На деревянный помост взобрался грузный седовласый мужчина. Представился он магистром Марко, Старшим наставником данной Школы. После его непродолжительной речи о свалившемся на нас счастье и огромной ответственности, нас, новичков, кое-как построили в два ряда, и повели внутрь. Из просторного холла по широкой каменной лестнице мы поднялись на второй этаж, прошли по коридору мимо нескольких закрытых дверей и оказались в помещении, мало чем отличавшемся от привычного мне учебного класса. Даже доска имелась и карта в полстены.
Первый день в Школе магических искусств герцогства Марони был целиком и полностью посвящен знакомству новоиспеченных учащихся с педагогами и преподаваемыми ими дисциплинами.
Поразивший меня зажиганием и задуванием свечей магистр Триар был всего лишь учителем истории и «Народов Тара» - предмета, на котором изучали быт и традиции людей и нелюдей.
Белокурая девица, васильково-синими глазками, точеным носиком и пухлыми губками напомнившая мне коллекционную фарфоровую куколку, на деле оказалась наставницей боевой магии. Звалась она тэсс Гейнра и у нас, на общем курсе, вела «Основы работ со стихиями».
После была еще тэсс Мара, преподававшая целительство. Тэр Гират – рассеянный юноша, в котором чуть заостренные ушки выдавали наличие эльфийской крови. Минут десять он рассуждал об устройстве мира, прежде чем объявить, что будет читать у нас «Травы и зелья». Пришедший ему на смену красавец-брюнет со жгучим взглядом пронзительных черных глаз своим появлением заставил учащенно биться девичьи сердца, а сам обратил внимание лишь на одну из нас – ту самую Алатти Весара. И лишь потому, что магистр Эвил, так он представился, был наставником стихийников-огневиков.
Были еще тэсс Кьярна, тэр Багур, тэсс Дэвина и, кажется, кто-то еще, но так как моя память, в отличие от Эн-Ферро далека от абсолютной, учителями чего именно они были, я не запомнила, да и в правильности имен не уверена.
А вот своих соучеников я запоминала без проблем: имена, фамилии, названия родных городов и деревень, и обязательно – на какое отделение они стремятся попасть в процессе обучения. Честно сказать, заводить школьных друзей не входило в мои планы, а после того, как еще утром рядом со мной сама собой завелась всевидящая и всезнающая Милара, это вообще казалось невозможным. Но уже на первой перемене ко мне подошла невысокая миловидная девушка, как бы невзначай поправила распущенные по плечам темные волосы, на миг обнажив острое ушко, и, кивнув в сторону стоящего невдалеке парня, такого же темноволосого и черноглазого, сообщила:
- Мы с Фертом с Саатара. Ты, говорят, тоже. Меня Рисой зовут.
Видимо, это следовало понимать как то, что нам, полукровкам, стоит держаться вместе.
- А я – Галла, - ответила я.
Что означало: а почему бы и нет?
Держаться вместе действительно следовало. В этом я убедилась на третий день пребывания в Школе.
- Эй, остроухая, подь сюда!
И это при том, что у меня вполне нормальные, маленькие и круглые ушки!
- Ты чё, людского языка не понимаешь, мелюзга саатарская? Подойди, когда тебя тэр человек зовет.
Тэры человеки в количестве двух штук встретили меня в коридоре третьего этажа, когда я так некстати захотела попить и в одиночку покинула отведенный для занятий нашего курса класс. Естественно, никого из учителей поблизости не наблюдалось.
- Ну и чего же тебе надобно, человече? – решила я взять нахрапом.
- Смотри-ка, оно говорит! – хохотнул кривозубый коротышка, пихая локтем в бок смазливого юнца, требовавшего моего явления пред его светлы очи.
- Оно у меня сейчас поговорит! – косо усмехнулся тот, а между его пальцев пробежала голубая искорка – разряд в двести двадцать вольт, не меньше. – Выкладывай, чё те мамочка с папочкой на дорогу выдали.
- А?
- Амулеты ваши эльфячие, травки-муравки, баночки-скляночки.
