- Румеец? – восхитилась Гуда. – Расскажи, чефе.
Сильхе рассказала, включив в рассказ и попадание в Город Шелка, отлично понимая, к чему это приведет. И точно:
- Так мы теперь можем попросить помощи хоть сейчас? Тогда зачем ждать?
- Затем, что никто не знает, кто эта Сараис и какую потребует плату, - укоротила рыжую торопыгу Сильхе. – И попрошу не выносить мне мозг. Я обязательно попробую - до того, как оставлю вас в Кооне.
Беллия молча прожгла обиженным взглядом.
- Чефе, ты сама точно не богиня? – ухмыльнулась Гуда. – А может не только ты. Нас же четверо. Ты Смерть. Она Жизнь, – кивок в сторону рыжей. Я Случайность. А кентавр – Мотылёк. Воплощения.
- Не шути так, - попросила девушка-бард. – Это все-таки боги.
- Прошу прощения, чефе, - зеленокожая склонила голову. – У орков проще. Каждый может создать себе бога и поклоняться только ему. Личный бог лучше помогает. Но есть и общие, больше тысячи.
- И зачем кому-то столько богов… - проворчала Беллия.
- Выбор – всегда хорошо, - заметила Гуда.
- А у тебя – какой бог? – не удержалась рыжая.
Гуда подняла ладонь: на мякоти большого пальца левой руки была татуировка – маска с улыбкой, но какая-то странная. Орка опустила ладонь, перевернув изображение – и маска превратилась в плачущую. Рисунок-перевертыш.
- Богиня Две-как-одно. Прошу у нее перемены на обратное. Всегда помогает.
Сильхе улыбнулась. Мудрый выбор бога, и в такого верить легко.
- Когда-нибудь, - закончила орка прикладывая руку с татуировкой к груди, - она переменит мне жизнь совсем, в последний раз. Так она обещала.
- Как это, обещала? – не поняла Беллия. – Ты же ее выдумала! И невыдуманные боги не всегда отвечают, а эта твоя…
Гуда улыбнулась истинно по-орочьи – широко-широко, с демонстрацией клыка. Слов не понадобилось.
- Извини, - сказала Беллия, - не хотела тебя обидеть.
Сильхе еле сдержала возглас. Впервые за все время рыжая приносила извинения. И кому? Орке, наемнице…
В дверь постучали. И тут же она приотворилась, давая увидеть светловолосую арфистку из бань.
- Заходи, девочка, - тут же шагнула ей навстречу Беллия. – Кано еще не пришел… Хочешь чего-нибудь перекусить? Может, сладкого?
Она взяла гостью за руку и прямо втащила в комнату, тут же окружив заботой и закидав вопросами. Через десять минут отвечавшая двумя-тремя словами смущенная юная музыкантша, наконец, призналась:
- Я не смогу тут долго быть, хозяин рассердится.
- Если рассердится, мы ему заплатим, - нашла все тот же выход рыжая. – И ничего он с тобой не сделает. Контракт еще не делает тебя его собственностью…
- Но я правда его собственность, - удивилась так что осмелилась возразить в полный голос и даже перебить девочка. – Господин Нишль купил меня на рынке два года назад, отдал в школу музыки, купил всю одежду и арфу. Он добрый и никогда не обижает…
- Подожди, - нахмурилась Беллия. – Так ты что же - рабыня?
- На семь лет, - кивнула девочка. – Потом могу выкупить себя и стать свободной. Но вообще-то я и так свободна.
- А как же «господин рассердится» и все остальное?
- Хозяин Нишль бездетный, - на губах у девчушки возникла легкая и даже чуть метательная улыбка. – Мне кажется, он меня за дочку считает. Поэтому ругает, если ухожу, не предупредив. Он хороший человек.
- Хороший человек не держит в рабстве других людей! – совсем распалилась рыжая.
- Откуда вы знаете? Разве все хорошие – одинаковые? – спросила гостья и почему-то Беллия больше ничего не сказала.
Зоркая малышка тут же углядела карты и в ней Гуда нашла нового партнера по игре. Беллия же, пронаблюдав за этим немного, подсела к Сильхе.
- Девочку надо выкупить. Освободить. Никто не должен быть собственностью.
