Почему-то вспомнился любвеобильный лорд-дознаватель. Вот кому оно бы подошло идеально. Хотя, я же не знаю, какие развлечения у Гуру.
Никакой реакции. Так же смотрят в пол.
Начинаю ласково улыбаться. С кем поведёшься, от того и наберёшься. К обращению с рабынями меня приучал Сэ, высокий светлый лорд, то есть. И приучил.
Поначалу мне, выросшей в Стране Советов, пользоваться услугами рабынь было дико, и я пыталась "противостоять рабовладельческому строю", отказавшись от рабынь. Несчастных девчонок бросили живыми в негашеную известь, чтобы и следа не осталось от злосчастных, не угодивших госпоже. Только хуже сделала.
А сколько он рабынь извёл на корм хищным рыбкам, прежде чем я освоилась и перестала обращать на них внимание! Нельзя бороться с системой. Судя по вчерашним девочкам в термах, реакция Гуру на мой отказ от рабынь, может быть примерно такой же как и у Сэ.
Я часто думаю, что в любой момент могу оказаться на месте этих девчонок. Хотя, я – эмпат, и это защищает от наказания. Прямого. Но наказывать можно по-разному… Ладно, не будем о грустном.
Опускаю ноги на… мягчайший коврик, молниеносно подсунутый под мои ступни, опомнившейся валькирией. Вторая бежит к стене, нажав в нескольких местах, открывает вход в "удобства". Вовремя, надо сказать. Позволяю обуть себя в шлёпки с загнутыми мысами – похоже, что из Рима перебираемся на Восток.
Встаю и иду к вожделенным устройствам. Движением пальцев отгоняю сунувшуюся ко мне рабыню. Ещё только этого не хватало. Валькирия опускает ширму. Провожу все необходимые действия, делаю хлопок ладонями. Ширма сдвигается, выхожу и двигаюсь уже в сторону другого помещения.
Нндаа… Что в кхм, удобствах, что в умывальной – техника даже не двадцать первого, а не знаю какого века. Всё понятно и удобно. Думать ни над чем не надо. Крутить, вертеть, нажимать – тоже. Сенсоры кругом. Магия, или высокие технологии? А-а-а! Мысленно махаю рукой на все странности. Как говорила Скарлетт О"Хара: "Я подумаю об этом завтра".
А вот для чистки зубов используются палочки сивака. Интересно, и мило. Навевает ностальгию. Восток – дело тонкое. Умывшись, и промакнув лицо почтительнейше поданным льняным полотенчиком, покидаю умывальную комнату.
Появляется Гуру, хватает меня в охапку, и несёт в смежное со спальней помещение. Типа ванная, как говорили в весёлых девяностых. Ага, скромная комнатка, только-только вмещающая небольшой овальный бассейн площадью метров двести пятьдесят – триста, мраморные лежанки, ах, простите, "ложа", небольшой оазис с растительностью, и неизвестно что ещё. Гуру опускает меня на ложе и начинает целовать. Похоже, что завтракать я буду – любовью…
Гуру ласков, но настойчив. И терпелив. Я уже охрипла от криков и ослепла от слёз, а он продолжает меня ласкать, не переходя к главному действию. Нее. Ну ладно – я, но он-то как терпит? Ему же больно должно быть. Начинаю терять сознание. Резкая боль в опять лопнувшей губе, вкус крови… И снова полёт в Бездну. Звёздная россыпь в абсолютной черноте… Водоворот тьмы, цветные всполохи… Свет… Разреженный горный воздух, холодный и вкусный. Я лечу к Солнцу с криком радости. Сильные руки придерживают, не отпуская, прижимая к горячему телу… Всё… Всё… Потихоньку возвращаюсь в реальность.
– Кошка, ты невозможная! – шепчет мне в шею. – Почему ты нагая? Я тебя не выпущу отсюда…
– Я умру от голода и жажды. Буду являться тебе укоряющим призраком. – Не выдержав тона, начинаю хохотать. Гуру присоединяется. Весело живём, однако.
– Твой перстень. Возьми, пока я не потеряла.
Молча протягивает руку, – перстень соскальзывает с моего пальца и падает на ладонь Гуру, который возвращает его на свой мизинец. А я смотрю на свой палец, на котором светится рунная вязь, и медленно зверею. Печать Бездны, блин! Гррр!
