- Вы знаете брата Балтазара? – спросил он у толстяка с длинными седыми волосами, сидящего на складном стуле.
- Немого-то? Кто ж его не знает? За углом глянь.
В тени переулка уличный вернисаж продолжался. За столом с миниатюрами скучала сгорбленная тетка в пуховом платке, накинутом на плечи. На ограде за ее спиной висели в ряд пять картин, одного взгляда на которые Ивану оказалось достаточно.
Здесь не было чудищ и изуродованных людей. Здесь были те же виды города, но нарисованы они были так, что по спине поползли мурашки. Казалось, за тенями этих старых домов и башен таится нечто угрюмое и злобное, готовое выпрыгнуть наружу. Особенно впечатлял ГосБанк, в окнах которого виднелись чьи-то вытянутые страдальческие лица. То ли ипотечников, то ли обманутых вкладчиков. Иван даже оглянулся на само здание, стоящее дальше по Покровке, чтобы убедиться, что там никого не видно.
- Своеобразные работы, - сказал он вслух.
- Угу, - откликнулась сгорбленная тетка.
- Я могу поговорить с автором?
Тетка посмотрела на него и водрузила на нос монструозные очки.
- Не можете. По двум причинам. Во-первых, его здесь нет. Полчаса назад ему кто-то позвонил, и он тут же сбежал, бросив на меня свои шедевры. А во-вторых, говорить будете только вы. Он вам не ответит. Он немой.
- Но покупатели же с ним как-то договариваются?
- Понятия не имею. За два года ни разу не видела ни одного покупателя. С трудом представляю человека, который это повесит у себя в доме. Он зачем-то всем раздает визитки с телефоном, может как-то письменно общается. – Она недобро прищурилась. – А вы хотите это купить?
- Я прицениваюсь.
- А. Ясно. Ценники на картинах. Деньги можно мне. Я передам.
Цены начинались от двадцати тысяч. Брат Балтазар ценил свое искусство выше остальных здешних мастеров.
Иван засмотрелся на нижегородский кремль и полосы на холмах, которые под определенным углом казались тянущимися из-под земли щупальцами, и не заметил, что теперь рассматривает картины не один.
- Великолепно, - сказал высокий старик в хорошем костюме. – Просто бесподобно. Вы тоже ценитель творчества брата Балтазара?
- Я бы не сказал, что ценитель, - ответил Иван. – Скорее, интересующийся.
- Прекрасная работа с цветом, - продолжил старик. – Обратите внимание. Для неискушенного зрителя картина черно-белая, но чем дольше вглядываешься, тем больше переливаются тени, и в какой-то момент начинает казаться, что она цветная. Это какое-то наваждение. Колдовство.
Иван покивал со знанием дела.
- Весь секрет в грунтовке, - сказал старик. – Брат Балтазар в нее что-то добавляет. Тайный ингредиент.
«Кокаин», подумал Иван и хмыкнул.
- Судя по всему, вы давно знаете брата Балтазара, – сказал он.
- О, уже несколько лет внимательно слежу за его творчеством. А слышал про него и того раньше. Не то что про вас, Иван Петрович. О вашем существовании я узнал только сегодня утром. Прискорбно, не правда ли?
Иван медленно повернулся.
Старик смотрел на него в упор и улыбался. Выглядел он подтянуто и моложаво. Седые волосы были уложены идеально. Черный костюм сидел как влитой. Лицо немного портил нос картошкой. К этому лицу и к этому костюму больше подходило что-нибудь длинное, с аристократической горбинкой.
- А, - сказал Иван и снова повернулся к картинам. – Это вас из Москвы прислали. Мне Воеводин рассказал. Предупредил, что можете обратиться. Обращайтесь. Что вас интересует? Символы? Тайнопись?
- Символы нас тоже интересуют. Но во вторую очередь. Если не в десятую. А больше всего нас интересует книга.
- Книга? – удивленно переспросил Иван.