Записывавшая в блокнот пару пришедших строк девушка-бард возразила:
- Она сама не хочет. Если человек счастлив – зачем мешать?
- Никто не будет счастлив в неволе! – слишком громко, заставив игроков посмотреть в ее сторону, сказала рыжая. – Ты не понимаешь, потому что сама никогда…
- Слушай, - Сильхе не любила, когда ей мешали работать, а спорить еще меньше, - есть свобода, которую берешь сам, когда нужна. Есть когда тебе ее дают, не спрашивая, силой впихивают. Худой подарок, знаешь ли. Все равно что скинуть человеку на голову камень.
- Ты не понимаешь!
Ладно. Вдох-выдох и:
- Мои сожаления, госпожа.
Беллия усвоила урок. Она замолчала.
Общество молчаливой, хмурой, давящей своим дурным настроением Беллии не дало поработать. Сильхе присоединилась к игрокам и весь следующий час смогла ни о чем не думать. Гуда и правда много выигрывала. Как ни странно, юная арфистка – тоже.
- Ну это же как музыка. Просто считаешь и запоминаешь! – пояснила она. – А когда запомнил, совсем просто, держишь в уме и можешь делать с ним все, что хочешь.
Уже начало темнеть, а Кано все не было.
- Больше не могу ждать, - огорчилась арфистка и встала.
- Погоди, - Сильхе достала из своего кошелька пару монет – не пятилимы – протянула ей. – Возьми за беспокойство.
Светловолосая не стала отказываться, поблагодарила и ушла.
- Ну и что ты хотела этим сказать? – прошипела из своего угла Беллия. – Что ты добрая, а я нет?
«Кто-то вроде бы хотел быть хорошим големом», - Сильхе только подумала, но не сказала, не стремясь привести рыжую в еще более дурное настроение. По счастью, отвечать не пришлось совсем: в коридоре затопали, дверь распахнулась.
Конский круп Кано был потным, а выражение лица – диким.
- Мой кошелек, - сказал он, влетев в комнату. – Его нет!
- Как это нет? – не поняла Беллия.
Сильхе поняла всё, мгновенно вспомнив о приятном во всех отношениях «мажордоме», прирабатывавшем продажей информации «всяким разным».
- Думаю, его украли, - подтвердил опасения Кано.
- Где тебя носило? – для начала поинтересовалась девушка-бард, почти с интонаций рыжей. – Может просто потерял?
- Я бегал. Тут, в Крашеном квартале, есть арена для кентавров, со всякими препятствиями. Захотелось попробовать. Но по полям интереснее.
Беллия мгновенно вернулась к прежнему образу:
- Так ты там развлекался? И без меня? Может еще и с жен… кентаврицами?
Сильхе дернула струну: взвизгнуло так, что самой захотелось зажать уши.
- Давайте без ругани. У нас и так проблемы. Кано… рассказывай.
Особо рассказывать было нечего. Рыцарю-кентавру очень понравилось рысить по полям за рейсовой каретой, а в городе этого очень не хватало. И можно было, конечно, ускакать за город, погулять и вернуться, но «мажордом», провожая кентавра в купальню, рассказал про любопытные места в Крашеном квартале, где обитали инорасцы.
- Так же тут есть арена. Место для боев и тренировок, кстати есть дорожки с препятствиями для разного рода зверолюдей.
Кентавр заинтересовался. Проводник показал ему арену. По правде сказать, это тоже было просто поле, примыкавший к кварталу инорасцев пустырь. Груды камней, голые, без веток деревья-столбы, ямы, какие-то воротца и заборчики. По столбам лазали, ловко перепрыгивая с одного на другой, два мелких кошкооборотня, наверное, дети. Минотавр сражался с троллем, высекая искры из его каменной кожи. И да, пятнистый кентавр носился вокруг поля, перепрыгивая через ямы, столбики с перекладинами, кусты и скамейки. Идея преодоления препятствий была новой, а значит интересной. Кано присоединился к пятнистому, пробежал пару кругов, даже выслушал что-то насчет тренировки разных мускулов, но больше всего ему понравилось наблюдать за боем. Минотавр орудовал ржавой секирой, оружие валялось тут же, в одной большой куче, тролль просто руками – ловил секиру, отбрасывал, позволяя отсекать кусочки от своего каменного тела. Пару раз секире удалось добиться большего – серая троллья кровь вяло сочилась по спине и боку существа. Кано как-то сразу вспомнил свою похвальбу насчет «всех защищу». От таких, как эти двое, он бы, пожалуй, никого защитить не смог. Было бы неплохо потренироваться, посмотреть, как обстоит дело с боевыми навыками в новом теле.
