Не мудрствуя, Лорин нарезала ломтями окорок, добавила хлеба. Поставила блюдо на поднос, а в довершение к этому налила кувшин вина из старых запасов.
«Сойдет для ужина», - решила она и понесла еду своему некроманту.
…Князь уже разделся до нижней рубахи и холщовых штанов. Сказать, что набросился на еду – не сказать ничего. Лорин с удивлением смотрела, как стремительно убывают ломти мяса, а сама думала о том, как недолговечна и хрупка людская природа. Стефан ел молча, да и у нее не было желания говорить. Потом Лорин заглянула в гардеробную, нашла чистую одежду, и они отправились вниз, к основанию замка, туда, где глубоко в подземной пещере бил горячий источник и текла подземная река.
Она любила это место. Магия, объединившись с природой, вырыла в скальной породе большую, шагов десять в диаметре, чашу. Теперь она была полна теплой, щекотно пузырящейся воды, и погрузиться в нее с головой было самым настоящим человеческим удовольствием.
Лорин сложила чистую одежду на камень, встретила недоумевающий взгляд Стефана.
- Что?
- Ты собираешься купаться со мной? Здесь?
Лорин передернула плечами. Начинается.
- Я не сделаю воду отравленной, не беспокойся.
Тем временем костюм из кожи виверны второй кожей скользнул к ногам. Стефан торопливо отвернулся. В тот миг Лорин очень, ну просто невыносимо хотелось подойти к нему со спины, обнять, почувствовать под тканью рубахи упругое тело. Может быть, даже куснуть – совсем чуть-чуть, играючи… но вместо этого она вздохнула и, сперва присев на край нерукотворной чаши, соскользнула в воду. Защекотали кожу пузырьки подземного газа, Лорин нырнула с головой – а когда вынырнула и вытерла глаза, поняла, что Стефан по-прежнему стоит, отвернувшись. Крикнула:
- Можешь раздеваться, я не смотрю… скромняшка.
Но все-таки смотрела. На крепкие плечи. На широкую, мускулистую спину и узкие бедра. На стройные ноги…
Лорин скрипнула зубами и поплыла к противоположному краю чаши. Снова поднимало голову опасное желание – прижаться к нему и пить, пить до дна, до последнего удара сердца. Сколько их было таких, молодых и красивых? Сотни. Но отчего-то зацепил именно этот, убийца Эйвана и урожденный некромант.
- Здесь тепло, - прозвучал из-за спины спокойный голос.
- Подземный источник, - повторила Лорин, - здесь я тоже согреваюсь и становлюсь такая же теплая, как и вода.
- А под солнцем ты не согреваешься?
- Я не люблю солнечный свет. Я ж вампир, госпожа Пустошей, ты забыл?
Облокотившись о шершавую каменную плиту, Лорин сквозь ресницы наблюдала за князем – благодаря сложному механизму из зеркал и нескольких жаровен здесь было довольно светло. Он несколько раз нырнул, затем вымыл голову, поплескал в лицо. Желание подойти и слизнуть капли, сверкающие на его коже, стало почти неодолимым.
Лорин не стала больше бороться с собой. К чему?
Нырнула, подплыла к Стефану со спины и, став на ноги, мягко обняла его за плечи. Втянула носом аромат его кожи, собрала губами воду, стекающую по позвоночнику. Почувствовала, как под пальцами окаменели мышцы.
- Лорин, – хрипло сказал князь, - не надо.
- Почему? – промурлыкала она и потерлась щекой о гладкую кожу спины, - возьми меня. Здесь. Я чувствую, ты хочешь.
- Нет.
Лорин отпрянула. Попятилась.
Как противно, больно, унизительно…
Да что ж она делает? Упрашивает этого человека сделать то, ради чего многие бы друг другу глотки перегрызли?
- Почему? – зло повторила она, - потому что я неживая? Потому что… это то немногое, что мне осталось? Чтобы ощутить тепло, чтобы не забывать, что я еще человек?
- Ты не человек, - едва слышно ответил князь.
