Дух Путника вскоре сорвался в бег, петляя между деревьев, пробегая по сугробам, в которые не проваливался из-за своей призрачной природы. Райдо бежал за ним, утопая в снегу по пояс, но продолжая пробираться дальше. Порой было особо тяжело выбираться из сугробов, и тогда проводник останавливался, наблюдая за вампиром.
Они всё дальше углублялись в лес, где свет Ангаретт едва-едва пробивался до земли из-за высоких деревьев. На очередном повороте Райдо прислонился плечом к дереву, пытаясь хоть немного выровнять дыхание. Волчий Дух Путника остановился, почувствовав, что незнакомец отстал от него, и обернулся, терпеливо выжидая, когда мужчина, немного отдохнув, пойдёт за ним следом снова.
Вампир всё-таки нашёл в себе силы побежать за своим проводником, но через сугробы ему уже тяжело было пробираться. Деревья начали расступаться перед ними, пока оба ночных путников не вышли на опушку леса, где стояла заброшенная хижина. Она была заметена снегами, покосилась из-за гниющего дерева, и не внушала доверие своим видом. Волк остановился перед чернеющим проёмом хижины, принюхался, а после тихо заворчал, попятившись и давай Райдо войти внутрь первым.
Внутри всё выглядело таким же заброшенным. Но по какому-то наитию вампир подошёл к сугробу внутри хижины и, опустившись на колени, начал разгребать его. Без перчаток его руки уже замерзали, пальцы краснели и плохо гнулись. Мужчина периодически пытался отогреть замерзающие конечности дыханием, но холод потихоньку начал пробираться под его экипировку.
Наконец ногти заскребли по пласту льда, и Райдо различил под ним деревянный люк. Выхватив из-за спины меч, вампир точным ударом разбил лёд, открывая себе путь вниз. Петли люка проржавели и мужчина с трудом откинул тот в сторону, после чего сиганул в неизвестность.
Это был погреб. Покрывшийся изморозью, тихо звеневшей от его шагов в ночной тиши. Райдо понадобилось немного времени, прежде чем его глаза начали видеть в этой темноте. Лишь тогда он увидел круглый щит, выбивавшийся из окружающего его бардака. Мужчина протянул к нему руку и коснулся металлической обивки, оказавшейся весьма тёплой, и это магическое тепло тут же поползло вверх по его руке, распространяясь по всему телу и согревая.
Вампир резко дёрнулся, упав на колени и сжав щит руками. Перед его глазами пролетали размытые образы прошлых воплощений. Это закончилось слишком быстро, с вернувшимся чувством ужаса от того, что он был не один. От ощущения ледяных рук, словно под кожей.
Райдо схватил щит и поторопился выбраться из погреба. Уже когда он отошёл от хижины, то почувствовал, что первобытный страх притупился.
Мужчина огляделся по сторонам и не увидел своего проводника. Выругавшись, вампир побрёл назад по памяти. Ему повезло, что его следы оставались такими же чёткими, несмотря на то, что Ангаретт начали закрывать тучи.
Щит приятно согревал его своей магией, и Райдо шёл не торопясь. Ему удалось набрести на проторенную дорогу и теперь он шёл по ней, иногда разглядывая среди деревьев свой предыдущий путь.
Он заметил мягкий тёплый свет откуда-то сбоку, и повернул голову туда. Алтарь Двенадцати стоял среди деревьев, прикрытый каменной постройкой, защищавшей его от недружелюбной погоды. На каменном алтаре горело двенадцать зажжённых магией свеч, которые никогда не гасли.
Райдо подошёл к алтарю и опустился перед ним на колени. Он думал, что от молитвы могло стать легче и эта тварь хотя бы временно покинет его. Он положил руки на холодный камень алтаря и начал шептать, как казалось, молитву, но слова в его голове путались, он сбивался.
Его голос дрожал, мужчина не понимал, почему не может вспомнить молитвы. Он почувствовал нарастающую тревогу и ужас. Впиваясь дрожащими руками в обледеневший камень, он прислонился к нему лбом, уже просто умоляя об избавлении. Воздух отчего-то сильно холодил щёки, щипал их, и Райдо не сразу понял, что из его глаза покатились слёзы.
