– Что они делают? – сверкнувший желтизной взгляд дракона метнулся к ней. – Что такое "дартс"? Разве это айновское слово?
Можно ли спихнуть идею игры на Лайнфаэра? Он все равно уехал, уточнить у него не смогут. А дротики и все подобное как раз из айновского арсенала.
– А какая стратегия у драконов, по-твоему? – и Вуггерс все не унимался.
Единственный здесь дракон, впрочем, как и все остальные присутствующие, уставились на человечку с заметным интересом.
– Не знаю пока, – призналась Мила. – Драконы – птицы редкие, их еще попробуй найди для наблюдения. То есть я хотела сказать, редко спускаются до простых обывателей.
Повернула голову к своим мальчишкам:
– А у вас такая редкая возможность! Вот, – осторожно кивнула на стоящего рядом "законника". – Наблюдать одного из них, первородных, в такой близи! Не хлопайте ушами, пользуйтесь случаем.
– Мы не могем хлопать ушами, – расстроенно выпятил нижнюю губу Урз.
– Энто как его... не по взаправдашнему! – пихнул его кулаком в ребра Китр, соображающий шустрее. – Фраза такая... как тама... катовая.
– Кодовая, – поправила Мила.
– А это что значит? – как-то уж совсем подобрался Моррокей.
– М-м, обмен? Меняю эту несомненно важную информацию на... что-нибудь о драконах, – улыбнулась девушка.
Брови дракона взлетели. Оборотни в стороне хохотнули.
– Эт ща че было, по-дверговски прием? Торгуешься? – раздалось с их стороны со смешком.
Так что эти две недели были очень насыщенными, пролетели быстро.
Долгов по налогам у таверны не было, впрочем, как и документов об их оплате у самих оргов. Как им объяснить важность бухгалтерии? И регулярных сверок?
Затем магический договор об аренде Дрыхом у Нагкаша помещений под общепит составили. Дракон-законник фыркал, что уж орги то меж собой завсегда разберутся, по-свойски, зачем им договор, тем более магический? Но Мила заверяла – в первую очередь недовольно смотрящим на нее оргов – что для защиты от вмешательства третьих лиц, извне. На примерах своего мира знала, кого в первую очередь разводят мошенники. А орги в некоторых вопросах хуже земных пенсионеров.
Затем нужно было начать ремонт помещений и проконтролировать, чтобы делали именно по правилам договора франшизы, вплоть до раскрашенной мебели. Мастеров нанимали из местных двергов. В таверну для оргов. Но командовала всеми человечка, за спиной которой зачастую стоял интересующийся всем происходящим дракон.
Так что слухи об их заведении быстро поползи по городу.
С одной стороны, хорошо, как реклама сработает. С другой – о них конкуренты знают, а они о ситуации в городе – нет.
Поэтому Мила дала указание мальчишкам провести особую разведку – сбор коммерческих данных по всем соседним тавернам. А также по торговому потоку в городе в целом. Хорошо, что их заведение стояло на дороге, которая вела в столицу герцогства, то есть через них движение будет больше. Но надо знать, сколько торговых караванов или всадников в среднем в день проезжают, кто из них и где останавливаются перекусить и закупиться провизией. Вплоть до того, кто из ближайших конкурентов что именно предлагает и по каким ценам.
Когда она озвучила подробно это задание мальчишкам, то вожак местной ватаги, Шогр, опять возразил человечке. Мол, это неправильная разведка, надобно количество воинов и мечей считать, а не телег и едоков.
Вот любят эти орги по любому поводу мериться, кто главнее! Кстати, еще одно отличие их от волков – последние не так часто бросают вызовы своим же старшим, построже у них дисциплина в кланах.
– Количество мечей любой воин посчитать может, но если ты хочешь стать когда-нибудь командиром отряда... как это по-вашему – "орды"? Ты же хочешь? Тогда должен смотреть дальше, понимать и знать больше, думать чаще, – объясняла Мила.
Ее мальчишки переводили на оргский, поскольку дарзанские подростки санайский язык не знали.
– Зачем? – не понимал зеленокожий подросток, уже такой массивный, крупнее Милы.
