— Да, при жрецах им всё же получше было…
— Так и нам получше было.
— Не, с девками сейчас, конечно, худо, но разве столько платили раньше?! Это ты мало застал… Раз в год выдадут денег, так и то, жрецы тут как тут! Бывает, до половины уносили. А я сейчас – каждый сезон получаю и на свой дом откладываю! Женюсь – не так девки и нужны будут.
А раньше ты бы вторую половину на них спустил и опять год ждёшь. Это, считай, в три раза больше платят нынче! Войны когда нет – никакой прибыли, кроме зарплаты… А сейчас – да хоть бы и совсем не было войны. И так хорошо! Да и воровали тогда не в пример, как сейчас.
Часто ли мясо доставалось?! Во-о-т! Ты головой мотаешь – не знаешь, потому что, а я тебе скажу – ежели раз в месяц пахнет мясом – считай, свезло тебе. А сейчас – каждый третий день – досыта мяса! Думаешь, где-то лучше накормят? А сейчас и мир, и еда, и платят каждый сезон.
И хорошо платят, Киф, поверь. Я уж сколько лет тяну службу – есть, что сравнить! Стой или вот даже – сиди, да охраняй, что велели. Тренировки есть, так зато и кормят отлично! Мало ты служил при жрецах, вот и выдумываешь!
Я вылизывала вкусный р-р-рыбный сок между пальцами, облизала даже подушечки лап, умывалась и продолжала слушать это бурчание...
Я проснулась в своей кровати совершенно ошалевшая…
Реализм сна просто потрясал! Мне казалось, что я даже чувствую во рту привкус рыбы… Довольно мерзкий привкус, надо сказать. Пожалуй, стоит попросить у Имхотепа какое-нибудь успокоительное питьё на ночь. Слишком часто мне стали сниться несуразные сны.
Я давным-давно нашла человека, который теперь отвечал за царскую конюшню. И доставка моих друзей до дома работала просто отлично. Но почти все они предпочитали и жить, и ночевать во дворце. Жена Имхотепа давно умерла, две взрослых дочери сделали его дедом уже много лет назад и давным-давно жили отдельно, своими семьями.
Регулярно ночевали дома только Идо и Одит. У них были семьи и дети, хотя уже и взрослые.
Сефу всё ещё раздумывал о женитьбе, хотя с его положением мог выбрать любую девушку. Но как-то вот не торопился.
Хасем вообще не имел дома в столице. У него была усадьба где-то за городом, но там работал управляющий и жила его пожилая мать.
Дочь Одита, Хати, тоже предпочитала жить во дворце. И у неё, и у Амины были свои небольшие покои.
Визит к Имхотепу откладывать я не стала. Не стала и приглашать к себе. Отправилась в его комнаты, где было рабочее место для переговоров, что-то вроде хранилища-лаборатории с кучей мешочков, коробок и керамических плошек, каменных ступок и бронзовых котелков и небольшая комната, где он частенько и оставался ночевать.
Зато комната с бассейном у него была одна из самых роскошных. Он проповедовал достаточно ЗОЖнический образ жизни, был весьма умерен в еде и старался в саму жару отсидеться в воде.
Мне казалось, что это весьма разумно. Не в его возрасте бродить по солнцепёку. Именно в бассейне я его и застала. Велела слугам не тревожить. Пусть плещется, сколько хочет. Зато у меня будет время рассмотреть получше его святыню – библиотеку.
Комната без окон, чтобы не подвергать драгоценные свитки воздействию света и песка. Здесь он собирал редкостные трактаты о лечении, были даже привозные книги-рукописи. Тяжёлые, на плотном пергаменте, стоили они безумно дорого. Но я выделяла средства не только на дворцовую библиотеку, но и приличную сумму – на его личную.
Пользоваться книгами Имхотеп мне всегда разрешал, можно сказать, что у меня был безлимитный абонемент в его библиотеку. Языка я, конечно, не понимала. Зато многие книги были снабжены интересными и необычными рисунками. Разумеется, я так увлеклась разглядыванием, что пропустила момент, когда он пришёл…
— Приветствую тебя, царица!
— И тебе счастливого дня, Имхотеп.
