- Как нет? Почему пусто? – возмутилась она, пошарив для надежности рукой в небольшом отверстии, даже не скрывая, для чего она так сюда рвалась. - А как же ..
- Это «как же» исчезает отсюда, едва появившись. Надеюсь, не возможность вашего желания поживиться за мой счёт более чем очевидна?
- Почему это за чужой счёт? Всё время существования Карминь здесь хранятся рюмей на содержание хозяйки замка! Ты что, уже всё растранжирила не пойми на что? Куда ты могла потратить такую сумму, если даже ни одного достойного платья нет?!
Я смотрела на почти трясущуюся от злости дамочку и не могла поверить в происходящее. Она что, действительно думала, что может вот так приехать сюда и спокойно заграбастать причитающиеся мне деньги? Это такая наивная простота или чрезмерная наглая самоуверенность? Или она думала, что раз я ещё такая юная, то и не замечу пропажи или не придам никакого значения, боясь сказать что-то против свекрухи? Нет, ну не может же такого быть? Она же не знала Лизабель и раньше с ней не виделась. Значит всё же наглость – второе счастье. Ну, уж, извините Аллийя, но не в этот раз. В этом месте вам не обломится.
- Вы абсолютно правильно заметили, гранда Аллийя, - закрывая тайничок и возвращаясь на своё место, ответила я. – Для хозяйки замка Карминь. И только из уважения к вашему достопочтенному возрасту, позволю себе напомнить вам ещё раз, что хозяйкой этого замка являюсь я – гранда Лизабель Карминьяр. Вы ей были когда-то, но сейчас вы всего лишь гостья в этом замке. Поэтому, где, куда и как я трачу свои рюмей, к вам не имеет никакого отношения, как и то, какие платья у меня есть, а каких нет.
Интересно, чем ей не нравится моё новое шерстяное платье, недавно пошитое по моим наброскам. Да, тёмное, но вместе с надетой сверху ажурной светлой жилеткой, кстати, связанной своими руками во время вечерних посиделок, смотрится оно очень достойно. Но главное оно тёплое и удобное, а на данный момент это всё, что мне нужно от одежды.
- О, Аллийя, и ты тут? Может вы потом побеседуете на столь важную и неотложную тему борох … эм, одежды, а то мне нужно поговорить с Лизабель? – вошёл в комнату без стука дядюшка.
Свекровь недовольно взглянула на него и, бросив грустный многозначительный взгляд на место хранения её растаявшего желания обогащения за чужой счёт, вышла из управской.
Дядюшка уселся за стол напротив меня. В комнату зашли два его сопровождающих и уселись на небольшой диванчик у окна.
Это что же, они собираются вот так со мной беседовать?
Я поднялась, подошла к двери, открыла её и увидев поодаль стоявшую Ниссу попросила её пригласить Матфейя с Фролом и кого-нибудь из моих компаньонок.
Не думал же дядюшка, что во время такого важного разговора, да и любого разговора, я останусь в комнате за закрытой дверью с тремя мужиками? И не важно, что один из них типа мой родственник, ну и тсаарский посланник по совместительству. Так то, он лицо официальное, но мужское. А нам таких лиц, пока одно законное где-то постигает науку управления, не надо. Да хоть и сам тсаар! Мне такой подставы не нать. Доказывай потом, если что, что « я не я и лошадь не моя», а скорее свинья, которую мне тут собираются подложить. Не-не, я хорошая ученица, поэтому … Или так, или никак!
- А зачем тут Матфей? Он здесь совсем не нужен, - недовольно поморщившись констатировал дядюшка.
Понятно, что «скрипач не нужен», только вот мне играть, поэтому и скрипку, на которой собираюсь солировать, выбираю я, а не дядюшка… Кто ж спрашивает зрителей, которые уже пришли на концерт и заняли свои места? Так что - проблемы индейцев - шерифа не волнуют. Радовался бы, что я вообще с ним согласилась побеседовать, а то ведь могла и резко прихворнуть, и уйти на больничный денька так на… на пару-тройку, пока у дядюшки пар из ушей не повалил бы от радостного ожидания.