Его приятели согласно фыркали, поддерживая своего вожака.
– Затем, что... вот представь: тебя с твоим отрядом, – девушка указала рукой на остальных местных мальчишек. Их вожак выпятил гордо грудь, видимо, представляя себя уже в роли командира. – Нанял торговец, у которого мало телег, и товар заявлен как недорогой. И?... – приглашающе махнула ему рукой.
– Че "и"? – не понял мальчишка.
– В чем засада? – намекнула ему Мила.
– Какая засада?
Взрослые орги, что были неподалеку, разворачивали к ним головы.
– Если у купца мало товара, и он недорогой, то зачем ему тратиться на дорогую хорошую охрану, на вас? На целый отряд оргов, лучших наемников в империи? – продолжала намекать человечка.
– Зачем? – уже хором спросили мальчишки.
– Да затем, что в этом точно есть какая-то подстава! И если ты согласишься взять этот заказ, Шогр, то ты подведешь свой отряд!
– Чёй-то?
– Да той-то! Скорее всего там контрабанда! Или даже если просто не тот товар, что заявлен, может, сильно дороже, но все равно риски заранее ты не сможешь просчитать, если не будешь владеть полной информацией. Или, вообще, именно вам личная подстава, чтобы именно ваш отряд во что-то неприятное втянуть. Варианты могут быть разные, надо продумать все и решить...
– И че, что контрабанда? – а остальное он мимо ушей пропустил?
– А то, что на караван с запрещенным товаром могут напасть не бандиты, а гвардия владетеля земель. Или ты будешь с хозяином земель воевать? – Шогр посмотрел на желтого дракона, что стоял рядом с Милой, и покачал головой. – А еще и вас контрабандистами посчитают, в тюрьму отправят.
– Чёй-то нас? Ежели товар не наш?
– А ты попробуй потом докажи, что не был в сговоре с караванщиком. Тем более если вы договор на бумаге не подписали заранее, что ты всего лишь охрана. Кстати, а ты читать умеешь? Вот возьмет караванщик и заявит, что товар твой, а его только телеги, и ты его заставил.
– Я-а?! Дык товар не мой!
– А как докажешь?
Мальчишка насупился, выдвинул вперед тяжелую челюсть.
– Люди такие, – неожиданно поддакнул кто-то из старших оргов, которые тоже слушали. – Могут извернуться. Вначале одно говорят, потом другое.
"Лишь бы это был намек не на меня" – подумала Мила, покосившись на встрявшего.
– Ну-у... – Шорг почесал затылок и опять вскинулся. – А зачем считать, скока людёв в других тавернах жрут?
– Затем, чтобы просчитать, сколько и какую добычу можно заманить в наши сети, то есть посетителей в нашу таверну. Значит, и примерный доход можем узнать.
– Зачем считать? Брать и заманивать, а там как-нибудь, – делились мнением мальчишки.
– Затем, чтобы просчитать сколько нужно... охотников. То есть... э-э, какой большой отряд охраны должен быть в таверне, сколько стряпух, – переводила на простые примеры, как могла. – Если научишься просчитывать, планировать и... управляться в таверне, то и любым отрядом потом сможешь командовать.
– Скажешь еще! – опять не поверили ей мальчишки. – Эт ва-аще другое.
– Ну и чем же управление таверной отличается от командования отрядом?
– Да всем!
– На самом деле мало чем. Командир не воюет... – мальчишки живо возмутились, громко споря. – Хорошо, сам тоже воюет, если мы про небольшой отряд говорим, а не про армию в целом. Но орды в первую очередь должен думать обо всем отряде, о ходе боя и конечной цели похода. Это гораздо важнее, чем самому махать мечом или кулаками. Потому что... кто кроме него? Управляющий таверной сам не готовит еду, не разносит ее, а следит за порядком в целом, за всеми, кто эту работу делает. И тоже за всех отвечает, чтобы дело было успешным, чтобы были монеты на оплату труда каждого. Поэтому любой командир должен уметь хорошенько обдумывать дело наперед. И, значит, что?
– Что?