- Именно. Книга, которую вы должны были найти. «Целебник, или Тайные писания». Семнадцатый век, кожаный переплет. Рукопись. Можно сказать, манускрипт. Так получается, Иван Петрович, что вы наш субподрядчик. Раз промежуточное звено между вами и нами недавно покинуло бренный мир, стало быть теперь мы работаем напрямую.
- Значит, вы - тот самый московский клиент, который нанял Воронцова найти книгу, - понял Иван.
- Вы удивительно догадливы, Иван Петрович. Мы с вами подружимся.
- Один маленький вопрос. Эта книга – ваш личный интерес? Или это интерес… э-э… вашего места службы?
- А разве есть разница? – улыбнулся старик.
К ним медленно подкатила черная «семерка» БМВ. Оттуда вылез коренастый молодой человек в черном костюме и черных очках и предупредительно открыл заднюю дверь.
- Садитесь, Иван Петрович, - сказал старик. – Побеседуем о делах наших грешных.
- Непонятно, зачем такой могущественной структуре нанимать провинциального блатного нувориша, - сказал Иван.
- В любом деле важны профессионалы, - ответил старик. – А в деле местного антиквариата покойник собаку съел. К нему многие обращались. Не только мы.
Машина пронеслась по набережной, распугивая чаек, и резко остановилась у парапета.
- Добро пожаловать в наш, так сказать, оперативный штаб, - сказал старик, вылезая следом за Иваном.
Внизу покачивался на волнах низкий теплоход, пришвартованный к дебаркадеру. Судя по ряду квадратных окон, это была одна из тех прогулочных посудин, что возили туристов по окрестным достопримечательностям.
- Штаб на воде? – хмыкнул Иван.
- Так точно. Местные коллеги хотели устроить нас в отеле, но мы решили по-другому. Скоро поймете, почему.
Старик шагнул вперед. Задребезжали сходни.
- Не бойтесь, Иван Петрович, - он спрыгнул на палубу и обернулся. – Не утопим.
Корабль казался вымершим. Только где-то внизу едва слышно что-то скрежетало, будто там двигали мебель.
- Я думаю, лучше подняться наверх, - сказал старик. – Там открытая палуба. Будет лучше видно.
Иван пожал плечами.
Рядом с грохотом откинулся люк, и из трюма вылез черноволосый мужчина в светлом льняном костюме. К груди он бережно прижимал длинную картонную коробку.
- Последняя, -доложил он. – Ее тоже на корму?
- Нет, - качнул головой старик. – Положи здесь. На всякий случай.
Человек осторожно опустил и придвинул коробку к борту. Выпрямился и смахнул со лба прилипшую седую прядь.
- Что дальше?
- Всё. Пока можешь быть свободен, - старик показал в сторону берега.
Человек мазнул цепким взглядом по Ивану и запрыгнул на сходни.
Старик долго смотрел ему вслед, потом улыбнулся. Судя по всему, он любил улыбаться. То ли работал над имиджем организации. То ли гордился работой стоматологов.
- Ну что, - повернулся он к Ивану. – Отчаливаем?
Его молодой коллега, так и не снявший черные очки, осторожно затащил сходни на палубу, стараясь не запачкать костюм.
Внизу затарахтел двигатель.
Дул свежий ветер, вокруг носились чайки. Над головой хлопал триколор.
Мимо медленно проплывал город.
Старик задумчиво разглядывал набережную, вертя в пальцах бокал с вином.
- Скажите, Иван Петрович, что вы знаете о магии?
- О магии? – нахмурился Иван. – Вы о какой магии? Как в фильмах, где колдуны с посохами?
Старик расхохотался.
- Нет. Фильмы - это выдумка. А я о реальности. О том, что существует, но не имеет объяснений. Строго говоря, все что нельзя объяснить научным способом, можно назвать магией. Если мы не понимаем, как это работает, значит это магия.
Иван с опаской посмотрел на старика.
- Вы о чем?