Оставив дверь приоткрытой, я прошла на своё место, оставив вопрос родственника открытым, то есть проигнорив его. Через какое-то время вошли приглашённые на душевную беседу и начался допрос с пристрастием.
Дядюшку, который медленно обвёл грозным взглядом всех новоприбывших, словно обещая все кары небесные за разглашение, интересовало всё, начиная от монет с цифрами и заканчивая местным самогоном.
А что я? Если с какими-то простыми вещами, как мой метр, например, то ссылалась на «ведь так же удобней», а вот про горячительный напиток … Ну что я могла сказать? Что люди достойно или просто пережившие девяностые в нашей стране могут если не всё, то почти всё, а про кашу из топора вообще из покон веков знают, так что завести бражку и сделать простенький аппаратик на коленке – и не такое могём, делаем и практикуем. Только вот такие объяснения вряд ли будут понятны уважаемому гранду.
- Скажите, дядюшка, а чем вам не понравились мои новые вещи, блюда и напитки?
- Напитки? О каких напитках я ещё не знаю? – не понимая, о чём речь, спросил гранд.
- Как, а разве вы не пробовали самогон? – указала я на небольшой глиняный прототип бутылки плотно закрытый самодельной деревянной пробкой, обмотанной льняной тряпицей.
- А это что, можно пить? – удивился дядюшка?
Я посмотрела на Матфейя, который был в курсе того, что новый полученный продукт можно было поджигать (я так сначала проверяла крепость – горит-не горит и синий огонь или зелёный), использовать для внешнего растирания при простуде и внутреннего для «расширения сосудов», опять же зима на носу, ну и для обеззараживания. Моё доверенное лицо едва заметно отрицательно качнуло головой. Ну, что ж, самое время провести дегустацию.
Я позвала Ниссу и попросила принести местные кружки и немного тонко порезанной ветчины. Затем я разлила напиток и предложила всем попробовать. Присутствующая здесь компаньонка вежливо отказалась. Ну, ничего, дядьке больше достанется.
Так как запах был не очень чтобы очень, пришлось для наглядности выпить самой, немножко, но так, чтобы было видно, что все пьём из одной емкости. Сказала, что им с дороги как раз подойдёт такой напиток, чтобы и согреться, и снять усталость, да и вообще – для души… Сама же я не была в дороге, да и дева юная, поэтому только чуть-чуть. Сказала сразу, что выпить нужно всё одним махом и потом можно закусить долькой соленой ветчины.
У каждого в кружке было грамм по сто пятьдесят, не больше, а вот дядьке я специально налила побольше – тсаарский посланник, однако.
Первым махнул «рюмочку» Матфей и даже не поморщился. Он уже знал, что это такое и какой может быть эффект. Я ему рассказывала и наказала строго-настрого следить за тем, чтобы рецепт и способ производства этого горючего зелья не ушел в народ. Мы его если и будем продавать, то только куда подальше. Мне в уделе нужны умельцы и хорошие работники, а не пьяницы.
Глядя на Матфейя и другие последовали его примеру. Нет, никого с ног не сшибло. Мужики они все были здоровые и крепкие, но … усталость с дороги и тепло камина сделали своё дело, поэтому весёлая компания дружно отправилась опочивать, дабы некоторые не то что почти лыка не вязали, но и для продолжения серьёзного разговора были уже не в том состоянии. Получилось, как в поговорке «факир был пьян и фокус не удался». Допрос с пристрастием получил полный разгром, почти как в песне «Изольда Романовна - Борька – пять ноль».
День закончился даже лучше, чем я ожидала. После такого позорного поражения мне теперь есть, что сказать дядьке.
Уходя спать, я попросила Ниссу передать Манье, чтобы приготовила капустный рассол. Так, на всякий пожарный.