Он подошел к куче оружия и начал выбирать что-то взамен оставленного в гостинице меча. Мечи, секиры, алебарды и прочее было явно списанное, и все казалось очень легким. Понравилась только такая же как у минотавра двойная секира, хотя была явно тяжелее всего, к чему он привык.
- Подраться желаешь? – прогудел басом к тому моменту закончивший поединок с троллем минотавр.
- Н-не знаю, наверное, - Кано оценил рост и ширину плеч соперника, а до этого еще и технику. – Только ты меня сразу разделаешь.
- Само собой, - не стал спорить поединщик. – Но могу просто показать пару приемов. Привычное тебе оружие какое?
- Меч вообще-то. Обучали и с алебардой, и с топориком…
- Ну вот давай с топорика и начнем. Щит себе там еще подбери.
Кано послушался, взял вместо секиры топорик… ладно, ту же секиру, только одностороннюю, и щит. И начали.
- В общем, увлеклись. А с арены, оказалось, можно и не уходить хоть целый день, там в сторонке стоят палатки с едой и напитками, а еще милые девушки… - кентавр на миг смолк и сменил тему: - в общем, как на какой-нибудь торговой улице, есть все что надо, хоть и пустырь. Девицы разносят воду…
- Только воду? – уточнила Беллия подозрительным тоном.
- Не знаю я! – наконец-то обиделся Кано. – Все что хочешь, разносят! Там к вечеру люди начали собираться, кажется, будет какое-то состязание или игра. Но я пил только воду.
Девицы кентавра приметили и почти сразу одарили вниманием. Ничего эдакого не предлагали, просто когда он закончил тренировочный бой с минотавром, окружили, заболтали, замучили просьбами прокатиться и шуточками насчет конской силы. Шуточки делались все менее скромными, так что он просто сбежал, а на полпути решил еще раз зайти в купальню, чтоб освежиться, и когда раздевался, понял, что кошелек с лунными монетами исчез.
- Наверное, кто-то из девушек. Больше ко мне никто не прикасался…
Прежде, чем Беллия выдала что-то вроде «вот куда ведет распущенность», Сильхе сказала:
- Теперь не важно, кто. Обратно его не вернуть. Сколько денег у нас осталось?
Кентавр достал второй кошель, с разменянными монетами – на который почему-то никто не покусился. Высыпал на ладонь немного серебра и меди и один золотой. Сильхе проверила свои запасы – так же не густо. У Беллии денег не было вовсе, Гуда напомнила о своих двадцати лимах, но доставать не стала – луна уже взошла.
- За гостиницу рассчитаемся… А вот уехать отсюда уже не сможем, - констатировала двушка-бард. Пока не заработаем. Беллия… ты случайно не прихватила с собой ту брошку, которая стоит как ползамка?
Рыжая покраснела.
- Она вообще-то не такая дорогая.
Сильхе поняла. Скорее всего брошка была нужна только чтобы заманить Кано в дом рыжей.
- И ничего ценного с собой?
Та покачала головой.
- Значит, будет, как ты хотела, - вздохнула Сильхе. – Сегодня поспишь под крышей, а не в рейсовой карете. А если завтра прямо с утра никто не потащит нас в суд за мошенничество с лунным серебром, придется думать, где найти денег.
- Чефе, - внезапно вмешалась орка, - разреши мне отлучиться.
- Иди если хочешь, - девушка удивилась – Гуда вроде собиралась оберегать их всех, ночуя под дверью.
- Благодарю.
Прежде чем уйти, орка обменялась очень выразительным взглядом с Кано, тот кивнул и ускакал в свою комнату, а вернулся уже с мечом при поясе. Только после этого зеленокожая ушла.
- На ужин у нас тоже особо денег нет, - мрачно сообщила Сильхе. – Так что остается только лечь спать.
