Таисия угрюмо молчит, то кусает губы, то искоса глядит на меня, то тоже наблюдает, как безысходно мучает лопату дворник, то нервно, как породистая кошка ведет и встряхивает головой, отчего прическа, которую уже слегка потрепал морозный ветер, взлохмачивается еще сильнее.
— Да твою ж мать! Да все, что происходит с Катериной, всегда непроходимый и беспросветный звездец какой-то, полный стрем! — словно взрывается она и от всей души ругается, видимо, вся ситуация с Катериной явно напрягала ее и раньше, отчего Тася все же не выдержала, и ее наконец прорвало передо мной, как старую плотину. — Да, это ненормально! Да, это звиздец как пугает! И живот у нее вырос не за два месяца, как ты думаешь, а всего за три… Дня!
— Да ты шутишь?! – не верю я и в шоке смотрю на Тасю, пытаясь увидеть на ее остроносом лице хоть малейшие следы лжи или намек на то, что это розыгрыш, но их нет.
— Зачем мне? — мрачно сверлит она меня взглядом. — Лично на моих глазах все происходило. Я же подрабатываю в том же фитнес-клубе, что и Катерина, только на ресепшне сижу. У нее живот очень заметно увеличивался каждый день!
— Врешь! — снова обвиняю я Тасю.
Почему-то все никак не могу поверить в нечто настолько фантастическое. Просто в голове не укладывается! Два месяца нереальный срок, а три дня… Вот так новость! Если это действительно так, то внутри нее то ли Чужой растет, то ли Омен какой-нибудь.
—У меня доказательства есть! Смотри, — Таисия достает телефон, недолго ищет в нем что-то и включает видео, а я пододвигаюсь поближе. И вправду, в подтверждении слов девушки на первом видео живот у Катерины был слегка выпуклым, на втором – больше в два раза, на третьем – в четыре.
— Самое стремное, что, как я и говорила, все это за три дня и произошло. Можешь на записи видео увидеть дату и в свойства файла глянуть, — она без колебаний передает мне свой телефон, и я следую ее совету, проверяя, что это действительно так, и она не кривит душой, говоря мне все это.
— И как другие среагировали на ее резкую и неожиданную, как понос, беременность за три дня? — удивляюсь я.
— А как? Да никак! Все молчат в тряпочку. Никто не хочет себе проблем! – ядовито отвечает Тася.
— Но ты не сдержалась и нашла приключения на свою задницу, да? – и я безапелляционно и бестактно тыкаю пальцем прямо на ее багровый синяк на правой щеке.
— Верно, — криво ухмыляется она, потирая щеку. — Я весьма неосторожно намекнула Катерине, что беременности за три дня не бывает. А она орать стала, что вправду беременная от Марата, и что я с тобой сговорилась, чтобы помешать ее счастью.
— Она серьезно так сказала?
— А чего мне врать? В итоге, взбесила меня, эта дура помешанная! Я на принцип пошла и заявила при всех, что пусть докажет прилюдно, что беременна. И вообще, ляпнула, что Марат ее в письку и не брал никогда, сама ведь со своей девственностью носилась, как с писаной торбой, и гордилась ею, и всех обвиняла, что другие девочки Марата грязные, а она не такая, чистая и возвышенная, и до свадьбы ни-ни! — истекает ядом закадычная лучшая подружка Катерины. — И как в ее головушке все это умещается, двоемыслие этакое: одновременное наличие и девственности, и беременности? От воздуха что ли забеременела, непорочным зачатием, от полотенчика или как-то еще? Короче, высказала абсолютно все, что накипело, при честном народе, и как же она разъярилась тогда, просто любо-дорого посмотреть!
— И вообще, — продолжает Тася свой рассказ. — Я ей и говорю, ты совсем е-бо-бо? Иди у врача проверься, дура, подохнешь от перитонита. Или подавай доказательство прямо здесь и сейчас, раз утверждаешь, что залетела от Марата.
— И каким образом доказать?
