— Вы уверены, что это сделал Рассел?
— По крайней мере, нож с его именем торчал из её горла, — процедила
сквозь зубы преисполненная ярости Лили.
Тори прикрыла рот рукой, услышав о методе, которым была убита несчастная Шерил. Что же пережила бедная девушка перед смертью?! Наверное, такой мучительной смерти не пожелаешь даже врагу.
Подобные страшные истории Тори могла слышать лишь в криминальных сериалах. Никогда бы не подумала, что предстоит столкнуться с этим в реальности. Это жутко. По телу пробегала дрожь. Так ужасно понимать, что в мире происходят столь жестокие вещи. Пока это не трогает тебя — кажется, что всё нереально и не столь важно. Когда приходится познакомиться со смертью так близко — становится страшно. Действительно страшно.
— Известно, за что? — спросила Тори. — Должна быть причина.
— Нет никакой причины, чтобы убивать Шерил! — вскрикнула Лили, привлекая внимание проходящих мимо. — Она хороший человек, которому просто не повезло попасть в руки Мануэля. Шерил добрая, она очень добрая. Она жила своей работой, жила любовью к Николасу. Теперь её нет! Без причины, Тори!
— Прости.
Тори замолкла, понимая, что, и правда, излишне пытаться узнать причину у человека, переживающего утрату. Ник. Как он воспримет эту информацию? Шерил была ему близка. Даже больше, чем близка — их роман был на слуху у всего Мортала, включая работников «Gravity».
Виктория сделала шаг назад, оставляя Лили в покое. Она остановилась около другого угла сцены, сложив дрожащие руки в замок. Почти каждые пять секунд она поглядывала на ступеньки, ведущие в зал. Стоит подготовить Ника к подобной ужасной новости. Ему, должно быть, будет непросто принять это. Несмотря на то, что любовь Шерил очевидно не имела взаимности, Ник всё-таки долго знал её.
Тори, нервно постукивая ногой, пыталась придумать, как преподнести Нику такую новость. Наверное, он захочет наказать убийцу Шерил — и правильно сделает! Тот, кто посмел лишить жизни такого светлого человека, как Шерил, не должен спокойно ходить по земле!
Тори подскочила на месте, как только в поле зрения попал Ник. Он, как всегда с каменным выражением лица, быстро спускался по ступенькам, смотря на столик Мануэля и Джорджа. Виктория поспешила, пока он не присоединился к своим дружкам.
Ник остановился, как только увидел бегущую к нему Викки с круглыми перепуганными глазками. Он смотрел на то, как она неловко мнётся, пытаясь, что-то сказать, но так и не решается.
— Можно поговорить с тобой?
— Я польщён, что ты просишь разрешения на то, чтобы заговорить со мной, но, думаю, это лишнее.
Тори устремила на него недовольный взгляд, который держался не долго. Следом она вновь грустно округлила глаза. Стояла и молчала. Ник слегка приподнял брови, засмотревшись на её детское смятение. Это выглядело… непривычно, но, определённо, она казалась милой, как ангелочек в дьявольском обличье.
Ник был поражен тому, что сделала Тори. Она взяла его за руку, оглядываясь, чтобы никто не смотрел на них и спешно стала уводить в женскую гримёрную.
Закрыв дверь, Тори осмотрелась, пытаясь убедится, что они одни. Следом вновь посмотрела на Ника, который явно пребывал в лёгком шоке от её загадочных действий.
— Если просто хотела пошалить со мной, могла бы так и сказать, — произнёс Ник.
Тори не стала обращать внимание на его вечную манеру острить.
— Сядь, — произнесла она, пытаясь подготовить его к ужасающей новости.
— Ты пугаешь меня, Викки. Ты проверяла голову, как я тебя просил?
Тори на мгновение пустила в него гневный взгляд, который должен был дать ему понять, что пора замолчать: идёт важная информация, которую ей и так сложно говорить близкому человеку погибшей.
— Понял. Не нарываюсь на неприятности, — Ник послушно сел на диван и вопросительно посмотрел на рассеянную девушку.