Не знаю, как там дядька и Ко, но я в эту ночь спала так хорошо, как никогда раньше. Я даже видела цветные сны. Жаль, что не запомнила.
Первую половину дня я занималась своими обычными делами поэтому с гостями и родственниками так и не пересеклась ни на завтраке, на котором ни дядька и Ко, ни свекровь и семья, так и не появились всю первую половину дня.
А дел было много, и мы с Аграффой, Ниссой и Ивой носились как угорелые подготавливаясь к празднованию местного начала зимы - праздничной ночи, называемой здесь сельстит. Что это такое мне как раз и предстояло увидеть воочию сегодня. Праздновался этот день, а вернее ночь, пышно с песнями и плясками на площади главного города грандства, более спокойно в вече и уж совсем по-домашнему – по-семейному в замке. Нужно было подготовить место на площадке самой высокой башни и очень хлебосольный стол, чтобы всего было вдоволь и всем хватило места. Всё это я поняла, слушая разговоры местных с нормальной памятью, ну и делала вид, словно я уже в курсе и что-то ещё помню из детства.
Еще раньше, когда заходила речь о таком знаменательном дне, у меня спрашивали, где я собираюсь праздновать сельстит. Больше всего это интересовало Еремейя, потому что ему нужно было организовать мне служивых в сопровождение для охраны, если я надумаю ехать в Карминь, а учитывая их небольшое количество и такое же как и у всех желание отпраздновать, сделать это было не так-то и просто. Конечно мне хотелось бы посмотреть как тут проходят праздники, тем более это был мой самый первый в этом мире и в этой жизни, но … Наученная горьким опытом с томником, я всё же решила не рисковать.
Где гарантии того, что если мне уже повезло один раз, то повезёт и второй? Проверять своё везение и дергать судьбу «за усы», тем более ехать на праздник в Карминь одной без своего союзника, я не хотела. Конечно, было бы интересно посмотреть, но … Да тут ещё и дети, которым было интересно побывать на площадке самой верхней башни вместе со всеми, спрашивали, остаюсь ли я. Если я не останусь, то и их, и всех остальных никто туда не пустит – без хозяина или хозяйки нельзя. Вот я и решила остаться дома хотя бы для того, чтобы узнать почему всем так хочется побывать на этой площадке.
Ну да, теперь это мой дом, к которому я уже почти привыкла. А куда деваться? Раз уж так всё получилось то… Надо жить! Меня всё ещё посещали мысли о том, что может это я сплю и вдруг проснусь … Правда, уже всё реже и реже. Поэтому я и воспринимала себя как местную знатную одажиоанку гранду Лизабель Карминьяр. Вот и занималась приготовлениями, а скорее контролем и одобрением того, что делали Аграффа и Ко.
Свекруха с семьёй, кстати, собиралась отбыть в город – там веселее. Ну, что ж, а нам и тут будет не скучно, во всяком случае мне, потому что это что-то новое и неизвестное.
- Лизабель, - приостановил мою бурную деятельность дядюшка, который выглядел бодрячком. – Мы так и не поговорили вчера, а мне уже завтра уезжать, чтобы добраться до Демии ещё до времени метелей. Как я буду отвечать перед нашим Высочайшим Величеством, если ничего не решено?
- А что нужно решить, дядюшка? У меня сейчас и времени на разговор нет, мы тут заняты приготовлениями к празднованию сельстита, - попыталась я отделаться от надоедливого родственника.
- У тебя нет времени, а у нашего тсаара значит есть? Или ты думаешь, что я сюда приехал просто посмотреть на наличие замка на своём месте? Думаешь я не знаю, что после отбытия Аллийи в Демию тут остались только стены? И это потому, что их просто невозможно с собой увезти. А ты, совсем недавно став хозяйкой, уже почти весь замок обставила, да ещё и как! Да и вообще….
Пришлось оторваться от столь увлекательного занятия как приготовления к празднику и уделить немного времени дядюшке. По нему было видно, что не отстанет.