– Идите и собирайте информацию, чтобы было потом что обдумывать.
После того, как всем вокруг раздала задания, Мила засобиралась домой. То есть в "нулевую таверну", что между Сареашем и санайской границей, где тоже нужно контролировать ход изменений.
Тем более, как сообщил вестник оттуда, ее там кое-кто настойчиво разыскивал.
Возвращалась Мила опять без Дрыха, всего с двумя "своими", зато с пятью дарзанскими мальчишками, которых ей выдали для дальнейшей учебы. Остальные – Дрых с Гормом и даже дракон – остались доделывать запланированное в той таверне.
Подъезжая к "своей" таверне, то есть Гракгаша, Мила присматривалась, что изменилось, пока ее не было. Так, двор еще расширили, новые навесы стоят, их столбы яркой краской покрасили. Новенькие мальчишки тоже настороженно оглядывались, "свои" убежали загодя, неся новость о прибытии.
Пока окончательно не стемнело, спешившаяся девушка не торопилась уйти со двора, присматривалась, что за телеги припаркованы, много ли народа, рассказывала орчатам, куда им пойти расположиться. Но только ступила на порог таверны, как ее сильно пихнули сзади в плечо.
Какой-то громила, грубо оттеснив ее, напористо прошагал внутрь. Однако услышав сорвавшееся с ее губ крепкое словцо, оглянулся. Пригляделся. Скривился еще больше, узнавая. Хотя вроде куда более, и без того выглядел раздраженным.
– Опять ты, пацан? Если че опять про глаза вякнешь, то в глаз и получишь!
Настроения нет у него, а крайняя она? И он опять ее принял за парня!
Да, она все еще в штанах и куртке, даже в капюшоне, чтобы посторонние из остановившегося каравана на нее, девку в штанах, не таращились. Но лицо открыто, неужели вблизи не понял? Хотя в таверне свет только начали зажигать, совсем мало ламп, большая часть посетителей здесь нелюди, им и так сойдет.
Знакомые оборотни, сидящие внутри и которые уже собирались приветствовать Милу, аж замерли на миг от такой грубости чужака. Но вот парочка стражников стала приподниматься.
– Слышь, мужик!
Позади заскочил в дверь один из сопровождающих ее волков, которые в знакомом дворе уже расслабились и задержались у коней, оставив подопечную.
– Все в порядке, ребята, тише, – махнула им рукой Мила, пытаясь сделать голос пониже, грубее.
А пользуясь тем, что чужак уже развернулся и пошел дальше, подмигнула всем и приложила палец к губам.
– Где эта Милдред Питер? – грубиян громко возмущался уже у барной стойки в глубине таверны. – Я слыхал, что она приехала? Или едет... Откуда, кстати? Где она каталась столько времени!
Так вот кто ее здесь ждал? Сюрприз, однако.
Мила прошла вглубь помещения вслед за ним и, старательно изображая юношеский голос, поддакнула с показным возмущением:
– Да, где эта Милдред?
Дернувшись, мужик обернулся:
– А у тебя какое к ней дело, пацан?
Хрюкнул кто-то позади из посетителей-завсегдатаев, не сдержавшись. На него свои же зашикали. Кажется, или опять монетки там звякают?
– А тебе какое дело... до моего дела, солдат? – покосилась на его оружейную перевязь у пояса, вспомнила, что надо следить за тембром голоса. – Кхе, я же к тебе не лезу с расспросами...
– Только попробуй, – рубанул мужик и опять повернулся к Гракгашу, который взирал на происходящее как обычно невозмутимо. Разве что его надбровные дуги совсем чуть-чуть приподнялись. – Так где она? Доехала уже наконец? Ей передали, что ее ждут? Сколько можно ждать!
– Да, где она? – опять поддакнула Мила и подмигнула Китру и Урзу, которые тоже нашлись около барной стойки и сейчас таращились на нее, приоткрыв рты.
И пока чужак опять не обернулся и не видит, покрутила пальцем у головы, намекая, чтобы они соображали.
Урз, недоумевающе моргнув, только было собрался что-то сказать, как вперед него успел Китр:
– Она... она... не на кухне? – получилось у него все-таки вопросительно.
