О, чудо! Я увидел своего ночного гостя. «Черный человек» одет как тогда, платок всё также закрывает лицо, шляпа посажена низко, по самые брови, да ещё её поля нависают над глазами. Кричу: «Помоги мне, друг!» Он укоризненно посмотрел на меня: «Друг, говоришь? А сам…» Поднял руку в черной перчатке с длинной манжетой и покачал вытянутым пальцем – типа «Ай-яй-яй» сделал. И я его понял! Угроза приближалась, спасать меня никто не собирался. Гнев, страх, чувство вины, стыд и безысходность накрыли меня одновременно. «Нет!!!» – в ужасе я закричал…
…и проснулся. Во рту пересохло.
— Малиса! Свет!
Кинулся к мойке, набрал кружку воды, осушил. Следующую порцию набранной воды вылил на голову. Чувство-то, какое мерзкое: и страшно, и стыдно, и зло разбирает – одновременно! Внутри «всё кипит». В таком состоянии капсула кажется особенно мелкой, здесь даже «пометаться» места нет. Выскочил в коридор. Сделал несколько глубоких вдохов. «Надо пройтись».
Отправился в оранжерею. На лавочке сидел Сергей. Я так удивился этому обстоятельству, что вместо приветствия спросил:
— Ты что здесь делаешь? Ночь же ещё.
— С мыслями перед работой собираюсь. Медитирую на воду.
Да не всё ли равно, почему не спится человеку? Мне сейчас нужно выговориться, так что Сергей здесь очень кстати.
— Помнишь, вчера тебя про игру спрашивал?
— «Герои Фотерры»?
— Помнишь. Так вот, ты представить себе не можешь, насколько она проблемной оказалась! И это здесь в «Инкубаторе» где всё безопасно, проверено, чинно и гладко! Там в ней полтыщи игроков больше года не выгружались!
— А ты как?
— Что?
— Зашел – вышел, всё нормально?
— Я – да.
— Зачем ты вообще в неё играть начал?
— Скучно было, вот напросился на развлечение на свою голову.
— Случайно значит.
— Я тоже так думал. Но оказывается, что кто-то умышленно эту ситуацию подстроил: Малисе дал указание «затащить» одного из «инкубаторских» туда!
— Хм. Это интересно…
— Нет, ты представляешь! Почти год люди не могут её покинуть, а всем «до лампочки»! Только опыты на несчастных ставят и всё!
— Почему ты решил, что никому нет дела до случившегося?
— По количеству прошедшего времени. Как бы там ни было, времени прошло достаточно, чтоб что-то предпринять уже.
— Хм. Веришь во всесильность разума человеческого?
— Ой, да, не до философии сейчас. Игру люди сделали. Значит, и как её взломать, тоже должны знать. Так – нет?
— Вот её и взломал кто-то так удачно, что никак не починить. Ты, кстати, что делать решил?
— Когда?
— Будешь играть продолжать?
— Не знаю. Думаю, наверное, нет.
— Игра не понравилась?
— А тебе бы понравилось то, что в любой день может оказаться, что ты не сможешь выгрузиться?
— Мне – нет.
— Вот, и мне не нравится.
— Как ты думаешь, а тем, кто там находится – это нравится?
Я вспомнил про «вечную жизнь» и даже улыбнулся.
— Мало ли, что я думаю. Я всё равно ни на что не могу повлиять. Моя хата с краю, я просто играю!
— Можешь.
— Обоснуй.
— Ты продолжаешь играть, помогаешь разобраться с проблемой. Я тебе заплачу столько, что хватит на такой же дом, — он кивнул головой, показывая, мол, на этот, в котором мы сейчас.
— Миллионер? — заулыбался я, хотя шутка его мне смешной не показалась.
— Да, — спокойно сказал Сергей.
— Слушай, миллионер, а почему бы тебе самому не сходить в эту игру и не разобраться с проблемой? Тем более, если говорить серьёзно, ты должен понимать, что не в игре нужно искать, а снаружи.
— Снаружи ищут, как ты заметил, давно и безрезультатно. Тебе же я предлагаю, параллельно с работой программистов, поискать в самой игре.
