Как только король отвернулся, Астрид достала из лифа зелье и до капли вылила в кубок. Леди Нора произнесла тост: «За принцессу Янину!» Вальтэриан отпил вина, не догадываясь, что в нём зелье.
Музыканты заиграли на фортепиано. Принцесса, прекрасно чувствуя себя после родов, пригласила мужа на танец. Ленор Фаиэ и Нора Колд к ним присоединились. Беатриса вызвалась присмотреть за маленьким Кордрофом и вместе с Леонилой покинула тронный зал.
У Вальтэриана закружилась голова, пульс участился. Он ощутил в груди жар, не сравнимый ни с каким опьянением. Встав с трона, король поспешно простился с лордами и ушёл в свои покои. Там он выбежал на балкон и, расстегнув верхнюю часть камзола, вдохнул полной грудью.
Со стороны сада пахло розами, со стороны казарм – потом и кровью. Мороз щипал щёки. Снег опускался на ресницы, помогая справиться с жаром, объявшим тело.
– Всё в порядке, любимый? – приблизилась королева и обняла Вальтэриана сзади.
– Когда я успел стать для тебя любимым? – фыркнул он и скинул её руки. – Как смеешь подкрадываться ко мне?
– Вальтэр... – опешила Астрид. – Я лишь хотела узнать, всё ли с тобой хорошо.
– Ты мне надоела, – проворчал король. В груди резко кольнуло. Он схватился за перила, повернулся к королеве и замолчал... Зелье Еликониды подействовало.
– Мой король, я не хотела расстроить тебя, – залепетала Астрид, не замечая, что настроение мужа изменилось.
– Извини, – проговорил он.
– Что? – моргнула королева.
– Я попросил прощения, – прошептал ей в губы король и поцеловал.
Астрид не растерялась и подалась вперёд, позволяя расшнуровывать завязку корсета. Вскоре платье упало на пол. Королева шумно вздохнула и поманила Вальтэриана к постели.
Сознание его было затуманено. Он плохо понимал, что делает. Руководствовался лишь инстинктами, чем умело пользовалась Астрид.
Полностью обнажённая, она села на край кровати и развязала бриджи короля. На миг он заколебался и попытался отстранить её. Но королева не собиралась отступать. Освободив его от одежды, она упала на кровать и призывно раздвинула ноги. Король сдался.
Утром он проснулся, не понимая, что на него нашло. С Астрид держался холодно, однако не ругал. Вальтэриан представить не мог, что она сделала приворот. Ведь приворожить его хотя бы на день способен только маг, равный ему по силе. А в существование такого он не верил. Поэтому списал всё на вино и усталость.
Медальон
Под конец месяца по замку разлетелось радостное известие: королева забеременела. Вальтэриан узнал новость первым. Астрид объявила, что ждёт наследника, прервав совет магистров. Король с лёгкостью простил ей эту маленькую дерзость. Он не верил, что может иметь детей, и обрадовался, узнав об обратном. Вальтэриан взял жену на руки и закружил на глазах советников.
Отношение подданных к ней изменилось. Лорды и леди восхваляли наперебой мать будущего наследника и заискивающе улыбались. Слуги без конца кланялись. Вальтэриан тоже проявлял особую милость. Он одарил её всем, чем можно, чаще навещал и затыкал всех, кто имел хоть что-то против королевы. Жизнь её стала такой, о какой она мечтала.
Но на самом деле ни подданные, ни король не любили Астрид. Вальтэриан собирался отправить её в монастырь, когда дитя родится. Слуги сплетничали за спиной. Лорды и леди по-прежнему не желали видеть представительницу расы людей на троне мира.
Из-за беременности настроение королевы портилось чаще обычного. Она срывалась на слуг. Угодить ей не удавалось никому. Капризы и истерики случались у неё по любому поводу. Красивые служанки давно покинули замок. А симпатичные прятались, зная, на кого чаще других гневается Астрид.
Лекари тоже страдали. Им круглосуточно приходилась слушать её жалобы, хотя беременность протекала гладко, невзирая на предостережения Еликониды Снэик. Ребёнок-маг не доставлял неудобств Астрид, что, впрочем, не мешало ей требовать повышенного внимания.
