Глава 125
Прятки
В тусклом свете луны Авелина Яронг шла к поместью Лодбор, за стенами которого скрывался Конан. Путь давался ей нелегко. Делая шаг, она думала, что ступает в пропасть. Тьма поглощала её. Однако оборотниха не зажигала сжимаемый в руке фонарь. Боялась привлечь разбойников. Хотя те не заглядывали в лес Гигантов из-за секвойи.
Это гигантское вечнозелёное древо росло с каждым годом, становясь выше самых высоких замков. Оборотни верили, оно высасывает жизнь из путников, потому не прекращает расти. Эльфы считали иначе. По их мнению, раньше в Сноуколде жили гиганты, но умерли после разлива Штормового океана. И сейчас их тела гниют, удобряя почву, благодаря чему секвойя тянется ввысь. Жрецы культа Нави верили, что гиганты не погибли, а переместились на другую планету. Ведь в Сноуколде изменилась атмосфера, из-за чего им стало трудно дышать, а дети их рождались меньше с каждым поклонением. Секвойю навьяны называли доказательством существования великанов. Но им мало, кто верил. Религия навьянов была слишком сложна для понимания, потому последователи её уступали в численности последователям Четырёх Стихий.
Леди Авелина не вдавалась в подробности разного рода легенд. Для неё лес Гигантов всегда был самым безопасным местом. В нём оборотниху не беспокоили ни подданные, ни правители. Однако в ночи лес не казался гостеприимным.
Деревья смотрели свысока, шумя густыми веками. Авелине чудилось, будто гиганты прячутся за ними, чтобы выведать, где её сын, и растоптать его. В воспоминаниях всплывали истории о великанах-людоедах, которые пожирали младенцев и угоняли скот. Оборотниха знала, такие рассказы не имеют ничего общего с гигантами её родного леса. Однако страх не затихал. Она оборачивалась, сотрясаясь от ночного холода, но никого не видела. Листья секвойи шелестели, и их гул сводил с ума. Филины ухали, напоминая звучание барабана перед казнью. Звуки леса смешались воедино в голове Авелины. Прежде ни один лес так не пугал её. Отовсюду мерещились голоса великанов: «Тайны становятся явными. Их не спрятать за стенами. Скоро Колды всё узнают, и тогда...» «Замолчи!» – приказала оборотниха голосу в голове, пробираясь через кустарники.
К часу волка она дошла до Волчьего яра. Стражники признали госпожу и впустили. Они служили ещё при её отце и не раз доказали преданность династии Яронг.
Поместье Авелины было замаскировано под секвойю. Стены состояли из связанных гигантский деревьев. Из крыши торчали ветки. Окна походили на дупла.
Маленький коридор показался оборотнихе огромным после леса, испещрённого деревьями. Она бежала по нему, оставляя на полу чёрный след испачканными в грязи юбками. Где-то в лесу Авелина сильно поцарапала руку и из неё сочилась кровь. Но оборотниха не обращала внимания, спеша в покои сына. Ей не терпелось убедиться, что с ним всё хорошо.
Конан Граффиас лежал на кровати, одетый и в сапогах. Красный нос и рубашка, залитая винном, доказывали, что вечером он пил.
– Мама? – протёр глаза оборотень. – Я не знал, что ты пересекла Волчий яр и лес Гигантов... Почему не написала о приезде?
– Нельзя, – покачала головой оборотниха. – Все думают, ты мёртв. Я наколдовала твоего двойника и отдала на расправу. Как только волнения в Бекруксе улеглись, сразу же отправилась на юго-восток, к тебе.
– Совсем забыл о проклятой северной куртизанке, – сплюнул на пол Конан и завернулся в одеяло.
– Ты пьян, – вздохнула Авелина. – Помнишь, к чему это привело в прошлый раз?
– Я трезвый!
– Не лги. Твоя мать не слепая и не дура.
– Тогда почему я вынужден прятаться в дереве? Я хочу пить вино у океана и курить табак.
– Исключено. Ты изнасиловал принцессу мира и убил вашего с ней ребёнка. Нельзя, чтобы Колды узнали, что ты жив. Они отомстят.
– Лучше сдохнуть, чем гнить заживо внутри секвойи!
– Не говори так. Я сделала всё, чтобы спасти тебя. Меня повесят, если узнают, что я помогла тебе.
