- Но не спрашиваешь, - продолжил Иосиф Моисеевич.
- Меня мальчишки научили, не лезть в душу к человеку, в его боль, - Инна подняла глаза. - Они считали, что если человек захочет рассказать, то сам расскажет. А до этого табу.
- Может быть, если боль свежа - это и правильно. А вот когда она такая древняя, как у меня, получается наоборот. Мне иногда хочется вспомнить об этом, будто вернуться в прошлое, а поговорить уже и не с кем. Никому не нужны мои старые раны и проблемы, и я ношу эту боль в себе.
- Расскажите, - почти шёпотом попросила Инна, она поняла, что сейчас этот рассказ нужен именно ему.
И Иосиф Моисеевич рассказал, как он рассорился со своей семьёй и женился на любимой девушке, а не на той, которую подобрала ему мать. Он тогда ушёл из семьи и даже отказался от поддержки. Они поженились, и через год у них родился вот этот кареглазый мальчишка. Они жили сначала в общежитии, потом получили квартиру небольшую, эту он уже получал гораздо позже, именно как действующий художник.
И вот в один прекрасный момент он ездил по делам в Ригу, а жена с сыном поехали в Ленинград к родственникам, после чего должны были приехать к нему. И не доехали. Их поезд столкнулся с локомотивом, и они погибли. Так Иосиф Моисеевич потерял любимую жену и сына. И больше никогда не женился. Не смог даже представить другую женщину на месте его любимой Иринки.
Инна слушала рассказ и боролась со слезами, которые всё равно катились по щекам.
К концу второй недели Инна начала себя как-то тревожно вести. Навалилась апатия, руки опускались, и она фактически заставляла себя подходить к мольберту.
- Что тебя беспокоит? - полюбопытствовал Иосиф Моисеевич.
- Даже не знаю, - Инна пожала плечами, хотя она уже два дня во сне видела Пашку, и ей поутру становилось как-то тошно на душе.
- К мальчишкам в гости хочешь съездить? - предположил художник.
Девушка подняла на него взгляд и кивнула. Она не знала, как просить о таком. Своих денег у неё не было, Иосиф Моисеевич её кормил, спрашивал надо ли чего, после этого либо давал денег, либо они вместе шли в магазин. А тут вроде как её прихоть, и было неудобно.
- Ты меня не бойся, если надо, куда съездить то скажи, денег я тебе дам, - заверил девушку Иосиф Моисеевич. - Правда, я бы хотел с тобой поговорить о твоих родителях.
Инна настороженно посмотрела на мужчину.
- А что Вы хотите знать?
- Ты же видимо сбежала из дома, и наверняка тебя ищут.
- Я раз в три дня созваниваюсь с братом, он учится в другом городе. И я его попросила передать родителям, чтобы они меня не искали.
- Ты знаешь, - задумчиво медленно произнёс художник. - Ведь это не так просто. Тебе вот-вот только исполнится шестнадцать, и ты несовершеннолетняя. И если они пытались тебя искать с милицией, то отказаться просто так они не смогут.
- Как это? - удивилась девушка.
- Я, конечно, не знаю, как сейчас действуют правоохранительные органы, может им и наплевать. Ты попробуй у брата узнать, как там дела обстоят поточнее. Может надо будет связаться с родителями, договориться, что ты у меня будешь жить и готовиться к поступлению.
- Они как услышат, что я в художественное училище поступать буду, сразу озвереют, - выдала свою догадку Инна.
- А почему они так ополчились на данную профессию?
- Да кто же их знает, не нравилось им, что я везде рисую. Когда умер дед, я от скуки нарисовала его портрет, бабушка расплакалась, мама меня отругала. А через год я этот портрет в рамочке на могиле увидела. Было так обидно, меня отругали за рисунок, а потом его повесили на надгробие, а мне даже доброго слова никто не сказал.
- Хорошо, я подумаю, как можно поговорить с твоими родителями. Сделать это придётся. Твой аттестат же остался в родительском доме?
На этот вопрос Инна кивнула, и поняла, что Иосиф Моисеевич прав, ведь документы нужны будут для поступления.
