Эн-Ферро открылся, как он это называл. Но вряд ли данное слово полностью соответствовало. Открытый человек – открытая книга, и, как ни избито такое сравнение, оно подходит лучше всего. Читай чужую память, переворачивай страницы, а хочешь – правь, переписывай, вырывай листы – все в твоей власти. Открывшийся кард оставался все той же многослойной краской, лишь чуть-чуть размягченной, будто подтаявшей. Но легче от этого не было, ибо теперь можно не только оцарапать покрытие, но и оставить в нем вмятину.
Впрочем, был и другой путь. Прокол. Тонкой раскаленной иглой, через защитный «лак», через тысячи и тысячи склеившихся между собой пластов к самой древесине… К душе, спрятанной под бесчисленными оболочками. Насквозь. А теплая мягкая краска после срастется, заполнит собой узкую прореху от стороннего проникновения…
Мужчина в кресле выгнулся, сжал побелевшие губы. Но Хранитель не останавливался – сам напросился. Игла-сканер врезалась в толщу вязкой памяти, слишком плотной и насыщенной… Бездна! Как можно было не подумать об этом? Воспоминания Эн-Ферро стараниями предусмотрительных родителей и свайланских медиков были перегружены невероятным количеством ненужной информации: лица, события, разговоры, бесполезные знания. Как отыскать на этой свалке что-то, действительно, важное?
Вот детство, светлое и счастливое. Родители, старшие братья. Девчонка, живущая по соседству. Собака. Щегол. Первый компьютер с сенсорной панелью. Слезы первой утраты, и первое взрослое решение: больше никаких собак! А через год такое же серьезное: никаких девчонок. Отменено по здравому размышлению спустя три месяца…
Хранитель улыбнулся - дети всегда умиляют, даже драконов.
Взросление. Осознание дара. Храм Пилаг. Школа. Друзья, превращающиеся в приятелей, а после в просто знакомых – бесконечная вереница имен и лиц. Успехи. Провалы. Драки. Девочка с золотистыми кудряшками и темной «кисточкой» на хвосте. Тяжелый кулак, с хрустом ломающий переносицу… Темнота. Больничная палата…
Стадион. Храм. Храм. Храм. Магия, льющаяся отовсюду, сила, покорившаяся после долгих упорных занятий. Шестая степень. Пятая…
Университет. Мечты. Звезды… Новые лица и новые имена. Темноволосая девушка с раскосыми глазами… и ее подруга, худенькая и нескладная, похожая на мальчика-подростка… Аэнсир – легкий наркотик, легальный, можно купить в аптеке… Но лучше не запивать спиртным… не стоило, да… Можно усилить действие, растворив и прогнав через фильтры, очищая от примесей… Можно даже подзаработать, продавая концентрат ребятам со своего курса… Арест. Суд. Отец, почетный глава Совета Народа, злой как демон бездны… Зато очень мягкий приговор…
Храм. Четвертая степень. Университет. Учеба. Имена. Лица. Названия. Новая преподавательница, читает историю культур… Молодая, симпатичная, на брови тонкий белый шрам, почти не заметный, если не присматриваться… Любит сухое вино и объемные иллюзии, которые он создает под потолком спортзала… А на животе татуировка – бабочка… Мстительная стерва! Не приняла статью…
Консультант центра генетических исследований. Говорит, что все в полном порядке. Он ведь не первый, кому улучшили память, и никто не жаловался. Воспоминания все равно стираются со временем, фильтруются, и все это было учтено в программе, так как мозг не в состоянии вынести… Посоветовал обратиться к психологу. Возможно, проблемы личного характера: напряженные отношения в семье, недостаток внимания…
Первый самостоятельный проект. Бессонные ночи. Кофе в чашке… Кофеин в капсулах… Аэнсир, совсем немного, только расслабиться… Попробовать забыть то, что не хочет уходить из памяти и отвлекает от серьезных мыслей…
Защита. Успех. Кафе на ночной набережной… Алкоголь притупляет сознание. Имена и лица теперь размыты, но никуда не исчезли. Слова… Слова, хвала Небу, не запоминаются, звучат ненавязчивым фоном… И официантка строит глазки и кокетливо виляет хвостом… Но нужно домой. Иначе она скажет, как ее зовут, и еще одно имя навсегда отпечатается в памяти…
Имена. Лица. События. Названия улиц и книг. Головная боль. Спиртное. Обманная тишина… Сигарета с эфтенской коноплей… Девушка. Безымянная - так удобней… Отец. Скандал. Кайл, старший брат, самый старший из троих. Успешный предприниматель. У него жена-красавица и трехлетняя дочка. Элма. Элмита. А рука тяжелая…
- Если тебя вышибут из университета, дома можешь не появляться!