– Лучше б ты не рожала меня вовсе! Меня бесила жизнь при дворе, где сплошные правила и обязанности, бесит и в Лодборе! Я хочу уехать. Сегодня.
– Не вздумай! Тебя поймают и казнят.
– Плевать.
– Хмель говорит в тебе, а не разум. Послушай меня и успокойся. Обещаю, я вытащу тебя отсюда. Только подожди. При дворе короля зреет заговор. Как только власть сменится, ты покинешь Лодбор.
– Не хочу долго ждать. Когда свергнут Вальтэриана?
– Я поеду в Альтаир и узнаю. Пока меня не будет, сиди тихо и молись, чтобы тебя не нашли. Матильда что-то подозревает... Она не желала меня отпускать и долго выпытывала, куда еду. Пришлось солгать, что заказала по тебе песнопения в храме Четырёх Стихий.
– Тётя может послать туда стражников, чтобы проверить твои слова.
– Вместо себя я отправила похожую на меня служанку. Теперь Матильде докладываю, что я всё время плачу и молюсь.
– Что ты намерена делать?
– Помочь тебе избежать правосудия, сынок.
– Мне нужно не только это. Я желаю яств, вина, девушек, путешествий и свободы от дворцовых интриг.
– Всё получишь, если организаторы заговора согласятся принять мою помощь.
– Зачем ты им? У тебя лишь горстка воинов, которых легко перебьют даже лесные разбойники.
– Наш прапрадед был колдуном. Я могу предложить заговорщикам магию.
– А если они – прихвостни Янины и ушастого?
– Со всеми можно договориться. На войне против короля нет места гордости. Заговорщикам придётся объединяться даже с врагами.
– Да, но всё же... Я убил щенка принцессы. Она не забудет об этом ради общей цели.
– Это был и твой ребёнок. Тебе его ничуть не жаль?
– Уверен, ледяная стерва понесла от эльфийского выродка!
– Он тогда находился в Хионфлоре. Кому, как не тебе, знать, от кого она забеременела?
– Благодаря зелью мне удалось её одурманить. Однако я не уверен, что Янина понесла от меня... Есть же в замке стражники и кучера. Возможно, она...
– Вздор. Не сомневайся в действии зелья. Моя магия сильна. Верь мне и будь хорошим мальчиком, пока я не вернусь. Ты мне дороже жизни. Улыбнись, мой мальчик, мой последний сынок.
Авелина поцеловала сына в обе щеки и к рассвету уехала на север. В Альтаире она посетила салон леди Норы Колд и услышала много сплетен. Из них оборотниха узнала, что отношения Еликониды с племянником-королём складываются не лучшим образом, и догадалась, что эльфийка состоит в заговоре. Ведь она самая влиятельная женщина Сноуколда, богатая и обладающая поддержкой народа. Кто ещё способен планировать свержение Вальтэриана, как не его тётя? Авелина улыбнулась. Появление на севере эльфийских наёмников доказывало, что Еликонида что-то замышляет.
Оборотниха пришла в Зимнюю Розу и попросила у неё аудиенции. Эльфийка старалась налаживать связи с иноземными лордами, потому обрадовалась, что гостья хочет видеть её, а не племянника, и приняла Авелину у себя в кабинете.
В окружении изумрудных стен и чернеющей во мраке мебели та почувствовала себя во власти Еликониды. С картин смотрели зеленолицые Снэики с коварными, пугающими глазами. По полу ползал рогатый змей, задевая стулья.
Эльфийка улыбнулась, видя смятение оборотнихи, и поинтересовалась о её здоровье. Авелина ответила, что её тревожат только слухи о свержении Вальтэриана.
– Какие ещё слухи? – насторожилась Еликонида. Улыбка сошла с её лица.
– Поданные шепчутся о грядущих переменах, – произнесла оборотниха. – До юга слухи уже дошли. Вы не слышали их? Удивительно!
– Что удивительного? – не подала виду эльфийка. – Я занимаюсь королевскими делами, а не слушаю россказни всяких нечестивцев.
– Странно, что ими занимаетесь вы, а не король, – хмыкнула Авелина.
– Это всё, что вы желали сказать? – раздражённо спросила Еликонида. – Если так, не отнимайте у меня время.