- Ладно, собирайся и езжай к мальчишкам, - отпустил девушку художник, а сам серьёзно задумался, как бы так выкрутиться в данной ситуации.
Инна вошла в подвал и увидела сидящего у окна Пашку. Он рассматривал свой портрет. Услышав шаги, мальчишка поднял голову и испуганно уставился на Инну своими большущими глазами.
- Инна, тебя выгнали?
- Нет, - девушка удивилась данному вопросу.
- А чего ты тогда?
- В гости к вам нельзя? - Инна недоумённо посмотрела на Павла.
- В гости? - Пашка засмеялся, оглядев свои апартаменты. - Наши хоромы просто предназначены для гостей.
- А я вкусняшек принесла, - Инна показала увесистый пакет. Иосиф Моисеевич дал денег не только на проезд, а ещё и купить мальчишкам чего-нибудь вкусного велел. Она и купила, того, чего обычно было мало, но что любили все дети: конфеты и печенье. - А где остальные?
- Лука на работе, его теперь взяли почти официально помощником слесаря, так, что он допоздна обычно. А Артёма неделю назад выловили менты, он в приюте снова.
- Его здесь выловили? - взволнованно спросила Инна.
- Нет, в переходе, наше место он не выдал.
- Откуда ты знаешь?
- Так он там не один сидел, обычно успевал смыться до любой облавы, а тут не получилось.
Луку Инна не дождалась, оставила Пашке пакет с вкусностями и пообещала навестить недели через две.
- Вот мой номер телефона, - написала на клочке бумаги цифры Инна и протянула Павлу. - Это для тебя, у Луки записан. Попроси его, пожалуйста, мне СМС написать, чтобы я знала, как ему можно позвонить. Я пока не держу телефон включённым постоянно, а сообщение дойдёт. И если что, всегда можно связаться. Мы вроде договаривались созваниваться, но как-то пока… - девушка развела руками.
- Хорошо, я передам, - пообещал Пашка.
В очередной звонок брату Инна выяснила, что он уговаривал родителей забрать заявление из милиции, а те в свою очередь признались, что они никуда ничего не подавали. Соседям сказали, что дочь уехала учиться в Курск к двоюродной тётке.
- Так, что не ищут тебя, - успокоил сестру брат.
А Инна в этот момент только ухмыльнулась. Вот так оказывается, родители за неё переживали, даже перед родным и любимым сыночком выставить себя в добром свете попытались. В который раз стало обидно, но она вздохнула, собралась с силами и решила, что домой не поедет больше никогда. Даже если придётся по улицам скитаться. Вот брат у неё всё-таки есть, а матери и отца нет.
- Мне надо забрать из дома аттестат. Поможешь? - спросила девушка у Захара.
- Хорошо, но это только после Нового года, - серьёзно ответил Захар. - Может, расскажешь, где живёшь?
- Потом, - Инна улыбнулась, она решила, что нарисует портрет брата по памяти и подарит ему при встрече.
- Скрытная ты…
- На всякий случай…
- Не доверяешь?
- Доверяю, но так пока будет лучше. Меня приютили хорошие люди, я учусь рисовать и буду поступать в художественное училище. Только родителям не говори, пожалуйста. А-то они как про художества узнают, сразу искать меня начнут.
- Совсем взрослая стала, - вздохнул Захар.
- Значит такова моя жизнь.
Когда Инна рассказала про разговор с братом, Иосиф Моисеевич сочувствующе посмотрел на свою подопечную, он понимал, что подтверждение того, что её на самом деле никто из родных не ищет, очень болезненно воспринимать.
- Обидно? - спросил он, когда Инна завершила свой рассказ.
- Переживу, - ответила девушка немного резче, чем хотела, дёрнула плечом, чем выдала внутреннее не спокойствие. - Мне всегда казалось, что я у них приёмная. Только вот внешне на отца похожа.
- Такое бывает, все родители разные и некоторые не понимают, что у них в семье родился самородок. Для огранки таланта надо иметь способности. Тебе не повезло.
- Буду гранить себя сама, - ответила Инна.