Мы, всё в том же составе, опять сидели в управской. Борьян, конечно, хотел с глазу на глаз со мной пообщаться, но я ему такой возможности не дала. Ну и что, что мы родственники. Не положено! Да и мало ли… такую беседу лучше вести при свидетелях.
- Я бы хотел, - как-то медленно и явно подбирая слова начал дядюшка. - Чтобы всё, что тут увидел… И попробовал… Из твоих новых задумок … Ты отдала в единое владение Октрийи и только под длань нашего Высочайшего Величества Иоана Рюмейского VII.
Очень хорошее предложение, а главное своевременное. У меня голова забита предвкушением праздника, а он хочет с кондачка такой серьезный вопрос решить. Под длань — это в безвозмездное пользование или ещё как? Скорее всего так: было ваше – стало наше и за просто так.
Это что же он, хочет забрать с собой всё что мы тут уже сделали? Все наши замки, стулья, кресла, вилки ложки и самовар? Из-за этого и весь сыр бор? Не хотелось бы всё отдавать, но … Если он сразу же уедет, то пусть забирает! Прямо так и хотелось сказать: «Да забирайте всё – грандство не обеднеет, а мы себе ещё сделаем, и даже лучше!»
Нет, два уже имеющихся замка и единственный самовар я не отдам, а всё остальное …
Я уже было хотела дать своё добро, типа, забирайте, забирайте и поскорее проваливайте, то есть восвояси отбывайте, как услышала вопрос Матфейя:
- А что лично гранда Лизабель получит за разрешение отдать в единое владение свои задумки?
Дядюшка недовольно зыркнул на него, но ничего не сказал, а Матфей продолжил:
- Конечно, гранд Карминьяр, гранда теперь ваша родственница, только вот все задумки были её и все местные это подтвердят. У неё же ещё есть в родстве и южане – отец и его семья. Бранн Риссталь может оспорить, да и бранн Севериян уже завтра ждёт ответа гранды, поэтому нужно бы договор заключить в вече на слове гранды, как и положено.
Я ещё не совсем понимала, зачем нужен договор, да ещё и на моём слове… Интересно, на каком? Что-то типа «со всем или на всё согласна»? Только вот на что? Тут нужно всё хорошо обговорить. Не зря я наняла Матфейя! Я бы уже на всё согласилась, лишь бы избавиться от родственничка и его безмолвных теней, которых мне даже и не представили, а он опытнее в подобных делах и знает за что свои рюмей получает.
Пришлось ехать в вече, где и заключили договор на выгодных для меня условиях.
Мы могли сами делать в Уречье или в замке все мои задумки и новые изобретения для себя и продавать их только на торге в Кармине, а всё массовое производство и сбыт для страны и за границу брала на себя корона, которая должна мне отчислять всего лишь две части от десяти. И то, это Матфей выторговал, потому что дядька настаивал на одной. Я пока ещё плохо представляла сколько это – мало или много, но, подумав, решила особо не наглеть и соглашаться. Лучше уж синица в руку, а то …. Где я и где корона?
В этот договор не входила уже выпускаемая древяльщиками мебель, ну и заказанные накануне санки с лыжами, на которые уже был договор в вече и наше рукоделие с новыми блюдами. Ещё нам разрешили немного производить самогон – чисто в медицинских целях, от простуды. Всё остальное и все новые задумки становились по этому договору достоянием короны, то бишь страны. Как только придёт умная мысля, то бишь задумка, так сразу нужно представить её в вече. И всё – дальше всем займётся корона, а от меня всего лишь опытный образец.
Меня это особо не расстраивало, потому что идей было воз и маленькая тележка, но мою самую первую задумку, которой уже скоро придёт время, я им не отдам. Это будет только наше – Уреченское. А за самогон я и вообще не волновалась, подумаешь, я знаю, как делать медовуху – и весело и не так сердито.
Сразу же после заключения договора дядька со товарищи отбыл, сославшись на спешку и важность доставки новых изделий и изобретений в столицу. Надеюсь, довезут до тсаара быстро исчезающий секретный напиток.