Удивительно, но как-то сразу все успокоилось. Беллия в самом деле легла, хотя было рано. Кано повел себя как рыцарь: сбегал на кухню и во-первых нашел способ смыть с себя пот, во вторых раздобыл для них всех легкий, и главное совершенно бесплатный, ужин. Видимо, кухонная девушка, а то и сама кухарка, не смогли устоять перед обаянием кентавра. Накинувшая гостиничный халат Беллия приняла Кано в их общем с Сильхе номере, как настоящая королева – обходительная, спокойная и притом – благодарная. Видя, как воркуют голубки, девушка-бард, прихватив «говорилку», вышла прогуляться.
Тот же дворик с розами у ограды и галереей с колоннами встретил ее тишиной и полутьмой. На самый верх колоннады вела короткая лестница. Взяв фонарь у входа, Сильхе поднялась, поставила его на скамейку, которая там нашлась, села, собираясь пообщаться с братом.
За несколько дней она достаточно наскучалась по брату, чтобы «говорилка» зарядилась - артефакт питался чувством тоски Коллю; чем больше разлука, тем дольше можно было потом беседовать. С последнего раза прошла лишь пара дней. Хватит ли времени?
Овал согрелся в ладони и обрел краски. Колль имел заспанный вид. Тут же проворчал, подтверждая:
- Не буди некроманта в закат, крепко спит в этот час некромант…
- Не притворяйся, - хмыкнула Сильхе. И тут же стала серьезной. – Времени нет.
- Что случилось? – лицо Колля на деревянном овале тут же сделалось сосредоточенным.
- Нас ограбили. Сперли «лунный кошелек».
- Там у тебя все-таки какие-то «мы?» - уточнил Колль. – Сколько?
- Рыцарь, бывший законный владелец незаконного «лунного кошелька», он же кентавр – не угодил хасси. Рыжая дама сердца - лучше не спрашивай. Орка-наемница, я ее чефе. А денег на всех два золотых от силы. Ехать надо в Коон. При этом у меня есть возможность попасть в Город Шелка и высказать одну просьбу некой Сараис, которая обязана ее выполнить. Можно и монет попросить.
- Когда ты все успеваешь… - Колль вспомнил, что времени мало и заговорил по-деловому: - Первое: может быть лучше, что «лунный кошелек» украли. По нему за вами легко следить. Я не о серебре, которое вы скорее всего рассыпаете без счета. Для любого мага эта вещь – как маяк. Второе: у твоих рыцаря и девы нет ли в городе этом или ближайших родни? Можно попросить помощи у них. Третье: твоя наемница может охранять не только вас. Попробуйте найти контракт на охрану кого-то или чего-то до нужного вам города. Может, в местной гильдии купцов или путешествий. Четвертое… ну ты всегда сможешь заработать музыкой, да? В этом городе есть свой лорд? Узнай о нем так много, как сможешь.
- Поняла, так и сделаю, - в общем-то почти все, что Колль предложил, пришло бы в голову ей самой, но позже.
- Значит, все будет хорошо. Кстати, а под стол-то ты заглянула, прежде чем принять предложение?
- Поучается, что забыла, - повинилась Сильхе. – Хотя и вспомнила ту сказочку про девицу с копытами.
- Эх младшая, младшая…
- Ой нет, Колль, не зови меня так! Я от этих «младших» и «старших» скоро буду вздрагивать!
Он сыграл бровью удивление:
- А чего так?
Сильхе рассказала про румейца.
- И когда ты все успеваешь… - повторил Колль. – Но если тебе так надо в Коон, почему думала не о нем, а о Шелковом Городе?
- Потому что я бард! Мне интереснее легенды, чем реальность…
- И типажи интереснее, чем люди, я помню, - брат улыбнулся с какой-то грустью. – Но когда-нибудь ты вырастешь.
«Говорилка» замигала, теряя цвет, профиль сделался неподвижным. И в этот раз попрощаться не успели.
«Когда-нибудь вырастешь». Колль считает ее ребенком. От него не обидно, вот если б Кано так сказал. Хотя… что ей мнение Кано? Кто ей этот рыцарь-кентавр? Клиент-заказчик сначала, спутник потом, после Коона – воспоминание и возможно баллада. Правда Беллия ему в пару даже в балладу не годится.
