Клари удивилась. Неужели все так и было? Получается, что огромные огнедышащие твари могли принимать человеческий облик? Но почему об этом нигде не рассказывалось? Она в своем Мире ни разу не слышала о том, что Драконы могут превращаться в людей, хотя… Клари подумала о том, что живя в том своем Мире, в таком замкнутом пространстве, она, вероятно, много о чем не знала. Интересно, Харн может превращаться в Дракона? Клари почему-то подумала, что нет. Она вспомнила, что в книге говорилось о том, что Дракон не способный к превращению очень быстро превращается в дикого зверя. А если, наоборот? Если человек не может принять облик Дракона, с ним что происходит? Она вдруг подумала, что ответы на эти вопросы, наверняка есть среди книг. Страшно захотелось порыться в библиотеке, посмотреть, какие книги Драконы забрали из другого Мира, но пока это было невозможно К тому же, в первую очередь Клари хотела оставить Харну знания языка его предков. Казалось бы, зачем ей это надо было делать? Харн отверг девушку, в чьем теле она сейчас находилась, эта бедняжка умерла от горя. Торжествующая справедливость требовала наказания для Харна, ну уж точно не дарить ему знания языка… но, Клари не чувствовала к Харну никакой злости и никакой ненависти, ну вот не чувствовала и все тут. Наоборот, Селинэ ее злила и раздражала. Она казалась Клари безмозглой куклой, все мысли которой сосредоточены на одном – понравиться Повелителю. И ей все было равно, кто был Повелителем - Харн или еще кто-то. Она старалась бы понравиться любому. Любила ли Селинэ Харна? Нет, конечно, нет. Если бы любила, она попыталась бы узнать его и понять, как обычного человека: о чем он думает, что его тревожит? Клари поговорила с Повелителем пять минут, и этого хватило, чтобы понять: в жизни Харна не все гладко и прекрасно. Была какая-то трагедия, отнявшая жизнь отца, а еще, где его братья, сестры, дяди, тети? Неужели никого нет? Неужели он остался один? Где Драконы, что переместились в этот Мир? Сколько их было? Скорее всего, немало. Вон сколько книг притащили. Где они? Мысли Клари полетели вперед, предоставленные сами себе.
Как было бы прекрасно, перед уходом из этого Мира, откровенно поговорить с Харном. Вот бы Харн поразился ее рассказу. Она постаралась бы вспомнить все-все-все, что она знает о том далеком Мире, а потом она бы сидела и слушала рассказ Харна. Ведь не могло не сохраниться семейных преданий о том, как Драконы появились в этом Мире! Они обязательно есть. И скорее всего, записаны на всеобщем языке. Библиотекарь точно что-то знает, и Салос знает, значит, Харн знает в сто раз больше. «Ой! – мысленно ойкнула Клари, неожиданно для себя заметив, что Харн, занимает слишком много места в ее мыслях. – Что это со мной? Никогда я столько ни об одном мужике не думала. Все они были для меня не больше, чем статистами, либо помогающими мне, либо мешающими. А тут… - Клари всерьез задумалась над своей реакцией на Харна. Такое ее поведение было не типично для Клари, надо было серьезно разбираться, что с ней происходит. Клари вспомнила разговор с Харном в библиотеке, вспомнила его голос, и тело тут же отреагировало на эти воспоминания теплой волной зарождающегося возбуждения. – А-а-а! – чуть не заорала Клари, поняв, наконец, что это тело мерзавки Селинэ реагирует, таким образом, на голос Повелителя. Но, даже поняв это, Клари осознала, что если бы реакция была чисто физической, она легко могла бы ее проигнорировать, но было что-то еще. Клари снова стала вспоминать этот разговор. – Блин! – снова застонала она, догадавшись, что лично ее зацепило в Харне. Когда он сказал о гибели отца, Клари ощутила такое горячее сочувствие к нему, и это сочувствие вкупе с реакцией тела Селинэ и заставило Клари думать о Харне. – Вот же, гад! – с яростью подумала она. – Всех подряд девок очаровывает. Вот же… кобель!», - однако, в этом случае Клари была к Харну совершенно несправедлива. Как раз кобелизмом здесь и не пахло, наоборот. Харн, выбрав одну женщину, переставал обращать внимание на других.
Как было бы прекрасно, перед уходом из этого Мира, откровенно поговорить с Харном. Вот бы Харн поразился ее рассказу. Она постаралась бы вспомнить все-все-все, что она знает о том далеком Мире, а потом она бы сидела и слушала рассказ Харна. Ведь не могло не сохраниться семейных преданий о том, как Драконы появились в этом Мире! Они обязательно есть. И скорее всего, записаны на всеобщем языке. Библиотекарь точно что-то знает, и Салос знает, значит, Харн знает в сто раз больше. «Ой! – мысленно ойкнула Клари, неожиданно для себя заметив, что Харн, занимает слишком много места в ее мыслях. – Что это со мной? Никогда я столько ни об одном мужике не думала. Все они были для меня не больше, чем статистами, либо помогающими мне, либо мешающими. А тут… - Клари всерьез задумалась над своей реакцией на Харна. Такое ее поведение было не типично для Клари, надо было серьезно разбираться, что с ней происходит. Клари вспомнила разговор с Харном в библиотеке, вспомнила его голос, и тело тут же отреагировало на эти воспоминания теплой волной зарождающегося возбуждения. – А-а-а! – чуть не заорала Клари, поняв, наконец, что это тело мерзавки Селинэ реагирует, таким образом, на голос Повелителя. Но, даже поняв это, Клари осознала, что если бы реакция была чисто физической, она легко могла бы ее проигнорировать, но было что-то еще. Клари снова стала вспоминать этот разговор. – Блин! – снова застонала она, догадавшись, что лично ее зацепило в Харне. Когда он сказал о гибели отца, Клари ощутила такое горячее сочувствие к нему, и это сочувствие вкупе с реакцией тела Селинэ и заставило Клари думать о Харне. – Вот же, гад! – с яростью подумала она. – Всех подряд девок очаровывает. Вот же… кобель!», - однако, в этом случае Клари была к Харну совершенно несправедлива. Как раз кобелизмом здесь и не пахло, наоборот. Харн, выбрав одну женщину, переставал обращать внимание на других.
