Главу совета Хият и Таладат нашли в больнице рядом с Тоеном. Узнав, что мальчик желает поговорить о чем-то важном, все трое сильных магов, недолго думая, навесили защит и глушилок столько, что в палате можно было хранить те самые древние артефакты, унесенные с островка, мало кто бы рискнул к ним сунуться.
Хията Атана выслушала внимательно. Постучала кончиком пальца по тумбочке. Заверила, что ее мачеха чудесная женщина и Хияту обязательно понравится. Пообещала подготовить родственников к встрече, рассказала, что мачеха скоро должна вернуться, не сказав откуда. После чего всех выгнала, заявив, что Тоену нужен покой. В покое он быстрее выздоровеет.
Таладат немного поворчал, но послушно ушел, заявив, что идет кормить молодой растущий организм, то есть Хията. В коридоре запретил оглядываться и попытался изобразить беспечный вид. На взгляд Хията, получалось у него плохо. Но вполне могло быть, что именно этого он и хотел. Пристальный взгляд в спину парень почувствовал. А учитывая ходоков, слухи, да и степень защиты пустякового разговора от подслушивания… добрейшая и мудрейшая вместе с опекуном и нуждающемся в покое великим магом что-то задумали. Или что-то подозревают. Не зря же требуют нигде не ходить в одиночестве.
— А может, вообще кого-то на меня ловят, — тихонько пробормотал Хият и понял, что и сам не прочь этого кого-то половить.
Наверное, поэтому и с ходоками так разговаривал. Хотелось их разозлить. В конце концов, чем быстрее они, или не они, нападут, тем быстрее все закончится.
Может зря Коян тот след затер?
Впрочем, кто бы там не смотрел, к вечеру так никто и не напал. Даже не таращился никто на Хията особо. Таладат поводил его по городу, вертя в руках подвеску, пахнущую льдом и силой, довел до дома, велел никуда не ходить и ушел по своим загадочным делам. А потом, когда Хият, Ладай и пришедшая в гости Дорана играли в «Поле», распивая золотистое вино, вернулся и с порога заявил, что завтра Хията ждут в Доме Совета. Где будут страшно пытать и склонять ко всяческим глупостям.
Хият только отмахнулся. Вино, игра и отвлекающее декольте на тот момент ему были важнее какого-то там совета.
Как практически без проблем захватить власть в городе, в котором есть несколько советов, пускай из них только один Совет Великих фактическое правительство, а остальные решают мелкие вопросы той или иной направленности? Еще в этом городе есть сильные маги, старые семьи со своими артефактами, тайнами и союзами, юный хранящий и множество других достойных личностей, которым попытка захвата наверняка не понравится.
А все просто. Надо всех мешающих, или хотя бы большую их часть собрать в одном месте и скопом убить. Ведь вряд ли все эти люди, особенно зрители, придут на Совет Великих, обвесившись защитами и захватив свои убойные артефакты. Ладай бы точно не захватил, если бы не побывал в учениках собирателя. Это сейчас он жизнью наученный параноик, а раньше слишком сильно верил в то, что есть нерушимые вещи. И одна из них — Дом Совета.
В общем, мысль о том, что все может закончиться очень плохо, пришла Ладаю в голову в тот момент, когда Таладат сказал, что друзья могут сходить поддержать Хията, потому что на этот раз советники решили пустить в святая святых всех, кто захочет и посмеет прийти. И если подумать, пойти поглазеть на то, как советники задают провокационные вопросы хранящему, хотели бы многие. Но реально придут лучшие из лучших, остальные предпочтут держаться подальше от этого высокого собрания.
Ладай мысли кивнул и поделился ею с Таладатом. Он в ответ загадочно улыбнулся и сообщил, что Атана думает точно так же. Поэтому всех, кого надо, она предупредит и попросит держать защиту наивысшего уровня.