Ему легко говорить, его не прочили в «достойные преемники», не вкладывали в него сверхспособностей и великих надежд. Его просто любили. Как сына. Как мужа. Как отца…
- Мы тебя любим, Ласси. Папа бывает резок, но он переживает. И Кайл, и Элсор. Мы все волнуемся за тебя…
Мать. Разве можно ей не поверить?
Любили, конечно же. И хотели, как лучше. Но судьба сыграла с ним злую шутку. К «подарку медиков, добавился дар матери Пилаг, и то, что должно было облегчить ему жизнь, превратилось в ежедневную пытку. В Храме не подтвердили его догадок, но дядя Клай сказал, что это возможно. Предложил провести несколько тестов. Но сразу предупредил, что теперь нельзя будет что-нибудь изменить. Вмешательство может отразиться на работе мозга или превратить его в инвалида… Тогда зачем?
И родителям знать не стоит. Не хочется, чтобы они чувствовали себя виноватыми. Клай обещал, что не станет говорить.
Тем более, он уже привыкает жить с этим. Или думает, что привыкает. Пытается как-то приспособиться…
Имена и лица, словно старые фото с подписями, сметаются со стола «сегодня» и отправляются в пыльный ящик «вчера». Иногда они вываливаются из него не к месту, попадаются на глаза… И если бы можно было сжечь… Но нельзя. И их становится все больше и больше…
Храм. Третья степень. Ужин с родителями. Мир в семье… Все счастливы… Почти все…
Университет. Последний месяц. Экзамены. Заполнившие голову знания изливаются потоками складных речей, ложатся на бумагу ломаными линиями сложных чертежей и закорючками формул… но никуда не уходят. Остаются. Навсегда…
Ночь. Пляж. Те, кого он вслух называет друзьями. Выпивка. Много выпивки – сегодня можно…
- А сейчас предлагаю выпить за нашего друга Лайса, который после семи лет бесчинств и разгильдяйства все же осчастливил преподавательский состав университета своим уходом!
Все это здорово, но нужно идти. Очень нужно.
Песок под ногами сменяется бетонными плитами городских улиц. Вместо спасательской вышки – белые стены Художественного центра. Охранник-орк… Он не любил орков – к лицам и именам у них добавлялись глупые мысли, которые он еще не научился не слышать… И не надо было этому орку думать о том, куда следует пойти подвыпившему юнцу … Хвала Небу, промахнулся. Зато теперь не нужно ломать дверь…
- Пришел? Ну, заходи, раз пришел…
Знакомое лицо. Приятное. Светлая челка падает на высокий лоб. В глазах – серебряные искорки. Забавляется. Смеется над ним…
- И куда тебе?
А, куда кривая выведет!..
Рошан прервал сканирование. Перевел дух. Воспоминания Эн-Ферро были намного четче и ярче его собственных. И Кир в них был совсем как живой… Нет, не так: Кир в них был живым…
- Молодец! Нет, я серьезно. Герой! Первый переход и ты уже вошел в историю!
С Киром было легко. Интересно. А самое главное, призраки памяти отступали в его присутствии. Он был благодарен ему за это.