- Постараюсь помочь, - пообещал Иосиф Моисеевич. Он уже успел отметить высокую работоспособность своей ученицы. Она впитывала знания, как губка и могла часами трудиться у мольберта.
- Иосиф Моисеевич, а можно я брата напишу маслом? Хочу подарить ему портрет при встрече.
- Конечно можно.
Раз в две недели Инна ездила в гости к мальчишкам, привозила им вкусности, и приглашали в гости. Пашка смущался и отказывался ехать один, а Лука теперь работал допоздна.
- Приезжай, - просила мальчишку Инна. - Я твой портрет напишу масляными красками.
- Да что же мне эти портреты солить? - пытался отшутиться Пашка, но в итоге с пятой попытки уговорился и приехал в гости, в аккурат перед Новым Годом.
- А давайте на Новый год приедете к нам, - предложил Иосиф Моисеевич Павлу. - Вас же трое?
- Двое, - поправил Пашка. - Артёмка в приюте где-то. Наверное, перезимует, а потом сбежит снова, но не знаю, к нам вернётся, или куда в новое место подастся.
Новый год встретили вчетвером в квартире у Иосифа Моисеевича. Лука настоял, что они тоже купят к столу продукты. И действительно мальчишки видимо выскребли все закрома и принесли с собой и нарезку, и торт.
- Может, не будем выкладывать это всё на стол? - шёпотом спросила Инна у своего наставника. - А потом отдадим парням с собой.
- Лука обидится, - со знанием дела ответил Иосиф Моисеевич. - Он мужчина, и ему важно чувствовать себя именно таким. Я думаю, они справятся. А пакет с продуктами мы им соберём из того, что останется.
Инна улыбнулась и принялась выкладывать еду на тарелки. Ей очень нравилось сервировать стол, делать простые блюда привлекательными с помощью украшений. Вот из кругляша помидора она изобразила мордочку поросёнка, задорного и подмигивающего.
Плотно поужинав, они посмотрели новогодние передачи, а потом молодёжь пошла гулять по Новогоднему Арбату, да и вообще по Москве. Погода выдалась приятная и, нагулявшись вдоволь, насмеявшись и насмотревшись на фейерверки Инна проводила парней на первое метро. Потом шла одна домой и улыбалась. На душе было легко и спокойно.
Накануне отзвонился брат и сообщил, что нашёл аттестат сестры среди всех документов семьи. Имелся в квартире ящичек, куда мать укладывала любую документацию. Захар сообщил, что родителям ничего не сказал, да собственно они и не поднимали вопрос о дочери.
Второго января Инна собралась с духом и набрала номер подруги. Амина ответила почти сразу, будто сидела и ждала этого звонка.
- Ну, наконец-то, - не здороваясь, сказала девушка в трубку.
- Прости, что так долго не звонила, - тоже без приветствия, ответила Инна.
- Хорошо хоть СМСки писала, что жива и здорова. Я переживала.
- Как у тебя дела?
- У меня всё хорошо, я поступила в математическую гимназию. Помнишь, туда, куда я хотела?
- Помню… - Инна улыбнулась. - А как папа к этому отнёсся?
- Да нормально, это же просто школа. И образование тут лучше.
- Как тебе на новом месте?
- Очень хорошо. Тут весь класс такие заучки, что не до каких глупостей никому дела нет. Все учатся. На каждом уроке стоит гробовая тишина и все работают, кроме уроков, где учитель говорит, или отвечать надо. Мне поначалу казалось это нереальным. А теперь я привыкла. А как ты?
- У меня всё тоже очень хорошо. Меня взял в ученицы один художник, и я в следующем году буду поступать в художественное училище. Сейчас много рисую, надо подготовить кучу разных работ в разных техниках, чтобы на поступлении показать, на что я способна. Я могу у мольберта провести целый день и даже поесть забываю. Очень много интересного, хочется всё охватить и сразу.
- Я очень за тебя рада, - искренне ответила Амина.
- Ты в Москву на каникулах не хочешь приехать? - полюбопытствовала Инна.