Судорожно вздохнув, Лорин двинулась к краю чаши. Глаза жгло. Горло стиснуло стальным обручем. Подтянувшись на руках, она быстро выбралась и, не заботясь об одежде, шагнула в сторону выхода из подземелья.
- Лорин? – он все же окликнул ее.
Вампирша обернулась и рассмеялась, размазывая по щекам кровавые разводы.
- Что тебе, княже? Я иду к тем, кто меня согреет! К тем, у кого просто нет выбора!
Стефан, стоя по грудь в воде, молча смотрел на нее, и Лорин уже знала, что он видит: перемазанное кровью лицо, полыхающие алым глаза и острые белые клыки, которыми так удобно разрывать человеческую плоть.
В самом деле, не человек.
Солнце палило немилосердно. Большую клеть, сделанную из толстых жердей, изрядно потряхивало на ухабах. Зоринка, которой приходилось каждый раз униженно клянчить у работорговцев воду, сделала то единственное, что пришло в голову: оторвала кусок подола от рубахи, порвала его на части. Одну повязала себе на манер косынки, другой прикрыла лицо Демену, а третью пустила на бинты, чтобы прикрыть рану от назойливых мух.
При этом, правда, работорговцы могли беспрепятственно любоваться ее бедрами, но Зоринке было наплевать. Хорошо, что рубаха оказалась такой широкой – хватило на все, что задумала.
Она сидела на полу клети, прислонившись спиной к жердям. Демен все еще не приходил в себя, и она уложила его набок, голову – себе на бедра, и аккуратно придерживала, чтобы не трясло.
Зоринка не слушала сальные шуточки, что отпускали те ужасные люди. Она намочила тряпку, отерла Демену лицо. Рану промывать не стала, чтоб лишней грязи не занести. И тихо плакала, думая о том, что она, дура, все испортила. Не потащилась бы ночью к Демену, не попались бы работорговцам. А теперь вот, что делать?!!
…Демен пришел в себя к вечеру. Тяжело приоткрыл глаза, посмотрел мутно на Зоринку, словно не узнавая. Глубоко вздохнул. Через некоторое время взгляд сделался осмысленным. Демен покосился на жерди, затем посмотрел на заплаканную Зоринку и тихо-тихо спросил, едва проговаривая слова:
- Почему ты… не… убежала?
- Демен! – зашептала она, склоняясь к его лицу и отгораживаясь от всего мира рассыпавшимися волосами, - Демен, миленький, ты вернулся… теперь все будет хорошо, ты только выздоравливай…
Она хотела много еще чего сказать, но Демен остановил ее слабым движением руки.
- Почему ты не убежала? – повторил он, уже более внятно.
- Как я могла тебя бросить? – Зоринка погладила его по щеке, - нас схватили работорговцы. Как я тебя могла… одного?..
- Зато теперь мы сдохнем вместе, - прошептал Демен и закрыл глаза. Судорожно сглотнул, облизнул потрескавшиеся губы. – Если нас схватили работорговцы, ты ведь знаешь, куда нас везут теперь? Оттуда не возвращаются…
- Ну… - она закусила костяшки пальцев, - мы что-нибудь придумаем, Демен, миленький… Главное, ты поднимись на ноги… Может, убежим…
- Тебе надо было бросить меня, - он тяжело вздохнул, - Зоринка, какая же ты глупая… А теперь… боюсь, не получится у нас убежать… А там, куда нас везут…
Он умолк, о чем-то задумавшись. Потом пошевелился, нашел рукой пальцы Зоринки и сжал их.
- Мне Велеслав пожаловал угодья, - прошептал Демен, - я думал, что построю новый дом, приведу в него жену… А теперь…
- Все будет, все еще будет, - торопливо зашептала она. Глаза щипало, и Зоринка знала, что слезы вот-вот брызнут.
- Может, и будет, - пробормотал Демен, - помоги мне подняться.
- Да ты бы полежал еще… - пискнула Зоринка неуверенно.
- Ничего. И не такое бывало.
Морщась, Демен ощупал рану, ухмыльнулся.
