- О-огромная?
- Да, - кивнул он, пытаясь отмотать назад свой кусок и укрыться. – Но не бойся, я тебя от нее спасу.
Женщины всегда доверчиво льнут к пришедшим им на помощь героям. А герои, если конечно они не полные дураки, этим пользуются. Обнимать теплое гибкое тело, ненавязчиво скользя пальцами по гладкой коже, было приятно, но, к сожалению, это была единственная приятность, которую он мог себе сейчас позволить… И Ласси в любой момент мог проснуться, а дверь в комнату не запирается…
- Там же нет никакой мыши? – все же спросила она.
- Есть-есть, - пробормотал Лайс. – И не одна. Там целая мышиная армия. И мышиный король во главе. Но я тебя защищу. Спи…
Казалось, теперь, когда расставлены все точки в этом запутанном деле, старший наставник может вздохнуть свободно и заняться исполнением своих прямых, не слишком обременительных обязанностей. Грядущая смена власти в империи и возможное развитие дальнейших событий – не его проблемы, пусть ими занимаются те, кому это положено по чину. А он предпочтет считать все случившееся следствием болезненных фантазий старого некроманта, поверившего в реальность древних мифов и решившего в одиночку изменить расстановку мировых сил.
- Не думаю, что Гайерс одинок в своих стремлениях.
Магистр Марко и рад был забыть обо всем этом, да вот незадача – тэр Салзар, мастер смерти шестой ступени, которому по-хорошему следовало еще в середку, когда закончили писать рапорта, отбыть в Азгар, все еще оставался в Марони и каждый день являлся в школу как на службу.
- Простите, Салзар, но это – уже политика, а я стараюсь держаться подальше от таких вещей.
- Если начнется война, вам это не удастся.
Может, и не начнется. Если бы погиб посол, тогда – да, вполне вероятно. Скорее всего, на это и ставили злоумышленники: Кармол не выстоял бы против Леса в одиночку, и у империи появился бы предлог под видом помощи ближайшему соседу превратить независимое королевство в одну из своих провинций, а после использовать этот конфликт как повод к продолжению военных действий уже на Саатаре. Такую схему обрисовал в недавней беседе герцог. Странно только, что для реализации столь сложного плана в Марони отправили лишь одного, причем не самого сильного мага. Или нужно ждать новых неприятностей, или тэр Катара прав, и заговорщики действовали наобум. В первом случае остается надеяться на то, что тайные службы организуют качественную «чистку» и выявят остальных шпионов, а во втором – благодарить богов за удачу. Второй вариант был предпочтительнее.
- А война начнется, учитывая, какой приз на кону, - продолжал Салзар, отвлекая наставника и от размышлений, и от школьных ведомостей, в которые он уже час безуспешно пытался вникнуть.
- В настоящее время империей правит Растан. Пока он жив, этого не случится, - маг с уверенностью повторил слова своего герцога. - Кто станет его преемником, пока неизвестно. Не исключено, что империя погрязнет во внутренних беспорядках, ведь за каждым из кандидатов стоят немалые силы. Так что если война и начнется, то не завтра. И не в Кармоле. Вряд ли кто-то решит еще раз стравить нас с Лар’элланом - и без этого найдут повод вторгнуться на территорию Леса. Если только это кому-нибудь нужно. Вы ведь сами сказали, что усыпальница Велерины – миф.
- А еще я сказал, что нам в любом случае не должно быть до этого дела. Потому, что пока имперцы в очередной раз готовятся отправиться за океан на поиск чудотворных костей, у Кармола уже есть своя Велерина. Но теперь я не уверен в собственных словах, так как эта особа уехала, и даже ее брат не знает, куда.
Медведь отложил бумаги, работать все равно не получалось.
- Раз уж вы завели разговор о Галле, я хотел бы разъяснить кое-что. Герцог обсуждал со мной подробности дела Гирата и показывал копию вашего отчета. Вы изложили в нем далеко не все факты…
- Надеюсь, вы не сказали лишнего? - подался вперед Ворон.