- Одну меня не отпустят, ты же знаешь, но я попробую попросить папу, чтобы он меня с охранником отпустил. Может и встретимся.
Подруги поговорили ещё о мелочах и договорились, что теперь будут поддерживать связь чаще. Созваниваться и по возможности видеться.
Инна вступала в этот год в каком-то счастливом состоянии. Ей казалось, что вот она налаженная жизнь, теперь у неё точно будет всё хорошо.
Через три дня она встретилась на вокзале с братом и получила от него свой аттестат.
- Родители про меня так и не говорят?
- Мать спросила как ты, я сказал, что в порядке. Отец, как всегда промолчал, - поделился последними семейными новостями Захар.
- Ну и ладно, - махнула рукой Инна. В этот раз ей было уже легче воспринимать равнодушие родителей, хотя червячок обиды продолжал грызть её изнутри.
Всю зиму и весну Инна постигала азы художественного искусства, трудилась не покладая рук.
После Нового года как-то Иосиф Моисеевич спросил:
- Инна, а если я приведу тебе человека на портрет - возьмёшься?
- Конечно, - в глазах у девушки зажглись восторженные огоньки.
С того дня нет-нет и появлялись в мастерской художника желающие получить портрет именно работы Инны. В первую очередь это были молодые девушки, стеснённые в финансах, но желавшие привезти из столицы себе на память такой сувенир.
С этой поры у Инны появились собственные деньги. Не много, но просить на всякие мелочи уже не приходилось.
В феврале у Пашкиного отца случился инсульт, и оба парня переехали в квартиру, где когда-то жил Павел. Отцова гражданская жена сбежала от мужа, как только поняла, что за мужчиной теперь придётся ухаживать и помогать восстанавливаться. Эта нелёгкая доля свалилась на мальчишек, но они не отмахнулись от мужчины, который в принципе пропил свою жизнь.
С Аминой Инна регулярно созванивалась и подруги изредка даже встречались.
По весне как-то Амина сама позвонила и предложила увидеться.
- Что-то случилось? - встревожилась Инна, обычно звонила она.
- Всё расскажу, - загадочно ответила Амина.
Новость оказалась очень неожиданной.
- Мой жених, уже мне больше не жених, - сообщила сразу Амина, как только они примостились за столиком в кафешке.
- Как это?
- Он поругался с родителями и женился на какой-то девушке. В общем, отец у меня рвёт и мечет, а я почему-то радуюсь, - Амина застенчиво улыбнулась.
- Так это же здорово! - радостно воскликнула Инна.
- Ну… - Амина замялась. - Не знаю, не знаю. Теперь они мне будут другого жениха подбирать из нашего круга. Лучше это будет или хуже только время покажет.
- То есть тебе всё равно самой выбрать не дадут?
- Думаю, нет.
- Как всё у вас сложно. Такое ощущение, что мы с тобой в разных мирах живём.
- Я бы тоже хотела сама выбирать, полюбить, - Амина вздохнула. - Но тут или из дома сбегать и проклянут, или брать то, что дают.
- Поступать куда собираешься? - Инна решила сменить тему разговора. Она была уверена, что Амина не сбежит, а возьмёт то, что навяжут. Ведь именно так она будет правильной и хорошей.
- На учителя математики и информатики, отец одобрил, - радостно ответила подруга. - Ключевое слово - учитель. Для него это главное. А я сейчас в гимназии хожу на дополнительные уроки по программированию, так интересно.
- Я рада, что ты нашла себе занятие по душе.
Позже, уже дома Инна прокручивала в голове разговор с подругой и думала о том, почему так происходит. Почему её подруга не отстаивает свои права. Почему она соглашается делать то, что велят родители. Ну ладно ещё в плане выбора профессии (хотя и тут она считала, они не имеют права навязывать свою волю), а вот в плане будущей семейной жизни. Ей это казалось чем-то совершенно не правильным.
В училище Инна поступила сразу, хотя подозревала, что где-то о ней замолвил словечко Иосиф Моисеевич, так как на место было по пять человек, а смотр аттестатов пугал её однозначно. Девушка не была уверена в том, что её оценки средней школы внушат кому-то мысль, что она способная и умная.