Он уже давно забыл, что это такое.
Мужчина задрожал всем телом, его голос сорвался, и он зарыдал уже совсем как мальчишка, отчаянно царапая ногтями ледяную корку на алтаре. От поднявшегося ветра магическое пламя, танцевавшее на свечах, задрожало словно в испуге, уменьшаясь в размерах, будто это могло спасти его от неведомого врага.
— Просто… избавьте меня… от него… — срывающимся голосом сквозь рыдания выдавил Райдо. — Прошу…
С усилившимся ветром вернулось и ощущение ледяных рук под кожей. Вампир почувствовал, как его сердце быстро и гулко забилось в груди. Он вскинул голову, и увидел, как все двенадцать свеч потухли. Та Тьма, что скрывалась где-то за тёплым кругом света, подступила непозволительно близко.
— Нет… Не может быть, — прошептал Райдо, пытаясь резко подорваться на ноги, но потерял опору и упал обратно на колени. У него совсем не оставалось сил. Мужчина перевернулся и попробовал отползти от алтаря. От того начало резко пахнуть серой, тленом и кровью. Давно забытый запах забивал ноздри и пугал. Вампир стремился убраться подальше от этой скверны, и когда почувствовал, как часть сил начала возвращаться к нему — подорвался на ноги, кинувшись обратно к деревне.
Тьма словно смеялась над ним, издевалась. Ангаретт скрылась за тучами, и лишь Тойса показала в предрассветных сумерках свой кровавый лик. Дурное Знамение…
Райдо не помнил, как выбежал к деревне, чуть не падая с ног. Он всё-таки свалился в сугроб, перекатившись в нём на спину и попытался перевести дыхание. В груди всё болело, лёгкие обжигал страшный холод, а сердце словно норовило пробить его грудину. В ногах уже не оставалось силы, они словно стали не его. Мужчина прикрыл глаза, пытаясь успокоить себя тем, что ночь уже отступила.
Он услышал шум. Преодолевая усталость во всём теле, всё-таки сел в сугробе и увидел толпившихся у длинного дома жителей. Сквозь шум толпы досюда долетал и знакомый голос. Валькас что-то доказывал им. Райдо нашёл в себе силы встать, стряхнуть с себя снег и пойти туда. Пробравшись сквозь толпу чуть ближе, он увидел нового знакомого у крыльца.
На нём были вычищенные доспехи, сверкавшие в лучах дневного светила, а в руке он сжимал такой же новенький топор. Вампир вслушался в его слова и понял, что у колодца ночью Валькас решил покончить со всем, что надоело ему.
— Разве может тот, кто отбирает последний кусок у вдов, сирот и стариков, зваться вожаком? — продолжал молодой волколак. Он словно не обращал внимания на вышедшего на крыльцо длинного дома Сверра в сопровождении пары крепких мужиков с топорами. — Разве мы должны мириться с этим?
— Довольно, Валькас, — ухмыльнулся Сверр, прерывая его пылкую речь. — Я тебя понял. Ты давно уже знаешь, в чём дело. Может, ты всё-таки посчитаешь нужным решить это дело мирно? Я не трону тебя, щенок. У тебя же только клыки прорезались, тебе ещё жить бы и жить.
— Я не позволю тебе очернить мою семью, — зарычал Валькас, крепче сжимая топор в руке и оборачиваясь к нему лицом. Глаза его полыхали яростью. — Ты не получишь мою сестру, мразь!
— Уже получил, — он махнул рукой, и из-за его спины другой крепкий мужик вывел ту самую незнакомку. Её руки были связаны за спиной, в глазах застыли слёзы, но она уже не пыталась вырываться. Увидев младшую сестру, волколак начал звереть. — Как видишь, ты можешь лишь отступить и признать своё поражение. Тогда я не трону тебя.
— Ты ещё ответишь. За моего отца и Отсо!
— Неужели ты думаешь, что я убил их? Валькас, я был лучшего о тебе мнения, — притворно удивился Сверр. — Какой же ты глупец. Хочешь оставить мать на старости лет одну? Хорошо. Будь по твоему. Я принимаю твой вызов. Пусть твоя голова станет напоминанием всем о том, что никто не смеет бросать вызов Сверру. — Он протянул руку к одному из своих верных псов, который подал ему топор.
