Наш запальчивый диалог неожиданно прервал заразительный смех. Оказывается, Илья Тимофеевич и незнакомый посетитель сидели за первой партой и слушали. Когда они пришли, ни один из нас не заметил.
- Будь моя женушка столь несговорчивой, я до сих пор ходил бы холостой, - произнес гость.
Илья Тимофеевич со Славиком покатились со смеху.
- Знакомься - мои лучшие студенты, - произнес наш руководитель, - Рита Сидорова и Слава Горелов - самые творческие личности на курсе. Он – мистер Четкость Мышления, зато она – огонь и страсть! Из них получилась бы отличная команда!
Мы в очередной раз раздулись от гордости.
- Вот бы услышать продолжение диспута! - по-доброму улыбнулся незнакомец.
- Боюсь, очарование беседы необратимо разрушено, мы по-стариковски привыкли лезть в дела молодых, - Илья Тимофеевич приобнял нас со Славиком за плечи. - Ребята, знакомьтесь, Сергей Афанасьевич Сафонов, академик, руководит отделом роботов и манипуляторов в таком учреждении, которое и назвать-то страшно...
- Всего лишь концерн "Фантом", - скромно вставил гость замдекана.
Мы со Славиком разинули рты от изумления и обалдело уставились на обаятельного академика. О суперпредприятии в городе ходили легенды, распространялись слухи о всяких страстях-мордастях, а тут такой симпатяга - и академик мегапредприятия.
- Рита, можно вопрос личного характера? - проговорил Сафонов.
- Да, конечно.
- Скажите, а сами вы в ближайшее время не собираетесь обзаводиться потомством?
В вопросе академика ощущался некий подтекст. Я ответила незамедлительно:
- Боже упаси! – и тут же покраснела. – В смысле, у меня даже нет подходящей кандидатуры на роль будущего мужа!
- Роль...хм… полагаете, супружеская жизнь – театр?
- Вся наша жизнь – сложная и многогранная ролевая игра.
- Интересная версия, - Сергей Афанасьевич уже не улыбался, – хоть и не новая. И все же, вы бы доверили своего ребенка машине?
- Разумеется, если бы у меня не было обеих рук! Но постоянно держала бы нос на кнопке управления!
-Находчивая девушка! Кстати, мне понравилась идея насчет погремушки! - Сергей Афанасьевич широко улыбнулся.
Я оценила деликатность человека, достигшего немыслимых высот, по отношению к простой студентке. Вскоре академик принял участие в привычном мини-диспуте и как-то сразу органично вписался в наш небольшой коллектив. После его ухода Илья Тимофеевич сказал:
- Замечательный человек и мой большой друг. В его отдел срочно требуются два специалиста, так сложились обстоятельства. Я рекомендовал ему вас, как лучших студентов. Полагаю, он уже сейчас сделает запрос личных дел, и вы успеете пройти проверку до того, как защититесь. Искренне желаю, чтобы все завершилось благополучно: вашу жизнь станут рассматривать под микроскопом, начиная с рождения, биографии ближайших родственников вывернут наизнанку. Но если дело выгорит, можете считать себя счастливчиками - работать с академиком Сафоновым - огромная удача, поверьте мне.
- Кажется, ему не понравились мои рассуждения о ролевой игре, - произнесла я в сердцах.
- Рита, не переживай, думаю, он понял тебя правильно. Главное, ты говорила искренне. Да и вообще, в данном случае неважно, о чем вы там разглагольствовали, ему нужны творческие личности, а их он в вас увидел. Могу сказать точно, вы оба понравились Сергею - я хорошо знаю своего друга, кстати, мы с ним, как и вы - однокашники.
Проверку мы прошли благополучно, хотя она длилась ещё целый месяц после нашей защиты и вплоть до сего дня трудились под руководством академика Сафонова. Действительно, три необыкновенных, фантастичных, захватывающих года пролетели, как миг! В отделе сложилась на редкость благоприятная обстановка, несмотря даже на соглядатаев. Коллектив подобрался обалденный, с такими людьми не просто интересно работать, рядом с ними растешь и крепчаешь. А мы со Славиком при поддержке опытных и знающих спецов представляли собой страшную силу! Нас называли "золотой фонд Сафонова". Мы действительно трудились на совесть.