— А вот как! Я во всеуслышанье заявила, что пусть при свидетелях сделает тест на беременность, вот прямо возьмет и при всех нассыт на средство для определения беременности. И если будут две полоски, то, значит, я ошиблась, и тогда обязательно извинюсь!
— Она вправду согласилась сделать его при всех? – изумленно уточняю я.
— Ты не поверишь… Хотя по тебе как раз видно, что поверишь! Но да, эта поехавшая согласилась. И вот, — она включает мне следующее видео, которое снимала какая-то другая подпевала Катерины.
На трясущимся видео главная героиня без лишних рефлексий и стыда снимает трусы, прямо в зале при шокированных лицах посетителей фитнес-клуба, и ссыт на белый прямоугольник теста на беременность. И на нем ожидаемо проявляется одна полоска, а не две, что Тася язвительно и не забывает отметить еще в самом видео, победно заявив, что была права.
Отчего Катерина, злобно, как-то по свинячьи и совсем не женственно взвизгнув, со всей дури ударяет по лицу Тасю так, что та аж падает на пол со всего размаха от дурной силы чапалаха.
На этом видео завершается, и в темном отражении экрана телефона я вижу свою пораженную до глубины души физиономию.
— …Вот как-то так все и было, – сухо заканчивает Тася и бессознательно снова проводит пальцем по синяку. — Теперь я пока в опале нахожусь.
— И надолго? — уточняю я на всякий случай и отдаю обратно ей телефон.
— Не знаю, но, возможно, я даже была бы рада, если все сорвется… — говорит нечто странное Таисия.
Интересно, что именно сорвется? Но я привычно не задаю лишних вопросов и не проявляю любопытства. Я не лезу в чужие дела, а другие люди не лезут в мои. Такого правила всегда придерживаюсь, и лишь, когда ситуация на прямую касается меня и угрожает спокойствию и тем более жизни, могу пренебречь своими принципами.
— Я от всего этого уже устала и не уверена, что поступаю правильно… — в голосе подруги Катерины слышится какая-то безысходность и даже отчаяние.
Я внимательно всматриваюсь в ее лицо, пытаясь по косвенным признакам понять скрытую подоплеку ее странных слов, считать настоящие эмоции, что скрыты под маской самоуверенной и саркастичной девушки, ведь таких подробностей и мотивации у второстепенной злодейки в книге прописано не было.
Но ее лицо абсолютно непроницаемо, с привычным надменным выражением и с высокомерной гримасой, словно Таисия взяла себя в руки и быстро справилась с неожиданной слабостью, которую она показала передо мной.
Но она явно корит себя за минутную слабость и опрометчивое признание, пусть и не совсем понятное в чем, поэтому косится на меня, вся напряженная и нахохлившаяся, как ворона, очевидно, ожидая неизбежных расспросов, но я благоразумно не любопытствую и лишь вежливо улыбаюсь, словно странные слова Таисии пролетели мимо моих ушей.
Потому что есть смысл временно отступить, не спрашивать ничего и не создавать конфликт на пустом месте, ведь я еще не все у подруги Катерины узнала. Но мысленно делаю себе пометку поразмыслить на досуге об этом, о причинах, зачем Тася Кошка вообще связалась с Катериной, как я с Маратом.
— Зачем ты вообще Катерине решила сказать, что это не беременность? – меняю я тему, возвращая разговор в правильное русло.
— Потому что стремно все это! У нее явно какое-то заболевание развилось, и стремительно, а она ворон ловит! — Таисия явно рада сменить предмета обсуждения, и с облегчением бросается дальше сплетничать про ложную беременность Катерины.
— Не похоже, что ты прямо беспокоишься о ней, — задумчиво замечаю я, подхожу к ограждению, становлюсь рядом с Тасей, тяжело опираюсь локтями на поручень и наблюдаю, как дворник, оставив лопату в снегу, топает куда-то за угол.