- Приведу пример. Тут у вас недалеко, выше по реке, есть огромная решетчатая башня, построенная сто лет назад инженером Шуховым. Изначально таких башен было шесть и служили они совершенно утилитарным задачам – провода держали. И как только их построили, тут же в вашей округе началась гигантская движуха. Заводы стали строить, фабрики, институты открывать, лаборатории. Соседнюю деревню превратили в сборище химических комбинатов. Вся область стала одним огромным цехом. Понимаете?
- Понимаю. Но не вижу связи.
- И никто не видит. А она есть. Когда в конце 80х четыре башни из шести разрушили, тут же все производство пошло наперекосяк. Заводы позакрывались, а институты стали юристов выпускать. Потом снесли пятую, и осталась только одна, из которой местные бизнесмены по-тихому опоры выламывали и на металлолом сдавали. Ситуация с производством в области немного наладилась только после того, как единственную оставшуюся башню начали реставрировать.
- Хотите сказать, если мы восстановим все шесть башен, у нас снова начнется индустриализация? А если построим еще десять, то Китай догоним?
- Увы, - развел руками старик, - по второму разу такая магия не работает. Иначе было бы слишком просто. Но суть вы уловили. Существуют точки сборки, которые на первый взгляд не имеют никакого отношения к цели, но которые эту цель обеспечивают. Эдакие центры притяжения. Шесть башен были таким центром. А может и не были, - старик повернулся к Ивану и прищурился. – Может им было что-то другое. В этом и проблема – узнать, что может быть точкой сборки для твоей цели. Из-за чего начнется нужная тебе движуха.
- Движуха обычно начинается из-за чего-то более конкретного. Постановления партии и правительства, например.
- Конечно. Но откуда взялось это постановление? Почему решили строить заводы именно здесь, а не на другом месте? Может из-за того, что город уже был на слуху? А вот какой-нибудь Усть-Задрищенск, где ровно такие же условия, на слуху не был. Или сработало то, что мы не можем объяснить. Магия.
- Диалектический материализм бы вас не одобрил.
- Диалектический материализм проиграл гонку умов. Не в последнюю очередь из-за того, что игнорировал необъяснимое. Сейчас маятник качнулся в другую сторону. У нас в Москве практически вся так называемая «элита» магией занимается. Все, кто в курсе и кому не лень ищут точки сборки. Чтобы бабла поднять, начальника подвинуть, конкурента сожрать. Или даже бабу в постель уложить. Но это редко. Обычно речь идет о делах серьезных, можно сказать фундаментальных. Помните, недавно в Сокольниках голый мужик с пистолетом за прохожими гонялся? А потом акции Роснефти через неделю обвалились.
- Из-за голого мужика?
- Вне всяких сомнений. Это повлияло на одного работника китайского посольства, а через него – на нескольких европейских извращенцев и небольшой хедж-фонд из Калифорнии. Там длинная цепочка была, долго объяснять. Или вот, например, Лукашенко наших наемников в плен взял.
- Тоже магия?
- Конечно. Но там еще не вся цепочка раскрутилась. Много непонятного.
- Извините, но это похоже на какую-то наркоманскую пелевинщину.
- И не удивительно. Его романы - хороший пример магии. Он не описывает реальность. Он ее создает. Возможно, он один из тех, кто может подсказывать. Поэтому и скрывается.
- Подсказывать что?
- Подсказывать что делать, конечно. Ведь для того, чтобы добиться цели, нужно точно знать, что делать, где и когда. Когда нужно взять пистолет и побежать голым в Сокольники. Не на Чистые пруды. И не на Красную площадь. И именно пистолет, возможно, даже конкретной марки. А не обрез и не пулемет. Иначе ничего не получится. Акции не упадут, начальника не подвинешь, бабу не уложишь.
- Я одного не понимаю. Зачем вы все это рассказываете?
- Затем, дорогой Иван Петрович, что в своей нелегкой работе вы как раз столкнулись с такой магией. Ведь магия - это не башни. Магия – это действие. Выбежать голым. Построить башню. Разрушить башню. Убить нужного человека… Или похитить его ребенка.
Старик замолчал.
- Что вы об этом знаете? – холодно поинтересовался Иван.