– Кис, кис… – поднимаю глаза на наглую скоти… любимого. – Успокойся. Они скоро станут незаметными для всех, кроме Бездны и её детей. Это защита и ключ.
– Скоро?!! Незаметными для всех?!! А те, кому положено видеть, будут знать, что эта тёлка уже отмечена тавром хозяина. И для развлечения следует подыскать неклеймёную скотинку! Так?!! Отвечай!!! – начинаю задыхаться от слёз.
– Что ты выдумываешь! – Гуру растерялся. – Я никогда не рассматривал свою защиту как тавро. Любая магическая защита, не оставляющая следов на теле – это печать на ауре защищаемого. Все, обладающие магией, её видят. Ты тоже расценишь её как клеймо?
Отворачиваюсь. Что толку разговаривать…
– Понятно. – Вздыхает.
– Сними с меня это… эту гадость. Мне не нужна защита. Я всегда справлялась сама.
Слова продавливаются с трудом, через сжавшееся горло, а внутри меня – пустота и холод.
– Не надейся.
Голосом Гуру можно проводить криотерапевтические процедуры. Обиделся на "гадость"? А мне каково?
Начинает дико болеть голова. Слишком много слёз, и ещё голод. Странно, я всегда довольно легко переносила длительные перерывы в питании, а сейчас, голод буквально грызёт меня. Наверное чересчур много волнений плюс недосыпание. Ну, поесть мне не удалось, буду возмещать недосыпание. Как говорят французы: "Quidormmange" (кто спит, тот обедает). Встаю, делаю шаг в сторону спальни, и меня накрывает чернота…
Опять резкий запах каких-то незнакомых трав, вовсе бы их не знать. Бледный Гуру держит меня на коленях, охватывая одной рукой спину, другой поднося флакон. Начинаю уворачиваться, с волос летят брызги. Оппа! Я кажется в бассейн рухнула. Или меня водой поливали?
– Рухнула. И пошла на дно. Купаться в одиночестве ты не будешь. И вообще, – одна ты не остаёшься.
– Мы сожжём этот мост, когда подойдём к нему. Сейчас я хочу есть. И пить.
– Сейчас тебя осмотрит целитель. Пожалуйста, – всего несколько минут.
Гуру смотрит умоляюще, прижимая меня к себе, как ребёнка. Мне становится стыдно. Вот с чего я сорвалась, спрашивается? От голода, не иначе.
Целитель оказалась крепкой женщиной средних лет. Но! Со знаком Гильдии. Гуру не мелочится. Хотя, что это я! Ему даже в голову не придёт обратиться к специалисту, не имеющему знака соответствующей Гильдии. Мастер-целитель отправила Гуру погулять, заставив его сначала установить "полог тишины". И Гуру подчинился! Ужас! Почувствовала себя кандидатом в космонавты. Возникли опасения, что обещанные Гуру несколько минут, растянутся на час с лишним. Однако Гильдейские целители не зря получают свою плату. Осмотр действительно занял несколько минут. Потом мастер-целитель впустила Гуру под полог, и убила меня насмерть.
– Госпоже надо регулярно питаться. И как можно больше находиться на свежем воздухе. Плавание. Занятия йогой, под присмотром женщины мастера-йоги. Больше ходить пешком. Меньше волнений. Супружеские обязанности – без ограничений. В пределах разумного. Не изобретайте новых поз, мой лорд, их уже достаточно. Бой без оружия – без бросков и падений. Фехтование можно, но опять же в пределах разумного. Не надо обучать госпожу размахивать двуручником. Лучше заменить тяжёлые клинки кинжалами, или ножами.
– А её обмороки?
– Пусть кто-нибудь всегда находится рядом с госпожой. Хотя если избегать волнений, то обмороков не будет. У госпожи здоровый, крепкий организм, беременность протекает нормально. Чтобы облегчить роды – госпоже следует освоить йогу. Разумеется, только те асаны, которые возможны в её положении. Поэтому её наставником и должна быть женщина.
– Я… – вот сейчас я точно хлопнусь в обморок! Как, скажите, можно определить беременность на шестой день? – Я ничего такого не чувствую! Никаких изменений!
– Ну на втором месяце это и не обязательно, госпожа. Как я уже сказала, всё у вас нормально, и вы родите здоровых детей.
