- Но знаешь, что меня смущает? Тот Ромар нес меру Таскидара с собой - в старь оруженосец исполнял еще и роль виночерпия при господине. А какова будет твоя мера? Как я понял, больше – не беда, не было бы меньше. Вот, - он достал из сумки серебряную чашу, - это я купил в Марони. Кубок Таскидара тоже был из серебра. Как думаешь, этого будет достаточно?
Туманная фигура склонилась над чашей и дрожащей от легкого ветерка ладонью провела по металлу – чуть выше половины. Значит, хватит с лихвой.
Ромар вынул из-за голенища нож.
- Я отдам тебе свою кровь, по доброй воле и без принуждения, как и было сказано… А что дальше, надеюсь, ты знаешь.
Мир драконов
- Я тоже надеюсь, - тихо выговорила Джайла, не отводя от зеркала глаз. – Это было бы чудесно. Как думаешь, Гвейн, такое возможно?
- Уверен, что да. Был бы здесь Кадм, он объяснил бы лучше. Или Дивер – это ведь легенды его мира. Но я немного разобрался. Сумрак – это некая… э-э… субстанция, выделившаяся из крови во время сгорания тела. То есть, этот серый туман, по сути, - множество мельчайших частиц, связанных между собой посредством электромагнитных полей, управляемых, сознательно или подсознательно, привязанным к этим частицам духом. Теоретически, только теоретически, так как я не решился брать пробы, данные микрочастицы и являются носителями наследственной информации. Таким образом, если внедрить их в живую клетку, они смогут, при условии, что обладают подобными свойствами, заместить ее содержимое… М-м-м… Сложно все это. Было бы удобнее проводить подобные опыты в лаборатории и использовать стволовые клетки, а не кровь, в идеале – зиготу, это увеличило бы шансы на успех. Но если предположить, что так называемый Сумрак имеет способность к управлению процессами дифференциации…
- О, Небо, Гвейн! Ты невозможен! Назови это чудом.
- Да-да, конечно, - проворчал старик, нервно дернув крыльями. – Это чудо. Но у каждого чуда, как правило, есть достоверные объяснения. Я пытаюсь понять, как это можно провести при нестабильных погодных условиях. Допустим, он сформирует некий защитный кокон. Но где станет брать питание, необходимое клеткам для роста и деления? Разве тебе не интересно, как он станет формировать скелет? Внутренние органы? Из чего, в конце концов, он сделает себе мозг? Мне не хотелось бы, чтобы он был таким же безмозглым, как прежде!
- Ты говорил Рошану? – Видящая Суть намеренно проигнорировала последние слова.
- Нет. Иначе он расскажет Эн-Ферро, а тот может не сдержаться и сказать девочке. А ей не стоит нервничать. К тому же я не люблю давать пустых надежд.
- Пустых надежд? Я не понимаю…
- Я и не рассчитывал. А вот Ромар Убийца понял. Потому и ушел, никому ничего не сказав. Не стоит им знать. Если все получится – тогда да. Но не раньше.
- Договаривай! – драконица угрожающе обнажила клыки.
- Возможны проблемы. Сумрак является хранилищем наследственной информации, и, естественно, данные последнего носителя, Иоллара, должны доминировать в общей массе. Но не факт. Я говорю не только о реконструкции генома на базе матрицы ДНК, я говорю и о его сознании, ведь Сумрак всего на восемьдесят-восемьдесят пять процентов материален, а все остальное есть пси-потоки и магнитные поля. Память тысячелетий, как назвал это орк. Потому мне и интересно, из чего этот парень станет выращивать себе мозг, который сможет адекватно воспринять такое количество информации и адаптировать весь объем полученных знаний к мышлению отдельного индивидуума. Потому, что если он этого не сумеет, мы получим экземпляр с диссоциативным расстройством идентичности, неизвестными нам пока паранормальными способностями и отшлифованными навыками убийцы. Тебе это безразлично, но мне в моем мире не нужен новый бог войны.
- Не стоит сразу думать о плохом.
