Значит, не то подсунули! Хотя очень похожа по меху, один в один. А где её? Назревал жуткий скандал. Напуганный Савкин оправдывался тем, что ее шуба висит на другом складе, а ответственный сотрудник сегодня в отгуле вместе с ключами, приходите завтра. Отправив дамочку, Савкин прибежал к Василию, где получил задание, съездить в ателье и уменьшить шубу. А сам Эфт стал разбираться в ситуации с Информатором.
“Вероятнее всего, – высказал предположение Информатор, – это действие биологически активной трансформогенной ритопелиотикатерасовой кислоты. А что, хорошая добавка, очень редкая. На планете Окраминт–ТС с ее помощью жители успешно очищают и восстанавливают свою чешую после воздействия всяких вредных и пачкающихся примесей. Потом блестят, как зеркала”.
Эфт в своем теле землянина едва не задохнулся от злости.
“Ты представляешь, что мы порушим весь мой бизнес! Этот “универсал” использован при чистке уже одиннадцати изделий! Получается, шубы и дубленки клиентов сейчас потихонечку растут? Насколько и как долго?! А если они все припрутся к нам с претензиями? И почему, когда мы испытывали препарат, все вещи остались нормальными?”
“Как много вопросов, – с явным недовольством отозвался Информатор. – Максимум, на сколько увеличатся вещи, то на один-два размера. В течение, думаю, не более пяти дней. Если бы шкуры и мех были совершенно свежими, тогда другое дело – на треть увеличились, точно. Но такого не может быть – вещи делаются сравнительно долго. Обработка, пошив, да и в магазинах пока висят. А клиенты не обратятся, они же не хотят выглядеть полными идиотами, чтобы заявлять о таком. Правда, могут повторить заходы с вещами на чистку, чтобы убедиться. Сейчас понятно и обстоятельство со старыми вещами – биологическая активность белковых клеток на них ниже нуля, на новых – около нуля, а этого достаточно для частичных процессов регенерации”.
“А почему ты не сообщил об этом сразу?” – злость у Эфта стала потихоньку спадать, еще все поправимо. “Значит, не корректно был поставлен вопрос о последствиях. Главное, что тебя интересовало – качество чистки вещей при универсальности препарата”.
Да, с мудрым бортовым Информатором Эфт чувствовал себя намного надежней и уверенней. Тот просчитал бы все. Счастливчик иногда скучал по нему.
52.
“Все, от “универсала” надо срочно избавляться. Будем чистить земными средствами. От греха и других неожиданностей подальше”, – решил Эфт. Правда, Савкину стоило большого труда уговорить на это завпроизводством, тот поверил в “универсал” всей душой специалиста, несмотря, а может, и благодаря его побочным эффектам. Это же изобретение века! Но Дмитрий все до последнего грамма и капли передал Василию, который приказал навсегда забыть об эксперименте.
Затраты на открытие бизнеса превысили его первоначальные расчеты. Странная страна – ничего здесь точно нельзя планировать, хоть засчитайся, все равно выйдет больше. Поэтому Эфт увел со счета первого же подсказанного Информатором американского миллиардера пару миллионов долларов. Ничего, не обеднеет.
Как-то после обеда раздался звонок от Мистера.
– Привет, Василий, есть дело. Подъеду с одним человеком. Не возражаешь? Часикам к семи. Его зовут Сергей Валентинович, к тому говорю, если чуть опоздаю. Он первый может подъехать, ему ближе. Подождите меня максимум минут десять, хотя постараюсь вовремя. До встречи.
“Ох, и темнила ты, Мистер, – подумал Эфт. – И здесь что-то финтишь”.
Эфт выделил для себя отдельный кабинет с табличкой неопределенного статуса “консультант по общим вопросам”. Кабинеты Савкина и других располагались в противоположном крыле здания второго этажа, а у Василия Ильича был отдельный вход. Первый этаж занимало собственно производство, приемка и склад.
Ровно в семь в дверь постучали.
– Войдите, – отозвался Счастливчик.
В кабинете появился представительный мужчина лет сорока пяти. – Здравствуйте, Василий Ильич. Я – Сергей Валентинович от Юрия Павловича. Он вас предупреждал?
