В общем, я в очередной раз понадеялся на удачу, и отправил свою так неудачно потерявшую память подопечную в компании брата и стюардессы на заготовку даров моря.
Сам же я остался присматривать за процессом копчения уже заготовленного мяса и рыбы, попутно изучая оставшиеся после экспедиции дневники и отчеты. Было их не так уж много. Точнее сохранилось в климате острова не так уж много из того, что осталось в старом лагере. Например, печатные справочники, тщательно упакованные и хранимые в огромных сундуках в главном доме - почти не пострадали. А вот запискам самих ученых мне повезло гораздо меньше.
Лишь малая часть отчетов была укрыта в защищенном от влаги и гнили месте. Остальное было разбросано где попало и серьезно пострадало. А между тем, информация в отчетах содержалась весьма любопытная. И прежде всего тем, что данная археологическая и немного этнографическя экспедиция держалась в строжайшей тайне от мировой научной общественности. И была организована исключительно на деньги частного инвестора, который явно планировал неплохо нажиться на результатах открытий. Был он не меценатом, а именно дельцом. И наверняка до сих пор надеялся узнать результаты исследований пропавшей экспедиции. Тот факт, что он не отправил сюда спасателей сразу после обрыва связи с учеными, можно было легко объяснить его вполне понятным нежеланием разглашать информацию об острове и самой экспедиции.
Полученные в результате чтения отчетов сведения так захватили моё воображение, что я не обратил внимания на собственные предчувствия, к которым в обычной ситуации довольно охотно прислушивался. Хотя неприятное ощущение мучило меня уже с утра, я не придал своему состоянию особого значения. Новая пища, переживания – всякое могло быть.
Да и общая атмосфера отдыха и расслабленности, после длительных тяжелых усилий по строительству лагеря, вся эта обманчивая изолированность острова от всего остального мира не позволяли относиться к своим невнятным предчувствиям особенно серьезно. Уж тут у моей подопечной не может быть врагов. Если даже мы сами точно не знаем, где именно находимся, то уж им добраться до нас и подавно будет весьма проблематично. Кто же знал, что беда может прийти совсем с другой стороны.
Конечно же я замечал, как многозначительно переглядывается мой брат со стюардессой, явно сразу опознавшей в нём музыкальную звезду. Но не придал этому особого значения. Личные дела брата меня не особенно касались. Так я думал лишь до того момента, пока эта парочка не вернулась с очень виноватым видом поведав мне историю собственной преступной беспечности.
Решили они значит "поплавать" в уединении бухты, а Тиана им в этом, понятное дело, могла помешать. Вот они и оставили девушку на берегу загорать в полном одиночестве. А когда вернулись, следов её нигде не обнаружили. Решили было, что она отправилась в лагерь без них, но и на месте Тианы не оказалось. И лишь тогда они пошли виниться ко мне, упустив целую прорву драгоценного времени.
Сказать, что был зол, это преуменьшить моё состояние. Осложнялось всё чувством собственной вины в произошедшем и невозможностью отыскать пропажу. Осмотр места где девушку оставили загорать ничего нового не дал и не прояснил. Позволил лишь сделать предположение, что пою подопечную, похитили профессионалы и увезли на лодке.
Осмотр окрестностей ничего не прибавил. Приходилось ждать, пока похитители проявят себя и молиться всем известным богам, чтобы с Тианой не случилось непоправимого.
Присутствие хищника я уловил раньше, чем тот попался в одну из наиболее хитроумных из числа недавно устроенных мною ловушек.
Тот факт, что зверь оказался вовсе не зверем, а оборотнем и смог принять обратный облик, ничего в его плачевном положении не изменил.
А просмотренная запись с «интервью» Тианы, в котором она слезно просила отдать похитителям кристаллы и последующий довольно жесткий допрос оборотня, окончательно прояснили всю картину.
Наказав брату следить за пленником и пообещав лично спустить с него шкуру если оборотень сбежит, я отправился на вызволение своей подопечной из плена.
С собой я взял минимум оружия, среди которого был и недавно смастеренный мною по справочнику лук. Я не обольщался относительно его спортивной ценности, но для дела он вполне мог сгодиться.
Благодаря эмоциям, я уже давно перешел грань отделявшую меня от обычного человека. Только этим я могу объяснить ту легкость и быстроту, с которой удалось обнаружить убежище похитителей.