- Я ничего не делаю, Лайс. Лишь немного помогаю тебе определиться с приоритетами. Ты перестаешь вспоминать и начинаешь жить сегодняшним днем. Вот и все. Немного практики, и ты научишься управлять и этим даром. Да, это – дар, пускай и искусственный. И как любой неосвоенный дар он опасен. Нужно работать над собой…
Собранная из обрывков жизнь обретала смысл. Каждый новый мир приносил новые знания, новые имена и лица, но голова уже не раскалывалась от их обилия, и рука не тянулась к бутылке или блистеру с прозрачными капсулами в попытке иллюзорного забвения. Двадцать лет сбора информации и работы с нестабильными потоками в разных системах – триумфальная защита второй степени, билет в «Золотую тридцатку» сильнейших магов Пилаг. Потом отдых. Весьма своеобразный отдых: миры, полные опасностей, миры, где идут войны. Оружие на какое-то время стало новым наркотиком. Лучевые и высокочастотные излучатели быстро приелись. Дульнозарядные ружья и мушкеты навевали тоску. Автоматическое оружие пришлось по вкусу, но не надолго…
- Развлекаешься? А у меня тут идея возникла, хотел с тобой обсудить.
Колония на Юули. Мечта Кира о расселении кардов по Сопределью воплощалась в реальность. Способности проводника нашли достойное применение. В течение месяца две тысячи сто пятьдесят шесть кардов были переведены на новое место жительства. Тысяча сорок восемь мужчин, восемьсот девяносто пять женщин и шестьдесят детей в возрасте от трех до пятнадцати лет: двадцать восемь мальчиков и тридцать две девочки… Среди прочих профессор Клай Эн-Сотто с сыном Гербеном. И доктор Богзар Гиалло с женой – они дружили с Кайлом и его семьей на Свайле. Остальные стали лишь именами и лицами из прошлого…
- А фехтованием никогда не думал заняться? Могу дать пару уроков.
Кир, как всегда, рядом. Верный, надежный, терпеливый. Настоящий друг. Даже абсолютная память смирилась и перестала неустанно напоминать о том, что этот красивый светловолосый мужчина с открытой улыбкой и серебряными искорками в глазах самый настоящий дракон. И не простой дракон – Хранитель.
- Помнишь, я тебе о Рошане рассказывал? Есть повод вас познакомить…
И Рошан дракон, но вроде бы тоже ничего…
…Возвращение в Храм Пилаг. Первая степень. Мать рыдает от счастья. Отец до посинения жмет руку. Кайл просит наведываться чаще и не забыть, будто это возможно, что осенью Элма выходит замуж, и он, как дядя, должен присутствовать обязательно… А еще, если не трудно конечно, нужно передать письмо для Богзара и маленький подарок для его дочери. Девочка родилась два года назад, но Кайл никак не мог запомнить ее имени. Хотя, что тут сложного? Мариза. Распространенное имя, и не только на Свайле…
И снова чужие миры. Имена и лица. Названия стран и городов, народов и рас, денежных единиц и марочных вин…
- Я ничего не могу с этим сделать, Лайс. По крайней мере, сейчас. Сила Хранителей не безгранична, а я не уверен, что, блокируя ненужные воспоминания, не сотру чего-нибудь важного для тебя. Или не задену твоей личности и твоего разума. А ты мне нужен разумным, приятель! Кстати, о разумности: как долго ты еще намерен изображать из себя благородного межмирного наемника? Игра немного затянулась…
Но это не было игрой. Сначала – да, но потом работа, сопряженная с риском превратилась в своеобразную терапию. Решение чужих проблем помогало отвлечься от своих. Но он всегда четко видел грань… В отличие от этого безголового эльфа, забери его демоны!
- Ну чего ты раскричался? Не случилось бы ничего! Я разобрался с управлением, принцип работы двигателя такой же, как у фианских эктокаров, начинка почти идентичная, стандартный штурвал и реле переключения скоростей… Я только тормоза не нашел, потому и пришлось об дерево…
Отчаянный мальчишка, кидающийся из крайности в крайность, как и он когда-то. И такой же одинокий в этом скопище безликих имен и безымянных лиц. Было жаль оставлять его, но еще были дела на Свайле, а работа при Храме не терпела суеты… Но надолго он в родном мире не задержался. Пообещал вернуться, когда соберет достаточно материалов по новым исследованиям биполярных матриц… А возвратился через семь лет, когда Свайла показалась единственным местом, где могли бы помочь…
- Не нервничай, Лайс, все будет нормально. Операция прошла успешно, он скоро придет в себя… И ты ни в чем не виноват. Кроме того, что влез в ненужную тебе войну, и втянул парня. Впрочем, он и без тебя способен отыскать неприятности на свою остроухую голову. Познакомишь нас?