— Ты права, мне откровенно плевать на нее и на ее здоровье! — резко признается Таисия. — Но она вела себя жутко, пугала своим поведением и полубезумной болтовней не только меня, но и других девочек Марата. К тому же распугивала посетителей фитнес-клуба, и я всего лишь хотела ее немного поставить на место, в чувство привести. Я же на ресепшне подрабатываю, а она тренер, и должна вести себя соответственно.
Резкий порыв ветра кидает в лицо хлопья снега и горсть снежинок. Я судорожно вытираю лицо, выпрямляюсь и, держась одной рукой за ледяное ограждение, что до боли холодит ладонь, внимательно вглядываюсь в лицо Таисии, пытаясь понять, насколько правдивы сейчас ее слова и эмоции.
— А ведь все действительно началось тогда, два месяца назад. После той вечеринки она совсем странная стала, — задумчиво рассуждает девушка, накручивая на палец прядку волос. — Нет, ну она и раньше адекватностью не отличалась, с прибабахом была… Но сейчас это же просто полный стрем! Такое чувство, что она полностью сошла с ума, шизофреничкой стала.
— А Марат почему ничего не делает?
— Да ему насрать на нее! У него этих баб, как она, горка с кучкой! Это Катерина что-то там воображает, но это так, между нами.
— Да это и так понятно! Но все же, что могло такого случится на той вечеринке… Может она на что-то запрещенное подсела… Ну, ты знаешь… — иносказательно намекаю я на самое возможное разумное и логичное объяснение всего, что сейчас творится с главной героиней.
— Да, я поняла, на что ты намекаешь, — перебивает меня Таисия. — Вряд ли. У меня знакомые нарики были, их поведение и повадки я хорошо знаю. Нет, что бы с ее мозгами ни происходило, это не результат веществ. Я тебе это гарантирую. Поверь мне.
Говорит она убежденно, и я ей верю хотя бы потому, что в книге тоже о различной запрещенке ни слова не было. Но со счетов такую возможность, конечно, сбрасывать нельзя…
— Да и на той вечеринке ты тоже странно себя повела. Обычно ты все провокации старалась терпеть, хотя характер у тебя взрывной. Не удивляйся, — растерянно произносит Тася, заметив мой недоуменный взгляд из-за того, что в романе поведение Лики описывалось со стороны Катерины, как строго противоположное, и слышать, что в реальности я терпела, странно. — Хоть ты и стараешься выглядеть пай-девочкой, но заметно, что против природы своей идешь, и притворяешься другим человеком.
— Странно, это как? — невольно напрягаюсь я, проигнорировав комментарий Таисии по поводу особенностей моей натуры, как не настолько важный, в отличии от моего странного поведения на вечеринке, о которой я ничего, естественно, не помню.
— Ну, ты вдруг выхватила бокал у Катерины с вином и выпила его! – поясняет она.
— Серьезно?! — тут уж я немыслимо изумляюсь, ведь алкоголь очень плохо переношу, поэтому поверить не могу, что сделала нечто настолько опрометчивое.
— У меня даже видео есть. Почему ты удивляешься, неужели не помнишь? Набухалась тогда что ли? — насмешливо подкалывает Тася.
— Да, наверно… Ничего не помню, — честно признаюсь я. — Так покажешь видео?
Таисия находит в телефоне видео и включает его.
И я внимательно наблюдаю, как прошлая я потерянно застыла, как соляной столб, посреди всех этих богато разряженных людей, выделяясь среди них, как гадкий утенок среди лебедей, и о чем-то напряженно размышляю с самым обреченным видом.
Стоит громкий шум, играет музыка, пьяненькая в зю-зю Катерина, покачиваясь, подходит и начинает что-то говорить, но не расслышать что именно, наезжать, толкать, дергать меня то за локоть, то за плечо.
В какой-то момент я, видимо, разозлившись, и будучи доведенной всей ситуацией до предела, не выдерживаю и в ярости выхватываю из ее рук бокал с вином, который та держала и с которого даже не успела еще не отпить, судя по всему.
Затем несколько секунд рассеянно держу в руках изящную емкость с алкоголем. А после на автомате выпиваю залпом и, оттолкнув плечом главную героиню, ухожу куда-то прочь. Катерина же в истерике рыдает и орет, что ее оскорбили, обидели и все в таком духе.