Сильхе рассказала, включив в рассказ и попадание в Город Шелка, отлично понимая, к чему это приведет. И точно:
- Так мы теперь можем попросить помощи хоть сейчас? Тогда зачем ждать?
- Затем, что никто не знает, кто эта Сараис и какую потребует плату, - укоротила рыжую торопыгу Сильхе. – И попрошу не выносить мне мозг. Я обязательно попробую - до того, как оставлю вас в Кооне.
Беллия молча прожгла обиженным взглядом.
- Чефе, ты сама точно не богиня? – ухмыльнулась Гуда. – А может не только ты. Нас же четверо. Ты Смерть. Она Жизнь, – кивок в сторону рыжей. Я Случайность. А кентавр – Мотылёк. Воплощения.
- Не шути так, - попросила девушка-бард. – Это все-таки боги.
- Прошу прощения, чефе, - зеленокожая склонила голову. – У орков проще. Каждый может создать себе бога и поклоняться только ему. Личный бог лучше помогает. Но есть и общие, больше тысячи.
- И зачем кому-то столько богов… - проворчала Беллия.
- Выбор – всегда хорошо, - заметила Гуда.
- А у тебя – какой бог? – не удержалась рыжая.
Гуда подняла ладонь: на мякоти большого пальца левой руки была татуировка – маска с улыбкой, но какая-то странная. Орка опустила ладонь, перевернув изображение – и маска превратилась в плачущую. Рисунок-перевертыш.
- Богиня Две-как-одно. Прошу у нее перемены на обратное. Всегда помогает.
Сильхе улыбнулась. Мудрый выбор бога, и в такого верить легко.
- Когда-нибудь, - закончила орка прикладывая руку с татуировкой к груди, - она переменит мне жизнь совсем, в последний раз. Так она обещала.
- Как это, обещала? – не поняла Беллия. – Ты же ее выдумала! И невыдуманные боги не всегда отвечают, а эта твоя…
Гуда улыбнулась истинно по-орочьи – широко-широко, с демонстрацией клыка. Слов не понадобилось.
- Извини, - сказала Беллия, - не хотела тебя обидеть.
Сильхе еле сдержала возглас. Впервые за все время рыжая приносила извинения. И кому? Орке, наемнице…
В дверь постучали. И тут же она приотворилась, давая увидеть светловолосую арфистку из бань.
- Заходи, девочка, - тут же шагнула ей навстречу Беллия. – Кано еще не пришел… Хочешь чего-нибудь перекусить? Может, сладкого?
Она взяла гостью за руку и прямо втащила в комнату, тут же окружив заботой и закидав вопросами. Через десять минут отвечавшая двумя-тремя словами смущенная юная музыкантша, наконец, призналась:
- Я не смогу тут долго быть, хозяин рассердится.
- Если рассердится, мы ему заплатим, - нашла все тот же выход рыжая. – И ничего он с тобой не сделает. Контракт еще не делает тебя его собственностью…
- Но я правда его собственность, - удивилась так что осмелилась возразить в полный голос и даже перебить девочка. – Господин Нишль купил меня на рынке два года назад, отдал в школу музыки, купил всю одежду и арфу. Он добрый и никогда не обижает…
- Подожди, - нахмурилась Беллия. – Так ты что же - рабыня?
- На семь лет, - кивнула девочка. – Потом могу выкупить себя и стать свободной. Но вообще-то я и так свободна.
- А как же «господин рассердится» и все остальное?
- Хозяин Нишль бездетный, - на губах у девчушки возникла легкая и даже чуть метательная улыбка. – Мне кажется, он меня за дочку считает. Поэтому ругает, если ухожу, не предупредив. Он хороший человек.
- Хороший человек не держит в рабстве других людей! – совсем распалилась рыжая.
- Откуда вы знаете? Разве все хорошие – одинаковые? – спросила гостья и почему-то Беллия больше ничего не сказала.
Зоркая малышка тут же углядела карты и в ней Гуда нашла нового партнера по игре. Беллия же, пронаблюдав за этим немного, подсела к Сильхе.
- Девочку надо выкупить. Освободить. Никто не должен быть собственностью.
Записывавшая в блокнот пару пришедших строк девушка-бард возразила:
- Она сама не хочет. Если человек счастлив – зачем мешать?