- Нет. Только подтвердил то, что написано. А теперь хочу узнать, зачем же я это сделал.
- Вы же знаете, что нельзя воспользоваться чужим тиз’аром? А тем более нельзя убить некроманта его же оружием. То есть у тэсс Галлы должен был быть с собой другой нож, а нож Гирата, как и положено, рассыпался прахом после его смерти. Я не хотел, чтобы мне не поверили.
- Или боялись, что все же поверят? Давайте уж начистоту. Вы не уехали в Азгар, приходите в Школу каждый день, и мы с вами сидим, будто добрые приятели, и рассуждаем о судьбах мира и о судьбе одной конкретной особы. Зачем вам это?
- Наверное, затем, зачем и вам, - спокойно ответил некромант. – Вы ведь тоже никому не рассказывали о том, что ваша ученица нашла возможность влезть в Память Стихий, а лесная нежить делится с ней силой. Вы мыслите так же, как и я, Марко, и так же, как и я, полагаете, что другим еще рано знать о ней. И королю, до которого я постарался донести минимум информации. И вашему герцогу, которому вы, если я правильно понял, уже пообещали ее в качестве личного мага.
Марко тяжело вздохнул:
- Я еще не знал Галлу, когда у нас тэром Велтаром состоялся тот разговор. При доме Катара давно уже нет мага, и мы условились, что я найду на эту должность достойного молодого человека. Тэр Велтар умен и предусмотрителен, уже то, что я взял Галлу в личное ученичество многое ему сказало, а последние печальные события лишь подтвердили ее состоятельность как волшебницы…
- И его не смущает, что она женщина, а ее молодость только на руку, - закончил Ворон. – Некоторые считают, что магов нужно воспитывать, как и собак, приручая со щенячьего возраста. Однако не все поддаются подобному воспитанию. Вашу ученицу уж точно нелегко будет переделать. Но предложение герцога не так уж плохо, сейчас главное – удержать ее в Кармоле. Ведь отъезд тэсс Галлы на Саатар в ваши планы не вписывается, не так ли?
- И чего я, по-вашему, хочу?
- Если я прав, и наши цели совпадают, то, наверное… Сопричастности? Простите, не могу выразиться точнее. Мы с вами уже не молоды, у каждого за плечами насыщенное событиями прошлое, а впереди давно предсказанное будущее: старость, смерть, забвение. А тут представился шанс прикоснуться к чуду. К сказке, вроде той, что лежит у вас на столе под кипой бумаг. Перечитывали на досуге? Я, знаете ли, тоже.
- Значит, просто сопричастность чуду? – переспросил недоверчиво старший наставник.
- Не просто, - улыбнулся тэр Салзар. - Вы уже вписали свое имя в историю, как наставник этого чуда. И мне хотелось бы чего-то подобного. Теперь у нее есть тиз’зар, а подобное оружие не должно лежать без дела. Новые знания и еще один учитель лишними не будут.
- Да. Только вот с ученицей неувязка. Говорите, даже брат не знает, где она?
Галла
Затерявшаяся в лесу деревушка с добрым названием Дубочки как нельзя лучше подходила для того, чтобы отдохнуть, набраться сил и привести в порядок мысли. Я наткнулась на это место случайно: в один из дней, словно по наитию, свернула с главного тракта на ответвлявшуюся от него дорогу и к вечеру доехала до спрятавшихся за высоким частоколом домиков. Пришлось долго стучать в широкие крепкие ворота, но за неудобство последовала компенсация в виде мужика с топором, вышедшего встречать нежданную гостью со зверской рожей и сакраментальным «И кого тут хоры носят!»: смотреть, как он, густо краснея, расплывается в приветственной улыбке и пытается спрятать за спину колун, было сплошным удовольствием.
Жили в Дубочках лесорубы с семьями, всего около двадцати дворов. Своего мага у них не было, а потому девицу с приметным колечком приняли радушно, едва не передрались, решая, у кого столь важную особу поселить, а с утра загрузили «тэсс чародейку» накопившимися с последнего визита ее коллеги проблемами. «Да разве же это проблемы?», - удивилась чародейка и сделала вид, что польстилась на обещанную серебрушку, бесплатное проживание в доме вдовы прежнего головы и трехразовое питание.
