Я под недоумёнными взглядами Адора, Иана Баста и трёх стражей начала принюхиваться, левитируя по помещению. В конце осмотра придирчиво изучила и обнюхала труп.
Зелье с ароматом магии керов! Сделанное по типу того, с запахом секса, которым Син опрыскивал комнату после нашей «брачной ночи», но более стойкое. Пахнут именно предметы мебели и стены. И аромат довольно легко выветривается для настоящего магического следа! Труп, вообще, опрыскан полностью и однородно, а ведь должны сильно пахнуть именно раны, то есть те места, которых монстрики непосредственно касались!
Подплыла к супругу и, опустившись на пол, капризно заявила, что неважно себя чувствую, и попросила отвезти меня домой.
Адор отвёз. А потом устроил мне допрос. Вкратце описала ему ситуацию и, муженёк, схватившись за голову, вновь меня покинул до утра.
Следующие два с половиной дня я, обряженная во всё ярко-алое, таскалась по городу вместе с компанией Лилики и строила из себя модницу и сплетницу.
Вечером четвёртого числа вернувшийся домой супруг застал меня перед зеркалом в спальне полураздетой в очередной шедевр от Лолы и готовой отправляться на бал.
– Ты никуда не пойдёшь, Никс, – категорично заявил он и направился в душ. – Особенно в этом платье! – донеслось злое шипение из-за двери.
– Сам придумал дизайн! – насмешливо прокричала я.
– Обстоятельства изменились, – отрезал лис и включил воду.
Вновь посмотрела на себя в зеркало.
– Кажется, начинаю привыкать, – хмыкнула я.
Нежно-розовое платье, практически доходящее до щиколоток, красиво обрисовывает фигуру. Вырез как всегда нескромный, в стиле: платье упало с плеч, сильно оголив грудь, и скоро откроет ещё больше тела. Разумеется, это не возможно по техническим причинам: хитро спрятанный корсет.
В общем, обнажены и плечи, и верхняя часть груди и спины. Спереди вырез ещё и слегка V-образный. Сразу под грудью и до талии туго повязан белоснежный пояс в тон лентам на вырезе платья и на сильно расширяющихся книзу рукавах. От пояса и до щиколоток наряд несколько напоминает по форме змеиный хвост. В качестве обуви сегодня белые сандалии без каблуков. На руках многослойные кружевные бледно-розовые митенки до середины предплечья. Волосы Глаша завила волнами и, оставив одну прядь красиво спадать у лица, остальные собрала в «небрежный» пучок, превращающийся в хвост. Пару часов провозилась, матерясь и пытаясь добиться эффекта, будто кроме двух золотых резных палочек больше ничто волосы не удерживает. На самом же деле шпилек у меня на голове, как иголок на ёлке.
И довершает образ массивное золотое ожерелье, подчёркивающее вырез и широкой резной лентой располагающееся на груди, плечах и спине, с десятью розовыми бриллиантами овальной формы, каждый из которых размером с крупное яйцо.
– Мимо такой дорогой дамы не пройдёшь, – ухмыльнулась я.
Хмурый Адор, вопреки нашей обычной цветовой сочетаемости, облачился во всё чёрное и чуть не оставил меня дома.
Пришлось настаивать.
– Никс, это бал Цаэша! – попытался вразумить меня муж.
– Знаю. Вечеринка проходит в его городском особняке, – спокойно заметила я. – И мы приглашены вдвоём, Адор. Думаешь, наг обрадуется, если ты придёшь без меня?
– Ты не пойдёшь! Учитывая его одержимость, для тебя это опасно!
– И кто же тогда станет отвлекать на себя внимание лорда, пока ты будешь обыскивать его особняк в поисках улик, а? – скрестив руки на груди, насмешливо уточнила у дорогого супруга.
– Я что-нибудь придумаю, – прошипел он. – Но ты в логово похотливого змея не сунешься!
– Сунусь! Иначе ты попадёшься и загубишь всё дело.
– Я архимагистр магии иллюзий! – возмутился шатен.
– А я – та, от которой у нага конкретно едет крыша! И я смогу сделать так, чтобы Финиэ Цаэш этим вечером забыл обо всём, включая кровную защиту! Которую даже тебе не обойти, совсем не потревожив.