- Нет, думать стоит обо всем. И второй вариант неудачного исхода – слияние сознаний произойдет, но в другом соотношении. Личность Иоллара не возобладает над прочими, а будет подавлена иной, незнакомой нам. Или же слияние породит совершенно новую сущность, которой придется начинать жизнь с нуля. Я обо всем думаю, Джайла. Потому и молчу до поры.
- Наверное, ты прав. А Рошан не увидит?
- Нет. Я настроил его зеркало только на девочку и Эн-Ферро. В своем мире я пока еще имею власть.
Тар
Рисковать Ромар не хотел, а потому сцедил крови больше, чем отмерял себе Сумрак. Призрак укоризненно покачал головой. Безмятежно улыбнувшись в ответ, орк достал заготовленный бинт и туго стянул порез.
- Что теперь?
Тень застыла в нерешительности, а после указала на небольшое, свободное от деревьев пространство.
- Поставить туда?
Аккуратно, боясь расплескать собранную кровь, идущий установил чашу на поросшей лишайником земле. Голова кружилась, в теле ощущалась слабость, но это мелочи – нужен только стакан красного вина, кусок хлеба с мясом и несколько часов сна. А вот что теперь будет с Сумраком?
Убийца оглянулся. Полупрозрачный силуэт уже опал и стелился у ног туманом. Было жутковато топтать его сапогами, но тот, кем стал теперь наследник древнего рода, ничуть не смущался этого, медленно плывя по траве к серебряной «мере». В следующие секунды дымка накрыла сосуд плотным куполом так, что невозможно было различить под толстым слоем клубящегося тумана чашу. В самом сердце этого странного облака забрезжил неяркий свет, словно тысячи мельчайших молний пронзили враз собравшийся в комок сумрак, а он от этого лишь сжимался сильнее и сильнее. Теперь его уже не окружал туманный ореол, и поверхность неровного, бугристого шара, в который он превратился, стала на вид плотной и осязаемой, приобрела серо-стальной окрас, и если и просвечивалась, то совсем немного. Как раз настолько, чтобы Ромар мог видеть, что внутри все еще бушует гроза. Но вскоре и этого стало не разобрать, так как покрывшая туман пленка стала непроницаемой. Шар размерами с крупную тыкву утратил форму и оплыл, превращаясь в полусферу, а из нижней его части вытянулись юркие жгутики, которые ощупали почву вокруг, а затем медленно вошли в нее, словно корни какого-то растения. Так плод в утробе связывает себя с матерью посредством пуповины. А кто есть всем живущим земля, если не мать? Прахом были мы и прахом обратимся, и прах наш станет основою новой жизни, - так говорили старики на Эльмаре. И Ромар Меч теперь наблюдал правдивость этих слов воочию.
Наконец все успокоилось, и только защитная оболочка едва заметно глазу раздувалась, давая знать, что внутри нее спрятана жизнь.
Превозмогая усталость, орк прошел туда, где оставил сумку и вынул из нее маленький походный топорик. Он срубил несколько широких еловых лап и накрыл ими серебристо-серую полусферу. После отпил из фляги терпкого вина, через силу, еле-еле ворочая челюстями, сжевал кусок вяленого мяса и завалился рядом с еловым шалашом. Теперь оставалось ждать. Трижды Луна явила миру полный лик, пока обрел Таскидар новое тело. Полный лунный месяц на Таре на три дня короче эльмарского, то есть следует прибавить еще девять дней. И нужно подумать о каком-нибудь временном жилье: сейчас еще тепло, а в ноябре в этих краях может и снег пойти.
- Здравствуй, открывающая.
Девушка обернулась и с наигранным ужасом схватилась за голову:
- Неужели вы не могли прийти на час позже? Как раз моя смена закончилась бы.
- Открывающие работают посменно, - не обращая на нее внимания, пояснил Сэллеру Эн-Ферро. – Так на станции постоянно есть дежурный. Но врата активны в любой момент.
- Милости прошу, - ехидно улыбнулась Адель, указывая на портал.