Тори присела рядом. Она тяжело выдохнула и посмотрела в глаза Ника.
— Мне очень жаль, но случилось страшное, — её голос вздрогнул.
Ник слегка опустил голову, чтобы не смотреть в её глаза:
— Я знаю про Шерил.
— Что? Как? Мануэль сказал? — произнесла Тори, часто захлопав ресницами.
Он вновь поднял голову и посмотрел пронзительно, словно заглядывал в душу:
— Вчера мы с Мануэлем засиделись допоздна. Получили звонок. Поехали опознавать тело. Эту ночь я провёл рядом с ней. Мне очень жаль.
Тори поджала губы, понимая, какую тяжелую ночь пришлось пережить Нику. Она обратила внимание на его уставший вид. Действительно, стоило понять, что он бы первый узнал о случившемся.
— Ник, как ты? Наверное, ещё плохо осознаешь. Это нормально. Есть стадия отрицания, — неловко проговорила Тори и взяла его ладонь в свою, словно пытаясь передать свою силу. Ему Шерил была ближе.
Ник мгновение молчал, глядя на её искренне обеспокоенное лицо. Следом посмотрел на руку, которой она держала его и пыталась утешить от боли потери, которой на самом-то деле у него не было. Если бы ему хотя бы немного было жаль Шерил — он бы вчера не проткнул её горло ножом.
Сейчас было лишь прискорбно наблюдать за тем, как чистосердечно Викки переживала, не зная того, что по-настоящему скрывается за жестокой гибелью танцовщицы Шерил Донел.
Ник заметил, что непроизвольно ощутил неприятное чувство в районе груди. Не из-за Шерил, а только благодаря этой трогательной реакции Викки: она сложно переживала эту утрату; её грусть оказалась для него большим ударом, чем смерть человека. Странное чувство.
— Я справляюсь, — дал он краткий ответ на её вопрос.
— Ты, как всегда, хладнокровен. Тебя сложно повергнуть в шок, — сказала Тори, вглядываясь в его глаза.
— Моя жизнь — это чреда смертей. Я привык.
— Но ведь Шерил — это другое.
— Шерил, безусловно, жаль, — соврал Ник. — Она не заслужила такого конца.
Тори печально кивнула, ощущая пробирающую до костей дрожь. Она пыталась только представить, насколько силён Ник духом, если так хорошо держится. Возможно, виной тому его нелюбовь к Шерил. Ведь если бы он любил, то явно реакция была бы иной.
— За что Рассел сделал это с ней? Я уверена, что есть причина.
Ник опустил взгляд, ощущая, что при упоминании Рассела она сжала его руку ногтями. Ту руку, которой была убита Шерил. Хорошо, что Викки этого не знает.
— Как можно было так поступить с этой девушкой? Вот зачем, скажи? — продолжала Тори, всем сердцем возненавидев Рассела.
— Возможно, он хотел навредить мне за то, что я ищу его. Самый простой способ — убить близкого человека. А так как всем было известно, что мы с Шерил, якобы, в отношениях, он и сделал то, что сделал.
Тори шокировано помотала головой, пытаясь хоть как-то выкарабкаться из собственной паники и ужаса. Как вообще такое может происходить?!
Ник ощущал себя самым последним подонком, который врёт искренне скорбящей девушке, не моргнув и глазом. Он и подумать не мог, что боль Викки будет так сильно его задевать. Хотелось притянуть её к себе, обнять и успокаивающе гладить спинку, но он не мог себе это позволить — это было бы слишком лицемерно.
Ник не ожидал, что Викки сама сделает то, о чём он только что подумал: она подсела ближе и уткнулась носом ему в плечо. Ему ничего не оставалось, как подарить ей успокаивающие объятия. Хотя бы это.
