Слова собеседника вернули девушке уверенность и ощущение твердой почвы под ногами. Она не смогла сдержать улыбку, положив руку на плечо брюнета в знак благодарности за оказанную поддержку. Пока рядом с ней будет хоть один человек, верующий в ее силы, она не сдастся.
В приемном зале на первом этаже собралось немало людей, мужчин из знатных домов, беседующих в отчаянных попытках отогнать скуку. Ни одной женщины, ни одного юнца, только суровые бородатые аристократы, держащие при себе меховые накидки и непреклонную гордость. При виде гостей у Энрайхи возникла ассоциация со сворой откормленных бойцовых псов, к которым направлялась она, белая кошка с мягкой шерсткой.
Остановись на середине лестницы, девушка молчаливо наблюдала за скучающими мужчинами. В горле застрял ком воздуха, руки пронзила дрожь, отчего захотелось отпрянуть назад и спрятаться за Дарием. Но вредную привычку она поспешно проглотила вместе с мыслью, что она более не беззащитная целительница. Ей предстояло показать миру Анну Вязову, и нельзя допустить, чтобы первое впечатление оказалось самым ужасным.
Постепенно разговоры затихали, один за другим гости обращали к ней любопытные взгляды, и некоторые лица всплывали узнаванием в черном омуте памяти. Волнение и шумно колотящееся сердце не позволяли девушке выйти из оцепенения, она молча выжидала, наблюдая постепенное узнавание в обращенных к ней взглядах.
– Господа, – обратилась к присутствующим блондинка, и в воцарившейся тишине слово показалось оглушительно громким.
Спустившись с лестницы, целительница вошла в гостиную и перед ней мужчины расступались, словно волны, убегающие от береговой линии. Во что бы то ни стало Энрайха приказала себе не бояться, не подавать вида, что она ощущала гневные и удивленные взгляды, обращенные ей в спину. Ее успокаивало присутствие Дария, верный друг и страж шел за ней по пятам, готовый отразить любую атаку.
Пришлось остановиться. Встав подле камина, Энрайха в очередной раз осмотрела присутствующих, пытаясь найти Анатоля или хотя бы Ярослава, единственных помимо Дария, кто мог прийти на помощь.
– Это что, шутка такая? – Прорезал напряженную тишину чей-то голос, обладателя которого целительница узнала моментально – этот мужчина был близким другом Ростиславы Сохо. Впрочем, как и многие, собравшиеся в этой комнате.
– Шутки ради я не стал бы приезжать сюда с самой южной границы, – послышался знакомый голос, и вскоре рядом с девушкой появился Анатоль.
– А почему тогда Его Милость не соизволил явиться на это собрание, раз дело оказалось столь важным?
– Если бы мой отец мог заниматься всеми делами разом, то в вашем присутствии не было бы нужды, граф Духов. – Безрадостно отозвался Анатоль, вынудив собеседника нахмурить брови и прикусить язык от злости. – Я преодолел столько километров не ради того, чтобы выслушивать ваши возмущения, господа. Я здесь для того, чтобы обратиться к вам. В скором времени южане нападут на нас со стороны моря, ударив по столице, и если это произойдет, то не думаете, что вы легко отделаетесь. В каждую провинцию они прибудут, словно варвары, распространяя свою власть и убивая неповиновавшихся.
– Помнится… с подобной речью однажды к нашим отцам обратился и твой дед. – Задумчиво протянул долговязый мужчина, с грустью, но без осуждения посмотрев на княжича. – Он говорил, что южане на подходе, что ему требуется помощь, хотел вырвать силой божественный камень у Вязовых, наплевав на устоявшиеся законы. Он уничтожил непокорных, забрал Aeris, и что у нас есть теперь? История повторяется.
– Только вот я жива. – Наконец решилась нарушить молчание со своей стороны Энрайха. Впившись ногтями в ладонь, чтобы болью заглушить неуверенность, она добавила: – И враг куда опаснее, чем два десятилетия назад.