— Ты уже завтракала?
— Ещё нет.
— Раздели со мной завтрак, царица… И свою заботу.
Накрытый стол уже ждал нас. Свежая выпечка, изумительный запах тёплых пирогов с творогом, с изюмом, с инжиром… В небольших пиалах – прохладная простокваша, в чаше – сливочное масло в каплях воды, творог, мёд, большая ваза с фруктами.
И отдельно, на подносе с невысокими ножками, установленном прямо на столе – пиала с молоком. Я удивлённо вскинула брови:
— Имхотеп, мне кажется, что ты привык есть не один.
— Так и есть, царица, так и есть… Хондо скоро придёт, он никогда не опаздывает.
Подтверждая его слова, в приоткрытую дверь скользнула рыжая, подростково-неуклюжая фигурка. Гибкая, пластичная, но ещё несколько угловатая. Рыжий разбойник молнией метнулся к креслу, прыжок-другой, и он уже лакает молоко так, что брызги летят во все стороны.
— Имхотеп! Ты его балуешь! Не дело кошкам есть на столе, это побуждает их к воровству. — Царица, не гневайся! Он не зря получил имя Хондо /война/! Если бы ты только знала, сколько мышей он ухитряется давить за ночь! И, иногда, приносит их мне на подушку!
Очевидно, в благодарность за это молоко.
Имхотеп смеялся так радостно, как будто не о котёнке рассуждал, а о любимом внуке рассказывал. Я решила, что не стоит гнать хулигана со стола. Он уже вылакал свою порцию, облизал лапы, умылся, брезгливо обошёл высокую вазу с фруктами и клубком устроился на коленях Имхотепа. Прикрыл глаза и заурчал, привычно требуя ласки.
Надо сказать, что вся дворцовая прислуга котят обожала. Погладить их считалось к большой удаче. А разбалованные кошаки позволяли это далеко не каждому. А вот на кормёжку их я наложила строжайший запрет. Горничным и поварам только волю дай – раскормят их до безобразия. Так что вся еда строго по расписанию.
Разумеется, Имхотепа эти запреты не касались. От одной миски молока Хондо не разжиреет, зато у него появился друг.
Мы завтракали, лекарь с увлечением рассказывал, как собираются свитки и пишутся новые. Что уже через год, не позднее, будет закончен первый сборник по лечебным травам. С рисунками и подробным описанием самого растения, что и как готовится из его корней, листьев, цветов и плодов.
Для разнообразия – не в виде свитка, а изготовленный почти как блокнот. Стопку листов скрепляли четыре медных кольца. Получилось четыре больших и очень толстых книги. Первый многотомник в истории этого мира.
— Обязательно, царица, нужно будет заказать писцам несколько копий! По ним можно будет учить! Кстати, давно хотел тебя попросить…
— Слушаю тебя, Имхотеп.
— Нельзя ли выделить под лекарскую школу здание бывшего храма? Того, что у берега Нила… Мы уже не помещаемся здесь, царица. И Сефу не нравится, что столько чужих людей приходит во дворец.
— Скажи Хасему, Имхотеп, чтобы обеспечил тебя солдатами для охраны школы. Пусть жители знают, что ты не беззащитен. Всё, что найдёшь в библиотеке храма – можешь использовать по своему разумению. И тебе не кажется, что твои три помощника не справляются? Подбери ещё несколько. Тебе нужны люди.
Тереть травы и следить за свитками. Мыть посуду и колоть дрова. Кормить учеников в школе и прочее, прочее, прочее… Подбирай людей, не старайся всё делать сам.
— Я благодарен тебе, царица.
Имхотеп склонил голову, а я с любовью смотрела на этого крепкого ещё мужчину. Нет, он не старик и состарится нескоро! Он следит за своим здоровьем и диетой. И точно так же следил за мной. Раньше – по долгу службы. Сейчас – скорее по привычке. Но иногда…
Иногда мне казалось, что он привязан ко мне, как отец.
— Царица, когда ты пришла, я видел, что тебя гнетёт какая-то мысль. Раздели её со мной, возможно, ноша для двоих будет посильной…
— Да ничего особенного не случилось, Имхотеп… Просто мне снились странные сны… Я хотела попросить тебя об услуге. Среди твоих трав есть такие, которые дают расслабление и спокойствие?