Дальше видео обрывается.
Я задумчиво тру переносицу.
Таисия права. В самом деле я повела себя странно на вечеринке, ведь, если вспомнить сюжет книги, обычно я вела определенным образом, будучи невестой Марата по приказу Председателя.
На видео же я выглядела не в соответствии со своей навязанной ролью, отчаявшейся, сломанной духом. Так, будто мысленно уже была где-то совсем далеко и думала о чем-то совершенно другом, а Катерина своими нападками лишь спровоцировала меня на конфликт.
Увиденное меня неприятно поражает и напрягает хотя бы потому, что у меня так и не получается вспомнить в деталях ту потасовку с Катериной: ни что она говорила, ни причины моего поведения. Поэтому силой заставляю себя на время выбросить из головы все с этим связанное и вернуться к истокам беседы со второстепенной злодейкой.
— И все же я не понимаю, почему ты не скажешь кому-нибудь еще… Марату, например, что с одной из его лучших девочек, с Катериной, какая-то откровенная дичь творится, — недоумеваю я, почему-то вновь нелогично вернувшись к мучившему меня вопросу.
— А смысл? Ему все эти бабские разборки по боку, как и беременности, — фыркает Таисия. — Зато понятно, почему она решила сымитировать беременность сразу на последней стадии, ведь так он аборт не заставит сделать.
— А Марат заставлял других девочек прерывать беременность?! – пораженно переспрашиваю я, будучи немного в ужасе от нежданно открывшегося омерзительного факта.
Как мило! А ведь такие потрясающие, чудесные и замечательные подробности оставались в книге за кадром, и, наверное, в первую очередь из-за цензуры или из-за того, что помешанная на Марате Катерина не желала смотреть правде в глаза…
Нет, я, конечно, знала, что нравственностью и порядочностью сей бандит не отличается, но не до такой же степени. Что ж, теперь помолвку надо разрывать как можно скорее, прямо хоть сейчас. Меня лишь чудом до сих под по запчастях в Невии в пакетах не отправили плавать. Моя милиция, то есть Председатель, меня пока бережет…
— Постоянно. Ему, как он выражался, прихлебатели и ублюдки не нужны, — равнодушно и буднично описывает Тася Кошка творящиеся мерзопакостные вещи так, словно рассказывает, какая сейчас погода за окном и нужно ли брать с собой зонтик.
— И на что Катерина, интересно, рассчитывает?! Что он изменится?! Он же ведь мудак полнейший! — невольно вырывается из меня громкий крик, от которого испуганно вспорхнул голубь с карниза.
— Не знаю, и даже знать не хочу, что творится в голове у этой полоумной, — отрезает она, провожая взглядом птицу.
— Так себе ты подруга, — не выдержав, вворачиваю обвинительную шпильку я.
— Какая есть, и никому я не подруга, понятно? — с угрозой в голосе шипит она, бросив на меня злой и мрачный взгляд.
— Тогда зачем постоянно трешься у Катерины? — все же не выдерживаю и резонно спрашиваю я.
— У каждого свои обстоятельства, — сухо отвечает Таисия.
И мы резко замолкаем, и несколько минут стоим в тишине, каждая занятая своими мыслями.
Вынужденную паузу прерывает призывно звякнувший телефон. Таисия достает из кармана мобильный, с раздражением разблокирует экран, но, прочитав сообщение, не отвечает на него и вновь грубо засовывает телефон обратно в карман пальто.
— Тимофей написал? — тут же задаю я вопрос, так как надо убедиться до самого конца, насколько здесь реальность соответствует роману, ведь в СЛР второстепенная злодейка Тася Кошка встречалась с правой рукой Марата Гаджиева, с Тимофеем Скоковым.
— Да, достал, — с усталостью выдыхает Таисия, прячет телефон и откидывается назад, покачивается на пятках туда-сюда, держась руками на весу за ограждение балкончика, которое позвякивает и дрожит под весом. Оно явно не рассчитано, что на нем будут висеть как на турникете.