- Меня мальчишки научили, не лезть в душу к человеку, в его боль, - Инна подняла глаза. - Они считали, что если человек захочет рассказать, то сам расскажет. А до этого табу.
- Может быть, если боль свежа - это и правильно. А вот когда она такая древняя, как у меня, получается наоборот. Мне иногда хочется вспомнить об этом, будто вернуться в прошлое, а поговорить уже и не с кем. Никому не нужны мои старые раны и проблемы, и я ношу эту боль в себе.
- Расскажите, - почти шёпотом попросила Инна, она поняла, что сейчас этот рассказ нужен именно ему.
И Иосиф Моисеевич рассказал, как он рассорился со своей семьёй и женился на любимой девушке, а не на той, которую подобрала ему мать. Он тогда ушёл из семьи и даже отказался от поддержки. Они поженились, и через год у них родился вот этот кареглазый мальчишка. Они жили сначала в общежитии, потом получили квартиру небольшую, эту он уже получал гораздо позже, именно как действующий художник.
И вот в один прекрасный момент он ездил по делам в Ригу, а жена с сыном поехали в Ленинград к родственникам, после чего должны были приехать к нему. И не доехали. Их поезд столкнулся с локомотивом, и они погибли. Так Иосиф Моисеевич потерял любимую жену и сына. И больше никогда не женился. Не смог даже представить другую женщину на месте его любимой Иринки.
Инна слушала рассказ и боролась со слезами, которые всё равно катились по щекам.
К концу второй недели Инна начала себя как-то тревожно вести. Навалилась апатия, руки опускались, и она фактически заставляла себя подходить к мольберту.
- Что тебя беспокоит? - полюбопытствовал Иосиф Моисеевич.
- Даже не знаю, - Инна пожала плечами, хотя она уже два дня во сне видела Пашку, и ей поутру становилось как-то тошно на душе.
- К мальчишкам в гости хочешь съездить? - предположил художник.
Девушка подняла на него взгляд и кивнула. Она не знала, как просить о таком. Своих денег у неё не было, Иосиф Моисеевич её кормил, спрашивал надо ли чего, после этого либо давал денег, либо они вместе шли в магазин. А тут вроде как её прихоть, и было неудобно.
- Ты меня не бойся, если надо, куда съездить то скажи, денег я тебе дам, - заверил девушку Иосиф Моисеевич. - Правда, я бы хотел с тобой поговорить о твоих родителях.
Инна настороженно посмотрела на мужчину.
- А что Вы хотите знать?
- Ты же видимо сбежала из дома, и наверняка тебя ищут.
- Я раз в три дня созваниваюсь с братом, он учится в другом городе. И я его попросила передать родителям, чтобы они меня не искали.
- Ты знаешь, - задумчиво медленно произнёс художник. - Ведь это не так просто. Тебе вот-вот только исполнится шестнадцать, и ты несовершеннолетняя. И если они пытались тебя искать с милицией, то отказаться просто так они не смогут.
- Как это? - удивилась девушка.
- Я, конечно, не знаю, как сейчас действуют правоохранительные органы, может им и наплевать. Ты попробуй у брата узнать, как там дела обстоят поточнее. Может надо будет связаться с родителями, договориться, что ты у меня будешь жить и готовиться к поступлению.
- Они как услышат, что я в художественное училище поступать буду, сразу озвереют, - выдала свою догадку Инна.
- А почему они так ополчились на данную профессию?
- Да кто же их знает, не нравилось им, что я везде рисую. Когда умер дед, я от скуки нарисовала его портрет, бабушка расплакалась, мама меня отругала. А через год я этот портрет в рамочке на могиле увидела. Было так обидно, меня отругали за рисунок, а потом его повесили на надгробие, а мне даже доброго слова никто не сказал.
- Хорошо, я подумаю, как можно поговорить с твоими родителями. Сделать это придётся. Твой аттестат же остался в родительском доме?
На этот вопрос Инна кивнула, и поняла, что Иосиф Моисеевич прав, ведь документы нужны будут для поступления.
