Мальчишка-орчонок, чьими силами, то есть руками для раскатки теста беззастенчиво пользовалась Люда, удивлялся – зачем, мол, такое.
– Запомни, стажер, еда – это не только то, что во рту и в тарелке. Начинать есть любое из блюд ты... и все мы начинаем глазами!
– Че? – замерев и вытаращив на человечку глаза-маслины, переспросил Торги.
– Сначала мы на еду смотрим и уже тогда принимаем решение – хотим мы это или нет, – рассуждала Люда, вымешивая рядом кусок оранжевого теста. – И если еда красивая, то есть привлекает или вызывает интерес, то тогда начинает вырабатываться в желудке... кхе, брюхо готовится к еде. Процесс уже тогда запускается! Затем мы чуем запах еды, и во рту вырабатывается слюна...
– Че энто затем? Мы, орги, чуем далеко, даже не видя ничего. А не как вы, человеки, – возразил мальчишка с оливковой кожей, глядя на нее в ответ снисходительно.
– Ты не тормози, продолжай катать тесто, – кивнула на стол с тестом Люда и с улыбкой продолжила: – Ну, или вначале обоняние, как у вас, потом зрение... Главное, что знакомство с будущим обедом начинается уже на расстоянии! Потом добавляется вкус того, что уже во рту – ведь еда должна быть не только сытной для брюха и давать витамины... кхе, придавать силы всему телу, но и быть приятной на языке. И по вкусу, и по фактуре, и даже по температуре правильной, чтобы пищеварение лучше...
– Че?! – начавший было работу, Торги опять застыл.
– Говорю, если интерес к еде появляется на расстоянии, то любовь зарождается на языке. Нежное суфле или пряные похрустывающие сухарики... – покосилась на озадаченного орчонка и поправилась: – Хрустящие хрящики и косточки? Сладкий вкус пирога или мягкость теста. Если пища правильная по структуре и вкусу, то к ней захочется возвращаться вновь и вновь. Понимаешь?
– Не-а, – честно признавшись, качнул лысой головой парнишка.
Пучок волос на макушке он недавно сбрил почему-то, и теперь большие уши с острыми кончиками вроде как еще больше оттопыривались.
– Эх, ладно, потом поймешь, когда подрастешь, – продолжая подсыпать муку на стол, вздохнула попаданка, что была ниже орчонка ростом. – Главное, что еда должна привлекать интерес – как красивым видом, так и вкусным запахом. Тогда ее купят. Это понимаешь?
– Ну-у...
– А когда купцы узнают, что в нашей таверне есть всякое интересное, например, разноцветная лапша в супе, то ради любопытства заедут и накупят у нас много чего. Кроме лапши и другие блюда, и напитки, и пироги навынос, и может, на постой остановятся. А всё почему? Потому что мы... ты, Торги, сейчас сделаешь интересную новинку, на которую обязательно придут все посмотреть...
– Я-а?!
– Да, ты. Намесишь сейчас разноцветную лапшу, а потом сбегаешь к границе на дороге и прорекламируешь...
– Че?
– Говорю, новость всем сообщишь, слух распустишь... Даже если обозов не будет, пусть солдаты для начала придут...
Взгляд мальчишки, так и не продолжившего раскатывать тесто, метнулся куда-то в сторону.
Люда обернулась.
Неподалеку, скрестив руки на необъятной груди, стояла Душара.
И ведь не угадаешь по ее непроницаемому грубоватому лицу, как она отнесется к тому, что услышала.
– Таверне ведь не помешает большее число посетителей? – сглотнув, спросила Люда.
Орчиха, наклонив голову, молчала.
– А они все равно увеличатся в ближайшее время, ведь слух о нашем... моем споре с герцогом... и айном наверняка разойдется... если уже сплетни не пошли, – продолжала человечка. – Может, даже из города к нам специально приезжать будут. Если не ради нашей стряпни, так чтобы на меня, такую глупую, посмотреть. Да?
Душара опять промолчала. Кажется, даже не моргала.
– Все равно нужно будет больше готовить. И нужно пользоваться моментом! Если предлагать регулярно новые блюда, то люди... то есть клиенты будут возвращаться вновь и вновь, уже чтобы пробовать наши новинки...