Король почти не покидал супругу, опасаясь за здоровье малыша. Он был вежлив и внимателен. Порой у него возникало желание ударить её головой о стену. Но он сдерживался, выполняя желания Астрид и считая дни до родов. Девять месяцев длились, как девяносто лет.
Всматриваясь в отражение зеркала, королева размышляла, что присутствие Вальтэриана ей порядком надоело. Сказать напрямую она боялась, поэтому дождалась, когда он уйдёт, и сорвалась на служанке, принёсшей цветы.
– Убери немедленно! – взвизгнула Астрид. – Я ненавижу розы. Их король дарил своим куртизанкам. Чего смотришь? Выкинь, говорю. Немедленно!
– Ваше Величество, король приказал поставить их на стол... – проговорила девушка, опустив глаза. – Он порадовать вас хотел.
– Перечить мне вздумала? – разгневалась королева, схватила цветы и ударила ими по лицу служанки.
Та закричала, упав на колени, и принялась умолять о прощении. Шипы больно впились в кожу. Но защищаться девушка не имела права. Увидев на её лице порезы и ссадины, Астрид успокоилась и велела ей убираться. Служанка выскочила из покоев, рыдая, и столкнулась в дверях с Беатрисой.
Ведьма пришла, чтобы проведать королеву. Вид окровавленной служанки дал понять, что явилась она не вовремя. Однако возвращаться Беатриса не захотела.
– Зачем пришла? – спросила Астрид, едва заметив её.
– Хотела узнать, как ты чувствуешь себя.
– Грехи замаливаешь или милости просишь? Королю ты наскучила. Теперь не надейся на его защиту.
– Милость мне твоя без надобности. А защитить себя я сама могу.
– Тогда ступай! Видеть тебя не хочу, Беатриса.
– Только оберег возьми, – попросила ведьма и показала королеве обёрнутый в платок золотой медальон. – Он защитит дитя от порчи и глаза недоброго.
– Сглаживать и порчи наводить выгодно лишь тебе, – фыркнула Астрид, отстраняя подарок.
– Я не желаю зла вашему с Вальтэром ребёнку, – оскорбилась Беатриса. – Больше всего на свете не хочу, чтобы он погиб! Потеря ребёнка – боль для родителей. Никто не заслуживает её. Возьми медальон, и многие беды вас с королём минуют.
– Какие беды? Мой ребёнок не отребье, а член великой династии! Власть и золото защитят его от любых неприятностей. Без надобности мне твой жалкий медальон!
– За новорождёнными духи тёмные охотятся. От них золотом не откупишься. И власть не поможет. Магия ребёнка-колдуна для них лёгкая добыча и единственная возможность существовать. Без неё тёмные феи исчезнут. Возьми медальон, вдруг кто на магию младенца позарится? Защита ему нужна.
– Угрожать мне вздумала? – разгневалась Астрид. – Стража! Схватить леди Беатрису Фаиэ! Арестовать за угрозу вашей королеве!
– Что ты такое говоришь? – удивилась ведьма, отстранившись от стражи. – Я слова дурного тебе не сказала. Не то, что угрозы.
– Не ты ли разглагольствовала о тёмных духах, которые могут навредить наследнику престола? – вопрошала королева. – Грозишься напустить их на младенца, если по-твоему не будет?
– Ты устала и раздражена, – потёрла виски Беатриса. – Не ищи зла там, где его нет.
– Рисковать жизнью ребёнка я не намерена! Стража, отведите леди Фаиэ в темницу у северной башни. Не ровен час, она проклятие на нас нашлёт.
Астрид так боялась магии Беатрисы, что готова была на всё, лишь бы избавиться от неё. Не верила она в добрые намерения соперницы. Даже представить не могла, что брошенная, использованная, одинокая ведьма любит Вальтэриана настолько, что заботится о ребёнке, из-за которого он перестал видеться с ней.
Беатриса ставила на первое место покой любимого и хотела, чтобы он жил счастливо. Пусть и с другой. Она тосковала без него. Утешало её лишь то, что он рядом и у него скоро родится дитя. А значит, король счастлив. Стало быть, счастлива и ведьма.