Выводить мышей, клопов и тараканов, заговаривать больные зубы и принимать роды у козы не входило ни в мои планы, ни в пройденный ускоренный курс обучения, но все когда-нибудь бывает в первый раз, а мелкие хлопоты помогали отвлечься от собственных забот.
Свершившееся возмездие не принесло удовлетворения и ничего не изменило: не вернуло мне любимого, не избавило от тревожных снов. Я даже не знала, можно ли считать, что я отомстила убийце. Наверное, нет. Маловероятно, что Гират действовал по собственной инициативе. Скорее всего, истинный убийца находится где-то за много парсо от Марони, и я лишь отрубила одну из его рук. Но подобные особи, как правило, многоруки или же без труда отращивают новые конечности. И выходило, что ничего я не сделала…
А вот старику Влашеку выбитое плечо вправила – это точно. И куниц от курятников отвадила. Еще контур от нежити вокруг Дубочков поставила – жаловались, что по осени и в зимнее время, когда в лесу холодно, и лесовик забредал, и чащобники детей пугали.
- А так немного у нас этой нечисти, - рассказывал голова, крепкий, коренастый мужик с курчавой черной бородой, похожий на земного цыгана. – Живем. Хотя… Может, вы Филанкиного пацаненка глянете?
- А что с ним?
- Да вот запинаться стал. Три длани как. В лес с ребятней ходили по ягоды, на что-то и наткнулись. С их слов не понять: то ли нечисть какая невиданная, то ли еще что. Тень, говорят. И амулеты ее не почуяли. У нас ведь у детишек у всех обереги, видали, наверно? Не ахти какой силы, но тех же лесовиков, болотников завсегда учуют и знак дадут, а тут не сработали.
- Ну, пойдемте, посмотрим на вашего мальчишку.
Я в целительстве не сильна. А заикание – проблема двойственного характера и требует воздействия как на физиологическом, так и на ментальном уровне. То есть, не факт, что я смогу помочь ребенку. Но меня заинтересовал рассказ о тени: с недавних пор во мне проснулось свойственное большинству магов любопытство, а новый вид нежити, не определяющийся универсальными амулетами, это очень любопытно.
- Да не скажет он ничего, тэсс, - бросила раздраженно Филана – мать худенького светловолосого мальчишки, напомнившего мне Ласси. – Сама его понимаю через раз.
Ребенок жалобно всхлипнул и попытался выдавить из себя какое-то слово:
- С… ст…
- Страшно было? – предположила я.
Он замотал головой.
- С-стах, - выпалил он наконец.
- Это он про Сташку, - догадалась Филана, - приятеля своего. Они тогда вместе ходили.
- А можно его позвать? Понимаете, мне, чтобы вашему сыну помочь, нужно выяснить, что именно случилось. Потому, что если это от испуга – одно дело, а если проклятье какое-нибудь…
Заслышав о проклятии, женщина сама чуть не стала заикой и тут же умчалась на поиски друга Сташки, рыжего и конопатого мальчугана лет десяти, который, завидев меня, стал следующим кандидатом на заикание.
- Не бойся, не съем. Рассказывай, как дело было.
- Так рассказывал уже. Тень из кустов вылезла и на нас бросилась.
Врал, однозначно.
- Нехорошо, дружок, магов обманывать, - начала я ласково. Странная штука: когда я ласково говорю, меня почему-то боятся. – Нехорошо. И товарища в беде бросать нехорошо. Вот я бы его сейчас вылечила, а так он и будет до старости запинаться. А, глядишь, и совсем онемеет…
- Как онемеет? – схватилась за голову хозяйка. – Радушек, сыночек мой!
Демоны! Кажется, переборщила.
- Нет, я постараюсь помочь. Но если бы я знала, что случилось…
- А ну говори, - Филана схватила за грудки перепуганного Сташку, - говори проклятущий, а то отцу твоему скажусь! Вожжами отходит, как по весне было, будешь знать!