Вообще, Атана оказалась тем еще параноиком. Причем разумным параноиком. Поэтому она додумалась до того, что предупреждать нужно только тех, кому более-менее веришь. Потому что так можно предупреждать, предупреждать и предупредить в итоге тех, кто и задумал уничтожить всех своих противников.
В том, что упрямство Хията и им же излитый яд оценили, глава совета была уверена. Как и в том, что мужик, напрашивающийся в учителя, пришел не просто так. А еще она была уверена, что найдутся горячие головы, желающие провести еще один ритуал, уверенные, что на этот раз они точно получат подходящего им хранящего. При смерти множества магов высвобождается множество же энергии, и ее вполне можно использовать. Главное, принести с собой фокусирующий кристалл и проводить ритуал рядом с Домом Совета. Впрочем, ни то, ни другое не проблема. Кристалл, особенно слабенький, может огранить любой, даже начинающий амулетчик. А ритуал можно проводить в подвале любого из окрестных домов.
Хият послушал немного разговор друга и опекуна, привычно почесал затылок и заявил, что все будет хорошо. Главное, ведь быть готовым к нападению. А тот, кто защищается, если он заранее приготовился к защите, всегда в лучшем положении, чем тот, кто нападает. Хуже будет если Ладай и Атана ошибаются. Ждать нападение тяжело, внимание постепенно рассеивается, устаешь и вообще.
Таладат Хията похвалил и опять куда-то засобирался. Возможно, даже готовиться защищаться на завтрашнем совете.
— А здесь на нас не могут напасть? — спросила Дорана. — Убивать противников по одному все-таки легче.
— Вряд ли, — сказал Таладат. — Если действительно хотят провести ритуал принеся такую жертву, то чем больше по одному убьешь, тем меньше эта жертва будет и меньше шансов, что все получится. С другой стороны, нападать на кого-то в этом городе в его собственном доме вообще глупо. Это все равно, что охотнику лезть в берлогу с медведем, надеясь, что он крепко спит.
Дорана кивнула, попросила предупредить на всякий случай родных и вернулась к игре. Играть вдвоем с Ладаем против Хията было интересно. Но девушка все равно подозревала, что они проиграют. Потому что Хият в «Поле» лучший, профессионал, а они всего лишь два любителя.
Глава 11
Всем сестрам по серьгам.
Огромная белая змея и человек, сидевший у нее на голове, наблюдали за происходящим в городе, который им был дорог. Ночью наблюдали, когда большинство горожан спало, а меньшинство занималось теми делами, которыми не принято заниматься при свете дня. Или на которые им днем не хватало времени.
То, что было змее и человеку интересно, началось совсем недавно. В одном из самых старых домов города загорелся свет почти во всех окнах. Заметались по комнатам какие-то тени. Стало позвякивать оружие, потом зашумели людские голоса. Негромко, но и человек и змея при желании могли бы расслышать, что эти люди говорят. Просто им не хотелось.
Шумели в этом доме долго. Потом вооруженные люди начали маленькими группками расходиться, чтобы собраться вокруг Дома Советов и затаиться.
Человек улыбнулся и прошептал:
— Она всегда перестраховывалась и умела убеждать. Заметь, там стражи совсем немного, в основном люди старших семей.
Змея кивнула, едва не сбросив человека с головы. Потом качнула хвостом, заставив облака заклубиться и спрятать картину. А когда эти облака рассеялись, ни Дома Совета, ни затаившихся вокруг площади людей, спрятавшихся под иллюзиями, видно уже не было. Зато был виден чей-то сад и большой красноватый камень, лежащий у фонтана.
— А вот и он, — сказала змея.
Над камнем сплелся временный портал. Несколько раз неуверенно мигнул. А потом из него вышел человек, закутанный в темный плащ с глубоким капюшоном, надвинутым по кончик носа.
— Тот самый? — спросил человек.
— А то как же. Я поэтому мальчику и не сказала, это могло ему помешать.
— Зато мне не помешает, — сказал человек и нехорошо улыбнулся.
Потом встал на ноги, потянулся и исчез.