Астрид никогда не испытывала подобных чувств, поэтому видела в ней вечную угрозу. Смотря, как стражники надевают наручники на Беатрису, она испытала долгожданное умиротворение. «Наконец-то, – размышляла королева. – Магия ведьмы закована в металл. Отныне она не сможет причинить зло мне и моему ребёнку. С Вальтэрианом я как-нибудь разберусь. В моём чреве растёт его наследник. Он обязан со мною считаться!»
Воины защёлкнули наручники на Беатрисе. Медальон выскользнул из её тонких пальцев и покатился по ледяному полу, засияв ярко-оранжевым. Защитная магия отбросила стражников от ведьмы. Они оказались в разных частях комнаты, помятые, но не раненые. Магическая волна затронула и Астрид, стоящую вдалеке. Она схватилась за шкаф и благодаря этому удержала равновесие.
– Стражники, чего застыли? – закричала на весь замок Астрид, хотя осталась невредима. – Ведьма из дома Фаиэ хочет убить меня!
– Астрид... – растерялась Беатриса, не понимая, что произошло. – Я не хотела...
– Скорее, стража! – поторопила королева. – Уведите её!
Стражники с опаской подошли к ведьме, держась за световые мечи. Она не предприняла попытки освободиться. Воины вывели её из покоев и отвели в темницу, которая располагалась неподалёку от Зимней Розы. В неё заключали преступников из высшего общества, чью вину требовалось доказать.
Астрид настроилась изображать из себя жертву и отправилась в кабинет короля, чтобы пожаловаться на соперницу. Она собиралась рискнуть всем, лишь бы от Беатрисы не осталось следа ни в замке, ни в сердце Вальтэриана.
– Слышал ли ты, как я кричала, мой король? – поинтересовалась королева.
– Что на этот раз? – раздражённо спросил Вальтэриан, поёрзав на стуле, и выдавил из себя улыбку. – Камни в короне малы или цветами не угодил?
– Всё гораздо хуже! – поднесла платок к глазам Астрид, вытирая несуществующие слёзы. – Беатриса... Она...
– Говори уже, – вздохнул король.
– Она хотела убить моего ребёнка! – на одном дыхании выпалила королева.
– Что? – глаза Вальтэриана округлились и похолодели.
– Беатриса угрожала мне, – пожаловалась Астрид и протянула медальон. – Она подарила его якобы для защиты нашего ребёнка. А потом он загорелся и чуть не убил меня.
Король взял медальон, покрутил и спокойно пожал плечами:
– Это лишь защитный оберег.
– Из-за него чуть не погибло наше дитя! Твой сын!
– Откуда тебе известно, что родится мальчик?
– Я чувствую. Но наследник престола может не выжить, если леди Фаиэ продолжит разгуливать по замку.
– Ты отдала приказ арестовать её?
– Да. Необходимо пресекать попытки навредить нам.
– Я поговорю с Беатрисой, – произнёс Вальтэриан и направился к выходу.
– Если хочешь, отпусти её из-под стражи, – пошла на уступки королева, боясь, что он помилует любовницу. – Только прошу, пусть она не возвращается в Зимнюю Розу! Отправь её на запад, к матери.
– Не беспокойся, – сказал король. – Тебя никто не обидит. А насчёт Беатрисы приму решение я сам. Не утруждайся.
– Но Вальтэр!
– Я сказал, отдыхай, – прошипел Вальтэриан и чуть мягче добавил. – Тебе нужно набраться сил.
Король поспешил в темницу, желая во всём разобраться. Королева чувствовала, что он не на её стороне, и молила духов о лучшем исходе. Она вновь ощущала себя потерянной чужестранкой, как в день приезда в столицу мира.
Камера Беатрисы походила на ту, что она видела в Смертфэлке. Маленькое помещение с каменными стенами. В центре – узкая деревянная кровать и стол. Ведьма не удивилась, увидев бедную обстановку. Она показалась ей привычной после многих лет заточения в самой известной тюрьме Сноуколда. На стене горела лишь одна лучина. Однако Беатрисе нравилось. Темнота успокаивала и дарила ощущение защиты. Ведьма старалась не думать о ссоре с Астрид. Тревожилась только, что мать узнает о её заточении и отправит войско в Альтаир.