- Это «как же» исчезает отсюда, едва появившись. Надеюсь, не возможность вашего желания поживиться за мой счёт более чем очевидна?
- Почему это за чужой счёт? Всё время существования Карминь здесь хранятся рюмей на содержание хозяйки замка! Ты что, уже всё растранжирила не пойми на что? Куда ты могла потратить такую сумму, если даже ни одного достойного платья нет?!
Я смотрела на почти трясущуюся от злости дамочку и не могла поверить в происходящее. Она что, действительно думала, что может вот так приехать сюда и спокойно заграбастать причитающиеся мне деньги? Это такая наивная простота или чрезмерная наглая самоуверенность? Или она думала, что раз я ещё такая юная, то и не замечу пропажи или не придам никакого значения, боясь сказать что-то против свекрухи? Нет, ну не может же такого быть? Она же не знала Лизабель и раньше с ней не виделась. Значит всё же наглость – второе счастье. Ну, уж, извините Аллийя, но не в этот раз. В этом месте вам не обломится.
- Вы абсолютно правильно заметили, гранда Аллийя, - закрывая тайничок и возвращаясь на своё место, ответила я. – Для хозяйки замка Карминь. И только из уважения к вашему достопочтенному возрасту, позволю себе напомнить вам ещё раз, что хозяйкой этого замка являюсь я – гранда Лизабель Карминьяр. Вы ей были когда-то, но сейчас вы всего лишь гостья в этом замке. Поэтому, где, куда и как я трачу свои рюмей, к вам не имеет никакого отношения, как и то, какие платья у меня есть, а каких нет.
Интересно, чем ей не нравится моё новое шерстяное платье, недавно пошитое по моим наброскам. Да, тёмное, но вместе с надетой сверху ажурной светлой жилеткой, кстати, связанной своими руками во время вечерних посиделок, смотрится оно очень достойно. Но главное оно тёплое и удобное, а на данный момент это всё, что мне нужно от одежды.
- О, Аллийя, и ты тут? Может вы потом побеседуете на столь важную и неотложную тему борох … эм, одежды, а то мне нужно поговорить с Лизабель? – вошёл в комнату без стука дядюшка.
Свекровь недовольно взглянула на него и, бросив грустный многозначительный взгляд на место хранения её растаявшего желания обогащения за чужой счёт, вышла из управской.
Дядюшка уселся за стол напротив меня. В комнату зашли два его сопровождающих и уселись на небольшой диванчик у окна.
Это что же, они собираются вот так со мной беседовать?
Я поднялась, подошла к двери, открыла её и увидев поодаль стоявшую Ниссу попросила её пригласить Матфейя с Фролом и кого-нибудь из моих компаньонок.
Не думал же дядюшка, что во время такого важного разговора, да и любого разговора, я останусь в комнате за закрытой дверью с тремя мужиками? И не важно, что один из них типа мой родственник, ну и тсаарский посланник по совместительству. Так то, он лицо официальное, но мужское. А нам таких лиц, пока одно законное где-то постигает науку управления, не надо. Да хоть и сам тсаар! Мне такой подставы не нать. Доказывай потом, если что, что « я не я и лошадь не моя», а скорее свинья, которую мне тут собираются подложить. Не-не, я хорошая ученица, поэтому … Или так, или никак!
- А зачем тут Матфей? Он здесь совсем не нужен, - недовольно поморщившись констатировал дядюшка.
Понятно, что «скрипач не нужен», только вот мне играть, поэтому и скрипку, на которой собираюсь солировать, выбираю я, а не дядюшка… Кто ж спрашивает зрителей, которые уже пришли на концерт и заняли свои места? Так что - проблемы индейцев - шерифа не волнуют. Радовался бы, что я вообще с ним согласилась побеседовать, а то ведь могла и резко прихворнуть, и уйти на больничный денька так на… на пару-тройку, пока у дядюшки пар из ушей не повалил бы от радостного ожидания.