— Ты много работаешь, царица… А твой возраст… Ты давно созрела для создания семьи. Подумай об этом, царица. А микстуру я, конечно, приготовлю тебе сегодня же…
— Имхотеп, политический брак сейчас нам не выгоден. Египет – огромная и богатая страна. Если возвести на трон рядом со мной воина другой страны – он начнёт грабить нас, чтобы поддержать свою. Может и не сразу, но захочет властвовать, наводить свои порядки и править по своим законам. И не факт, что ему понравится то, что мы делаем. Более того, он может и захотеть поклонения своим богам. Нужно ли нам всё это?
— Царица, я не так уж хорошо разбираюсь во всех хитросплетениях власти. Но, возможно, тебе стоит обсудить это с моим братом? Идо всегда был умён и не раз давал хорошие советы твоему отцу.
— Я подумаю, Имхотеп… И спасибо тебе за заботу.
В тот же вечер я выпила перед сном сладковатую, слабо-мятную микстуру, что лично принёс мне лекарь.
Результат был, но совсем не тот, что мне хотелось. Я снова гуляла во сне по коридорам, подслушивала разговоры и понимала их, кормилась рыбой, уже у другого воина, и в этот раз даже не осознавала, что я человек, что я – сплю сейчас в своей кровати…
Утром я задумалась. Конечно, проще всего списать эти сны на сумасшествие… Можно было не обращать на них внимания… Как говорил в одном из анекдотов доктор Фрейд – бывают и просто сны… Но ведь их реальность можно и проверить?
— Хати, умываться… И пригласи к завтраку Хасема.
Мы обсудили траты на создание военных лагерей. Разведчики, которых рассылал Хасем, выяснили, где удобнее их расположить. Первый уже был открыт и работал. Хасем собирался посетить его лично и посмотреть, где и какие ошибки сделаны, что можно изменить и улучшить… Обычный деловой разговор…
— Хасем, я хочу, чтобы ты выяснил, кто из солдат охранял две ночи назад восточный вход для слуг. Там было двое воинов. Один, кажется, носил имя Киф… ______________________________________
С недавних пор сразу несколько фармацевтических компаний Египта предлагают покупателям лекарства на основе «рецептуры Имхотепа» - верховного жреца времён правления фараона Джосера (2630-2611 гг. до н. э.). Имхотеп был настолько искусен в лечении, что позднее египтяне обожествили его, провозгласив «богом врачей» наравне с богиней исцеления Сехмет, изображаемой с головой льва. В папирусе Эберса (одном из самых известных документов старинной медицины, обнаруженном в 1872 г. в Фивах египтологом Георгом Эберсом) содержится около 900 рецептов, многие из которых подойдут пациентам и сейчас.
Солдат был не слишком молод, но вполне крепок телом. Зачернённые веки, шерстяная шапочка-парик, сильный запах мяты – похоже, жевал, прежде чем предстать предо мной. Второй, тот самый, молодой Киф… Я его узнала! Я помнила его лицо из своего сна!
— Скажи, как тебя зовут, воин?
— Отта /Рождённый третьим/, Великая царица.
— Расскажи мне, Отта, как прошло твоё дежурство у дворцовых дверей. Было ли что-то необычное? Приходил ли в ваше дежурство человек или зверь?
— Всё было как обычно, Великая царица! Дважды ночью приходили люди. Один раз вернулся гонец меджаи Хасема. Мы пропустили его, как было велено. И один раз вернулся пьяный повар. Его мы не пустили. Он остался спать у стены замка, а утром мы сдали его помощнику старшего писца. Пусть сами решают, что с ним делать…
— Это всё, Отта?
Воин поколебался, а потом, всё же, решил сказать:
— Великая царица, ещё приходил зверь Великого Ра. Бась-я часто навещает нас по ночам…
— Скажи, почему ей нравится приходить к тебе ночью?
— У меня есть знакомый рыбак, Великая царица… Иногда я покупаю у него немного рыбы для священного зверя. Клянусь, Великая царица, у меня и в мыслях не было обижать зверя Ра!