Лайс погрозил ей пальцем и продолжил:
- Врата активны, но ввиду того, что миры находятся в постоянном движении относительно друг друга, через какой-то промежуток времени точка выхода смещается. Как правило, доступны для посещения сразу несколько миров, находящихся в данный момент в секторе, определенном углом в два с половиной актильских градуса относительно основного вектора. Погрешность расчетов составляет обычно не более одной десятитысячной процента…
Вряд ли Сэл его понимал, но слушал с интересом.
Они проспали часов пять, проснувшись, перекусили, и юноша тут же потребовал вернуться сюда. Одного слепого перехода ему было мало.
- Идя наобум, ты не можешь знать, где выйдешь. Если твоя цель – простая прогулка, хватит и этого, но если захочешь побывать где-то конкретно, тебе понадобится помощь открывающего. Он определит, какие миры доступны в данный момент и настроит портал для перехода. Если интересующий тебя мир будет за пределами «окна», тебе назовут время выхода – карта смещений давно составлена, и отклонения незначительны. Но если посчастливится застать на станции Хранителя…
- Дракона? – вспомнил Сэл короткую беседу за завтраком.
- Да, дракона. Тогда тебе не придется ждать. Хранители способны прокладывать извилистые пути в Междумирьи и открывать проходы в любую точку.
- Вы поговорить пришли? – недовольно скривилась открывающая. – Тогда не бубните над ухом. Идите вон туда, - девушка кивнула на скамью в углу.
- А ты принесешь нам кофе?
- Не издевайся, Эн-Ферро. Сам знаешь, в этом мире его нет.
- Что это, кофе? – шепотом спросил Сэллер, направившись вслед за Лайсом к указанному месту.
- О, приятель, это – замечательная штука, особенно с утра. На чем мы остановились?
- На том, что драконы могут открыть проход в любой мир.
- Они не любят, когда их называют драконами. Лучше - Хранителями. Да, они могут открыть любой мир, а также сместить точку выхода на несколько градусов от стационарных врат. Последнее, к слову, и некоторые открывающие умеют, наиболее сильные. Как твоя подруга, например.
- Галла? Она – открывающая?
- Разве ты не почувствовал? – улыбнулся кард. – Открывающие – это частичка врат, и идущие, особенно те, кто еще не испытал настоящий зов, ощущают это. Тебя должно было тянуть к ней с первой встречи.
- Меня и тянуло, - смутился юноша. – Но я думал, что это… другое.
- А что еще ты должен был подумать? Появилась красивая девушка, с которой ты чувствовал себя легко и свободно, и хотелось всегда быть с нею рядом… А потом ты сам стал меняться. Тихий скромник Сэллер Кантэ, каким ты был еще несколько месяцев назад, не смог бы бродить из мира в мир. Здесь нужна дерзость, отвага, толика авантюризма. Кураж. Вот и ты стал смелее, разговорчивее, перестал теряться в обществе девушек, наверняка успел пару раз подраться и нагрубить родителям или наставникам, хоть раньше был примерным мальчиком… И не ходил к чужим женам.
- Мы же договорились, - парень опустил глаза, но тут же взглянул на собеседника с вызовом: - И вообще, я не виноват. Меня просто тянет к женщинам из других миров.
Эн-Ферро тихо рассмеялся.
- Молодец, быстро сориентировался. Но теперь таких женщин в твоей жизни будет предостаточно, а эту одну оставь мне.
Последние слова произнес серьезно: как ни крути, осадок остался.
- Вы давно женаты? – Сэл тоже сменил тон.
- По сути дня три. Можно сказать, ты мне медовый месяц сорвал.
- Но как же…
- Ласси – мой сын, если ты об этом. Остальное – долгая история. Может, потом расскажу. А сейчас постараюсь коротко объяснить все, что тебе нужно знать, чтобы избежать проблем при переходах, и вернусь к семье. А ты можешь погулять еще немного. Если хочешь, посоветую пару интересных мест. Или сам выбери. Видишь книги? – длинный стеллаж шел вдоль одной из стен. – Это путеводители. Одна книга – один мир.
- Их так много? – поразился Сэллер.
- Их намного больше. Здесь представлены только подобные и условно-подобные – те, где ты сможешь находиться без специальных приспособлений, дышать воздухом и питаться местными продуктами.