Достойного ответа у злющего оборотня не нашлось, поэтому мы отправились на торжество вместе. Немного опоздали к началу. Но стоило войти в бальную залу, как перед нами сразу же возник довольный хозяин особняка.
Ловко спровадив моего супруга за бокалами, Цаэш полностью переключился на меня. Сначала он знакомил со своими гостями: преимущественно нагами в сопровождении младших жён, но были среди приглашённых и оборотни-коты со спутницами. А потом начались танцы.
У-у-у! Четыре часа в объятиях Финиэ Цаэша стали худшим, что случалось со мной в жизни. Да лучше бы я всё это время с горных вершин тёмноэльфийских королевств в пропасть падала раз за разом! Казалось, меня ощупали и огладили с ног до головы, а жаркие взгляды и нескромные телодвижения партнёра протёрли дырки в платье на самых интересных местах! Сознание оказалось на грани гибели под завалом из откровенных словесных описаний половых актов разной степени… кхм… разной, в общем, степени! Я уже даже начала подумывать о том, чтобы поддаться на уговоры Адора и стереть себе память… Ведь и в перерывах между бесконечными кружениями и вращениями, когда наг пытался споить меня коварным крепким сладким напитком своего царства, а я с милой улыбкой незаметно испаряла его из чередой сменяющих друг друга бокалов и «пьяненько» хихикала, он упорно продолжал шептать непристойности! А Син – чтоб его! – целых три раза задел плетения кровной защиты! Три!!! Взломщ-щ-щик доморощенный! И все три раза пришлось брать инициативу в свои руки! Итого: один обморок, чуть не закончившийся искусственным дыханием, одно неловкое движение в танце, обернувшееся моим падением на нага и о-о-очень неловким и долгим вставанием, и одно «наивное» приставание «по пьяни», практически дошедшее до поцелуя, – жалкие миллиметры оставались между нашими губами! – но обернувшееся самобичеванием, в стиле: «О, нет! Что я творю! Так нельзя! Я же люблю мужа!».
И наконец, ровно в полночь лорд Син явился и вызволил меня из загребущих ручонок Цаэша, уже практически готового рвать на мне одежду и прямо здесь, на глазах у всех присутствующих, воплощать в жизнь свои сексуальные фантазии.
– Адор, ещё бы чуть-чуть и ты стал рогоносцем, – откидываясь на спинку сидения нашего экипажа, с облегчением выдохнула я.
– Уже в реальности, а не только в вымышленном мире Цаэша? – хмыкнув, уточнил лис.
– Ха. Ха. Ха. Смешно. Нашёл доказательства?
– Да. Хватит, чтоб упечь нага в магическую тюрьму навечно, – материализовал толстую папку собеседник.
– Дай посмотреть, – просительно уставилась на супруга, состроив умильную мордашку и протянув руку к заветным документам.
– Позже сделаю тебе копию. Сейчас мы к стражам. Нельзя терять времени: нужно поймать этого гада, – ответил он. – Я буду участвовать в захвате. А ты посидишь в министерстве. На всякий случай.
Так и сделали.
В полпервого утра мы с Сином нагрянули в обитель стражей. Он за пару минут поставил всё министерство с ног на голову. Материализовались моры, прибыли высокопоставленные оборотни-коты, главы Великих Родов, в том числе и сама королева Ашерат Анкх-Маат. А вместе с ней заявились и драконы, во главе с лордом Нуартэем, которому, судя по гневному взгляду, сильно не понравился мой внешний вид. Но высказаться по этому поводу он не успел: прадед – спасибо ему большое! – утащил принца на совещание. Десять минут – и здание опустело. Почти. В качестве няньки со мной оставили очень недовольного этим фактом тёмного дракона. И вот уже три часа, как я выношу ему мозг, предлагая сыграть в карты на раздевание, погадать на суженую и поучаствовать в других, не менее увлекательных, забавах. Нет, Хош – так его отрекомендовало чешуйчатое Высочество, приставляя в качестве телохранителя, – не молчит, а язвительно парирует мои выпады. Собственно, поэтому предложения ему и поступают. Мы оба это понимаем и развлекаемся, как можем, в условиях не слишком просторной допросной, в которой нас и оставили дожидаться возвращения разношёрстной группы захвата, заблокировав выход чарами. Угу, теми самыми, что используются при осуществлении допроса опасных преступников. Чтобы – не дай магия! – супостаты не удрали.
