Глава 41
Сестра Вернона жила в пригороде. У неё был дом с большим садом. Она выращивала бульдогов и не очень часто гостила на Тисовой улице, поскольку не могла надолго оставить своих драгоценных собачек. Тем не менее, каждый её визит мог оставить в памяти маленького мальчика отдельный и ужасный след.
Хотя я этого не помню, но если верить Дадли, на его пятый день рождения тётя Мардж пребольно побила Героя Магической Британии палкой по ногам, потому что братья бежали наперегонки и Гарри обогнал толстяка. Несколькими годами позже она появилась на Рождество с электронным роботом в подарок для Дадли и коробкой собачьего корма для Гарри.
- Мардж пробудет неделю. - Рявкнул Вернон в основном обращаясь ко мне. После чего угрожающе поднял толстый палец. - И, раз уж мы затронули эту тему, нужно обсудить кое-что до того, как я привезу её.
Дадли осклабился и оторвал замутнённый взор от телевизора. Смотреть, как папа третирует меня, было его самым интересным развлечением на протяжении многих лет.
- Во-первых. - Прогрохотал голос дяди. - Следи за своим поганым языком, когда будешь разговаривать с Мардж. - Во-вторых. Поскольку Мардж ничего не знает о твоей ненормальности, я не желаю никаких… никаких этих твоих штучек, пока она здесь. Изволь вести себя прилично, ясно?
И, в-третьих. - Процедил дядя Вернон, и его маленькие глазки превратились в щёлки на багровом лице. - Мы сказали Мардж, что ты учишься в заведении святого Брутуса для неисправимых подростков с криминальными наклонностями. И ты будешь поддерживать эту версию, парень, а то пожалеешь. - Будто выплюнул дядя Вернон.
- Сэр, есть сэр!! – Гаркнул я, вытянувшись по стойке смирно. Приветствие только не отдавал, потому что к пустой голове руку не прикладывают.
Вернон хотел ещё что-то сказать. Возможно, сразу начать отчитывать за неподобающее поведение, но поскольку уже, действительно опаздывал, стиснул зубы с едва слышимым скрежетом и промолчал. Потом сделал пару вдохов и выдохов. После чего, немного успокоившись, продолжил, тяжело поднимаясь на ноги.
- Что ж, Петуния я поехал на вокзал. Хочешь покататься, Дадличка?
- Не-а. - Ответил братец, вновь с головой, ушедший в телевизор, теперь, когда стало понятно, что его отец дальше не будет ругать меня.
- Дадлику надо принарядиться для тётушки. - Промурлыкала тётя Петуния, разглаживая светлые волосы толстяка. - Мамочка купила ему красивенький новенький галстучек.
- Прекрасные новости. Тогда до встречи. – С улыбкой сказал дядя Вернон и вышел из кухни.
А я пошёл в свою комнату. Проверить, все ли забрал. Потому что очень скоро, я собирался навсегда покинуть это место. Казалось, не прошло и мгновения, как снизу уже раздался голос тёти Петунии, которая кричала, чтобы я спустился и приготовился встречать гостью.
- Сделай что-нибудь со своими волосами! - Рявкнула она, едва только я вошёл в холл.
Я послушно взялся за расчёску. Хотя, на голове у меня и так был полный порядок. Бросил имитировать бурную деятельность я, когда с улицы донеслось шуршание гравия. Это въезжала на стояночное место возле дома машина дяди Вернона. Хлопнули дверцы, затем на садовой дорожке послышались шаги.
- Открой дверь! - Прошипела тётя Петуния.
Я, все ещё продолжая изображать из себя послушного мальчика, отворил дверь. На пороге стояла тётя Мардж. Она была точной копией дяди Вернона. Большая, мясистая. Даже с усами, правда, не такими кустистыми, как у брата. В одной руке она несла необъятных размеров чемодан, а другой она держала подмышкой старого бульдога с чрезвычайно дурным характером.
- Где тут мой Даделька? - Забасила женщина прямо с порога. - Где тут мой племяшечек?