- Денежки тоже возьмем, не откажемся, - встрял кривозубый.
Это что же, банальный школьный рэкет?
- Давай-давай, белобрысая, выворачивай кармашки.
- Совсем ослепли? – я развела в стороны руки, демонстрируя свое платье. - Где вы у меня карманы видите?
- Оно еще и грубит!
Все, пора заканчивать с ненужным геройством и начинать орать благим матом.
- По!.. – звук пропал, как будто кто-то щелкнул кнопкой на невидимом пульте, а в следующий момент в плечо ударили те самые «двести двадцать».
Проклятье! Я – Открывающая, да куда уж – дочь самого настоящего дракона… Ладно, просто почти что двадцатисемилетняя тетка - и терплю издевательства какого-то молокососа! Обидно. Не говоря о том, что больно. А я и сказать ничего не могу, типа того: приподняло и шлепнуло. Или: лавкой по темечку приложило. Или: в окно б тебя ветром сдуло. Или…
Водой обдало с головы до ног? Странно, я об этом и не думала.
- Кажется, девушка кричала: пожар? – невинно осведомился из-за моей спины мальчишеский голос.
От моего мучителя в прямом смысле повалил пар.
- Хочешь занять ее место, храбрец? – процедил он, подсушившись, вследствие чего волосы встопорщились на его голове комичным ежиком.
- Ой, а ты и мальчиков любишь? – с издевкой отвечали ему. – Прости, но я не из таких.
- Да ты!.. – и новая струя воды легко остудила пыл задиры.
Интересно, что будет, если он решит использовать молнию в такой ситуации? Скудные познания в области физики говорили мне, что ему это очень и очень не понравится. Наверное, он и сам знал об этом, но других заклинаний, так и не освоил (примерные ученики, как правило, не щипают в коридорах новичков).
- Вэл, пошли отсюда, - ткнул его низкорослый прихлебала, - это же…
Он понизил голос до шепота, и электрохам с досадой взглянул куда-то поверх моей головы.
- Пошли.
Когда они направились к лестнице, я рискнула обернуться к своему спасителю.
На Ахиллеса он явно не тянул. Невысокий худощавый парнишка в скромном костюмчике. Взъерошенные каштановые волосы, белозубая улыбка и задорные карие глаза.
- Привет, - подмигнул он мне.
- Привет, - сказала я, дабы убедиться, что голос ко мне вернулся. – Спасибо, что выручил.
- А, - махнул он рукой, - «спасибо» - это не ко мне. Сэлу скажи, я на такие штуки пока не способен.
- Какому Сэлу? – огляделась я. – Он что, невидимый?
- Скорее, неслышимый, - хихикнул парень. – Сэллер, благодарная дама мечтает задушить тебя в объятьях, не упускай момент!
Из стенной ниши робко (видимо, опасаясь удушения) появился второй мальчишка – точная копия говорившего со мной, только без улыбки и озорных чертенят в больших смущенных глазах.
- Это и есть Сэл. А я – Найар, Най. А причина, по которой Тедар Соли утащил отсюда своего дружка в том, что фамилия наша – Кантэ, и наш отец – Верховный судья герцогства.
Сообщил он эту сногсшибательную новость не меняя интонаций и без малейшего намека на хвастовство, как будто между прочим.
- А я – Галла. И фамилия моя никому и ни о чем не говорит, так что каждый может швыряться в меня молниями.
- Ни за что! Отныне я - твой верный рыцарь, а Сэллер, как мой брат и оруженосец, утопит любого, кто посмеет посягнуть на твою жизнь или… хм… честь!
Наверное, «неслышимый» Сэллер слишком живо представил себе посягательства на мою честь, так как стушевался еще больше и даже покраснел.
- Най, прости, - прошептала я, – твой брат немой?
- Немой? Да он такой болтун – не уймешь! Но разговаривает все больше во сне. Да, Сэл?
- Да, - неожиданно отозвался тот. – Галла, ты ведь общего курса? Не покажешь нам, куда идти? А то мы на открытие не успели и сегодня снова опоздали.