Ее вмешательство, казалось, лишь сильнее озадачило собравшихся гостей. Над головами не пролетело ни шепотка, ни звука, только треск костра в камине разливался по гостиной.
– Я думаю, – взял на себя смелость прервать молчание Ярослав, приблизившись к главным ораторам. – Многих из вас до сих пор терзают сомнения относительно вести, которую княжич Анатоль пустил по ветру.
– Мягко говоря. – Отозвался чересчур упитанный господин, с неприязнью посмотрев на девушку. – Что делает убийца графини Сохо под этой крышей?! И только не вздумаете убеждать нас, что эта погань и есть та самая Анна Вязова. Чушь!
– Вы сильно просчитались, Ваша Милость, – перехватил разговор другой мужчина. – Я лично прибыл на следующий день к поместью Вязовых… все сгорело, множество трупов.
– Так с чего такая уверенность, что все погибли? – Не удержалась Энрайха от едкого замечания. – Моя мать, например. И молодой наследник.
– Все умерли!
– И вы нашли обгорелый труп беременной женщины? Им удалось бежать, они нашли укрытие у графини Сохо. Моя мать… для нее дорога и пережитый стресс стали убийственными. А мой двоюродный брат… Игнатия Ростислава отправила на юг и…
– И как смеешь ты, грязная обманщица, говорить об этом?! Даже если бы ты и была на самом деле дочерью Анастасии, то как могла ты убить женщину, спасшую тебе жизнь!
Незнакомец напоминал верблюда, готового в любой момент расплеваться во все стороны, лишь бы зацепить как можно больше людей. От вида этого человека девушке хотелось сжаться и зажмуриться, но не успела она оправиться после одного обвинения, как вслед посыпалось другое:
– Эта женщина была единственной, кто заслужил наше если не уважение, то хотя бы терпение. Вы, хнычущие создания, только и умеете, что ждать помощи. Ростислава была одной из не многих… да что там – единственной, кто не посрамил себя!
– Она была предательницей! – Не выдержала блондинка, сорвавшись на крик.
– А ты – нет?! – Подхватил разговор полный мужчина. – К черту историю с Вязовыми. Мы должны верить девчонке, которая то и дело вонзает нож в спину своим соратникам? Сначала графиня, потом она предала князя, а теперь провела вокруг носа южан. Они, конечно, тупые, но сам факт, господа, сам факт.
Устало вздохнув, незнакомец с натугой поднялся с кресла, насмешливо добавив:
– Не знаю, как вы, господа, но я терпеть это более не намерен. Простите, княжич, но даже ради вас я не буду пытать себя подобным спектаклем.
– Постойте!
– И не пытайся, девочка! – Даже не став оборачиваться на взволнованный оклик, пробормотал лорд.
Тучное тело пробивало себе путь, а вслед за ним потянулись и остальные мужчины. Кто-то напоследок бросал раздраженный взгляд, некоторые с непониманием оглядывались и, заражаясь всеобщим недовольством, вставали с мест. Глядя на эту картину, Энрайха ощущала, как все рушится на корню, ее единственный шанс на спасение ускользает сквозь пальцы, словно ветер.
– Нет, нет… Стойте! Выслушайте меня! – Но люди целенаправленно двигались к выходу, кто-то останавливался рядом с Анатолем или Ярославом перекинуться парой слов. Однако ни один не замечал светловолосое чудо, с мольбой и паникой во взгляде мечущееся из стороны в сторону.
– Эн, прекрати, – мягко окликнул блондинку Дарий. – Ты старалась.
– Нет. – Твердо решила девушка, принявшись часто и тяжело дышать. Паника вскружила голову, но сердце разогрел до жжения неудержимый гнев, сдерживать который она оказалась не в силах. – Я сказала – стоять!
Сильный поток ветра ударил в створки дверей, захлопнув их перед самым носом господ, от неожиданности подскочивших на месте. Дыхание божественной силы взметнуло шторы, закрывающие окна, срезало огненные языки пламени, тянущиеся к дымоходу. Облако дыма пахнуло из камина, пустив по залу горький запах гари, а вместе с ним и предостережение, что спокойствию девушки пришел конец. Об этом нетрудно было догадаться и по глазам Энрайхи, залившимся голубым сиянием.