Дадли, загребая ногами, вошёл в холл. Его блондинистые волосы были плотно прилеплены к жирной голове. Бабочку было трудно разглядеть под многочисленными подбородками. Тётя Мардж пихнула чемодан мне в живот, сжала брата в одноруком объятии и посадила влажный поцелуй на жирную щеку братца.
Я прекрасно знал, что Дадли терпит ласки тёти Мардж только потому, что получает за это неплохие деньги. И в самом деле, когда объятие, наконец, распалось, у него в толстом кулаке оказалась зажата двадцатифунтовая банкнота.
- Петуния! - Закричала Марджори, проходя мимо меня так, словно я был вешалкой для шляп. Женщины поцеловались, а точнее, сестра Вернона стукнулась мощной челюстью в костлявую щёку Петунии. На этом моменте с радостной улыбкой на губах вошёл и сам дядя, закрыв за собой дверь.
- Чайку, Марж? - Спросил он. - А что будет Злыдень?
- Злыдень попьёт чаю из моего блюдечка. - Ответила тётя, и все трое направились в кухню, оставив меня одиноко стоять в холле с чемоданом в руках.
Мне же оставалось только покачать головой на подобные проявления беззаветной любви к питомцам. Свою морду, уверен, бульдог недавно засовывал в чьи-то фекалии или вылизывал языком яйца. А эта альтернативно одаренная женщина собралась распивать с ним напиток из одной посуды.
Но я быстро выбросил это из головы, потому что мои мысли больше занимали думы о выборе самого удачного момента совершения задуманного. Нет, так-то никаких родственных чувств я к этим людям не испытывал. Однако прожил с ними целых пять лет. Потому, осознание того, что я больше никогда их не увижу, заставляло постоянно откладывать финальный штрих завершения плана.
Тряхнув головой, я потащил чемодан в комнату для гостей и постарался, чтобы это заняло как можно больше времени. К тому моменту, когда вернулся на кухню, тётю Мардж уже снабдили чаем и фруктовым пирогом. В углу Злыдень шумно лакал из блюдечка. Пришлось давить улыбку, когда я увидел, что тётя Петуния едва заметно морщится всякий раз, стоило каплям чая и слюны пасть на её чистейший пол. Сестра матери этого тела искренне ненавидела животных.
- А кто присматривает за остальными собаками, Марж? - Поинтересовался Вернон.
- О, я оставила при них полковника Фабстера. - Загремела в ответ сестра дяди. - Старик теперь в отставке, ему полезно чем-нибудь заняться. Но беднягу Злыдня пришлось взять с собой. Он без меня чахнет.
Пёс завыл, увидев, что я сел за стол. Это заставило тётю в первый раз обратить внимание на мою скромную персону.
-А! - Пролаяла она. - Ты всё ещё здесь?
- Где же мне ещё быть, тётушка? – Ответил я с мягкой улыбкой.
- Не говори таким неблагодарным тоном. - Зарычала женщина. - Со стороны Вернона и Петунии было на редкость благородно оставить тебя в доме. Я бы не стала. Если бы тебя подбросили ко мне на порог, ты бы отправился прямиком в приют.
Чего ты лыбишься?! – Тётя продолжала заводиться. - Вижу, ты нисколько не исправился с тех пор, как я видела тебя в последний раз. Я-то надеялась, что в школе в тебя вобьют хоть чуточку хороших манер. — Она основательно отхлебнула из чашки, утёрла усы и продолжила. - Как там это называется, куда вы его отослали, а, Вернон?
- Школа святого Брутуса. - Заторопился с ответом дядя Вернон. - Первоклассное заведение для неисправимых подростков с криминальными наклонностями.
- Понятно. - Сказала тётя Мардж. - А скажи-ка нам, мальчишка, там, в этом Брутусе, применяют телесные наказания?
- М-м-м… - Пока я придумывал что сказать, дядя коротко кивнул из-за спины сестры.
- Конечно. – Послушно ответил, а затем, вспомнив слова Филча, добавил. – Иногда нас даже подвешивают за руки на цепях к потолку и заставляют так висеть по несколько дней.