- Я могу попасть в любой из них?
- Запросто. Дождешься окна, оплатишь переход. Деньги у тебя, я надеюсь, есть?
- Да, но… - Сэл растерянно пожал плечами. – Прости, но зачем нужна оплата? Я думал, достаточно иметь дар.
- Деньги идут на содержание станции в условиях мира и на зарплату для ее работников. Хранители стараются не вмешиваться в судьбы живущих, не нарушать магического и экологического фона планет и не использовать свою магию без особой нужды. К тому же, такая система регулирует количество направленных переходов, а это важно: любое вмешательство открывающих в работу врат сказывается на стабильности потоков. Драконы, конечно, следят за состоянием порталов, на то они и Хранители, но чем меньше будет беспричинных хождений, тем лучше.
- Но для чего это все? Врата, идущие, открывающие? Должен же быть какой-то смысл?
Однажды Лайс тоже спросил об этом, и сейчас слово в слово повторил новичку ответ, который получил тогда:
- Смысл есть. Ты найдешь его сам, хоть это и нелегко - он так же непостижим, как и смысл самой жизни. Но многие предпочитают думать, что смысл жизни в том, чтобы жить, а быть идущим – в том, чтобы идти. Возможно, так и есть.
Они поговорили еще немного, уже не касаясь столь неоднозначных тем, и Адель, которой оставалось не более получаса до окончания смены, успела забыть о них, погрузившись в чтение извлеченной из-под стола книги. Как и все открывающие она не любила возиться с новичками и была рада, что у этого есть опытный товарищ, который вместо нее ответит на сотню глупых вопросов, а она тем временем успеет уйти домой. Но надежды не оправдались.
- Значит, можно выбрать любой? – поднялся со скамьи Сэл.
- Валяй.
- Но я же не смогу прочесть, - спохватился юноша. – Это другой мир, и язык тут должен быть другой.
- Естественно, - усмехнулся Эн-Ферро. – Ты же не думаешь, что Адель говорит на каэрро? Но в пределах станции ты поймешь все – это единственная магия, которую Хранители используют в мирах без опаски. Так что выбирай. Новичкам везет, можешь сходу выхватить лучший мир. Хотя самый лучший – это тот, где ты родился.
Сэллер, двинувшийся вдоль высокого стеллажа, последней фразы не расслышал. Дойдя до середины, парень наугад вытащил одну из книг. Пролистал, улыбнулся, увидев что-то, и радостно заявил:
- Пусть будет этот!
- Что там? – полюбопытствовал Лайс и скривился, оценив выбор. – Салам?
- Да. Гляди, самоходная повозка! Вот бы проехаться разок.
Сердце защемило. Дежавю.
- Ездит на угле? – спросил охрипшим от мерзкой сухости в горле голосом.
- Нет, тут сказано, что на спирте.
- Прогресс.
- Что-то не так? – встревожился Сэл.
- Все в порядке. Но… Салам – не лучший выбор. По большому счету убогий мирок. Да и эти штуковины ломаются каждые полчаса, вдоволь не наездишься.
- Есть другие предложения?
Лайс вздрогнул: слово в слово - больше чем дежавю. Возможно, судьба.
- Да, - ответил он, поразмыслив. – Навгас. Если заинтересовал самоходный транспорт, тебе там понравится. И, пожалуй, я прогуляюсь с тобой.
Иногда, чтобы избавиться от призраков прошлого, нужно взглянуть им в лицо.
- Привет, Лайс, давно не виделись. Кто это с тобой?
- Здравсвуй, Эр, - когда на станциях встречались старые знакомые, обходились и без ритуальных приветствий. – Это Сэллер, он новенький. Показываю парню хорошие места.
- Много успел показать?
- Нет, Навгас – первый в нашем маршруте.
- Потому, что Навгас – лучший мир, – крупный чернокожий мужчина, чья лысина блестела, отражая свет ламп, сверкнул белозубой улыбкой. – Записываться будете?