Хорошее это было время… Месяц, пока Иоллар оправлялся от ранения, а Кир как раз жил на Свайле. Нет, втроем почти не собирались. Зато первый был под присмотром, а со вторым можно было встречаться хоть каждый день…
- Я говорил с Гвейном. Точнее, он со мной. Кажется, у меня есть шанс войти в Совет со временем. Я не хвастаю, но после инициации старейшины, способности многократно усиливаются. Возможно, тогда получится разобраться с тем, что твориться у тебя в голове…
Было бы неплохо. Но за пару веков он уже привык. Наладились отношения с семьей: виделись редко, но встречали его всегда с искренней радостью. В Храме Пилаг принимали как опытного независимого консультанта. В колонии на Юули… Туда он старался заглядывать пореже. Но когда хотелось почувствовать себя богом… В самом деле, смешно. Ну, пусть не богом, но национальным героем его там считали. Даже внесли имя в учебники по истории расы. А приятнее всего было осознавать, что у него теперь есть настоящие, проверенные жизнью друзья…
…Вспышка. Яркая белая вспышка – и ничего, только страх сковал тело. Это было похоже на кошмарный сон, но сон не приснится, когда сидишь на приеме у владетельного сианского лорда с вилкой в одной руке и бокалом красного вина в другой.
- Что-то случилось, Лайс?
В глазах Ила неподдельный испуг.
Да, случилось. Но что именно, он тогда не понял. Лишь почувствовал, а узнал через три дня, когда добрался до врат. Прохода на Свайлу, Зерак и Алеузу больше нет.
Кира больше нет…
Боль. Горечь. Горе…
Потеря друга. Потеря мира и дома…
Страх. Липкий, навязчивый страх опять потерять смысл жизни и захлебнуться в потоке чужих лиц, имен и названий. Но еще был Ил… И Галла… То, что осталось – память о Кире, надежда на возвращение. Маленькая забавная девчонка, с такими же серебряными искорками в глазах…
Юули. Их глупые претензии и требования… Маг для колонии? Ему бы их проблемы. Жители сотен миров прекрасно обходятся без магии… Достали! Хотели? Получайте! И нет, его не интересует…
Ил не давал скучать - Фиан, континентальное ралли, третья победа.
У Галлы обнаружился дар открывающей. Великолепно! Теперь можно познакомиться официально и встречаться иногда.
А потом…
Это был самый верхний слой, самый свежий. Рошан касался его аккуратно, едва-едва…
Галла. Тепло. Дом…
Семья – не придуманная, а настоящая: кто-то, кто нужен ему, и кому нужен он. Шутки, веселье.
Ил… Но перед этим Юули – сомнения, переживания… Память вновь перевернула ящики с накопившимся за века хламом. А ведь в этом мусоре есть несколько по-настоящему ценных вещей… Нужно разобраться…
Жизнь налаживалась. Надежда оживала. Чужие лица и имена вытеснены теми, кто на самом деле был близок и дорог. Впервые за много лет все было хорошо…
…И еще одна вспышка. На этот раз огненная. Боль. Его боль, многократно усиленная чувством вины. Горе милой, любимой девочки, готовой уйти от него за грань.
И страх, который он никогда и никому не показывал…
Но жизнь победила. Снова.
Галчонок.
Ее сын – сын Иоллара, как знак, что тот не ушел бесследно…
Ласси – еще одно сомнение прочь.
Мариза…
И опять страх. На это раз – страх впустить кого-то в свою жизнь, чтобы вновь потерять.
И не нужно называть его другом. Даже если это и так…
- Я устал, Рошан. Очень устал.