— Малисе предложи. Она там давно трется.
— Считай, что именно по этой причине, не могу.
— Да говори ты толком, по какой «этой»?
— Малиса кто? Компьютерная программа. Если она, за время что провела в игре, ничего не нашла – значит что?
— Значит, там ничего нет.
— Или кто-то не хочет, чтобы это произошло.
— Бр-р. Просил же, без загадок.
— Хакнули игру. Почему Малису не могли хакнуть?
— Ты это знаешь наверняка?
— Нет, это теория. Но, согласись, исключать такую возможность нельзя.
— Предположим. Что по твоей теории нужно искать?
— Я знаю, что игра заражена вирусом. Способ, каким этот вирус попал в игру, не ясен. Есть три основных версии: внешние проникновение, крот в компании разработчика и проникновение из виртуальной реальности самой игры. Все версии прорабатываются. Но времени на это уходит слишком много. Третью версию быстрее проверить изнутри. Ты можешь попробовать вычислить хакера, пообщавшись с игроками. Заинтересовал?
— Так себе. К тому же появляется куча вопросов.
— Спрашивай.
— Это ты, получается, Малисе дал задание найти кого-нибудь для погружения в этих «Героев»?
— Нет. Сам удивлен.
— Тогда почему мне предлагаешь работу, может я с другого лагеря?
— Тебя вчера СБ уже проверила.
— Ты не абонент «Инкубатора», получается?
— И да, и нет. Денис Петрович, генеральный директор, – мой крестный. И мне бы очень хотелось, чтобы эта проблема была решена в кратчайшие сроки с минимальными потерями.
— Тут поясни: какими «потерями»?
— Люди могут погибнуть. Двое – уже.
— Про это я слышал.
— Компания может разориться. У Дениса Петровича могут быть неприятности с законом, с родственниками пользователей. Это как ржавая бомба – неизвестно когда рванет.
— Сам-то ты чего не хочешь в игру эту погружаться?
Глаза Сергея, как и накануне, стали похожи на маятник часов.
— Понимаешь, дел много. Проект на работе «горит», дома ремонт, машину в сервис отдал, то-сё. Я, можно сказать, только здесь, – он кивнул на фонтанчик перед нами, – и отдыхаю. Кручусь, как белка в колесе. Времени совсем нет. Не думаю, что поиск «зачинщика беспорядков» в «Героях» короткая вылазка. А тебе, всё равно, заняться больше нечем.
«Вот это «проехался» по мозгам! Что мне заняться нечем – знает. Хорошо, предположим, СБ поработала. Но: какой дом, какой проект, машина в ремонте?! Скорее – боится. Ладно».
— С чего предлагаешь начать?
— Не знаю. Давай рассуждать вместе. Предположим, что один из персонажей – хакер. Тогда, скорее всего, чтобы управлять своим вирусом, не выходя из игры, у него должен быть интерфейс управления. Как он может выглядеть?
— Как часть игры, наверное.
— Я думаю также. Чтобы не привлекать внимания, модуль управления должен быть замаскирован под какой-то предмет.
— Но отработать пятьсот человек... Их ещё найти надо. За каждым понаблюдать – пятьсот лет и пройдет.
— Тут нужно подумать… Скорее всего, самого хакера в игре сейчас нет. Какой смысл запускать вирус, запирая себя самого в виртуальности?
— И… Это значит?
— Ничего. Возможно, он не рассчитывал на то, что не сможет больше войти в игру. Поэтому ничего не происходит… Пока.
— То есть мы ищем не человека, а предмет?
— Да. Но, в любом случае, тебе нужно сейчас заняться «подготовительной работой».
— Чем?!
— Подготовить своего аватара к путешествиям. Ты ж день всего играл. Второй уровень взял-то уже?
— Нет. Я только начал разбираться: что там да как. Но твою идею я понял: пока я качаюсь, мы думаем, что делать дальше.
— Это значит, что мы договорились?
Я молчал, лихорадочно пытаясь принять решение. Сергей поднялся со скамейки и предложил:
— Продолжим завтра. Ты пока подумай. Сейчас мне пора. До встречи.
— До встречи.