— Благодарю тебя за службу, Отта. Подойди ко мне.
Воин приблизился и пал на колени. Я сняла с руки тонкие парные браслеты и протянула ему:
— Когда ты накопишь себе на дом, Отта, то возьмёшь в жёны хорошую девушку. И эти браслеты – один тебе, а один ей – мой подарок вам на свадьбу. Вы можете идти, воины.
Он робко протянул руку, поцеловал край пурпурной накидки и, несколько раз низко поклонившись, он и молодой Киф выскользнули в открытую дверь.
— И что это сейчас было, царица?
Хасем явно был сильно озадачен.
— Хасем, я выяснила не всё, что хотела. У меня к тебе просьба.
— Всё, что хочешь, царица.
— Сейчас ты пойдёшь и вызовешь к себе этого Отта и ещё одного воина по имени Софак. Кажется, его зовут именно так. Но ты уточни у Кифа. Так вот, вызови их к себе и выясни, как давно они ходили к проституткам.
— Госпожа!
— А главное, выясни, как выглядели проститутки. Были ли они сыты, веселы и здоровы. Сделай это, пожалуйста, Хасем. А потом мы с тобой поговорим. Но запрети им болтать о своих расспросах! Пусть хвастаются, что царица наградила за верную службу. Иди… И, как закончишь разговор, возвращайся.
Хасем странно глянул на меня, но спорить не стал. А я попросила Хати пригласить ко мне Идо. В общем-то, я уже догадывалась, что именно я услышу от него. Но хотелось знать точно.
— Госпожа, у меня не хватает людей ещё и на это. Кроме того, мне просто не с чем сравнить. Я не знаю, такие ли суммы собирались раньше. Но проверку провести не мешает. Конечно, госпожа, тебя никто не будет беспокоить такой мелочью, но несколько дней назад Сефу и я обсуждали, что когда к Менса приходит человек из дворца, он не выходит разговаривать с ним сам, а заставляет ждать во дворе под солнцем. И только потом отправляет одного из своих помощников…
Идо ещё что-то рассказывал, а я уже понимала, как я ошиблась с Менса. Есть, есть такой тип мужчин, которые понимают только язык силы. Похоже, я не сумела произвести нужного впечатления…
Жаль, крови мне не хотелось. Но и оставить это безнаказанным я не могу. Просто уничтожить его? Не факт, что не получим грабежи прямо на улицах города. Да, после казни жрецов меня боятся. Но, похоже, думают, что Ра не станет марать руки о воров. Ну, тут они сильно ошибаются.
А Идо продолжал возмущаться и предлагать варианты казни Менса. В чём-то он прав, казнить нужно. Но не так просто – пришли-убили… Нужно, как в случае со жрецами и храмами, сделать смерть мастера воровской гильдии уроком для его преемника.
Надо отвлечь Идо от проблемы – лицо совсем красное! Не хватало ещё, чтобы из-за этого ублюдка Идо инфаркт заработал! Не так и много у меня людей, кому можно доверить сокровища казны и точно знать, что ни одно зерно не пропадёт!
Идо не так уж и похож на Имхотепа. Кажется, я это уже отмечала… Но по-своему он нисколько не глупее! Въедливый, как клещ, дотошный, честный. Но при этом – достаточно изворотливый в плане советов.
— Идо, я хочу, чтобы ты начинал учить новый письменный язык.
— Что, госпожа?!
— Ты не ослышался, Идо. Я очень довольна твоей работой и хочу значительно облегчить труд тебе и твоим людям. Ты сам увидишь, когда выучишь цифры, насколько проще будет считать на них. И сколько толковых писцов у тебя освободится для других работ.
— Госпожа, я боюсь, что это наведёт великую путаницу в моих свитках!
— Идо, этот язык дал нам Великий Ра! Кто мы такие, чтобы спорить с Отцом?
На этом наш спор и увял. Но я сама попросила Идо для начала выучить цифры. А уж простым действиям математики обучится – забудет, как и возражал. В этом я была совершенно уверена. Тем более, что я заказала изготовить несколько больших листов пергамента. На них я собиралась начертить обычную таблицу умножения. Думаю, это изрядно облегчит чиновникам подсчёты.