- Ладно, собирайся и езжай к мальчишкам, - отпустил девушку художник, а сам серьёзно задумался, как бы так выкрутиться в данной ситуации.
Инна вошла в подвал и увидела сидящего у окна Пашку. Он рассматривал свой портрет. Услышав шаги, мальчишка поднял голову и испуганно уставился на Инну своими большущими глазами.
- Инна, тебя выгнали?
- Нет, - девушка удивилась данному вопросу.
- А чего ты тогда?
- В гости к вам нельзя? - Инна недоумённо посмотрела на Павла.
- В гости? - Пашка засмеялся, оглядев свои апартаменты. - Наши хоромы просто предназначены для гостей.
- А я вкусняшек принесла, - Инна показала увесистый пакет. Иосиф Моисеевич дал денег не только на проезд, а ещё и купить мальчишкам чего-нибудь вкусного велел. Она и купила, того, чего обычно было мало, но что любили все дети: конфеты и печенье. - А где остальные?
- Лука на работе, его теперь взяли почти официально помощником слесаря, так, что он допоздна обычно. А Артёма неделю назад выловили менты, он в приюте снова.
- Его здесь выловили? - взволнованно спросила Инна.
- Нет, в переходе, наше место он не выдал.
- Откуда ты знаешь?
- Так он там не один сидел, обычно успевал смыться до любой облавы, а тут не получилось.
Луку Инна не дождалась, оставила Пашке пакет с вкусностями и пообещала навестить недели через две.
- Вот мой номер телефона, - написала на клочке бумаги цифры Инна и протянула Павлу. - Это для тебя, у Луки записан. Попроси его, пожалуйста, мне СМС написать, чтобы я знала, как ему можно позвонить. Я пока не держу телефон включённым постоянно, а сообщение дойдёт. И если что, всегда можно связаться. Мы вроде договаривались созваниваться, но как-то пока… - девушка развела руками.
- Хорошо, я передам, - пообещал Пашка.
В очередной звонок брату Инна выяснила, что он уговаривал родителей забрать заявление из милиции, а те в свою очередь признались, что они никуда ничего не подавали. Соседям сказали, что дочь уехала учиться в Курск к двоюродной тётке.
- Так, что не ищут тебя, - успокоил сестру брат.
А Инна в этот момент только ухмыльнулась. Вот так оказывается, родители за неё переживали, даже перед родным и любимым сыночком выставить себя в добром свете попытались. В который раз стало обидно, но она вздохнула, собралась с силами и решила, что домой не поедет больше никогда. Даже если придётся по улицам скитаться. Вот брат у неё всё-таки есть, а матери и отца нет.
- Мне надо забрать из дома аттестат. Поможешь? - спросила девушка у Захара.
- Хорошо, но это только после Нового года, - серьёзно ответил Захар. - Может, расскажешь, где живёшь?
- Потом, - Инна улыбнулась, она решила, что нарисует портрет брата по памяти и подарит ему при встрече.
- Скрытная ты…
- На всякий случай…
- Не доверяешь?
- Доверяю, но так пока будет лучше. Меня приютили хорошие люди, я учусь рисовать и буду поступать в художественное училище. Только родителям не говори, пожалуйста. А-то они как про художества узнают, сразу искать меня начнут.
- Совсем взрослая стала, - вздохнул Захар.
- Значит такова моя жизнь.
Когда Инна рассказала про разговор с братом, Иосиф Моисеевич сочувствующе посмотрел на свою подопечную, он понимал, что подтверждение того, что её на самом деле никто из родных не ищет, очень болезненно воспринимать.
- Обидно? - спросил он, когда Инна завершила свой рассказ.
- Переживу, - ответила девушка немного резче, чем хотела, дёрнула плечом, чем выдала внутреннее не спокойствие. - Мне всегда казалось, что я у них приёмная. Только вот внешне на отца похожа.
- Такое бывает, все родители разные и некоторые не понимают, что у них в семье родился самородок. Для огранки таланта надо иметь способности. Тебе не повезло.
- Буду гранить себя сама, - ответила Инна.