Вспышка голубого света озарила камеру. Из чёрных, как уголь, искр появился Вальтэриан. Он брезгливо осмотрел помещение, после заставил меховую мантию на плечах испариться.
– Пыльно, – скривился король, знавший лишь роскошь и комфорт. – Впрочем, что-то в этом есть...
– Ты пришёл поговорить о медальоне? – поинтересовалась ведьма.
– Я пришёл, чтобы забрать тебя, – заявил Вальтэриан. – Мне без разговоров всё ясно. Астрид устроила ложную панику. Не разбирается девка человеческая, что на медальоны проклятья не накладывают. Спесь и дурь ей глаза застилают.
– Ты веришь мне, – успокоилась Беатриса и обняла короля. – Я хочу, чтобы ты знал: я никогда не причиню вред твоему ребёнку. Я слишком люблю тебя, чтобы помыслить об этом.
– Знаю, – промурлыкал Вальтэриан и осмотрелся. Даже в пыльной камере его любовница выглядела великолепно. – Как здесь всё-таки неуютно! Мы в таких местах никогда не были...
– Говори за себя, – не поняла намёк ведьма. – Я видела более грязные захолустья.
– Я не про то, Беатрис, – ткнулся ей в волосы король, и она догадалась, о чём он.
– Не место и не время, – прошептала Беатриса. – Астрид очень ревнует. Уверена, она поставила у входа стражников династии Мейрак. Они доложат ей. Сейчас её нельзя волновать, ты же понимаешь.
– Слишком много привилегий Астрид, – рыкнул король и прижал ведьму к столу. – Я не собираюсь отказываться от всех удовольствий. За стражников не волнуйся. Я заткну их.
Не успела Беатриса опомниться, как Вальтэриан повернул её лицом к столу и наклонил. Она вскрикнула, почувствовав жёсткую поверхность под собой. Лиф платья сразу запылился. Ведьма попыталась подняться, но король удержал её на месте.
– Что ты задумал? – взволнованно спросила она.
– Тебе понравится, – ответил Вальтэриан, поднимая вверх её юбку.
Эльвира Фаиэ, правительница запада и мама Беатрисы, наблюдала за дочерью и королём через хрустальный шар. Изумление, смущение и стыд отражались багровым румянцем на её лице.
– Не для того я дочь растила, чтобы она удовлетворяла потребности этого извращенца, – проворчала вампирша, когда в покоях появился двоюродный дед Беатрисы.
– Молодые годы, – пробубнил он, не видя ничего дурного.
– Не глупи! – ощетинилась Эльвира. – Твоё спокойствие меня раздражает.
– Что вы от меня хотите услышать, голубушка? – удивился Виланд. – Она молодая девушка. Он, быть может, не молодой, но вполне дееспособный мужчина. Не вижу повода для тревог.
– Беатриса должна была выйти за лорда Аваддона, родить детей. Жить, как все, в конце концов! Она же выбрала участь подстилки короля. Весь Сноуколд называет мою дочь шлюхой... А ты ведёшь себя, будто речь о пустяке! Какой приличный лорд возьмёт её замуж после такого позора?
– Он и возьмёт, – указал на изображение короля вампир.
– Вальтэриан женат! – взвилась Эльвира и ударила по хрустальному шару.
– Значит, Беатриса выйдет за любого другого лорда, – не терял самообладания Виланд Фаиэ. – Стать мужем любовницы короля честь для многих. Если он прикажет взять её в жёны, кто посмеет отказать?
– Как же ты спокоен, – удивилась вампирша. – Король погубил мою старшую дочь. Теперь хочет погубить младшую...
– Ну-ну, не стоит нервничать. Насколько мне известно, губят мечом или кинжалом, а не... хм... Естество короля не навредит Беатрисе. Она уже большая девочка.
– Замолчи, глупый старик! Я не позволю убийце и извращенцу ломать судьбу Беатрисы. Вальтэриан недостоин смотреть в её сторону, не то, что...
– Судя по всему, наша девочка разделяет его своеобразные предпочтения.