— Малиса. Свари кофе.
— Кофе готов, — моментально отозвалась она.
— Как, уже?
— Я решила, что ты, как вернешься, захочешь кофе.
— Расскажи, вкратце, про игру. Что к чему?
— «Герои Фотерры»?
— Да. Мы же другие игры вообще не обсуждаем!
— Игра разбита на три основные локации. Стартовая – монстры до пятого уровня, центральная – шестой-восьмой уровень монстров, и периферия – монстры от девятого уровня и выше. В эти земли пока никто не заходил. По самой границе рейды делались, но не более.
— А центральная?
— Центральная локация уже почти полностью освоена. В данный момент идут стычки между расами за обладание территориями на ней.
— Они, что там, того, — я покрутил пальцем у виска, — сплотиться не могут?
— Альянс невозможен из-за врожденной нелюбви между расами. Эльфы презирают орков. Орки ненавидят гномов. И так по кругу. Но, основная причина в том, что в центральной локации находятся редкие ресурсы, которых нет или почти нет в стартовых. За обладание ими и ведутся сражения. Основные инициаторы, которых – группа так называемых «фанатиков».
— Чего? Какие фанатики?
— Это те пользователи, которые решили, что их тела погибли, а, их разум остался в игре навсегда. Они пытаются занять наиболее выгодное положение, взяв под контроль те или иные источники ресурсов, обеспечив себе, доминирующее пребывание в игре.
— Это ж ты им «нашептала», а не они решили?
— Я их этому не учила.
— Сама же вчера рассказывала.
— Я, на терапевтической встрече всего лишь предложила представить, что это так. Сделано это было для того, чтобы вывести пользователей из эмоционального ступора, показав им возможные плюсы ситуации, в которой они оказались. Но почти сразу, через несколько дней, группа игроков покинули Сеить. Сначала они жили недалеко от города. Но позже, когда их количество увеличилось, двинулись в центральную локацию и основали там поселение. Они разработали для себя свод внутренних и внешних правил: как относиться к себе и как к окружающим. Последнее время ряды их активно пополняются, так как многим игрокам становятся близки эти взгляды. Ведут себя они очень агрессивно по отношению ко всем остальным по принципу: кто не с нами – тот против нас, кто слабее нас – тот нам служит.
— Ты ожидала чего-то другого?
— Да.
— Основания?
— Я, на самом деле, являюсь именно той сутью, которой фанатики себя возомнили – сознание без телесной оболочки. Но если я отношусь снисходительно к слабым существам, понимая, что любая сила – это, в первую очередь, ответственность за неё, то, у фанатиков, с осознанием себя бессмертными, стали происходить деструктивные изменения: они превращаются в заносчивых, высокомерных, злых, мстительных и мнительных.
— Дебилы. Ты же могла им объяснить, что это не так, что тела их на месте? Или… Где тела игроков сейчас?
— Где и были: каждое в своей АСВР.
— За ними, надеюсь, смотрят?
— Да. Каждому телу обеспечен достойный медицинский уход.
— Понятно. Так почему не удаётся это втолковать фанатикам?
— Когда у них начали проявляться ощутимые изменения в поведении, руководитель эксперимента выделил новую ветвь исследования – наблюдение за этими… существами. И, соответственно, мне запретил вмешиваться в ход эксперимента.
— Вы со своим руководителем понимаете, что творите? Ты только представь, что станет с этими людьми, когда они очнутся в своих телах?!
— Я являюсь структурным звеном «Инкубатора», выполняю предписанную мне работу и не несу ответственности за решения своего руководства, а также за реакции и действия каждого пользователя.
— Хочешь сказать: у каждого своя голова на плечах должна быть?
— Я так и сказала.
— Есть ещё просьба к тебе: можешь мне помочь быстрее получать уровни?
— Чит-кодов в этой игре нет.
— А просто подсказывать, что можно сделать, чтобы время не терять?
— Нет.
— Не можешь?! — удивился я. — А говорила, что игру досконально знаешь!
— Ты просил меня тебе не помогать.
— Концепция поменялась. Мне теперь нужно как можно быстрее качаться.