– Я сюда приехала не для того, чтобы выслушивать обвинения в свой адрес и толковать о делах прошлого, в то время как будущее находится по угрозой. – Сжимая кулаки, обратилась к слушателям целительница, отчаянно сдерживая дрожь в голосе. – Я предала одних, обманула других… А сколько раз в жизни вы кого-то обманывали, кому вонзали нож в спину, прикрываясь политикой и деньгами? Я всего лишь женщина, одна из тех, на кого вы веками смотрели с презрением и снисходительностью. Беспомощное и жалкое создание, которому пришлось взять на себя смелость остановить предательницу, хотя она была мне как родная мать. Хрупкая девушка была вынуждена подчиниться бывшему союзнику и предать князя, поскольку меня также как вы сейчас, упрекали в том, что я стою в неоплатном долгу перед Сохо из-за убийства графини. И у этой же девушки хватило сил и смелости, чтобы вернуться обратно и предстать перед вами, хотя ничего хорошего для меня это не сулит!
Мне без разницы, кому вы подчиняетесь, и я не прошу сражаться за меня, поскольку я из рода Вязовых. Для вас я всего лишь убийца семьи Сохо… С того дня, когда Арицкие напали на Вязовых, отношения между западными лордами и верховной властью пошатнулись, стали напряженными. И я не прошу вас сражаться за князя, за его людей, мне даже не нужно, чтобы вы шли за мной. Я лишь хочу, чтобы вы сражались за своего истинного лорда.
Энрайха могла бы сказать много слов, но подумала, что лучше повременить, поскольку атмосфера в зале изменилась. Мужчины также с недоверием смотрели на нее, у кого-то в глазах мелькнуло сомнение, однако присутствовало нечто иное, напоминающее горькую нотку во вкусе сладкого меда. А взволнованные взгляды, украдкой брошенные в сторону Ярослава, который заметно напрягся и разозлился, вызвали у целительницы короткую вспышку страха. Ведь она только что призвала людей свергнуть существующую власть.
– Если это правда, и господин Вязов так отчаянно хотел вернуться, то почему же он не бежал с вами?
Вопрос, заданный с абсолютным спокойствием, выбил девушку из колеи. Она прекрасно знала ответ, но уверенность ушла от нее вместе со вспышкой гнева, которую она излила на окружающих.
– Потому что он пленник, разумеется. – Вмешался Анатоль, отчего Энрайха мысленно его поблагодарила. – Он жил под присмотром южан с юношества, возможно, даже привык к их компании, но прибытие Эн… Анны все изменило. Она смогла переубедить его, пробудила желание вернуться домой, но бежать удалось лишь ей, поскольку за Вязовым надзор был намного сильнее.
– И как же, любопытно, наша госпожа Вязова смогла убежать от южан? – Колко подметил тот самый гость, что хотел покинуть собрание раньше всех. – Сядь даже она на корабль, ее бы догнали.
– Я ведь говорила – все намного сложнее, чем двадцать лет назад. – Вцепившись жгучим взглядом в мужчину, сообщила девушка. – Наш противник обзавелся сильным союзником, и имя ему Terra. – Выждав, когда беспокойный шепот стихнет, она вновь обратила на себя внимание: – И я говорю не столько о божественном камне, сколько о человеке.
– Но камень земного потока был утерян в горах на востоке.
– А я и не говорю о камне. – И в тот же миг Энрайха осознала еще одну вещь – новости об инциденте в Корпусе не долетели до западных провинций, что позволяло утаить некоторые факты. – Я не знаю как, но этот человек смог войти в симбиоз с Terra и теперь… он стал истинным хранителем, о которых говорится в сказаниях о «Стражах и Вратах».