- Ничего себе! – тут же выпучил глаза разговорчивый близнец. – Я в жизни не слышал от тебя такой длинной речи, братишка!
- Даже во сне? – переспросил молчун, ввергнув брата в состояние шока.
Так в нашей маленькой компании, включавшей до сего меня, Рису, Фертрана и Милу, появились мальчишки-водники, и установилось некое равновесие полов, чему Ферт, первые дни тяготившийся необходимостью таскаться повсюду за тремя девчонками, несказанно обрадовался. Девчонки - тоже. Первогодки, не только прибывшие с Саатара полуэльфы, но и местные ребята, подвергались нещадным нападкам со стороны некоторых старших учеников, желавших самоутвердиться за счет неопытных новичков. Так что пополнение рядов союзниками восприняли с воодушевлением все, кроме Милары, которой и так неплохо жилось. На второй день обучения наша провидица без особого труда отбрила трех задиристых наглецов, сообщив одному из них о том, что знает, что он хранит под подушкой, второму пригрозив рассказать его мамочке, с кем он провел ночь, а третьему просто загадочно подмигнув. Теперь те, кто не хочет сделать свои секреты достоянием широкой общественности, обходят нашу Кассандру стороной.
- А учат-то вас чему? – допытывался Эн-Ферро, пропуская мимо ушей рассказы о школьной жизни.
Учили нас какой-то ерунде. Наиболее понятными на общем фоне выглядели предметы, преподаваемые стариком Триаром: история и «Народы Тара». Там все шло чин чином: лекции, конспекты, карты. Не возникало особых вопросов и с другими теоретическими дисциплинами вроде «Демонологии» или «Трав». В остальном же – полная чушь.
На первом занятии по «Основам работ со стихиями» Гейнра, к которой ввиду ее молодости никак не хотело прицепляться почтительное «тэсс», притащила нас в пустой зал, заставила усесться на пол, и следующие два часа мы все занимались тем, что воссоздавали перед внутренним взором руну концентрации. За усердным мыслительным процессом помимо магички наблюдала пятерка младших наставников. К углу, в котором обосновалась наша компания, был приставлен задумчивый молодой человек, рассеяно пробегавший рисуемые нами картинки, в перерывах листая какую-то книжонку. Чтобы бедняге не было так скучно, на второй день подобных занятий я порадовала его собственными воспоминаниями о первом и последнем посещении стрипбара, не забывая об основной теме урока. В транслируемой мной сюжете длинноногая грудастая девица терлась о никелированный шест, попутно освобождаясь от одежды, а над ее головой, сияя как неоновая вывеска, в такт музыке раскачивалась руна концентрации, прорисованная по всем правилам, загогулина в загогулину. Стоит ли говорить, что о книге было забыто? Как и о прочих учениках, напряженно выписывающих в сознании злополучный символ. В результате, чтобы отделаться от назойливого внимания, пришлось заменить девицу здоровенным мужиком, приняв за образец незабвенного Каина. Зрелища обнажения мускулистого орка юнец не стерпел и ретировался в другой конец зала. Зато «кино» с удовольствием досмотрела подкравшаяся из-за спины Гейнра.
- Неплохо, Галла, - серьезно произнесла она. – Руна вычерчена верно. Так что, думаю, с концентрацией проблем у тебя не возникнет. А что до остального…
В общем, по окончании медитаций мне вручили ведро и тряпку, дабы я очистила помыслы от всякого рода похабщины, а попутно и огромный зал от следов присутствия полста человек. К счастью, трудиться в одиночку не пришлось, так как помимо меня на уроке успели отличиться еще трое. Рыжий и конопатый мальчишка, чьего имени никто не удосужился запомнить, в первый же день прозвав его Одуванчиком, вызвал гнев наставницы тем, что попросту уснул в тишине и тепле учебного помещения. Гор – будущий великий маг Воды, как сообщалось им на каждом углу – выкачал эту самую воду из воздуха и пролил на голову сидящей перед ним девочки. А Алатти Весара неожиданно вспыхнула в самом прямом смысле слова и сожгла чей-то брошенный неподалеку конспект. Ценность тетрадочка представляла не абы какую, так как помимо уже в печенках сидящей руны в ней на сегодняшний день ничего не было, но сиятельной аристократке наравне со всеми всучили орудия труда и очертили предназначенную для уборки территорию. Наблюдать за тем, как Алатти брезгливо, двумя пальчиками, один из которых украшал рубин размером с крупную вишню, пытается выудить из ведра тряпку, было сплошным удовольствием. Поэтому, наскоро закончив с помывкой вверенного мне сектора, я уселась на уже чистый пол и полностью отдалась удивительному зрелищу.