– Да, да. Проходите, раздевайтесь, присаживайтесь. –
Эфт встал с кресла и пожал протянутую руку. – Что будете пить? Коньяк, виски, водку? Чай, кофе?
– Благодарю, – тихим, уверенным и хорошо поставленным голосом сказал гость. – Может немного попозже.
Только в первые мгновения Эфт не понял, что происходит, но затем врубился. Ну Мистер, ну орел! Точно будет вором в законе. Очень сообразительный малый.
Человек, сидевший напротив, был достаточно сильным гипнотизером, к тому же, как тут называют, экстрасенсом. Давно никто не пытался влезть в сознание Эфта. Кстати, несанкционированная попытка без разрешения хозяина. Ну да ладно. Эфту стало весело. Он выставил для посетителя мыслеобраз одного известного российского певца и актера в шляпе. Затем, следом яркий мыслеобраз Опры Уинфи, и прибавил Роберта Де Ниро. Пусть пока разбирается.
Актера, ясновидящий, с некоторым недоумением отмел, но в следующих запутался. Счастливчик хотел добавить еще парочку мыследублей знаменитых людей, но и этого хватило. На лбу у эстрасенса выступила испарина (бедняга, как напрягается!). А Эфт вежливо поинтересовался:
– Специализировались в Питере, у профессора Бурханова? Сильная школа.
Сергей Валентинович понял, что его попытки напрасны. Кстати, быстро понял. Его пронзительный взгляд несколько угас, в нем появилось недоумение, сменившееся на профессиональный интерес.
– Вы правы. У него. Знаете, я не встречал такой оригинальной защиты.
– Что вы? – Эфт расплылся в широкой улыбке. – Это не защита. Так, отвлекающий маневр.
53.
– А вы, позвольте полюбопытствовать, где практиковались? У кого? – промакнув платочком лоб, спросил ясновидящий.
– Самоучка, – скромно ответил Эфт. – Начинал, в основном, по книгам основоположников гипноза – аббата Фариа, Джемса Брэда. Был на Тибете, в Индии, там, в Гоа видел памятник Хосе Кустодио ди Фариа. А уж сколько всего прошел посвященных, магов, факиров, йогов – не счесть, но все очень познавательно. Пошло на пользу. Так они мило беседовали, пока через десять минут не появился Мистер. Бросив на обоих испытывающий взгляд, он ничего не понял. Эфт решил помочь людям.
– Извините, господа, я буквально на три минуты, – он прихватил со стола первую попавшуюся бумагу и вышел.
Вернувшись, он увидел, что его гости объяснились между собой. Авторитет был обескуражен, но не подавал виду. Тут же Сергей Валентинович откланялся, сославшись на срочные дела. Прощаясь, они улыбнулись друг другу, все понимая без лишних слов. Но и Мистер был не дурак, чтобы отвлекаться на ненужные объяснения (не вышло с экстрасенсом – так не вышло), и сразу перешел к делу.
Он рассказал Василию о главных действующих лицах в его проблеме: Фрязине – руководителе администрации губернатора и Волынском – председателе правления АО “Монолит Плюс”.
– Как нам стало известно, – объяснял Юрий Павлович, – Волынский пообещал недавно Фрязину взамен одной услуги очень важной для финансового положения его корпорации передать права на одно изобретение, которое он купил у молодых талантливых ученых из Сибирского института экспериментальной физики. Молодые перспективные умы в науке, как часто у нас бывает, сидят без денег или продаются за границу, потому что отдача от их работ сильно растянута по времени, и зависит во многом только от пробивной способности самого ученого.