— Так и нам получше было.
— Не, с девками сейчас, конечно, худо, но разве столько платили раньше?! Это ты мало застал… Раз в год выдадут денег, так и то, жрецы тут как тут! Бывает, до половины уносили. А я сейчас – каждый сезон получаю и на свой дом откладываю! Женюсь – не так девки и нужны будут.
А раньше ты бы вторую половину на них спустил и опять год ждёшь. Это, считай, в три раза больше платят нынче! Войны когда нет – никакой прибыли, кроме зарплаты… А сейчас – да хоть бы и совсем не было войны. И так хорошо! Да и воровали тогда не в пример, как сейчас.
Часто ли мясо доставалось?! Во-о-т! Ты головой мотаешь – не знаешь, потому что, а я тебе скажу – ежели раз в месяц пахнет мясом – считай, свезло тебе. А сейчас – каждый третий день – досыта мяса! Думаешь, где-то лучше накормят? А сейчас и мир, и еда, и платят каждый сезон.
И хорошо платят, Киф, поверь. Я уж сколько лет тяну службу – есть, что сравнить! Стой или вот даже – сиди, да охраняй, что велели. Тренировки есть, так зато и кормят отлично! Мало ты служил при жрецах, вот и выдумываешь!
Я вылизывала вкусный р-р-рыбный сок между пальцами, облизала даже подушечки лап, умывалась и продолжала слушать это бурчание...
Я проснулась в своей кровати совершенно ошалевшая…
Реализм сна просто потрясал! Мне казалось, что я даже чувствую во рту привкус рыбы… Довольно мерзкий привкус, надо сказать. Пожалуй, стоит попросить у Имхотепа какое-нибудь успокоительное питьё на ночь. Слишком часто мне стали сниться несуразные сны.
Я давным-давно нашла человека, который теперь отвечал за царскую конюшню. И доставка моих друзей до дома работала просто отлично. Но почти все они предпочитали и жить, и ночевать во дворце. Жена Имхотепа давно умерла, две взрослых дочери сделали его дедом уже много лет назад и давным-давно жили отдельно, своими семьями.
Регулярно ночевали дома только Идо и Одит. У них были семьи и дети, хотя уже и взрослые.
Сефу всё ещё раздумывал о женитьбе, хотя с его положением мог выбрать любую девушку. Но как-то вот не торопился.
Хасем вообще не имел дома в столице. У него была усадьба где-то за городом, но там работал управляющий и жила его пожилая мать.
Дочь Одита, Хати, тоже предпочитала жить во дворце. И у неё, и у Амины были свои небольшие покои.
Визит к Имхотепу откладывать я не стала. Не стала и приглашать к себе. Отправилась в его комнаты, где было рабочее место для переговоров, что-то вроде хранилища-лаборатории с кучей мешочков, коробок и керамических плошек, каменных ступок и бронзовых котелков и небольшая комната, где он частенько и оставался ночевать.
Зато комната с бассейном у него была одна из самых роскошных. Он проповедовал достаточно ЗОЖнический образ жизни, был весьма умерен в еде и старался в саму жару отсидеться в воде.
Мне казалось, что это весьма разумно. Не в его возрасте бродить по солнцепёку. Именно в бассейне я его и застала. Велела слугам не тревожить. Пусть плещется, сколько хочет. Зато у меня будет время рассмотреть получше его святыню – библиотеку.
Комната без окон, чтобы не подвергать драгоценные свитки воздействию света и песка. Здесь он собирал редкостные трактаты о лечении, были даже привозные книги-рукописи. Тяжёлые, на плотном пергаменте, стоили они безумно дорого. Но я выделяла средства не только на дворцовую библиотеку, но и приличную сумму – на его личную.
Пользоваться книгами Имхотеп мне всегда разрешал, можно сказать, что у меня был безлимитный абонемент в его библиотеку. Языка я, конечно, не понимала. Зато многие книги были снабжены интересными и необычными рисунками. Разумеется, я так увлеклась разглядыванием, что пропустила момент, когда он пришёл…
Глава 40
— Приветствую тебя, царица!
— И тебе счастливого дня, Имхотеп.
— Ты уже завтракала?