- Чего смотришь? – не выдержала в конце концов огневичка.
- Да так, пытаюсь понять, что это за колесо с тремя спицами болтается у тебя на шее.
«Колесо» было выполнено из красного золота и усеяно мелкой россыпью бриллиантов.
- Это – знак Саны , - снисходительно сообщили мне, - покровительницы Огня.
- Чушь! – тут же отреагировала я. – Сана покровительница домашнего очага, а не Огня, и ее стихия – Земля. А Огнем ведает Илот , как самый могущественный из богов.
С сиятельной маркизы мгновенно слетела спесь.
- Да? – переспросила она недоверчиво.
- Да. Сана – Земля, Илот – Огонь, Аурели – Вода, а Омста - Воздух.
- А Мигул? – встрял Одуванчик.
- А Мигул, как бог случая, собственной стихией не обладает и пользуется любой из них. По случаю. Он вроде как абсолютный универсал.
- И откуда ты так много знаешь? – высокородная тэсс уселась на пол рядом со мной, в то время, как Гор с Одуванчиком не сговариваясь принялись выдраивать ее часть зала. Воистину, красота – страшная сила!
А красоты тэсс Весара было не занимать. Могла и сама одолжить при необходимости. Хвала всем перечисленным богам, я не завистливая, а то лопнула бы от досады, глядя на синеглазую русоволосую девушку, явно превосходящую меня во всем, начиная с идеально-правильных черт лица, заканчивая ростом, что при моих метр шестьдесят не так уж и сложно.
- Так откуда ты столько знаешь про богов и стихии? – переспросила она.
- Из книг. Мне брат на прошлой длани новую купил, как раз о храмовых обрядах. Могу дать почитать. Еще есть отдельно «Легенды и придания древности», но она на саальге.
- Ой, а ты сколько языков знаешь?
Смотря в каком Мире, чуть было не ляпнула я по примеру братца.
- Пока два. Немного орочий диалект понимаю. И гномий. Меня брат специально по гномьим лавкам в Марони водит, чтоб я в языке практиковалась. Потом хочу язык тэвков выучить, он говорят сложный, но на речь истинных демонов похож, так что может потом в работе пригодиться.
На лице красавицы отобразилась крайняя степень удивления.
- Надо же, - протянула она. – А я думала ты… дикая, что ли. Ну, как эти двое, что с тобой ходят, которые тоже с Саатара.
Вот те раз!
- Сама ты дикая! На занятия одна ходишь, в столовую. Ото всех шарахаешься, ни с кем не разговариваешь…
- Ну с тобой же я сейчас говорю, - мило улыбнулась девушка, пуская в ход неуместные в моем случае чары.
А ведь ей всего семнадцать. Приехала в незнакомый город, наверняка одна (штат прислуги – не в счет). Бродит теперь по Школе высокомерной тенью, как учили дома, а на деле безумно жаждет общения с такими же молодыми и веселыми ребятами, и абсолютно не знает, как к ним подступиться. Вот и уцепилась сегодня за мое замечание по поводу знака Саны, а будь на самом деле такой занудой, какой хочет казаться, пропустила бы слова саатарской выскочки мимо своих аристократических ушей.
Пришлось взрослой и жалостливой мне следующим же утром тащить блистательную маркизу в общество «диких» полуэльфов, непохожих близнецов и опасной в своем ясновидении Милары.