— Нравится он тебе? — бросаю на нее внимательный взгляд.
— Да твою ж мать! Да все, что происходит с Катериной, всегда непроходимый и беспросветный звездец какой-то, полный стрем! — словно взрывается она и от всей души ругается, видимо, вся ситуация с Катериной явно напрягала ее и раньше, отчего Тася все же не выдержала, и ее наконец прорвало передо мной, как старую плотину. — Да, это ненормально! Да, это звиздец как пугает! И живот у нее вырос не за два месяца, как ты думаешь, а всего за три… Дня!
— Да ты шутишь?! – не верю я и в шоке смотрю на Тасю, пытаясь увидеть на ее остроносом лице хоть малейшие следы лжи или намек на то, что это розыгрыш, но их нет.
— Зачем мне? — мрачно сверлит она меня взглядом. — Лично на моих глазах все происходило. Я же подрабатываю в том же фитнес-клубе, что и Катерина, только на ресепшне сижу. У нее живот очень заметно увеличивался каждый день!
— Врешь! — снова обвиняю я Тасю.
Почему-то все никак не могу поверить в нечто настолько фантастическое. Просто в голове не укладывается! Два месяца нереальный срок, а три дня… Вот так новость! Если это действительно так, то внутри нее то ли Чужой растет, то ли Омен какой-нибудь.
—У меня доказательства есть! Смотри, — Таисия достает телефон, недолго ищет в нем что-то и включает видео, а я пододвигаюсь поближе. И вправду, в подтверждении слов девушки на первом видео живот у Катерины был слегка выпуклым, на втором – больше в два раза, на третьем – в четыре.
— Самое стремное, что, как я и говорила, все это за три дня и произошло. Можешь на записи видео увидеть дату и в свойства файла глянуть, — она без колебаний передает мне свой телефон, и я следую ее совету, проверяя, что это действительно так, и она не кривит душой, говоря мне все это.
— И как другие среагировали на ее резкую и неожиданную, как понос, беременность за три дня? — удивляюсь я.
— А как? Да никак! Все молчат в тряпочку. Никто не хочет себе проблем! – ядовито отвечает Тася.
— Но ты не сдержалась и нашла приключения на свою задницу, да? – и я безапелляционно и бестактно тыкаю пальцем прямо на ее багровый синяк на правой щеке.
— Верно, — криво ухмыляется она, потирая щеку. — Я весьма неосторожно намекнула Катерине, что беременности за три дня не бывает. А она орать стала, что вправду беременная от Марата, и что я с тобой сговорилась, чтобы помешать ее счастью.
— Она серьезно так сказала?
— А чего мне врать? В итоге, взбесила меня, эта дура помешанная! Я на принцип пошла и заявила при всех, что пусть докажет прилюдно, что беременна. И вообще, ляпнула, что Марат ее в письку и не брал никогда, сама ведь со своей девственностью носилась, как с писаной торбой, и гордилась ею, и всех обвиняла, что другие девочки Марата грязные, а она не такая, чистая и возвышенная, и до свадьбы ни-ни! — истекает ядом закадычная лучшая подружка Катерины. — И как в ее головушке все это умещается, двоемыслие этакое: одновременное наличие и девственности, и беременности? От воздуха что ли забеременела, непорочным зачатием, от полотенчика или как-то еще? Короче, высказала абсолютно все, что накипело, при честном народе, и как же она разъярилась тогда, просто любо-дорого посмотреть!
— И вообще, — продолжает Тася свой рассказ. — Я ей и говорю, ты совсем е-бо-бо? Иди у врача проверься, дура, подохнешь от перитонита. Или подавай доказательство прямо здесь и сейчас, раз утверждаешь, что залетела от Марата.
— И каким образом доказать?
— А вот как! Я во всеуслышанье заявила, что пусть при свидетелях сделает тест на беременность, вот прямо возьмет и при всех нассыт на средство для определения беременности. И если будут две полоски, то, значит, я ошиблась, и тогда обязательно извинюсь!