Вожак спустился с крыльца, гордо глядя на Валькаса. Они были примерно одного телосложения и роста, но Сверр был старше и опытнее в драках. Валькас же отличался странной живучестью, выработанной из-за постоянных побоев со стороны других мужиков. Молодой волколак оскалился и приготовился нанести удар первым, но вожак опередил его.
Лезвие топора соскользнуло по его наплечнику, оставляя вмятину. Это был предупреждающий удар. Сверр ещё давал шанс щенку одуматься и не злить матёрого волка. Но щенок был либо ужасно глуп, либо восхитительно упрям, раз снова оскалился и кинулся в бой.
С ярким звоном лезвия их топоров скрестились меж собой. Вожак понял, что Валькас отступать уже не собирался, и в следующий удар вложил куда больше силы, заставляя соперника отшатнуться назад.
Молодой волколак сделал пару резких глубоких вдохов, поднял яростный взгляд хищника на противника и с боевым кличем кинулся на него. Сверр увернулся от удара, тут же ударив кулаком в металлической перчатки по спине щенка. Поскользнувшись на корке льда, молодой мужчина упал на живот, но смог быстро перекатиться на спину, чтобы встретить следующий удар лицом к лицу. Ему удалось отбить прицельный удар, и он схватился за руку Сверра, чтобы или уронить его на снег, или резко подняться самому. Вожак оказался крепким — он не упал, зато Валькас смог подорваться на ноги, за что тут же получил удар поддых. Охнув, он сделал пару шагов назад, но получил удар древком по виску. Перед глазами у него потемнело и молодой мужчина завалился обратно на снег.
Его сестра с ужасом наблюдала за этим. Она не могла кинуться ему на помощь — она была куда слабее Сверра, да и этот мужик, что держал её, так просто не отпустит.
Райдо понял, что Сверр хотел убить Валькаса. Вожак в гневе пнул его по рёбрам, металл брони гулко зазвенел. Вампир неосознанно выхватил Щит Тени из-за спины. Горячая энергия пробежалась по его телу, и когда он посмотрел на свои руки, то увидел, что те обратились в чёрную дымку. А время вокруг остановилось.
Догадка к нему пришла сама. Райдо кинулся к сражавшимся и преградил удар топора Сверра щитом, а после резко двинул тем вперёд, как бы отбивая застывший в воздухе удар. Когда он ослабил хватку на щите, то снова очутился среди толпы, а вожак неожиданно пошатнулся и упал назад, выпустив топор из внезапно ослабевших рук.
Тот воткнулся в его голову, раскраивая череп, и рукоять топора застыла у вожака над лицом. Кровь из раны потекла в остекленевшие глаза.
Верные псы Сверра гневно зарычали. Тот, что держал сестру Валькаса, резко откинул её в сторону. Девушка упала на крылец, больно ударившись о пол, но смогла выпутать руки из верёвок. Она кинулась к своему брату, чтобы преградить его своим телом.
— Не трогайте его! — срывавшимся от отчаяния голосом прокричала она. Но этим псам не было дела до неё. Её грубо схватили за белую косу и попытались за неё же оттащить. Валькас снова зарычал и подорвался на ноги, чтобы защитить свою сестру.
— Он одержал победу в честном бою! — крикнул кто-то из толпы. Толпа зашумела, и некоторые жители даже пошли к ним, чтобы встать на защиту того, кого ещё недавно называли ведьмачьим ублюдком.
Райдо сам вышел вперёд и перехватил руку того, кто схватил сестру нового знакомого за косу.
— Лучше тебе отступить, — прохрипел вампир этому волколаку, а когда тот зарычал, просто ударил кулаком его по носу, осторожно обхватил девушку за плечи и мягко подтолкнул в сторону других жителей. — Лучше уходи. Я разберусь.