– Изобрести, в принципе, можно многое, – Криницын, не торопясь, закурил, – но внедрение даже самого продвинутого изобретения зависит от того, обратят ли на него внимание люди или фирмы с большими деньгами. Сюда, конечно, не входят варианты оборонки или национальной безопасности. Ну да вы, Василий Ильич, сами, думаю, в курсе, сколько у нас в стране самородков, которые годами не могут заинтересовать действующими образцами изобретений никого, пусть и экономический эффект их очень высок и отдача с лихвой покроет все расходы. Но это все не сразу. Государство относится как-то наплевательски прохладно, в бюрократической системе разрешений и согласований может утонуть всё. А частные предприниматели клюют на проекты, когда деньги окупаются тут же. А так редко бывает. Или, как я говорил, изобретения покупают на корню иностранцы... Совершенно понятно, что Криницын старательно повторял чьи-то слова, потому что он и сам устал от такого длинного вступления. Забавно все-таки слушать матерого уголовника, рассуждающего на такую тему. Вот как его прижало! Но Эфту было интересно, эти детали он не знал. Например, на незабываемой планете Техников действовали по-другому – изобретения сразу пускались в производство, тут же обкатывались и совершенствовались в процессе эксплуатации. Совершенно разумный подход. Но там существовали другие заковыки...
– Короче, – Юрий Павлович перешел на более привычный стиль разговора, – Фрязин не выполнил обещания по уважительной причине – по состоянию здоровья попал в больницу. Фирма Волынского терпит убытки, к тому же, кризис. И он решил воспользоваться этим изобретением по своему усмотрению, ну хоть какие-то денежки получить. А Фрязин наседает, требует передать права ему, иначе он вообще оставит господина председателя без фирмы и работы, и по судам затаскает – грехи всегда можно
54.
откопать. Волынский, загнанный в угол, от отчаяния через посредников обратился к нам. Вы понимаете, Василий, каких людей я сейчас представляю?
Да, Эфт понимал. Мысли всегда читаются быстрее, чем их озвучивают. А людей обычно Мистер представлял одних и тех же. Но эти ребята из института экспериментальной физики, точнее один из них, Мезонкин, сделали прорывное изобретение, сами не совсем это понимая. Любая неодушевленная вещь содержит информацию на уровне тонких вибраций о месте, где она хранилась, о человеке тесно связанным с ней, то есть имеет своеобразную память, как вода, камень, и тому подобное. Молекулярный преобразователь, сработанный молодыми талантами, способен уловить и раскодировать эту информацию с точным обозначением предыдущего местонахождения любого предоставленного предмета. А если предмет достаточно долго хранился в одном месте, то даже при чередовании хозяев, живущих в разных городах и весях, прибор “вытаскивал” из предмета информацию, где он хранился–находился дольше всего. Очень неплохо соображают молодые люди на уровне своей цивилизации. Только изобретение уз-
кого диапазона применения. Это, кстати, тема дипломного проекта Мезонкина, но тогда идея была еще сыра, неотработанна, хотя защита дипломов прошла на отлично. Потом он с товарищами через некоторое время вновь вернулся к этой проблеме и, как говорится, они испекли пирожок. Видать, долго тыкались изобретатели, не зная кому бы сплавить продукт своего труда. Даже до строителей дошли. Но Волынский, отнюдь не от отчаяния обратился к криминалу. Наоборот, все просчитал. Ну сунулся он бы в МВД, в спецслужбы – да, у них есть свой интерес, но чтобы он получил и когда? Притом, ребята эти варианты тоже проходили. А воткриминальному миру внедрение такого прибора в систему розыска грозит большими осложнениями. Все это понятно. Но почему преобразователь очень интересует Фрязина? Ему-то зачем? Пусть даже собирает антиквариат, но прежние хозяева дорогих вещей и так известны. Получается, что-то у него есть такое, о чем он хочет выяснить подробнее, а именно: где и кто был владелец определенной вещи? И готов нести за информацию солидные траты. Интересно.
Эфт почувствовал себя намного бодрее. Появился хоть какой-то интерес в здешней серой жизни. Пусть маленькая, но тайна. Или маленькая тайна – это секрет? И еще любопытно, сделал ли авторитет и еже с ним такой же вывод о Фрязине? Эфт сузил зрачки. Да. Ну что же, дураками их Эфт не считал. Но Фрязин им пока не по зубам.