Они молчали. Долго молчали. Тори прикрыла глаза и наслаждалась спокойствием. В кольце рук Ника она чувствовала себя в безопасности. Будто бы он — щит, за которым она могла спрятаться и оградиться от всей суеты внешнего мира. Сейчас было хорошо. Она уже слишком долго мечтала насладиться безмятежностью, которую дарил ей Ник. Человек, которого она считала дьяволом во плоти. Кто бы мог подумать, что после всех ужасов она сможет найти покой рядом со своим собственным мучителем?! Она, наверное, сумасшедшая, но, зато в этот момент чувствовала себя лучше, чем когда-либо.
Ник уткнулся подбородком в её макушку и, нежно гладя её руки, пытался отбрасывать ненужные совершенно мысли. Он хотел бы оградить Викки от всего этого. Видеть её в таком состоянии было невыносимо.
— Ник, я потеряла вторую подругу за месяц, — нарушил тишину грустный голос Тори. При понимании ужасной истины, она не сдержала эмоций.
Ник ощутил, как на шею скатились слёзы со щёк Виктории. Он напрягся, испытывая ненавистное чувство вины за эти слёзы. Видеть, как плачет Викки стало для него определенно самым действующим средством, чтобы тронуть глубоко спрятавшуюся совесть.
— Сначала ты приказал убить Кэтти, теперь Рассел убил Шерил, — произнесла Тори и, поджав ноги под себя, скрутилась в руках Ника, как котёнок, нуждающийся в ласке.
Ник наклонил голову, на мгновение закрывая глаза, чтобы собраться. Ему вовсе не нравилась собственная реакция: до сегодняшней встречи с Викки ему было на всё плевать — теперь уже плевать не на всё. Она, наверное, захотела бы придушить его собственными руками, если бы узнала, что он лишил её не одной подруги…
— Почему все, с кем мне приятно общаться, умирают? — спросила она, шмыгнув носом. — Почему я постоянно остаюсь одна?
— Ты не одна, принцесса, — всё что смог произнести Ник, ведь теперь ему было сложно что-то говорить. Он виноват в её скорби. Виноват дважды — Кэтти, следом Шерил. Хотя, Шерил заслужила: Викки не знает, что делала её «подруга» и почему ей было так плохо на протяжении долгого времени. Он не мог поступить иначе, когда узнал, чьих рук это дело. После того, как он лишился матери, он поклялся больше не терять тех, кто ему дорог. И пусть рушится мир вокруг, но Николас не позволит причинить вред близким. Если бы он мог вернуться в прошлое, то, не сомневаясь, сделал бы с Шерил то же самое. Без жалости, без чувств. Жестокая и подходящая для неё смерть.
Ник впервые осознал, что Виктория Далтон ему небезразлична. Это весьма странно. Последний раз он привязывался к человеку восемь лет назад.
— Да. Надеюсь, с тобой ничего не случится, — произнесла Тори, сделав паузу, чтобы вытереть слёзы со щёк. — Потому что, хоть ты и раздражаешь меня периодически, я рада, что наши отношения немного наладились.
Ник слегка улыбнулся, опуская взгляд на Викки, уютно умостившуюся на нём, словно ребёнок.
— Периодически раздражаю? Не постоянно? Это прогресс.
— Вот если бы ты ещё не язвил — не раздражал бы вовсе.
— Ну, это не по адресу. Я так не умею, тыковка.
Тори улыбнулась, приложив руки к подбородку. Она задумалась, уставившись вверх, на Ника.
— Тыковка. Как же меня это бесило раньше. Я правда хотела убить тебя за это прозвище.
— Дать тебе пистолет? — ухмыльнулся он, заметив на её лице лёгкую уставшую улыбку.
— В другой раз. Сейчас мне и так хорошо.
Ник засмотрелся на её по-детски довольное личико. Она больше не казалась для него тем самым демонёнком, которым он видел её на протяжении всех долгих лет, которые они знакомы. Сейчас она — ангелочек, нуждающийся в том, чтобы его оберегали. Хотя, иногда тот демон всё-таки даёт о себе знать. Иногда ему стоит укрощать этого демона.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Голова больше не кружится?
Тори поджала губы в удивлении:
— Нет. Это был стресс, наверное. С моей-то жизнью стресс неизбежен.