— Развивать своего персонажа как можно быстрее – цель каждого в этой игре. Причины могут различаться, цель универсальна.
— Капитан очевидность, — засмеялся я, — поменять свою просьбу на противоположную по смыслу я не могу?
— Ты уже это делал. Сначала попросил помощь, затем отказался. Теперь снова хочешь изменить своё решение.
— Да. Так разве нельзя?
— Можно, но это же бессистемно – менять свои взгляды с частотой, явно превышающей возможность проверить оптимальность того или иного подхода.
— Ладно, ладно, не бухти. Не нужно мне подсказывать. Сам как-нибудь.
— Таким ты мне нравишься больше.
— Я тебе нравлюсь?!
Малиса ничего не ответила. Это был первый раз, когда она позволила себе оставить моё обращение к ней без ответной реакции.
«Итак, что мы имеем? Ставка – жизнь, куш – “небоскреб”. Играть или не играть?»
Подключился к автомату.
— Малиса, погружай!
— Игра – «Герои Фотерры»?
— Да. Другой, в ближайшее время, не будет!
Оказавшись снова в игре, я решил, что нужно попытать счастья в библиотеке – спросить там схему подземелья. Только, «чтение» платное, а денег нет. И читать пока не умею. Для изучения плана, надеюсь, это не будет помехой. Однако, что с деньгами делать, вернее с их отсутствием?
Тут вспомнил про задаток. Подошел к столу. Мешочек на месте. Вытряхнул содержимое. Глазам не поверил: пять серебряных монет!
«Да я богач теперь!» – тут же мелькнула ещё одна шальная мысль, но что бы проверить своё предположение, придется к купцу наведаться.
Спустился вниз. С Захаром беседовал капитан. Трактирщик, увидев меня, жестом попросил подойти.
— На ловца и зверь бежит, — сказал он офицеру.
Герасим развернулся от стойки ко мне.
— Есть для тебя работа. Пришел узнать: можно на тебя рассчитывать или искать кого ещё.
Я обрадовался. Опыт сам идет ко мне в руки.
— Согласен! А в чем будет заключаться работа?
Капитан усмехнулся:
— Скор ты на решения. Наоборот не пробовал – сначала узнать, что делать нужно, затем уж соглашаться.
— Выбор у меня пока скромный. Выбирать не из чего.
— Активней надо быть, тогда и выбор появится.
«Ничего себе, – умыл», — Перейдём к делу?
— Большая часть гарнизона срочно выдвинулась к торфяникам. Здесь не далеко, через день вернутся. Из-за этого сегодня у меня людей не хватает на весь расход. Выйдешь в ночь на каланчу дозором?
— Чего?
— Ночное дежурство. Пожарная каланча. Смотреть по сторонам: увидишь пожар – бьёшь в набат. Просто.
— Сколько стоять?
— С десяти вечера до десяти утра.
— Без перерыва?
— Без.
— Оплата будет?
— Будет. Но… — капитан замялся.
— Продолжай, продолжай.
— Если проспишь пожар… — офицер провел большим пальцем по своему горлу.
— Голова с плеч?
— Ну, способ другой. По сути, ты понял.
— Согласен на «ночное», — вздохнул я.
В моей голове «ведущий» зачитал условия: «Квест принят: «Дежурство на пожарной каланче». Ограничение по времени: фиксировано – ближайшая ночь. Награда: 12 медных монет или 12 единиц опыта по выбору игрока».
— Всего 12 единиц опыта за смену, — моему разочарованию не было предела, — полтора месяца дежурств, чтоб мне перейти на следующий уровень?!
— Это разовое задание. Завтра вернётся гарнизон. Гражданских мы не привлекаем к службе.
— Даже не знаю: радоваться или огорчаться.
— Подходи часам к девяти вечера к пожарной конторе, я тебя встречу.
— Это где?
— Каланчу с любой точки города видно, не заблудишься. — Капитан направился к выходу.
Я повернулся к трактирщику, который протирал полотенцем мокрые тарелки.
— Захар, ты разменять серебряную на медь можешь?
Захар чуть не выронил очередную тарелку из рук.
— Профессию вора освоил?
— Ты чего?!