Я словно шел по едва уловимому следу лап оборотня. Вполне возможно, что удалось мне это благодаря достижению состояния частичной трансформации. Полная мне была недоступна в силу смешанного происхождения, да и староват я был для такого рода экспериментов над собственной человеческой природой.
Но самое главное, что успел я почти вовремя. Конечно после я мог часами предаваться самобичеванию по поводу допущенных в ходе охраны подопечной непростительных для специалиста моего уровня промахов.
Но самое главное - девушка была к моменту освобождения жива и почти здорова. Если не считать потрясения от происшедших с ней событий и общения с остальными похитителями.
Убил я обоих без малейших угрызений совести. Сначала - более старшего, вовсю мародерствующего в хижине оборотня во время отсутствия хозяина, затем того, кто соблазнился мнимой доступностью Тианы.
Заплыть по пути на небольшую плантацию фруктовых деревьев оказалось довольно удачной идеей. Тиана конечно держалась молодцом, но явно находилась на самой границе между мнимым спокойствием жертвы и нервным срывом. А за поеданием фруктов, она не только смогла утолить голод, но и немного пришла в себя.
В лагерь мы вернулись ближе к ночи. И во время обратного пути я принял довольно непростое для себя решение – не выпускать подопечную из поля своего зрения более ни на мгновение.
Отныне мне предстояло стать её тенью, отбросить собственные эмоции и прочие несущественные мелочи и, наконец, начать нормально выполнять обязанности, ради которых меня первоначально наняли.
Ведь, что ни говори, но лететь на самолете в неизвестность было целиком моей «блестящей» идеей. Значит, и в создавшейся в результате этого решения ситуации , виноват тоже был исключительно я.
ПРОДОЛЖЕНИЕ от 4.02.2018
- Марк, а тебе удалось узнать, для чего нужны кристаллы? – всё-таки не удержалась Тиана от давно ожидаемого мною вопроса. Правда спросила она это только тогда, когда мы уже собирались укладываться спать в общем доме.
За плетеной перегородкой уже вовсю посапывала спящая Веста. Ну, а моему дорогому любвеобильному братцу выпала «почетная обязанность» сторожить пленника. Не то чтобы я всерьез опасался побега оборотня. Скорее это был для кое-кого исключительно воспитательный момент.
- Нет. Про кристаллы я у него не расспрашивал. Меня больше волновала ты,- отозвался я, заметив, как тихонько поежилась девушка. На её выразительное лицо набежала тень. Явно вспомнила об этих подонках. Я почувствовал внутреннее недовольство самим собой. Расслабился. Слишком я за последние дни на острове расслабился. Мои работодатели после такого косяка трижды бы подумали о том, стоит ли оставлять у себя такого никчемного специалиста.
Может я действительно слишком устал от этой работы и мне давно необходимо сменить поле деятельности? Взгляд машинально переместился на хрупкую фигурку подопечной, такую удивительно нежную и ранимую. Она так и не переоделась. А в том платье, что я в спешке захватил с собой и заставил её надеть, она казалась мне ещё и необыкновенно женственной. И одинокой. Хотелось обнять и успокоить, но я слишком хорошо знал себя, чтобы понимать, чем это в моём нынешнем взвинченном состоянии может вскоре закончиться.
Должно быть, ей сейчас весьма непросто осознавать себя на тропическом острове в компании людей, о которых почти ничего не помнишь. Мне было несколько проще – вынужденная ответственность за нашу небольшую группу робинзонов не позволяла концентрироваться на собственных ощущениях. Да и нравилось мне тут. Если бы не опасность и некоторые самоограничения, я, по примеру моего братца, наслаждался бы нашим вынужденным отдыхом на тропическом острове по полной. Но даже тут – фактически в раю, были свои «демоны». И некоторые из них жили в нас самих. Я понимал, что много позже, не единожды пожалею о собственном порыве, но просто не смог устоять перед соблазном отвлечь Тиану от грустных мыслей. В конце концов – это ещё не конец света. И я был твердо уверен в том, во всем в этой быстротечной жизни, прежде всего, стоит искать светлые стороны.