- Ну, запиши, раз хочется. Но это не обязательно, - Эн-Ферро обернулся к рассматривающему новое, непривычно обставленное помещение Сэллеру. – Переходы не контролируются и не лимитируются, поэтому ты имеешь право отказаться.
Туманная фигура склонилась над чашей и дрожащей от легкого ветерка ладонью провела по металлу – чуть выше половины. Значит, хватит с лихвой.
Ромар вынул из-за голенища нож.
- Я отдам тебе свою кровь, по доброй воле и без принуждения, как и было сказано… А что дальше, надеюсь, ты знаешь.
Мир драконов
- Я тоже надеюсь, - тихо выговорила Джайла, не отводя от зеркала глаз. – Это было бы чудесно. Как думаешь, Гвейн, такое возможно?
- Уверен, что да. Был бы здесь Кадм, он объяснил бы лучше. Или Дивер – это ведь легенды его мира. Но я немного разобрался. Сумрак – это некая… э-э… субстанция, выделившаяся из крови во время сгорания тела. То есть, этот серый туман, по сути, - множество мельчайших частиц, связанных между собой посредством электромагнитных полей, управляемых, сознательно или подсознательно, привязанным к этим частицам духом. Теоретически, только теоретически, так как я не решился брать пробы, данные микрочастицы и являются носителями наследственной информации. Таким образом, если внедрить их в живую клетку, они смогут, при условии, что обладают подобными свойствами, заместить ее содержимое… М-м-м… Сложно все это. Было бы удобнее проводить подобные опыты в лаборатории и использовать стволовые клетки, а не кровь, в идеале – зиготу, это увеличило бы шансы на успех. Но если предположить, что так называемый Сумрак имеет способность к управлению процессами дифференциации…
- О, Небо, Гвейн! Ты невозможен! Назови это чудом.
- Да-да, конечно, - проворчал старик, нервно дернув крыльями. – Это чудо. Но у каждого чуда, как правило, есть достоверные объяснения. Я пытаюсь понять, как это можно провести при нестабильных погодных условиях. Допустим, он сформирует некий защитный кокон. Но где станет брать питание, необходимое клеткам для роста и деления? Разве тебе не интересно, как он станет формировать скелет? Внутренние органы? Из чего, в конце концов, он сделает себе мозг? Мне не хотелось бы, чтобы он был таким же безмозглым, как прежде!
- Ты говорил Рошану? – Видящая Суть намеренно проигнорировала последние слова.
- Нет. Иначе он расскажет Эн-Ферро, а тот может не сдержаться и сказать девочке. А ей не стоит нервничать. К тому же я не люблю давать пустых надежд.
- Пустых надежд? Я не понимаю…
- Я и не рассчитывал. А вот Ромар Убийца понял. Потому и ушел, никому ничего не сказав. Не стоит им знать. Если все получится – тогда да. Но не раньше.
- Договаривай! – драконица угрожающе обнажила клыки.
- Возможны проблемы. Сумрак является хранилищем наследственной информации, и, естественно, данные последнего носителя, Иоллара, должны доминировать в общей массе. Но не факт. Я говорю не только о реконструкции генома на базе матрицы ДНК, я говорю и о его сознании, ведь Сумрак всего на восемьдесят-восемьдесят пять процентов материален, а все остальное есть пси-потоки и магнитные поля. Память тысячелетий, как назвал это орк. Потому мне и интересно, из чего этот парень станет выращивать себе мозг, который сможет адекватно воспринять такое количество информации и адаптировать весь объем полученных знаний к мышлению отдельного индивидуума. Потому, что если он этого не сумеет, мы получим экземпляр с диссоциативным расстройством идентичности, неизвестными нам пока паранормальными способностями и отшлифованными навыками убийцы. Тебе это безразлично, но мне в моем мире не нужен новый бог войны.
- Не стоит сразу думать о плохом.
- Нет, думать стоит обо всем. И второй вариант неудачного исхода – слияние сознаний произойдет, но в другом соотношении. Личность Иоллара не возобладает над прочими, а будет подавлена иной, незнакомой нам. Или же слияние породит совершенно новую сущность, которой придется начинать жизнь с нуля. Я обо всем думаю, Джайла. Потому и молчу до поры.