— Она вправду согласилась сделать его при всех? – изумленно уточняю я.
— Ты не поверишь… Хотя по тебе как раз видно, что поверишь! Но да, эта поехавшая согласилась. И вот, — она включает мне следующее видео, которое снимала какая-то другая подпевала Катерины.
На трясущимся видео главная героиня без лишних рефлексий и стыда снимает трусы, прямо в зале при шокированных лицах посетителей фитнес-клуба, и ссыт на белый прямоугольник теста на беременность. И на нем ожидаемо проявляется одна полоска, а не две, что Тася язвительно и не забывает отметить еще в самом видео, победно заявив, что была права.
Отчего Катерина, злобно, как-то по свинячьи и совсем не женственно взвизгнув, со всей дури ударяет по лицу Тасю так, что та аж падает на пол со всего размаха от дурной силы чапалаха.
На этом видео завершается, и в темном отражении экрана телефона я вижу свою пораженную до глубины души физиономию.
— …Вот как-то так все и было, – сухо заканчивает Тася и бессознательно снова проводит пальцем по синяку. — Теперь я пока в опале нахожусь.
— И надолго? — уточняю я на всякий случай и отдаю обратно ей телефон.
— Не знаю, но, возможно, я даже была бы рада, если все сорвется… — говорит нечто странное Таисия.
Интересно, что именно сорвется? Но я привычно не задаю лишних вопросов и не проявляю любопытства. Я не лезу в чужие дела, а другие люди не лезут в мои. Такого правила всегда придерживаюсь, и лишь, когда ситуация на прямую касается меня и угрожает спокойствию и тем более жизни, могу пренебречь своими принципами.
Глава 18
— Я от всего этого уже устала и не уверена, что поступаю правильно… — в голосе подруги Катерины слышится какая-то безысходность и даже отчаяние.
Я внимательно всматриваюсь в ее лицо, пытаясь по косвенным признакам понять скрытую подоплеку ее странных слов, считать настоящие эмоции, что скрыты под маской самоуверенной и саркастичной девушки, ведь таких подробностей и мотивации у второстепенной злодейки в книге прописано не было.
Но ее лицо абсолютно непроницаемо, с привычным надменным выражением и с высокомерной гримасой, словно Таисия взяла себя в руки и быстро справилась с неожиданной слабостью, которую она показала передо мной.
Но она явно корит себя за минутную слабость и опрометчивое признание, пусть и не совсем понятное в чем, поэтому косится на меня, вся напряженная и нахохлившаяся, как ворона, очевидно, ожидая неизбежных расспросов, но я благоразумно не любопытствую и лишь вежливо улыбаюсь, словно странные слова Таисии пролетели мимо моих ушей.
Потому что есть смысл временно отступить, не спрашивать ничего и не создавать конфликт на пустом месте, ведь я еще не все у подруги Катерины узнала. Но мысленно делаю себе пометку поразмыслить на досуге об этом, о причинах, зачем Тася Кошка вообще связалась с Катериной, как я с Маратом.
— Зачем ты вообще Катерине решила сказать, что это не беременность? – меняю я тему, возвращая разговор в правильное русло.
— Потому что стремно все это! У нее явно какое-то заболевание развилось, и стремительно, а она ворон ловит! — Таисия явно рада сменить предмета обсуждения, и с облегчением бросается дальше сплетничать про ложную беременность Катерины.
— Не похоже, что ты прямо беспокоишься о ней, — задумчиво замечаю я, подхожу к ограждению, становлюсь рядом с Тасей, тяжело опираюсь локтями на поручень и наблюдаю, как дворник, оставив лопату в снегу, топает куда-то за угол.
— Ты права, мне откровенно плевать на нее и на ее здоровье! — резко признается Таисия. — Но она вела себя жутко, пугала своим поведением и полубезумной болтовней не только меня, но и других девочек Марата. К тому же распугивала посетителей фитнес-клуба, и я всего лишь хотела ее немного поставить на место, в чувство привести. Я же на ресепшне подрабатываю, а она тренер, и должна вести себя соответственно.