- Отлично. - Одобрила тётя Мардж. - Я не признаю все эти сюси-пуси, что, дескать, нельзя бить детей, даже если они это заслужили. Хорошая плётка, лучший учитель в девяносто девяти случаях из ста. Ну, а тебя часто наказывают?
- Когда как. – Пожимаю плечами.
- Всё-таки не нравится мне твой тон. - Заявила женщина. - Если ты преспокойно говоришь о том, что тебя бьют, значит, тебя бьют не слишком сильно. Петуния, на твоём месте я написала бы им. Дай им понять, что у тебя нет никаких возражений относительно применения самых суровых наказаний к этому мальчишке.
Тут, похоже, дядя Вернон начал опасался, моей реакции, ведь последние несколько лет я вовсе не показывал себя затюканным мальчиком. Потому поспешил повернуть разговор в другое русло.
- Слыхала утром новости, Марж? Как тебе нравится этот фрик из Лондона, а?
Разговор продолжился на отвлеченные темы. Потом чай был допит и тётя Мардж начала быстро обустраиваться на новом месте. Разложила вещи и привела себя в порядок. А вечером тётя Петуния приготовила необыкновенный ужин. Вернон тоже расстарался. Откупорил несколько бутылок доброго вина. Суп и лосось были съедены без единого упоминания о моих недостатках.
За лимонным воздушным тортом дядя Вернон долго и утомительно рассказывал о своей фирме, производящей технику для ремонта. Затем тётя Петуния сварила кофе, и дядя Вернон достал бутылочку бренди.
- Ты не должен винить себя за то, каким вырос этот мальчишка, Вернон. – Немного захмелев, вновь завела любимую шарманку женщина. - Если внутри с гнильцой, так никто ничего не сможет поделать. Это один из основных принципов заводчиков. С собаками я постоянно с этим сталкиваюсь. Если с сукой что-то не так, непременно что-то будет не так и со щенком.
Тётя Мардж уже выпила порядочное количество вина. Её огромное лицо было очень красным.
- А давай ещё по маленькой, братец. - Хихикнула женщина, опустошив свой бокал. - Ну, ещё чуть-чуть, не жадничай… ещё… так-так-так… отлично!
Дадли уминал четвёртый кусок торта. Тётя Петуния, оттопырив мизинчик, малюсенькими глоточками тянула свой кофе.
- А-ах. - Протянула довольная тётя Мардж, облизала губы и поставила пустой бокал на стол. - Великолепное угощенье, Петуния. Я ведь обычно по вечерам успеваю лишь наспех перекусить, с моей-то сворой… - Смачно рыгнув, она похлопала себя по животу. Под твидовым пиджаком ему было явно тесновато. И продолжила, подмигнув Дадли. - И, должна вам сказать, мне доставляет удовольствие видеть перед собой упитанных детей.
Ты вырастешь настоящим, солидным мужчиной, Даделичек, таким же, как твой папочка. Да, пожалуйста, ещё са-а-амую малость бренди, Вернон… Да… Что касается вот этого… - Она дёрнула головой в мою сторону. - Поглядите на этого злобного карлика! То же самое и с собаками. В прошлом году пришлось просить полковника утопить одного такого. Такой был крысёныш!… Слабый. Недокормленный.
Я тут как-то на днях говорила: «всё дело в крови». Дурная кровь себя проявит. Не подумай, я ничего не имею против твоей семьи, Петуния. - Она похлопала тётю Петунию по костлявой руке ладонью, похожей на лопату. - Но твоя сестра оказалась паршивой овцой.
Такие появляются даже в самых лучших семьях. К тому же она сбежала с каким-то бандюгой. И вот результат, у нас перед глазами. Этот Поттер. - Громким басом выкрикнула тётя Мардж, схватила бутылку и плеснула бренди себе в бокал и на скатерть. - Чем он, собственно, занимался? Вы никогда не говорили.
Дядя Вернон и тётя Петуния напряглись. Даже Дадли поднял глаза от торта и посмотрел на родителей.
- Он… не работал. - Ответил дядя Вернон, едва взглянув на меня. - Был безработный.