Из длинного дома выбежали Вика и Хагалаз. Увидев, что Райдо сцепился в одним из мужиков, они сразу поняли, на чьей должны были быть стороне. Виктория кинулась в драку и, выпустив скрытый клинок, пронзила им руку того, кто попытался атаковать Валькаса. Волколак завыл от боли, но тут же получил второй удар уже кулаком в живот.
Хагалаз выхватил посох из-за спины. Он не хотел колдовать, но лишь сделал вид, что готовился прочитать заклинание. И это подействовало на нападавших гораздо лучше кулаков и оружия. Магии многие волколаки панически боялись.
Заскулив, словно побитые собаки, эти псы поспешили отойти подальше.
— Уходите и не возвращайтесь сюда, — крикнул Повелитель Душ. Мужики сорвались на бег. Теперь, после смерти Сверра, их никто не будет здесь уважать.
Валькас выпрямился во весь рост и удивлённо посмотрел на труп бывшего вожака. Кто-то в толпе выкрикнул, что теперь он, Валькас, и будет новым вожаком. Другие подхватили это, и молодой мужчина с улыбкой посмотрел на них.
— Братишка! — его младшая сестра выбежала к нему, теперь полностью уверенная, что ему не грозит смерть. Валькас подхватил её на руку, словно дитя, и закружил, радостно смеясь. — Спасибо, Райдо… — сквозь слёзы, выдавила она, обращаясь к Волчьему Духу Путника, что наверняка защитил её брата. Вампир вздрогнул, услышав это имя, но понял, что обращались не к нему.
— Он ничего тебе не сделал? — поставив сестру обратно на снег, поинтересовался мужчина.
— Нет. Только притащил к себе и сказал, что как убьёт тебя, то… — она поджала губы, и тогда Валькас стёр руками слёзы у неё на щеках и поцеловал в макушку.
— Больше тебе ничего не грозит, Валка. Я с тобой. — Он поднял взгляд на пришельцев, один из которых и подал ему эту идею бросить вызов вожаку. Невольно, сам того не подозревая. — Спасибо вам, — улыбнулся волколак.
— Теперь ты станешь вожаком? — поинтересовалась Вика. Валькас кивнул. — Что же, поздравляю? Мы всё ещё можем остаться в вашей деревне?
— Разумеется.
Зима подобралась к Орэдне незаметно, покрыв инеем древний камень, перетерпевший не одну сотню бурь. Ведьмаки уже давно были готовы к зиме. Запасены необходимые ингредиенты, провизия и зелья. Предупреждены ведьмовские кланы о небезопасности на дорогах. Теперь увидятся они только весной, когда раскрыть их тайные тропы чужакам не получится.
Молодняк был отпущен с занятий и сейчас играл в стенах крепости, пока многие старшие ведьмаки занимались своими делами. Ауррис снова решил проверить способности Менсиса, поставив его одного против десяти ведьмаков.
Мастер-ведьмак наблюдал за всем с того самого балкончика, пока Феррунес крутился в кругу своих противников, демонстрируя куда более лучшие навыки боя.
Менсис с лёгкостью уходил от ударов мечей, уворачивался от большинства рун и сам пользовался ими. Он уже уверенно владел руной Эйваз, закрывая себя магическими щитами от рун противников. Вполне справлялся с руной Иса, замораживая неприятелей.
Глядя на Феррунеса, Ауррис невольно вспоминал его отца. Аргентиус был его любимым учеником, и весьма способным. Какие-то его таланты всё-таки передались его сыну, что не могло не радовать старика. Феррунес станет достойным преемником, настоящим мастером-ведьмаком в будущем и воспитает поколения таких же способных.
С каждым разом молодой ученик держался всё дольше и дольше. В этот раз ведьмакам пришлось постараться, чтобы вымотать его, прежде чем они смогли нанести несколько ударов плашмя по нему — в реальном бою то были бы удары, от которых он погиб бы.
— Достаточно! — крикнул Ауррис, и все во дворе обратили свои взоры к нему. — Феррунес, ты стал более способным, — улыбнулся старик. — Ты достойный сын своего отца.
— Спасибо, — кивнул Менсис. Он всё никак не мог привыкнуть к своему настоящему имени.
— Сегодня можешь уже отдохнуть. Завтра продолжим твои тренировки, — мастер-ведьмак скрылся в тёмном проёме двери.