Проявился Информатор. Вон оно как? Молодые таланты, получив за изобретение приличные для них деньги, забыли о нем и творят другие разработки во славу отечественной науки под чутким руководством начальства. Но главное – они не поняли, что если немного изменить параметры прибора, получится такая штука с такими возможностями, что ахнул бы весь научный мир. И вот здесь Эфт по-человечески дрогнул, почувствовав опасность – изобретением могут заинтересоваться Координаторы, отслеживающие подобное, ведущее к изменению уровня Цивилизаций, к скачку вверх или катастрофе. А от ученых до Наблюдателей очень короткая цепочка, и если ее дальше разматывать, в итоге, выйдут и на него.
Опять вмешался Информатор. Ага, на Земле не раз случались такие события, взять хотя бы одно из последних за сто лет.
Один гений по имени Николо Тесла разработал способ передачи электроэнергии без проводов. Молодец, умница! Хорошо, что вмешались Координаторы, иначе последствия внедрения его изобретения земляне долго оплакивали. Полный капут! В любой точке пространства здесь появились бы энергетические мощности в тысячи киловатт, позволяющие подключить, что угодно, любые генераторы, только вот подключить их стало бы не кому. В электромагнитном поле такой интенсивности существование земных живых организмов невозможно. Но никто из людей тогда об этом не задумывался. И Тесла в том числе. Натворил бы дел, самородок!
55.
“Впечатляющий пример, – подумал Эфт, – поэтому я соглашусь на предложение Мистера, пока Координаторы не всполошились, и Наблюдатели не сделали сторожевую стойку”.
Эфт, как и все настоящие Разумные во Вселенной, уважал работу Координаторов. Без их контроля наступила такая заваруха, все спуталось бы в такой клубок! И чтобы со страху не натворить бед менее развитым, каждая цивилизация замкнулась бы на своем уровне. К чертям, все контакты! Ужас.
Криницын выжидающе замолк, надеясь, что Василий сам озвучит его просьбу. Пусть так.
– Вы хотите узнать, могу ли я и захочу при помощи гипноза стереть в памяти людей информацию о преобразователе? У Фрязина, Волынского, у самих изобретателей? Это
возможно. Могу и у вас стереть, Юрий Павлович.
Мистер всполошился:
– А у меня-то зачем?
– Абсолютный вариант – проблема полностью разрешена, когда о ней все забудут. При этом и ваших серьезных людей придется потревожить. Всех – так всех.
“Вероятнее всего, – высказал предположение Информатор, – это действие биологически активной трансформогенной ритопелиотикатерасовой кислоты. А что, хорошая добавка, очень редкая. На планете Окраминт–ТС с ее помощью жители успешно очищают и восстанавливают свою чешую после воздействия всяких вредных и пачкающихся примесей. Потом блестят, как зеркала”.
Эфт в своем теле землянина едва не задохнулся от злости.
“Ты представляешь, что мы порушим весь мой бизнес! Этот “универсал” использован при чистке уже одиннадцати изделий! Получается, шубы и дубленки клиентов сейчас потихонечку растут? Насколько и как долго?! А если они все припрутся к нам с претензиями? И почему, когда мы испытывали препарат, все вещи остались нормальными?”
“Как много вопросов, – с явным недовольством отозвался Информатор. – Максимум, на сколько увеличатся вещи, то на один-два размера. В течение, думаю, не более пяти дней. Если бы шкуры и мех были совершенно свежими, тогда другое дело – на треть увеличились, точно. Но такого не может быть – вещи делаются сравнительно долго. Обработка, пошив, да и в магазинах пока висят. А клиенты не обратятся, они же не хотят выглядеть полными идиотами, чтобы заявлять о таком. Правда, могут повторить заходы с вещами на чистку, чтобы убедиться. Сейчас понятно и обстоятельство со старыми вещами – биологическая активность белковых клеток на них ниже нуля, на новых – около нуля, а этого достаточно для частичных процессов регенерации”.
“А почему ты не сообщил об этом сразу?” – злость у Эфта стала потихоньку спадать, еще все поправимо. “Значит, не корректно был поставлен вопрос о последствиях. Главное, что тебя интересовало – качество чистки вещей при универсальности препарата”.