Присев рядом с девушкой у раскрытого в душную ночь плетеного проема, я привлёк её к себе. Удостоился чуть удивленного, но, тем не менее, благодарного взгляда. Иногда внутреннее одиночество перенести легче, если рядом – живая душа. Всё равно кто, лишь бы просто дышал рядом, лишь бы просто был…
Так мы и сидели некоторое время , молча разделяя наполненную множеством звуком ночь на двоих. Тиана доверчиво прижалась ко мне, чуть прикрыв глаза, и грезила о чем-то своём. Первоначальная легкая напряженность, которая ощущалась в ней после пережитого потрясения, постепенно ушла, растворилась. Она расслабилась и пригрелась.
Я же боялся лишний раз пошевелиться, чтобы не нарушить это воцарившееся между нами хрупкое равновесие. Почему-то сидеть так, обнявшись, казалось мне в эти мгновения единственно правильным. Дыхание девушки постепенно стало размеренным и глубоким. Моя же рука начала машинально поглаживать теплые плечи и тонкую, изящную шею подопечной. Легко, едва касаясь. И почему-то это тоже сейчас казалось правильным. Меньше всего мне хотелось, чтобы в эту ночь её преследовали кошмары.
Я всё ещё раздумывал о том, что нам потребуется для перемещения в затерянный город, найденный учеными на этом странном острове. По минимальным прикидкам нам была нужна ещё минимум неделя. В основном на то, чтобы запастись провиантом. А затем, на двух лодках – нашей и трофейной, предстояло обогнуть часть острова. Ведь, согласно найденной в заброшенном лагере экспедиции карте, часть пути к древнему городу в центре острова можно было преодолеть по воде. Проплыть по реке вглубь острова, преодолев непроходимые джунгли, стало бы в нашем случае большой удачей. Что и говорить – совершенно не приспособленные к такого рода изматывающим путешествиям городские девушки, в качестве попутчиц были лишь дополнительной обузой, способной существенно замедлить скорость движения нашего небольшого отряда. Лишь бы только река не обмелела.
Кожа Тианы была удивительно бархатистой на ощупь. Мне нравилось прикасаться к девушке. Но самое странное, что и она, даже после пережитого сегодня стресса, была совершенно не против этих моих прикосновений. Наверное, со стороны мы даже могли напомнить пару. Тиана перебралась ещё ближе ко мне. И затихла, провалившись в сон, лишь оказавшись в тесном в кольце моих рук.
Так мы и сидели, раздумывая каждый о своём, пока я не понял, что девушка крепко заснула. Осторожно перенеся её на предварительно натянутый свободный гамак на «мужской половине» дома, изначально предназначенный для брата, я ещё некоторое время любовался расслабленным выражением красивого лица подопечной в мягком лунном свете.
Переместившись в свой гамак, висевший неподалеку, я, наконец, позволил сну овладеть моим разумом. Из царства Морфея меня вырвал полный муки женский крик. Я попытался резко соскочить, совершенно забыв, что нахожусь не на обычной кровати, а в гамаке. И едва удержал тело от феерического падения на пол.
Крик резко оборвался. Тиана всё ещё спала на прежнем месте, хотя кричала только что именно она. Бледное, похожее на восковую маску лицо её казалось в слабом лунном свете исполненным внутренней муки. Пришлось будить. На душе у меня было скверно, ведь недавние опасения подтвердились – после похищения её мучил кошмар.
Несколько мгновений после пробуждения девушка всё никак не могла сообразить, где именно находиться и только цеплялась за меня, глядя в глаза полным ужаса взглядом. Пришлось заставить её выпить немного воды и рассказать о том, что ей только что снилось. По опыту знал, что подобное иногда помогает избавиться от слишком острых ощущений после пережитого во сне кошмара.
Однако, первые же слова Тианы меня весьма удивили. Оказывается, сон её никак не был связан с недавним похищением и касался того самого древнего города в центре острова, который так рвались исследовать погибшие ученые. И к которому, в надежде найти передатчик для вызова спасателей, собирались мы сами. Только в её сне, город этот был вовсе не старыми поросшими джунглями развалинами, как о нём было написано в найденных мною дневниках экспедиции. Город этот был полон жизни, находясь на пике своего расцвета. Он буквально шевелился от обилия спешащих по своим делам разумных.