- Череп цел, Зоринка. Не плачь. К Хенешу я еще успею отправиться. Помоги…
Он тяжело сел на полу клети, осмотрелся. На степь накатывали сумерки, вдали, на востоке, уже просматривалась серая пелена Пустоши.
Тут же подъехал на лошади работорговец.
- Что, очухался? И то хорошо. Невеста твоя уж больно тебя обихаживала.
- Куда вы нас везете? – спросил Демен, пропуская замечания мужика мимо ушей.
- К господину Пустоши, Крастору.
Зоринке, которая во все глаза следила за Деменом, показалось, что тот вздрогнул.
- Отвезите госпоже Лорин, - твердо сказал Демен, - она даст за меня столько, сколько запросишь.
- Видать, встречались уже? – плоское лицо работорговца хитро сморщилось.
- Было дело, - скупо ответил Демен, всем видом показывая, что не желает посвящать непонятно кого в подробности такого деликатного дела.
- Мы возим только Крастору, - отрубил мужик, - тем паче, такую девку… Зачем госпоже Лорин баба? А вот Крастор будет доволен. Он таких любит, молоденьких да свеженьких.
- Ты бы поразмыслил над моими словами, - вполне миролюбиво предложил Демен, - госпожа Лорин будет весьма рада видеть меня и мою невесту. И щедро вознаградит за любезное с нами обращение.
Работорговец ничего не ответил, хлестнул лошадь и ускакал вперед, взбивая пыль.
Демен покосился на Зоринку, протянул руку.
- Помоги мне лечь. Хенеш, голова кругом идет…
И нова улегся набок, положив голову на ее бедро.
Из клетки их не выпускали, даже для того, чтобы справить нужду. Приходилось все это проделывать в углу, держась за шершавые жерди и стараясь не упасть. Зоринка отчаянно стеснялась, краснела, запинаясь, просила Демена отвернуться. Да он и не смотрел – зато работорговцы свистели и улюлюкали. Противно все это было донельзя. Но Зоринка прекрасно понимала, что насмешки – это самое меньшее, чем могут наградить похитители, и что самое тяжелое еще впереди.
Когда наступила ночь, работорговцы остановились на ночлег. Распрягли кобылу, и, стреножив, оставили щипать жухлую траву. Развели костер, что-то варили в котле и меж собой обсуждали. Зоринка вновь подобралась к Демену, легла рядом, прижимаясь к плечу.
- Устала? – тихо спросил он, щекоча дыханием макушку.
- Да…
- Недолго уже осталось, - мрачно пробормотал Демен, - куда-то нас привезут. Боюсь, что в самом деле к Крастору. Ну, ничего. Будем биться до последнего…
- Ты будешь биться с господином Пустоши? – удивилась Зоринка, - я слышала от нянюшки, что, когда я была маленькой совсем, князь Стефан отрубил голову вампиру…
Демен усмехнулся невесело.
- Нет, Зоринка. Биться с оружием в руках против вампира бесполезно. Они быстрее, сильнее. Да еще и неживые. Если такого ранить, ему будет все равно. Ну а про князя Стефана – Теф его знает, как у него это получилось… И уже никто не узнает.
- Его убила госпожа Лорин? – с замиранием сердца шепнула девушка.
- Да.
Зоринка вздохнула. У нее вертелся на языке вопрос – как же мог Демен предать владетельного князя Стефана – но она промолчала. Толку-то от таких вопросов, только душу бередить. Ведь Демен наверняка ответит, что просто служил Велеславу. Просто выполнял приказ.
- Демен, - позвала она, - а расскажи… ты видел близко госпожу Лорин?
Ее жених хмыкнул и промолчал.
- Ну расскажи-и-и, - протянула девушка, легонько трогая его за плечо, - я никогда ее вблизи не видела.
- Скоро Крастора увидишь.
- Госпожа Лорин… Она красивая?
- Красивая, - неохотно ответил Демен, - но не такая, как ты. Ее красота не от мира живых, Зоринка. И иногда это… просто страшно…
- Она… пила твою кровь? Этот шрам у тебя на шее, откуда он?