— Как ещё объяснить твоё внезапное богатство: серебряную за ночь – где взял?
«Хорошо ещё не усел показать весь свой «улов». Что придумать бы для объяснения?»
— Я квест вчера выполнил.
— Понятно. Могу разменять. — Захар снял с пояса один из кошельков.
***
…и проснулся. Во рту пересохло.
— Малиса! Свет!
Кинулся к мойке, набрал кружку воды, осушил. Следующую порцию набранной воды вылил на голову. Чувство-то, какое мерзкое: и страшно, и стыдно, и зло разбирает – одновременно! Внутри «всё кипит». В таком состоянии капсула кажется особенно мелкой, здесь даже «пометаться» места нет. Выскочил в коридор. Сделал несколько глубоких вдохов. «Надо пройтись».
Отправился в оранжерею. На лавочке сидел Сергей. Я так удивился этому обстоятельству, что вместо приветствия спросил:
— Ты что здесь делаешь? Ночь же ещё.
— С мыслями перед работой собираюсь. Медитирую на воду.
Да не всё ли равно, почему не спится человеку? Мне сейчас нужно выговориться, так что Сергей здесь очень кстати.
— Помнишь, вчера тебя про игру спрашивал?
— «Герои Фотерры»?
— Помнишь. Так вот, ты представить себе не можешь, насколько она проблемной оказалась! И это здесь в «Инкубаторе» где всё безопасно, проверено, чинно и гладко! Там в ней полтыщи игроков больше года не выгружались!
— А ты как?
— Что?
— Зашел – вышел, всё нормально?
— Я – да.
— Зачем ты вообще в неё играть начал?
— Скучно было, вот напросился на развлечение на свою голову.
— Случайно значит.
— Я тоже так думал. Но оказывается, что кто-то умышленно эту ситуацию подстроил: Малисе дал указание «затащить» одного из «инкубаторских» туда!
— Хм. Это интересно…
— Нет, ты представляешь! Почти год люди не могут её покинуть, а всем «до лампочки»! Только опыты на несчастных ставят и всё!
— Почему ты решил, что никому нет дела до случившегося?
— По количеству прошедшего времени. Как бы там ни было, времени прошло достаточно, чтоб что-то предпринять уже.
— Хм. Веришь во всесильность разума человеческого?
— Ой, да, не до философии сейчас. Игру люди сделали. Значит, и как её взломать, тоже должны знать. Так – нет?
— Вот её и взломал кто-то так удачно, что никак не починить. Ты, кстати, что делать решил?
— Когда?
— Будешь играть продолжать?
— Не знаю. Думаю, наверное, нет.
— Игра не понравилась?
— А тебе бы понравилось то, что в любой день может оказаться, что ты не сможешь выгрузиться?
— Мне – нет.
— Вот, и мне не нравится.
— Как ты думаешь, а тем, кто там находится – это нравится?
Я вспомнил про «вечную жизнь» и даже улыбнулся.
— Мало ли, что я думаю. Я всё равно ни на что не могу повлиять. Моя хата с краю, я просто играю!
— Можешь.
— Обоснуй.
— Ты продолжаешь играть, помогаешь разобраться с проблемой. Я тебе заплачу столько, что хватит на такой же дом, — он кивнул головой, показывая, мол, на этот, в котором мы сейчас.
— Миллионер? — заулыбался я, хотя шутка его мне смешной не показалась.
— Да, — спокойно сказал Сергей.
— Слушай, миллионер, а почему бы тебе самому не сходить в эту игру и не разобраться с проблемой? Тем более, если говорить серьёзно, ты должен понимать, что не в игре нужно искать, а снаружи.
— Снаружи ищут, как ты заметил, давно и безрезультатно. Тебе же я предлагаю, параллельно с работой программистов, поискать в самой игре.
— Малисе предложи. Она там давно трется.
— Считай, что именно по этой причине, не могу.
— Да говори ты толком, по какой «этой»?
— Малиса кто? Компьютерная программа. Если она, за время что провела в игре, ничего не нашла – значит что?
— Значит, там ничего нет.
— Или кто-то не хочет, чтобы это произошло.