– Не говори ерунды, Виланд! Она приличная девушка. По своей воле Беатриса никогда не согласилась бы на подобное.
Музыканты заиграли на фортепиано. Принцесса, прекрасно чувствуя себя после родов, пригласила мужа на танец. Ленор Фаиэ и Нора Колд к ним присоединились. Беатриса вызвалась присмотреть за маленьким Кордрофом и вместе с Леонилой покинула тронный зал.
У Вальтэриана закружилась голова, пульс участился. Он ощутил в груди жар, не сравнимый ни с каким опьянением. Встав с трона, король поспешно простился с лордами и ушёл в свои покои. Там он выбежал на балкон и, расстегнув верхнюю часть камзола, вдохнул полной грудью.
Со стороны сада пахло розами, со стороны казарм – потом и кровью. Мороз щипал щёки. Снег опускался на ресницы, помогая справиться с жаром, объявшим тело.
– Всё в порядке, любимый? – приблизилась королева и обняла Вальтэриана сзади.
– Когда я успел стать для тебя любимым? – фыркнул он и скинул её руки. – Как смеешь подкрадываться ко мне?
– Вальтэр... – опешила Астрид. – Я лишь хотела узнать, всё ли с тобой хорошо.
– Ты мне надоела, – проворчал король. В груди резко кольнуло. Он схватился за перила, повернулся к королеве и замолчал... Зелье Еликониды подействовало.
– Мой король, я не хотела расстроить тебя, – залепетала Астрид, не замечая, что настроение мужа изменилось.
– Извини, – проговорил он.
– Что? – моргнула королева.
– Я попросил прощения, – прошептал ей в губы король и поцеловал.
Астрид не растерялась и подалась вперёд, позволяя расшнуровывать завязку корсета. Вскоре платье упало на пол. Королева шумно вздохнула и поманила Вальтэриана к постели.
Сознание его было затуманено. Он плохо понимал, что делает. Руководствовался лишь инстинктами, чем умело пользовалась Астрид.
Полностью обнажённая, она села на край кровати и развязала бриджи короля. На миг он заколебался и попытался отстранить её. Но королева не собиралась отступать. Освободив его от одежды, она упала на кровать и призывно раздвинула ноги. Король сдался.
Утром он проснулся, не понимая, что на него нашло. С Астрид держался холодно, однако не ругал. Вальтэриан представить не мог, что она сделала приворот. Ведь приворожить его хотя бы на день способен только маг, равный ему по силе. А в существование такого он не верил. Поэтому списал всё на вино и усталость.
Глава 133
Медальон
Под конец месяца по замку разлетелось радостное известие: королева забеременела. Вальтэриан узнал новость первым. Астрид объявила, что ждёт наследника, прервав совет магистров. Король с лёгкостью простил ей эту маленькую дерзость. Он не верил, что может иметь детей, и обрадовался, узнав об обратном. Вальтэриан взял жену на руки и закружил на глазах советников.
Отношение подданных к ней изменилось. Лорды и леди восхваляли наперебой мать будущего наследника и заискивающе улыбались. Слуги без конца кланялись. Вальтэриан тоже проявлял особую милость. Он одарил её всем, чем можно, чаще навещал и затыкал всех, кто имел хоть что-то против королевы. Жизнь её стала такой, о какой она мечтала.
Но на самом деле ни подданные, ни король не любили Астрид. Вальтэриан собирался отправить её в монастырь, когда дитя родится. Слуги сплетничали за спиной. Лорды и леди по-прежнему не желали видеть представительницу расы людей на троне мира.
Из-за беременности настроение королевы портилось чаще обычного. Она срывалась на слуг. Угодить ей не удавалось никому. Капризы и истерики случались у неё по любому поводу. Красивые служанки давно покинули замок. А симпатичные прятались, зная, на кого чаще других гневается Астрид.
Лекари тоже страдали. Им круглосуточно приходилась слушать её жалобы, хотя беременность протекала гладко, невзирая на предостережения Еликониды Снэик. Ребёнок-маг не доставлял неудобств Астрид, что, впрочем, не мешало ей требовать повышенного внимания.