- Я знаю. Отдохни, время есть.
Кир был прав, после полной инициации силы старейшины Совета возрастают. Но чужая память – слишком хрупкий материал. Возможно, потом, когда будет время. Месяц. Или год.
Впрочем, был и другой путь. Прокол. Тонкой раскаленной иглой, через защитный «лак», через тысячи и тысячи склеившихся между собой пластов к самой древесине… К душе, спрятанной под бесчисленными оболочками. Насквозь. А теплая мягкая краска после срастется, заполнит собой узкую прореху от стороннего проникновения…
Мужчина в кресле выгнулся, сжал побелевшие губы. Но Хранитель не останавливался – сам напросился. Игла-сканер врезалась в толщу вязкой памяти, слишком плотной и насыщенной… Бездна! Как можно было не подумать об этом? Воспоминания Эн-Ферро стараниями предусмотрительных родителей и свайланских медиков были перегружены невероятным количеством ненужной информации: лица, события, разговоры, бесполезные знания. Как отыскать на этой свалке что-то, действительно, важное?
Вот детство, светлое и счастливое. Родители, старшие братья. Девчонка, живущая по соседству. Собака. Щегол. Первый компьютер с сенсорной панелью. Слезы первой утраты, и первое взрослое решение: больше никаких собак! А через год такое же серьезное: никаких девчонок. Отменено по здравому размышлению спустя три месяца…
Хранитель улыбнулся - дети всегда умиляют, даже драконов.
Взросление. Осознание дара. Храм Пилаг. Школа. Друзья, превращающиеся в приятелей, а после в просто знакомых – бесконечная вереница имен и лиц. Успехи. Провалы. Драки. Девочка с золотистыми кудряшками и темной «кисточкой» на хвосте. Тяжелый кулак, с хрустом ломающий переносицу… Темнота. Больничная палата…
Стадион. Храм. Храм. Храм. Магия, льющаяся отовсюду, сила, покорившаяся после долгих упорных занятий. Шестая степень. Пятая…
Университет. Мечты. Звезды… Новые лица и новые имена. Темноволосая девушка с раскосыми глазами… и ее подруга, худенькая и нескладная, похожая на мальчика-подростка… Аэнсир – легкий наркотик, легальный, можно купить в аптеке… Но лучше не запивать спиртным… не стоило, да… Можно усилить действие, растворив и прогнав через фильтры, очищая от примесей… Можно даже подзаработать, продавая концентрат ребятам со своего курса… Арест. Суд. Отец, почетный глава Совета Народа, злой как демон бездны… Зато очень мягкий приговор…
Храм. Четвертая степень. Университет. Учеба. Имена. Лица. Названия. Новая преподавательница, читает историю культур… Молодая, симпатичная, на брови тонкий белый шрам, почти не заметный, если не присматриваться… Любит сухое вино и объемные иллюзии, которые он создает под потолком спортзала… А на животе татуировка – бабочка… Мстительная стерва! Не приняла статью…
Консультант центра генетических исследований. Говорит, что все в полном порядке. Он ведь не первый, кому улучшили память, и никто не жаловался. Воспоминания все равно стираются со временем, фильтруются, и все это было учтено в программе, так как мозг не в состоянии вынести… Посоветовал обратиться к психологу. Возможно, проблемы личного характера: напряженные отношения в семье, недостаток внимания…
Первый самостоятельный проект. Бессонные ночи. Кофе в чашке… Кофеин в капсулах… Аэнсир, совсем немного, только расслабиться… Попробовать забыть то, что не хочет уходить из памяти и отвлекает от серьезных мыслей…
Защита. Успех. Кафе на ночной набережной… Алкоголь притупляет сознание. Имена и лица теперь размыты, но никуда не исчезли. Слова… Слова, хвала Небу, не запоминаются, звучат ненавязчивым фоном… И официантка строит глазки и кокетливо виляет хвостом… Но нужно домой. Иначе она скажет, как ее зовут, и еще одно имя навсегда отпечатается в памяти…
Имена. Лица. События. Названия улиц и книг. Головная боль. Спиртное. Обманная тишина… Сигарета с эфтенской коноплей… Девушка. Безымянная - так удобней… Отец. Скандал. Кайл, старший брат, самый старший из троих. Успешный предприниматель. У него жена-красавица и трехлетняя дочка. Элма. Элмита. А рука тяжелая…
- Если тебя вышибут из университета, дома можешь не появляться!