«Ради твоей же безопасности, Никс!» Тьфу! Адор просто напрашивается на «комплименты»! Надеюсь, копии документов Финиэ Цаэша всё-таки окажутся в моих руках. Иначе я за себя не отвечаю!
– Может быть, поиграем в следователя и подозреваемого? – ни на что не надеясь, предложила дракону я, просто, чтобы не молчать.
– А давайте, – внезапно согласился он и уселся за стол напротив меня. – Начинайте.
Удивление быстро сменилось азартом.
– Отлично, – оскалилась я и торжественно провозгласила: – Вы обвиняетесь в пособничестве тёмному лорду и исполнении всех его приказов. Всё, что будет сказано здесь и сейчас, может быть использовано против Вас в суде.
Мужчина закашлялся.
– Воды не предлагаю. У нас всё-таки серьёзное заведение. Пыточ… то есть допросная, как-никак, – строго заметила я.
– Учту, – хмыкнул мой сокамерник, а ныне подозреваемый.
– Назовите Ваше полное родовое имя, возраст, расу, главенствующую стихию и род деятельности.
– Лорд Хоштар Тэй, граф Тэй. Три тысячи восемьсот сорок пять лет. Дракон. Тёмный. Являюсь телохранителем Его Высочества, младшего принца королевства Кимерис, Миктиана Нуар-тиэ-Истара.
Офигеть. Да моему прадедушке Иану всего шесть сотен лет! А дедуле Напиру ещё и двух тысячелетий не стукнуло!
По-моему, Таэнйэнсис не слишком хорошо разбирается в драконах…
– Нуартэй и Нуар-тиэ-Истар – в чём разница?
Собеседник, сощурившись, с любопытством оглядел меня и ответил:
– Его Высочество является членом королевского Рода Нуар-тиэ-Истар, но он не наследник трона Кимериса. Королю Нэльфиру, по праву перворождённого, наследует принц Моргиан. Принц Миктиан, в свою очередь, является наследником герцога Нуартэя – своего деда по материнской линии – и потому также имеет право использовать титул маркиза Нуартэя. Что Его Высочество обычно и делает.
Занятно…
– Что означает «по праву перворождённого»?
– Кто родился первый, тот и наследует титул и земли, – расплылся в нехорошей такой улыбочке Хош.
– Даже если магически слабее?
– Да, леди, даже если слабее. Этот закон позволяет сохранить стабильность. Иначе бы мы только и делали, что занимались измерением магического потенциала всех, желающих стать, если не королём, то герцогом точно. И возводили на престол то одну, то другую династию раз в пару тысячелетий, – и усмехнулся. – В нашем случае, то Нуар-тиэ-Истаров, то Нуартэев. В общем, сплошная бумажно-магическая волокита была бы, а результата ноль.
Хм, вот как…
– Лорд Тэй, а расскажите-ка следствию о традициях драконов.
– Какие именно традиции интересуют следствие?
– Брачные, – выдала я. – И все остальные, связанные с ухаживаниями и прочими любовными поползновениями.
– Как пособник тёмного лорда, я не в праве выдавать эту информацию, – оскалившись, заявил подозреваемый.
– Это никак не связано с деятельностью тёмного лорда.
– А значит, к делу не относится, – подловил меня Хош.
– Ла-а-адно… Тогда вопрос такой: как отказать дракону, чтобы он понял, принял твоё решение и не затаил обиду?
Мужчина мгновенно собрался и серьёзно заметил:
– Отказывать дракону – плохая идея, леди. Лучше просто дать то, чего он желает, и избежать лишней нервотрёпки. Вам щедро за это воздастся, поверьте.
Пфф! Другого ответа и не ожидала!
– Но если отважитесь на отказ, то нужно чётко обозначить свою позицию, установить границы общения и придерживаться их всегда, не нарушая. Дадите слабину – и ни один отказ более не будет принят как окончательное решение.
– Благодарю Вас за честный ответ, лорд Тэй.