Хозяйка кухни развернулась и ушла в сторону очага с вертелом. А в стороне, около выхода в зал застыли сусликами подавальщицы, наверняка подслушавшие много чего.
– Но цветная лапша будет не сегодня. И не завтра, – только и сказала им Люда, вздохнув. Не будет ли у нее проблем с таким самовольством? – Пока у нас хватает других новинок, чтобы привлекать народ.
Следующий день опять начинался очень рано, с первыми лучами солнца. Но вроде Люда уже стала привыкать.
Как и к обстановке в целом. И к тому, что ее называют либо человечка, либо Мила.
А тут еще либо случайное совпадение, либо местные боги услышали ее смелые планы и решили подыграть: в их таверну завернул довольно большой торговый обоз с двергами. Оказалось, что у одной из повозок неподалеку от них что-то случилось не то с колесом, не с осью, до города не дотянули бы.
Поэтому на кухне нужны были все руки, и человечку позвали скорее замешивать тесто на наливные пироги и стряпать шарлотку с яблоками для неожиданно нагрянувших клиентов. На этот раз наливные пироги делали не только с мясом, но и с грибами, и с овощами – Люда уже знала, что у двергов более разнообразная кухня, нежели у оборотней. Было в ней много овощей, грибов, солений, разного типа выпечка, каши.
Сегодня в помощники человечке, чтобы она успела с пирогами, выделили не только Торги, но и пару девчушек-двергинь. Уже вскоре поплыл ароматный запах выпечки. Но Люде было мало.
Нужно было воспользоваться столь удобным случаем!
Поэтому она успела отварить партию гусиных яиц – они ощутимо крупнее куриных, которые ей каждый день и так варили целой кастрюлей. Почему гусиные? Потому что местный народ крупный, им куриные действительно на один укус. А дверги прижимистые ребята, то есть рачительные – за мелочь платить не захотят. Из грибов и мяса Люда сделала еще паштеты для начинки и велела Ангрите и другим подавальщицам предлагать гостям новую закуску – фаршированные гусиные яйца.
Но, увы, возвращаясь каждый раз из зала, Ангрита качала головой на вопросительный взгляд попаданки.
Спроса не было! Дверги заказали привычные им похлебку, рагу, пироги, но не новое, неизвестное блюдо!
Какие же они консерваторы!
Двергини-пекари уже начали посмеиваться с "глупой затеи" человечки, но та решила во что бы то ни стало сегодня накормить проезжих купцов новинкой.
– Кто из них заказал больше всего еды? Вернее, у кого самый дорогой заказ? – выловив Ангриту в дверях в зал, поинтересовалась Люда.
Ей указали на четверых крупных мужчин у одного из окон.
– Отнеси им это блюдо, скажи, что комплимент от заведения...
– Чего?
– Что это подарок от заведения за их большой заказ... За наш счет, – от подарка они точно не откажутся.
Ангрита глянула куда-то поверх головы Люды, и та обернулась.
– За это блюдо я сама заплачу, но нам нужно, чтобы кто-нибудь из гостей первым попробовал, – пояснила человечка, глядя на Душару.
Та дернула широким плечом и ушла, бесшумно и плавно перетекла вглубь кухни.
Ей бы на разведку ходить в тыл врага, а не обычной кухаркой работать. К тому же орчиха вполне мастерски разделывала любые туши, ловко рубила мясо своим любимым тесаком – чувствовался опыт. С такой лучше в темном переулке или на тропе войны не сталкиваться.
Ангрита, послушно подхватив тарелку, где рядом с двумя крупными половинками гусиного яйца, фаршированными грибным и мясным паштетом, была еще крошечная горка маринованной капусты и парочка корнишонов с листиками зелени, исчезла в зале.
Однако вскоре уже звала туда Люду.
– Забавная закусь, раньше такого не едал, – оглаживая рыжеватую бороду, пробасил один из коренастых мужчин, сидящих за тем столом, куда принесли "подарок". – Твоя затея, человечка?