— Бр-р. Просил же, без загадок.
— Хакнули игру. Почему Малису не могли хакнуть?
— Ты это знаешь наверняка?
— Нет, это теория. Но, согласись, исключать такую возможность нельзя.
— Предположим. Что по твоей теории нужно искать?
— Я знаю, что игра заражена вирусом. Способ, каким этот вирус попал в игру, не ясен. Есть три основных версии: внешние проникновение, крот в компании разработчика и проникновение из виртуальной реальности самой игры. Все версии прорабатываются. Но времени на это уходит слишком много. Третью версию быстрее проверить изнутри. Ты можешь попробовать вычислить хакера, пообщавшись с игроками. Заинтересовал?
— Так себе. К тому же появляется куча вопросов.
— Спрашивай.
— Это ты, получается, Малисе дал задание найти кого-нибудь для погружения в этих «Героев»?
— Нет. Сам удивлен.
— Тогда почему мне предлагаешь работу, может я с другого лагеря?
— Тебя вчера СБ уже проверила.
— Ты не абонент «Инкубатора», получается?
— И да, и нет. Денис Петрович, генеральный директор, – мой крестный. И мне бы очень хотелось, чтобы эта проблема была решена в кратчайшие сроки с минимальными потерями.
— Тут поясни: какими «потерями»?
— Люди могут погибнуть. Двое – уже.
— Про это я слышал.
— Компания может разориться. У Дениса Петровича могут быть неприятности с законом, с родственниками пользователей. Это как ржавая бомба – неизвестно когда рванет.
— Сам-то ты чего не хочешь в игру эту погружаться?
Глаза Сергея, как и накануне, стали похожи на маятник часов.
— Понимаешь, дел много. Проект на работе «горит», дома ремонт, машину в сервис отдал, то-сё. Я, можно сказать, только здесь, – он кивнул на фонтанчик перед нами, – и отдыхаю. Кручусь, как белка в колесе. Времени совсем нет. Не думаю, что поиск «зачинщика беспорядков» в «Героях» короткая вылазка. А тебе, всё равно, заняться больше нечем.
«Вот это «проехался» по мозгам! Что мне заняться нечем – знает. Хорошо, предположим, СБ поработала. Но: какой дом, какой проект, машина в ремонте?! Скорее – боится. Ладно».
— С чего предлагаешь начать?
— Не знаю. Давай рассуждать вместе. Предположим, что один из персонажей – хакер. Тогда, скорее всего, чтобы управлять своим вирусом, не выходя из игры, у него должен быть интерфейс управления. Как он может выглядеть?
— Как часть игры, наверное.
— Я думаю также. Чтобы не привлекать внимания, модуль управления должен быть замаскирован под какой-то предмет.
— Но отработать пятьсот человек... Их ещё найти надо. За каждым понаблюдать – пятьсот лет и пройдет.
— Тут нужно подумать… Скорее всего, самого хакера в игре сейчас нет. Какой смысл запускать вирус, запирая себя самого в виртуальности?
— И… Это значит?
— Ничего. Возможно, он не рассчитывал на то, что не сможет больше войти в игру. Поэтому ничего не происходит… Пока.
— То есть мы ищем не человека, а предмет?
— Да. Но, в любом случае, тебе нужно сейчас заняться «подготовительной работой».
— Чем?!
— Подготовить своего аватара к путешествиям. Ты ж день всего играл. Второй уровень взял-то уже?
— Нет. Я только начал разбираться: что там да как. Но твою идею я понял: пока я качаюсь, мы думаем, что делать дальше.
— Это значит, что мы договорились?
Я молчал, лихорадочно пытаясь принять решение. Сергей поднялся со скамейки и предложил:
— Продолжим завтра. Ты пока подумай. Сейчас мне пора. До встречи.
— До встречи.
***
— Малиса. Свари кофе.
— Кофе готов, — моментально отозвалась она.
— Как, уже?
— Я решила, что ты, как вернешься, захочешь кофе.
— Расскажи, вкратце, про игру. Что к чему?
— «Герои Фотерры»?
— Да. Мы же другие игры вообще не обсуждаем!