Риса оглядела новенькую с извечной женской опаской, но, видимо, не сочла её серьезной соперницей. Ферт ограничился формальным приветствием. Из Ная как обычно бил неиссякаемый фонтан красноречия, а «неслышимый» Сэллер, едва взглянув на тэсс Весара, сделался еще неслышимей.
Первый день в Школе магических искусств герцогства Марони был целиком и полностью посвящен знакомству новоиспеченных учащихся с педагогами и преподаваемыми ими дисциплинами.
Поразивший меня зажиганием и задуванием свечей магистр Триар был всего лишь учителем истории и «Народов Тара» - предмета, на котором изучали быт и традиции людей и нелюдей.
Белокурая девица, васильково-синими глазками, точеным носиком и пухлыми губками напомнившая мне коллекционную фарфоровую куколку, на деле оказалась наставницей боевой магии. Звалась она тэсс Гейнра и у нас, на общем курсе, вела «Основы работ со стихиями».
После была еще тэсс Мара, преподававшая целительство. Тэр Гират – рассеянный юноша, в котором чуть заостренные ушки выдавали наличие эльфийской крови. Минут десять он рассуждал об устройстве мира, прежде чем объявить, что будет читать у нас «Травы и зелья». Пришедший ему на смену красавец-брюнет со жгучим взглядом пронзительных черных глаз своим появлением заставил учащенно биться девичьи сердца, а сам обратил внимание лишь на одну из нас – ту самую Алатти Весара. И лишь потому, что магистр Эвил, так он представился, был наставником стихийников-огневиков.
Были еще тэсс Кьярна, тэр Багур, тэсс Дэвина и, кажется, кто-то еще, но так как моя память, в отличие от Эн-Ферро далека от абсолютной, учителями чего именно они были, я не запомнила, да и в правильности имен не уверена.
А вот своих соучеников я запоминала без проблем: имена, фамилии, названия родных городов и деревень, и обязательно – на какое отделение они стремятся попасть в процессе обучения. Честно сказать, заводить школьных друзей не входило в мои планы, а после того, как еще утром рядом со мной сама собой завелась всевидящая и всезнающая Милара, это вообще казалось невозможным. Но уже на первой перемене ко мне подошла невысокая миловидная девушка, как бы невзначай поправила распущенные по плечам темные волосы, на миг обнажив острое ушко, и, кивнув в сторону стоящего невдалеке парня, такого же темноволосого и черноглазого, сообщила:
- Мы с Фертом с Саатара. Ты, говорят, тоже. Меня Рисой зовут.
Видимо, это следовало понимать как то, что нам, полукровкам, стоит держаться вместе.
- А я – Галла, - ответила я.
Что означало: а почему бы и нет?
Держаться вместе действительно следовало. В этом я убедилась на третий день пребывания в Школе.
- Эй, остроухая, подь сюда!
И это при том, что у меня вполне нормальные, маленькие и круглые ушки!
- Ты чё, людского языка не понимаешь, мелюзга саатарская? Подойди, когда тебя тэр человек зовет.
Тэры человеки в количестве двух штук встретили меня в коридоре третьего этажа, когда я так некстати захотела попить и в одиночку покинула отведенный для занятий нашего курса класс. Естественно, никого из учителей поблизости не наблюдалось.
- Ну и чего же тебе надобно, человече? – решила я взять нахрапом.
- Смотри-ка, оно говорит! – хохотнул кривозубый коротышка, пихая локтем в бок смазливого юнца, требовавшего моего явления пред его светлы очи.
- Оно у меня сейчас поговорит! – косо усмехнулся тот, а между его пальцев пробежала голубая искорка – разряд в двести двадцать вольт, не меньше. – Выкладывай, чё те мамочка с папочкой на дорогу выдали.
- А?
- Амулеты ваши эльфячие, травки-муравки, баночки-скляночки.
- Денежки тоже возьмем, не откажемся, - встрял кривозубый.
Это что же, банальный школьный рэкет?
- Давай-давай, белобрысая, выворачивай кармашки.
- Совсем ослепли? – я развела в стороны руки, демонстрируя свое платье. - Где вы у меня карманы видите?