- Никто не будет счастлив в неволе! – слишком громко, заставив игроков посмотреть в ее сторону, сказала рыжая. – Ты не понимаешь, потому что сама никогда…
- Слушай, - Сильхе не любила, когда ей мешали работать, а спорить еще меньше, - есть свобода, которую берешь сам, когда нужна. Есть когда тебе ее дают, не спрашивая, силой впихивают. Худой подарок, знаешь ли. Все равно что скинуть человеку на голову камень.
- Ты не понимаешь!
Ладно. Вдох-выдох и:
- Мои сожаления, госпожа.
Беллия усвоила урок. Она замолчала.
Общество молчаливой, хмурой, давящей своим дурным настроением Беллии не дало поработать. Сильхе присоединилась к игрокам и весь следующий час смогла ни о чем не думать. Гуда и правда много выигрывала. Как ни странно, юная арфистка – тоже.
- Ну это же как музыка. Просто считаешь и запоминаешь! – пояснила она. – А когда запомнил, совсем просто, держишь в уме и можешь делать с ним все, что хочешь.
Уже начало темнеть, а Кано все не было.
- Больше не могу ждать, - огорчилась арфистка и встала.
- Погоди, - Сильхе достала из своего кошелька пару монет – не пятилимы – протянула ей. – Возьми за беспокойство.
Светловолосая не стала отказываться, поблагодарила и ушла.
- Ну и что ты хотела этим сказать? – прошипела из своего угла Беллия. – Что ты добрая, а я нет?
«Кто-то вроде бы хотел быть хорошим големом», - Сильхе только подумала, но не сказала, не стремясь привести рыжую в еще более дурное настроение. По счастью, отвечать не пришлось совсем: в коридоре затопали, дверь распахнулась.
Конский круп Кано был потным, а выражение лица – диким.
- Мой кошелек, - сказал он, влетев в комнату. – Его нет!
Глава тринадцатая. Маяк для мага. Недорогой вопрос. На за что на свете
- Как это нет? – не поняла Беллия.
Сильхе поняла всё, мгновенно вспомнив о приятном во всех отношениях «мажордоме», прирабатывавшем продажей информации «всяким разным».
- Думаю, его украли, - подтвердил опасения Кано.
- Где тебя носило? – для начала поинтересовалась девушка-бард, почти с интонаций рыжей. – Может просто потерял?
- Я бегал. Тут, в Крашеном квартале, есть арена для кентавров, со всякими препятствиями. Захотелось попробовать. Но по полям интереснее.
Беллия мгновенно вернулась к прежнему образу:
- Так ты там развлекался? И без меня? Может еще и с жен… кентаврицами?
Сильхе дернула струну: взвизгнуло так, что самой захотелось зажать уши.
- Давайте без ругани. У нас и так проблемы. Кано… рассказывай.
Особо рассказывать было нечего. Рыцарю-кентавру очень понравилось рысить по полям за рейсовой каретой, а в городе этого очень не хватало. И можно было, конечно, ускакать за город, погулять и вернуться, но «мажордом», провожая кентавра в купальню, рассказал про любопытные места в Крашеном квартале, где обитали инорасцы.
- Так же тут есть арена. Место для боев и тренировок, кстати есть дорожки с препятствиями для разного рода зверолюдей.
Кентавр заинтересовался. Проводник показал ему арену. По правде сказать, это тоже было просто поле, примыкавший к кварталу инорасцев пустырь. Груды камней, голые, без веток деревья-столбы, ямы, какие-то воротца и заборчики. По столбам лазали, ловко перепрыгивая с одного на другой, два мелких кошкооборотня, наверное, дети. Минотавр сражался с троллем, высекая искры из его каменной кожи. И да, пятнистый кентавр носился вокруг поля, перепрыгивая через ямы, столбики с перекладинами, кусты и скамейки. Идея преодоления препятствий была новой, а значит интересной. Кано присоединился к пятнистому, пробежал пару кругов, даже выслушал что-то насчет тренировки разных мускулов, но больше всего ему понравилось наблюдать за боем. Минотавр орудовал ржавой секирой, оружие валялось тут же, в одной большой куче, тролль просто руками – ловил секиру, отбрасывал, позволяя отсекать кусочки от своего каменного тела. Пару раз секире удалось добиться большего – серая троллья кровь вяло сочилась по спине и боку существа. Кано как-то сразу вспомнил свою похвальбу насчет «всех защищу». От таких, как эти двое, он бы, пожалуй, никого защитить не смог. Было бы неплохо потренироваться, посмотреть, как обстоит дело с боевыми навыками в новом теле.