- Наверное, ты прав. А Рошан не увидит?
- Нет. Я настроил его зеркало только на девочку и Эн-Ферро. В своем мире я пока еще имею власть.
Тар
Рисковать Ромар не хотел, а потому сцедил крови больше, чем отмерял себе Сумрак. Призрак укоризненно покачал головой. Безмятежно улыбнувшись в ответ, орк достал заготовленный бинт и туго стянул порез.
- Что теперь?
Тень застыла в нерешительности, а после указала на небольшое, свободное от деревьев пространство.
- Поставить туда?
Аккуратно, боясь расплескать собранную кровь, идущий установил чашу на поросшей лишайником земле. Голова кружилась, в теле ощущалась слабость, но это мелочи – нужен только стакан красного вина, кусок хлеба с мясом и несколько часов сна. А вот что теперь будет с Сумраком?
Убийца оглянулся. Полупрозрачный силуэт уже опал и стелился у ног туманом. Было жутковато топтать его сапогами, но тот, кем стал теперь наследник древнего рода, ничуть не смущался этого, медленно плывя по траве к серебряной «мере». В следующие секунды дымка накрыла сосуд плотным куполом так, что невозможно было различить под толстым слоем клубящегося тумана чашу. В самом сердце этого странного облака забрезжил неяркий свет, словно тысячи мельчайших молний пронзили враз собравшийся в комок сумрак, а он от этого лишь сжимался сильнее и сильнее. Теперь его уже не окружал туманный ореол, и поверхность неровного, бугристого шара, в который он превратился, стала на вид плотной и осязаемой, приобрела серо-стальной окрас, и если и просвечивалась, то совсем немного. Как раз настолько, чтобы Ромар мог видеть, что внутри все еще бушует гроза. Но вскоре и этого стало не разобрать, так как покрывшая туман пленка стала непроницаемой. Шар размерами с крупную тыкву утратил форму и оплыл, превращаясь в полусферу, а из нижней его части вытянулись юркие жгутики, которые ощупали почву вокруг, а затем медленно вошли в нее, словно корни какого-то растения. Так плод в утробе связывает себя с матерью посредством пуповины. А кто есть всем живущим земля, если не мать? Прахом были мы и прахом обратимся, и прах наш станет основою новой жизни, - так говорили старики на Эльмаре. И Ромар Меч теперь наблюдал правдивость этих слов воочию.
Наконец все успокоилось, и только защитная оболочка едва заметно глазу раздувалась, давая знать, что внутри нее спрятана жизнь.
Превозмогая усталость, орк прошел туда, где оставил сумку и вынул из нее маленький походный топорик. Он срубил несколько широких еловых лап и накрыл ими серебристо-серую полусферу. После отпил из фляги терпкого вина, через силу, еле-еле ворочая челюстями, сжевал кусок вяленого мяса и завалился рядом с еловым шалашом. Теперь оставалось ждать. Трижды Луна явила миру полный лик, пока обрел Таскидар новое тело. Полный лунный месяц на Таре на три дня короче эльмарского, то есть следует прибавить еще девять дней. И нужно подумать о каком-нибудь временном жилье: сейчас еще тепло, а в ноябре в этих краях может и снег пойти.
Глава 6
- Здравствуй, открывающая.
Девушка обернулась и с наигранным ужасом схватилась за голову:
- Неужели вы не могли прийти на час позже? Как раз моя смена закончилась бы.
- Открывающие работают посменно, - не обращая на нее внимания, пояснил Сэллеру Эн-Ферро. – Так на станции постоянно есть дежурный. Но врата активны в любой момент.
- Милости прошу, - ехидно улыбнулась Адель, указывая на портал.
Лайс погрозил ей пальцем и продолжил:
- Врата активны, но ввиду того, что миры находятся в постоянном движении относительно друг друга, через какой-то промежуток времени точка выхода смещается. Как правило, доступны для посещения сразу несколько миров, находящихся в данный момент в секторе, определенном углом в два с половиной актильских градуса относительно основного вектора. Погрешность расчетов составляет обычно не более одной десятитысячной процента…
Вряд ли Сэл его понимал, но слушал с интересом.