Оговорка Тианы была не случайной - власть в городе из её сна принадлежала оборотням. Хотя там жили и обычные люди. В основном - в положении бесправных невольников и слуг. Обилие богато украшенных резьбой храмов и дворцов, фонтанов и площадей, необычная для привычной нам застройки многоступенчатая архитектура — всё буквально кричало о могуществе и богатстве хозяев города.
Тиана рассказывала так, словно действительно побывала там – в сердце древнего города и видела всё это собственными глазами. Впервые я столь отчетливо понял, отчего её кулинарный канал пользовался таким успехом.
Моя подопечная обладала редкой способностью делиться образами собственного воображения так, что ты чувствовал себя .сопричастным к тому, о чем она рассказывала, словно видел это же самое её глазами.
И, слушая её рассказ, я словно вместе с ней проживал целую историю. Причиной же её жуткого крика, разбудившего меня среди ночи, стал жуткий ритуал в одном из храмов города, где практиковались человеческие жертвоприношения.
Так вышло, что она — та — кем она являлась во сне, стала его непосредственной участницей. И только моё своевременное вмешательство позволило девушке прервать поток ощущений от смерти на алтаре, не прочувствовав их до самого конца.
Я же, по мере приближения рассказа Тианы к завершению, невольно хмурился всё больше и больше. На обычный кошмар, вызванный стрессом и недавними переживаниями от похищения, этот "сон" походил мало. Да и тот факт, что Тиана уже видела несколько похожих снов про затерянный город, вызывал неприятные мысли. Очень неприятные мысли.
Единственным разумным предположением относительно происходящего, исключая всякую мистику и тому подобный бред, была мысль о кристаллах. Точнее их странном воздействии на психику моей подопечной. Едва ли дело было в здешнем климате или женской природе Тианы. Климат острова был един для нас всех. А у Весты - ещё одной женщины в нашей небольшой группе, подобных сновидений не случалось ни разу.
Я ведь тоже держал эти чертовы кристаллы в руках, когда нашел их поблизости от бессознательной Тианы. Но на меня они не оказали ровным счетом никакого воздействия. Ну, или я просто не помнил, что мне снилось нечто подобное. Конечно, в этом предположении о воздействии кристаллов было не намного больше смысла, чем в целиком мистической причине происходящего. Но эта версия всё же казалась мне более логичной.
Сам же я остался присматривать за процессом копчения уже заготовленного мяса и рыбы, попутно изучая оставшиеся после экспедиции дневники и отчеты. Было их не так уж много. Точнее сохранилось в климате острова не так уж много из того, что осталось в старом лагере. Например, печатные справочники, тщательно упакованные и хранимые в огромных сундуках в главном доме - почти не пострадали. А вот запискам самих ученых мне повезло гораздо меньше.
Лишь малая часть отчетов была укрыта в защищенном от влаги и гнили месте. Остальное было разбросано где попало и серьезно пострадало. А между тем, информация в отчетах содержалась весьма любопытная. И прежде всего тем, что данная археологическая и немного этнографическя экспедиция держалась в строжайшей тайне от мировой научной общественности. И была организована исключительно на деньги частного инвестора, который явно планировал неплохо нажиться на результатах открытий. Был он не меценатом, а именно дельцом. И наверняка до сих пор надеялся узнать результаты исследований пропавшей экспедиции. Тот факт, что он не отправил сюда спасателей сразу после обрыва связи с учеными, можно было легко объяснить его вполне понятным нежеланием разглашать информацию об острове и самой экспедиции.
Полученные в результате чтения отчетов сведения так захватили моё воображение, что я не обратил внимания на собственные предчувствия, к которым в обычной ситуации довольно охотно прислушивался. Хотя неприятное ощущение мучило меня уже с утра, я не придал своему состоянию особого значения. Новая пища, переживания – всякое могло быть.
Да и общая атмосфера отдыха и расслабленности, после длительных тяжелых усилий по строительству лагеря, вся эта обманчивая изолированность острова от всего остального мира не позволяли относиться к своим невнятным предчувствиям особенно серьезно. Уж тут у моей подопечной не может быть врагов. Если даже мы сами точно не знаем, где именно находимся, то уж им добраться до нас и подавно будет весьма проблематично. Кто же знал, что беда может прийти совсем с другой стороны.