Мила успела показать ему большой палец и одобряюще улыбнуться, прежде чем мужик обернулся и с сомнением глянул на нее. Потому что орчата таращились именно на нее! Эх, учиться им еще и учиться актерскому мастерству и импровизации.
– Слышь, пацан, уйди с дороги! Я столько прождал эту девкуи буду первый с ней говорить. Только попробуй влезть поперед меня!
Орчата подались вперед и засопели, но Мила успела согласиться, взмахнув ладонями в сторону мальчишек:
– Да как скажешь! Разве я против? Говори с кем хочешь. А я... Хозяин, можно мне, пожалуйста, ключ от комнаты? И, будьте так любезны, ужин пусть тоже подадут в комнату. Как раз приведу себя в порядок после дороги, чтобы потом не вонять, общаясь с другими, тем более с девушкой.
Мужик открыл было рот, вот точно, чтобы опять огрызнуться, но молча закрыл. Наклонил голову, то ли соглашаясь, чтобы конкурент ушел, то ли... пытаясь к себе принюхаться?
Звякнул об столешницу стойки тяжелый ключ от комнаты. Поблагодарив, Мила забрала его. Она оставляла ключ от своей комнаты, когда уезжала, чтобы там пыль протирали, и чтобы не потерять его в дороге.
– А нам ты сказал, что свободных комнат нет! – все же нашел из-за чего еще возмутиться мужик, теперь в адрес хозяина.
Гракгаш даже бровью не повел, никак не отреагировал на слова человека. Будто не слышал. Зато Мила не сдержалась:
– А ты попробуй в следующий раз вежливо попросить. Слыхал такое: вежливостью города берут?
– Слышь, ты! – опять рявкнул мужик, и вот теперь орг перевел черный взгляд на него. – Иди уже отсюда... аристократик! – такое впечатление, что долго подбирал, каким словом ругнуться. – Пока твое смазливое личико еще цело.
Кивнув и подмигнув орчатам, Мила сбежала на лестницу наверх, так и не сняв капюшон.
Как же хорошо вернуться домой!
Где все привычные удобства, которые Мила каждый день вспоминала в чужой таверне. Собрав чистые вещи и прочее нужное, она сходила по служебной лестнице вниз, в помывочную для сотрудников. Она ведь тоже в какой-то мере сотрудник. Заодно заглянула на кухню, чтобы поприветствовать всех. Затем наплескалась от души, спокойно.
Потом одна из подавальщиц принесла ей в комнату не только ужин, но и свежие новости. В том числе и об этом наемнике, который засел внизу и продолжает с кислой физиономией – и с кружками эля – ждать Милдред. О том, как растут ставки на окончание сегодняшнего вечера. Похихикали вместе с молодой двергиней.
Только как бы Мила время ни тянула, впрочем, просушить длинные волосы без фена тоже не быстро, но нужно спускаться в зал.
Как жаль, что посланец от Гурмона, его сынок, оказался таким грубияном. И почему повар говорил, что не в него сын? Очень похож! И размерами, и физиономией, будто грубо выточенной, и манерами. Неприятно, но все равно придется иметь с ним дело, аванс уже внесен.
Девушка собрала все еще влажные волосы, платье надела черное, что когда-то ей выдал герцог.
Потому что в этом мире встречают по одежке, только что убедилась, а это платье самое представительное в ее гардеробе. Чтобы тот мужлан все же подумал, с кем разговаривает. Тем более платье черное, в цветах местного владетеля земель. Тоже жирный такой намек. Если папаша не соизволил сыну рассказать, с кем общалась "эта девка", то, может, хоть так задумается?
Затем собрала еще кое-какие бумаги и, вздохнув, стала спускаться "в народ". Может, не стоило разыгрывать мужчину, но он такой хам, что да... не сдержалась.
Зал встретил ее настороженно – смолкли разговоры, головы многих развернулись к лестнице. Потому что у нелюдей хороший слух, заранее услышали ее шаги и шелест платья.
Повернулся вслед за всеми и наемник. Впрочем, теперь за столом он сидел не один, были там и другие люди, которые тоже обернулись.