Да, с мудрым бортовым Информатором Эфт чувствовал себя намного надежней и уверенней. Тот просчитал бы все. Счастливчик иногда скучал по нему.
52.
“Все, от “универсала” надо срочно избавляться. Будем чистить земными средствами. От греха и других неожиданностей подальше”, – решил Эфт. Правда, Савкину стоило большого труда уговорить на это завпроизводством, тот поверил в “универсал” всей душой специалиста, несмотря, а может, и благодаря его побочным эффектам. Это же изобретение века! Но Дмитрий все до последнего грамма и капли передал Василию, который приказал навсегда забыть об эксперименте.
Затраты на открытие бизнеса превысили его первоначальные расчеты. Странная страна – ничего здесь точно нельзя планировать, хоть засчитайся, все равно выйдет больше. Поэтому Эфт увел со счета первого же подсказанного Информатором американского миллиардера пару миллионов долларов. Ничего, не обеднеет.
Как-то после обеда раздался звонок от Мистера.
– Привет, Василий, есть дело. Подъеду с одним человеком. Не возражаешь? Часикам к семи. Его зовут Сергей Валентинович, к тому говорю, если чуть опоздаю. Он первый может подъехать, ему ближе. Подождите меня максимум минут десять, хотя постараюсь вовремя. До встречи.
“Ох, и темнила ты, Мистер, – подумал Эфт. – И здесь что-то финтишь”.
Эфт выделил для себя отдельный кабинет с табличкой неопределенного статуса “консультант по общим вопросам”. Кабинеты Савкина и других располагались в противоположном крыле здания второго этажа, а у Василия Ильича был отдельный вход. Первый этаж занимало собственно производство, приемка и склад.
Ровно в семь в дверь постучали.
– Войдите, – отозвался Счастливчик.
В кабинете появился представительный мужчина лет сорока пяти. – Здравствуйте, Василий Ильич. Я – Сергей Валентинович от Юрия Павловича. Он вас предупреждал?
– Да, да. Проходите, раздевайтесь, присаживайтесь. –
Эфт встал с кресла и пожал протянутую руку. – Что будете пить? Коньяк, виски, водку? Чай, кофе?
– Благодарю, – тихим, уверенным и хорошо поставленным голосом сказал гость. – Может немного попозже.
Только в первые мгновения Эфт не понял, что происходит, но затем врубился. Ну Мистер, ну орел! Точно будет вором в законе. Очень сообразительный малый.
Человек, сидевший напротив, был достаточно сильным гипнотизером, к тому же, как тут называют, экстрасенсом. Давно никто не пытался влезть в сознание Эфта. Кстати, несанкционированная попытка без разрешения хозяина. Ну да ладно. Эфту стало весело. Он выставил для посетителя мыслеобраз одного известного российского певца и актера в шляпе. Затем, следом яркий мыслеобраз Опры Уинфи, и прибавил Роберта Де Ниро. Пусть пока разбирается.
Актера, ясновидящий, с некоторым недоумением отмел, но в следующих запутался. Счастливчик хотел добавить еще парочку мыследублей знаменитых людей, но и этого хватило. На лбу у эстрасенса выступила испарина (бедняга, как напрягается!). А Эфт вежливо поинтересовался:
– Специализировались в Питере, у профессора Бурханова? Сильная школа.
Сергей Валентинович понял, что его попытки напрасны. Кстати, быстро понял. Его пронзительный взгляд несколько угас, в нем появилось недоумение, сменившееся на профессиональный интерес.
– Вы правы. У него. Знаете, я не встречал такой оригинальной защиты.
– Что вы? – Эфт расплылся в широкой улыбке. – Это не защита. Так, отвлекающий маневр.
53.
– А вы, позвольте полюбопытствовать, где практиковались? У кого? – промакнув платочком лоб, спросил ясновидящий.
– Самоучка, – скромно ответил Эфт. – Начинал, в основном, по книгам основоположников гипноза – аббата Фариа, Джемса Брэда. Был на Тибете, в Индии, там, в Гоа видел памятник Хосе Кустодио ди Фариа. А уж сколько всего прошел посвященных, магов, факиров, йогов – не счесть, но все очень познавательно. Пошло на пользу. Так они мило беседовали, пока через десять минут не появился Мистер. Бросив на обоих испытывающий взгляд, он ничего не понял. Эфт решил помочь людям.