- А давайте, я сама с ними поговорю? – сказала я.
Снова ласково сказала, и отказать мне женщина не решилась: отпустила побледневшего мальчишку и вышла на двор.
- Ну, и дальше молчать будешь?
Оказалось, история началась задолго до того дня, когда Радуш стал заикой. Гуляя по лесу, ребята заметили в овраге странную тень – не от чего-то тень, а будто бы лежавшую саму по себе. Пару раз без какого-либо эффекта ткнули ее палкой, потом, осмелев, решили потрогать.
- Она не совсем тень была. Как туман какой-то. Рад только руку протянул, а она дернулась. Испугалась как будто. Ну и мы испугались. А потом решили…
Заика возмущенно замычал.
- Я решил, - вздохнул Стах. - Решил подсветить ее чем-то. Тень ведь должна от света уйти?
- Подсветили?
- Да. Спички принесли, но они сгорают быстро….
- И вы что-то другое придумали? Что?
- Факел, - сказал мальчишка и зажмурился, втянув голову, словно ожидал подзатыльника.
- Какой факел?
- Обычный. Тряпки промасленные на палку намотали и подожгли. И в тень бросили.
- И что? – приходилось тянуть из него каждое слово.
- А она как отскочит! А потом как вскочит!
- Как вскочит?
- Вверх! И из нее дядька сделался! И как пойдет на нас. А мы бегом!
- Ты – бегом. А Рад?
- А Рад упал, - прошептал виновато мальчишка. – Я не сразу заметил. А дядька этот из тени к нему наклонился и рукой потянулся… И все. Снова тенью сделался и уполз куда-то. Я папке сказал… Они ходили потом в тот овраг и никакой тени не видели. Вот. А вы теперь ее найдете и?..
- Нет, - ответила я, пока он не добавил «убьете». – Даже искать не буду.
- Почему?
- Потому. Не тень на вас бросилась, а вы на нее. Это вас, если по совести, наказать нужно.
- Так оно же нежить…
- Нежить-жить. Все хотят жить. Запомни это. И в следующий раз, если увидишь в лесу что-то странное, развернись и уйди, а не палками в него тыкай. Понял?
- Да.
Ничего он не понял. Я сама это только недавно поняла.
- А вы Раду поможете?
- Помогу… Чем смогу.
Можно воспоминания подчистить, страх из них убрать. Дыхание восстановить. Проследить причину спазмов во время речи… До вечера будет, чем заняться. А насчет тени я мальчишку не обманула, не стану я ее искать. Каждый жить хочет. Тем более что никакого видимого вреда она ребятам не причинила. Вот если бы они, положим, в меня факел бросили… М-да, тут бы и самый опытный целитель не помог.
В балладах стоит странствующему магу шагнуть за порог, как ему тут же встречаются страждущие, но отнюдь не нуждающиеся вдовы, готовые щедро заплатить за сопровождение, путешествующие инкогнито принцы, мучимые семейными призраками, прекрасные девы, преследуемые коварными колдунами, или, на худой конец, судьба заносит их в облюбованные нечистью деревеньки, жители которых не поскупятся, чтобы избавиться от ненужного соседства. На деле же богатые вдовы и принцы предпочитали нанимать волшебников через специальные конторы, которые орден держал в каждом городе, девы, прекрасные и не очень, не путешествовали иначе как с отцами и старшими братьями, а в каждой деревеньке уже был свой маг. А не было - значит, и необходимости в нем не имели.
Выехав из Марони в почин, Дан понял все это уже в середку. Оптимизма Ферта хватило до весела. И только Най продолжал строить радужные планы и возлагать какие-то надежды на практику. На чем держались эти надежды, было непонятно: за целую длань им удалось найти лишь один заказ – за изгнание коморника получили от жившего на небольшом хуторке деда курицу да десяток яиц. А с отметкой в рекомендательном листке не вышло: наниматель оказался безграмотным.
- Ничего! – не поддавался унынию Найар. – Все еще будет! Еще пару парсо проедем, а там деревенька, Кауры.
- И что? – не понял оптимизма товарища Ферт.