– Детей? – Переспрашиваю слабым голосом. Я сейчас умру.
– Я вижу троих. Три искры жизни горят под вашим сердцем.
– Но это невозможно. – Беспомощно лепечу… В голове – звенящая пустота. – Не было никаких признаков… То есть, я хочу сказать…
– По всей видимости, не было только одного признака. Это изредка случается. Если вы не доверяете моему диагнозу, обратитесь к другому целителю.
– Ну что вы, леди-магистр! Простите мою жену, она в растерянности от такой новости. Тройню мы никак не ожидали. – Гуру мурлычет, заглаживая мою бестактность, а я…
– Да, тройня в Бездне – редкость. Хотя в высоких семьях, мой лорд, прецеденты были.
Гуру подхватывает леди-магистра Гильдии Целителей под локоток, улыбаясь ей, как будто она принесла ему долгожданную новость. Два магистра – целитель и убийца, удаляются, а я…
– Сказка кончилась. Вот и всё. – Других мыслей в голове нет. – Вот и всё. Вот и всё.
Надо уходить. Возвращаться к Сэ. Не хочууу!!! Почему сейчас?!! Столько лет!!! Почемууу?!!
– Тихо, киса моя, тихо! Ну, если очень хочется, то поплачь. Но волноваться тебе не надо. Ты же слышала, что сказала леди-магистр…
Гуру держит меня на руках, оказывается я уже добежала до въездных ворот усадьбы. Странно, что не до арки.
– Мне надо уходить.
– Не надо. Это не первые светлые, воспитанные в Бездне. У нас есть несколько высоких семейств, имеющих светлые корни. И эти трое вырастут, и будут жить…
– Заложниками. Заложниками лояльности лорда Сэ. Я не могу этого допустить.
– Ты понимаешь, киса моя… В тёмных мирах они тоже будут заложниками.
– Это будет решать их отец. Я не могу спрятаться с тремя его детьми. Так не делают.
Холодно. Как же холодно! Прижимаюсь к Гуру, он обнимает крепче, делает шаг, и мы опять на террасе, где разбилась моя радость.
– Шшшш… не надо плакать, киса моя. Три месяца побудешь здесь. Я тебя не выпущу раньше. Позанимаешься по совету леди-магистра, окрепнешь. И если не передумаешь, то уйдёшь. Мы сейчас в петле времени. Три месяца – тебе, чтобы освоиться с новым положением, твоим друзьям – чтобы врасти в новый для них мир.
– В какой ещё петле?
– Я знал, что ты уйдёшь. Знал ещё с твоего первого обморока в гостинице. Ты напугала меня, я проверил жизненную энергию, и увидел три искры жизней, помимо твоей. Но я не мог отпустить тебя без защиты. Я отправил вас через зеркало к себе домой, и обратился к Матери-Бездне. Я отдал положенную плату: силой, кровью и жизнью. Три месяца Бездна будет закрыта для чужих. За это время, ты должна подготовиться к возвращению. Светлый лорд тебя примет, но в тёмных мирах не умеют прощать слабость. А твоё возвращение сочтут именно слабостью.
– Мне есть о чём побеспокоиться и помимо того, как на меня будут смотреть тёмные.
– И ещё. Светлый лорд потребует брака. Ты это понимаешь. Дети должны быть рождены в браке.
Опускаю голову. Молча. А что говорить? Всё уже сказано.
– Ты не будешь капризничать, и дашь своё согласие. По нашим законам, брак может быть срочным. Не в смысле скорости, а по продолжительности. Если тебе не хочется провести жизнь рядом с лордом Сэ, ты можешь объявить срок брака до дня, когда детям, которых ты носишь под сердцем в момент заключения брака, исполнится пять лет.
– Почему именно пять? – возникает призрачная надежда.
– До пятилетнего возраста детьми занимается мать. Оставлять семью раньше – неэтично.
– А кто на это моё объявление обратит внимание?
– Важно только твоё решение. Женщина может считать себя замужней, не имея официального статуса жены, а может быть свободной, будучи официально замужем. Удручающая картина. Если женщина отказывается признавать наличие брака, то мужчине лучше её отпустить. Для самолюбия менее болезненно, чем попытки удержать её.