– Здесь такое я готовлю, – обтекаемо ответила Люда. Этой затее в ее мире сотни, как бы не тысячи лет. Странно, что в этом еще до такого не додумались. Или додумались, но не у двергов? – Если вам понравилось, можем повторить... для ваших товарищей тоже. Ангрита, примешь тогда заказ... – повернув голову к подруге, сказала попаданка.
Рыжебородый хмыкнул. Узнал цену, вполне небольшую, и махнул рукой подавальщице, мол, неси еще.
– А вам набор из двух яиц или четырех? – придержав дернувшуюся было бежать подавальщицу, Люда решила раскрутить интригу на полную. – Сегодня есть еще вариант, что четыре яичные половинки по той же цене.
На нее дружно уставились все четыре мужика за столом. И сама Ангрита, чуть приоткрыв рот от удивления. Начали и от других столов оглядываться. Сразу видно – купцы, как только слышат кодовое слово "цена", так сразу уши на макушке.
– Одна цена для набора из двух и из четырех яиц закуси? – не поверил рыжебородый, вновь огладив свою красоту, и с прищуром темно-карих глаз, в которых плясали хитринки, глянул на нее снизу вверх.
– Да, так и есть.
– Может, тогда уж и все восемь по той же цене сделаешь нам, человечка? – хохотнул широкий, прям очень фактурный мужик с волосами потемнее и в плотной кожаной куртке. Это по такому теплу, как сегодня на улице!
В его темной окладистой бороде были видна пара тонких косичек с металлическими бусинками, а сбоку от него у стены стояла здоровенная секира, на которую попаданка старалась не коситься.
– Могу и восемь. Почему нет? По той же цене, – мило улыбнулась в ответ Люда, кивая.
От соседних столов к ним стали разворачиваться, ловя каждый звук.
– Восемь яиц с закусью по той же цене, что и два? Почему? Они вчерашние, что ль? Али вообще недельной давности? – уточнил еще один мужик.
– Да вы что такое говорите! – показательно возмутилась Люда. – В таверне Гракгаша всегда все самое свежее! И только лучшее!
– Но цена одна и для двух яиц, и для четырех, и для восьми? – недоверчиво переспросил еще один из четверки, покосился на подавальщицу, которая онемела от недоумения. – А мож тогда и другие варианты есть, человечка? Мож, я двадцать хочу?
– Нет, других вариантов пока нет, сегодня только такое предложение. Но двадцать вы можете набрать десятью заказами по два, например.
– А неси! Посмотрим, – темнобородый, у которого косички, махнул широкой, почти как саперная лопатка ладонью. – Мне набор из восьми яиц.
Остальные мужики в нарядах побогаче были, но не повелись на такое "выгодное" предложение. Один из них с толикой сомнения заказал четыре, а рыжебородый подтвердил еще один заказ на два.
Люда поспешила на кухню вместе с недоумевающей Ангритой. Зато в зале уже поползли шепотки, народ начал обсуждать новинку. Вот, заработало! Правда, пока никто не торопился заказывать, видимо, ждали результата – почему "глупая" человечка так странно цены назначает. И почему она. То есть стряпуха, а не подавальщица или хозяин.
Да, когда Люда проходила мимо барной стойки, где монолитом застыл Гракгаш, тот тоже одарил ее темным давящим взглядом. Но человечка ему как можно вежливее улыбнулась и ускорилась, чтобы исчезнуть за кухонными дверями.
Нужно поспешить – и текущие заказы выполнить, и обед сегодня с драконом и его приятелями никто не отменял.
Спустя некоторое время человечке пришлось опять выходить в зал. Потому что Ангрита, глядя, что приготовила ей Люда, отказалась сама нести блюда клиентам.
Пошли вдвоем. Молодая двергиня несла тарелку с двумя половинками гусиного яйца. Люда несла другие две тарелки.
Когда они вышли, в зале стихло. Все головы дружно повернулись к ним.
Девушки подошли к нужному столу и поставили тарелки перед заказчиками.
Минута тревожной, томительной тишины, такой, что слышно, как у дальнего окна бьется в стекло случайная муха, а затем... вначале рыжебородый, а за ним еще двое начали смеяться. И их смех... вернее, уж нарастающий гогот, постепенно подхватывали остальные посетители.