- Да, - кивнул он, пытаясь отмотать назад свой кусок и укрыться. – Но не бойся, я тебя от нее спасу.
Женщины всегда доверчиво льнут к пришедшим им на помощь героям. А герои, если конечно они не полные дураки, этим пользуются. Обнимать теплое гибкое тело, ненавязчиво скользя пальцами по гладкой коже, было приятно, но, к сожалению, это была единственная приятность, которую он мог себе сейчас позволить… И Ласси в любой момент мог проснуться, а дверь в комнату не запирается…
- Там же нет никакой мыши? – все же спросила она.
- Есть-есть, - пробормотал Лайс. – И не одна. Там целая мышиная армия. И мышиный король во главе. Но я тебя защищу. Спи…
Казалось, теперь, когда расставлены все точки в этом запутанном деле, старший наставник может вздохнуть свободно и заняться исполнением своих прямых, не слишком обременительных обязанностей. Грядущая смена власти в империи и возможное развитие дальнейших событий – не его проблемы, пусть ими занимаются те, кому это положено по чину. А он предпочтет считать все случившееся следствием болезненных фантазий старого некроманта, поверившего в реальность древних мифов и решившего в одиночку изменить расстановку мировых сил.
- Не думаю, что Гайерс одинок в своих стремлениях.
Магистр Марко и рад был забыть обо всем этом, да вот незадача – тэр Салзар, мастер смерти шестой ступени, которому по-хорошему следовало еще в середку, когда закончили писать рапорта, отбыть в Азгар, все еще оставался в Марони и каждый день являлся в школу как на службу.
- Простите, Салзар, но это – уже политика, а я стараюсь держаться подальше от таких вещей.
- Если начнется война, вам это не удастся.
Может, и не начнется. Если бы погиб посол, тогда – да, вполне вероятно. Скорее всего, на это и ставили злоумышленники: Кармол не выстоял бы против Леса в одиночку, и у империи появился бы предлог под видом помощи ближайшему соседу превратить независимое королевство в одну из своих провинций, а после использовать этот конфликт как повод к продолжению военных действий уже на Саатаре. Такую схему обрисовал в недавней беседе герцог. Странно только, что для реализации столь сложного плана в Марони отправили лишь одного, причем не самого сильного мага. Или нужно ждать новых неприятностей, или тэр Катара прав, и заговорщики действовали наобум. В первом случае остается надеяться на то, что тайные службы организуют качественную «чистку» и выявят остальных шпионов, а во втором – благодарить богов за удачу. Второй вариант был предпочтительнее.
- А война начнется, учитывая, какой приз на кону, - продолжал Салзар, отвлекая наставника и от размышлений, и от школьных ведомостей, в которые он уже час безуспешно пытался вникнуть.
- В настоящее время империей правит Растан. Пока он жив, этого не случится, - маг с уверенностью повторил слова своего герцога. - Кто станет его преемником, пока неизвестно. Не исключено, что империя погрязнет во внутренних беспорядках, ведь за каждым из кандидатов стоят немалые силы. Так что если война и начнется, то не завтра. И не в Кармоле. Вряд ли кто-то решит еще раз стравить нас с Лар’элланом - и без этого найдут повод вторгнуться на территорию Леса. Если только это кому-нибудь нужно. Вы ведь сами сказали, что усыпальница Велерины – миф.
- А еще я сказал, что нам в любом случае не должно быть до этого дела. Потому, что пока имперцы в очередной раз готовятся отправиться за океан на поиск чудотворных костей, у Кармола уже есть своя Велерина. Но теперь я не уверен в собственных словах, так как эта особа уехала, и даже ее брат не знает, куда.
Медведь отложил бумаги, работать все равно не получалось.
- Раз уж вы завели разговор о Галле, я хотел бы разъяснить кое-что. Герцог обсуждал со мной подробности дела Гирата и показывал копию вашего отчета. Вы изложили в нем далеко не все факты…
- Надеюсь, вы не сказали лишнего? - подался вперед Ворон.
- Нет. Только подтвердил то, что написано. А теперь хочу узнать, зачем же я это сделал.