Ведьмаки разошлись по своим делам, и Менсис направился в трапезную, чтобы восстановить силы после утомительного боя.
Они всё дальше углублялись в лес, где свет Ангаретт едва-едва пробивался до земли из-за высоких деревьев. На очередном повороте Райдо прислонился плечом к дереву, пытаясь хоть немного выровнять дыхание. Волчий Дух Путника остановился, почувствовав, что незнакомец отстал от него, и обернулся, терпеливо выжидая, когда мужчина, немного отдохнув, пойдёт за ним следом снова.
Вампир всё-таки нашёл в себе силы побежать за своим проводником, но через сугробы ему уже тяжело было пробираться. Деревья начали расступаться перед ними, пока оба ночных путников не вышли на опушку леса, где стояла заброшенная хижина. Она была заметена снегами, покосилась из-за гниющего дерева, и не внушала доверие своим видом. Волк остановился перед чернеющим проёмом хижины, принюхался, а после тихо заворчал, попятившись и давай Райдо войти внутрь первым.
Внутри всё выглядело таким же заброшенным. Но по какому-то наитию вампир подошёл к сугробу внутри хижины и, опустившись на колени, начал разгребать его. Без перчаток его руки уже замерзали, пальцы краснели и плохо гнулись. Мужчина периодически пытался отогреть замерзающие конечности дыханием, но холод потихоньку начал пробираться под его экипировку.
Наконец ногти заскребли по пласту льда, и Райдо различил под ним деревянный люк. Выхватив из-за спины меч, вампир точным ударом разбил лёд, открывая себе путь вниз. Петли люка проржавели и мужчина с трудом откинул тот в сторону, после чего сиганул в неизвестность.
Это был погреб. Покрывшийся изморозью, тихо звеневшей от его шагов в ночной тиши. Райдо понадобилось немного времени, прежде чем его глаза начали видеть в этой темноте. Лишь тогда он увидел круглый щит, выбивавшийся из окружающего его бардака. Мужчина протянул к нему руку и коснулся металлической обивки, оказавшейся весьма тёплой, и это магическое тепло тут же поползло вверх по его руке, распространяясь по всему телу и согревая.
Вампир резко дёрнулся, упав на колени и сжав щит руками. Перед его глазами пролетали размытые образы прошлых воплощений. Это закончилось слишком быстро, с вернувшимся чувством ужаса от того, что он был не один. От ощущения ледяных рук, словно под кожей.
Райдо схватил щит и поторопился выбраться из погреба. Уже когда он отошёл от хижины, то почувствовал, что первобытный страх притупился.
Мужчина огляделся по сторонам и не увидел своего проводника. Выругавшись, вампир побрёл назад по памяти. Ему повезло, что его следы оставались такими же чёткими, несмотря на то, что Ангаретт начали закрывать тучи.
Щит приятно согревал его своей магией, и Райдо шёл не торопясь. Ему удалось набрести на проторенную дорогу и теперь он шёл по ней, иногда разглядывая среди деревьев свой предыдущий путь.
Он заметил мягкий тёплый свет откуда-то сбоку, и повернул голову туда. Алтарь Двенадцати стоял среди деревьев, прикрытый каменной постройкой, защищавшей его от недружелюбной погоды. На каменном алтаре горело двенадцать зажжённых магией свеч, которые никогда не гасли.
Райдо подошёл к алтарю и опустился перед ним на колени. Он думал, что от молитвы могло стать легче и эта тварь хотя бы временно покинет его. Он положил руки на холодный камень алтаря и начал шептать, как казалось, молитву, но слова в его голове путались, он сбивался.
Его голос дрожал, мужчина не понимал, почему не может вспомнить молитвы. Он почувствовал нарастающую тревогу и ужас. Впиваясь дрожащими руками в обледеневший камень, он прислонился к нему лбом, уже просто умоляя об избавлении. Воздух отчего-то сильно холодил щёки, щипал их, и Райдо не сразу понял, что из его глаза покатились слёзы.
Он уже давно забыл, что это такое.