Демен вздрогнул всем телом и вдруг, обняв, прижал к себе Зоринку. Зашептал на ухо:
- Если нас в самом деле отвезут к Крастору, и если он не пожелает меня выслушать, я тебя сам убью. Лучше я. Быстро. Не больно.
Она отпрянула в изумлении и встретилась взглядом с Деменом. В темных глазах пульсировал самый обычный страх.
- Но я не хочу еще умирать, - только и сказала она.
- Но господину Крастору будет наплевать на твои желания, - Демен продолжал крепко прижимать ее к себе, - я не хочу даже думать о том, что он может с тобой сделать. С тобой, маленькой глупышкой.
- Но ведь госпожа Лорин тебя отпустила. А вдруг и Крастор точно так же нас отпустит?
- Глупая Зоринка, - прошептал Демен, разворачивая ее лицо к себе, - глупая… Я, конечно, сделаю все, чтобы он нас отпустил, но не уверен, что сработает… Скажи, что согласна… чтобы это сделал я. Не Крастор.
- Мы выберемся, обязательно выберемся! – как зачарованная, девушка смотрела в черные омуты глаз Демена. Смотрела – и не хотела понимать, почему он говорит ей сейчас такие страшные вещи. Сейчас, когда они еще живы!
Внезапно он приподнялся на локте, пристально посмотрел на присмиревшую девушку.
- Нам ведь не дадут сбежать, ты это понимаешь? Так и привезут в клетке в замок вампира Крастора. А там будут ллэ, много. Уже не убежишь… Скажи, Зоринка, ты была с мужчиной?
Девушка обмерла. Он мог бы спросить ее о чем угодно, но почему-то спросил об этом. Зоринка съежилась, даже зажмурилась.
- Я жду, - тихо прозвучал голос Демена. Он все еще нависал над ней и мягко перебирал пряди волос.
- Нет.
Последовало недолгое молчание. А затем -
- Плохо.
- Почему? – она приоткрыла глаза. Щеки жгло румянцем, хорошо, что стояла ночь.
- Ты будешь очень интересна вампиру Крастору, - глухо ответил Демен.
- И что… мне с этим делать?
Он отстранился, лег рядом и уставился куда-то вверх, на звезды.
- Не знаю. С тобой – не знаю. Если бы на твоем месте была другая, то, пожалуй, с этой бедой мы бы уже управились.
- Ну, раз не знаешь, то и не стоит об этом думать, - заключила она, - расскажи о себе, Демен. Ты все же мой жених, а я о тебе ничегошеньки не знаю. Как так получилось, что ты, как говорит мой батюшка, безродный, а умеешь красиво говорить? Не так, как землепашец?
Демен улыбнулся каким-то своим мыслям.
- Все просто, моя маленькая невеста. Как только меня заметил Велеслав, я начал учиться. Я осилил грамоту и счет, я начал читать книги. Ты сама-то грамоте обучена?
- Конечно, - важно сказала Зоринка, - батюшка для всех дочек жреца Тефа звал, чтобы грамоте обучать.
- Ну вот. Тебе батюшка все на блюдечке подносил, а я все сам брал. Так что не суди меня… за князя Стефана. Все время при Велеславе я старался стать кем-то лучшим, чем был. Учился… по ночам… Вот и земли Велеслав пожаловал, думал, дом построю. Эх…
- Построишь еще, - уверенно сказала она и осторожно погладила Демена по плечу.
- Почему ты предложила тогда взять тебя замуж? – внезапно спросил Демен.
- Испугалась сильно, - честно призналась она, - брякнула первое, что на ум пришло.
Он тихо засмеялся. Поинтересовался, все так же глядя на звезды:
- Ну, а сейчас? Что думаешь обо мне?
- Не знаю, - Зоринка лежала, прижимаясь боком к нему и наслаждалась теплом мужского тела, - иногда мне кажется, что ты хороший, а иногда…
- Так всегда бывает, Зоринка. Человек не может быть только хорошим или только плохим.