— Ещё нет.
— Раздели со мной завтрак, царица… И свою заботу.
Накрытый стол уже ждал нас. Свежая выпечка, изумительный запах тёплых пирогов с творогом, с изюмом, с инжиром… В небольших пиалах – прохладная простокваша, в чаше – сливочное масло в каплях воды, творог, мёд, большая ваза с фруктами.
И отдельно, на подносе с невысокими ножками, установленном прямо на столе – пиала с молоком. Я удивлённо вскинула брови:
— Имхотеп, мне кажется, что ты привык есть не один.
— Так и есть, царица, так и есть… Хондо скоро придёт, он никогда не опаздывает.
Подтверждая его слова, в приоткрытую дверь скользнула рыжая, подростково-неуклюжая фигурка. Гибкая, пластичная, но ещё несколько угловатая. Рыжий разбойник молнией метнулся к креслу, прыжок-другой, и он уже лакает молоко так, что брызги летят во все стороны.
— Имхотеп! Ты его балуешь! Не дело кошкам есть на столе, это побуждает их к воровству. — Царица, не гневайся! Он не зря получил имя Хондо /война/! Если бы ты только знала, сколько мышей он ухитряется давить за ночь! И, иногда, приносит их мне на подушку!
Очевидно, в благодарность за это молоко.
Имхотеп смеялся так радостно, как будто не о котёнке рассуждал, а о любимом внуке рассказывал. Я решила, что не стоит гнать хулигана со стола. Он уже вылакал свою порцию, облизал лапы, умылся, брезгливо обошёл высокую вазу с фруктами и клубком устроился на коленях Имхотепа. Прикрыл глаза и заурчал, привычно требуя ласки.
Надо сказать, что вся дворцовая прислуга котят обожала. Погладить их считалось к большой удаче. А разбалованные кошаки позволяли это далеко не каждому. А вот на кормёжку их я наложила строжайший запрет. Горничным и поварам только волю дай – раскормят их до безобразия. Так что вся еда строго по расписанию.
Разумеется, Имхотепа эти запреты не касались. От одной миски молока Хондо не разжиреет, зато у него появился друг.
Мы завтракали, лекарь с увлечением рассказывал, как собираются свитки и пишутся новые. Что уже через год, не позднее, будет закончен первый сборник по лечебным травам. С рисунками и подробным описанием самого растения, что и как готовится из его корней, листьев, цветов и плодов.
Для разнообразия – не в виде свитка, а изготовленный почти как блокнот. Стопку листов скрепляли четыре медных кольца. Получилось четыре больших и очень толстых книги. Первый многотомник в истории этого мира.
— Обязательно, царица, нужно будет заказать писцам несколько копий! По ним можно будет учить! Кстати, давно хотел тебя попросить…
— Слушаю тебя, Имхотеп.
— Нельзя ли выделить под лекарскую школу здание бывшего храма? Того, что у берега Нила… Мы уже не помещаемся здесь, царица. И Сефу не нравится, что столько чужих людей приходит во дворец.
— Скажи Хасему, Имхотеп, чтобы обеспечил тебя солдатами для охраны школы. Пусть жители знают, что ты не беззащитен. Всё, что найдёшь в библиотеке храма – можешь использовать по своему разумению. И тебе не кажется, что твои три помощника не справляются? Подбери ещё несколько. Тебе нужны люди.
Тереть травы и следить за свитками. Мыть посуду и колоть дрова. Кормить учеников в школе и прочее, прочее, прочее… Подбирай людей, не старайся всё делать сам.
— Я благодарен тебе, царица.
Имхотеп склонил голову, а я с любовью смотрела на этого крепкого ещё мужчину. Нет, он не старик и состарится нескоро! Он следит за своим здоровьем и диетой. И точно так же следил за мной. Раньше – по долгу службы. Сейчас – скорее по привычке. Но иногда…
Иногда мне казалось, что он привязан ко мне, как отец.
— Царица, когда ты пришла, я видел, что тебя гнетёт какая-то мысль. Раздели её со мной, возможно, ноша для двоих будет посильной…
— Да ничего особенного не случилось, Имхотеп… Просто мне снились странные сны… Я хотела попросить тебя об услуге. Среди твоих трав есть такие, которые дают расслабление и спокойствие?
