склоняюсь ко второму варианту. И злюсь из-за этого, но сделать ничего не могу. Даже после смерти Саммер стоит между нами!
- Знаешь, провидица вряд ли защитит меня в будущем. Мне нужен был защитник, а не соплячка с нестабильным даром!
«Мне нужен был ТЫ!» - добавила мысленно.
Шайн едва заметно дёрнулся и тут же склонил голову, принимая мою позицию, но не смиряясь. Это было видно по напряжённым плечам и через чур прямой спине, а также сжатым кулакам с побелевшими костяшками пальцев. Я не видела его лица, но с уверенностью могла сказать, что челюсти защитника сжаты так сильно, что на скулах заиграли желваки.
- Теперь я ни на шаг от вас не отойду, Ваше Высочество. – Тем не менее чётко произнёс он. - И буду защищать ценою жизни.
А я вдруг разозлилась!
- Интересно, ты и спать со мной в одной комнате будешь? – от какого-то горького разочарования брякнула, даже не подумав.