- Вы же знаете, что нельзя воспользоваться чужим тиз’аром? А тем более нельзя убить некроманта его же оружием. То есть у тэсс Галлы должен был быть с собой другой нож, а нож Гирата, как и положено, рассыпался прахом после его смерти. Я не хотел, чтобы мне не поверили.
- Или боялись, что все же поверят? Давайте уж начистоту. Вы не уехали в Азгар, приходите в Школу каждый день, и мы с вами сидим, будто добрые приятели, и рассуждаем о судьбах мира и о судьбе одной конкретной особы. Зачем вам это?
- Наверное, затем, зачем и вам, - спокойно ответил некромант. – Вы ведь тоже никому не рассказывали о том, что ваша ученица нашла возможность влезть в Память Стихий, а лесная нежить делится с ней силой. Вы мыслите так же, как и я, Марко, и так же, как и я, полагаете, что другим еще рано знать о ней. И королю, до которого я постарался донести минимум информации. И вашему герцогу, которому вы, если я правильно понял, уже пообещали ее в качестве личного мага.
Марко тяжело вздохнул:
- Я еще не знал Галлу, когда у нас тэром Велтаром состоялся тот разговор. При доме Катара давно уже нет мага, и мы условились, что я найду на эту должность достойного молодого человека. Тэр Велтар умен и предусмотрителен, уже то, что я взял Галлу в личное ученичество многое ему сказало, а последние печальные события лишь подтвердили ее состоятельность как волшебницы…
- И его не смущает, что она женщина, а ее молодость только на руку, - закончил Ворон. – Некоторые считают, что магов нужно воспитывать, как и собак, приручая со щенячьего возраста. Однако не все поддаются подобному воспитанию. Вашу ученицу уж точно нелегко будет переделать. Но предложение герцога не так уж плохо, сейчас главное – удержать ее в Кармоле. Ведь отъезд тэсс Галлы на Саатар в ваши планы не вписывается, не так ли?
- И чего я, по-вашему, хочу?
- Если я прав, и наши цели совпадают, то, наверное… Сопричастности? Простите, не могу выразиться точнее. Мы с вами уже не молоды, у каждого за плечами насыщенное событиями прошлое, а впереди давно предсказанное будущее: старость, смерть, забвение. А тут представился шанс прикоснуться к чуду. К сказке, вроде той, что лежит у вас на столе под кипой бумаг. Перечитывали на досуге? Я, знаете ли, тоже.
- Значит, просто сопричастность чуду? – переспросил недоверчиво старший наставник.
- Не просто, - улыбнулся тэр Салзар. - Вы уже вписали свое имя в историю, как наставник этого чуда. И мне хотелось бы чего-то подобного. Теперь у нее есть тиз’зар, а подобное оружие не должно лежать без дела. Новые знания и еще один учитель лишними не будут.
- Да. Только вот с ученицей неувязка. Говорите, даже брат не знает, где она?
Галла
Затерявшаяся в лесу деревушка с добрым названием Дубочки как нельзя лучше подходила для того, чтобы отдохнуть, набраться сил и привести в порядок мысли. Я наткнулась на это место случайно: в один из дней, словно по наитию, свернула с главного тракта на ответвлявшуюся от него дорогу и к вечеру доехала до спрятавшихся за высоким частоколом домиков. Пришлось долго стучать в широкие крепкие ворота, но за неудобство последовала компенсация в виде мужика с топором, вышедшего встречать нежданную гостью со зверской рожей и сакраментальным «И кого тут хоры носят!»: смотреть, как он, густо краснея, расплывается в приветственной улыбке и пытается спрятать за спину колун, было сплошным удовольствием.
Жили в Дубочках лесорубы с семьями, всего около двадцати дворов. Своего мага у них не было, а потому девицу с приметным колечком приняли радушно, едва не передрались, решая, у кого столь важную особу поселить, а с утра загрузили «тэсс чародейку» накопившимися с последнего визита ее коллеги проблемами. «Да разве же это проблемы?», - удивилась чародейка и сделала вид, что польстилась на обещанную серебрушку, бесплатное проживание в доме вдовы прежнего головы и трехразовое питание.