Змея тихонько, явно неодобрительно зашипела.
— Мстить нехорошо, — сказала.
— Ты еще скажи, что она бы не одобрила, — ворчливо отозвался человек, но появляться во плоти не стал. — Да и не отомстить невозможно. Он не отстанет от моего города. Ему может прийти в голову подождать, пока у меня появится внучка. Да мало ли… И люди, которые его привели и впустили, должны отправиться следом. Это справедливо.
— Справедливо, — проворчала змея.
— Не беспокойся, я не стану вмешиваться, если они смогут справиться сами, — пообещал человек.
— А они не смогут, — уверенно произнесла змея. — Даже тот бестолковый потомок Белого мага не сможет… И ты не сможешь не отомстить. Просто подожди, дай им проявить силу. Так будет правильно.
— Хорошо, — ворчливо отозвался человек.
Змея покачала головой, и облака опять наползли на картинку, скрыв из виду и человека в темном плаще, и тех, кто его встречал и приветствовал.
Хият чувствовал себя глупо и неуютно. А все из-за того, что Дила с какой-то радости решила хорошо его одеть для похода в Дом Совета. И все бы ничего, но одела она его на свой вкус, и сам Хият так одеться бы не додумался. Слишком яркая рубашка, зеленая, якобы под цвет глаз. Узковатые штаны. Не то чтобы неудобные, просто Хият привык, что они несколько шире. Еще пояс с идиотской большой пряжкой, украшенной какими-то драгоценными камнями. Дила утверждала, что пряжка — артефакт. Причем защитный артефакт. Она эту пряжку в свое время с материка привезла, когда вместе с братом убегала на острова, тогда и прихватила. Хият в этой пряжке никакой магии не чувствовал, но спорить не стал. Возможно, эту магию очень умело замаскировали. Защищать ведь пряжка должна от магов, вот и будет им сюрприз.
Плохо отмытые от пыли ботинки с этим нарядом вообще не смотрелись, и это чудо, что Дила вовремя не заметила и не заставила переобуться.
В общем, Хият сам был виноват в том, что согласился на предложение перевозбужденной воспитательницы. Мог бы вспомнить ее платьица в огромных алых цветах и сразу понять, что ничего хорошего из ее предложения не получится. Теперь приходилось терпеть и доказывать самому себе, что все не настолько плохо, как ему кажется. Получалось не очень.
А потом, наконец, стало не до дурацкой одежды. Они дошли до площади перед Домом Совета, и Хият изумленно уставился на собравшуюся там толпу. Даже тогда, когда приезжала Вельда и остальные претенденты на титул хранящего, столько людей не было. А вот теперь на тебе. Собрались, молчат и глазеют, словно никогда прежде не видели.
Хият поежился и оглянулся на Ладая. Друг сиял улыбкой и шел с высоко задранным носом. Складывалось впечатление, что это именно он нашел Хията, заставил стать хранящим и сейчас страшно собой гордился.
Дорана цеплялась за локоть и смотрела, как кошка, подозревающая, что кто-то хочет обидеть ее котят. Дила и Таладат изображали вселенское спокойстивие. Такое спокойствие, что вряд ли кто-то бы рискнул их побеспокоить, чтобы задать пару дурацких вопросов.
Хият глубоко вдохнул, задавил желание почесать затылок и стал старательно думать о посторонних вещах. Например, о том, где сейчас находится Тоен. Он мужчина решительный, наверняка догадывается, что так просто это заседание совета не закончится. Подозревает, что опасность может грозить той же Атане, поэтому вряд ли остается в больнице, ждать и надеяться. Он точно придет, даже если ему придется подраться с медиками и рискнуть жизнью.
Хотя его жизни уже ничего не грозит. Дорана смотрела два дня назад, сказала, что выздоравливает он подозрительно быстро. Возможно, вообще уже полностью здоров, просто его не отпускают принципиально, чтобы в следующий раз меньше рисковал. С медиками это бывает, Ладай рассказывал.