Короткая пауза позволила мужчинам обдумать услышанное, после чего комнату огласил пронзительный возмущенный крик:
– Чушь! Все это детские сказочки и!..
– И все же я как-то смогла оказаться в столице, миновав ворота крепости. А также сбежать от южан. К тому же, – оглянувшись на Анатоля, блондинка добавила: – княжич не даст соврать, что за мной гнались двое.
Все взгляды обратились к парню, поставив его в неловкое положение, и все же он признал правоту сказанных слов, подтвердив тем, что преследователи спасались бегством, нырнув в глубокие воды залива, на дне которого полыхало зеленое сияние.
– Враг опасен. – Продолжила Энрайха. – И если не объединиться, то пострадают все. Угроза идет не только от южан, от хранителя Ignis, Terra, а также одного из лучших мастеров Aeris графини Сохо. Наше бездействие может отнять у нас не только дом и спокойствие, но и Игнатия, моего брата, сына вашего лорда-защитника. Забудьте о необходимости подчиняться князю, забудьте о политических играх. Вы не обязаны преклонять колено перед князем, я сделаю это за вас. Я не прошу вас поверить мне, той, кто, по вашему мнению, не заслуживает подобной чести. Мне только необходимо, чтобы вы поддержали меня и отправились со мной в столицу. Я не верну вам утерянное навсегда, но дам возможность защитить себя и свое наследие.
Завтра на рассвете я отправляюсь в столицу, поскольку готова встретиться с последствиями, чтобы сражаться за свое будущее. И если боитесь последовать примеру «жалкой девочки», то вы не то что не достойны такого лидера, как Игнатий. Вы не достойны даже меня.
После напряженного вечера Энрайха не могла долго заснуть, и только за два часа до рассвета ее поглотила усталость. Поэтому, готовясь к отправлению, она не испытывала ни малейшего намека на радость и воодушевление, положительные эмоции покрылись тонкой коркой льда под щупальцами густого тумана, опустившегося на город. Улицы постепенно оживали, но это более напоминало отчаянные попытки живого организма к продолжению бренного существования.
– Ужасно выглядишь, – не в первый раз подметил Дарий, одновременно проверяя свою лошадь к готовности отправиться в дальний путь.
– Как и все вокруг. – Меланхоличный настрой целительница уже не пыталась скрыть от посторонних глаз.
Держа за узду лошадь и поглаживая ее по жесткой черной гриве, девушка наблюдала за беседой Анатоля и Ярослава. Последний также отправлялся вместе с ними в столицу, чтобы подкрепить достоверность истории, которую они собирались изложить князю. Но мужчина слабо верил в успех, он рискнул покинуть свою обитель – мрачный особняк, кажущийся не таким приветливым и прекрасным в унылое холодное утро – только из уважения к княжичу. От этого Энрайхе не стало легче.
«Они не поверили мне, никто не поверил», – размышляла девушка, с досадой оглядываясь по сторонам.
Ее окружала лишь влага, запах грязи и лошадей, но ни один из гостей, побывавших вчера у лорда-защитника не удостоил их внимания. Попытка переговоров провалилась, а, значит, шансы оказаться в петле над главными воротами в крепость увеличивались вдвойне.
– Выдвигаемся!
Забравшись на лошадь, Энрайха молчаливо проследовала за Анатолем, возглавившим колонну. Рядом ехал Дарий, улыбнувшийся девушке в качестве знака поддержки. Энрайха измучено выдавила улыбку в ответ, но они оба понимали, что с таким раскладом не стоит рассчитывать на успех.
Им навстречу также двигалась процессия, довольно большая по меркам города – пятнадцать человек. Лошади с шумом выдыхали облачка пара, подковы со звоном стучали о каменную брусчатку, но Энрайха слишком глубоко погрузилась в собственные мысли, чтобы обратить на них внимание. Поэтому ее привлек удивленный голос Анатоля:
– А мы уж думали, что никто не решит нам пожелать удачи.
– Смейся сколько угодно, молодой княжич, мы можем и уйти.