Молчу. Почти пять с половиной лет. Никто ждать не будет.
– Я не обещаю хранить верность, это смешно. Но я тебя жду. Всегда. Тебе достаточно призвать Бездну. В Империи тёмных много храмов Бездны, так что с этим проблемы быть не должно. Но на всякий случай, я тебе дал ключ. Который ты назвала "гадость". Позже объясню, как им пользоваться. А пока нас ожидают три очень насыщенных месяца. И… не отказывай мне. Прошу тебя… Три месяца – это очень мало.
– А ещё я должна хорошо питаться! – А то забудет ведь, в высоких материях.
Гуру хохочет, поднимает меня так, что я смотрю на него сверху вниз, потом позволяет соскользнуть, подхватывая на руки. Садится на очередное мраморное ложе, на этот раз находящееся возле мраморного же стола, и делает хлопок ладонями.
– Три корочки хлеба! – Смотрит на меня с недоумением, а я смеюсь, вспомнив детский фильм. Три месяца. Не буду думать ни о чём. Пусть у меня будут эти три месяца.
Время… Время… "Tempus fugit" (время бежит) как мудро говорили древние! Дни мои тянутся долго, занятые подготовкой к предстоящим родам и отработкой приёмов ножевого боя.
А ночи… Ночи пролетают в одно мгновенье. Мне кажется, что я не успела обнять Гуру, слиться с ним.., как уже брезжит рассвет. Разлёживаться мне не разрешают. Слишком многое нужно освоить до момента возвращения в тёмные миры.
Иногда, на самом дне моих мыслей возникает предательское: а может ну его? Светлейшего Сэ? Остаться в Бездне, никто не узнает. Дети вырастут… Потом вспоминаю про закон Мэрфи, неумолимый ко мне… Потом ставлю себя на место детей, и думаю: мне бы это не понравилось. Не стала бы судить, высказываться по поводу, но (!) не понравилось бы. Так что, – решено. И моё нежелание, не является препятствием.
Занимаюсь, как в Учебке, перед отправкой на Семинар. Йога, пранаяма, медитация. Дополнением является изменение асан с целью снизить нагрузку, чтобы не повредить детям, и изучение симптомов, по которым надо менять асаны. Если Гуру меня не примет обратно, смогу преподавать йогу для беременных… Или грабить на дорогах. Жан-Батист обучает меня приёмам ножевого боя, которые используют уголовники. И учит метать ножи.
Гуру сделал мне воистину царский подарок. Три комплекта универсальных ножей. По семи штук в каждом. Вера, Надежда, Любовь. На каждом клинке сияет радугой символ одной из христианских добродетелей. На каждом чехле тоже вытиснен свой символ, чтобы не путаться. Ножи универсальны: их можно метать, чем я занимаюсь каждый день, приводя в отчаяние Жана-Батиста. Сама я довольна своими успехами. В начале занятий, я умудрялась попадать в мишень рукояткой. А теперь, через три недели, не хватает силы и меткости. Но я тренируюсь.
Гуру наблюдает за моими тренировками. Я беспокоюсь, что его дела страдают от небрежения, а он хохочет, подхватывая меня на руки, и говорит, что в эти три месяца его важнейшим делом являюсь я. Счастье… Что оно такое? Я не знаю. Просто напитываюсь им на будущее. Я не думаю о том, что будет завтра. Зачем? Если сегодня я ловлю взгляд, улыбку, прикосновение. Если ночи полны обжигающей страсти и щемящей нежности… А вечером мы всей компанией сидим в саду, или выбираемся в степь…
Запах степных трав не сравнить ни с чем. А может, во мне говорят предки-кочевники. Ветер свободы…
– Как вы познакомились? – Гуру подбросил ветку в огонь, вспыхнувшее пламя осветило резкие черты лица. – Вы из одного мира, но в то же время, как бы и не совсем.
Ребята рассмеялись, я присоединилась к ним. Потом объяснила:
– Портал сработал не совсем правильно. Меня перенесло в мой мир. Только на другой континент и в прошлое.
И меня накрыло воспоминанием: я всё таки нашла врата свободного перехода. Точнее, не нашла, ибо я их не искала. Случайно наткнулась, когда табор, – с которым я тогда путешествовала, в очередной раз сбежав от лорда Сэ; умудрился встать на ночную стоянку практически вокруг них.