– У следствия есть ко мне ещё какие-нибудь вопросы? – поинтересовался Хош.
Вопросы придумываться решительно не хотели.
– Нет, – помотала головой и торжественно произнесла: – На данный момент следствие вопросов к подозреваемому не имеет.
– Замечательно, – хищно оскалился дракон. – Власть переменилась. И теперь Вы, прекрасная леди Син, подозреваетесь в измене супругу и в разглашении сверхсекретной информации.
Ой-ой! Плохая была идея – сыграть в допрос.
– Приступим. Назовите Ваше полное родовое имя, возраст, расу, главенствующую стихию и род деятельности.
Вот это я влипла! Драконы – врождённые менталисты…
– Скучала по мне, Никс? – распахнув дверь, в допросную, улыбаясь, вошёл Адор.
Ура! Спасение!
Я радостно взвизгнула и подскочила с места, чтобы в следующее мгновение уже повиснуть на Сине, расцеловывая крайне удивлённого лиса в обе щеки:
– Безумно рада тебя видеть, мой дорогой супруг! – контрольный чмок в губы и мечтательное: – Люблю!
Ни словом не соврала! Действительно рада – спас меня от позорного разоблачения. По закону лорд Син – мой супруг. И уж точно дорогой, поскольку знакомство с ним реально дорого обходится и моему трепетному сердцу, и нервным клеткам. А уж как мысленно я люблю быть его вдовой! М-м-м…
– Никс, малышка, ты меня пугаешь… – пристально вгляделся в моё лицо архимагистр, а потом перевёл подозрительный взгляд на Хоша: – Чем Вы тут занимались с моей супругой, лорд Тэй?
Телохранитель загадочно ухмыльнулся и, мечтательно закатив глаза, выдал:
– Ролевыми играми, лорд Син. Ведением допроса. Следователь и подозреваемый. Очень увлекательно, знаете ли.
– Хош, – раздался ледяной голос за спиной Адора.
Ага, кажется, у нашей романтической семейной сценки был ещё один свидетель.
Выглянув из-за плеча супруга, обнаружила Миктиана Нуартэя. Он смотрит на меня внимательным тяжёлым взглядом. Его лицо не выражает никаких эмоций.
Крепче обняла за шею Сина и перевела взгляд на его лицо. Воскресив в памяти образ Таффея и чувства, испытываемые к нему, нежно улыбнулась лису и попросила:
– Любимый, отвези меня домой, пожалуйста.
– Конечно, малышка, – поцеловал меня в лоб оборотень. – После всего случившегося, тебе нужно отдохнуть.
Муж подхватил меня на руки. Я уткнулась лицом ему в грудь и постаралась расслабиться, старательно представляя на его месте папу.
В молчании мы покинули министерство правопорядка.
– Блестяще сыграно, Никс. Нуартэй понял твой отказ.
– Главное, чтобы принял, – хмыкнула я.
– Не меняй линию поведения. Игнорируй и всё будет хорошо.
– Будем надеяться, – тяжело вздохнула я и решила перевести тему: – Как там Цаэш? Уже раскололся?
Адор скривился.
– Он сбежал, Никс, – огорошил меня оборотень. – Когда мы прибыли, то его уже не было в доме.
– То есть извращенец хвостатый на свободе? – тихо уточнила я, представив, чем лично мне это может грозить.
Катастрофой.
– Никс, – сжал мою руку иллюзионист. – Я не дам тебя в обиду, слышишь? Я не позволю ему причинить тебе вред.
– То есть я, по-прежнему, в деле? – сделала правильный вывод из услышанного. – Только приманкой на традиционном Весеннем королевском маскараде теперь будем мы с Лиликой вдвоём, да?
Не то чтобы не хотелось поспособствовать поимке злодея, даже наоборот, но знать, что твоя жизнь не так уж и важна и ею можно рискнуть, – не слишком приятно.
– Да, – опустил глаза лис. – Но, Никс, я посвятил всех заинтересованных лиц. О тебе, конечно, ни словом не обмолвился. Только про шантаж сообщил…
– А не боишься, что Цаэш действовал не один? Что у него могут быть сообщники среди твоих «заинтересованных лиц»?