- Но мне хочется, чтобы ты был хорошим.
- Тогда для тебя я буду хорошим, - усмехнулся Демен, - сколько нам осталось-то?
К вечеру следующего дня она увидела замок. Замерла в восхищении, приникнув лицом к клетке, а в голове крутилась только одна мысль – разве могут столь прекрасными, потрясающими жилищами владеть столь ужасные и злые существа?
Тонкие, на вид хрупкие башни устремлялись в синее небо. Кое-где они были соединены воздушными мостками, а снаружи взяты в несколько колец высоких стен. Подъемный мост был радушно опущен, как будто хозяин замка уже давно поджидал их в гости.
Зоринка вздрогнула от неожиданности, когда на плечо легла тяжелая ладонь. Оглянулась, взгляд мазнул по заросшему черной щетиной подбородку Демена. Он стоял, выпрямившись во весь рост, чуть пригнув голову, потому что клетка была низковатой. Стоял вплотную к Зоринке, и та сквозь тонкую рубаху – вернее, то, что от нее осталось, ощущала его тепло.
- Это не замок госпожи Лорин, - тихо произнес Демен, - нас везут прямиком в лапы Хенешу.
«Сойдет для ужина», - решила она и понесла еду своему некроманту.
…Князь уже разделся до нижней рубахи и холщовых штанов. Сказать, что набросился на еду – не сказать ничего. Лорин с удивлением смотрела, как стремительно убывают ломти мяса, а сама думала о том, как недолговечна и хрупка людская природа. Стефан ел молча, да и у нее не было желания говорить. Потом Лорин заглянула в гардеробную, нашла чистую одежду, и они отправились вниз, к основанию замка, туда, где глубоко в подземной пещере бил горячий источник и текла подземная река.
Она любила это место. Магия, объединившись с природой, вырыла в скальной породе большую, шагов десять в диаметре, чашу. Теперь она была полна теплой, щекотно пузырящейся воды, и погрузиться в нее с головой было самым настоящим человеческим удовольствием.
Лорин сложила чистую одежду на камень, встретила недоумевающий взгляд Стефана.
- Что?
- Ты собираешься купаться со мной? Здесь?
Лорин передернула плечами. Начинается.
- Я не сделаю воду отравленной, не беспокойся.
Тем временем костюм из кожи виверны второй кожей скользнул к ногам. Стефан торопливо отвернулся. В тот миг Лорин очень, ну просто невыносимо хотелось подойти к нему со спины, обнять, почувствовать под тканью рубахи упругое тело. Может быть, даже куснуть – совсем чуть-чуть, играючи… но вместо этого она вздохнула и, сперва присев на край нерукотворной чаши, соскользнула в воду. Защекотали кожу пузырьки подземного газа, Лорин нырнула с головой – а когда вынырнула и вытерла глаза, поняла, что Стефан по-прежнему стоит, отвернувшись. Крикнула:
- Можешь раздеваться, я не смотрю… скромняшка.
Но все-таки смотрела. На крепкие плечи. На широкую, мускулистую спину и узкие бедра. На стройные ноги…
Лорин скрипнула зубами и поплыла к противоположному краю чаши. Снова поднимало голову опасное желание – прижаться к нему и пить, пить до дна, до последнего удара сердца. Сколько их было таких, молодых и красивых? Сотни. Но отчего-то зацепил именно этот, убийца Эйвана и урожденный некромант.
- Здесь тепло, - прозвучал из-за спины спокойный голос.
- Подземный источник, - повторила Лорин, - здесь я тоже согреваюсь и становлюсь такая же теплая, как и вода.
- А под солнцем ты не согреваешься?
- Я не люблю солнечный свет. Я ж вампир, госпожа Пустошей, ты забыл?
Облокотившись о шершавую каменную плиту, Лорин сквозь ресницы наблюдала за князем – благодаря сложному механизму из зеркал и нескольких жаровен здесь было довольно светло. Он несколько раз нырнул, затем вымыл голову, поплескал в лицо. Желание подойти и слизнуть капли, сверкающие на его коже, стало почти неодолимым.