Мужчина задрожал всем телом, его голос сорвался, и он зарыдал уже совсем как мальчишка, отчаянно царапая ногтями ледяную корку на алтаре. От поднявшегося ветра магическое пламя, танцевавшее на свечах, задрожало словно в испуге, уменьшаясь в размерах, будто это могло спасти его от неведомого врага.
— Просто… избавьте меня… от него… — срывающимся голосом сквозь рыдания выдавил Райдо. — Прошу…
С усилившимся ветром вернулось и ощущение ледяных рук под кожей. Вампир почувствовал, как его сердце быстро и гулко забилось в груди. Он вскинул голову, и увидел, как все двенадцать свеч потухли. Та Тьма, что скрывалась где-то за тёплым кругом света, подступила непозволительно близко.
— Нет… Не может быть, — прошептал Райдо, пытаясь резко подорваться на ноги, но потерял опору и упал обратно на колени. У него совсем не оставалось сил. Мужчина перевернулся и попробовал отползти от алтаря. От того начало резко пахнуть серой, тленом и кровью. Давно забытый запах забивал ноздри и пугал. Вампир стремился убраться подальше от этой скверны, и когда почувствовал, как часть сил начала возвращаться к нему — подорвался на ноги, кинувшись обратно к деревне.
Тьма словно смеялась над ним, издевалась. Ангаретт скрылась за тучами, и лишь Тойса показала в предрассветных сумерках свой кровавый лик. Дурное Знамение…
Райдо не помнил, как выбежал к деревне, чуть не падая с ног. Он всё-таки свалился в сугроб, перекатившись в нём на спину и попытался перевести дыхание. В груди всё болело, лёгкие обжигал страшный холод, а сердце словно норовило пробить его грудину. В ногах уже не оставалось силы, они словно стали не его. Мужчина прикрыл глаза, пытаясь успокоить себя тем, что ночь уже отступила.
Он услышал шум. Преодолевая усталость во всём теле, всё-таки сел в сугробе и увидел толпившихся у длинного дома жителей. Сквозь шум толпы досюда долетал и знакомый голос. Валькас что-то доказывал им. Райдо нашёл в себе силы встать, стряхнуть с себя снег и пойти туда. Пробравшись сквозь толпу чуть ближе, он увидел нового знакомого у крыльца.
На нём были вычищенные доспехи, сверкавшие в лучах дневного светила, а в руке он сжимал такой же новенький топор. Вампир вслушался в его слова и понял, что у колодца ночью Валькас решил покончить со всем, что надоело ему.
— Разве может тот, кто отбирает последний кусок у вдов, сирот и стариков, зваться вожаком? — продолжал молодой волколак. Он словно не обращал внимания на вышедшего на крыльцо длинного дома Сверра в сопровождении пары крепких мужиков с топорами. — Разве мы должны мириться с этим?
— Довольно, Валькас, — ухмыльнулся Сверр, прерывая его пылкую речь. — Я тебя понял. Ты давно уже знаешь, в чём дело. Может, ты всё-таки посчитаешь нужным решить это дело мирно? Я не трону тебя, щенок. У тебя же только клыки прорезались, тебе ещё жить бы и жить.
— Я не позволю тебе очернить мою семью, — зарычал Валькас, крепче сжимая топор в руке и оборачиваясь к нему лицом. Глаза его полыхали яростью. — Ты не получишь мою сестру, мразь!
— Уже получил, — он махнул рукой, и из-за его спины другой крепкий мужик вывел ту самую незнакомку. Её руки были связаны за спиной, в глазах застыли слёзы, но она уже не пыталась вырываться. Увидев младшую сестру, волколак начал звереть. — Как видишь, ты можешь лишь отступить и признать своё поражение. Тогда я не трону тебя.
— Ты ещё ответишь. За моего отца и Отсо!
— Неужели ты думаешь, что я убил их? Валькас, я был лучшего о тебе мнения, — притворно удивился Сверр. — Какой же ты глупец. Хочешь оставить мать на старости лет одну? Хорошо. Будь по твоему. Я принимаю твой вызов. Пусть твоя голова станет напоминанием всем о том, что никто не смеет бросать вызов Сверру. — Он протянул руку к одному из своих верных псов, который подал ему топор.