Никакой реакции. Так же смотрят в пол.
Начинаю ласково улыбаться. С кем поведёшься, от того и наберёшься. К обращению с рабынями меня приучал Сэ, высокий светлый лорд, то есть. И приучил.
Поначалу мне, выросшей в Стране Советов, пользоваться услугами рабынь было дико, и я пыталась "противостоять рабовладельческому строю", отказавшись от рабынь. Несчастных девчонок бросили живыми в негашеную известь, чтобы и следа не осталось от злосчастных, не угодивших госпоже. Только хуже сделала.
А сколько он рабынь извёл на корм хищным рыбкам, прежде чем я освоилась и перестала обращать на них внимание! Нельзя бороться с системой. Судя по вчерашним девочкам в термах, реакция Гуру на мой отказ от рабынь, может быть примерно такой же как и у Сэ.
Я часто думаю, что в любой момент могу оказаться на месте этих девчонок. Хотя, я – эмпат, и это защищает от наказания. Прямого. Но наказывать можно по-разному… Ладно, не будем о грустном.
Опускаю ноги на… мягчайший коврик, молниеносно подсунутый под мои ступни, опомнившейся валькирией. Вторая бежит к стене, нажав в нескольких местах, открывает вход в "удобства". Вовремя, надо сказать. Позволяю обуть себя в шлёпки с загнутыми мысами – похоже, что из Рима перебираемся на Восток.
Встаю и иду к вожделенным устройствам. Движением пальцев отгоняю сунувшуюся ко мне рабыню. Ещё только этого не хватало. Валькирия опускает ширму. Провожу все необходимые действия, делаю хлопок ладонями. Ширма сдвигается, выхожу и двигаюсь уже в сторону другого помещения.
Нндаа… Что в кхм, удобствах, что в умывальной – техника даже не двадцать первого, а не знаю какого века. Всё понятно и удобно. Думать ни над чем не надо. Крутить, вертеть, нажимать – тоже. Сенсоры кругом. Магия, или высокие технологии? А-а-а! Мысленно махаю рукой на все странности. Как говорила Скарлетт О"Хара: "Я подумаю об этом завтра".
А вот для чистки зубов используются палочки сивака. Интересно, и мило. Навевает ностальгию. Восток – дело тонкое. Умывшись, и промакнув лицо почтительнейше поданным льняным полотенчиком, покидаю умывальную комнату.
Появляется Гуру, хватает меня в охапку, и несёт в смежное со спальней помещение. Типа ванная, как говорили в весёлых девяностых. Ага, скромная комнатка, только-только вмещающая небольшой овальный бассейн площадью метров двести пятьдесят – триста, мраморные лежанки, ах, простите, "ложа", небольшой оазис с растительностью, и неизвестно что ещё. Гуру опускает меня на ложе и начинает целовать. Похоже, что завтракать я буду – любовью…
Гуру ласков, но настойчив. И терпелив. Я уже охрипла от криков и ослепла от слёз, а он продолжает меня ласкать, не переходя к главному действию. Нее. Ну ладно – я, но он-то как терпит? Ему же больно должно быть. Начинаю терять сознание. Резкая боль в опять лопнувшей губе, вкус крови… И снова полёт в Бездну. Звёздная россыпь в абсолютной черноте… Водоворот тьмы, цветные всполохи… Свет… Разреженный горный воздух, холодный и вкусный. Я лечу к Солнцу с криком радости. Сильные руки придерживают, не отпуская, прижимая к горячему телу… Всё… Всё… Потихоньку возвращаюсь в реальность.
– Кошка, ты невозможная! – шепчет мне в шею. – Почему ты нагая? Я тебя не выпущу отсюда…
– Я умру от голода и жажды. Буду являться тебе укоряющим призраком. – Не выдержав тона, начинаю хохотать. Гуру присоединяется. Весело живём, однако.
– Твой перстень. Возьми, пока я не потеряла.
Молча протягивает руку, – перстень соскальзывает с моего пальца и падает на ладонь Гуру, который возвращает его на свой мизинец. А я смотрю на свой палец, на котором светится рунная вязь, и медленно зверею. Печать Бездны, блин! Гррр!