– Эт че такое? – пробасил темнобородый, который заказал закуску из восьми яиц.
Только он из всех посетителей не смеялся.
– Ваш заказ...
– Они мелкие!
– Да, перепелиные, – подтвердила Люда. – Самые свежие и...
– Да тут жрать нечего! – у темнобородого мужика начало и лицо темнеть от гнева.
А его рука – вот точно! – развернулась в сторону секиры.
– Иногда еда не только для "жрать" бывает, но и для впечатлений, уважаемый, – как можно спокойнее ответила Люда. – Чтобы праздник был не только тела, но и души.
– Я впечатлен! – похохатывал рядом рыжебородый. Стукнул приятеля по плечу ладонищей. – Гля, как человечка нас обхитрила.
– Ну что вы, господа! Никакой хитрости! Ведь цена определяется не только объемом, но и качеством, тонкостью работы, редкостью товара. Кому, как не вам, купцам, это знать, – зачастила с объяснениями Люда. – Гусиные яйца большие, сытные, но простые. Простые и понятые, как... например, обычная шерстяная ткань, сотканная обычной хозяйкой. Набор из четырех куриных яиц разнообразнее начинками и подан, посмотрите, совсем иначе. Как для более взыскательного... гурмана. Считайте, что это... как лен с примесью хлопка из городской мастерской. Уже не для повседневной одежды, а нарядной. Такое точно не будет стоить дешевле. А набор из перепелиных яиц – да, кажется крошечным, но... во-первых, посмотрите, какая тонкая работа...
Взгляды окружающих послушно опустились на блюдо. На листьях зеленого салата лежали крошечные половинки яиц, фаршированные разными – даже разноцветными! – начинками, еще сверху Люда умудрилась украсить – и зеленью, и тончайшими слайсами опять же разноцветных овощей. У нее же теперь полно разнообразной зелени, нужно быстрее использовать!
– Это как тончайший шелк, почти прозрачный, но согревающий, переливающийся, живой, неподражаемый...
Однако темнобородый продолжал недовольно сопеть.
– Так и это ассорти яичек неподражаемо, здесь все начинки разные не только по цвету и украшениям, у всех... девяти разные вкусы, это во-вторых – ой, только сейчас доглядела, что на блюде не то количество. Наверное, в запаре ошиблась, но хорошо, что в большую сторону. – И один вкус вам в подарок! Так что это блюдо не для сытности, а для... вкусного интереса. Угадаете начинки, не пробуя? Интрига. Ожидание новизны. И кстати, как и все самое ценное, это блюдо ограничено в количестве, больше пяти заказов в день на него не берем, – подвела итог Люда, переводя дух.
Насчет лимита подумала, еще когда возилась на кухне с этой мелочью. Времени больше занимает, а цена та же.
– А ежели я щас закажу еще такого, будут такие же вкусы или другие? – покосившись в блюдо, поинтересовался рыжебородый.
– Как знать, – пожала плечами Люда. – Не буду раскрывать интригу сразу...
Еще бы вспомнить, что она в эти крохотульки запихивала из всего, что попадалось под руку.
– Ох и лиса ты, человечка! – хохотнув и громко хлопнув по столу ладонью, рыжебородый велел: – Давай тогда и мне такое же ассорти.
Поднял взгляд над ее головой и спросил:
– Гракгаш, ты где такую занятную человечку взял?
Люда обернулась.
За ее спиной возвышался хозяин таверны. Кто знает, когда так тихо подошел и зачем. По его лицу не прочесть – он пришел защитить ее от недовольного клиента с секирой или хотел сам прихлопнуть? За то, что она такую суету навела?
– Сама пришла, – лаконично, как и всегда, пробасил в ответ Гракгаш. – Еще эля?
Обойдя стороной орка, Люда благополучно сбежала на кухню, но следом прибежали девчата, принося ей заказы – много заказов! – на фаршированные яйца.
О, да! Лед тронулся! Новое блюдо в их меню будет вписано если не Душарой, так спросом клиентов, которые эту историю точно не забудут, еще и дальше по дорогам и городам разнесут.