В обладателе спокойного баритона Энрайха моментально узнала долговязого лорда, который, пожалуй, оказался единственным, кто вчера смотрел на нее с любопытством, а не презрением.
В приемном зале на первом этаже собралось немало людей, мужчин из знатных домов, беседующих в отчаянных попытках отогнать скуку. Ни одной женщины, ни одного юнца, только суровые бородатые аристократы, держащие при себе меховые накидки и непреклонную гордость. При виде гостей у Энрайхи возникла ассоциация со сворой откормленных бойцовых псов, к которым направлялась она, белая кошка с мягкой шерсткой.
Остановись на середине лестницы, девушка молчаливо наблюдала за скучающими мужчинами. В горле застрял ком воздуха, руки пронзила дрожь, отчего захотелось отпрянуть назад и спрятаться за Дарием. Но вредную привычку она поспешно проглотила вместе с мыслью, что она более не беззащитная целительница. Ей предстояло показать миру Анну Вязову, и нельзя допустить, чтобы первое впечатление оказалось самым ужасным.
Постепенно разговоры затихали, один за другим гости обращали к ней любопытные взгляды, и некоторые лица всплывали узнаванием в черном омуте памяти. Волнение и шумно колотящееся сердце не позволяли девушке выйти из оцепенения, она молча выжидала, наблюдая постепенное узнавание в обращенных к ней взглядах.
– Господа, – обратилась к присутствующим блондинка, и в воцарившейся тишине слово показалось оглушительно громким.
Спустившись с лестницы, целительница вошла в гостиную и перед ней мужчины расступались, словно волны, убегающие от береговой линии. Во что бы то ни стало Энрайха приказала себе не бояться, не подавать вида, что она ощущала гневные и удивленные взгляды, обращенные ей в спину. Ее успокаивало присутствие Дария, верный друг и страж шел за ней по пятам, готовый отразить любую атаку.
Пришлось остановиться. Встав подле камина, Энрайха в очередной раз осмотрела присутствующих, пытаясь найти Анатоля или хотя бы Ярослава, единственных помимо Дария, кто мог прийти на помощь.
– Это что, шутка такая? – Прорезал напряженную тишину чей-то голос, обладателя которого целительница узнала моментально – этот мужчина был близким другом Ростиславы Сохо. Впрочем, как и многие, собравшиеся в этой комнате.
– Шутки ради я не стал бы приезжать сюда с самой южной границы, – послышался знакомый голос, и вскоре рядом с девушкой появился Анатоль.
– А почему тогда Его Милость не соизволил явиться на это собрание, раз дело оказалось столь важным?
– Если бы мой отец мог заниматься всеми делами разом, то в вашем присутствии не было бы нужды, граф Духов. – Безрадостно отозвался Анатоль, вынудив собеседника нахмурить брови и прикусить язык от злости. – Я преодолел столько километров не ради того, чтобы выслушивать ваши возмущения, господа. Я здесь для того, чтобы обратиться к вам. В скором времени южане нападут на нас со стороны моря, ударив по столице, и если это произойдет, то не думаете, что вы легко отделаетесь. В каждую провинцию они прибудут, словно варвары, распространяя свою власть и убивая неповиновавшихся.
– Помнится… с подобной речью однажды к нашим отцам обратился и твой дед. – Задумчиво протянул долговязый мужчина, с грустью, но без осуждения посмотрев на княжича. – Он говорил, что южане на подходе, что ему требуется помощь, хотел вырвать силой божественный камень у Вязовых, наплевав на устоявшиеся законы. Он уничтожил непокорных, забрал Aeris, и что у нас есть теперь? История повторяется.
– Только вот я жива. – Наконец решилась нарушить молчание со своей стороны Энрайха. Впившись ногтями в ладонь, чтобы болью заглушить неуверенность, она добавила: – И враг куда опаснее, чем два десятилетия назад.
Ее вмешательство, казалось, лишь сильнее озадачило собравшихся гостей. Над головами не пролетело ни шепотка, ни звука, только треск костра в камине разливался по гостиной.