– Кис, кис… – поднимаю глаза на наглую скоти… любимого. – Успокойся. Они скоро станут незаметными для всех, кроме Бездны и её детей. Это защита и ключ.
– Скоро?!! Незаметными для всех?!! А те, кому положено видеть, будут знать, что эта тёлка уже отмечена тавром хозяина. И для развлечения следует подыскать неклеймёную скотинку! Так?!! Отвечай!!! – начинаю задыхаться от слёз.
– Что ты выдумываешь! – Гуру растерялся. – Я никогда не рассматривал свою защиту как тавро. Любая магическая защита, не оставляющая следов на теле – это печать на ауре защищаемого. Все, обладающие магией, её видят. Ты тоже расценишь её как клеймо?
Отворачиваюсь. Что толку разговаривать…
– Понятно. – Вздыхает.
– Сними с меня это… эту гадость. Мне не нужна защита. Я всегда справлялась сама.
Слова продавливаются с трудом, через сжавшееся горло, а внутри меня – пустота и холод.
– Не надейся.
Голосом Гуру можно проводить криотерапевтические процедуры. Обиделся на "гадость"? А мне каково?
Начинает дико болеть голова. Слишком много слёз, и ещё голод. Странно, я всегда довольно легко переносила длительные перерывы в питании, а сейчас, голод буквально грызёт меня. Наверное чересчур много волнений плюс недосыпание. Ну, поесть мне не удалось, буду возмещать недосыпание. Как говорят французы: "Quidormmange" (кто спит, тот обедает). Встаю, делаю шаг в сторону спальни, и меня накрывает чернота…
Опять резкий запах каких-то незнакомых трав, вовсе бы их не знать. Бледный Гуру держит меня на коленях, охватывая одной рукой спину, другой поднося флакон. Начинаю уворачиваться, с волос летят брызги. Оппа! Я кажется в бассейн рухнула. Или меня водой поливали?
– Рухнула. И пошла на дно. Купаться в одиночестве ты не будешь. И вообще, – одна ты не остаёшься.
– Мы сожжём этот мост, когда подойдём к нему. Сейчас я хочу есть. И пить.
– Сейчас тебя осмотрит целитель. Пожалуйста, – всего несколько минут.
Гуру смотрит умоляюще, прижимая меня к себе, как ребёнка. Мне становится стыдно. Вот с чего я сорвалась, спрашивается? От голода, не иначе.
Целитель оказалась крепкой женщиной средних лет. Но! Со знаком Гильдии. Гуру не мелочится. Хотя, что это я! Ему даже в голову не придёт обратиться к специалисту, не имеющему знака соответствующей Гильдии. Мастер-целитель отправила Гуру погулять, заставив его сначала установить "полог тишины". И Гуру подчинился! Ужас! Почувствовала себя кандидатом в космонавты. Возникли опасения, что обещанные Гуру несколько минут, растянутся на час с лишним. Однако Гильдейские целители не зря получают свою плату. Осмотр действительно занял несколько минут. Потом мастер-целитель впустила Гуру под полог, и убила меня насмерть.
– Госпоже надо регулярно питаться. И как можно больше находиться на свежем воздухе. Плавание. Занятия йогой, под присмотром женщины мастера-йоги. Больше ходить пешком. Меньше волнений. Супружеские обязанности – без ограничений. В пределах разумного. Не изобретайте новых поз, мой лорд, их уже достаточно. Бой без оружия – без бросков и падений. Фехтование можно, но опять же в пределах разумного. Не надо обучать госпожу размахивать двуручником. Лучше заменить тяжёлые клинки кинжалами, или ножами.
– А её обмороки?
– Пусть кто-нибудь всегда находится рядом с госпожой. Хотя если избегать волнений, то обмороков не будет. У госпожи здоровый, крепкий организм, беременность протекает нормально. Чтобы облегчить роды – госпоже следует освоить йогу. Разумеется, только те асаны, которые возможны в её положении. Поэтому её наставником и должна быть женщина.
– Я… – вот сейчас я точно хлопнусь в обморок! Как, скажите, можно определить беременность на шестой день? – Я ничего такого не чувствую! Никаких изменений!
– Ну на втором месяце это и не обязательно, госпожа. Как я уже сказала, всё у вас нормально, и вы родите здоровых детей.
– Детей? – Переспрашиваю слабым голосом. Я сейчас умру.