Можно ли спихнуть идею игры на Лайнфаэра? Он все равно уехал, уточнить у него не смогут. А дротики и все подобное как раз из айновского арсенала.
– А какая стратегия у драконов, по-твоему? – и Вуггерс все не унимался.
Единственный здесь дракон, впрочем, как и все остальные присутствующие, уставились на человечку с заметным интересом.
– Не знаю пока, – призналась Мила. – Драконы – птицы редкие, их еще попробуй найди для наблюдения. То есть я хотела сказать, редко спускаются до простых обывателей.
Повернула голову к своим мальчишкам:
– А у вас такая редкая возможность! Вот, – осторожно кивнула на стоящего рядом "законника". – Наблюдать одного из них, первородных, в такой близи! Не хлопайте ушами, пользуйтесь случаем.
– Мы не могем хлопать ушами, – расстроенно выпятил нижнюю губу Урз.
– Энто как его... не по взаправдашнему! – пихнул его кулаком в ребра Китр, соображающий шустрее. – Фраза такая... как тама... катовая.
– Кодовая, – поправила Мила.
– А это что значит? – как-то уж совсем подобрался Моррокей.
– М-м, обмен? Меняю эту несомненно важную информацию на... что-нибудь о драконах, – улыбнулась девушка.
Брови дракона взлетели. Оборотни в стороне хохотнули.
– Эт ща че было, по-дверговски прием? Торгуешься? – раздалось с их стороны со смешком.
Так что эти две недели были очень насыщенными, пролетели быстро.
Долгов по налогам у таверны не было, впрочем, как и документов об их оплате у самих оргов. Как им объяснить важность бухгалтерии? И регулярных сверок?
Затем магический договор об аренде Дрыхом у Нагкаша помещений под общепит составили. Дракон-законник фыркал, что уж орги то меж собой завсегда разберутся, по-свойски, зачем им договор, тем более магический? Но Мила заверяла – в первую очередь недовольно смотрящим на нее оргов – что для защиты от вмешательства третьих лиц, извне. На примерах своего мира знала, кого в первую очередь разводят мошенники. А орги в некоторых вопросах хуже земных пенсионеров.
Затем нужно было начать ремонт помещений и проконтролировать, чтобы делали именно по правилам договора франшизы, вплоть до раскрашенной мебели. Мастеров нанимали из местных двергов. В таверну для оргов. Но командовала всеми человечка, за спиной которой зачастую стоял интересующийся всем происходящим дракон.
Так что слухи об их заведении быстро поползи по городу.
С одной стороны, хорошо, как реклама сработает. С другой – о них конкуренты знают, а они о ситуации в городе – нет.
Поэтому Мила дала указание мальчишкам провести особую разведку – сбор коммерческих данных по всем соседним тавернам. А также по торговому потоку в городе в целом. Хорошо, что их заведение стояло на дороге, которая вела в столицу герцогства, то есть через них движение будет больше. Но надо знать, сколько торговых караванов или всадников в среднем в день проезжают, кто из них и где останавливаются перекусить и закупиться провизией. Вплоть до того, кто из ближайших конкурентов что именно предлагает и по каким ценам.
Когда она озвучила подробно это задание мальчишкам, то вожак местной ватаги, Шогр, опять возразил человечке. Мол, это неправильная разведка, надобно количество воинов и мечей считать, а не телег и едоков.
Вот любят эти орги по любому поводу мериться, кто главнее! Кстати, еще одно отличие их от волков – последние не так часто бросают вызовы своим же старшим, построже у них дисциплина в кланах.
– Количество мечей любой воин посчитать может, но если ты хочешь стать когда-нибудь командиром отряда... как это по-вашему – "орды"? Ты же хочешь? Тогда должен смотреть дальше, понимать и знать больше, думать чаще, – объясняла Мила.
Ее мальчишки переводили на оргский, поскольку дарзанские подростки санайский язык не знали.
– Зачем? – не понимал зеленокожий подросток, уже такой массивный, крупнее Милы.
Его приятели согласно фыркали, поддерживая своего вожака.