Выводить мышей, клопов и тараканов, заговаривать больные зубы и принимать роды у козы не входило ни в мои планы, ни в пройденный ускоренный курс обучения, но все когда-нибудь бывает в первый раз, а мелкие хлопоты помогали отвлечься от собственных забот.
Свершившееся возмездие не принесло удовлетворения и ничего не изменило: не вернуло мне любимого, не избавило от тревожных снов. Я даже не знала, можно ли считать, что я отомстила убийце. Наверное, нет. Маловероятно, что Гират действовал по собственной инициативе. Скорее всего, истинный убийца находится где-то за много парсо от Марони, и я лишь отрубила одну из его рук. Но подобные особи, как правило, многоруки или же без труда отращивают новые конечности. И выходило, что ничего я не сделала…
А вот старику Влашеку выбитое плечо вправила – это точно. И куниц от курятников отвадила. Еще контур от нежити вокруг Дубочков поставила – жаловались, что по осени и в зимнее время, когда в лесу холодно, и лесовик забредал, и чащобники детей пугали.
- А так немного у нас этой нечисти, - рассказывал голова, крепкий, коренастый мужик с курчавой черной бородой, похожий на земного цыгана. – Живем. Хотя… Может, вы Филанкиного пацаненка глянете?
- А что с ним?
- Да вот запинаться стал. Три длани как. В лес с ребятней ходили по ягоды, на что-то и наткнулись. С их слов не понять: то ли нечисть какая невиданная, то ли еще что. Тень, говорят. И амулеты ее не почуяли. У нас ведь у детишек у всех обереги, видали, наверно? Не ахти какой силы, но тех же лесовиков, болотников завсегда учуют и знак дадут, а тут не сработали.
- Ну, пойдемте, посмотрим на вашего мальчишку.
Я в целительстве не сильна. А заикание – проблема двойственного характера и требует воздействия как на физиологическом, так и на ментальном уровне. То есть, не факт, что я смогу помочь ребенку. Но меня заинтересовал рассказ о тени: с недавних пор во мне проснулось свойственное большинству магов любопытство, а новый вид нежити, не определяющийся универсальными амулетами, это очень любопытно.
- Да не скажет он ничего, тэсс, - бросила раздраженно Филана – мать худенького светловолосого мальчишки, напомнившего мне Ласси. – Сама его понимаю через раз.
Ребенок жалобно всхлипнул и попытался выдавить из себя какое-то слово:
- С… ст…
- Страшно было? – предположила я.
Он замотал головой.
- С-стах, - выпалил он наконец.
- Это он про Сташку, - догадалась Филана, - приятеля своего. Они тогда вместе ходили.
- А можно его позвать? Понимаете, мне, чтобы вашему сыну помочь, нужно выяснить, что именно случилось. Потому, что если это от испуга – одно дело, а если проклятье какое-нибудь…
Заслышав о проклятии, женщина сама чуть не стала заикой и тут же умчалась на поиски друга Сташки, рыжего и конопатого мальчугана лет десяти, который, завидев меня, стал следующим кандидатом на заикание.
- Не бойся, не съем. Рассказывай, как дело было.
- Так рассказывал уже. Тень из кустов вылезла и на нас бросилась.
Врал, однозначно.
- Нехорошо, дружок, магов обманывать, - начала я ласково. Странная штука: когда я ласково говорю, меня почему-то боятся. – Нехорошо. И товарища в беде бросать нехорошо. Вот я бы его сейчас вылечила, а так он и будет до старости запинаться. А, глядишь, и совсем онемеет…
- Как онемеет? – схватилась за голову хозяйка. – Радушек, сыночек мой!
Демоны! Кажется, переборщила.
- Нет, я постараюсь помочь. Но если бы я знала, что случилось…
- А ну говори, - Филана схватила за грудки перепуганного Сташку, - говори проклятущий, а то отцу твоему скажусь! Вожжами отходит, как по весне было, будешь знать!