– Извините, господа, я буквально на три минуты, – он прихватил со стола первую попавшуюся бумагу и вышел.
Вернувшись, он увидел, что его гости объяснились между собой. Авторитет был обескуражен, но не подавал виду. Тут же Сергей Валентинович откланялся, сославшись на срочные дела. Прощаясь, они улыбнулись друг другу, все понимая без лишних слов. Но и Мистер был не дурак, чтобы отвлекаться на ненужные объяснения (не вышло с экстрасенсом – так не вышло), и сразу перешел к делу.
Он рассказал Василию о главных действующих лицах в его проблеме: Фрязине – руководителе администрации губернатора и Волынском – председателе правления АО “Монолит Плюс”.
– Как нам стало известно, – объяснял Юрий Павлович, – Волынский пообещал недавно Фрязину взамен одной услуги очень важной для финансового положения его корпорации передать права на одно изобретение, которое он купил у молодых талантливых ученых из Сибирского института экспериментальной физики. Молодые перспективные умы в науке, как часто у нас бывает, сидят без денег или продаются за границу, потому что отдача от их работ сильно растянута по времени, и зависит во многом только от пробивной способности самого ученого.
– Изобрести, в принципе, можно многое, – Криницын, не торопясь, закурил, – но внедрение даже самого продвинутого изобретения зависит от того, обратят ли на него внимание люди или фирмы с большими деньгами. Сюда, конечно, не входят варианты оборонки или национальной безопасности. Ну да вы, Василий Ильич, сами, думаю, в курсе, сколько у нас в стране самородков, которые годами не могут заинтересовать действующими образцами изобретений никого, пусть и экономический эффект их очень высок и отдача с лихвой покроет все расходы. Но это все не сразу. Государство относится как-то наплевательски прохладно, в бюрократической системе разрешений и согласований может утонуть всё. А частные предприниматели клюют на проекты, когда деньги окупаются тут же. А так редко бывает. Или, как я говорил, изобретения покупают на корню иностранцы... Совершенно понятно, что Криницын старательно повторял чьи-то слова, потому что он и сам устал от такого длинного вступления. Забавно все-таки слушать матерого уголовника, рассуждающего на такую тему. Вот как его прижало! Но Эфту было интересно, эти детали он не знал. Например, на незабываемой планете Техников действовали по-другому – изобретения сразу пускались в производство, тут же обкатывались и совершенствовались в процессе эксплуатации. Совершенно разумный подход. Но там существовали другие заковыки...
– Короче, – Юрий Павлович перешел на более привычный стиль разговора, – Фрязин не выполнил обещания по уважительной причине – по состоянию здоровья попал в больницу. Фирма Волынского терпит убытки, к тому же, кризис. И он решил воспользоваться этим изобретением по своему усмотрению, ну хоть какие-то денежки получить. А Фрязин наседает, требует передать права ему, иначе он вообще оставит господина председателя без фирмы и работы, и по судам затаскает – грехи всегда можно
54.
откопать. Волынский, загнанный в угол, от отчаяния через посредников обратился к нам. Вы понимаете, Василий, каких людей я сейчас представляю?