Резкий порыв ветра кидает в лицо хлопья снега и горсть снежинок. Я судорожно вытираю лицо, выпрямляюсь и, держась одной рукой за ледяное ограждение, что до боли холодит ладонь, внимательно вглядываюсь в лицо Таисии, пытаясь понять, насколько правдивы сейчас ее слова и эмоции.
— А ведь все действительно началось тогда, два месяца назад. После той вечеринки она совсем странная стала, — задумчиво рассуждает девушка, накручивая на палец прядку волос. — Нет, ну она и раньше адекватностью не отличалась, с прибабахом была… Но сейчас это же просто полный стрем! Такое чувство, что она полностью сошла с ума, шизофреничкой стала.
— А Марат почему ничего не делает?
— Да ему насрать на нее! У него этих баб, как она, горка с кучкой! Это Катерина что-то там воображает, но это так, между нами.
— Да это и так понятно! Но все же, что могло такого случится на той вечеринке… Может она на что-то запрещенное подсела… Ну, ты знаешь… — иносказательно намекаю я на самое возможное разумное и логичное объяснение всего, что сейчас творится с главной героиней.
— Да, я поняла, на что ты намекаешь, — перебивает меня Таисия. — Вряд ли. У меня знакомые нарики были, их поведение и повадки я хорошо знаю. Нет, что бы с ее мозгами ни происходило, это не результат веществ. Я тебе это гарантирую. Поверь мне.
Говорит она убежденно, и я ей верю хотя бы потому, что в книге тоже о различной запрещенке ни слова не было. Но со счетов такую возможность, конечно, сбрасывать нельзя…
— Да и на той вечеринке ты тоже странно себя повела. Обычно ты все провокации старалась терпеть, хотя характер у тебя взрывной. Не удивляйся, — растерянно произносит Тася, заметив мой недоуменный взгляд из-за того, что в романе поведение Лики описывалось со стороны Катерины, как строго противоположное, и слышать, что в реальности я терпела, странно. — Хоть ты и стараешься выглядеть пай-девочкой, но заметно, что против природы своей идешь, и притворяешься другим человеком.
— Странно, это как? — невольно напрягаюсь я, проигнорировав комментарий Таисии по поводу особенностей моей натуры, как не настолько важный, в отличии от моего странного поведения на вечеринке, о которой я ничего, естественно, не помню.
— Ну, ты вдруг выхватила бокал у Катерины с вином и выпила его! – поясняет она.
— Серьезно?! — тут уж я немыслимо изумляюсь, ведь алкоголь очень плохо переношу, поэтому поверить не могу, что сделала нечто настолько опрометчивое.
— У меня даже видео есть. Почему ты удивляешься, неужели не помнишь? Набухалась тогда что ли? — насмешливо подкалывает Тася.
— Да, наверно… Ничего не помню, — честно признаюсь я. — Так покажешь видео?
Таисия находит в телефоне видео и включает его.
И я внимательно наблюдаю, как прошлая я потерянно застыла, как соляной столб, посреди всех этих богато разряженных людей, выделяясь среди них, как гадкий утенок среди лебедей, и о чем-то напряженно размышляю с самым обреченным видом.
Стоит громкий шум, играет музыка, пьяненькая в зю-зю Катерина, покачиваясь, подходит и начинает что-то говорить, но не расслышать что именно, наезжать, толкать, дергать меня то за локоть, то за плечо.
В какой-то момент я, видимо, разозлившись, и будучи доведенной всей ситуацией до предела, не выдерживаю и в ярости выхватываю из ее рук бокал с вином, который та держала и с которого даже не успела еще не отпить, судя по всему.
Затем несколько секунд рассеянно держу в руках изящную емкость с алкоголем. А после на автомате выпиваю залпом и, оттолкнув плечом главную героиню, ухожу куда-то прочь. Катерина же в истерике рыдает и орет, что ее оскорбили, обидели и все в таком духе.
Дальше видео обрывается.