- Так я и думала! - Победно крикнула тётя Мардж, отхлебнула бренди и утёрла подбородок рукавом. - Никчёмный, бесполезный, бездельник, попрошайка, который…
- Я думаю, этого достаточно. – С застывшей улыбкой на лице, твердым голосом сказал я и поднялся.
- Сядь на место, мальчишка. – Прорычал дядя Вернон.
- Или что? – Склонил голову на бок. А потом, видя, что мужчина начал вставать стазу бросил в пространство так, чтобы заклинание подействовало на всех сидящих за столом простецов. - Петрификус Тоталус.
Да, для взлома сигнальной сети пришлось приглашать Андромеду. Потому что делать это нужно было изнутри, а на магию от меня последовала бы однозначная реакция. Но напрягаться девушке не очень-то и потребовалось. Вся работа у средней сестры Блэк заняла максимум час. И это только потому, что требовалось внести меня в список исключений, а не убрать полностью чары. Зато теперь я мог бы тут, даже спалить все к Моргане пустив Адское Пламя. Все равно об этом никто не узнал, кроме как из статьи в Ежедневном пророке.
- Чисто для справки, хотя вы этого и не запомните, скажу. – Сказал я, принимая взрослую форму и одновременно с этим отменяя заклинание трансфигурации на одежде, делая её больше в размере. – Я сын Лорда. А аристократы Магической Британии могут вообще не работать.
Если бы мне это было нужно, то прямо сейчас я мог бы купить весть этот вшивый городишко полностью. Возможно, даже вместе с жителями. Но он так беден энергетическим фоном, что никому просто не интересен. Удивительно вообще, что у меня не развилась аномалия магического начала из-за того что я тут жил все это время. Но, возможно это благодаря крестражу в моей голове, который заставлял ядро вырабатывать магию на износ в попытках защититься от его дурного воздействия.
А ещё, ну так, к слову, я мог бы убить вас всех здесь и сейчас сотней различных способов. Больше половины из них, кстати, не нуждались бы и в капле магии. Однако, в благодарность за то, что приютили меня, я просто сотру вам память и отправлю подальше. Всего вам хорошего и удачи в новой для вас жизни. Обливиэйт.
На этом была поставлена жирная точка в моих отношениях с родственниками. Еще неделя потребовалась всему семейству, включая Мардж, чтобы завершить дела и перебраться на проживание в Австралию. Этим мое вмешательство и ограничилось. Конечно, можно было вдобавок, например, привить кузену любовь к спорту, а сестру дяди заставить люто возненавидеть собак. Но я все ещё боролся с зарождающимся комплексом всемогущего Бога, потому старался свести свое участие к минимуму.
Все это время по расширяющейся спирали мы с Дорой затирали факт пребывания на протяжении одиннадцати лет в этом месте мальчика Гарри Поттера. Начав со старушки сквиба, жившей в доме через дорогу, продолжив другими соседями, а закончив младшей школой и органами опеки, а так же прочими маггловскими надзорными организациями.
Только в Брентвудской школе из-за того, что я все ещё планировал окончить это учебное заведение, пришлось не полностью удалять факт моего существования, а менять документы, а так же память преподавателей, но и с этим мы справились.
К моменту, когда мы закончили, наконец, одновременно пришли вести от Люциуса и Северуса, что кандидатуру Снейпа полностью утвердили на должность нового директора Хогвартса, а ещё Амелия Боунс, наконец, соизволила назначить встречу. Я уж было начал думать, что последнего никогда не случится и придется напоминать женщине, что она имеет дело не с маленьким мальчиком, а с наследником четырех благородных домов.
По правилам несовершеннолетнего волшебника при визите в министерство должен был сопровождать взрослый. Родитель или опекун. В крайнем случае, лицо наделённое полномочиями от регента Рода. Но у меня некому было раздавать подобные привилегии.
К тому же, благодаря мастерству в чарах на меня эти правила и не распространялись, но я все равно попросил со мной пойти Андромеду для того чтобы избежать лишних вопросов. Она имела неплохой вес в обществе и к тому же являлась официальным представителем Изначального дома.
Меня уже не так сильно волновало, что мою персону свяжут с Певерелл, потому что информация о том, что я являюсь Наследником, постепенно становилась секретом Полишинеля.