– Нет. Все посвящённые поклялись магией в непричастности. И сила их не оставила.
Молчание.
Зелье с ароматом магии керов! Сделанное по типу того, с запахом секса, которым Син опрыскивал комнату после нашей «брачной ночи», но более стойкое. Пахнут именно предметы мебели и стены. И аромат довольно легко выветривается для настоящего магического следа! Труп, вообще, опрыскан полностью и однородно, а ведь должны сильно пахнуть именно раны, то есть те места, которых монстрики непосредственно касались!
Подплыла к супругу и, опустившись на пол, капризно заявила, что неважно себя чувствую, и попросила отвезти меня домой.
Адор отвёз. А потом устроил мне допрос. Вкратце описала ему ситуацию и, муженёк, схватившись за голову, вновь меня покинул до утра.
Следующие два с половиной дня я, обряженная во всё ярко-алое, таскалась по городу вместе с компанией Лилики и строила из себя модницу и сплетницу.
Вечером четвёртого числа вернувшийся домой супруг застал меня перед зеркалом в спальне полураздетой в очередной шедевр от Лолы и готовой отправляться на бал.
– Ты никуда не пойдёшь, Никс, – категорично заявил он и направился в душ. – Особенно в этом платье! – донеслось злое шипение из-за двери.
– Сам придумал дизайн! – насмешливо прокричала я.
– Обстоятельства изменились, – отрезал лис и включил воду.
Вновь посмотрела на себя в зеркало.
– Кажется, начинаю привыкать, – хмыкнула я.
Нежно-розовое платье, практически доходящее до щиколоток, красиво обрисовывает фигуру. Вырез как всегда нескромный, в стиле: платье упало с плеч, сильно оголив грудь, и скоро откроет ещё больше тела. Разумеется, это не возможно по техническим причинам: хитро спрятанный корсет.
В общем, обнажены и плечи, и верхняя часть груди и спины. Спереди вырез ещё и слегка V-образный. Сразу под грудью и до талии туго повязан белоснежный пояс в тон лентам на вырезе платья и на сильно расширяющихся книзу рукавах. От пояса и до щиколоток наряд несколько напоминает по форме змеиный хвост. В качестве обуви сегодня белые сандалии без каблуков. На руках многослойные кружевные бледно-розовые митенки до середины предплечья. Волосы Глаша завила волнами и, оставив одну прядь красиво спадать у лица, остальные собрала в «небрежный» пучок, превращающийся в хвост. Пару часов провозилась, матерясь и пытаясь добиться эффекта, будто кроме двух золотых резных палочек больше ничто волосы не удерживает. На самом же деле шпилек у меня на голове, как иголок на ёлке.
И довершает образ массивное золотое ожерелье, подчёркивающее вырез и широкой резной лентой располагающееся на груди, плечах и спине, с десятью розовыми бриллиантами овальной формы, каждый из которых размером с крупное яйцо.
– Мимо такой дорогой дамы не пройдёшь, – ухмыльнулась я.
Хмурый Адор, вопреки нашей обычной цветовой сочетаемости, облачился во всё чёрное и чуть не оставил меня дома.
Пришлось настаивать.
– Никс, это бал Цаэша! – попытался вразумить меня муж.
– Знаю. Вечеринка проходит в его городском особняке, – спокойно заметила я. – И мы приглашены вдвоём, Адор. Думаешь, наг обрадуется, если ты придёшь без меня?
– Ты не пойдёшь! Учитывая его одержимость, для тебя это опасно!
– И кто же тогда станет отвлекать на себя внимание лорда, пока ты будешь обыскивать его особняк в поисках улик, а? – скрестив руки на груди, насмешливо уточнила у дорогого супруга.
– Я что-нибудь придумаю, – прошипел он. – Но ты в логово похотливого змея не сунешься!
– Сунусь! Иначе ты попадёшься и загубишь всё дело.
– Я архимагистр магии иллюзий! – возмутился шатен.
– А я – та, от которой у нага конкретно едет крыша! И я смогу сделать так, чтобы Финиэ Цаэш этим вечером забыл обо всём, включая кровную защиту! Которую даже тебе не обойти, совсем не потревожив.