Оставив дверь приоткрытой, я прошла на своё место, оставив вопрос родственника открытым, то есть проигнорив его. Через какое-то время вошли приглашённые на душевную беседу и начался допрос с пристрастием.
Дядюшку, который медленно обвёл грозным взглядом всех новоприбывших, словно обещая все кары небесные за разглашение, интересовало всё, начиная от монет с цифрами и заканчивая местным самогоном.
А что я? Если с какими-то простыми вещами, как мой метр, например, то ссылалась на «ведь так же удобней», а вот про горячительный напиток … Ну что я могла сказать? Что люди достойно или просто пережившие девяностые в нашей стране могут если не всё, то почти всё, а про кашу из топора вообще из покон веков знают, так что завести бражку и сделать простенький аппаратик на коленке – и не такое могём, делаем и практикуем. Только вот такие объяснения вряд ли будут понятны уважаемому гранду.
- Скажите, дядюшка, а чем вам не понравились мои новые вещи, блюда и напитки?
- Напитки? О каких напитках я ещё не знаю? – не понимая, о чём речь, спросил гранд.
- Как, а разве вы не пробовали самогон? – указала я на небольшой глиняный прототип бутылки плотно закрытый самодельной деревянной пробкой, обмотанной льняной тряпицей.
- А это что, можно пить? – удивился дядюшка?
Я посмотрела на Матфейя, который был в курсе того, что новый полученный продукт можно было поджигать (я так сначала проверяла крепость – горит-не горит и синий огонь или зелёный), использовать для внешнего растирания при простуде и внутреннего для «расширения сосудов», опять же зима на носу, ну и для обеззараживания. Моё доверенное лицо едва заметно отрицательно качнуло головой. Ну, что ж, самое время провести дегустацию.
Я позвала Ниссу и попросила принести местные кружки и немного тонко порезанной ветчины. Затем я разлила напиток и предложила всем попробовать. Присутствующая здесь компаньонка вежливо отказалась. Ну, ничего, дядьке больше достанется.
Так как запах был не очень чтобы очень, пришлось для наглядности выпить самой, немножко, но так, чтобы было видно, что все пьём из одной емкости. Сказала, что им с дороги как раз подойдёт такой напиток, чтобы и согреться, и снять усталость, да и вообще – для души… Сама же я не была в дороге, да и дева юная, поэтому только чуть-чуть. Сказала сразу, что выпить нужно всё одним махом и потом можно закусить долькой соленой ветчины.
У каждого в кружке было грамм по сто пятьдесят, не больше, а вот дядьке я специально налила побольше – тсаарский посланник, однако.
Первым махнул «рюмочку» Матфей и даже не поморщился. Он уже знал, что это такое и какой может быть эффект. Я ему рассказывала и наказала строго-настрого следить за тем, чтобы рецепт и способ производства этого горючего зелья не ушел в народ. Мы его если и будем продавать, то только куда подальше. Мне в уделе нужны умельцы и хорошие работники, а не пьяницы.
Глядя на Матфейя и другие последовали его примеру. Нет, никого с ног не сшибло. Мужики они все были здоровые и крепкие, но … усталость с дороги и тепло камина сделали своё дело, поэтому весёлая компания дружно отправилась опочивать, дабы некоторые не то что почти лыка не вязали, но и для продолжения серьёзного разговора были уже не в том состоянии. Получилось, как в поговорке «факир был пьян и фокус не удался». Допрос с пристрастием получил полный разгром, почти как в песне «Изольда Романовна - Борька – пять ноль».
День закончился даже лучше, чем я ожидала. После такого позорного поражения мне теперь есть, что сказать дядьке.
Уходя спать, я попросила Ниссу передать Манье, чтобы приготовила капустный рассол. Так, на всякий пожарный.
Не знаю, как там дядька и Ко, но я в эту ночь спала так хорошо, как никогда раньше. Я даже видела цветные сны. Жаль, что не запомнила.