Зрители все молчали и молчали, таращились и таращились, а Хият шел и думал. И чувствовал, как голова становится пустой и глупой. Чего-то он, похоже, не понимает. Всем был нужен хранящий, а теперь от одних пахнет удивлением, от других недовольством, от третьих насмешкой, а больше всего непонимания. Похоже он, по их мнению, на роль хранящего подходит гораздо меньше, чем та же Вельда. Наверное, Ладай прав — репутация штука нужная, и если у тебя репутация не очень умного человека, так к тебе и будут относиться, несмотря даже на то, что ты несколько раз доказал, что они все ошибаются. С репутацией нужно было что-то сделать. Потом, позже. Когда других проблем станет меньше.
А может, к тому времени она сама собой изменится.
Потом они, наконец, вошли в Дом Совета и зрителей стало меньше. Да и те просто стоять и смотреть не могли. Одни спешили занять места на балконах в Большом Зале, у других были дела и не хватало времени.
Дорана, наконец, расслабилась и отпустила локоть. Ладай пожелал удачи, подхватил девушку под руку и потащил куда-то влево. Хияту с Дилой и Таладатом пришлось идти прямо.
Потом, к удивлению парня, довольно долго стоять перед закрытой дверью, потому что советники сначала решили разобраться с какими-то проблемами и лишь потом полюбоваться хранящим. Таладат пороворчал, что они пытаются указать Хияту на его невысокое положение. Дила насмешливо хмыкнула. А сам парень пожал плечами и подошел к стене, где и застыл, опершись об нее спиной и закрыв глаза. Так думалось лучше. Просто опять не о том. И Хияту хотелось спать.
Вот весело будет, если он задремает. Такого неуважения к совету еще не проявляли, наверняка. Зато запомнят и поймут, что указать мальчишке на его место не получилось. Или подумают, что он идиот, не понимающий куда попал.
Тоен чувствовал себя совой, и ему это нравилось, несмотря ни на что. Бок тихо ныл, напоминая о том, что он недолечен, и мужчина время от времени его поглаживал, добавляя энергии на точечную регенерацию. Вообще, если бы у него был хоть какой-то целительский талант, он давно бы этот бок вылечил, а так пришлось искать готового помочь и молчать о своей помощи лекаря, потом плести паутину, ориентируясь на надавливание его пальцев и названные величины. Долгий процесс. Зато лекарь остался доволен и пообещал научиться применять полученный опыт. И наверняка у него даже получится, несмотря на то, что внутренние запасы энергии невелики. Ему ведь не обязательно, чтобы его пациенты выздоравливали за три дня. А на практически безнадежных можно и потратиться, главное, человека спасти. В общем, хороший лекарь, понимающий.
Сейчас Тоен сидел на балке под потолком Большого Зала. Под иллюзией сидел, спасибо вовремя припрятанному шлему, который, как оказалось, отлично заряжался от обыкновенных хранилок. И суровой женщине Даринэ тоже спасибо, за то, что перепрятала шлем туда, где вернувшийся в дом Тоен догадался поискать в первую очередь.
Рассматривать людей внизу было интересно. А уж плести вокруг них сторожевую паутину вообще сплошное удовольствие. Тоен такие неожиданные открытия уже сделал.
Оказывается, половина советников мужского пола носит амулеты для увеличения мужской силы, причем от возраста наличие или отсутствие амулетов не зависело. Женщины поголовно носили защиту от ментального воздействия и ни на что не влияющие защитки от загадочного сглаза. Даже у Атаны они были, наверное, не хотела выделяться на общем фоне.
Еще Тоен успел найти фокусирующий кристалл. Его спрятали под половицей, прямо посреди прохода. Но вот куда именно этот кристалл фокусируется и сколько в том тайнике лежит, понять мужчина не смог. Хотя был уверен, что лежит он там не один год, что само по себе странно.
И возмущение силы, к своему неудовольствию, обнаружил среди зрителей.