Конечно же я замечал, как многозначительно переглядывается мой брат со стюардессой, явно сразу опознавшей в нём музыкальную звезду. Но не придал этому особого значения. Личные дела брата меня не особенно касались. Так я думал лишь до того момента, пока эта парочка не вернулась с очень виноватым видом поведав мне историю собственной преступной беспечности.
Решили они значит "поплавать" в уединении бухты, а Тиана им в этом, понятное дело, могла помешать. Вот они и оставили девушку на берегу загорать в полном одиночестве. А когда вернулись, следов её нигде не обнаружили. Решили было, что она отправилась в лагерь без них, но и на месте Тианы не оказалось. И лишь тогда они пошли виниться ко мне, упустив целую прорву драгоценного времени.
Сказать, что был зол, это преуменьшить моё состояние. Осложнялось всё чувством собственной вины в произошедшем и невозможностью отыскать пропажу. Осмотр места где девушку оставили загорать ничего нового не дал и не прояснил. Позволил лишь сделать предположение, что пою подопечную, похитили профессионалы и увезли на лодке.
Осмотр окрестностей ничего не прибавил. Приходилось ждать, пока похитители проявят себя и молиться всем известным богам, чтобы с Тианой не случилось непоправимого.
Присутствие хищника я уловил раньше, чем тот попался в одну из наиболее хитроумных из числа недавно устроенных мною ловушек.
Тот факт, что зверь оказался вовсе не зверем, а оборотнем и смог принять обратный облик, ничего в его плачевном положении не изменил.
А просмотренная запись с «интервью» Тианы, в котором она слезно просила отдать похитителям кристаллы и последующий довольно жесткий допрос оборотня, окончательно прояснили всю картину.
Наказав брату следить за пленником и пообещав лично спустить с него шкуру если оборотень сбежит, я отправился на вызволение своей подопечной из плена.
С собой я взял минимум оружия, среди которого был и недавно смастеренный мною по справочнику лук. Я не обольщался относительно его спортивной ценности, но для дела он вполне мог сгодиться.
Благодаря эмоциям, я уже давно перешел грань отделявшую меня от обычного человека. Только этим я могу объяснить ту легкость и быстроту, с которой удалось обнаружить убежище похитителей.
Я словно шел по едва уловимому следу лап оборотня. Вполне возможно, что удалось мне это благодаря достижению состояния частичной трансформации. Полная мне была недоступна в силу смешанного происхождения, да и староват я был для такого рода экспериментов над собственной человеческой природой.
Но самое главное, что успел я почти вовремя. Конечно после я мог часами предаваться самобичеванию по поводу допущенных в ходе охраны подопечной непростительных для специалиста моего уровня промахов.
Но самое главное - девушка была к моменту освобождения жива и почти здорова. Если не считать потрясения от происшедших с ней событий и общения с остальными похитителями.
Убил я обоих без малейших угрызений совести. Сначала - более старшего, вовсю мародерствующего в хижине оборотня во время отсутствия хозяина, затем того, кто соблазнился мнимой доступностью Тианы.
Заплыть по пути на небольшую плантацию фруктовых деревьев оказалось довольно удачной идеей. Тиана конечно держалась молодцом, но явно находилась на самой границе между мнимым спокойствием жертвы и нервным срывом. А за поеданием фруктов, она не только смогла утолить голод, но и немного пришла в себя.
В лагерь мы вернулись ближе к ночи. И во время обратного пути я принял довольно непростое для себя решение – не выпускать подопечную из поля своего зрения более ни на мгновение.
Отныне мне предстояло стать её тенью, отбросить собственные эмоции и прочие несущественные мелочи и, наконец, начать нормально выполнять обязанности, ради которых меня первоначально наняли.
Ведь, что ни говори, но лететь на самолете в неизвестность было целиком моей «блестящей» идеей. Значит, и в создавшейся в результате этого решения ситуации , виноват тоже был исключительно я.
ПРОДОЛЖЕНИЕ от 4.02.2018
- Марк, а тебе удалось узнать, для чего нужны кристаллы? – всё-таки не удержалась Тиана от давно ожидаемого мною вопроса. Правда спросила она это только тогда, когда мы уже собирались укладываться спать в общем доме.
За плетеной перегородкой уже вовсю посапывала спящая Веста. Ну, а моему дорогому любвеобильному братцу выпала «почетная обязанность» сторожить пленника. Не то чтобы я всерьез опасался побега оборотня. Скорее это был для кое-кого исключительно воспитательный момент.