- Оно еще и грубит!
Все, пора заканчивать с ненужным геройством и начинать орать благим матом.
- По!.. – звук пропал, как будто кто-то щелкнул кнопкой на невидимом пульте, а в следующий момент в плечо ударили те самые «двести двадцать».
Проклятье! Я – Открывающая, да куда уж – дочь самого настоящего дракона… Ладно, просто почти что двадцатисемилетняя тетка - и терплю издевательства какого-то молокососа! Обидно. Не говоря о том, что больно. А я и сказать ничего не могу, типа того: приподняло и шлепнуло. Или: лавкой по темечку приложило. Или: в окно б тебя ветром сдуло. Или…
Водой обдало с головы до ног? Странно, я об этом и не думала.
- Кажется, девушка кричала: пожар? – невинно осведомился из-за моей спины мальчишеский голос.
От моего мучителя в прямом смысле повалил пар.
- Хочешь занять ее место, храбрец? – процедил он, подсушившись, вследствие чего волосы встопорщились на его голове комичным ежиком.
- Ой, а ты и мальчиков любишь? – с издевкой отвечали ему. – Прости, но я не из таких.
- Да ты!.. – и новая струя воды легко остудила пыл задиры.
Интересно, что будет, если он решит использовать молнию в такой ситуации? Скудные познания в области физики говорили мне, что ему это очень и очень не понравится. Наверное, он и сам знал об этом, но других заклинаний, так и не освоил (примерные ученики, как правило, не щипают в коридорах новичков).
- Вэл, пошли отсюда, - ткнул его низкорослый прихлебала, - это же…
Он понизил голос до шепота, и электрохам с досадой взглянул куда-то поверх моей головы.
- Пошли.
Когда они направились к лестнице, я рискнула обернуться к своему спасителю.
На Ахиллеса он явно не тянул. Невысокий худощавый парнишка в скромном костюмчике. Взъерошенные каштановые волосы, белозубая улыбка и задорные карие глаза.
- Привет, - подмигнул он мне.
- Привет, - сказала я, дабы убедиться, что голос ко мне вернулся. – Спасибо, что выручил.
- А, - махнул он рукой, - «спасибо» - это не ко мне. Сэлу скажи, я на такие штуки пока не способен.
- Какому Сэлу? – огляделась я. – Он что, невидимый?
- Скорее, неслышимый, - хихикнул парень. – Сэллер, благодарная дама мечтает задушить тебя в объятьях, не упускай момент!
Из стенной ниши робко (видимо, опасаясь удушения) появился второй мальчишка – точная копия говорившего со мной, только без улыбки и озорных чертенят в больших смущенных глазах.
- Это и есть Сэл. А я – Найар, Най. А причина, по которой Тедар Соли утащил отсюда своего дружка в том, что фамилия наша – Кантэ, и наш отец – Верховный судья герцогства.
Сообщил он эту сногсшибательную новость не меняя интонаций и без малейшего намека на хвастовство, как будто между прочим.
- А я – Галла. И фамилия моя никому и ни о чем не говорит, так что каждый может швыряться в меня молниями.
- Ни за что! Отныне я - твой верный рыцарь, а Сэллер, как мой брат и оруженосец, утопит любого, кто посмеет посягнуть на твою жизнь или… хм… честь!
Наверное, «неслышимый» Сэллер слишком живо представил себе посягательства на мою честь, так как стушевался еще больше и даже покраснел.
- Най, прости, - прошептала я, – твой брат немой?
- Немой? Да он такой болтун – не уймешь! Но разговаривает все больше во сне. Да, Сэл?
- Да, - неожиданно отозвался тот. – Галла, ты ведь общего курса? Не покажешь нам, куда идти? А то мы на открытие не успели и сегодня снова опоздали.
- Ничего себе! – тут же выпучил глаза разговорчивый близнец. – Я в жизни не слышал от тебя такой длинной речи, братишка!
- Даже во сне? – переспросил молчун, ввергнув брата в состояние шока.