– Я вижу троих. Три искры жизни горят под вашим сердцем.
– Но это невозможно. – Беспомощно лепечу… В голове – звенящая пустота. – Не было никаких признаков… То есть, я хочу сказать…
– По всей видимости, не было только одного признака. Это изредка случается. Если вы не доверяете моему диагнозу, обратитесь к другому целителю.
– Ну что вы, леди-магистр! Простите мою жену, она в растерянности от такой новости. Тройню мы никак не ожидали. – Гуру мурлычет, заглаживая мою бестактность, а я…
– Да, тройня в Бездне – редкость. Хотя в высоких семьях, мой лорд, прецеденты были.
Гуру подхватывает леди-магистра Гильдии Целителей под локоток, улыбаясь ей, как будто она принесла ему долгожданную новость. Два магистра – целитель и убийца, удаляются, а я…
– Сказка кончилась. Вот и всё. – Других мыслей в голове нет. – Вот и всё. Вот и всё.
Надо уходить. Возвращаться к Сэ. Не хочууу!!! Почему сейчас?!! Столько лет!!! Почемууу?!!
– Тихо, киса моя, тихо! Ну, если очень хочется, то поплачь. Но волноваться тебе не надо. Ты же слышала, что сказала леди-магистр…
Гуру держит меня на руках, оказывается я уже добежала до въездных ворот усадьбы. Странно, что не до арки.
– Мне надо уходить.
– Не надо. Это не первые светлые, воспитанные в Бездне. У нас есть несколько высоких семейств, имеющих светлые корни. И эти трое вырастут, и будут жить…
– Заложниками. Заложниками лояльности лорда Сэ. Я не могу этого допустить.
– Ты понимаешь, киса моя… В тёмных мирах они тоже будут заложниками.
– Это будет решать их отец. Я не могу спрятаться с тремя его детьми. Так не делают.
Холодно. Как же холодно! Прижимаюсь к Гуру, он обнимает крепче, делает шаг, и мы опять на террасе, где разбилась моя радость.
– Шшшш… не надо плакать, киса моя. Три месяца побудешь здесь. Я тебя не выпущу раньше. Позанимаешься по совету леди-магистра, окрепнешь. И если не передумаешь, то уйдёшь. Мы сейчас в петле времени. Три месяца – тебе, чтобы освоиться с новым положением, твоим друзьям – чтобы врасти в новый для них мир.
– В какой ещё петле?
– Я знал, что ты уйдёшь. Знал ещё с твоего первого обморока в гостинице. Ты напугала меня, я проверил жизненную энергию, и увидел три искры жизней, помимо твоей. Но я не мог отпустить тебя без защиты. Я отправил вас через зеркало к себе домой, и обратился к Матери-Бездне. Я отдал положенную плату: силой, кровью и жизнью. Три месяца Бездна будет закрыта для чужих. За это время, ты должна подготовиться к возвращению. Светлый лорд тебя примет, но в тёмных мирах не умеют прощать слабость. А твоё возвращение сочтут именно слабостью.
– Мне есть о чём побеспокоиться и помимо того, как на меня будут смотреть тёмные.
– И ещё. Светлый лорд потребует брака. Ты это понимаешь. Дети должны быть рождены в браке.
Опускаю голову. Молча. А что говорить? Всё уже сказано.
– Ты не будешь капризничать, и дашь своё согласие. По нашим законам, брак может быть срочным. Не в смысле скорости, а по продолжительности. Если тебе не хочется провести жизнь рядом с лордом Сэ, ты можешь объявить срок брака до дня, когда детям, которых ты носишь под сердцем в момент заключения брака, исполнится пять лет.
– Почему именно пять? – возникает призрачная надежда.
– До пятилетнего возраста детьми занимается мать. Оставлять семью раньше – неэтично.
– А кто на это моё объявление обратит внимание?
– Важно только твоё решение. Женщина может считать себя замужней, не имея официального статуса жены, а может быть свободной, будучи официально замужем. Удручающая картина. Если женщина отказывается признавать наличие брака, то мужчине лучше её отпустить. Для самолюбия менее болезненно, чем попытки удержать её.
Молчу. Почти пять с половиной лет. Никто ждать не будет.