- Нет. Про кристаллы я у него не расспрашивал. Меня больше волновала ты,- отозвался я, заметив, как тихонько поежилась девушка. На её выразительное лицо набежала тень. Явно вспомнила об этих подонках. Я почувствовал внутреннее недовольство самим собой. Расслабился. Слишком я за последние дни на острове расслабился. Мои работодатели после такого косяка трижды бы подумали о том, стоит ли оставлять у себя такого никчемного специалиста.
Может я действительно слишком устал от этой работы и мне давно необходимо сменить поле деятельности? Взгляд машинально переместился на хрупкую фигурку подопечной, такую удивительно нежную и ранимую. Она так и не переоделась. А в том платье, что я в спешке захватил с собой и заставил её надеть, она казалась мне ещё и необыкновенно женственной. И одинокой. Хотелось обнять и успокоить, но я слишком хорошо знал себя, чтобы понимать, чем это в моём нынешнем взвинченном состоянии может вскоре закончиться.
Должно быть, ей сейчас весьма непросто осознавать себя на тропическом острове в компании людей, о которых почти ничего не помнишь. Мне было несколько проще – вынужденная ответственность за нашу небольшую группу робинзонов не позволяла концентрироваться на собственных ощущениях. Да и нравилось мне тут. Если бы не опасность и некоторые самоограничения, я, по примеру моего братца, наслаждался бы нашим вынужденным отдыхом на тропическом острове по полной. Но даже тут – фактически в раю, были свои «демоны». И некоторые из них жили в нас самих. Я понимал, что много позже, не единожды пожалею о собственном порыве, но просто не смог устоять перед соблазном отвлечь Тиану от грустных мыслей. В конце концов – это ещё не конец света. И я был твердо уверен в том, во всем в этой быстротечной жизни, прежде всего, стоит искать светлые стороны.
Присев рядом с девушкой у раскрытого в душную ночь плетеного проема, я привлёк её к себе. Удостоился чуть удивленного, но, тем не менее, благодарного взгляда. Иногда внутреннее одиночество перенести легче, если рядом – живая душа. Всё равно кто, лишь бы просто дышал рядом, лишь бы просто был…
Так мы и сидели некоторое время , молча разделяя наполненную множеством звуком ночь на двоих. Тиана доверчиво прижалась ко мне, чуть прикрыв глаза, и грезила о чем-то своём. Первоначальная легкая напряженность, которая ощущалась в ней после пережитого потрясения, постепенно ушла, растворилась. Она расслабилась и пригрелась.
Я же боялся лишний раз пошевелиться, чтобы не нарушить это воцарившееся между нами хрупкое равновесие. Почему-то сидеть так, обнявшись, казалось мне в эти мгновения единственно правильным. Дыхание девушки постепенно стало размеренным и глубоким. Моя же рука начала машинально поглаживать теплые плечи и тонкую, изящную шею подопечной. Легко, едва касаясь. И почему-то это тоже сейчас казалось правильным. Меньше всего мне хотелось, чтобы в эту ночь её преследовали кошмары.
Я всё ещё раздумывал о том, что нам потребуется для перемещения в затерянный город, найденный учеными на этом странном острове. По минимальным прикидкам нам была нужна ещё минимум неделя. В основном на то, чтобы запастись провиантом. А затем, на двух лодках – нашей и трофейной, предстояло обогнуть часть острова. Ведь, согласно найденной в заброшенном лагере экспедиции карте, часть пути к древнему городу в центре острова можно было преодолеть по воде. Проплыть по реке вглубь острова, преодолев непроходимые джунгли, стало бы в нашем случае большой удачей. Что и говорить – совершенно не приспособленные к такого рода изматывающим путешествиям городские девушки, в качестве попутчиц были лишь дополнительной обузой, способной существенно замедлить скорость движения нашего небольшого отряда. Лишь бы только река не обмелела.
Кожа Тианы была удивительно бархатистой на ощупь. Мне нравилось прикасаться к девушке. Но самое странное, что и она, даже после пережитого сегодня стресса, была совершенно не против этих моих прикосновений. Наверное, со стороны мы даже могли напомнить пару. Тиана перебралась ещё ближе ко мне. И затихла, провалившись в сон, лишь оказавшись в тесном в кольце моих рук.