Достойного ответа у злющего оборотня не нашлось, поэтому мы отправились на торжество вместе. Немного опоздали к началу. Но стоило войти в бальную залу, как перед нами сразу же возник довольный хозяин особняка.
Ловко спровадив моего супруга за бокалами, Цаэш полностью переключился на меня. Сначала он знакомил со своими гостями: преимущественно нагами в сопровождении младших жён, но были среди приглашённых и оборотни-коты со спутницами. А потом начались танцы.
У-у-у! Четыре часа в объятиях Финиэ Цаэша стали худшим, что случалось со мной в жизни. Да лучше бы я всё это время с горных вершин тёмноэльфийских королевств в пропасть падала раз за разом! Казалось, меня ощупали и огладили с ног до головы, а жаркие взгляды и нескромные телодвижения партнёра протёрли дырки в платье на самых интересных местах! Сознание оказалось на грани гибели под завалом из откровенных словесных описаний половых актов разной степени… кхм… разной, в общем, степени! Я уже даже начала подумывать о том, чтобы поддаться на уговоры Адора и стереть себе память… Ведь и в перерывах между бесконечными кружениями и вращениями, когда наг пытался споить меня коварным крепким сладким напитком своего царства, а я с милой улыбкой незаметно испаряла его из чередой сменяющих друг друга бокалов и «пьяненько» хихикала, он упорно продолжал шептать непристойности! А Син – чтоб его! – целых три раза задел плетения кровной защиты! Три!!! Взломщ-щ-щик доморощенный! И все три раза пришлось брать инициативу в свои руки! Итого: один обморок, чуть не закончившийся искусственным дыханием, одно неловкое движение в танце, обернувшееся моим падением на нага и о-о-очень неловким и долгим вставанием, и одно «наивное» приставание «по пьяни», практически дошедшее до поцелуя, – жалкие миллиметры оставались между нашими губами! – но обернувшееся самобичеванием, в стиле: «О, нет! Что я творю! Так нельзя! Я же люблю мужа!».
И наконец, ровно в полночь лорд Син явился и вызволил меня из загребущих ручонок Цаэша, уже практически готового рвать на мне одежду и прямо здесь, на глазах у всех присутствующих, воплощать в жизнь свои сексуальные фантазии.
– Адор, ещё бы чуть-чуть и ты стал рогоносцем, – откидываясь на спинку сидения нашего экипажа, с облегчением выдохнула я.
– Уже в реальности, а не только в вымышленном мире Цаэша? – хмыкнув, уточнил лис.
– Ха. Ха. Ха. Смешно. Нашёл доказательства?
– Да. Хватит, чтоб упечь нага в магическую тюрьму навечно, – материализовал толстую папку собеседник.
– Дай посмотреть, – просительно уставилась на супруга, состроив умильную мордашку и протянув руку к заветным документам.
– Позже сделаю тебе копию. Сейчас мы к стражам. Нельзя терять времени: нужно поймать этого гада, – ответил он. – Я буду участвовать в захвате. А ты посидишь в министерстве. На всякий случай.
Так и сделали.
Глава 14. Ревнивый муж.
В полпервого утра мы с Сином нагрянули в обитель стражей. Он за пару минут поставил всё министерство с ног на голову. Материализовались моры, прибыли высокопоставленные оборотни-коты, главы Великих Родов, в том числе и сама королева Ашерат Анкх-Маат. А вместе с ней заявились и драконы, во главе с лордом Нуартэем, которому, судя по гневному взгляду, сильно не понравился мой внешний вид. Но высказаться по этому поводу он не успел: прадед – спасибо ему большое! – утащил принца на совещание. Десять минут – и здание опустело. Почти. В качестве няньки со мной оставили очень недовольного этим фактом тёмного дракона. И вот уже три часа, как я выношу ему мозг, предлагая сыграть в карты на раздевание, погадать на суженую и поучаствовать в других, не менее увлекательных, забавах. Нет, Хош – так его отрекомендовало чешуйчатое Высочество, приставляя в качестве телохранителя, – не молчит, а язвительно парирует мои выпады. Собственно, поэтому предложения ему и поступают. Мы оба это понимаем и развлекаемся, как можем, в условиях не слишком просторной допросной, в которой нас и оставили дожидаться возвращения разношёрстной группы захвата, заблокировав выход чарами. Угу, теми самыми, что используются при осуществлении допроса опасных преступников. Чтобы – не дай магия! – супостаты не удрали.