– Запомни, стажер, еда – это не только то, что во рту и в тарелке. Начинать есть любое из блюд ты... и все мы начинаем глазами!
– Че? – замерев и вытаращив на человечку глаза-маслины, переспросил Торги.
– Сначала мы на еду смотрим и уже тогда принимаем решение – хотим мы это или нет, – рассуждала Люда, вымешивая рядом кусок оранжевого теста. – И если еда красивая, то есть привлекает или вызывает интерес, то тогда начинает вырабатываться в желудке... кхе, брюхо готовится к еде. Процесс уже тогда запускается! Затем мы чуем запах еды, и во рту вырабатывается слюна...
– Че энто затем? Мы, орги, чуем далеко, даже не видя ничего. А не как вы, человеки, – возразил мальчишка с оливковой кожей, глядя на нее в ответ снисходительно.
– Ты не тормози, продолжай катать тесто, – кивнула на стол с тестом Люда и с улыбкой продолжила: – Ну, или вначале обоняние, как у вас, потом зрение... Главное, что знакомство с будущим обедом начинается уже на расстоянии! Потом добавляется вкус того, что уже во рту – ведь еда должна быть не только сытной для брюха и давать витамины... кхе, придавать силы всему телу, но и быть приятной на языке. И по вкусу, и по фактуре, и даже по температуре правильной, чтобы пищеварение лучше...
– Че?! – начавший было работу, Торги опять застыл.
– Говорю, если интерес к еде появляется на расстоянии, то любовь зарождается на языке. Нежное суфле или пряные похрустывающие сухарики... – покосилась на озадаченного орчонка и поправилась: – Хрустящие хрящики и косточки? Сладкий вкус пирога или мягкость теста. Если пища правильная по структуре и вкусу, то к ней захочется возвращаться вновь и вновь. Понимаешь?
– Не-а, – честно признавшись, качнул лысой головой парнишка.
Пучок волос на макушке он недавно сбрил почему-то, и теперь большие уши с острыми кончиками вроде как еще больше оттопыривались.
– Эх, ладно, потом поймешь, когда подрастешь, – продолжая подсыпать муку на стол, вздохнула попаданка, что была ниже орчонка ростом. – Главное, что еда должна привлекать интерес – как красивым видом, так и вкусным запахом. Тогда ее купят. Это понимаешь?
– Ну-у...
– А когда купцы узнают, что в нашей таверне есть всякое интересное, например, разноцветная лапша в супе, то ради любопытства заедут и накупят у нас много чего. Кроме лапши и другие блюда, и напитки, и пироги навынос, и может, на постой остановятся. А всё почему? Потому что мы... ты, Торги, сейчас сделаешь интересную новинку, на которую обязательно придут все посмотреть...
– Я-а?!
– Да, ты. Намесишь сейчас разноцветную лапшу, а потом сбегаешь к границе на дороге и прорекламируешь...
– Че?
– Говорю, новость всем сообщишь, слух распустишь... Даже если обозов не будет, пусть солдаты для начала придут...
Взгляд мальчишки, так и не продолжившего раскатывать тесто, метнулся куда-то в сторону.
Люда обернулась.
Неподалеку, скрестив руки на необъятной груди, стояла Душара.
И ведь не угадаешь по ее непроницаемому грубоватому лицу, как она отнесется к тому, что услышала.
– Таверне ведь не помешает большее число посетителей? – сглотнув, спросила Люда.
Орчиха, наклонив голову, молчала.
– А они все равно увеличатся в ближайшее время, ведь слух о нашем... моем споре с герцогом... и айном наверняка разойдется... если уже сплетни не пошли, – продолжала человечка. – Может, даже из города к нам специально приезжать будут. Если не ради нашей стряпни, так чтобы на меня, такую глупую, посмотреть. Да?
Душара опять промолчала. Кажется, даже не моргала.
– Все равно нужно будет больше готовить. И нужно пользоваться моментом! Если предлагать регулярно новые блюда, то люди... то есть клиенты будут возвращаться вновь и вновь, уже чтобы пробовать наши новинки...