- Увы, мой друг. Я практически ничего не знаю о похищении вашей дочери. Но предполагаю, что оно тоже было своего рода точкой сборки. И на что-то повлияло. Все дело в том, что люди, которых вы ищете, занимаются магией уже очень давно. Может десять, может пятнадцать лет. Потом их спугнули, они ушли на дно. А теперь выплыли и вернулись к старым занятиям. А трупы, обставленные как музейные экспонаты, это безусловно центры притяжения. И сколько их будет еще, пока неизвестно.
- Вы такая могущественная организация, - усмехнулся Иван. – И ничего не знаете о каких-то провинциальных остолопах?
Старик нахмурился, разглядывая проплывающий мимо Речной вокзал.
- Вы ведь слышали о «кремлевских башнях»? Так журналисты называют политические группировки вокруг президента. Мол, одни тянут на запад к либерализму, другие тащат назад к тоталитаризму. Это все, конечно, примитивно. На самом деле башен не две, а гораздо больше. Основные башни ветвятся, из них вырастают башенки, бастионы, крытые переходы к соседям, флюгеры. Внизу целая сеть катакомб, о которых вообще никто ничего не знает. Условный либерал может в любой момент стать условным тоталитаристом, и даже не за деньги, а просто потому что служанка утром минет не сделала. У нас в стране очень запутанная система власти, она только кажется простой. И в этой системе легко потеряться или чего-то не учесть. Но даже если все это нагромождение строений свести только к двум башням, скажем, красной и белой…
- Красной? – встрепенулся Иван.
- Ну да, - старик глянул на него недоуменно. – Как еще их назвать? Силовики, вездесущая госвласть, давление, гулаг-архипелаг и прочая кровища – это красная башня. А любители светлых западных эльфов, аристократических балов и олигархов – это, соответственно, белая. Так вот, даже с точки зрения такого дуализма, всегда можно найти место, чтобы спрятаться. Тем более на периферии.
- Хотите сказать, их прикрывает кто-то из Москвы?
- Скажем так, в Москве существуют некоторые силы, заинтересованные в их деятельности.
- Заинтересованные в убийствах?
Старик сокрушенно покачал головой.
- Ну что же вы, Иван Петрович… Чем вы все это время слушали? Убийства - это только метод. Способ заклинания. Как фаерболл, ледяной дождь или создание голема. А цель другая.
- И какова же цель?
- По некоторым данным – автономия.
- Автономия чего?
- Вашей области, конечно. Не секрет, что у вас здесь все под Москвой, начиная с правительства и заканчивая последним заводом. Поэтому цель простая – вынудить варягов потесниться да поделиться. А может и дальше пойти. Помните, в 90х был такой свердловский губернатор Россель? Он все мечтал об Уральской республике. Так вот, наши с вами друзья вполне возможно мечтают о республике Нижегородской.
- И для этого им понадобилось убивать местных бомжей и гастарбайтеров?
- Почему нет? Тут связь яснее прослеживается, чем между голым мужиком и акциями Роснефти. Нагнать страху, вызвать кризис власти. Под шумок протолкнуть своих людей. Более подробно поймем, когда найдем книгу.
- Книгу? А она здесь причем?
Старик изумленно округлил глаза.
- А вы не знаете? Вам что, ничего не объяснили?
- Боюсь, некому было, - осторожно сказал Иван.
- «Целебник, или Тайные Писания» - это легендарная рукопись. Именно она помогла старой вере выжить во времена никоновских репрессий, а позднее сделала из старообрядцев богатейших купцов империи. Там, - старик посмотрел вверх, - считают, что она напичкана магическими рецептами, как искать точки сборки, как ими пользоваться. Достоверно известно, что ею владел Троцкий, когда создавал Красную Армию.
Иван помотал головой, чтобы не рассмеяться.
- Скорее всего, - продолжил старик. – «Целебник» в руках «Наследия». Они действуют по его рецептам.
- До этого он был в руках сумасшедших, - сказал Иван. – И что-то ни те, ни другие особо не разбогатели и Красную Армию создать не смогли.