– На роль королевы вы подошли бы идеально, – перешла к делу оборотниха. – У вас есть ум и деловая хватка. Впрочем, не стану вас задерживать. Удачного дня, миледи.
– Постойте! – воскликнула эльфийка. – Что вы имели в виду, сказав, что я подойду на роль королевы?
– Нас не подслушивают? – обернулась Авелина. – Нам предстоит весьма необычный разговор.
– Ни о чём не беспокойтесь, – сказала Еликонида. – Стены толстые, а все шпионы Зимней Розы служат мне.
– Южные лорды хотели бы видеть вас на троне, – заявила оборотниха, приукрасив действительность.
– На троне мой благочестивый племянник, – возразила эльфийка, не понимая, враг перед ней или друг.
– Он нарушил законы Четырёх Стихий, – напомнила Авелина. – И многие лорды ополчились против него. Я не желаю восстания, однако... Несправедливо, что вы трудитесь ради королевства, а Его Величество получает все блага и благодарность подданных.
– Не вижу я у подданных особой благодарности, – фыркнула Еликонида.
– Позвольте узнать, почему король не принимает на аудиенцию? – поинтересовалась оборотниха.
– Он уехал по важным делам, – играла роль преданной тёти эльфийка.
– К любовнице? – изогнула густые брови Авелина.
Еликонида подтвердила.
– Признайтесь, вы готовите восстание? – понизила голос оборотниха. – Многие сплетники так говорят... Не бойтесь, я на вашей стороне.
– Я не боюсь, – коварно улыбнулась эльфийка. – Здесь мои владения, а не ваши. Одно неверное движение, и войдёт стража.
– Поощряю ваши меры предосторожности, – не испугалась Авелина. – Но вам незачем мне угрожать. Я ваш друг.
– Мне они не нужны.
– Вам наверняка потребуются сильные маги для битвы. Я хорошо колдую. К тому же, имела дело с Колдами, и весьма удачное.
– Поясните, – потребовала Еликонида.
– Я изготовила зелье из крови русалок. Мой сын подлил его Янине, чтобы она уснула, и он смог подарить ей ребёнка. Благодаря зелью семя прижилось.
– Вот кто мать того выродка, – прошипела эльфийка. – Славно! А то он умер, и я не смогла насладиться местью. Зато теперь... Вы ответите за деяния сына. С Вальтэром у меня отношения не из лучших, но Янина мне плохого не сделала. Жаль, что Конан сдох. Иначе бы я продлила его мучения.
Еликонида подошла к Авелине и магией сдавила ей горло.
– Не надо, – прохрипела оборотниха. – Мы можем договориться... Я буду полезна в восстании...
– Не будешь, раз защититься не способна, – сказала эльфийка.
Зелёные сгустки магии сильнее сжали Авелину. Глаза её лопнули и вытекли из глазниц. Кожа на шее посинела. Оборотниха упала на ковёр, цепляясь крючковатыми пальцами за пустоту. Колдовство эльфийки вытянуло из неё жизнь.
Еликонида позвала стражников и приказала:
– Выкиньте это. После позовите казначея.
Воины завернули труп Авелины в ковёр и вынесли из замка. А к эльфийке пожаловал лорд Рустам Розбри – казначей.
На нём с каждым годом всё больше отражались его пороки. Он становился толще. Волосы покидали голову, оставляя редкие островки среди плеши. Руки покрывались язвами то ли от болезни, то ли от постоянного счёта монет. В глазах отражалась ненасытность и страх перед правителями севера.
Еликонида молча указала казначею на зелёную софу. Он сел, расправляя жёлтый камзол с золотой шнуровкой, и опустил взгляд на сапоги из телячьей кожи. Рустам ужасно боялся тётю короля, потому не мог сидеть ровно и постоянно заламывал руки, царапая толстые ладони перстнями.
– Я позвала тебя, чтобы уточнить, хватило ли в казне золота на отливку двухсот мечей и покупку тысячи ослепляющих зелий? – поинтересовалась эльфийка.
– Миледи... я-я-я, – затрясся казначей. – Я... боюсь, что король заметит пропажу. Вы уверены, что хотите свергнуть его?
– Жалкий трус, я давно всё решила, – разгневалась Еликонида. – Я доверила тебе свои планы. Если подведёшь, Четыре Стихии не спасут тебя от яда. Ты будешь умирать долго и мучительно.