Так мы и сидели, раздумывая каждый о своём, пока я не понял, что девушка крепко заснула. Осторожно перенеся её на предварительно натянутый свободный гамак на «мужской половине» дома, изначально предназначенный для брата, я ещё некоторое время любовался расслабленным выражением красивого лица подопечной в мягком лунном свете.
Переместившись в свой гамак, висевший неподалеку, я, наконец, позволил сну овладеть моим разумом. Из царства Морфея меня вырвал полный муки женский крик. Я попытался резко соскочить, совершенно забыв, что нахожусь не на обычной кровати, а в гамаке. И едва удержал тело от феерического падения на пол.
Крик резко оборвался. Тиана всё ещё спала на прежнем месте, хотя кричала только что именно она. Бледное, похожее на восковую маску лицо её казалось в слабом лунном свете исполненным внутренней муки. Пришлось будить. На душе у меня было скверно, ведь недавние опасения подтвердились – после похищения её мучил кошмар.
Несколько мгновений после пробуждения девушка всё никак не могла сообразить, где именно находиться и только цеплялась за меня, глядя в глаза полным ужаса взглядом. Пришлось заставить её выпить немного воды и рассказать о том, что ей только что снилось. По опыту знал, что подобное иногда помогает избавиться от слишком острых ощущений после пережитого во сне кошмара.
Однако, первые же слова Тианы меня весьма удивили. Оказывается, сон её никак не был связан с недавним похищением и касался того самого древнего города в центре острова, который так рвались исследовать погибшие ученые. И к которому, в надежде найти передатчик для вызова спасателей, собирались мы сами. Только в её сне, город этот был вовсе не старыми поросшими джунглями развалинами, как о нём было написано в найденных мною дневниках экспедиции. Город этот был полон жизни, находясь на пике своего расцвета. Он буквально шевелился от обилия спешащих по своим делам разумных.
Оговорка Тианы была не случайной - власть в городе из её сна принадлежала оборотням. Хотя там жили и обычные люди. В основном - в положении бесправных невольников и слуг. Обилие богато украшенных резьбой храмов и дворцов, фонтанов и площадей, необычная для привычной нам застройки многоступенчатая архитектура — всё буквально кричало о могуществе и богатстве хозяев города.
Тиана рассказывала так, словно действительно побывала там – в сердце древнего города и видела всё это собственными глазами. Впервые я столь отчетливо понял, отчего её кулинарный канал пользовался таким успехом.
Моя подопечная обладала редкой способностью делиться образами собственного воображения так, что ты чувствовал себя .сопричастным к тому, о чем она рассказывала, словно видел это же самое её глазами.
И, слушая её рассказ, я словно вместе с ней проживал целую историю. Причиной же её жуткого крика, разбудившего меня среди ночи, стал жуткий ритуал в одном из храмов города, где практиковались человеческие жертвоприношения.
Так вышло, что она — та — кем она являлась во сне, стала его непосредственной участницей. И только моё своевременное вмешательство позволило девушке прервать поток ощущений от смерти на алтаре, не прочувствовав их до самого конца.
Я же, по мере приближения рассказа Тианы к завершению, невольно хмурился всё больше и больше. На обычный кошмар, вызванный стрессом и недавними переживаниями от похищения, этот "сон" походил мало. Да и тот факт, что Тиана уже видела несколько похожих снов про затерянный город, вызывал неприятные мысли. Очень неприятные мысли.
Единственным разумным предположением относительно происходящего, исключая всякую мистику и тому подобный бред, была мысль о кристаллах. Точнее их странном воздействии на психику моей подопечной. Едва ли дело было в здешнем климате или женской природе Тианы. Климат острова был един для нас всех. А у Весты - ещё одной женщины в нашей небольшой группе, подобных сновидений не случалось ни разу.
Я ведь тоже держал эти чертовы кристаллы в руках, когда нашел их поблизости от бессознательной Тианы. Но на меня они не оказали ровным счетом никакого воздействия. Ну, или я просто не помнил, что мне снилось нечто подобное. Конечно, в этом предположении о воздействии кристаллов было не намного больше смысла, чем в целиком мистической причине происходящего. Но эта версия всё же казалась мне более логичной.