- Постараюсь помочь, - пообещал Иосиф Моисеевич. Он уже успел отметить высокую работоспособность своей ученицы. Она впитывала знания, как губка и могла часами трудиться у мольберта.
- Иосиф Моисеевич, а можно я брата напишу маслом? Хочу подарить ему портрет при встрече.
- Конечно можно.
Раз в две недели Инна ездила в гости к мальчишкам, привозила им вкусности, и приглашали в гости. Пашка смущался и отказывался ехать один, а Лука теперь работал допоздна.
- Приезжай, - просила мальчишку Инна. - Я твой портрет напишу масляными красками.
- Да что же мне эти портреты солить? - пытался отшутиться Пашка, но в итоге с пятой попытки уговорился и приехал в гости, в аккурат перед Новым Годом.
- А давайте на Новый год приедете к нам, - предложил Иосиф Моисеевич Павлу. - Вас же трое?
- Двое, - поправил Пашка. - Артёмка в приюте где-то. Наверное, перезимует, а потом сбежит снова, но не знаю, к нам вернётся, или куда в новое место подастся.
Новый год встретили вчетвером в квартире у Иосифа Моисеевича. Лука настоял, что они тоже купят к столу продукты. И действительно мальчишки видимо выскребли все закрома и принесли с собой и нарезку, и торт.
- Может, не будем выкладывать это всё на стол? - шёпотом спросила Инна у своего наставника. - А потом отдадим парням с собой.
- Лука обидится, - со знанием дела ответил Иосиф Моисеевич. - Он мужчина, и ему важно чувствовать себя именно таким. Я думаю, они справятся. А пакет с продуктами мы им соберём из того, что останется.
Инна улыбнулась и принялась выкладывать еду на тарелки. Ей очень нравилось сервировать стол, делать простые блюда привлекательными с помощью украшений. Вот из кругляша помидора она изобразила мордочку поросёнка, задорного и подмигивающего.
Плотно поужинав, они посмотрели новогодние передачи, а потом молодёжь пошла гулять по Новогоднему Арбату, да и вообще по Москве. Погода выдалась приятная и, нагулявшись вдоволь, насмеявшись и насмотревшись на фейерверки Инна проводила парней на первое метро. Потом шла одна домой и улыбалась. На душе было легко и спокойно.
Накануне отзвонился брат и сообщил, что нашёл аттестат сестры среди всех документов семьи. Имелся в квартире ящичек, куда мать укладывала любую документацию. Захар сообщил, что родителям ничего не сказал, да собственно они и не поднимали вопрос о дочери.
Второго января Инна собралась с духом и набрала номер подруги. Амина ответила почти сразу, будто сидела и ждала этого звонка.
- Ну, наконец-то, - не здороваясь, сказала девушка в трубку.
- Прости, что так долго не звонила, - тоже без приветствия, ответила Инна.
- Хорошо хоть СМСки писала, что жива и здорова. Я переживала.
- Как у тебя дела?
- У меня всё хорошо, я поступила в математическую гимназию. Помнишь, туда, куда я хотела?
- Помню… - Инна улыбнулась. - А как папа к этому отнёсся?
- Да нормально, это же просто школа. И образование тут лучше.
- Как тебе на новом месте?
- Очень хорошо. Тут весь класс такие заучки, что не до каких глупостей никому дела нет. Все учатся. На каждом уроке стоит гробовая тишина и все работают, кроме уроков, где учитель говорит, или отвечать надо. Мне поначалу казалось это нереальным. А теперь я привыкла. А как ты?
- У меня всё тоже очень хорошо. Меня взял в ученицы один художник, и я в следующем году буду поступать в художественное училище. Сейчас много рисую, надо подготовить кучу разных работ в разных техниках, чтобы на поступлении показать, на что я способна. Я могу у мольберта провести целый день и даже поесть забываю. Очень много интересного, хочется всё охватить и сразу.
- Я очень за тебя рада, - искренне ответила Амина.
- Ты в Москву на каникулах не хочешь приехать? - полюбопытствовала Инна.
- Одну меня не отпустят, ты же знаешь, но я попробую попросить папу, чтобы он меня с охранником отпустил. Может и встретимся.