— Ты много работаешь, царица… А твой возраст… Ты давно созрела для создания семьи. Подумай об этом, царица. А микстуру я, конечно, приготовлю тебе сегодня же…
— Имхотеп, политический брак сейчас нам не выгоден. Египет – огромная и богатая страна. Если возвести на трон рядом со мной воина другой страны – он начнёт грабить нас, чтобы поддержать свою. Может и не сразу, но захочет властвовать, наводить свои порядки и править по своим законам. И не факт, что ему понравится то, что мы делаем. Более того, он может и захотеть поклонения своим богам. Нужно ли нам всё это?
— Царица, я не так уж хорошо разбираюсь во всех хитросплетениях власти. Но, возможно, тебе стоит обсудить это с моим братом? Идо всегда был умён и не раз давал хорошие советы твоему отцу.
— Я подумаю, Имхотеп… И спасибо тебе за заботу.
В тот же вечер я выпила перед сном сладковатую, слабо-мятную микстуру, что лично принёс мне лекарь.
Результат был, но совсем не тот, что мне хотелось. Я снова гуляла во сне по коридорам, подслушивала разговоры и понимала их, кормилась рыбой, уже у другого воина, и в этот раз даже не осознавала, что я человек, что я – сплю сейчас в своей кровати…
Утром я задумалась. Конечно, проще всего списать эти сны на сумасшествие… Можно было не обращать на них внимания… Как говорил в одном из анекдотов доктор Фрейд – бывают и просто сны… Но ведь их реальность можно и проверить?
— Хати, умываться… И пригласи к завтраку Хасема.
Мы обсудили траты на создание военных лагерей. Разведчики, которых рассылал Хасем, выяснили, где удобнее их расположить. Первый уже был открыт и работал. Хасем собирался посетить его лично и посмотреть, где и какие ошибки сделаны, что можно изменить и улучшить… Обычный деловой разговор…
— Хасем, я хочу, чтобы ты выяснил, кто из солдат охранял две ночи назад восточный вход для слуг. Там было двое воинов. Один, кажется, носил имя Киф… ______________________________________
С недавних пор сразу несколько фармацевтических компаний Египта предлагают покупателям лекарства на основе «рецептуры Имхотепа» - верховного жреца времён правления фараона Джосера (2630-2611 гг. до н. э.). Имхотеп был настолько искусен в лечении, что позднее египтяне обожествили его, провозгласив «богом врачей» наравне с богиней исцеления Сехмет, изображаемой с головой льва. В папирусе Эберса (одном из самых известных документов старинной медицины, обнаруженном в 1872 г. в Фивах египтологом Георгом Эберсом) содержится около 900 рецептов, многие из которых подойдут пациентам и сейчас.
Глава 41
Солдат был не слишком молод, но вполне крепок телом. Зачернённые веки, шерстяная шапочка-парик, сильный запах мяты – похоже, жевал, прежде чем предстать предо мной. Второй, тот самый, молодой Киф… Я его узнала! Я помнила его лицо из своего сна!
— Скажи, как тебя зовут, воин?
— Отта /Рождённый третьим/, Великая царица.
— Расскажи мне, Отта, как прошло твоё дежурство у дворцовых дверей. Было ли что-то необычное? Приходил ли в ваше дежурство человек или зверь?
— Всё было как обычно, Великая царица! Дважды ночью приходили люди. Один раз вернулся гонец меджаи Хасема. Мы пропустили его, как было велено. И один раз вернулся пьяный повар. Его мы не пустили. Он остался спать у стены замка, а утром мы сдали его помощнику старшего писца. Пусть сами решают, что с ним делать…
— Это всё, Отта?
Воин поколебался, а потом, всё же, решил сказать:
— Великая царица, ещё приходил зверь Великого Ра. Бась-я часто навещает нас по ночам…
— Скажи, почему ей нравится приходить к тебе ночью?
— У меня есть знакомый рыбак, Великая царица… Иногда я покупаю у него немного рыбы для священного зверя. Клянусь, Великая царица, у меня и в мыслях не было обижать зверя Ра!