Вожак спустился с крыльца, гордо глядя на Валькаса. Они были примерно одного телосложения и роста, но Сверр был старше и опытнее в драках. Валькас же отличался странной живучестью, выработанной из-за постоянных побоев со стороны других мужиков. Молодой волколак оскалился и приготовился нанести удар первым, но вожак опередил его.
Лезвие топора соскользнуло по его наплечнику, оставляя вмятину. Это был предупреждающий удар. Сверр ещё давал шанс щенку одуматься и не злить матёрого волка. Но щенок был либо ужасно глуп, либо восхитительно упрям, раз снова оскалился и кинулся в бой.
С ярким звоном лезвия их топоров скрестились меж собой. Вожак понял, что Валькас отступать уже не собирался, и в следующий удар вложил куда больше силы, заставляя соперника отшатнуться назад.
Молодой волколак сделал пару резких глубоких вдохов, поднял яростный взгляд хищника на противника и с боевым кличем кинулся на него. Сверр увернулся от удара, тут же ударив кулаком в металлической перчатки по спине щенка. Поскользнувшись на корке льда, молодой мужчина упал на живот, но смог быстро перекатиться на спину, чтобы встретить следующий удар лицом к лицу. Ему удалось отбить прицельный удар, и он схватился за руку Сверра, чтобы или уронить его на снег, или резко подняться самому. Вожак оказался крепким — он не упал, зато Валькас смог подорваться на ноги, за что тут же получил удар поддых. Охнув, он сделал пару шагов назад, но получил удар древком по виску. Перед глазами у него потемнело и молодой мужчина завалился обратно на снег.
Его сестра с ужасом наблюдала за этим. Она не могла кинуться ему на помощь — она была куда слабее Сверра, да и этот мужик, что держал её, так просто не отпустит.
Райдо понял, что Сверр хотел убить Валькаса. Вожак в гневе пнул его по рёбрам, металл брони гулко зазвенел. Вампир неосознанно выхватил Щит Тени из-за спины. Горячая энергия пробежалась по его телу, и когда он посмотрел на свои руки, то увидел, что те обратились в чёрную дымку. А время вокруг остановилось.
Догадка к нему пришла сама. Райдо кинулся к сражавшимся и преградил удар топора Сверра щитом, а после резко двинул тем вперёд, как бы отбивая застывший в воздухе удар. Когда он ослабил хватку на щите, то снова очутился среди толпы, а вожак неожиданно пошатнулся и упал назад, выпустив топор из внезапно ослабевших рук.
Тот воткнулся в его голову, раскраивая череп, и рукоять топора застыла у вожака над лицом. Кровь из раны потекла в остекленевшие глаза.
Верные псы Сверра гневно зарычали. Тот, что держал сестру Валькаса, резко откинул её в сторону. Девушка упала на крылец, больно ударившись о пол, но смогла выпутать руки из верёвок. Она кинулась к своему брату, чтобы преградить его своим телом.
— Не трогайте его! — срывавшимся от отчаяния голосом прокричала она. Но этим псам не было дела до неё. Её грубо схватили за белую косу и попытались за неё же оттащить. Валькас снова зарычал и подорвался на ноги, чтобы защитить свою сестру.
— Он одержал победу в честном бою! — крикнул кто-то из толпы. Толпа зашумела, и некоторые жители даже пошли к ним, чтобы встать на защиту того, кого ещё недавно называли ведьмачьим ублюдком.
Райдо сам вышел вперёд и перехватил руку того, кто схватил сестру нового знакомого за косу.
— Лучше тебе отступить, — прохрипел вампир этому волколаку, а когда тот зарычал, просто ударил кулаком его по носу, осторожно обхватил девушку за плечи и мягко подтолкнул в сторону других жителей. — Лучше уходи. Я разберусь.
Из длинного дома выбежали Вика и Хагалаз. Увидев, что Райдо сцепился в одним из мужиков, они сразу поняли, на чьей должны были быть стороне. Виктория кинулась в драку и, выпустив скрытый клинок, пронзила им руку того, кто попытался атаковать Валькаса. Волколак завыл от боли, но тут же получил второй удар уже кулаком в живот.