Король почти не покидал супругу, опасаясь за здоровье малыша. Он был вежлив и внимателен. Порой у него возникало желание ударить её головой о стену. Но он сдерживался, выполняя желания Астрид и считая дни до родов. Девять месяцев длились, как девяносто лет.
Всматриваясь в отражение зеркала, королева размышляла, что присутствие Вальтэриана ей порядком надоело. Сказать напрямую она боялась, поэтому дождалась, когда он уйдёт, и сорвалась на служанке, принёсшей цветы.
– Убери немедленно! – взвизгнула Астрид. – Я ненавижу розы. Их король дарил своим куртизанкам. Чего смотришь? Выкинь, говорю. Немедленно!
– Ваше Величество, король приказал поставить их на стол... – проговорила девушка, опустив глаза. – Он порадовать вас хотел.
– Перечить мне вздумала? – разгневалась королева, схватила цветы и ударила ими по лицу служанки.
Та закричала, упав на колени, и принялась умолять о прощении. Шипы больно впились в кожу. Но защищаться девушка не имела права. Увидев на её лице порезы и ссадины, Астрид успокоилась и велела ей убираться. Служанка выскочила из покоев, рыдая, и столкнулась в дверях с Беатрисой.
Ведьма пришла, чтобы проведать королеву. Вид окровавленной служанки дал понять, что явилась она не вовремя. Однако возвращаться Беатриса не захотела.
– Зачем пришла? – спросила Астрид, едва заметив её.
– Хотела узнать, как ты чувствуешь себя.
– Грехи замаливаешь или милости просишь? Королю ты наскучила. Теперь не надейся на его защиту.
– Милость мне твоя без надобности. А защитить себя я сама могу.
– Тогда ступай! Видеть тебя не хочу, Беатриса.
– Только оберег возьми, – попросила ведьма и показала королеве обёрнутый в платок золотой медальон. – Он защитит дитя от порчи и глаза недоброго.
– Сглаживать и порчи наводить выгодно лишь тебе, – фыркнула Астрид, отстраняя подарок.
– Я не желаю зла вашему с Вальтэром ребёнку, – оскорбилась Беатриса. – Больше всего на свете не хочу, чтобы он погиб! Потеря ребёнка – боль для родителей. Никто не заслуживает её. Возьми медальон, и многие беды вас с королём минуют.
– Какие беды? Мой ребёнок не отребье, а член великой династии! Власть и золото защитят его от любых неприятностей. Без надобности мне твой жалкий медальон!
– За новорождёнными духи тёмные охотятся. От них золотом не откупишься. И власть не поможет. Магия ребёнка-колдуна для них лёгкая добыча и единственная возможность существовать. Без неё тёмные феи исчезнут. Возьми медальон, вдруг кто на магию младенца позарится? Защита ему нужна.
– Угрожать мне вздумала? – разгневалась Астрид. – Стража! Схватить леди Беатрису Фаиэ! Арестовать за угрозу вашей королеве!
– Что ты такое говоришь? – удивилась ведьма, отстранившись от стражи. – Я слова дурного тебе не сказала. Не то, что угрозы.
– Не ты ли разглагольствовала о тёмных духах, которые могут навредить наследнику престола? – вопрошала королева. – Грозишься напустить их на младенца, если по-твоему не будет?
– Ты устала и раздражена, – потёрла виски Беатриса. – Не ищи зла там, где его нет.
– Рисковать жизнью ребёнка я не намерена! Стража, отведите леди Фаиэ в темницу у северной башни. Не ровен час, она проклятие на нас нашлёт.
Астрид так боялась магии Беатрисы, что готова была на всё, лишь бы избавиться от неё. Не верила она в добрые намерения соперницы. Даже представить не могла, что брошенная, использованная, одинокая ведьма любит Вальтэриана настолько, что заботится о ребёнке, из-за которого он перестал видеться с ней.
Беатриса ставила на первое место покой любимого и хотела, чтобы он жил счастливо. Пусть и с другой. Она тосковала без него. Утешало её лишь то, что он рядом и у него скоро родится дитя. А значит, король счастлив. Стало быть, счастлива и ведьма.