Лорин не стала больше бороться с собой. К чему?
Нырнула, подплыла к Стефану со спины и, став на ноги, мягко обняла его за плечи. Втянула носом аромат его кожи, собрала губами воду, стекающую по позвоночнику. Почувствовала, как под пальцами окаменели мышцы.
- Лорин, – хрипло сказал князь, - не надо.
- Почему? – промурлыкала она и потерлась щекой о гладкую кожу спины, - возьми меня. Здесь. Я чувствую, ты хочешь.
- Нет.
Лорин отпрянула. Попятилась.
Как противно, больно, унизительно…
Да что ж она делает? Упрашивает этого человека сделать то, ради чего многие бы друг другу глотки перегрызли?
- Почему? – зло повторила она, - потому что я неживая? Потому что… это то немногое, что мне осталось? Чтобы ощутить тепло, чтобы не забывать, что я еще человек?
- Ты не человек, - едва слышно ответил князь.
Судорожно вздохнув, Лорин двинулась к краю чаши. Глаза жгло. Горло стиснуло стальным обручем. Подтянувшись на руках, она быстро выбралась и, не заботясь об одежде, шагнула в сторону выхода из подземелья.
- Лорин? – он все же окликнул ее.
Вампирша обернулась и рассмеялась, размазывая по щекам кровавые разводы.
- Что тебе, княже? Я иду к тем, кто меня согреет! К тем, у кого просто нет выбора!
Стефан, стоя по грудь в воде, молча смотрел на нее, и Лорин уже знала, что он видит: перемазанное кровью лицо, полыхающие алым глаза и острые белые клыки, которыми так удобно разрывать человеческую плоть.
В самом деле, не человек.
ГЛАВА 8. ГОСПОДИН ПУСТОШЕЙ
Солнце палило немилосердно. Большую клеть, сделанную из толстых жердей, изрядно потряхивало на ухабах. Зоринка, которой приходилось каждый раз униженно клянчить у работорговцев воду, сделала то единственное, что пришло в голову: оторвала кусок подола от рубахи, порвала его на части. Одну повязала себе на манер косынки, другой прикрыла лицо Демену, а третью пустила на бинты, чтобы прикрыть рану от назойливых мух.
При этом, правда, работорговцы могли беспрепятственно любоваться ее бедрами, но Зоринке было наплевать. Хорошо, что рубаха оказалась такой широкой – хватило на все, что задумала.
Она сидела на полу клети, прислонившись спиной к жердям. Демен все еще не приходил в себя, и она уложила его набок, голову – себе на бедра, и аккуратно придерживала, чтобы не трясло.
Зоринка не слушала сальные шуточки, что отпускали те ужасные люди. Она намочила тряпку, отерла Демену лицо. Рану промывать не стала, чтоб лишней грязи не занести. И тихо плакала, думая о том, что она, дура, все испортила. Не потащилась бы ночью к Демену, не попались бы работорговцам. А теперь вот, что делать?!!
…Демен пришел в себя к вечеру. Тяжело приоткрыл глаза, посмотрел мутно на Зоринку, словно не узнавая. Глубоко вздохнул. Через некоторое время взгляд сделался осмысленным. Демен покосился на жерди, затем посмотрел на заплаканную Зоринку и тихо-тихо спросил, едва проговаривая слова:
- Почему ты… не… убежала?
- Демен! – зашептала она, склоняясь к его лицу и отгораживаясь от всего мира рассыпавшимися волосами, - Демен, миленький, ты вернулся… теперь все будет хорошо, ты только выздоравливай…
Она хотела много еще чего сказать, но Демен остановил ее слабым движением руки.
- Почему ты не убежала? – повторил он, уже более внятно.
- Как я могла тебя бросить? – Зоринка погладила его по щеке, - нас схватили работорговцы. Как я тебя могла… одного?..