– Затем, что... вот представь: тебя с твоим отрядом, – девушка указала рукой на остальных местных мальчишек. Их вожак выпятил гордо грудь, видимо, представляя себя уже в роли командира. – Нанял торговец, у которого мало телег, и товар заявлен как недорогой. И?... – приглашающе махнула ему рукой.
– Че "и"? – не понял мальчишка.
– В чем засада? – намекнула ему Мила.
– Какая засада?
Взрослые орги, что были неподалеку, разворачивали к ним головы.
– Если у купца мало товара, и он недорогой, то зачем ему тратиться на дорогую хорошую охрану, на вас? На целый отряд оргов, лучших наемников в империи? – продолжала намекать человечка.
– Зачем? – уже хором спросили мальчишки.
– Да затем, что в этом точно есть какая-то подстава! И если ты согласишься взять этот заказ, Шогр, то ты подведешь свой отряд!
– Чёй-то?
– Да той-то! Скорее всего там контрабанда! Или даже если просто не тот товар, что заявлен, может, сильно дороже, но все равно риски заранее ты не сможешь просчитать, если не будешь владеть полной информацией. Или, вообще, именно вам личная подстава, чтобы именно ваш отряд во что-то неприятное втянуть. Варианты могут быть разные, надо продумать все и решить...
– И че, что контрабанда? – а остальное он мимо ушей пропустил?
– А то, что на караван с запрещенным товаром могут напасть не бандиты, а гвардия владетеля земель. Или ты будешь с хозяином земель воевать? – Шогр посмотрел на желтого дракона, что стоял рядом с Милой, и покачал головой. – А еще и вас контрабандистами посчитают, в тюрьму отправят.
– Чёй-то нас? Ежели товар не наш?
– А ты попробуй потом докажи, что не был в сговоре с караванщиком. Тем более если вы договор на бумаге не подписали заранее, что ты всего лишь охрана. Кстати, а ты читать умеешь? Вот возьмет караванщик и заявит, что товар твой, а его только телеги, и ты его заставил.
– Я-а?! Дык товар не мой!
– А как докажешь?
Мальчишка насупился, выдвинул вперед тяжелую челюсть.
– Люди такие, – неожиданно поддакнул кто-то из старших оргов, которые тоже слушали. – Могут извернуться. Вначале одно говорят, потом другое.
"Лишь бы это был намек не на меня" – подумала Мила, покосившись на встрявшего.
– Ну-у... – Шорг почесал затылок и опять вскинулся. – А зачем считать, скока людёв в других тавернах жрут?
– Затем, чтобы просчитать, сколько и какую добычу можно заманить в наши сети, то есть посетителей в нашу таверну. Значит, и примерный доход можем узнать.
– Зачем считать? Брать и заманивать, а там как-нибудь, – делились мнением мальчишки.
– Затем, чтобы просчитать сколько нужно... охотников. То есть... э-э, какой большой отряд охраны должен быть в таверне, сколько стряпух, – переводила на простые примеры, как могла. – Если научишься просчитывать, планировать и... управляться в таверне, то и любым отрядом потом сможешь командовать.
– Скажешь еще! – опять не поверили ей мальчишки. – Эт ва-аще другое.
– Ну и чем же управление таверной отличается от командования отрядом?
– Да всем!
– На самом деле мало чем. Командир не воюет... – мальчишки живо возмутились, громко споря. – Хорошо, сам тоже воюет, если мы про небольшой отряд говорим, а не про армию в целом. Но орды в первую очередь должен думать обо всем отряде, о ходе боя и конечной цели похода. Это гораздо важнее, чем самому махать мечом или кулаками. Потому что... кто кроме него? Управляющий таверной сам не готовит еду, не разносит ее, а следит за порядком в целом, за всеми, кто эту работу делает. И тоже за всех отвечает, чтобы дело было успешным, чтобы были монеты на оплату труда каждого. Поэтому любой командир должен уметь хорошенько обдумывать дело наперед. И, значит, что?
– Что?
– Идите и собирайте информацию, чтобы было потом что обдумывать.