– Я думаю, – взял на себя смелость прервать молчание Ярослав, приблизившись к главным ораторам. – Многих из вас до сих пор терзают сомнения относительно вести, которую княжич Анатоль пустил по ветру.
– Мягко говоря. – Отозвался чересчур упитанный господин, с неприязнью посмотрев на девушку. – Что делает убийца графини Сохо под этой крышей?! И только не вздумаете убеждать нас, что эта погань и есть та самая Анна Вязова. Чушь!
– Вы сильно просчитались, Ваша Милость, – перехватил разговор другой мужчина. – Я лично прибыл на следующий день к поместью Вязовых… все сгорело, множество трупов.
– Так с чего такая уверенность, что все погибли? – Не удержалась Энрайха от едкого замечания. – Моя мать, например. И молодой наследник.
– Все умерли!
– И вы нашли обгорелый труп беременной женщины? Им удалось бежать, они нашли укрытие у графини Сохо. Моя мать… для нее дорога и пережитый стресс стали убийственными. А мой двоюродный брат… Игнатия Ростислава отправила на юг и…
– И как смеешь ты, грязная обманщица, говорить об этом?! Даже если бы ты и была на самом деле дочерью Анастасии, то как могла ты убить женщину, спасшую тебе жизнь!
Незнакомец напоминал верблюда, готового в любой момент расплеваться во все стороны, лишь бы зацепить как можно больше людей. От вида этого человека девушке хотелось сжаться и зажмуриться, но не успела она оправиться после одного обвинения, как вслед посыпалось другое:
– Эта женщина была единственной, кто заслужил наше если не уважение, то хотя бы терпение. Вы, хнычущие создания, только и умеете, что ждать помощи. Ростислава была одной из не многих… да что там – единственной, кто не посрамил себя!
– Она была предательницей! – Не выдержала блондинка, сорвавшись на крик.
– А ты – нет?! – Подхватил разговор полный мужчина. – К черту историю с Вязовыми. Мы должны верить девчонке, которая то и дело вонзает нож в спину своим соратникам? Сначала графиня, потом она предала князя, а теперь провела вокруг носа южан. Они, конечно, тупые, но сам факт, господа, сам факт.
Устало вздохнув, незнакомец с натугой поднялся с кресла, насмешливо добавив:
– Не знаю, как вы, господа, но я терпеть это более не намерен. Простите, княжич, но даже ради вас я не буду пытать себя подобным спектаклем.
– Постойте!
– И не пытайся, девочка! – Даже не став оборачиваться на взволнованный оклик, пробормотал лорд.
Тучное тело пробивало себе путь, а вслед за ним потянулись и остальные мужчины. Кто-то напоследок бросал раздраженный взгляд, некоторые с непониманием оглядывались и, заражаясь всеобщим недовольством, вставали с мест. Глядя на эту картину, Энрайха ощущала, как все рушится на корню, ее единственный шанс на спасение ускользает сквозь пальцы, словно ветер.
– Нет, нет… Стойте! Выслушайте меня! – Но люди целенаправленно двигались к выходу, кто-то останавливался рядом с Анатолем или Ярославом перекинуться парой слов. Однако ни один не замечал светловолосое чудо, с мольбой и паникой во взгляде мечущееся из стороны в сторону.
– Эн, прекрати, – мягко окликнул блондинку Дарий. – Ты старалась.
– Нет. – Твердо решила девушка, принявшись часто и тяжело дышать. Паника вскружила голову, но сердце разогрел до жжения неудержимый гнев, сдерживать который она оказалась не в силах. – Я сказала – стоять!
Сильный поток ветра ударил в створки дверей, захлопнув их перед самым носом господ, от неожиданности подскочивших на месте. Дыхание божественной силы взметнуло шторы, закрывающие окна, срезало огненные языки пламени, тянущиеся к дымоходу. Облако дыма пахнуло из камина, пустив по залу горький запах гари, а вместе с ним и предостережение, что спокойствию девушки пришел конец. Об этом нетрудно было догадаться и по глазам Энрайхи, залившимся голубым сиянием.