— Прекрасно. Значит, я освобождён от должности ловящего в элегантном падении принцессу Викторию в порыве обморока.
Тори не сдержала в горле сдавленный хохот. Она засмотрелась в его улыбающиеся глаза и вспоминала, сколько раз он помогал ей приходить в сознание.
— Не расслабляйся, — бросила она. — Я буду падать специально, тренируя твою реакцию.
— Не беспокойся. Моя реакция была выработана ещё со школы, когда я ловко прятал шпаргалки от проходящего мимо преподавателя.
— Я также выработала свою реакцию, — постыдно ухмыльнулась Тори. — Я тут подумала: если бы ты в школьные времена был таким, как сейчас, то мог бы за плохие оценки убивать преподавателей.
Ник широко раскрыл глаза, не сдерживая порыва смеха, который вызвало удивительное предположение Викки.
— Ты беспощадна.
— Я бы и сама некоторых преподавателей пристрелила, — она опустила голову, вновь уткнувшись в грудь Ника. — Если что, я шучу. А то, мало ли, пойдёшь сейчас по школам: мстить всем строгим преподавателям.
— Несомненно, сделаю это, как только будет перерыв на обед.
— Давай. Удачи.
— На суде скажу, что это некая Виктория подбила меня на это.
— Ладно. Отсидим вместе. Станем авторитетами на зоне и заживём.
— Ты станешь авторитетом, разве что, для тортиков. Да, я видел, как ты тайком бегала на кухню за ними.
Тори сложно выдохнула, печально сощурившись:
— В «Gravity» превосходно делают сладкое. Я не могу сдерживать себя.
— И не стоит. Как-то останемся в «Gravity» допоздна и пойдём на кухню воровать тебе сладости. Я никому не расскажу.
— Соучастник в преступлении, — Тори улыбнулась, не замечая, как водит по каменной груди Ника пальцем. — Спасибо.
Ник сделала паузу, чтобы понять почему его благодарит Виктория.
— За что?
— За то, что отвлёк меня от того, что происходит за этой дверью.
Ник замолк, запуская пальцы в её волосы, успокаивающе массируя её затылок, чтобы она хоть немного расслабилась и не думала о тех ужасах, что он заставил её пережить.
Тори прикрыла веки, чувствуя удовольствие от действий Ника. Она действительно смогла забыться и ни о чём не думать. Сейчас было слишком хорошо. Пугало то, что в скором времени Нику придётся уйти, а ей вернуться к танцовщицам Шерил. Всё снова потеряет свои краски, и она продолжит жить мечтами о том, чтобы ощутить покой, как сейчас.
— Викки, ты там не уснула? — спросил Ник, глядя на то, как Виктория, закрыв глаза, уже тихо сопела, удерживая его за футболку.
Тори после сегодняшнего особенно раннего пробуждения действительно проваливалась в пучину сновидений. Голос Ника помог вернуться в реальность. Она, не открывая глаза, недовольно простонала, давая понять: ей не по душе то, что он будит её.
— Я понял, — он перевёл возмущенный стон. — Но мой телефон уже разрывается от звонков. Хорошо, что он на беззвучном. Мануэль ждёт. Будут решать что-то с Расселом. Говорит, у них с Джорджем созрел план.
Тори отдала бы всё, лишь бы их двоих никто не трогал. Сейчас было так хорошо.
— Хорошо, — Тори открыла глаза и медленно стала подниматься, словно тянула время. — Пусть ваш план сработает. Этот Рассел заслужил самого худшего наказания.
Ник молча встал на ноги, выпрямившись, и вновь посмотрел на гневную Викки. Она так и горела желанием уничтожить этого Рассела. Вероятно, её надежды потерпят крах: его уничтожить будет весьма сложно.
Тори тяжело выдохнула прежде, чем открыть дверь и вновь окунуться в суетливый мир, полный ужасов, слёз, смертей и перестрелок. Вот бы закрыться здесь, спрятавшись от всех проблем общества. Это было бы слишком идеально. Пора посмотреть страхам в лицо и встретить сложности.