Астрид никогда не испытывала подобных чувств, поэтому видела в ней вечную угрозу. Смотря, как стражники надевают наручники на Беатрису, она испытала долгожданное умиротворение. «Наконец-то, – размышляла королева. – Магия ведьмы закована в металл. Отныне она не сможет причинить зло мне и моему ребёнку. С Вальтэрианом я как-нибудь разберусь. В моём чреве растёт его наследник. Он обязан со мною считаться!»
Воины защёлкнули наручники на Беатрисе. Медальон выскользнул из её тонких пальцев и покатился по ледяному полу, засияв ярко-оранжевым. Защитная магия отбросила стражников от ведьмы. Они оказались в разных частях комнаты, помятые, но не раненые. Магическая волна затронула и Астрид, стоящую вдалеке. Она схватилась за шкаф и благодаря этому удержала равновесие.
– Стражники, чего застыли? – закричала на весь замок Астрид, хотя осталась невредима. – Ведьма из дома Фаиэ хочет убить меня!
– Астрид... – растерялась Беатриса, не понимая, что произошло. – Я не хотела...
– Скорее, стража! – поторопила королева. – Уведите её!
Стражники с опаской подошли к ведьме, держась за световые мечи. Она не предприняла попытки освободиться. Воины вывели её из покоев и отвели в темницу, которая располагалась неподалёку от Зимней Розы. В неё заключали преступников из высшего общества, чью вину требовалось доказать.
Астрид настроилась изображать из себя жертву и отправилась в кабинет короля, чтобы пожаловаться на соперницу. Она собиралась рискнуть всем, лишь бы от Беатрисы не осталось следа ни в замке, ни в сердце Вальтэриана.
– Слышал ли ты, как я кричала, мой король? – поинтересовалась королева.
– Что на этот раз? – раздражённо спросил Вальтэриан, поёрзав на стуле, и выдавил из себя улыбку. – Камни в короне малы или цветами не угодил?
– Всё гораздо хуже! – поднесла платок к глазам Астрид, вытирая несуществующие слёзы. – Беатриса... Она...
– Говори уже, – вздохнул король.
– Она хотела убить моего ребёнка! – на одном дыхании выпалила королева.
– Что? – глаза Вальтэриана округлились и похолодели.
– Беатриса угрожала мне, – пожаловалась Астрид и протянула медальон. – Она подарила его якобы для защиты нашего ребёнка. А потом он загорелся и чуть не убил меня.
Король взял медальон, покрутил и спокойно пожал плечами:
– Это лишь защитный оберег.
– Из-за него чуть не погибло наше дитя! Твой сын!
– Откуда тебе известно, что родится мальчик?
– Я чувствую. Но наследник престола может не выжить, если леди Фаиэ продолжит разгуливать по замку.
– Ты отдала приказ арестовать её?
– Да. Необходимо пресекать попытки навредить нам.
– Я поговорю с Беатрисой, – произнёс Вальтэриан и направился к выходу.
– Если хочешь, отпусти её из-под стражи, – пошла на уступки королева, боясь, что он помилует любовницу. – Только прошу, пусть она не возвращается в Зимнюю Розу! Отправь её на запад, к матери.
– Не беспокойся, – сказал король. – Тебя никто не обидит. А насчёт Беатрисы приму решение я сам. Не утруждайся.
– Но Вальтэр!
– Я сказал, отдыхай, – прошипел Вальтэриан и чуть мягче добавил. – Тебе нужно набраться сил.
Король поспешил в темницу, желая во всём разобраться. Королева чувствовала, что он не на её стороне, и молила духов о лучшем исходе. Она вновь ощущала себя потерянной чужестранкой, как в день приезда в столицу мира.
Камера Беатрисы походила на ту, что она видела в Смертфэлке. Маленькое помещение с каменными стенами. В центре – узкая деревянная кровать и стол. Ведьма не удивилась, увидев бедную обстановку. Она показалась ей привычной после многих лет заточения в самой известной тюрьме Сноуколда. На стене горела лишь одна лучина. Однако Беатрисе нравилось. Темнота успокаивала и дарила ощущение защиты. Ведьма старалась не думать о ссоре с Астрид. Тревожилась только, что мать узнает о её заточении и отправит войско в Альтаир.