– Я сюда приехала не для того, чтобы выслушивать обвинения в свой адрес и толковать о делах прошлого, в то время как будущее находится по угрозой. – Сжимая кулаки, обратилась к слушателям целительница, отчаянно сдерживая дрожь в голосе. – Я предала одних, обманула других… А сколько раз в жизни вы кого-то обманывали, кому вонзали нож в спину, прикрываясь политикой и деньгами? Я всего лишь женщина, одна из тех, на кого вы веками смотрели с презрением и снисходительностью. Беспомощное и жалкое создание, которому пришлось взять на себя смелость остановить предательницу, хотя она была мне как родная мать. Хрупкая девушка была вынуждена подчиниться бывшему союзнику и предать князя, поскольку меня также как вы сейчас, упрекали в том, что я стою в неоплатном долгу перед Сохо из-за убийства графини. И у этой же девушки хватило сил и смелости, чтобы вернуться обратно и предстать перед вами, хотя ничего хорошего для меня это не сулит!
Мне без разницы, кому вы подчиняетесь, и я не прошу сражаться за меня, поскольку я из рода Вязовых. Для вас я всего лишь убийца семьи Сохо… С того дня, когда Арицкие напали на Вязовых, отношения между западными лордами и верховной властью пошатнулись, стали напряженными. И я не прошу вас сражаться за князя, за его людей, мне даже не нужно, чтобы вы шли за мной. Я лишь хочу, чтобы вы сражались за своего истинного лорда.
Энрайха могла бы сказать много слов, но подумала, что лучше повременить, поскольку атмосфера в зале изменилась. Мужчины также с недоверием смотрели на нее, у кого-то в глазах мелькнуло сомнение, однако присутствовало нечто иное, напоминающее горькую нотку во вкусе сладкого меда. А взволнованные взгляды, украдкой брошенные в сторону Ярослава, который заметно напрягся и разозлился, вызвали у целительницы короткую вспышку страха. Ведь она только что призвала людей свергнуть существующую власть.
– Если это правда, и господин Вязов так отчаянно хотел вернуться, то почему же он не бежал с вами?
Вопрос, заданный с абсолютным спокойствием, выбил девушку из колеи. Она прекрасно знала ответ, но уверенность ушла от нее вместе со вспышкой гнева, которую она излила на окружающих.
– Потому что он пленник, разумеется. – Вмешался Анатоль, отчего Энрайха мысленно его поблагодарила. – Он жил под присмотром южан с юношества, возможно, даже привык к их компании, но прибытие Эн… Анны все изменило. Она смогла переубедить его, пробудила желание вернуться домой, но бежать удалось лишь ей, поскольку за Вязовым надзор был намного сильнее.
– И как же, любопытно, наша госпожа Вязова смогла убежать от южан? – Колко подметил тот самый гость, что хотел покинуть собрание раньше всех. – Сядь даже она на корабль, ее бы догнали.
– Я ведь говорила – все намного сложнее, чем двадцать лет назад. – Вцепившись жгучим взглядом в мужчину, сообщила девушка. – Наш противник обзавелся сильным союзником, и имя ему Terra. – Выждав, когда беспокойный шепот стихнет, она вновь обратила на себя внимание: – И я говорю не столько о божественном камне, сколько о человеке.
– Но камень земного потока был утерян в горах на востоке.
– А я и не говорю о камне. – И в тот же миг Энрайха осознала еще одну вещь – новости об инциденте в Корпусе не долетели до западных провинций, что позволяло утаить некоторые факты. – Я не знаю как, но этот человек смог войти в симбиоз с Terra и теперь… он стал истинным хранителем, о которых говорится в сказаниях о «Стражах и Вратах».
Короткая пауза позволила мужчинам обдумать услышанное, после чего комнату огласил пронзительный возмущенный крик:
– Чушь! Все это детские сказочки и!..