«Ради твоей же безопасности, Никс!» Тьфу! Адор просто напрашивается на «комплименты»! Надеюсь, копии документов Финиэ Цаэша всё-таки окажутся в моих руках. Иначе я за себя не отвечаю!
– Может быть, поиграем в следователя и подозреваемого? – ни на что не надеясь, предложила дракону я, просто, чтобы не молчать.
– А давайте, – внезапно согласился он и уселся за стол напротив меня. – Начинайте.
Удивление быстро сменилось азартом.
– Отлично, – оскалилась я и торжественно провозгласила: – Вы обвиняетесь в пособничестве тёмному лорду и исполнении всех его приказов. Всё, что будет сказано здесь и сейчас, может быть использовано против Вас в суде.
Мужчина закашлялся.
– Воды не предлагаю. У нас всё-таки серьёзное заведение. Пыточ… то есть допросная, как-никак, – строго заметила я.
– Учту, – хмыкнул мой сокамерник, а ныне подозреваемый.
– Назовите Ваше полное родовое имя, возраст, расу, главенствующую стихию и род деятельности.
– Лорд Хоштар Тэй, граф Тэй. Три тысячи восемьсот сорок пять лет. Дракон. Тёмный. Являюсь телохранителем Его Высочества, младшего принца королевства Кимерис, Миктиана Нуар-тиэ-Истара.
Офигеть. Да моему прадедушке Иану всего шесть сотен лет! А дедуле Напиру ещё и двух тысячелетий не стукнуло!
По-моему, Таэнйэнсис не слишком хорошо разбирается в драконах…
– Нуартэй и Нуар-тиэ-Истар – в чём разница?
Собеседник, сощурившись, с любопытством оглядел меня и ответил:
– Его Высочество является членом королевского Рода Нуар-тиэ-Истар, но он не наследник трона Кимериса. Королю Нэльфиру, по праву перворождённого, наследует принц Моргиан. Принц Миктиан, в свою очередь, является наследником герцога Нуартэя – своего деда по материнской линии – и потому также имеет право использовать титул маркиза Нуартэя. Что Его Высочество обычно и делает.
Занятно…
– Что означает «по праву перворождённого»?
– Кто родился первый, тот и наследует титул и земли, – расплылся в нехорошей такой улыбочке Хош.
– Даже если магически слабее?
– Да, леди, даже если слабее. Этот закон позволяет сохранить стабильность. Иначе бы мы только и делали, что занимались измерением магического потенциала всех, желающих стать, если не королём, то герцогом точно. И возводили на престол то одну, то другую династию раз в пару тысячелетий, – и усмехнулся. – В нашем случае, то Нуар-тиэ-Истаров, то Нуартэев. В общем, сплошная бумажно-магическая волокита была бы, а результата ноль.
Хм, вот как…
– Лорд Тэй, а расскажите-ка следствию о традициях драконов.
– Какие именно традиции интересуют следствие?
– Брачные, – выдала я. – И все остальные, связанные с ухаживаниями и прочими любовными поползновениями.
– Как пособник тёмного лорда, я не в праве выдавать эту информацию, – оскалившись, заявил подозреваемый.
– Это никак не связано с деятельностью тёмного лорда.
– А значит, к делу не относится, – подловил меня Хош.
– Ла-а-адно… Тогда вопрос такой: как отказать дракону, чтобы он понял, принял твоё решение и не затаил обиду?
Мужчина мгновенно собрался и серьёзно заметил:
– Отказывать дракону – плохая идея, леди. Лучше просто дать то, чего он желает, и избежать лишней нервотрёпки. Вам щедро за это воздастся, поверьте.
Пфф! Другого ответа и не ожидала!
– Но если отважитесь на отказ, то нужно чётко обозначить свою позицию, установить границы общения и придерживаться их всегда, не нарушая. Дадите слабину – и ни один отказ более не будет принят как окончательное решение.
– Благодарю Вас за честный ответ, лорд Тэй.
– У следствия есть ко мне ещё какие-нибудь вопросы? – поинтересовался Хош.