Хагалаз выхватил посох из-за спины. Он не хотел колдовать, но лишь сделал вид, что готовился прочитать заклинание. И это подействовало на нападавших гораздо лучше кулаков и оружия. Магии многие волколаки панически боялись.
Заскулив, словно побитые собаки, эти псы поспешили отойти подальше.
— Уходите и не возвращайтесь сюда, — крикнул Повелитель Душ. Мужики сорвались на бег. Теперь, после смерти Сверра, их никто не будет здесь уважать.
Валькас выпрямился во весь рост и удивлённо посмотрел на труп бывшего вожака. Кто-то в толпе выкрикнул, что теперь он, Валькас, и будет новым вожаком. Другие подхватили это, и молодой мужчина с улыбкой посмотрел на них.
— Братишка! — его младшая сестра выбежала к нему, теперь полностью уверенная, что ему не грозит смерть. Валькас подхватил её на руку, словно дитя, и закружил, радостно смеясь. — Спасибо, Райдо… — сквозь слёзы, выдавила она, обращаясь к Волчьему Духу Путника, что наверняка защитил её брата. Вампир вздрогнул, услышав это имя, но понял, что обращались не к нему.
— Он ничего тебе не сделал? — поставив сестру обратно на снег, поинтересовался мужчина.
— Нет. Только притащил к себе и сказал, что как убьёт тебя, то… — она поджала губы, и тогда Валькас стёр руками слёзы у неё на щеках и поцеловал в макушку.
— Больше тебе ничего не грозит, Валка. Я с тобой. — Он поднял взгляд на пришельцев, один из которых и подал ему эту идею бросить вызов вожаку. Невольно, сам того не подозревая. — Спасибо вам, — улыбнулся волколак.
— Теперь ты станешь вожаком? — поинтересовалась Вика. Валькас кивнул. — Что же, поздравляю? Мы всё ещё можем остаться в вашей деревне?
— Разумеется.
***
Зима подобралась к Орэдне незаметно, покрыв инеем древний камень, перетерпевший не одну сотню бурь. Ведьмаки уже давно были готовы к зиме. Запасены необходимые ингредиенты, провизия и зелья. Предупреждены ведьмовские кланы о небезопасности на дорогах. Теперь увидятся они только весной, когда раскрыть их тайные тропы чужакам не получится.
Молодняк был отпущен с занятий и сейчас играл в стенах крепости, пока многие старшие ведьмаки занимались своими делами. Ауррис снова решил проверить способности Менсиса, поставив его одного против десяти ведьмаков.
Мастер-ведьмак наблюдал за всем с того самого балкончика, пока Феррунес крутился в кругу своих противников, демонстрируя куда более лучшие навыки боя.
Менсис с лёгкостью уходил от ударов мечей, уворачивался от большинства рун и сам пользовался ими. Он уже уверенно владел руной Эйваз, закрывая себя магическими щитами от рун противников. Вполне справлялся с руной Иса, замораживая неприятелей.
Глядя на Феррунеса, Ауррис невольно вспоминал его отца. Аргентиус был его любимым учеником, и весьма способным. Какие-то его таланты всё-таки передались его сыну, что не могло не радовать старика. Феррунес станет достойным преемником, настоящим мастером-ведьмаком в будущем и воспитает поколения таких же способных.
С каждым разом молодой ученик держался всё дольше и дольше. В этот раз ведьмакам пришлось постараться, чтобы вымотать его, прежде чем они смогли нанести несколько ударов плашмя по нему — в реальном бою то были бы удары, от которых он погиб бы.
— Достаточно! — крикнул Ауррис, и все во дворе обратили свои взоры к нему. — Феррунес, ты стал более способным, — улыбнулся старик. — Ты достойный сын своего отца.
— Спасибо, — кивнул Менсис. Он всё никак не мог привыкнуть к своему настоящему имени.
— Сегодня можешь уже отдохнуть. Завтра продолжим твои тренировки, — мастер-ведьмак скрылся в тёмном проёме двери.
Ведьмаки разошлись по своим делам, и Менсис направился в трапезную, чтобы восстановить силы после утомительного боя.