– Я не обещаю хранить верность, это смешно. Но я тебя жду. Всегда. Тебе достаточно призвать Бездну. В Империи тёмных много храмов Бездны, так что с этим проблемы быть не должно. Но на всякий случай, я тебе дал ключ. Который ты назвала "гадость". Позже объясню, как им пользоваться. А пока нас ожидают три очень насыщенных месяца. И… не отказывай мне. Прошу тебя… Три месяца – это очень мало.
– А ещё я должна хорошо питаться! – А то забудет ведь, в высоких материях.
Гуру хохочет, поднимает меня так, что я смотрю на него сверху вниз, потом позволяет соскользнуть, подхватывая на руки. Садится на очередное мраморное ложе, на этот раз находящееся возле мраморного же стола, и делает хлопок ладонями.
– Три корочки хлеба! – Смотрит на меня с недоумением, а я смеюсь, вспомнив детский фильм. Три месяца. Не буду думать ни о чём. Пусть у меня будут эти три месяца.
***
Время… Время… "Tempus fugit" (время бежит) как мудро говорили древние! Дни мои тянутся долго, занятые подготовкой к предстоящим родам и отработкой приёмов ножевого боя.
А ночи… Ночи пролетают в одно мгновенье. Мне кажется, что я не успела обнять Гуру, слиться с ним.., как уже брезжит рассвет. Разлёживаться мне не разрешают. Слишком многое нужно освоить до момента возвращения в тёмные миры.
Иногда, на самом дне моих мыслей возникает предательское: а может ну его? Светлейшего Сэ? Остаться в Бездне, никто не узнает. Дети вырастут… Потом вспоминаю про закон Мэрфи, неумолимый ко мне… Потом ставлю себя на место детей, и думаю: мне бы это не понравилось. Не стала бы судить, высказываться по поводу, но (!) не понравилось бы. Так что, – решено. И моё нежелание, не является препятствием.
Занимаюсь, как в Учебке, перед отправкой на Семинар. Йога, пранаяма, медитация. Дополнением является изменение асан с целью снизить нагрузку, чтобы не повредить детям, и изучение симптомов, по которым надо менять асаны. Если Гуру меня не примет обратно, смогу преподавать йогу для беременных… Или грабить на дорогах. Жан-Батист обучает меня приёмам ножевого боя, которые используют уголовники. И учит метать ножи.
Гуру сделал мне воистину царский подарок. Три комплекта универсальных ножей. По семи штук в каждом. Вера, Надежда, Любовь. На каждом клинке сияет радугой символ одной из христианских добродетелей. На каждом чехле тоже вытиснен свой символ, чтобы не путаться. Ножи универсальны: их можно метать, чем я занимаюсь каждый день, приводя в отчаяние Жана-Батиста. Сама я довольна своими успехами. В начале занятий, я умудрялась попадать в мишень рукояткой. А теперь, через три недели, не хватает силы и меткости. Но я тренируюсь.
Гуру наблюдает за моими тренировками. Я беспокоюсь, что его дела страдают от небрежения, а он хохочет, подхватывая меня на руки, и говорит, что в эти три месяца его важнейшим делом являюсь я. Счастье… Что оно такое? Я не знаю. Просто напитываюсь им на будущее. Я не думаю о том, что будет завтра. Зачем? Если сегодня я ловлю взгляд, улыбку, прикосновение. Если ночи полны обжигающей страсти и щемящей нежности… А вечером мы всей компанией сидим в саду, или выбираемся в степь…
Запах степных трав не сравнить ни с чем. А может, во мне говорят предки-кочевники. Ветер свободы…
– Как вы познакомились? – Гуру подбросил ветку в огонь, вспыхнувшее пламя осветило резкие черты лица. – Вы из одного мира, но в то же время, как бы и не совсем.
Ребята рассмеялись, я присоединилась к ним. Потом объяснила:
– Портал сработал не совсем правильно. Меня перенесло в мой мир. Только на другой континент и в прошлое.
Глава 12. "Мы странно встретились…"
И меня накрыло воспоминанием: я всё таки нашла врата свободного перехода. Точнее, не нашла, ибо я их не искала. Случайно наткнулась, когда табор, – с которым я тогда путешествовала, в очередной раз сбежав от лорда Сэ; умудрился встать на ночную стоянку практически вокруг них.