Так в нашей маленькой компании, включавшей до сего меня, Рису, Фертрана и Милу, появились мальчишки-водники, и установилось некое равновесие полов, чему Ферт, первые дни тяготившийся необходимостью таскаться повсюду за тремя девчонками, несказанно обрадовался. Девчонки - тоже. Первогодки, не только прибывшие с Саатара полуэльфы, но и местные ребята, подвергались нещадным нападкам со стороны некоторых старших учеников, желавших самоутвердиться за счет неопытных новичков. Так что пополнение рядов союзниками восприняли с воодушевлением все, кроме Милары, которой и так неплохо жилось. На второй день обучения наша провидица без особого труда отбрила трех задиристых наглецов, сообщив одному из них о том, что знает, что он хранит под подушкой, второму пригрозив рассказать его мамочке, с кем он провел ночь, а третьему просто загадочно подмигнув. Теперь те, кто не хочет сделать свои секреты достоянием широкой общественности, обходят нашу Кассандру стороной.
- А учат-то вас чему? – допытывался Эн-Ферро, пропуская мимо ушей рассказы о школьной жизни.
Учили нас какой-то ерунде. Наиболее понятными на общем фоне выглядели предметы, преподаваемые стариком Триаром: история и «Народы Тара». Там все шло чин чином: лекции, конспекты, карты. Не возникало особых вопросов и с другими теоретическими дисциплинами вроде «Демонологии» или «Трав». В остальном же – полная чушь.
На первом занятии по «Основам работ со стихиями» Гейнра, к которой ввиду ее молодости никак не хотело прицепляться почтительное «тэсс», притащила нас в пустой зал, заставила усесться на пол, и следующие два часа мы все занимались тем, что воссоздавали перед внутренним взором руну концентрации. За усердным мыслительным процессом помимо магички наблюдала пятерка младших наставников. К углу, в котором обосновалась наша компания, был приставлен задумчивый молодой человек, рассеяно пробегавший рисуемые нами картинки, в перерывах листая какую-то книжонку. Чтобы бедняге не было так скучно, на второй день подобных занятий я порадовала его собственными воспоминаниями о первом и последнем посещении стрипбара, не забывая об основной теме урока. В транслируемой мной сюжете длинноногая грудастая девица терлась о никелированный шест, попутно освобождаясь от одежды, а над ее головой, сияя как неоновая вывеска, в такт музыке раскачивалась руна концентрации, прорисованная по всем правилам, загогулина в загогулину. Стоит ли говорить, что о книге было забыто? Как и о прочих учениках, напряженно выписывающих в сознании злополучный символ. В результате, чтобы отделаться от назойливого внимания, пришлось заменить девицу здоровенным мужиком, приняв за образец незабвенного Каина. Зрелища обнажения мускулистого орка юнец не стерпел и ретировался в другой конец зала. Зато «кино» с удовольствием досмотрела подкравшаяся из-за спины Гейнра.
- Неплохо, Галла, - серьезно произнесла она. – Руна вычерчена верно. Так что, думаю, с концентрацией проблем у тебя не возникнет. А что до остального…
В общем, по окончании медитаций мне вручили ведро и тряпку, дабы я очистила помыслы от всякого рода похабщины, а попутно и огромный зал от следов присутствия полста человек. К счастью, трудиться в одиночку не пришлось, так как помимо меня на уроке успели отличиться еще трое. Рыжий и конопатый мальчишка, чьего имени никто не удосужился запомнить, в первый же день прозвав его Одуванчиком, вызвал гнев наставницы тем, что попросту уснул в тишине и тепле учебного помещения. Гор – будущий великий маг Воды, как сообщалось им на каждом углу – выкачал эту самую воду из воздуха и пролил на голову сидящей перед ним девочки. А Алатти Весара неожиданно вспыхнула в самом прямом смысле слова и сожгла чей-то брошенный неподалеку конспект. Ценность тетрадочка представляла не абы какую, так как помимо уже в печенках сидящей руны в ней на сегодняшний день ничего не было, но сиятельной аристократке наравне со всеми всучили орудия труда и очертили предназначенную для уборки территорию. Наблюдать за тем, как Алатти брезгливо, двумя пальчиками, один из которых украшал рубин размером с крупную вишню, пытается выудить из ведра тряпку, было сплошным удовольствием. Поэтому, наскоро закончив с помывкой вверенного мне сектора, я уселась на уже чистый пол и полностью отдалась удивительному зрелищу.