– П-п-понял, – ответил Рустам. – Я принесу деньги... Будьте уверены, миледи.
– А если спросит король?
– Скажу, золото пошло на содержание армии. Он следит за поступлением налогов, а за выделением их на нужды королевства нет.
– Вижу, тебе не впервой воровать из казны, – ухмыльнулась Еликонида. – Чтобы вечером монеты лежали у меня на столе. И помни об осторожности.
Казначей раскланялся, пятясь к выходу. У дверей его поджидала жена Злата, толстая ведьма в пышном оранжевом платье, расшитом яшмой, ониксом и золотом.
– Ч-что ты тут таишься? – вздрогнул Рустам.
– Тебя жду, – буркнула она.
– Тебя могут увидеть стражники, – испугался Рустам. – Они доложат Еликониде, что ты подслушивала, и тогда...
– Да ничего не будет! Ты ей нужен не меньше, чем её армия. Без тебя леди Снэик не получит золота.
– Шёпотом. Говори шёпотом.
– Когда короля свергнем, счёт ей надо предъявить за услуги. Я себе платье хочу с бриллиантами, как у королевы Астрид. Детям сани нужны. Тебе не помешало бы камзол сменить на золотой.
– Это дорого.
– Еликонида оплатит. Я бы награду вперёд потребовала, но ты у меня тряпка!
– Я стараюсь на благо семьи. Тише, пожалуйста.
– Больше надо стараться. Мы леди Снэик та-а-кую услугу оказываем!
– Если Вальтэриан узнает...
– Не бойся. Сделаем всё по-тихому. А как на трон его тётка взойдёт, озолотимся!
– Всё-таки жаль короля. Он вступился за нас, когда крестьяне наш дом разграбили, обвиняя в непомерных налогах.
– Вальтэриан казнил их не ради нас, дурень, а для устрашения народа! Он не ведал, что ты бумаги подделал и налоги по своему усмотрению повысил. Меньшую часть отправлял в казну, большую забирал. Если бы король знал, он бы убил не их, а нас!
– Я ради семьи старался.
– Знаю, знаю. Сиди и помалкивай! Раз начали богатеть, грех не закончить. Глядишь, когда-нибудь королевством править будем!
– Королевством?
– А что? Муженёк, представь, захочет Еликонида на трон сесть, а какой-нибудь лорд воспротивится. Она его уберёт, земли нам отдаст в награду за службу!
– Хорошо бы, ничего не скажешь.
– Поэтому воруй золото и помалкивай.
Обсудив планы, казначей с женой скрылись в коридоре. Еликонида наблюдала за ними через магический портал и думала: «Такие за горсть монет продадут. Доверять им нельзя. Следить придётся, чтобы королю не рассказали о заговоре. Приставлю к Рустаму шпионов... да и к жёнушке его тоже. Больно остра на язык. А как службу сослужат, землю в награду получат. Могильную».
Глава 126
Новая клетка
Вальтэриан стоял у врат обители Нави, без интереса разглядывая стены. Открывать ему не собирались. Ради вежливости он постучал ещё раз. Опять тишина. Конь под ним нетерпеливо фыркнул и заскучал. Король наклонился к его уху и шепнул: «Давай». Конь стал на дыбы и выбил дверь. Она разлетелась в щепки от мощного удара ледяными копытами. Вальтэриан Колд въехал во двор.
К сломанным воротам сбежались навьяны. Те из них, кто владел магией, создали в руках огненные сферы. Остальные принялись молиться. Король обратил на них внимание не больше, чем на назойливых мух. Ухмыльнувшись, он слез с коня и громко произнёс:
– Где леди Беатриса Фаиэ?
– Её здесь нет, – обманул Клык. – Уезжайте!
– Не лги мне, – предупредил Вальтэриан, чувствуя, что ведьма рядом.
Навьяны исподлобья посмотрели на него и затихли.
– Вы знаете, кто я? – вопрошал он, недовольный угрюмым молчанием.
– Знаем, – послышались голоса. – Король-Невестоубийца! Нарушитель законов Четырёх Стихий!
– Странно, что служители Нави обвиняют меня в нарушении правил другой религии, – заметил король, не отрицая убийства невест.