Хозяйка кухни развернулась и ушла в сторону очага с вертелом. А в стороне, около выхода в зал застыли сусликами подавальщицы, наверняка подслушавшие много чего.
– Но цветная лапша будет не сегодня. И не завтра, – только и сказала им Люда, вздохнув. Не будет ли у нее проблем с таким самовольством? – Пока у нас хватает других новинок, чтобы привлекать народ.
***
Следующий день опять начинался очень рано, с первыми лучами солнца. Но вроде Люда уже стала привыкать.
Как и к обстановке в целом. И к тому, что ее называют либо человечка, либо Мила.
А тут еще либо случайное совпадение, либо местные боги услышали ее смелые планы и решили подыграть: в их таверну завернул довольно большой торговый обоз с двергами. Оказалось, что у одной из повозок неподалеку от них что-то случилось не то с колесом, не с осью, до города не дотянули бы.
Поэтому на кухне нужны были все руки, и человечку позвали скорее замешивать тесто на наливные пироги и стряпать шарлотку с яблоками для неожиданно нагрянувших клиентов. На этот раз наливные пироги делали не только с мясом, но и с грибами, и с овощами – Люда уже знала, что у двергов более разнообразная кухня, нежели у оборотней. Было в ней много овощей, грибов, солений, разного типа выпечка, каши.
Сегодня в помощники человечке, чтобы она успела с пирогами, выделили не только Торги, но и пару девчушек-двергинь. Уже вскоре поплыл ароматный запах выпечки. Но Люде было мало.
Нужно было воспользоваться столь удобным случаем!
Поэтому она успела отварить партию гусиных яиц – они ощутимо крупнее куриных, которые ей каждый день и так варили целой кастрюлей. Почему гусиные? Потому что местный народ крупный, им куриные действительно на один укус. А дверги прижимистые ребята, то есть рачительные – за мелочь платить не захотят. Из грибов и мяса Люда сделала еще паштеты для начинки и велела Ангрите и другим подавальщицам предлагать гостям новую закуску – фаршированные гусиные яйца.
Но, увы, возвращаясь каждый раз из зала, Ангрита качала головой на вопросительный взгляд попаданки.
Спроса не было! Дверги заказали привычные им похлебку, рагу, пироги, но не новое, неизвестное блюдо!
Какие же они консерваторы!
Двергини-пекари уже начали посмеиваться с "глупой затеи" человечки, но та решила во что бы то ни стало сегодня накормить проезжих купцов новинкой.
– Кто из них заказал больше всего еды? Вернее, у кого самый дорогой заказ? – выловив Ангриту в дверях в зал, поинтересовалась Люда.
Ей указали на четверых крупных мужчин у одного из окон.
– Отнеси им это блюдо, скажи, что комплимент от заведения...
– Чего?
– Что это подарок от заведения за их большой заказ... За наш счет, – от подарка они точно не откажутся.
Ангрита глянула куда-то поверх головы Люды, и та обернулась.
– За это блюдо я сама заплачу, но нам нужно, чтобы кто-нибудь из гостей первым попробовал, – пояснила человечка, глядя на Душару.
Та дернула широким плечом и ушла, бесшумно и плавно перетекла вглубь кухни.
Ей бы на разведку ходить в тыл врага, а не обычной кухаркой работать. К тому же орчиха вполне мастерски разделывала любые туши, ловко рубила мясо своим любимым тесаком – чувствовался опыт. С такой лучше в темном переулке или на тропе войны не сталкиваться.
Ангрита, послушно подхватив тарелку, где рядом с двумя крупными половинками гусиного яйца, фаршированными грибным и мясным паштетом, была еще крошечная горка маринованной капусты и парочка корнишонов с листиками зелени, исчезла в зале.
Однако вскоре уже звала туда Люду.
– Забавная закусь, раньше такого не едал, – оглаживая рыжеватую бороду, пробасил один из коренастых мужчин, сидящих за тем столом, куда принесли "подарок". – Твоя затея, человечка?