Вспышка голубого света озарила камеру. Из чёрных, как уголь, искр появился Вальтэриан. Он брезгливо осмотрел помещение, после заставил меховую мантию на плечах испариться.
– Пыльно, – скривился король, знавший лишь роскошь и комфорт. – Впрочем, что-то в этом есть...
– Ты пришёл поговорить о медальоне? – поинтересовалась ведьма.
– Я пришёл, чтобы забрать тебя, – заявил Вальтэриан. – Мне без разговоров всё ясно. Астрид устроила ложную панику. Не разбирается девка человеческая, что на медальоны проклятья не накладывают. Спесь и дурь ей глаза застилают.
– Ты веришь мне, – успокоилась Беатриса и обняла короля. – Я хочу, чтобы ты знал: я никогда не причиню вред твоему ребёнку. Я слишком люблю тебя, чтобы помыслить об этом.
– Знаю, – промурлыкал Вальтэриан и осмотрелся. Даже в пыльной камере его любовница выглядела великолепно. – Как здесь всё-таки неуютно! Мы в таких местах никогда не были...
– Говори за себя, – не поняла намёк ведьма. – Я видела более грязные захолустья.
– Я не про то, Беатрис, – ткнулся ей в волосы король, и она догадалась, о чём он.
– Не место и не время, – прошептала Беатриса. – Астрид очень ревнует. Уверена, она поставила у входа стражников династии Мейрак. Они доложат ей. Сейчас её нельзя волновать, ты же понимаешь.
– Слишком много привилегий Астрид, – рыкнул король и прижал ведьму к столу. – Я не собираюсь отказываться от всех удовольствий. За стражников не волнуйся. Я заткну их.
Не успела Беатриса опомниться, как Вальтэриан повернул её лицом к столу и наклонил. Она вскрикнула, почувствовав жёсткую поверхность под собой. Лиф платья сразу запылился. Ведьма попыталась подняться, но король удержал её на месте.
– Что ты задумал? – взволнованно спросила она.
– Тебе понравится, – ответил Вальтэриан, поднимая вверх её юбку.
Эльвира Фаиэ, правительница запада и мама Беатрисы, наблюдала за дочерью и королём через хрустальный шар. Изумление, смущение и стыд отражались багровым румянцем на её лице.
– Не для того я дочь растила, чтобы она удовлетворяла потребности этого извращенца, – проворчала вампирша, когда в покоях появился двоюродный дед Беатрисы.
– Молодые годы, – пробубнил он, не видя ничего дурного.
– Не глупи! – ощетинилась Эльвира. – Твоё спокойствие меня раздражает.
– Что вы от меня хотите услышать, голубушка? – удивился Виланд. – Она молодая девушка. Он, быть может, не молодой, но вполне дееспособный мужчина. Не вижу повода для тревог.
– Беатриса должна была выйти за лорда Аваддона, родить детей. Жить, как все, в конце концов! Она же выбрала участь подстилки короля. Весь Сноуколд называет мою дочь шлюхой... А ты ведёшь себя, будто речь о пустяке! Какой приличный лорд возьмёт её замуж после такого позора?
– Он и возьмёт, – указал на изображение короля вампир.
– Вальтэриан женат! – взвилась Эльвира и ударила по хрустальному шару.
– Значит, Беатриса выйдет за любого другого лорда, – не терял самообладания Виланд Фаиэ. – Стать мужем любовницы короля честь для многих. Если он прикажет взять её в жёны, кто посмеет отказать?
– Как же ты спокоен, – удивилась вампирша. – Король погубил мою старшую дочь. Теперь хочет погубить младшую...
– Ну-ну, не стоит нервничать. Насколько мне известно, губят мечом или кинжалом, а не... хм... Естество короля не навредит Беатрисе. Она уже большая девочка.
– Замолчи, глупый старик! Я не позволю убийце и извращенцу ломать судьбу Беатрисы. Вальтэриан недостоин смотреть в её сторону, не то, что...
– Судя по всему, наша девочка разделяет его своеобразные предпочтения.
– Не говори ерунды, Виланд! Она приличная девушка. По своей воле Беатриса никогда не согласилась бы на подобное.