Они проспали часов пять, проснувшись, перекусили, и юноша тут же потребовал вернуться сюда. Одного слепого перехода ему было мало.
- Идя наобум, ты не можешь знать, где выйдешь. Если твоя цель – простая прогулка, хватит и этого, но если захочешь побывать где-то конкретно, тебе понадобится помощь открывающего. Он определит, какие миры доступны в данный момент и настроит портал для перехода. Если интересующий тебя мир будет за пределами «окна», тебе назовут время выхода – карта смещений давно составлена, и отклонения незначительны. Но если посчастливится застать на станции Хранителя…
- Дракона? – вспомнил Сэл короткую беседу за завтраком.
- Да, дракона. Тогда тебе не придется ждать. Хранители способны прокладывать извилистые пути в Междумирьи и открывать проходы в любую точку.
- Вы поговорить пришли? – недовольно скривилась открывающая. – Тогда не бубните над ухом. Идите вон туда, - девушка кивнула на скамью в углу.
- А ты принесешь нам кофе?
- Не издевайся, Эн-Ферро. Сам знаешь, в этом мире его нет.
- Что это, кофе? – шепотом спросил Сэллер, направившись вслед за Лайсом к указанному месту.
- О, приятель, это – замечательная штука, особенно с утра. На чем мы остановились?
- На том, что драконы могут открыть проход в любой мир.
- Они не любят, когда их называют драконами. Лучше - Хранителями. Да, они могут открыть любой мир, а также сместить точку выхода на несколько градусов от стационарных врат. Последнее, к слову, и некоторые открывающие умеют, наиболее сильные. Как твоя подруга, например.
- Галла? Она – открывающая?
- Разве ты не почувствовал? – улыбнулся кард. – Открывающие – это частичка врат, и идущие, особенно те, кто еще не испытал настоящий зов, ощущают это. Тебя должно было тянуть к ней с первой встречи.
- Меня и тянуло, - смутился юноша. – Но я думал, что это… другое.
- А что еще ты должен был подумать? Появилась красивая девушка, с которой ты чувствовал себя легко и свободно, и хотелось всегда быть с нею рядом… А потом ты сам стал меняться. Тихий скромник Сэллер Кантэ, каким ты был еще несколько месяцев назад, не смог бы бродить из мира в мир. Здесь нужна дерзость, отвага, толика авантюризма. Кураж. Вот и ты стал смелее, разговорчивее, перестал теряться в обществе девушек, наверняка успел пару раз подраться и нагрубить родителям или наставникам, хоть раньше был примерным мальчиком… И не ходил к чужим женам.
- Мы же договорились, - парень опустил глаза, но тут же взглянул на собеседника с вызовом: - И вообще, я не виноват. Меня просто тянет к женщинам из других миров.
Эн-Ферро тихо рассмеялся.
- Молодец, быстро сориентировался. Но теперь таких женщин в твоей жизни будет предостаточно, а эту одну оставь мне.
Последние слова произнес серьезно: как ни крути, осадок остался.
- Вы давно женаты? – Сэл тоже сменил тон.
- По сути дня три. Можно сказать, ты мне медовый месяц сорвал.
- Но как же…
- Ласси – мой сын, если ты об этом. Остальное – долгая история. Может, потом расскажу. А сейчас постараюсь коротко объяснить все, что тебе нужно знать, чтобы избежать проблем при переходах, и вернусь к семье. А ты можешь погулять еще немного. Если хочешь, посоветую пару интересных мест. Или сам выбери. Видишь книги? – длинный стеллаж шел вдоль одной из стен. – Это путеводители. Одна книга – один мир.
- Их так много? – поразился Сэллер.
- Их намного больше. Здесь представлены только подобные и условно-подобные – те, где ты сможешь находиться без специальных приспособлений, дышать воздухом и питаться местными продуктами.
- Я могу попасть в любой из них?
- Запросто. Дождешься окна, оплатишь переход. Деньги у тебя, я надеюсь, есть?