Ему легко говорить, его не прочили в «достойные преемники», не вкладывали в него сверхспособностей и великих надежд. Его просто любили. Как сына. Как мужа. Как отца…
- Мы тебя любим, Ласси. Папа бывает резок, но он переживает. И Кайл, и Элсор. Мы все волнуемся за тебя…
Мать. Разве можно ей не поверить?
Любили, конечно же. И хотели, как лучше. Но судьба сыграла с ним злую шутку. К «подарку медиков, добавился дар матери Пилаг, и то, что должно было облегчить ему жизнь, превратилось в ежедневную пытку. В Храме не подтвердили его догадок, но дядя Клай сказал, что это возможно. Предложил провести несколько тестов. Но сразу предупредил, что теперь нельзя будет что-нибудь изменить. Вмешательство может отразиться на работе мозга или превратить его в инвалида… Тогда зачем?
И родителям знать не стоит. Не хочется, чтобы они чувствовали себя виноватыми. Клай обещал, что не станет говорить.
Тем более, он уже привыкает жить с этим. Или думает, что привыкает. Пытается как-то приспособиться…
Имена и лица, словно старые фото с подписями, сметаются со стола «сегодня» и отправляются в пыльный ящик «вчера». Иногда они вываливаются из него не к месту, попадаются на глаза… И если бы можно было сжечь… Но нельзя. И их становится все больше и больше…
Храм. Третья степень. Ужин с родителями. Мир в семье… Все счастливы… Почти все…
Университет. Последний месяц. Экзамены. Заполнившие голову знания изливаются потоками складных речей, ложатся на бумагу ломаными линиями сложных чертежей и закорючками формул… но никуда не уходят. Остаются. Навсегда…
Ночь. Пляж. Те, кого он вслух называет друзьями. Выпивка. Много выпивки – сегодня можно…
- А сейчас предлагаю выпить за нашего друга Лайса, который после семи лет бесчинств и разгильдяйства все же осчастливил преподавательский состав университета своим уходом!
Все это здорово, но нужно идти. Очень нужно.
Песок под ногами сменяется бетонными плитами городских улиц. Вместо спасательской вышки – белые стены Художественного центра. Охранник-орк… Он не любил орков – к лицам и именам у них добавлялись глупые мысли, которые он еще не научился не слышать… И не надо было этому орку думать о том, куда следует пойти подвыпившему юнцу … Хвала Небу, промахнулся. Зато теперь не нужно ломать дверь…
- Пришел? Ну, заходи, раз пришел…
Знакомое лицо. Приятное. Светлая челка падает на высокий лоб. В глазах – серебряные искорки. Забавляется. Смеется над ним…
- И куда тебе?
А, куда кривая выведет!..
Рошан прервал сканирование. Перевел дух. Воспоминания Эн-Ферро были намного четче и ярче его собственных. И Кир в них был совсем как живой… Нет, не так: Кир в них был живым…
- Молодец! Нет, я серьезно. Герой! Первый переход и ты уже вошел в историю!
С Киром было легко. Интересно. А самое главное, призраки памяти отступали в его присутствии. Он был благодарен ему за это.