Он подошел к куче оружия и начал выбирать что-то взамен оставленного в гостинице меча. Мечи, секиры, алебарды и прочее было явно списанное, и все казалось очень легким. Понравилась только такая же как у минотавра двойная секира, хотя была явно тяжелее всего, к чему он привык.
- Подраться желаешь? – прогудел басом к тому моменту закончивший поединок с троллем минотавр.
- Н-не знаю, наверное, - Кано оценил рост и ширину плеч соперника, а до этого еще и технику. – Только ты меня сразу разделаешь.
- Само собой, - не стал спорить поединщик. – Но могу просто показать пару приемов. Привычное тебе оружие какое?
- Меч вообще-то. Обучали и с алебардой, и с топориком…
- Ну вот давай с топорика и начнем. Щит себе там еще подбери.
Кано послушался, взял вместо секиры топорик… ладно, ту же секиру, только одностороннюю, и щит. И начали.
- В общем, увлеклись. А с арены, оказалось, можно и не уходить хоть целый день, там в сторонке стоят палатки с едой и напитками, а еще милые девушки… - кентавр на миг смолк и сменил тему: - в общем, как на какой-нибудь торговой улице, есть все что надо, хоть и пустырь. Девицы разносят воду…
- Только воду? – уточнила Беллия подозрительным тоном.
- Не знаю я! – наконец-то обиделся Кано. – Все что хочешь, разносят! Там к вечеру люди начали собираться, кажется, будет какое-то состязание или игра. Но я пил только воду.
Девицы кентавра приметили и почти сразу одарили вниманием. Ничего эдакого не предлагали, просто когда он закончил тренировочный бой с минотавром, окружили, заболтали, замучили просьбами прокатиться и шуточками насчет конской силы. Шуточки делались все менее скромными, так что он просто сбежал, а на полпути решил еще раз зайти в купальню, чтоб освежиться, и когда раздевался, понял, что кошелек с лунными монетами исчез.
- Наверное, кто-то из девушек. Больше ко мне никто не прикасался…
Прежде, чем Беллия выдала что-то вроде «вот куда ведет распущенность», Сильхе сказала:
- Теперь не важно, кто. Обратно его не вернуть. Сколько денег у нас осталось?
Кентавр достал второй кошель, с разменянными монетами – на который почему-то никто не покусился. Высыпал на ладонь немного серебра и меди и один золотой. Сильхе проверила свои запасы – так же не густо. У Беллии денег не было вовсе, Гуда напомнила о своих двадцати лимах, но доставать не стала – луна уже взошла.
- За гостиницу рассчитаемся… А вот уехать отсюда уже не сможем, - констатировала двушка-бард. Пока не заработаем. Беллия… ты случайно не прихватила с собой ту брошку, которая стоит как ползамка?
Рыжая покраснела.
- Она вообще-то не такая дорогая.
Сильхе поняла. Скорее всего брошка была нужна только чтобы заманить Кано в дом рыжей.
- И ничего ценного с собой?
Та покачала головой.
- Значит, будет, как ты хотела, - вздохнула Сильхе. – Сегодня поспишь под крышей, а не в рейсовой карете. А если завтра прямо с утра никто не потащит нас в суд за мошенничество с лунным серебром, придется думать, где найти денег.
- Чефе, - внезапно вмешалась орка, - разреши мне отлучиться.
- Иди если хочешь, - девушка удивилась – Гуда вроде собиралась оберегать их всех, ночуя под дверью.
- Благодарю.
Прежде чем уйти, орка обменялась очень выразительным взглядом с Кано, тот кивнул и ускакал в свою комнату, а вернулся уже с мечом при поясе. Только после этого зеленокожая ушла.
- На ужин у нас тоже особо денег нет, - мрачно сообщила Сильхе. – Так что остается только лечь спать.