— По крайней мере, нож с его именем торчал из её горла, — процедила
сквозь зубы преисполненная ярости Лили.
Тори прикрыла рот рукой, услышав о методе, которым была убита несчастная Шерил. Что же пережила бедная девушка перед смертью?! Наверное, такой мучительной смерти не пожелаешь даже врагу.
Подобные страшные истории Тори могла слышать лишь в криминальных сериалах. Никогда бы не подумала, что предстоит столкнуться с этим в реальности. Это жутко. По телу пробегала дрожь. Так ужасно понимать, что в мире происходят столь жестокие вещи. Пока это не трогает тебя — кажется, что всё нереально и не столь важно. Когда приходится познакомиться со смертью так близко — становится страшно. Действительно страшно.
— Известно, за что? — спросила Тори. — Должна быть причина.
— Нет никакой причины, чтобы убивать Шерил! — вскрикнула Лили, привлекая внимание проходящих мимо. — Она хороший человек, которому просто не повезло попасть в руки Мануэля. Шерил добрая, она очень добрая. Она жила своей работой, жила любовью к Николасу. Теперь её нет! Без причины, Тори!
— Прости.
Тори замолкла, понимая, что, и правда, излишне пытаться узнать причину у человека, переживающего утрату. Ник. Как он воспримет эту информацию? Шерил была ему близка. Даже больше, чем близка — их роман был на слуху у всего Мортала, включая работников «Gravity».
Виктория сделала шаг назад, оставляя Лили в покое. Она остановилась около другого угла сцены, сложив дрожащие руки в замок. Почти каждые пять секунд она поглядывала на ступеньки, ведущие в зал. Стоит подготовить Ника к подобной ужасной новости. Ему, должно быть, будет непросто принять это. Несмотря на то, что любовь Шерил очевидно не имела взаимности, Ник всё-таки долго знал её.
Тори, нервно постукивая ногой, пыталась придумать, как преподнести Нику такую новость. Наверное, он захочет наказать убийцу Шерил — и правильно сделает! Тот, кто посмел лишить жизни такого светлого человека, как Шерил, не должен спокойно ходить по земле!
Тори подскочила на месте, как только в поле зрения попал Ник. Он, как всегда с каменным выражением лица, быстро спускался по ступенькам, смотря на столик Мануэля и Джорджа. Виктория поспешила, пока он не присоединился к своим дружкам.
Ник остановился, как только увидел бегущую к нему Викки с круглыми перепуганными глазками. Он смотрел на то, как она неловко мнётся, пытаясь, что-то сказать, но так и не решается.
— Можно поговорить с тобой?
— Я польщён, что ты просишь разрешения на то, чтобы заговорить со мной, но, думаю, это лишнее.
Тори устремила на него недовольный взгляд, который держался не долго. Следом она вновь грустно округлила глаза. Стояла и молчала. Ник слегка приподнял брови, засмотревшись на её детское смятение. Это выглядело… непривычно, но, определённо, она казалась милой, как ангелочек в дьявольском обличье.
Ник был поражен тому, что сделала Тори. Она взяла его за руку, оглядываясь, чтобы никто не смотрел на них и спешно стала уводить в женскую гримёрную.
Закрыв дверь, Тори осмотрелась, пытаясь убедится, что они одни. Следом вновь посмотрела на Ника, который явно пребывал в лёгком шоке от её загадочных действий.
— Если просто хотела пошалить со мной, могла бы так и сказать, — произнёс Ник.
Тори не стала обращать внимание на его вечную манеру острить.
— Сядь, — произнесла она, пытаясь подготовить его к ужасающей новости.
— Ты пугаешь меня, Викки. Ты проверяла голову, как я тебя просил?
Тори на мгновение пустила в него гневный взгляд, который должен был дать ему понять, что пора замолчать: идёт важная информация, которую ей и так сложно говорить близкому человеку погибшей.
— Понял. Не нарываюсь на неприятности, — Ник послушно сел на диван и вопросительно посмотрел на рассеянную девушку.