Подруги поговорили ещё о мелочах и договорились, что теперь будут поддерживать связь чаще. Созваниваться и по возможности видеться.
Инна вступала в этот год в каком-то счастливом состоянии. Ей казалось, что вот она налаженная жизнь, теперь у неё точно будет всё хорошо.
Через три дня она встретилась на вокзале с братом и получила от него свой аттестат.
- Родители про меня так и не говорят?
- Мать спросила как ты, я сказал, что в порядке. Отец, как всегда промолчал, - поделился последними семейными новостями Захар.
- Ну и ладно, - махнула рукой Инна. В этот раз ей было уже легче воспринимать равнодушие родителей, хотя червячок обиды продолжал грызть её изнутри.
Всю зиму и весну Инна постигала азы художественного искусства, трудилась не покладая рук.
После Нового года как-то Иосиф Моисеевич спросил:
- Инна, а если я приведу тебе человека на портрет - возьмёшься?
- Конечно, - в глазах у девушки зажглись восторженные огоньки.
С того дня нет-нет и появлялись в мастерской художника желающие получить портрет именно работы Инны. В первую очередь это были молодые девушки, стеснённые в финансах, но желавшие привезти из столицы себе на память такой сувенир.
С этой поры у Инны появились собственные деньги. Не много, но просить на всякие мелочи уже не приходилось.
В феврале у Пашкиного отца случился инсульт, и оба парня переехали в квартиру, где когда-то жил Павел. Отцова гражданская жена сбежала от мужа, как только поняла, что за мужчиной теперь придётся ухаживать и помогать восстанавливаться. Эта нелёгкая доля свалилась на мальчишек, но они не отмахнулись от мужчины, который в принципе пропил свою жизнь.
С Аминой Инна регулярно созванивалась и подруги изредка даже встречались.
По весне как-то Амина сама позвонила и предложила увидеться.
- Что-то случилось? - встревожилась Инна, обычно звонила она.
- Всё расскажу, - загадочно ответила Амина.
Новость оказалась очень неожиданной.
- Мой жених, уже мне больше не жених, - сообщила сразу Амина, как только они примостились за столиком в кафешке.
- Как это?
- Он поругался с родителями и женился на какой-то девушке. В общем, отец у меня рвёт и мечет, а я почему-то радуюсь, - Амина застенчиво улыбнулась.
- Так это же здорово! - радостно воскликнула Инна.
- Ну… - Амина замялась. - Не знаю, не знаю. Теперь они мне будут другого жениха подбирать из нашего круга. Лучше это будет или хуже только время покажет.
- То есть тебе всё равно самой выбрать не дадут?
- Думаю, нет.
- Как всё у вас сложно. Такое ощущение, что мы с тобой в разных мирах живём.
- Я бы тоже хотела сама выбирать, полюбить, - Амина вздохнула. - Но тут или из дома сбегать и проклянут, или брать то, что дают.
- Поступать куда собираешься? - Инна решила сменить тему разговора. Она была уверена, что Амина не сбежит, а возьмёт то, что навяжут. Ведь именно так она будет правильной и хорошей.
- На учителя математики и информатики, отец одобрил, - радостно ответила подруга. - Ключевое слово - учитель. Для него это главное. А я сейчас в гимназии хожу на дополнительные уроки по программированию, так интересно.
- Я рада, что ты нашла себе занятие по душе.
Позже, уже дома Инна прокручивала в голове разговор с подругой и думала о том, почему так происходит. Почему её подруга не отстаивает свои права. Почему она соглашается делать то, что велят родители. Ну ладно ещё в плане выбора профессии (хотя и тут она считала, они не имеют права навязывать свою волю), а вот в плане будущей семейной жизни. Ей это казалось чем-то совершенно не правильным.
ГЛАВА 8. Кавалер
В училище Инна поступила сразу, хотя подозревала, что где-то о ней замолвил словечко Иосиф Моисеевич, так как на место было по пять человек, а смотр аттестатов пугал её однозначно. Девушка не была уверена в том, что её оценки средней школы внушат кому-то мысль, что она способная и умная.