- Немого-то? Кто ж его не знает? За углом глянь.
В тени переулка уличный вернисаж продолжался. За столом с миниатюрами скучала сгорбленная тетка в пуховом платке, накинутом на плечи. На ограде за ее спиной висели в ряд пять картин, одного взгляда на которые Ивану оказалось достаточно.
Здесь не было чудищ и изуродованных людей. Здесь были те же виды города, но нарисованы они были так, что по спине поползли мурашки. Казалось, за тенями этих старых домов и башен таится нечто угрюмое и злобное, готовое выпрыгнуть наружу. Особенно впечатлял ГосБанк, в окнах которого виднелись чьи-то вытянутые страдальческие лица. То ли ипотечников, то ли обманутых вкладчиков. Иван даже оглянулся на само здание, стоящее дальше по Покровке, чтобы убедиться, что там никого не видно.
- Своеобразные работы, - сказал он вслух.
- Угу, - откликнулась сгорбленная тетка.
- Я могу поговорить с автором?
Тетка посмотрела на него и водрузила на нос монструозные очки.
- Не можете. По двум причинам. Во-первых, его здесь нет. Полчаса назад ему кто-то позвонил, и он тут же сбежал, бросив на меня свои шедевры. А во-вторых, говорить будете только вы. Он вам не ответит. Он немой.
- Но покупатели же с ним как-то договариваются?
- Понятия не имею. За два года ни разу не видела ни одного покупателя. С трудом представляю человека, который это повесит у себя в доме. Он зачем-то всем раздает визитки с телефоном, может как-то письменно общается. – Она недобро прищурилась. – А вы хотите это купить?
- Я прицениваюсь.
- А. Ясно. Ценники на картинах. Деньги можно мне. Я передам.
Цены начинались от двадцати тысяч. Брат Балтазар ценил свое искусство выше остальных здешних мастеров.
Иван засмотрелся на нижегородский кремль и полосы на холмах, которые под определенным углом казались тянущимися из-под земли щупальцами, и не заметил, что теперь рассматривает картины не один.
- Великолепно, - сказал высокий старик в хорошем костюме. – Просто бесподобно. Вы тоже ценитель творчества брата Балтазара?
- Я бы не сказал, что ценитель, - ответил Иван. – Скорее, интересующийся.
- Прекрасная работа с цветом, - продолжил старик. – Обратите внимание. Для неискушенного зрителя картина черно-белая, но чем дольше вглядываешься, тем больше переливаются тени, и в какой-то момент начинает казаться, что она цветная. Это какое-то наваждение. Колдовство.
Иван покивал со знанием дела.
- Весь секрет в грунтовке, - сказал старик. – Брат Балтазар в нее что-то добавляет. Тайный ингредиент.
«Кокаин», подумал Иван и хмыкнул.
- Судя по всему, вы давно знаете брата Балтазара, – сказал он.
- О, уже несколько лет внимательно слежу за его творчеством. А слышал про него и того раньше. Не то что про вас, Иван Петрович. О вашем существовании я узнал только сегодня утром. Прискорбно, не правда ли?
Иван медленно повернулся.
Старик смотрел на него в упор и улыбался. Выглядел он подтянуто и моложаво. Седые волосы были уложены идеально. Черный костюм сидел как влитой. Лицо немного портил нос картошкой. К этому лицу и к этому костюму больше подходило что-нибудь длинное, с аристократической горбинкой.
- А, - сказал Иван и снова повернулся к картинам. – Это вас из Москвы прислали. Мне Воеводин рассказал. Предупредил, что можете обратиться. Обращайтесь. Что вас интересует? Символы? Тайнопись?
- Символы нас тоже интересуют. Но во вторую очередь. Если не в десятую. А больше всего нас интересует книга.
- Книга? – удивленно переспросил Иван.
- Именно. Книга, которую вы должны были найти. «Целебник, или Тайные писания». Семнадцатый век, кожаный переплет. Рукопись. Можно сказать, манускрипт. Так получается, Иван Петрович, что вы наш субподрядчик. Раз промежуточное звено между вами и нами недавно покинуло бренный мир, стало быть теперь мы работаем напрямую.