После того, как всем вокруг раздала задания, Мила засобиралась домой. То есть в "нулевую таверну", что между Сареашем и санайской границей, где тоже нужно контролировать ход изменений.
Тем более, как сообщил вестник оттуда, ее там кое-кто настойчиво разыскивал.
Глава 15 Жених(и) №2
Возвращалась Мила опять без Дрыха, всего с двумя "своими", зато с пятью дарзанскими мальчишками, которых ей выдали для дальнейшей учебы. Остальные – Дрых с Гормом и даже дракон – остались доделывать запланированное в той таверне.
Подъезжая к "своей" таверне, то есть Гракгаша, Мила присматривалась, что изменилось, пока ее не было. Так, двор еще расширили, новые навесы стоят, их столбы яркой краской покрасили. Новенькие мальчишки тоже настороженно оглядывались, "свои" убежали загодя, неся новость о прибытии.
Пока окончательно не стемнело, спешившаяся девушка не торопилась уйти со двора, присматривалась, что за телеги припаркованы, много ли народа, рассказывала орчатам, куда им пойти расположиться. Но только ступила на порог таверны, как ее сильно пихнули сзади в плечо.
Какой-то громила, грубо оттеснив ее, напористо прошагал внутрь. Однако услышав сорвавшееся с ее губ крепкое словцо, оглянулся. Пригляделся. Скривился еще больше, узнавая. Хотя вроде куда более, и без того выглядел раздраженным.
– Опять ты, пацан? Если че опять про глаза вякнешь, то в глаз и получишь!
Настроения нет у него, а крайняя она? И он опять ее принял за парня!
Да, она все еще в штанах и куртке, даже в капюшоне, чтобы посторонние из остановившегося каравана на нее, девку в штанах, не таращились. Но лицо открыто, неужели вблизи не понял? Хотя в таверне свет только начали зажигать, совсем мало ламп, большая часть посетителей здесь нелюди, им и так сойдет.
Знакомые оборотни, сидящие внутри и которые уже собирались приветствовать Милу, аж замерли на миг от такой грубости чужака. Но вот парочка стражников стала приподниматься.
– Слышь, мужик!
Позади заскочил в дверь один из сопровождающих ее волков, которые в знакомом дворе уже расслабились и задержались у коней, оставив подопечную.
– Все в порядке, ребята, тише, – махнула им рукой Мила, пытаясь сделать голос пониже, грубее.
А пользуясь тем, что чужак уже развернулся и пошел дальше, подмигнула всем и приложила палец к губам.
– Где эта Милдред Питер? – грубиян громко возмущался уже у барной стойки в глубине таверны. – Я слыхал, что она приехала? Или едет... Откуда, кстати? Где она каталась столько времени!
Так вот кто ее здесь ждал? Сюрприз, однако.
Мила прошла вглубь помещения вслед за ним и, старательно изображая юношеский голос, поддакнула с показным возмущением:
– Да, где эта Милдред?
Дернувшись, мужик обернулся:
– А у тебя какое к ней дело, пацан?
Хрюкнул кто-то позади из посетителей-завсегдатаев, не сдержавшись. На него свои же зашикали. Кажется, или опять монетки там звякают?
– А тебе какое дело... до моего дела, солдат? – покосилась на его оружейную перевязь у пояса, вспомнила, что надо следить за тембром голоса. – Кхе, я же к тебе не лезу с расспросами...
– Только попробуй, – рубанул мужик и опять повернулся к Гракгашу, который взирал на происходящее как обычно невозмутимо. Разве что его надбровные дуги совсем чуть-чуть приподнялись. – Так где она? Доехала уже наконец? Ей передали, что ее ждут? Сколько можно ждать!
– Да, где она? – опять поддакнула Мила и подмигнула Китру и Урзу, которые тоже нашлись около барной стойки и сейчас таращились на нее, приоткрыв рты.
И пока чужак опять не обернулся и не видит, покрутила пальцем у головы, намекая, чтобы они соображали.
Урз, недоумевающе моргнув, только было собрался что-то сказать, как вперед него успел Китр:
– Она... она... не на кухне? – получилось у него все-таки вопросительно.