– Здесь такое я готовлю, – обтекаемо ответила Люда. Этой затее в ее мире сотни, как бы не тысячи лет. Странно, что в этом еще до такого не додумались. Или додумались, но не у двергов? – Если вам понравилось, можем повторить... для ваших товарищей тоже. Ангрита, примешь тогда заказ... – повернув голову к подруге, сказала попаданка.
Рыжебородый хмыкнул. Узнал цену, вполне небольшую, и махнул рукой подавальщице, мол, неси еще.
– А вам набор из двух яиц или четырех? – придержав дернувшуюся было бежать подавальщицу, Люда решила раскрутить интригу на полную. – Сегодня есть еще вариант, что четыре яичные половинки по той же цене.
На нее дружно уставились все четыре мужика за столом. И сама Ангрита, чуть приоткрыв рот от удивления. Начали и от других столов оглядываться. Сразу видно – купцы, как только слышат кодовое слово "цена", так сразу уши на макушке.
– Одна цена для набора из двух и из четырех яиц закуси? – не поверил рыжебородый, вновь огладив свою красоту, и с прищуром темно-карих глаз, в которых плясали хитринки, глянул на нее снизу вверх.
– Да, так и есть.
– Может, тогда уж и все восемь по той же цене сделаешь нам, человечка? – хохотнул широкий, прям очень фактурный мужик с волосами потемнее и в плотной кожаной куртке. Это по такому теплу, как сегодня на улице!
В его темной окладистой бороде были видна пара тонких косичек с металлическими бусинками, а сбоку от него у стены стояла здоровенная секира, на которую попаданка старалась не коситься.
– Могу и восемь. Почему нет? По той же цене, – мило улыбнулась в ответ Люда, кивая.
От соседних столов к ним стали разворачиваться, ловя каждый звук.
– Восемь яиц с закусью по той же цене, что и два? Почему? Они вчерашние, что ль? Али вообще недельной давности? – уточнил еще один мужик.
– Да вы что такое говорите! – показательно возмутилась Люда. – В таверне Гракгаша всегда все самое свежее! И только лучшее!
– Но цена одна и для двух яиц, и для четырех, и для восьми? – недоверчиво переспросил еще один из четверки, покосился на подавальщицу, которая онемела от недоумения. – А мож тогда и другие варианты есть, человечка? Мож, я двадцать хочу?
– Нет, других вариантов пока нет, сегодня только такое предложение. Но двадцать вы можете набрать десятью заказами по два, например.
– А неси! Посмотрим, – темнобородый, у которого косички, махнул широкой, почти как саперная лопатка ладонью. – Мне набор из восьми яиц.
Остальные мужики в нарядах побогаче были, но не повелись на такое "выгодное" предложение. Один из них с толикой сомнения заказал четыре, а рыжебородый подтвердил еще один заказ на два.
Люда поспешила на кухню вместе с недоумевающей Ангритой. Зато в зале уже поползли шепотки, народ начал обсуждать новинку. Вот, заработало! Правда, пока никто не торопился заказывать, видимо, ждали результата – почему "глупая" человечка так странно цены назначает. И почему она. То есть стряпуха, а не подавальщица или хозяин.
Да, когда Люда проходила мимо барной стойки, где монолитом застыл Гракгаш, тот тоже одарил ее темным давящим взглядом. Но человечка ему как можно вежливее улыбнулась и ускорилась, чтобы исчезнуть за кухонными дверями.
Нужно поспешить – и текущие заказы выполнить, и обед сегодня с драконом и его приятелями никто не отменял.
Спустя некоторое время человечке пришлось опять выходить в зал. Потому что Ангрита, глядя, что приготовила ей Люда, отказалась сама нести блюда клиентам.
Пошли вдвоем. Молодая двергиня несла тарелку с двумя половинками гусиного яйца. Люда несла другие две тарелки.
Когда они вышли, в зале стихло. Все головы дружно повернулись к ним.
Девушки подошли к нужному столу и поставили тарелки перед заказчиками.
Минута тревожной, томительной тишины, такой, что слышно, как у дальнего окна бьется в стекло случайная муха, а затем... вначале рыжебородый, а за ним еще двое начали смеяться. И их смех... вернее, уж нарастающий гогот, постепенно подхватывали остальные посетители.