- Значит, вы - тот самый московский клиент, который нанял Воронцова найти книгу, - понял Иван.
- Вы удивительно догадливы, Иван Петрович. Мы с вами подружимся.
- Один маленький вопрос. Эта книга – ваш личный интерес? Или это интерес… э-э… вашего места службы?
- А разве есть разница? – улыбнулся старик.
К ним медленно подкатила черная «семерка» БМВ. Оттуда вылез коренастый молодой человек в черном костюме и черных очках и предупредительно открыл заднюю дверь.
- Садитесь, Иван Петрович, - сказал старик. – Побеседуем о делах наших грешных.
Глава 21. Магия
- Непонятно, зачем такой могущественной структуре нанимать провинциального блатного нувориша, - сказал Иван.
- В любом деле важны профессионалы, - ответил старик. – А в деле местного антиквариата покойник собаку съел. К нему многие обращались. Не только мы.
Машина пронеслась по набережной, распугивая чаек, и резко остановилась у парапета.
- Добро пожаловать в наш, так сказать, оперативный штаб, - сказал старик, вылезая следом за Иваном.
Внизу покачивался на волнах низкий теплоход, пришвартованный к дебаркадеру. Судя по ряду квадратных окон, это была одна из тех прогулочных посудин, что возили туристов по окрестным достопримечательностям.
- Штаб на воде? – хмыкнул Иван.
- Так точно. Местные коллеги хотели устроить нас в отеле, но мы решили по-другому. Скоро поймете, почему.
Старик шагнул вперед. Задребезжали сходни.
- Не бойтесь, Иван Петрович, - он спрыгнул на палубу и обернулся. – Не утопим.
Корабль казался вымершим. Только где-то внизу едва слышно что-то скрежетало, будто там двигали мебель.
- Я думаю, лучше подняться наверх, - сказал старик. – Там открытая палуба. Будет лучше видно.
Иван пожал плечами.
Рядом с грохотом откинулся люк, и из трюма вылез черноволосый мужчина в светлом льняном костюме. К груди он бережно прижимал длинную картонную коробку.
- Последняя, -доложил он. – Ее тоже на корму?
- Нет, - качнул головой старик. – Положи здесь. На всякий случай.
Человек осторожно опустил и придвинул коробку к борту. Выпрямился и смахнул со лба прилипшую седую прядь.
- Что дальше?
- Всё. Пока можешь быть свободен, - старик показал в сторону берега.
Человек мазнул цепким взглядом по Ивану и запрыгнул на сходни.
Старик долго смотрел ему вслед, потом улыбнулся. Судя по всему, он любил улыбаться. То ли работал над имиджем организации. То ли гордился работой стоматологов.
- Ну что, - повернулся он к Ивану. – Отчаливаем?
Его молодой коллега, так и не снявший черные очки, осторожно затащил сходни на палубу, стараясь не запачкать костюм.
Внизу затарахтел двигатель.
***
Дул свежий ветер, вокруг носились чайки. Над головой хлопал триколор.
Мимо медленно проплывал город.
Старик задумчиво разглядывал набережную, вертя в пальцах бокал с вином.
- Скажите, Иван Петрович, что вы знаете о магии?
- О магии? – нахмурился Иван. – Вы о какой магии? Как в фильмах, где колдуны с посохами?
Старик расхохотался.
- Нет. Фильмы - это выдумка. А я о реальности. О том, что существует, но не имеет объяснений. Строго говоря, все что нельзя объяснить научным способом, можно назвать магией. Если мы не понимаем, как это работает, значит это магия.
Иван с опаской посмотрел на старика.
- Вы о чем?