Прода от 10.08.2025, 21:53
Глава 64
Первую половину дня я занималась своими обычными делами поэтому с гостями и родственниками так и не пересеклась ни на завтраке, на котором ни дядька и Ко, ни свекровь и семья, так и не появились всю первую половину дня.
А дел было много, и мы с Аграффой, Ниссой и Ивой носились как угорелые подготавливаясь к празднованию местного начала зимы - праздничной ночи, называемой здесь сельстит. Что это такое мне как раз и предстояло увидеть воочию сегодня. Праздновался этот день, а вернее ночь, пышно с песнями и плясками на площади главного города грандства, более спокойно в вече и уж совсем по-домашнему – по-семейному в замке. Нужно было подготовить место на площадке самой высокой башни и очень хлебосольный стол, чтобы всего было вдоволь и всем хватило места. Всё это я поняла, слушая разговоры местных с нормальной памятью, ну и делала вид, словно я уже в курсе и что-то ещё помню из детства.
Еще раньше, когда заходила речь о таком знаменательном дне, у меня спрашивали, где я собираюсь праздновать сельстит. Больше всего это интересовало Еремейя, потому что ему нужно было организовать мне служивых в сопровождение для охраны, если я надумаю ехать в Карминь, а учитывая их небольшое количество и такое же как и у всех желание отпраздновать, сделать это было не так-то и просто. Конечно мне хотелось бы посмотреть как тут проходят праздники, тем более это был мой самый первый в этом мире и в этой жизни, но … Наученная горьким опытом с томником, я всё же решила не рисковать.
Где гарантии того, что если мне уже повезло один раз, то повезёт и второй? Проверять своё везение и дергать судьбу «за усы», тем более ехать на праздник в Карминь одной без своего союзника, я не хотела. Конечно, было бы интересно посмотреть, но … Да тут ещё и дети, которым было интересно побывать на площадке самой верхней башни вместе со всеми, спрашивали, остаюсь ли я. Если я не останусь, то и их, и всех остальных никто туда не пустит – без хозяина или хозяйки нельзя. Вот я и решила остаться дома хотя бы для того, чтобы узнать почему всем так хочется побывать на этой площадке.
Ну да, теперь это мой дом, к которому я уже почти привыкла. А куда деваться? Раз уж так всё получилось то… Надо жить! Меня всё ещё посещали мысли о том, что может это я сплю и вдруг проснусь … Правда, уже всё реже и реже. Поэтому я и воспринимала себя как местную знатную одажиоанку гранду Лизабель Карминьяр. Вот и занималась приготовлениями, а скорее контролем и одобрением того, что делали Аграффа и Ко.
Свекруха с семьёй, кстати, собиралась отбыть в город – там веселее. Ну, что ж, а нам и тут будет не скучно, во всяком случае мне, потому что это что-то новое и неизвестное.
- Лизабель, - приостановил мою бурную деятельность дядюшка, который выглядел бодрячком. – Мы так и не поговорили вчера, а мне уже завтра уезжать, чтобы добраться до Демии ещё до времени метелей. Как я буду отвечать перед нашим Высочайшим Величеством, если ничего не решено?
- А что нужно решить, дядюшка? У меня сейчас и времени на разговор нет, мы тут заняты приготовлениями к празднованию сельстита, - попыталась я отделаться от надоедливого родственника.
- У тебя нет времени, а у нашего тсаара значит есть? Или ты думаешь, что я сюда приехал просто посмотреть на наличие замка на своём месте? Думаешь я не знаю, что после отбытия Аллийи в Демию тут остались только стены? И это потому, что их просто невозможно с собой увезти. А ты, совсем недавно став хозяйкой, уже почти весь замок обставила, да ещё и как! Да и вообще….
Пришлось оторваться от столь увлекательного занятия как приготовления к празднику и уделить немного времени дядюшке. По нему было видно, что не отстанет.