Глава 14 День четвертый
– Эт че такое? – пробасил темнобородый, который заказал закуску из восьми яиц.
Только он из всех посетителей не смеялся.
– Ваш заказ...
– Они мелкие!
– Да, перепелиные, – подтвердила Люда. – Самые свежие и...
– Да тут жрать нечего! – у темнобородого мужика начало и лицо темнеть от гнева.
А его рука – вот точно! – развернулась в сторону секиры.
– Иногда еда не только для "жрать" бывает, но и для впечатлений, уважаемый, – как можно спокойнее ответила Люда. – Чтобы праздник был не только тела, но и души.
– Я впечатлен! – похохатывал рядом рыжебородый. Стукнул приятеля по плечу ладонищей. – Гля, как человечка нас обхитрила.
– Ну что вы, господа! Никакой хитрости! Ведь цена определяется не только объемом, но и качеством, тонкостью работы, редкостью товара. Кому, как не вам, купцам, это знать, – зачастила с объяснениями Люда. – Гусиные яйца большие, сытные, но простые. Простые и понятые, как... например, обычная шерстяная ткань, сотканная обычной хозяйкой. Набор из четырех куриных яиц разнообразнее начинками и подан, посмотрите, совсем иначе. Как для более взыскательного... гурмана. Считайте, что это... как лен с примесью хлопка из городской мастерской. Уже не для повседневной одежды, а нарядной. Такое точно не будет стоить дешевле. А набор из перепелиных яиц – да, кажется крошечным, но... во-первых, посмотрите, какая тонкая работа...
Взгляды окружающих послушно опустились на блюдо. На листьях зеленого салата лежали крошечные половинки яиц, фаршированные разными – даже разноцветными! – начинками, еще сверху Люда умудрилась украсить – и зеленью, и тончайшими слайсами опять же разноцветных овощей. У нее же теперь полно разнообразной зелени, нужно быстрее использовать!
– Это как тончайший шелк, почти прозрачный, но согревающий, переливающийся, живой, неподражаемый...
Однако темнобородый продолжал недовольно сопеть.
– Так и это ассорти яичек неподражаемо, здесь все начинки разные не только по цвету и украшениям, у всех... девяти разные вкусы, это во-вторых – ой, только сейчас доглядела, что на блюде не то количество. Наверное, в запаре ошиблась, но хорошо, что в большую сторону. – И один вкус вам в подарок! Так что это блюдо не для сытности, а для... вкусного интереса. Угадаете начинки, не пробуя? Интрига. Ожидание новизны. И кстати, как и все самое ценное, это блюдо ограничено в количестве, больше пяти заказов в день на него не берем, – подвела итог Люда, переводя дух.
Насчет лимита подумала, еще когда возилась на кухне с этой мелочью. Времени больше занимает, а цена та же.
– А ежели я щас закажу еще такого, будут такие же вкусы или другие? – покосившись в блюдо, поинтересовался рыжебородый.
– Как знать, – пожала плечами Люда. – Не буду раскрывать интригу сразу...
Еще бы вспомнить, что она в эти крохотульки запихивала из всего, что попадалось под руку.
– Ох и лиса ты, человечка! – хохотнув и громко хлопнув по столу ладонью, рыжебородый велел: – Давай тогда и мне такое же ассорти.
Поднял взгляд над ее головой и спросил:
– Гракгаш, ты где такую занятную человечку взял?
Люда обернулась.
За ее спиной возвышался хозяин таверны. Кто знает, когда так тихо подошел и зачем. По его лицу не прочесть – он пришел защитить ее от недовольного клиента с секирой или хотел сам прихлопнуть? За то, что она такую суету навела?
– Сама пришла, – лаконично, как и всегда, пробасил в ответ Гракгаш. – Еще эля?
Обойдя стороной орка, Люда благополучно сбежала на кухню, но следом прибежали девчата, принося ей заказы – много заказов! – на фаршированные яйца.
О, да! Лед тронулся! Новое блюдо в их меню будет вписано если не Душарой, так спросом клиентов, которые эту историю точно не забудут, еще и дальше по дорогам и городам разнесут.