- Приведу пример. Тут у вас недалеко, выше по реке, есть огромная решетчатая башня, построенная сто лет назад инженером Шуховым. Изначально таких башен было шесть и служили они совершенно утилитарным задачам – провода держали. И как только их построили, тут же в вашей округе началась гигантская движуха. Заводы стали строить, фабрики, институты открывать, лаборатории. Соседнюю деревню превратили в сборище химических комбинатов. Вся область стала одним огромным цехом. Понимаете?
- Понимаю. Но не вижу связи.
- И никто не видит. А она есть. Когда в конце 80х четыре башни из шести разрушили, тут же все производство пошло наперекосяк. Заводы позакрывались, а институты стали юристов выпускать. Потом снесли пятую, и осталась только одна, из которой местные бизнесмены по-тихому опоры выламывали и на металлолом сдавали. Ситуация с производством в области немного наладилась только после того, как единственную оставшуюся башню начали реставрировать.
- Хотите сказать, если мы восстановим все шесть башен, у нас снова начнется индустриализация? А если построим еще десять, то Китай догоним?
- Увы, - развел руками старик, - по второму разу такая магия не работает. Иначе было бы слишком просто. Но суть вы уловили. Существуют точки сборки, которые на первый взгляд не имеют никакого отношения к цели, но которые эту цель обеспечивают. Эдакие центры притяжения. Шесть башен были таким центром. А может и не были, - старик повернулся к Ивану и прищурился. – Может им было что-то другое. В этом и проблема – узнать, что может быть точкой сборки для твоей цели. Из-за чего начнется нужная тебе движуха.
- Движуха обычно начинается из-за чего-то более конкретного. Постановления партии и правительства, например.
- Конечно. Но откуда взялось это постановление? Почему решили строить заводы именно здесь, а не на другом месте? Может из-за того, что город уже был на слуху? А вот какой-нибудь Усть-Задрищенск, где ровно такие же условия, на слуху не был. Или сработало то, что мы не можем объяснить. Магия.
- Диалектический материализм бы вас не одобрил.
- Диалектический материализм проиграл гонку умов. Не в последнюю очередь из-за того, что игнорировал необъяснимое. Сейчас маятник качнулся в другую сторону. У нас в Москве практически вся так называемая «элита» магией занимается. Все, кто в курсе и кому не лень ищут точки сборки. Чтобы бабла поднять, начальника подвинуть, конкурента сожрать. Или даже бабу в постель уложить. Но это редко. Обычно речь идет о делах серьезных, можно сказать фундаментальных. Помните, недавно в Сокольниках голый мужик с пистолетом за прохожими гонялся? А потом акции Роснефти через неделю обвалились.
- Из-за голого мужика?
- Вне всяких сомнений. Это повлияло на одного работника китайского посольства, а через него – на нескольких европейских извращенцев и небольшой хедж-фонд из Калифорнии. Там длинная цепочка была, долго объяснять. Или вот, например, Лукашенко наших наемников в плен взял.
- Тоже магия?
- Конечно. Но там еще не вся цепочка раскрутилась. Много непонятного.
- Извините, но это похоже на какую-то наркоманскую пелевинщину.
- И не удивительно. Его романы - хороший пример магии. Он не описывает реальность. Он ее создает. Возможно, он один из тех, кто может подсказывать. Поэтому и скрывается.
- Подсказывать что?
- Подсказывать что делать, конечно. Ведь для того, чтобы добиться цели, нужно точно знать, что делать, где и когда. Когда нужно взять пистолет и побежать голым в Сокольники. Не на Чистые пруды. И не на Красную площадь. И именно пистолет, возможно, даже конкретной марки. А не обрез и не пулемет. Иначе ничего не получится. Акции не упадут, начальника не подвинешь, бабу не уложишь.
- Я одного не понимаю. Зачем вы все это рассказываете?
- Затем, дорогой Иван Петрович, что в своей нелегкой работе вы как раз столкнулись с такой магией. Ведь магия - это не башни. Магия – это действие. Выбежать голым. Построить башню. Разрушить башню. Убить нужного человека… Или похитить его ребенка.
Старик замолчал.
- Что вы об этом знаете? – холодно поинтересовался Иван.