- А давайте, я сама с ними поговорю? – сказала я.
Снова ласково сказала, и отказать мне женщина не решилась: отпустила побледневшего мальчишку и вышла на двор.
- Ну, и дальше молчать будешь?
Оказалось, история началась задолго до того дня, когда Радуш стал заикой. Гуляя по лесу, ребята заметили в овраге странную тень – не от чего-то тень, а будто бы лежавшую саму по себе. Пару раз без какого-либо эффекта ткнули ее палкой, потом, осмелев, решили потрогать.
- Она не совсем тень была. Как туман какой-то. Рад только руку протянул, а она дернулась. Испугалась как будто. Ну и мы испугались. А потом решили…
Заика возмущенно замычал.
- Я решил, - вздохнул Стах. - Решил подсветить ее чем-то. Тень ведь должна от света уйти?
- Подсветили?
- Да. Спички принесли, но они сгорают быстро….
- И вы что-то другое придумали? Что?
- Факел, - сказал мальчишка и зажмурился, втянув голову, словно ожидал подзатыльника.
- Какой факел?
- Обычный. Тряпки промасленные на палку намотали и подожгли. И в тень бросили.
- И что? – приходилось тянуть из него каждое слово.
- А она как отскочит! А потом как вскочит!
- Как вскочит?
- Вверх! И из нее дядька сделался! И как пойдет на нас. А мы бегом!
- Ты – бегом. А Рад?
- А Рад упал, - прошептал виновато мальчишка. – Я не сразу заметил. А дядька этот из тени к нему наклонился и рукой потянулся… И все. Снова тенью сделался и уполз куда-то. Я папке сказал… Они ходили потом в тот овраг и никакой тени не видели. Вот. А вы теперь ее найдете и?..
- Нет, - ответила я, пока он не добавил «убьете». – Даже искать не буду.
- Почему?
- Потому. Не тень на вас бросилась, а вы на нее. Это вас, если по совести, наказать нужно.
- Так оно же нежить…
- Нежить-жить. Все хотят жить. Запомни это. И в следующий раз, если увидишь в лесу что-то странное, развернись и уйди, а не палками в него тыкай. Понял?
- Да.
Ничего он не понял. Я сама это только недавно поняла.
- А вы Раду поможете?
- Помогу… Чем смогу.
Можно воспоминания подчистить, страх из них убрать. Дыхание восстановить. Проследить причину спазмов во время речи… До вечера будет, чем заняться. А насчет тени я мальчишку не обманула, не стану я ее искать. Каждый жить хочет. Тем более что никакого видимого вреда она ребятам не причинила. Вот если бы они, положим, в меня факел бросили… М-да, тут бы и самый опытный целитель не помог.
В балладах стоит странствующему магу шагнуть за порог, как ему тут же встречаются страждущие, но отнюдь не нуждающиеся вдовы, готовые щедро заплатить за сопровождение, путешествующие инкогнито принцы, мучимые семейными призраками, прекрасные девы, преследуемые коварными колдунами, или, на худой конец, судьба заносит их в облюбованные нечистью деревеньки, жители которых не поскупятся, чтобы избавиться от ненужного соседства. На деле же богатые вдовы и принцы предпочитали нанимать волшебников через специальные конторы, которые орден держал в каждом городе, девы, прекрасные и не очень, не путешествовали иначе как с отцами и старшими братьями, а в каждой деревеньке уже был свой маг. А не было - значит, и необходимости в нем не имели.
Выехав из Марони в почин, Дан понял все это уже в середку. Оптимизма Ферта хватило до весела. И только Най продолжал строить радужные планы и возлагать какие-то надежды на практику. На чем держались эти надежды, было непонятно: за целую длань им удалось найти лишь один заказ – за изгнание коморника получили от жившего на небольшом хуторке деда курицу да десяток яиц. А с отметкой в рекомендательном листке не вышло: наниматель оказался безграмотным.
- Ничего! – не поддавался унынию Найар. – Все еще будет! Еще пару парсо проедем, а там деревенька, Кауры.
- И что? – не понял оптимизма товарища Ферт.