- Чего смотришь? – не выдержала в конце концов огневичка.
- Да так, пытаюсь понять, что это за колесо с тремя спицами болтается у тебя на шее.
«Колесо» было выполнено из красного золота и усеяно мелкой россыпью бриллиантов.
- Это – знак Саны , - снисходительно сообщили мне, - покровительницы Огня.
- Чушь! – тут же отреагировала я. – Сана покровительница домашнего очага, а не Огня, и ее стихия – Земля. А Огнем ведает Илот , как самый могущественный из богов.
С сиятельной маркизы мгновенно слетела спесь.
- Да? – переспросила она недоверчиво.
- Да. Сана – Земля, Илот – Огонь, Аурели – Вода, а Омста - Воздух.
- А Мигул? – встрял Одуванчик.
- А Мигул, как бог случая, собственной стихией не обладает и пользуется любой из них. По случаю. Он вроде как абсолютный универсал.
- И откуда ты так много знаешь? – высокородная тэсс уселась на пол рядом со мной, в то время, как Гор с Одуванчиком не сговариваясь принялись выдраивать ее часть зала. Воистину, красота – страшная сила!
А красоты тэсс Весара было не занимать. Могла и сама одолжить при необходимости. Хвала всем перечисленным богам, я не завистливая, а то лопнула бы от досады, глядя на синеглазую русоволосую девушку, явно превосходящую меня во всем, начиная с идеально-правильных черт лица, заканчивая ростом, что при моих метр шестьдесят не так уж и сложно.
- Так откуда ты столько знаешь про богов и стихии? – переспросила она.
- Из книг. Мне брат на прошлой длани новую купил, как раз о храмовых обрядах. Могу дать почитать. Еще есть отдельно «Легенды и придания древности», но она на саальге.
- Ой, а ты сколько языков знаешь?
Смотря в каком Мире, чуть было не ляпнула я по примеру братца.
- Пока два. Немного орочий диалект понимаю. И гномий. Меня брат специально по гномьим лавкам в Марони водит, чтоб я в языке практиковалась. Потом хочу язык тэвков выучить, он говорят сложный, но на речь истинных демонов похож, так что может потом в работе пригодиться.
На лице красавицы отобразилась крайняя степень удивления.
- Надо же, - протянула она. – А я думала ты… дикая, что ли. Ну, как эти двое, что с тобой ходят, которые тоже с Саатара.
Вот те раз!
- Сама ты дикая! На занятия одна ходишь, в столовую. Ото всех шарахаешься, ни с кем не разговариваешь…
- Ну с тобой же я сейчас говорю, - мило улыбнулась девушка, пуская в ход неуместные в моем случае чары.
А ведь ей всего семнадцать. Приехала в незнакомый город, наверняка одна (штат прислуги – не в счет). Бродит теперь по Школе высокомерной тенью, как учили дома, а на деле безумно жаждет общения с такими же молодыми и веселыми ребятами, и абсолютно не знает, как к ним подступиться. Вот и уцепилась сегодня за мое замечание по поводу знака Саны, а будь на самом деле такой занудой, какой хочет казаться, пропустила бы слова саатарской выскочки мимо своих аристократических ушей.
Пришлось взрослой и жалостливой мне следующим же утром тащить блистательную маркизу в общество «диких» полуэльфов, непохожих близнецов и опасной в своем ясновидении Милары.
Риса оглядела новенькую с извечной женской опаской, но, видимо, не сочла её серьезной соперницей. Ферт ограничился формальным приветствием. Из Ная как обычно бил неиссякаемый фонтан красноречия, а «неслышимый» Сэллер, едва взглянув на тэсс Весара, сделался еще неслышимей.