— Благодарю тебя за службу, Отта. Подойди ко мне.
Воин приблизился и пал на колени. Я сняла с руки тонкие парные браслеты и протянула ему:
— Когда ты накопишь себе на дом, Отта, то возьмёшь в жёны хорошую девушку. И эти браслеты – один тебе, а один ей – мой подарок вам на свадьбу. Вы можете идти, воины.
Он робко протянул руку, поцеловал край пурпурной накидки и, несколько раз низко поклонившись, он и молодой Киф выскользнули в открытую дверь.
— И что это сейчас было, царица?
Хасем явно был сильно озадачен.
— Хасем, я выяснила не всё, что хотела. У меня к тебе просьба.
— Всё, что хочешь, царица.
— Сейчас ты пойдёшь и вызовешь к себе этого Отта и ещё одного воина по имени Софак. Кажется, его зовут именно так. Но ты уточни у Кифа. Так вот, вызови их к себе и выясни, как давно они ходили к проституткам.
— Госпожа!
— А главное, выясни, как выглядели проститутки. Были ли они сыты, веселы и здоровы. Сделай это, пожалуйста, Хасем. А потом мы с тобой поговорим. Но запрети им болтать о своих расспросах! Пусть хвастаются, что царица наградила за верную службу. Иди… И, как закончишь разговор, возвращайся.
Хасем странно глянул на меня, но спорить не стал. А я попросила Хати пригласить ко мне Идо. В общем-то, я уже догадывалась, что именно я услышу от него. Но хотелось знать точно.
— Госпожа, у меня не хватает людей ещё и на это. Кроме того, мне просто не с чем сравнить. Я не знаю, такие ли суммы собирались раньше. Но проверку провести не мешает. Конечно, госпожа, тебя никто не будет беспокоить такой мелочью, но несколько дней назад Сефу и я обсуждали, что когда к Менса приходит человек из дворца, он не выходит разговаривать с ним сам, а заставляет ждать во дворе под солнцем. И только потом отправляет одного из своих помощников…
Идо ещё что-то рассказывал, а я уже понимала, как я ошиблась с Менса. Есть, есть такой тип мужчин, которые понимают только язык силы. Похоже, я не сумела произвести нужного впечатления…
Жаль, крови мне не хотелось. Но и оставить это безнаказанным я не могу. Просто уничтожить его? Не факт, что не получим грабежи прямо на улицах города. Да, после казни жрецов меня боятся. Но, похоже, думают, что Ра не станет марать руки о воров. Ну, тут они сильно ошибаются.
А Идо продолжал возмущаться и предлагать варианты казни Менса. В чём-то он прав, казнить нужно. Но не так просто – пришли-убили… Нужно, как в случае со жрецами и храмами, сделать смерть мастера воровской гильдии уроком для его преемника.
Надо отвлечь Идо от проблемы – лицо совсем красное! Не хватало ещё, чтобы из-за этого ублюдка Идо инфаркт заработал! Не так и много у меня людей, кому можно доверить сокровища казны и точно знать, что ни одно зерно не пропадёт!
Идо не так уж и похож на Имхотепа. Кажется, я это уже отмечала… Но по-своему он нисколько не глупее! Въедливый, как клещ, дотошный, честный. Но при этом – достаточно изворотливый в плане советов.
— Идо, я хочу, чтобы ты начинал учить новый письменный язык.
— Что, госпожа?!
— Ты не ослышался, Идо. Я очень довольна твоей работой и хочу значительно облегчить труд тебе и твоим людям. Ты сам увидишь, когда выучишь цифры, насколько проще будет считать на них. И сколько толковых писцов у тебя освободится для других работ.
— Госпожа, я боюсь, что это наведёт великую путаницу в моих свитках!
— Идо, этот язык дал нам Великий Ра! Кто мы такие, чтобы спорить с Отцом?
На этом наш спор и увял. Но я сама попросила Идо для начала выучить цифры. А уж простым действиям математики обучится – забудет, как и возражал. В этом я была совершенно уверена. Тем более, что я заказала изготовить несколько больших листов пергамента. На них я собиралась начертить обычную таблицу умножения. Думаю, это изрядно облегчит чиновникам подсчёты.