Мила успела показать ему большой палец и одобряюще улыбнуться, прежде чем мужик обернулся и с сомнением глянул на нее. Потому что орчата таращились именно на нее! Эх, учиться им еще и учиться актерскому мастерству и импровизации.
– Слышь, пацан, уйди с дороги! Я столько прождал эту девкуи буду первый с ней говорить. Только попробуй влезть поперед меня!
Орчата подались вперед и засопели, но Мила успела согласиться, взмахнув ладонями в сторону мальчишек:
– Да как скажешь! Разве я против? Говори с кем хочешь. А я... Хозяин, можно мне, пожалуйста, ключ от комнаты? И, будьте так любезны, ужин пусть тоже подадут в комнату. Как раз приведу себя в порядок после дороги, чтобы потом не вонять, общаясь с другими, тем более с девушкой.
Мужик открыл было рот, вот точно, чтобы опять огрызнуться, но молча закрыл. Наклонил голову, то ли соглашаясь, чтобы конкурент ушел, то ли... пытаясь к себе принюхаться?
Звякнул об столешницу стойки тяжелый ключ от комнаты. Поблагодарив, Мила забрала его. Она оставляла ключ от своей комнаты, когда уезжала, чтобы там пыль протирали, и чтобы не потерять его в дороге.
– А нам ты сказал, что свободных комнат нет! – все же нашел из-за чего еще возмутиться мужик, теперь в адрес хозяина.
Гракгаш даже бровью не повел, никак не отреагировал на слова человека. Будто не слышал. Зато Мила не сдержалась:
– А ты попробуй в следующий раз вежливо попросить. Слыхал такое: вежливостью города берут?
– Слышь, ты! – опять рявкнул мужик, и вот теперь орг перевел черный взгляд на него. – Иди уже отсюда... аристократик! – такое впечатление, что долго подбирал, каким словом ругнуться. – Пока твое смазливое личико еще цело.
Кивнув и подмигнув орчатам, Мила сбежала на лестницу наверх, так и не сняв капюшон.
Как же хорошо вернуться домой!
Где все привычные удобства, которые Мила каждый день вспоминала в чужой таверне. Собрав чистые вещи и прочее нужное, она сходила по служебной лестнице вниз, в помывочную для сотрудников. Она ведь тоже в какой-то мере сотрудник. Заодно заглянула на кухню, чтобы поприветствовать всех. Затем наплескалась от души, спокойно.
Потом одна из подавальщиц принесла ей в комнату не только ужин, но и свежие новости. В том числе и об этом наемнике, который засел внизу и продолжает с кислой физиономией – и с кружками эля – ждать Милдред. О том, как растут ставки на окончание сегодняшнего вечера. Похихикали вместе с молодой двергиней.
Только как бы Мила время ни тянула, впрочем, просушить длинные волосы без фена тоже не быстро, но нужно спускаться в зал.
Как жаль, что посланец от Гурмона, его сынок, оказался таким грубияном. И почему повар говорил, что не в него сын? Очень похож! И размерами, и физиономией, будто грубо выточенной, и манерами. Неприятно, но все равно придется иметь с ним дело, аванс уже внесен.
Девушка собрала все еще влажные волосы, платье надела черное, что когда-то ей выдал герцог.
Потому что в этом мире встречают по одежке, только что убедилась, а это платье самое представительное в ее гардеробе. Чтобы тот мужлан все же подумал, с кем разговаривает. Тем более платье черное, в цветах местного владетеля земель. Тоже жирный такой намек. Если папаша не соизволил сыну рассказать, с кем общалась "эта девка", то, может, хоть так задумается?
Затем собрала еще кое-какие бумаги и, вздохнув, стала спускаться "в народ". Может, не стоило разыгрывать мужчину, но он такой хам, что да... не сдержалась.
Зал встретил ее настороженно – смолкли разговоры, головы многих развернулись к лестнице. Потому что у нелюдей хороший слух, заранее услышали ее шаги и шелест платья.
Повернулся вслед за всеми и наемник. Впрочем, теперь за столом он сидел не один, были там и другие люди, которые тоже обернулись.