Тори присела рядом. Она тяжело выдохнула и посмотрела в глаза Ника.
— Мне очень жаль, но случилось страшное, — её голос вздрогнул.
Ник слегка опустил голову, чтобы не смотреть в её глаза:
— Я знаю про Шерил.
— Что? Как? Мануэль сказал? — произнесла Тори, часто захлопав ресницами.
Он вновь поднял голову и посмотрел пронзительно, словно заглядывал в душу:
— Вчера мы с Мануэлем засиделись допоздна. Получили звонок. Поехали опознавать тело. Эту ночь я провёл рядом с ней. Мне очень жаль.
Тори поджала губы, понимая, какую тяжелую ночь пришлось пережить Нику. Она обратила внимание на его уставший вид. Действительно, стоило понять, что он бы первый узнал о случившемся.
— Ник, как ты? Наверное, ещё плохо осознаешь. Это нормально. Есть стадия отрицания, — неловко проговорила Тори и взяла его ладонь в свою, словно пытаясь передать свою силу. Ему Шерил была ближе.
Ник мгновение молчал, глядя на её искренне обеспокоенное лицо. Следом посмотрел на руку, которой она держала его и пыталась утешить от боли потери, которой на самом-то деле у него не было. Если бы ему хотя бы немного было жаль Шерил — он бы вчера не проткнул её горло ножом.
Сейчас было лишь прискорбно наблюдать за тем, как чистосердечно Викки переживала, не зная того, что по-настоящему скрывается за жестокой гибелью танцовщицы Шерил Донел.
Ник заметил, что непроизвольно ощутил неприятное чувство в районе груди. Не из-за Шерил, а только благодаря этой трогательной реакции Викки: она сложно переживала эту утрату; её грусть оказалась для него большим ударом, чем смерть человека. Странное чувство.
— Я справляюсь, — дал он краткий ответ на её вопрос.
— Ты, как всегда, хладнокровен. Тебя сложно повергнуть в шок, — сказала Тори, вглядываясь в его глаза.
— Моя жизнь — это чреда смертей. Я привык.
— Но ведь Шерил — это другое.
— Шерил, безусловно, жаль, — соврал Ник. — Она не заслужила такого конца.
Тори печально кивнула, ощущая пробирающую до костей дрожь. Она пыталась только представить, насколько силён Ник духом, если так хорошо держится. Возможно, виной тому его нелюбовь к Шерил. Ведь если бы он любил, то явно реакция была бы иной.
— За что Рассел сделал это с ней? Я уверена, что есть причина.
Ник опустил взгляд, ощущая, что при упоминании Рассела она сжала его руку ногтями. Ту руку, которой была убита Шерил. Хорошо, что Викки этого не знает.
— Как можно было так поступить с этой девушкой? Вот зачем, скажи? — продолжала Тори, всем сердцем возненавидев Рассела.
— Возможно, он хотел навредить мне за то, что я ищу его. Самый простой способ — убить близкого человека. А так как всем было известно, что мы с Шерил, якобы, в отношениях, он и сделал то, что сделал.
Тори шокировано помотала головой, пытаясь хоть как-то выкарабкаться из собственной паники и ужаса. Как вообще такое может происходить?!
Ник ощущал себя самым последним подонком, который врёт искренне скорбящей девушке, не моргнув и глазом. Он и подумать не мог, что боль Викки будет так сильно его задевать. Хотелось притянуть её к себе, обнять и успокаивающе гладить спинку, но он не мог себе это позволить — это было бы слишком лицемерно.
Ник не ожидал, что Викки сама сделает то, о чём он только что подумал: она подсела ближе и уткнулась носом ему в плечо. Ему ничего не оставалось, как подарить ей успокаивающие объятия. Хотя бы это.