– И все же я как-то смогла оказаться в столице, миновав ворота крепости. А также сбежать от южан. К тому же, – оглянувшись на Анатоля, блондинка добавила: – княжич не даст соврать, что за мной гнались двое.
Все взгляды обратились к парню, поставив его в неловкое положение, и все же он признал правоту сказанных слов, подтвердив тем, что преследователи спасались бегством, нырнув в глубокие воды залива, на дне которого полыхало зеленое сияние.
– Враг опасен. – Продолжила Энрайха. – И если не объединиться, то пострадают все. Угроза идет не только от южан, от хранителя Ignis, Terra, а также одного из лучших мастеров Aeris графини Сохо. Наше бездействие может отнять у нас не только дом и спокойствие, но и Игнатия, моего брата, сына вашего лорда-защитника. Забудьте о необходимости подчиняться князю, забудьте о политических играх. Вы не обязаны преклонять колено перед князем, я сделаю это за вас. Я не прошу вас поверить мне, той, кто, по вашему мнению, не заслуживает подобной чести. Мне только необходимо, чтобы вы поддержали меня и отправились со мной в столицу. Я не верну вам утерянное навсегда, но дам возможность защитить себя и свое наследие.
Завтра на рассвете я отправляюсь в столицу, поскольку готова встретиться с последствиями, чтобы сражаться за свое будущее. И если боитесь последовать примеру «жалкой девочки», то вы не то что не достойны такого лидера, как Игнатий. Вы не достойны даже меня.
***
После напряженного вечера Энрайха не могла долго заснуть, и только за два часа до рассвета ее поглотила усталость. Поэтому, готовясь к отправлению, она не испытывала ни малейшего намека на радость и воодушевление, положительные эмоции покрылись тонкой коркой льда под щупальцами густого тумана, опустившегося на город. Улицы постепенно оживали, но это более напоминало отчаянные попытки живого организма к продолжению бренного существования.
– Ужасно выглядишь, – не в первый раз подметил Дарий, одновременно проверяя свою лошадь к готовности отправиться в дальний путь.
– Как и все вокруг. – Меланхоличный настрой целительница уже не пыталась скрыть от посторонних глаз.
Держа за узду лошадь и поглаживая ее по жесткой черной гриве, девушка наблюдала за беседой Анатоля и Ярослава. Последний также отправлялся вместе с ними в столицу, чтобы подкрепить достоверность истории, которую они собирались изложить князю. Но мужчина слабо верил в успех, он рискнул покинуть свою обитель – мрачный особняк, кажущийся не таким приветливым и прекрасным в унылое холодное утро – только из уважения к княжичу. От этого Энрайхе не стало легче.
«Они не поверили мне, никто не поверил», – размышляла девушка, с досадой оглядываясь по сторонам.
Ее окружала лишь влага, запах грязи и лошадей, но ни один из гостей, побывавших вчера у лорда-защитника не удостоил их внимания. Попытка переговоров провалилась, а, значит, шансы оказаться в петле над главными воротами в крепость увеличивались вдвойне.
– Выдвигаемся!
Забравшись на лошадь, Энрайха молчаливо проследовала за Анатолем, возглавившим колонну. Рядом ехал Дарий, улыбнувшийся девушке в качестве знака поддержки. Энрайха измучено выдавила улыбку в ответ, но они оба понимали, что с таким раскладом не стоит рассчитывать на успех.
Им навстречу также двигалась процессия, довольно большая по меркам города – пятнадцать человек. Лошади с шумом выдыхали облачка пара, подковы со звоном стучали о каменную брусчатку, но Энрайха слишком глубоко погрузилась в собственные мысли, чтобы обратить на них внимание. Поэтому ее привлек удивленный голос Анатоля:
– А мы уж думали, что никто не решит нам пожелать удачи.
– Смейся сколько угодно, молодой княжич, мы можем и уйти.
В обладателе спокойного баритона Энрайха моментально узнала долговязого лорда, который, пожалуй, оказался единственным, кто вчера смотрел на нее с любопытством, а не презрением.