Вопросы придумываться решительно не хотели.
– Нет, – помотала головой и торжественно произнесла: – На данный момент следствие вопросов к подозреваемому не имеет.
– Замечательно, – хищно оскалился дракон. – Власть переменилась. И теперь Вы, прекрасная леди Син, подозреваетесь в измене супругу и в разглашении сверхсекретной информации.
Ой-ой! Плохая была идея – сыграть в допрос.
– Приступим. Назовите Ваше полное родовое имя, возраст, расу, главенствующую стихию и род деятельности.
Вот это я влипла! Драконы – врождённые менталисты…
– Скучала по мне, Никс? – распахнув дверь, в допросную, улыбаясь, вошёл Адор.
Ура! Спасение!
Я радостно взвизгнула и подскочила с места, чтобы в следующее мгновение уже повиснуть на Сине, расцеловывая крайне удивлённого лиса в обе щеки:
– Безумно рада тебя видеть, мой дорогой супруг! – контрольный чмок в губы и мечтательное: – Люблю!
Ни словом не соврала! Действительно рада – спас меня от позорного разоблачения. По закону лорд Син – мой супруг. И уж точно дорогой, поскольку знакомство с ним реально дорого обходится и моему трепетному сердцу, и нервным клеткам. А уж как мысленно я люблю быть его вдовой! М-м-м…
– Никс, малышка, ты меня пугаешь… – пристально вгляделся в моё лицо архимагистр, а потом перевёл подозрительный взгляд на Хоша: – Чем Вы тут занимались с моей супругой, лорд Тэй?
Телохранитель загадочно ухмыльнулся и, мечтательно закатив глаза, выдал:
– Ролевыми играми, лорд Син. Ведением допроса. Следователь и подозреваемый. Очень увлекательно, знаете ли.
– Хош, – раздался ледяной голос за спиной Адора.
Ага, кажется, у нашей романтической семейной сценки был ещё один свидетель.
Выглянув из-за плеча супруга, обнаружила Миктиана Нуартэя. Он смотрит на меня внимательным тяжёлым взглядом. Его лицо не выражает никаких эмоций.
Крепче обняла за шею Сина и перевела взгляд на его лицо. Воскресив в памяти образ Таффея и чувства, испытываемые к нему, нежно улыбнулась лису и попросила:
– Любимый, отвези меня домой, пожалуйста.
– Конечно, малышка, – поцеловал меня в лоб оборотень. – После всего случившегося, тебе нужно отдохнуть.
Муж подхватил меня на руки. Я уткнулась лицом ему в грудь и постаралась расслабиться, старательно представляя на его месте папу.
В молчании мы покинули министерство правопорядка.
– Блестяще сыграно, Никс. Нуартэй понял твой отказ.
– Главное, чтобы принял, – хмыкнула я.
– Не меняй линию поведения. Игнорируй и всё будет хорошо.
– Будем надеяться, – тяжело вздохнула я и решила перевести тему: – Как там Цаэш? Уже раскололся?
Адор скривился.
– Он сбежал, Никс, – огорошил меня оборотень. – Когда мы прибыли, то его уже не было в доме.
– То есть извращенец хвостатый на свободе? – тихо уточнила я, представив, чем лично мне это может грозить.
Катастрофой.
– Никс, – сжал мою руку иллюзионист. – Я не дам тебя в обиду, слышишь? Я не позволю ему причинить тебе вред.
– То есть я, по-прежнему, в деле? – сделала правильный вывод из услышанного. – Только приманкой на традиционном Весеннем королевском маскараде теперь будем мы с Лиликой вдвоём, да?
Не то чтобы не хотелось поспособствовать поимке злодея, даже наоборот, но знать, что твоя жизнь не так уж и важна и ею можно рискнуть, – не слишком приятно.
– Да, – опустил глаза лис. – Но, Никс, я посвятил всех заинтересованных лиц. О тебе, конечно, ни словом не обмолвился. Только про шантаж сообщил…
– А не боишься, что Цаэш действовал не один? Что у него могут быть сообщники среди твоих «заинтересованных лиц»?
– Нет. Все посвящённые поклялись магией в непричастности. И сила их не оставила.
Молчание.