Они молчали. Долго молчали. Тори прикрыла глаза и наслаждалась спокойствием. В кольце рук Ника она чувствовала себя в безопасности. Будто бы он — щит, за которым она могла спрятаться и оградиться от всей суеты внешнего мира. Сейчас было хорошо. Она уже слишком долго мечтала насладиться безмятежностью, которую дарил ей Ник. Человек, которого она считала дьяволом во плоти. Кто бы мог подумать, что после всех ужасов она сможет найти покой рядом со своим собственным мучителем?! Она, наверное, сумасшедшая, но, зато в этот момент чувствовала себя лучше, чем когда-либо.
Ник уткнулся подбородком в её макушку и, нежно гладя её руки, пытался отбрасывать ненужные совершенно мысли. Он хотел бы оградить Викки от всего этого. Видеть её в таком состоянии было невыносимо.
— Ник, я потеряла вторую подругу за месяц, — нарушил тишину грустный голос Тори. При понимании ужасной истины, она не сдержала эмоций.
Ник ощутил, как на шею скатились слёзы со щёк Виктории. Он напрягся, испытывая ненавистное чувство вины за эти слёзы. Видеть, как плачет Викки стало для него определенно самым действующим средством, чтобы тронуть глубоко спрятавшуюся совесть.
— Сначала ты приказал убить Кэтти, теперь Рассел убил Шерил, — произнесла Тори и, поджав ноги под себя, скрутилась в руках Ника, как котёнок, нуждающийся в ласке.
Ник наклонил голову, на мгновение закрывая глаза, чтобы собраться. Ему вовсе не нравилась собственная реакция: до сегодняшней встречи с Викки ему было на всё плевать — теперь уже плевать не на всё. Она, наверное, захотела бы придушить его собственными руками, если бы узнала, что он лишил её не одной подруги…
— Почему все, с кем мне приятно общаться, умирают? — спросила она, шмыгнув носом. — Почему я постоянно остаюсь одна?
— Ты не одна, принцесса, — всё что смог произнести Ник, ведь теперь ему было сложно что-то говорить. Он виноват в её скорби. Виноват дважды — Кэтти, следом Шерил. Хотя, Шерил заслужила: Викки не знает, что делала её «подруга» и почему ей было так плохо на протяжении долгого времени. Он не мог поступить иначе, когда узнал, чьих рук это дело. После того, как он лишился матери, он поклялся больше не терять тех, кто ему дорог. И пусть рушится мир вокруг, но Николас не позволит причинить вред близким. Если бы он мог вернуться в прошлое, то, не сомневаясь, сделал бы с Шерил то же самое. Без жалости, без чувств. Жестокая и подходящая для неё смерть.
Ник впервые осознал, что Виктория Далтон ему небезразлична. Это весьма странно. Последний раз он привязывался к человеку восемь лет назад.
— Да. Надеюсь, с тобой ничего не случится, — произнесла Тори, сделав паузу, чтобы вытереть слёзы со щёк. — Потому что, хоть ты и раздражаешь меня периодически, я рада, что наши отношения немного наладились.
Ник слегка улыбнулся, опуская взгляд на Викки, уютно умостившуюся на нём, словно ребёнок.
— Периодически раздражаю? Не постоянно? Это прогресс.
— Вот если бы ты ещё не язвил — не раздражал бы вовсе.
— Ну, это не по адресу. Я так не умею, тыковка.
Тори улыбнулась, приложив руки к подбородку. Она задумалась, уставившись вверх, на Ника.
— Тыковка. Как же меня это бесило раньше. Я правда хотела убить тебя за это прозвище.
— Дать тебе пистолет? — ухмыльнулся он, заметив на её лице лёгкую уставшую улыбку.
— В другой раз. Сейчас мне и так хорошо.
Ник засмотрелся на её по-детски довольное личико. Она больше не казалась для него тем самым демонёнком, которым он видел её на протяжении всех долгих лет, которые они знакомы. Сейчас она — ангелочек, нуждающийся в том, чтобы его оберегали. Хотя, иногда тот демон всё-таки даёт о себе знать. Иногда ему стоит укрощать этого демона.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Голова больше не кружится?
Тори поджала губы в удивлении:
— Нет. Это был стресс, наверное. С моей-то жизнью стресс неизбежен.