- Увы, мой друг. Я практически ничего не знаю о похищении вашей дочери. Но предполагаю, что оно тоже было своего рода точкой сборки. И на что-то повлияло. Все дело в том, что люди, которых вы ищете, занимаются магией уже очень давно. Может десять, может пятнадцать лет. Потом их спугнули, они ушли на дно. А теперь выплыли и вернулись к старым занятиям. А трупы, обставленные как музейные экспонаты, это безусловно центры притяжения. И сколько их будет еще, пока неизвестно.
- Вы такая могущественная организация, - усмехнулся Иван. – И ничего не знаете о каких-то провинциальных остолопах?
Старик нахмурился, разглядывая проплывающий мимо Речной вокзал.
- Вы ведь слышали о «кремлевских башнях»? Так журналисты называют политические группировки вокруг президента. Мол, одни тянут на запад к либерализму, другие тащат назад к тоталитаризму. Это все, конечно, примитивно. На самом деле башен не две, а гораздо больше. Основные башни ветвятся, из них вырастают башенки, бастионы, крытые переходы к соседям, флюгеры. Внизу целая сеть катакомб, о которых вообще никто ничего не знает. Условный либерал может в любой момент стать условным тоталитаристом, и даже не за деньги, а просто потому что служанка утром минет не сделала. У нас в стране очень запутанная система власти, она только кажется простой. И в этой системе легко потеряться или чего-то не учесть. Но даже если все это нагромождение строений свести только к двум башням, скажем, красной и белой…
- Красной? – встрепенулся Иван.
- Ну да, - старик глянул на него недоуменно. – Как еще их назвать? Силовики, вездесущая госвласть, давление, гулаг-архипелаг и прочая кровища – это красная башня. А любители светлых западных эльфов, аристократических балов и олигархов – это, соответственно, белая. Так вот, даже с точки зрения такого дуализма, всегда можно найти место, чтобы спрятаться. Тем более на периферии.
- Хотите сказать, их прикрывает кто-то из Москвы?
- Скажем так, в Москве существуют некоторые силы, заинтересованные в их деятельности.
- Заинтересованные в убийствах?
Старик сокрушенно покачал головой.
- Ну что же вы, Иван Петрович… Чем вы все это время слушали? Убийства - это только метод. Способ заклинания. Как фаерболл, ледяной дождь или создание голема. А цель другая.
- И какова же цель?
- По некоторым данным – автономия.
- Автономия чего?
- Вашей области, конечно. Не секрет, что у вас здесь все под Москвой, начиная с правительства и заканчивая последним заводом. Поэтому цель простая – вынудить варягов потесниться да поделиться. А может и дальше пойти. Помните, в 90х был такой свердловский губернатор Россель? Он все мечтал об Уральской республике. Так вот, наши с вами друзья вполне возможно мечтают о республике Нижегородской.
- И для этого им понадобилось убивать местных бомжей и гастарбайтеров?
- Почему нет? Тут связь яснее прослеживается, чем между голым мужиком и акциями Роснефти. Нагнать страху, вызвать кризис власти. Под шумок протолкнуть своих людей. Более подробно поймем, когда найдем книгу.
- Книгу? А она здесь причем?
Старик изумленно округлил глаза.
- А вы не знаете? Вам что, ничего не объяснили?
- Боюсь, некому было, - осторожно сказал Иван.
- «Целебник, или Тайные Писания» - это легендарная рукопись. Именно она помогла старой вере выжить во времена никоновских репрессий, а позднее сделала из старообрядцев богатейших купцов империи. Там, - старик посмотрел вверх, - считают, что она напичкана магическими рецептами, как искать точки сборки, как ими пользоваться. Достоверно известно, что ею владел Троцкий, когда создавал Красную Армию.
Иван помотал головой, чтобы не рассмеяться.
- Скорее всего, - продолжил старик. – «Целебник» в руках «Наследия». Они действуют по его рецептам.
- До этого он был в руках сумасшедших, - сказал Иван. – И что-то ни те, ни другие особо не разбогатели и Красную Армию создать не смогли.