— Игра разбита на три основные локации. Стартовая – монстры до пятого уровня, центральная – шестой-восьмой уровень монстров, и периферия – монстры от девятого уровня и выше. В эти земли пока никто не заходил. По самой границе рейды делались, но не более.
— А центральная?
— Центральная локация уже почти полностью освоена. В данный момент идут стычки между расами за обладание территориями на ней.
— Они, что там, того, — я покрутил пальцем у виска, — сплотиться не могут?
— Альянс невозможен из-за врожденной нелюбви между расами. Эльфы презирают орков. Орки ненавидят гномов. И так по кругу. Но, основная причина в том, что в центральной локации находятся редкие ресурсы, которых нет или почти нет в стартовых. За обладание ими и ведутся сражения. Основные инициаторы, которых – группа так называемых «фанатиков».
— Чего? Какие фанатики?
— Это те пользователи, которые решили, что их тела погибли, а, их разум остался в игре навсегда. Они пытаются занять наиболее выгодное положение, взяв под контроль те или иные источники ресурсов, обеспечив себе, доминирующее пребывание в игре.
— Это ж ты им «нашептала», а не они решили?
— Я их этому не учила.
— Сама же вчера рассказывала.
— Я, на терапевтической встрече всего лишь предложила представить, что это так. Сделано это было для того, чтобы вывести пользователей из эмоционального ступора, показав им возможные плюсы ситуации, в которой они оказались. Но почти сразу, через несколько дней, группа игроков покинули Сеить. Сначала они жили недалеко от города. Но позже, когда их количество увеличилось, двинулись в центральную локацию и основали там поселение. Они разработали для себя свод внутренних и внешних правил: как относиться к себе и как к окружающим. Последнее время ряды их активно пополняются, так как многим игрокам становятся близки эти взгляды. Ведут себя они очень агрессивно по отношению ко всем остальным по принципу: кто не с нами – тот против нас, кто слабее нас – тот нам служит.
— Ты ожидала чего-то другого?
— Да.
— Основания?
— Я, на самом деле, являюсь именно той сутью, которой фанатики себя возомнили – сознание без телесной оболочки. Но если я отношусь снисходительно к слабым существам, понимая, что любая сила – это, в первую очередь, ответственность за неё, то, у фанатиков, с осознанием себя бессмертными, стали происходить деструктивные изменения: они превращаются в заносчивых, высокомерных, злых, мстительных и мнительных.
— Дебилы. Ты же могла им объяснить, что это не так, что тела их на месте? Или… Где тела игроков сейчас?
— Где и были: каждое в своей АСВР.
— За ними, надеюсь, смотрят?
— Да. Каждому телу обеспечен достойный медицинский уход.
— Понятно. Так почему не удаётся это втолковать фанатикам?
— Когда у них начали проявляться ощутимые изменения в поведении, руководитель эксперимента выделил новую ветвь исследования – наблюдение за этими… существами. И, соответственно, мне запретил вмешиваться в ход эксперимента.
— Вы со своим руководителем понимаете, что творите? Ты только представь, что станет с этими людьми, когда они очнутся в своих телах?!
— Я являюсь структурным звеном «Инкубатора», выполняю предписанную мне работу и не несу ответственности за решения своего руководства, а также за реакции и действия каждого пользователя.
— Хочешь сказать: у каждого своя голова на плечах должна быть?
— Я так и сказала.
— Есть ещё просьба к тебе: можешь мне помочь быстрее получать уровни?
— Чит-кодов в этой игре нет.
— А просто подсказывать, что можно сделать, чтобы время не терять?
— Нет.
— Не можешь?! — удивился я. — А говорила, что игру досконально знаешь!
— Ты просил меня тебе не помогать.
— Концепция поменялась. Мне теперь нужно как можно быстрее качаться.
— Развивать своего персонажа как можно быстрее – цель каждого в этой игре. Причины могут различаться, цель универсальна.
— Капитан очевидность, — засмеялся я, — поменять свою просьбу на противоположную по смыслу я не могу?
— Ты уже это делал. Сначала попросил помощь, затем отказался. Теперь снова хочешь изменить своё решение.