— Прекрасно. Значит, я освобождён от должности ловящего в элегантном падении принцессу Викторию в порыве обморока.
Тори не сдержала в горле сдавленный хохот. Она засмотрелась в его улыбающиеся глаза и вспоминала, сколько раз он помогал ей приходить в сознание.
— Не расслабляйся, — бросила она. — Я буду падать специально, тренируя твою реакцию.
— Не беспокойся. Моя реакция была выработана ещё со школы, когда я ловко прятал шпаргалки от проходящего мимо преподавателя.
— Я также выработала свою реакцию, — постыдно ухмыльнулась Тори. — Я тут подумала: если бы ты в школьные времена был таким, как сейчас, то мог бы за плохие оценки убивать преподавателей.
Ник широко раскрыл глаза, не сдерживая порыва смеха, который вызвало удивительное предположение Викки.
— Ты беспощадна.
— Я бы и сама некоторых преподавателей пристрелила, — она опустила голову, вновь уткнувшись в грудь Ника. — Если что, я шучу. А то, мало ли, пойдёшь сейчас по школам: мстить всем строгим преподавателям.
— Несомненно, сделаю это, как только будет перерыв на обед.
— Давай. Удачи.
— На суде скажу, что это некая Виктория подбила меня на это.
— Ладно. Отсидим вместе. Станем авторитетами на зоне и заживём.
— Ты станешь авторитетом, разве что, для тортиков. Да, я видел, как ты тайком бегала на кухню за ними.
Тори сложно выдохнула, печально сощурившись:
— В «Gravity» превосходно делают сладкое. Я не могу сдерживать себя.
— И не стоит. Как-то останемся в «Gravity» допоздна и пойдём на кухню воровать тебе сладости. Я никому не расскажу.
— Соучастник в преступлении, — Тори улыбнулась, не замечая, как водит по каменной груди Ника пальцем. — Спасибо.
Ник сделала паузу, чтобы понять почему его благодарит Виктория.
— За что?
— За то, что отвлёк меня от того, что происходит за этой дверью.
Ник замолк, запуская пальцы в её волосы, успокаивающе массируя её затылок, чтобы она хоть немного расслабилась и не думала о тех ужасах, что он заставил её пережить.
Тори прикрыла веки, чувствуя удовольствие от действий Ника. Она действительно смогла забыться и ни о чём не думать. Сейчас было слишком хорошо. Пугало то, что в скором времени Нику придётся уйти, а ей вернуться к танцовщицам Шерил. Всё снова потеряет свои краски, и она продолжит жить мечтами о том, чтобы ощутить покой, как сейчас.
— Викки, ты там не уснула? — спросил Ник, глядя на то, как Виктория, закрыв глаза, уже тихо сопела, удерживая его за футболку.
Тори после сегодняшнего особенно раннего пробуждения действительно проваливалась в пучину сновидений. Голос Ника помог вернуться в реальность. Она, не открывая глаза, недовольно простонала, давая понять: ей не по душе то, что он будит её.
— Я понял, — он перевёл возмущенный стон. — Но мой телефон уже разрывается от звонков. Хорошо, что он на беззвучном. Мануэль ждёт. Будут решать что-то с Расселом. Говорит, у них с Джорджем созрел план.
Тори отдала бы всё, лишь бы их двоих никто не трогал. Сейчас было так хорошо.
— Хорошо, — Тори открыла глаза и медленно стала подниматься, словно тянула время. — Пусть ваш план сработает. Этот Рассел заслужил самого худшего наказания.
Ник молча встал на ноги, выпрямившись, и вновь посмотрел на гневную Викки. Она так и горела желанием уничтожить этого Рассела. Вероятно, её надежды потерпят крах: его уничтожить будет весьма сложно.
Тори тяжело выдохнула прежде, чем открыть дверь и вновь окунуться в суетливый мир, полный ужасов, слёз, смертей и перестрелок. Вот бы закрыться здесь, спрятавшись от всех проблем общества. Это было бы слишком идеально. Пора посмотреть страхам в лицо и встретить сложности.