- Я ничего не делаю, Лайс. Лишь немного помогаю тебе определиться с приоритетами. Ты перестаешь вспоминать и начинаешь жить сегодняшним днем. Вот и все. Немного практики, и ты научишься управлять и этим даром. Да, это – дар, пускай и искусственный. И как любой неосвоенный дар он опасен. Нужно работать над собой…
Собранная из обрывков жизнь обретала смысл. Каждый новый мир приносил новые знания, новые имена и лица, но голова уже не раскалывалась от их обилия, и рука не тянулась к бутылке или блистеру с прозрачными капсулами в попытке иллюзорного забвения. Двадцать лет сбора информации и работы с нестабильными потоками в разных системах – триумфальная защита второй степени, билет в «Золотую тридцатку» сильнейших магов Пилаг. Потом отдых. Весьма своеобразный отдых: миры, полные опасностей, миры, где идут войны. Оружие на какое-то время стало новым наркотиком. Лучевые и высокочастотные излучатели быстро приелись. Дульнозарядные ружья и мушкеты навевали тоску. Автоматическое оружие пришлось по вкусу, но не надолго…
- Развлекаешься? А у меня тут идея возникла, хотел с тобой обсудить.
Колония на Юули. Мечта Кира о расселении кардов по Сопределью воплощалась в реальность. Способности проводника нашли достойное применение. В течение месяца две тысячи сто пятьдесят шесть кардов были переведены на новое место жительства. Тысяча сорок восемь мужчин, восемьсот девяносто пять женщин и шестьдесят детей в возрасте от трех до пятнадцати лет: двадцать восемь мальчиков и тридцать две девочки… Среди прочих профессор Клай Эн-Сотто с сыном Гербеном. И доктор Богзар Гиалло с женой – они дружили с Кайлом и его семьей на Свайле. Остальные стали лишь именами и лицами из прошлого…
- А фехтованием никогда не думал заняться? Могу дать пару уроков.
Кир, как всегда, рядом. Верный, надежный, терпеливый. Настоящий друг. Даже абсолютная память смирилась и перестала неустанно напоминать о том, что этот красивый светловолосый мужчина с открытой улыбкой и серебряными искорками в глазах самый настоящий дракон. И не простой дракон – Хранитель.
- Помнишь, я тебе о Рошане рассказывал? Есть повод вас познакомить…
И Рошан дракон, но вроде бы тоже ничего…
…Возвращение в Храм Пилаг. Первая степень. Мать рыдает от счастья. Отец до посинения жмет руку. Кайл просит наведываться чаще и не забыть, будто это возможно, что осенью Элма выходит замуж, и он, как дядя, должен присутствовать обязательно… А еще, если не трудно конечно, нужно передать письмо для Богзара и маленький подарок для его дочери. Девочка родилась два года назад, но Кайл никак не мог запомнить ее имени. Хотя, что тут сложного? Мариза. Распространенное имя, и не только на Свайле…
И снова чужие миры. Имена и лица. Названия стран и городов, народов и рас, денежных единиц и марочных вин…
- Я ничего не могу с этим сделать, Лайс. По крайней мере, сейчас. Сила Хранителей не безгранична, а я не уверен, что, блокируя ненужные воспоминания, не сотру чего-нибудь важного для тебя. Или не задену твоей личности и твоего разума. А ты мне нужен разумным, приятель! Кстати, о разумности: как долго ты еще намерен изображать из себя благородного межмирного наемника? Игра немного затянулась…
Но это не было игрой. Сначала – да, но потом работа, сопряженная с риском превратилась в своеобразную терапию. Решение чужих проблем помогало отвлечься от своих. Но он всегда четко видел грань… В отличие от этого безголового эльфа, забери его демоны!
- Ну чего ты раскричался? Не случилось бы ничего! Я разобрался с управлением, принцип работы двигателя такой же, как у фианских эктокаров, начинка почти идентичная, стандартный штурвал и реле переключения скоростей… Я только тормоза не нашел, потому и пришлось об дерево…
Отчаянный мальчишка, кидающийся из крайности в крайность, как и он когда-то. И такой же одинокий в этом скопище безликих имен и безымянных лиц. Было жаль оставлять его, но еще были дела на Свайле, а работа при Храме не терпела суеты… Но надолго он в родном мире не задержался. Пообещал вернуться, когда соберет достаточно материалов по новым исследованиям биполярных матриц… А возвратился через семь лет, когда Свайла показалась единственным местом, где могли бы помочь…
- Не нервничай, Лайс, все будет нормально. Операция прошла успешно, он скоро придет в себя… И ты ни в чем не виноват. Кроме того, что влез в ненужную тебе войну, и втянул парня. Впрочем, он и без тебя способен отыскать неприятности на свою остроухую голову. Познакомишь нас?