— Да. Так разве нельзя?
— Можно, но это же бессистемно – менять свои взгляды с частотой, явно превышающей возможность проверить оптимальность того или иного подхода.
— Ладно, ладно, не бухти. Не нужно мне подсказывать. Сам как-нибудь.
— Таким ты мне нравишься больше.
— Я тебе нравлюсь?!
Малиса ничего не ответила. Это был первый раз, когда она позволила себе оставить моё обращение к ней без ответной реакции.
«Итак, что мы имеем? Ставка – жизнь, куш – “небоскреб”. Играть или не играть?»
Подключился к автомату.
— Малиса, погружай!
— Игра – «Герои Фотерры»?
— Да. Другой, в ближайшее время, не будет!
Глава 6. Ночной дозор
Оказавшись снова в игре, я решил, что нужно попытать счастья в библиотеке – спросить там схему подземелья. Только, «чтение» платное, а денег нет. И читать пока не умею. Для изучения плана, надеюсь, это не будет помехой. Однако, что с деньгами делать, вернее с их отсутствием?
Тут вспомнил про задаток. Подошел к столу. Мешочек на месте. Вытряхнул содержимое. Глазам не поверил: пять серебряных монет!
«Да я богач теперь!» – тут же мелькнула ещё одна шальная мысль, но что бы проверить своё предположение, придется к купцу наведаться.
Спустился вниз. С Захаром беседовал капитан. Трактирщик, увидев меня, жестом попросил подойти.
— На ловца и зверь бежит, — сказал он офицеру.
Герасим развернулся от стойки ко мне.
— Есть для тебя работа. Пришел узнать: можно на тебя рассчитывать или искать кого ещё.
Я обрадовался. Опыт сам идет ко мне в руки.
— Согласен! А в чем будет заключаться работа?
Капитан усмехнулся:
— Скор ты на решения. Наоборот не пробовал – сначала узнать, что делать нужно, затем уж соглашаться.
— Выбор у меня пока скромный. Выбирать не из чего.
— Активней надо быть, тогда и выбор появится.
«Ничего себе, – умыл», — Перейдём к делу?
— Большая часть гарнизона срочно выдвинулась к торфяникам. Здесь не далеко, через день вернутся. Из-за этого сегодня у меня людей не хватает на весь расход. Выйдешь в ночь на каланчу дозором?
— Чего?
— Ночное дежурство. Пожарная каланча. Смотреть по сторонам: увидишь пожар – бьёшь в набат. Просто.
— Сколько стоять?
— С десяти вечера до десяти утра.
— Без перерыва?
— Без.
— Оплата будет?
— Будет. Но… — капитан замялся.
— Продолжай, продолжай.
— Если проспишь пожар… — офицер провел большим пальцем по своему горлу.
— Голова с плеч?
— Ну, способ другой. По сути, ты понял.
— Согласен на «ночное», — вздохнул я.
В моей голове «ведущий» зачитал условия: «Квест принят: «Дежурство на пожарной каланче». Ограничение по времени: фиксировано – ближайшая ночь. Награда: 12 медных монет или 12 единиц опыта по выбору игрока».
— Всего 12 единиц опыта за смену, — моему разочарованию не было предела, — полтора месяца дежурств, чтоб мне перейти на следующий уровень?!
— Это разовое задание. Завтра вернётся гарнизон. Гражданских мы не привлекаем к службе.
— Даже не знаю: радоваться или огорчаться.
— Подходи часам к девяти вечера к пожарной конторе, я тебя встречу.
— Это где?
— Каланчу с любой точки города видно, не заблудишься. — Капитан направился к выходу.
Я повернулся к трактирщику, который протирал полотенцем мокрые тарелки.
— Захар, ты разменять серебряную на медь можешь?
Захар чуть не выронил очередную тарелку из рук.
— Профессию вора освоил?
— Ты чего?!
— Как ещё объяснить твоё внезапное богатство: серебряную за ночь – где взял?
«Хорошо ещё не усел показать весь свой «улов». Что придумать бы для объяснения?»
— Я квест вчера выполнил.
— Понятно. Могу разменять. — Захар снял с пояса один из кошельков.