Я задумчиво тру переносицу.
Таисия права. В самом деле я повела себя странно на вечеринке, ведь, если вспомнить сюжет книги, обычно я вела определенным образом, будучи невестой Марата по приказу Председателя.
На видео же я выглядела не в соответствии со своей навязанной ролью, отчаявшейся, сломанной духом. Так, будто мысленно уже была где-то совсем далеко и думала о чем-то совершенно другом, а Катерина своими нападками лишь спровоцировала меня на конфликт.
Увиденное меня неприятно поражает и напрягает хотя бы потому, что у меня так и не получается вспомнить в деталях ту потасовку с Катериной: ни что она говорила, ни причины моего поведения. Поэтому силой заставляю себя на время выбросить из головы все с этим связанное и вернуться к истокам беседы со второстепенной злодейкой.
— И все же я не понимаю, почему ты не скажешь кому-нибудь еще… Марату, например, что с одной из его лучших девочек, с Катериной, какая-то откровенная дичь творится, — недоумеваю я, почему-то вновь нелогично вернувшись к мучившему меня вопросу.
— А смысл? Ему все эти бабские разборки по боку, как и беременности, — фыркает Таисия. — Зато понятно, почему она решила сымитировать беременность сразу на последней стадии, ведь так он аборт не заставит сделать.
— А Марат заставлял других девочек прерывать беременность?! – пораженно переспрашиваю я, будучи немного в ужасе от нежданно открывшегося омерзительного факта.
Как мило! А ведь такие потрясающие, чудесные и замечательные подробности оставались в книге за кадром, и, наверное, в первую очередь из-за цензуры или из-за того, что помешанная на Марате Катерина не желала смотреть правде в глаза…
Нет, я, конечно, знала, что нравственностью и порядочностью сей бандит не отличается, но не до такой же степени. Что ж, теперь помолвку надо разрывать как можно скорее, прямо хоть сейчас. Меня лишь чудом до сих под по запчастях в Невии в пакетах не отправили плавать. Моя милиция, то есть Председатель, меня пока бережет…
— Постоянно. Ему, как он выражался, прихлебатели и ублюдки не нужны, — равнодушно и буднично описывает Тася Кошка творящиеся мерзопакостные вещи так, словно рассказывает, какая сейчас погода за окном и нужно ли брать с собой зонтик.
— И на что Катерина, интересно, рассчитывает?! Что он изменится?! Он же ведь мудак полнейший! — невольно вырывается из меня громкий крик, от которого испуганно вспорхнул голубь с карниза.
— Не знаю, и даже знать не хочу, что творится в голове у этой полоумной, — отрезает она, провожая взглядом птицу.
— Так себе ты подруга, — не выдержав, вворачиваю обвинительную шпильку я.
— Какая есть, и никому я не подруга, понятно? — с угрозой в голосе шипит она, бросив на меня злой и мрачный взгляд.
— Тогда зачем постоянно трешься у Катерины? — все же не выдерживаю и резонно спрашиваю я.
— У каждого свои обстоятельства, — сухо отвечает Таисия.
И мы резко замолкаем, и несколько минут стоим в тишине, каждая занятая своими мыслями.
Вынужденную паузу прерывает призывно звякнувший телефон. Таисия достает из кармана мобильный, с раздражением разблокирует экран, но, прочитав сообщение, не отвечает на него и вновь грубо засовывает телефон обратно в карман пальто.
— Тимофей написал? — тут же задаю я вопрос, так как надо убедиться до самого конца, насколько здесь реальность соответствует роману, ведь в СЛР второстепенная злодейка Тася Кошка встречалась с правой рукой Марата Гаджиева, с Тимофеем Скоковым.
— Да, достал, — с усталостью выдыхает Таисия, прячет телефон и откидывается назад, покачивается на пятках туда-сюда, держась руками на весу за ограждение балкончика, которое позвякивает и дрожит под весом. Оно явно не рассчитано, что на нем будут висеть как на турникете.
— Нравится он тебе? — бросаю на нее внимательный взгляд.