Хорошее это было время… Месяц, пока Иоллар оправлялся от ранения, а Кир как раз жил на Свайле. Нет, втроем почти не собирались. Зато первый был под присмотром, а со вторым можно было встречаться хоть каждый день…
- Я говорил с Гвейном. Точнее, он со мной. Кажется, у меня есть шанс войти в Совет со временем. Я не хвастаю, но после инициации старейшины, способности многократно усиливаются. Возможно, тогда получится разобраться с тем, что твориться у тебя в голове…
Было бы неплохо. Но за пару веков он уже привык. Наладились отношения с семьей: виделись редко, но встречали его всегда с искренней радостью. В Храме Пилаг принимали как опытного независимого консультанта. В колонии на Юули… Туда он старался заглядывать пореже. Но когда хотелось почувствовать себя богом… В самом деле, смешно. Ну, пусть не богом, но национальным героем его там считали. Даже внесли имя в учебники по истории расы. А приятнее всего было осознавать, что у него теперь есть настоящие, проверенные жизнью друзья…
…Вспышка. Яркая белая вспышка – и ничего, только страх сковал тело. Это было похоже на кошмарный сон, но сон не приснится, когда сидишь на приеме у владетельного сианского лорда с вилкой в одной руке и бокалом красного вина в другой.
- Что-то случилось, Лайс?
В глазах Ила неподдельный испуг.
Да, случилось. Но что именно, он тогда не понял. Лишь почувствовал, а узнал через три дня, когда добрался до врат. Прохода на Свайлу, Зерак и Алеузу больше нет.
Кира больше нет…
Боль. Горечь. Горе…
Потеря друга. Потеря мира и дома…
Страх. Липкий, навязчивый страх опять потерять смысл жизни и захлебнуться в потоке чужих лиц, имен и названий. Но еще был Ил… И Галла… То, что осталось – память о Кире, надежда на возвращение. Маленькая забавная девчонка, с такими же серебряными искорками в глазах…
Юули. Их глупые претензии и требования… Маг для колонии? Ему бы их проблемы. Жители сотен миров прекрасно обходятся без магии… Достали! Хотели? Получайте! И нет, его не интересует…
Ил не давал скучать - Фиан, континентальное ралли, третья победа.
У Галлы обнаружился дар открывающей. Великолепно! Теперь можно познакомиться официально и встречаться иногда.
А потом…
Это был самый верхний слой, самый свежий. Рошан касался его аккуратно, едва-едва…
Галла. Тепло. Дом…
Семья – не придуманная, а настоящая: кто-то, кто нужен ему, и кому нужен он. Шутки, веселье.
Ил… Но перед этим Юули – сомнения, переживания… Память вновь перевернула ящики с накопившимся за века хламом. А ведь в этом мусоре есть несколько по-настоящему ценных вещей… Нужно разобраться…
Жизнь налаживалась. Надежда оживала. Чужие лица и имена вытеснены теми, кто на самом деле был близок и дорог. Впервые за много лет все было хорошо…
…И еще одна вспышка. На этот раз огненная. Боль. Его боль, многократно усиленная чувством вины. Горе милой, любимой девочки, готовой уйти от него за грань.
И страх, который он никогда и никому не показывал…
Но жизнь победила. Снова.
Галчонок.
Ее сын – сын Иоллара, как знак, что тот не ушел бесследно…
Ласси – еще одно сомнение прочь.
Мариза…
И опять страх. На это раз – страх впустить кого-то в свою жизнь, чтобы вновь потерять.
И не нужно называть его другом. Даже если это и так…
- Я устал, Рошан. Очень устал.
- Я знаю. Отдохни, время есть.
Кир был прав, после полной инициации силы старейшины Совета возрастают. Но чужая память – слишком хрупкий материал. Возможно, потом, когда будет время. Месяц. Или год.