Изделия, производимые концерном "Фантом", окупались с лихвой, новые разработки хорошо финансировались. Разновсяческие воротилы бились между собой за право вкладывать свои капиталы в новшества предприятия. Мало того, что лучшей возможности отмывать грязные мафиозные деньги просто не существует в природе, так ещё и прибыли баснословные. В стране свирепствовали кризисы, росла безработица, люди месяцами сидели без зарплаты. Нас не коснулись подобные неурядицы под надежной защитой могучего колосса - концерна "Фантом". Всем, кто здесь трудился, платили ну очень приличные деньги! И премии подкидывали, за удачные идеи дополнительно стимулировали.
Нужды Славик и я не знали. Идеи из нас так и перли, а работать мы умели и любили. "Золотой фонд Сафонова" - дорогого стоит. Во всех смыслах. Хотя, конечно, деньги являлись только дополнительной приятностию, но такая стабильность помогала нашим семьям выживать в трудных условиях. Мои родители, например, называли меня "кормилицей", когда у них на работе начались перебои с зарплатой. То ж самое происходило в семьях остальных сотрудников, в том числе, Славика.
Возможно, именно из-за сверхинтересной работы я и не торопилась устроить личную жизнь. Ведь и стервы в конце концов выходят замуж. А мне оно сто лет не сдалось. У нас работает чрезвычайно много интересных мужчин, отнюдь не обделяющих меня вниманием, частенько пытающихся ухаживать. Иногда (довольно редко) я отвечаю взаимностью, а в основном на работе не до амуров, взглядов и вздохов. Славик все удивлялся: "Ритка, за тобой такие мужики бегают, а ты умудряешься до сих пор оставаться незамужней, уметь надо!" Я отвечала со вздохом: "Прикинь! Видать, помру такой дурой!" Однако я-то жива, а вот брат...
В больнице меня навещали многие сотрудники, включая самого Сергея Афанасьевича Сафонова. Все пытались поддержать, бодрились, впрочем, пряча повлажневшие от слез глаза. Концерн выделил деньги на похороны Славика и его жены и взял на себя все хлопоты, связанные с погребением. У нас всегда так делается, это уже закон.
Академик Сафонов успокоил меня, пообещав оставить мое место за мной, остальное я сама додумала: друга и брата скоро заменит другой человек. Сработаемся ли? Вдруг не сойдемся характерами? Без сомнения, вакансия достанется мужчине. Женщин брали на "Фантом" сравнительно редко, особенно на должности инженерно-технических работников. Бухгалтерами, экономистами или охранницами - другое дело. Потому и говорю: мне несказанно подфартило! Чисто случайно приглянулась академику Сафонову, имеющему право лично подбирать кадры для своего отдела.
ГЛАВА 6. Новичок.
В тот день смутное беспокойство плавало в душе аквариумной рыбкой: казалось, минула целая вечность с того дня, как покинула серое здание. Целая эпоха, эра... Какой я тогда была? Молодой, беззаботной, не знающей ни страха, ни сомнений, ни боли, ни скорби; увлеченной, горячей в работе, бескомпромиссной в отношениях с людьми. А какой стала после аварии? В больнице меня снедала жестокая ностальгия: наши со Славиком энтузиазм и увлеченность казались чем-то далеким, невозвратимым, но невообразимо прекрасным. Я потеряла брата и единомышленника.
Сначала о нас поговаривали, будто мы - любовники, особенно вначале, но вскоре разговоры стихли, ничем не подпитываемые: ни малейшего повода ни разу не возникло. Теперь я осталась одна, никто не заменит мне друга. Хорошо ещё, если мы с новым сотрудником просто сможем работать вместе, станем командой, иначе нельзя, просто невозможно! Значит, придется в чем-то себя ломать, то есть, перестать быть собой. Увы, далеко не всегда выпадает удача трудиться в исключительных условиях! Привыкну. Наверное... скорее всего.