Да, Эфт понимал. Мысли всегда читаются быстрее, чем их озвучивают. А людей обычно Мистер представлял одних и тех же. Но эти ребята из института экспериментальной физики, точнее один из них, Мезонкин, сделали прорывное изобретение, сами не совсем это понимая. Любая неодушевленная вещь содержит информацию на уровне тонких вибраций о месте, где она хранилась, о человеке тесно связанным с ней, то есть имеет своеобразную память, как вода, камень, и тому подобное. Молекулярный преобразователь, сработанный молодыми талантами, способен уловить и раскодировать эту информацию с точным обозначением предыдущего местонахождения любого предоставленного предмета. А если предмет достаточно долго хранился в одном месте, то даже при чередовании хозяев, живущих в разных городах и весях, прибор “вытаскивал” из предмета информацию, где он хранился–находился дольше всего. Очень неплохо соображают молодые люди на уровне своей цивилизации. Только изобретение уз-
кого диапазона применения. Это, кстати, тема дипломного проекта Мезонкина, но тогда идея была еще сыра, неотработанна, хотя защита дипломов прошла на отлично. Потом он с товарищами через некоторое время вновь вернулся к этой проблеме и, как говорится, они испекли пирожок. Видать, долго тыкались изобретатели, не зная кому бы сплавить продукт своего труда. Даже до строителей дошли. Но Волынский, отнюдь не от отчаяния обратился к криминалу. Наоборот, все просчитал. Ну сунулся он бы в МВД, в спецслужбы – да, у них есть свой интерес, но чтобы он получил и когда? Притом, ребята эти варианты тоже проходили. А воткриминальному миру внедрение такого прибора в систему розыска грозит большими осложнениями. Все это понятно. Но почему преобразователь очень интересует Фрязина? Ему-то зачем? Пусть даже собирает антиквариат, но прежние хозяева дорогих вещей и так известны. Получается, что-то у него есть такое, о чем он хочет выяснить подробнее, а именно: где и кто был владелец определенной вещи? И готов нести за информацию солидные траты. Интересно.
Эфт почувствовал себя намного бодрее. Появился хоть какой-то интерес в здешней серой жизни. Пусть маленькая, но тайна. Или маленькая тайна – это секрет? И еще любопытно, сделал ли авторитет и еже с ним такой же вывод о Фрязине? Эфт сузил зрачки. Да. Ну что же, дураками их Эфт не считал. Но Фрязин им пока не по зубам.
Проявился Информатор. Вон оно как? Молодые таланты, получив за изобретение приличные для них деньги, забыли о нем и творят другие разработки во славу отечественной науки под чутким руководством начальства. Но главное – они не поняли, что если немного изменить параметры прибора, получится такая штука с такими возможностями, что ахнул бы весь научный мир. И вот здесь Эфт по-человечески дрогнул, почувствовав опасность – изобретением могут заинтересоваться Координаторы, отслеживающие подобное, ведущее к изменению уровня Цивилизаций, к скачку вверх или катастрофе. А от ученых до Наблюдателей очень короткая цепочка, и если ее дальше разматывать, в итоге, выйдут и на него.
Опять вмешался Информатор. Ага, на Земле не раз случались такие события, взять хотя бы одно из последних за сто лет.
Один гений по имени Николо Тесла разработал способ передачи электроэнергии без проводов. Молодец, умница! Хорошо, что вмешались Координаторы, иначе последствия внедрения его изобретения земляне долго оплакивали. Полный капут! В любой точке пространства здесь появились бы энергетические мощности в тысячи киловатт, позволяющие подключить, что угодно, любые генераторы, только вот подключить их стало бы не кому. В электромагнитном поле такой интенсивности существование земных живых организмов невозможно. Но никто из людей тогда об этом не задумывался. И Тесла в том числе. Натворил бы дел, самородок!
55.
“Впечатляющий пример, – подумал Эфт, – поэтому я соглашусь на предложение Мистера, пока Координаторы не всполошились, и Наблюдатели не сделали сторожевую стойку”.
Эфт, как и все настоящие Разумные во Вселенной, уважал работу Координаторов. Без их контроля наступила такая заваруха, все спуталось бы в такой клубок! И чтобы со страху не натворить бед менее развитым, каждая цивилизация замкнулась бы на своем уровне. К чертям, все контакты! Ужас.
Криницын выжидающе замолк, надеясь, что Василий сам озвучит его просьбу. Пусть так.
– Вы хотите узнать, могу ли я и захочу при помощи гипноза стереть в памяти людей информацию о преобразователе? У Фрязина, Волынского, у самих изобретателей? Это
возможно. Могу и у вас стереть, Юрий Павлович.
Мистер всполошился:
– А у меня-то зачем?
– Абсолютный вариант – проблема полностью разрешена, когда о ней все забудут. При этом и ваших серьезных людей придется потревожить. Всех – так всех.