Мы, всё в том же составе, опять сидели в управской. Борьян, конечно, хотел с глазу на глаз со мной пообщаться, но я ему такой возможности не дала. Ну и что, что мы родственники. Не положено! Да и мало ли… такую беседу лучше вести при свидетелях.
- Я бы хотел, - как-то медленно и явно подбирая слова начал дядюшка. - Чтобы всё, что тут увидел… И попробовал… Из твоих новых задумок … Ты отдала в единое владение Октрийи и только под длань нашего Высочайшего Величества Иоана Рюмейского VII.
Очень хорошее предложение, а главное своевременное. У меня голова забита предвкушением праздника, а он хочет с кондачка такой серьезный вопрос решить. Под длань — это в безвозмездное пользование или ещё как? Скорее всего так: было ваше – стало наше и за просто так.
Это что же он, хочет забрать с собой всё что мы тут уже сделали? Все наши замки, стулья, кресла, вилки ложки и самовар? Из-за этого и весь сыр бор? Не хотелось бы всё отдавать, но … Если он сразу же уедет, то пусть забирает! Прямо так и хотелось сказать: «Да забирайте всё – грандство не обеднеет, а мы себе ещё сделаем, и даже лучше!»
Нет, два уже имеющихся замка и единственный самовар я не отдам, а всё остальное …
Я уже было хотела дать своё добро, типа, забирайте, забирайте и поскорее проваливайте, то есть восвояси отбывайте, как услышала вопрос Матфейя:
- А что лично гранда Лизабель получит за разрешение отдать в единое владение свои задумки?
Дядюшка недовольно зыркнул на него, но ничего не сказал, а Матфей продолжил:
- Конечно, гранд Карминьяр, гранда теперь ваша родственница, только вот все задумки были её и все местные это подтвердят. У неё же ещё есть в родстве и южане – отец и его семья. Бранн Риссталь может оспорить, да и бранн Севериян уже завтра ждёт ответа гранды, поэтому нужно бы договор заключить в вече на слове гранды, как и положено.
Я ещё не совсем понимала, зачем нужен договор, да ещё и на моём слове… Интересно, на каком? Что-то типа «со всем или на всё согласна»? Только вот на что? Тут нужно всё хорошо обговорить. Не зря я наняла Матфейя! Я бы уже на всё согласилась, лишь бы избавиться от родственничка и его безмолвных теней, которых мне даже и не представили, а он опытнее в подобных делах и знает за что свои рюмей получает.
Пришлось ехать в вече, где и заключили договор на выгодных для меня условиях.
Мы могли сами делать в Уречье или в замке все мои задумки и новые изобретения для себя и продавать их только на торге в Кармине, а всё массовое производство и сбыт для страны и за границу брала на себя корона, которая должна мне отчислять всего лишь две части от десяти. И то, это Матфей выторговал, потому что дядька настаивал на одной. Я пока ещё плохо представляла сколько это – мало или много, но, подумав, решила особо не наглеть и соглашаться. Лучше уж синица в руку, а то …. Где я и где корона?
В этот договор не входила уже выпускаемая древяльщиками мебель, ну и заказанные накануне санки с лыжами, на которые уже был договор в вече и наше рукоделие с новыми блюдами. Ещё нам разрешили немного производить самогон – чисто в медицинских целях, от простуды. Всё остальное и все новые задумки становились по этому договору достоянием короны, то бишь страны. Как только придёт умная мысля, то бишь задумка, так сразу нужно представить её в вече. И всё – дальше всем займётся корона, а от меня всего лишь опытный образец.
Меня это особо не расстраивало, потому что идей было воз и маленькая тележка, но мою самую первую задумку, которой уже скоро придёт время, я им не отдам. Это будет только наше – Уреченское. А за самогон я и вообще не волновалась, подумаешь, я знаю, как делать медовуху – и весело и не так сердито.
Сразу же после заключения договора дядька со товарищи отбыл, сославшись на спешку и важность доставки новых изделий и изобретений в столицу. Надеюсь, довезут до тсаара быстро исчезающий секретный напиток.