- Да, но… - Сэл растерянно пожал плечами. – Прости, но зачем нужна оплата? Я думал, достаточно иметь дар.
- Деньги идут на содержание станции в условиях мира и на зарплату для ее работников. Хранители стараются не вмешиваться в судьбы живущих, не нарушать магического и экологического фона планет и не использовать свою магию без особой нужды. К тому же, такая система регулирует количество направленных переходов, а это важно: любое вмешательство открывающих в работу врат сказывается на стабильности потоков. Драконы, конечно, следят за состоянием порталов, на то они и Хранители, но чем меньше будет беспричинных хождений, тем лучше.
- Но для чего это все? Врата, идущие, открывающие? Должен же быть какой-то смысл?
Однажды Лайс тоже спросил об этом, и сейчас слово в слово повторил новичку ответ, который получил тогда:
- Смысл есть. Ты найдешь его сам, хоть это и нелегко - он так же непостижим, как и смысл самой жизни. Но многие предпочитают думать, что смысл жизни в том, чтобы жить, а быть идущим – в том, чтобы идти. Возможно, так и есть.
Они поговорили еще немного, уже не касаясь столь неоднозначных тем, и Адель, которой оставалось не более получаса до окончания смены, успела забыть о них, погрузившись в чтение извлеченной из-под стола книги. Как и все открывающие она не любила возиться с новичками и была рада, что у этого есть опытный товарищ, который вместо нее ответит на сотню глупых вопросов, а она тем временем успеет уйти домой. Но надежды не оправдались.
- Значит, можно выбрать любой? – поднялся со скамьи Сэл.
- Валяй.
- Но я же не смогу прочесть, - спохватился юноша. – Это другой мир, и язык тут должен быть другой.
- Естественно, - усмехнулся Эн-Ферро. – Ты же не думаешь, что Адель говорит на каэрро? Но в пределах станции ты поймешь все – это единственная магия, которую Хранители используют в мирах без опаски. Так что выбирай. Новичкам везет, можешь сходу выхватить лучший мир. Хотя самый лучший – это тот, где ты родился.
Сэллер, двинувшийся вдоль высокого стеллажа, последней фразы не расслышал. Дойдя до середины, парень наугад вытащил одну из книг. Пролистал, улыбнулся, увидев что-то, и радостно заявил:
- Пусть будет этот!
- Что там? – полюбопытствовал Лайс и скривился, оценив выбор. – Салам?
- Да. Гляди, самоходная повозка! Вот бы проехаться разок.
Сердце защемило. Дежавю.
- Ездит на угле? – спросил охрипшим от мерзкой сухости в горле голосом.
- Нет, тут сказано, что на спирте.
- Прогресс.
- Что-то не так? – встревожился Сэл.
- Все в порядке. Но… Салам – не лучший выбор. По большому счету убогий мирок. Да и эти штуковины ломаются каждые полчаса, вдоволь не наездишься.
- Есть другие предложения?
Лайс вздрогнул: слово в слово - больше чем дежавю. Возможно, судьба.
- Да, - ответил он, поразмыслив. – Навгас. Если заинтересовал самоходный транспорт, тебе там понравится. И, пожалуй, я прогуляюсь с тобой.
Иногда, чтобы избавиться от призраков прошлого, нужно взглянуть им в лицо.
- Привет, Лайс, давно не виделись. Кто это с тобой?
- Здравсвуй, Эр, - когда на станциях встречались старые знакомые, обходились и без ритуальных приветствий. – Это Сэллер, он новенький. Показываю парню хорошие места.
- Много успел показать?
- Нет, Навгас – первый в нашем маршруте.
- Потому, что Навгас – лучший мир, – крупный чернокожий мужчина, чья лысина блестела, отражая свет ламп, сверкнул белозубой улыбкой. – Записываться будете?
- Ну, запиши, раз хочется. Но это не обязательно, - Эн-Ферро обернулся к рассматривающему новое, непривычно обставленное помещение Сэллеру. – Переходы не контролируются и не лимитируются, поэтому ты имеешь право отказаться.