Удивительно, но как-то сразу все успокоилось. Беллия в самом деле легла, хотя было рано. Кано повел себя как рыцарь: сбегал на кухню и во-первых нашел способ смыть с себя пот, во вторых раздобыл для них всех легкий, и главное совершенно бесплатный, ужин. Видимо, кухонная девушка, а то и сама кухарка, не смогли устоять перед обаянием кентавра. Накинувшая гостиничный халат Беллия приняла Кано в их общем с Сильхе номере, как настоящая королева – обходительная, спокойная и притом – благодарная. Видя, как воркуют голубки, девушка-бард, прихватив «говорилку», вышла прогуляться.
Тот же дворик с розами у ограды и галереей с колоннами встретил ее тишиной и полутьмой. На самый верх колоннады вела короткая лестница. Взяв фонарь у входа, Сильхе поднялась, поставила его на скамейку, которая там нашлась, села, собираясь пообщаться с братом.
За несколько дней она достаточно наскучалась по брату, чтобы «говорилка» зарядилась - артефакт питался чувством тоски Коллю; чем больше разлука, тем дольше можно было потом беседовать. С последнего раза прошла лишь пара дней. Хватит ли времени?
Овал согрелся в ладони и обрел краски. Колль имел заспанный вид. Тут же проворчал, подтверждая:
- Не буди некроманта в закат, крепко спит в этот час некромант…
- Не притворяйся, - хмыкнула Сильхе. И тут же стала серьезной. – Времени нет.
- Что случилось? – лицо Колля на деревянном овале тут же сделалось сосредоточенным.
- Нас ограбили. Сперли «лунный кошелек».
- Там у тебя все-таки какие-то «мы?» - уточнил Колль. – Сколько?
- Рыцарь, бывший законный владелец незаконного «лунного кошелька», он же кентавр – не угодил хасси. Рыжая дама сердца - лучше не спрашивай. Орка-наемница, я ее чефе. А денег на всех два золотых от силы. Ехать надо в Коон. При этом у меня есть возможность попасть в Город Шелка и высказать одну просьбу некой Сараис, которая обязана ее выполнить. Можно и монет попросить.
- Когда ты все успеваешь… - Колль вспомнил, что времени мало и заговорил по-деловому: - Первое: может быть лучше, что «лунный кошелек» украли. По нему за вами легко следить. Я не о серебре, которое вы скорее всего рассыпаете без счета. Для любого мага эта вещь – как маяк. Второе: у твоих рыцаря и девы нет ли в городе этом или ближайших родни? Можно попросить помощи у них. Третье: твоя наемница может охранять не только вас. Попробуйте найти контракт на охрану кого-то или чего-то до нужного вам города. Может, в местной гильдии купцов или путешествий. Четвертое… ну ты всегда сможешь заработать музыкой, да? В этом городе есть свой лорд? Узнай о нем так много, как сможешь.
- Поняла, так и сделаю, - в общем-то почти все, что Колль предложил, пришло бы в голову ей самой, но позже.
- Значит, все будет хорошо. Кстати, а под стол-то ты заглянула, прежде чем принять предложение?
- Поучается, что забыла, - повинилась Сильхе. – Хотя и вспомнила ту сказочку про девицу с копытами.
- Эх младшая, младшая…
- Ой нет, Колль, не зови меня так! Я от этих «младших» и «старших» скоро буду вздрагивать!
Он сыграл бровью удивление:
- А чего так?
Сильхе рассказала про румейца.
- И когда ты все успеваешь… - повторил Колль. – Но если тебе так надо в Коон, почему думала не о нем, а о Шелковом Городе?
- Потому что я бард! Мне интереснее легенды, чем реальность…
- И типажи интереснее, чем люди, я помню, - брат улыбнулся с какой-то грустью. – Но когда-нибудь ты вырастешь.
«Говорилка» замигала, теряя цвет, профиль сделался неподвижным. И в этот раз попрощаться не успели.
«Когда-нибудь вырастешь». Колль считает ее ребенком. От него не обидно, вот если б Кано так сказал. Хотя… что ей мнение Кано? Кто ей этот рыцарь-кентавр? Клиент-заказчик сначала, спутник потом, после Коона – воспоминание и возможно баллада. Правда Беллия ему в пару даже в балладу не годится.