С такими невеселыми мыслями я и подошла ко входу на территорию института, вставила пластиковую карточку в щель тяжелой раздвижной двери - створки медленно разъехались, пропуская меня и еще нескольких сотрудников, - затем в порядке очереди отдала свой пропуск огромному мамонтообразному охраннику, хрипло рявкавшему в рацию, почти утонувшую в косматой, поросшей густой шерстью лапе; получила от него взамен другую карточку - ИП - идентификационный пропуск. Обмен двумя документами обуславливался опять-таки необходимостью: сотрудник не имел права, как держать ИП дома из соображений безопасности, так и ходить с ним по улицам. Для этого предназначался ВП - входной пропуск, содержавший только фото сотрудника и его персональный номер и открывавший лишь входные ворота на территорию концерна.
Спрятав в сумочку ИП, я проследовала по симпатичной тополевой аллее, впрочем, тоже нашпигованной различными прибамбасами для наблюдения, к мрачноватому "серому корпусу". Опять раздвижная дверь, отпираемая уже ИП, неожиданно светлый, сверкающий холл, охрана, снова дверь, на сей раз с идентификатором по отпечатку ладони. Я прижала руку к светящемуся контуру на табло и шагнула в следующее помещение. Там, привычно положив сумочку на стол, миновала арку с металлоискателем, затем подошла к охраннице для личного досмотра. Та пробежала натренированными ладонями по фигуре, прощупала, точно старая лесбиянка, содержимое лифчика и трусиков, после чего я взяла сумочку и двинулась к лифту, где торчал мрачный охранник, замаскированный лифтером.
Все было как всегда. После изнурительных мер предосторожности никто сотрудников уже не шмонал. По подозрению охраны или людей в черном, каждый фантомовец мог подвергнуться более углубленному (гинекологическому или проктологическому) осмотру. Для столь благих дел в "сером корпусе" имелись специальные кабинеты. Даже такие драконовские меры объяснялись использованием различных мелких, но очень дорогих и опасных штучек: микросхем, капсул с ядами и взрывчатыми веществами, миниатюрных средств слежения (кино и фото камер), и иных изящных, но смертоносных секретных изделий концерна, вполне способных поместиться в прямой кишке или влагалище.
Слава Богу, наш отдел финтифлюшками не занимался. Всё же роботы и манипуляторы, какими бы миниатюрными ни были, в заднице не поместятся. Оно и хорошо, никто из наших сотрудников за последние годы не подвергся дебильному досмотру, хотя в масштабах концерна такие случаи происходили едва ли не каждый день.
Последнее время перед аварией мы занимались разработкой манипулятора для работ в открытом Космосе. Пахали в условиях жуткой запарки: сроки поставили жесткие, мы со Славиком и еще пол-отдела не вылезали из института, домой только ночевать ходили. Но зато клёво потрудились! Воспоминания немного отвлекли меня от грустных мыслей, пока шагала по бесконечно длинному коридору. На дверях не красовалось никаких надписей, только специальные значки. Возле двери с точкой, заключенной в две полудуги в центре треугольника, я снова положила руку на табло со светящейся пятерней. Механический голос из встроенного динамика прокаркал: "Сидорова Маргарита Алексеевна, инженер-механик, персональный номер 128393Б", дверь раскрылась.
Наш отдел представлял собой огромную светлую залу с большими окнами, вереницей столов в два ряда и широким проходом между ними. На каждом столе - компьютер, имелось несколько кульманов для поддержания формы. В конце комнаты - стеклянная перегородка, за которой базируется наш бесценный шеф, Сафонов Сергей Афанасьевич.
Большинство сотрудников уже находилось на местах. Меня встретили радостными приветствиями и поздравлениями, некоторые обнимали и целовали в щечку… На моем рабочем столе стояла вазочка с гвоздиками, шеф за перегородкой посмотрел на меня, улыбнулся и помахал рукой.
Помахав в ответ, я села за стол, включила компьютер, стала просматривать документы, стараясь освежить память. Неожиданно ощутила себя лодочкой, плывущей в привычном русле.
- Рит, рабочий день ещё не начался, - Виктор, один из сотрудников, подошел к моему столу поздороваться.
- Ничего, пока войду в курс дела, а то подзабыла, чем вы тут вообще занимаетесь, - ворчливо произнесла я.
- Да тем же, чем и раньше, скелеты оживляем, - улыбнулся он в ответ.
- Ничто не меняется под луной, - притворно вздохнула я, - как сам-то?
- Да распрекрасно, жениться собрался! Ты мне не ответила взаимностью, и вот финал, - вздохнул Виктор, разведя руками: некогда он безуспешно пытался за мной ухаживать, - скоро расстанусь со своей свободой.
- Рада за тебя, любящая жена - залог здоровья, - усмехнулась я.
- Тебя-то скоро пропьем?
- Возможно, никогда...
- Ох, не зарекайся, я тоже так говорил, особенно после твоего отказа.
- Вить, у тебя других тем для разговора нет? - досадливо поморщилась я.
- Извини, соскучился...
- Извиняю.
Я привычно повернулась назад, к столу Славика и осеклась: на меня смотрело настороженное молодое создание - голубые глаза, лохматая шевелюра... Новый сотрудник! Симпатичен, но молод, очень молод...
-Вас еще не познакомили? - спросил Виктор, - Павел Иванов, уже неделю трудится у нас.
Новичок вскочил, покраснев до корней волос, поднялась и я. Мы смотрели друг на друга. Парнишка производил хорошее впечатление, впрочем, иного я и не ожидала. Павел высок, строен, у него открытое лицо, честный взгляд. И все же, все же... Если бы не та трагедия, не он таращился бы сейчас на меня, а милый неродной брат! Мы перекинулись бы парой приветственных слов и привычно нырнули бы за свои столы, к дисплеям компьютеров... Славик, Славик!
"У нее погиб друг... Но я-то чем виноват! Почему она так смотрит на меня, словно обжигает?" - прозвучал голос где-то в недрах головы. Я уставилась на новенького: его губы не шевелились. Опять то же самое! Без сил опустилась на свое место. Хрень какая-то! В моей тыкве снова возникла чужая мысль, а на фига оно мне?! Своих проблем мало? Так произошло только во второй раз и, если повезет, пройдет со временем. В крайнем случае, придется привыкать к досадному феномену: периодическому возникновению в башке чужих забубенных мыслей... Едва я протянула руку к мыши компьютера, как услыхала голос шефа, доносившийся из динамика:
- Рита Сидорова, Паша Иванов, зайдите ко мне!
Мы встали одновременно, и Павел несколько замешкался, пропуская меня вперед, я почувствовала его опасливое отношение. Бедный мальчик совершенно не знал, как вести себя со мной, он просто боялся меня!
- Риточка, как себя чувствуешь? - после короткого приветствия спросил академик Сафонов.
- Спасибо, хорошо, готова приступить к работе...
- Вот и славно. Ты ведь уже познакомилась с Пашей Ивановым? - Я кивнула. - Знаешь, подумав, решил пойти по проторенной дорожке - обратился к Илье Тимофеевичу за рекомендацией, и вот, прошу любить и жаловать - гордость курса, лучший студент. Всем нам пришелся по душе; обращайся с ним поласковей, - улыбнулся шеф, - вам работать вместе. Задание у вас уже есть. Известный скандальный режиссер Мартин Шикульский - поляк голубых кровей, заключил контракт со студией "Пальмира" на съемку очередного космического супер - пупер - блокбастера о некой планете с различными чудовищами.
- Игрушки? - присвистнула я, - Вот чудеса-то! На компьютере нарисовать не могут?
- Могут и сделают несметное количество мелких и крупных тварей, но, согласно наполеоновскому замыслу, фильм просто обязан отличаться от своих собратьев, поскольку в картину жуткие деньжищи вбуханы.