- Зато теперь мы сдохнем вместе, - прошептал Демен и закрыл глаза. Судорожно сглотнул, облизнул потрескавшиеся губы. – Если нас схватили работорговцы, ты ведь знаешь, куда нас везут теперь? Оттуда не возвращаются…
- Ну… - она закусила костяшки пальцев, - мы что-нибудь придумаем, Демен, миленький… Главное, ты поднимись на ноги… Может, убежим…
- Тебе надо было бросить меня, - он тяжело вздохнул, - Зоринка, какая же ты глупая… А теперь… боюсь, не получится у нас убежать… А там, куда нас везут…
Он умолк, о чем-то задумавшись. Потом пошевелился, нашел рукой пальцы Зоринки и сжал их.
- Мне Велеслав пожаловал угодья, - прошептал Демен, - я думал, что построю новый дом, приведу в него жену… А теперь…
- Все будет, все еще будет, - торопливо зашептала она. Глаза щипало, и Зоринка знала, что слезы вот-вот брызнут.
- Может, и будет, - пробормотал Демен, - помоги мне подняться.
- Да ты бы полежал еще… - пискнула Зоринка неуверенно.
- Ничего. И не такое бывало.
Морщась, Демен ощупал рану, ухмыльнулся.
- Череп цел, Зоринка. Не плачь. К Хенешу я еще успею отправиться. Помоги…
Он тяжело сел на полу клети, осмотрелся. На степь накатывали сумерки, вдали, на востоке, уже просматривалась серая пелена Пустоши.
Тут же подъехал на лошади работорговец.
- Что, очухался? И то хорошо. Невеста твоя уж больно тебя обихаживала.
- Куда вы нас везете? – спросил Демен, пропуская замечания мужика мимо ушей.
- К господину Пустоши, Крастору.
Зоринке, которая во все глаза следила за Деменом, показалось, что тот вздрогнул.
- Отвезите госпоже Лорин, - твердо сказал Демен, - она даст за меня столько, сколько запросишь.
- Видать, встречались уже? – плоское лицо работорговца хитро сморщилось.
- Было дело, - скупо ответил Демен, всем видом показывая, что не желает посвящать непонятно кого в подробности такого деликатного дела.
- Мы возим только Крастору, - отрубил мужик, - тем паче, такую девку… Зачем госпоже Лорин баба? А вот Крастор будет доволен. Он таких любит, молоденьких да свеженьких.
- Ты бы поразмыслил над моими словами, - вполне миролюбиво предложил Демен, - госпожа Лорин будет весьма рада видеть меня и мою невесту. И щедро вознаградит за любезное с нами обращение.
Работорговец ничего не ответил, хлестнул лошадь и ускакал вперед, взбивая пыль.
Демен покосился на Зоринку, протянул руку.
- Помоги мне лечь. Хенеш, голова кругом идет…
И нова улегся набок, положив голову на ее бедро.
***
Из клетки их не выпускали, даже для того, чтобы справить нужду. Приходилось все это проделывать в углу, держась за шершавые жерди и стараясь не упасть. Зоринка отчаянно стеснялась, краснела, запинаясь, просила Демена отвернуться. Да он и не смотрел – зато работорговцы свистели и улюлюкали. Противно все это было донельзя. Но Зоринка прекрасно понимала, что насмешки – это самое меньшее, чем могут наградить похитители, и что самое тяжелое еще впереди.
Когда наступила ночь, работорговцы остановились на ночлег. Распрягли кобылу, и, стреножив, оставили щипать жухлую траву. Развели костер, что-то варили в котле и меж собой обсуждали. Зоринка вновь подобралась к Демену, легла рядом, прижимаясь к плечу.
- Устала? – тихо спросил он, щекоча дыханием макушку.
- Да…
- Недолго уже осталось, - мрачно пробормотал Демен, - куда-то нас привезут. Боюсь, что в самом деле к Крастору. Ну, ничего. Будем биться до последнего…
- Ты будешь биться с господином Пустоши? – удивилась Зоринка, - я слышала от нянюшки, что, когда я была маленькой совсем, князь Стефан отрубил голову вампиру…
Демен усмехнулся невесело.
- Нет, Зоринка. Биться с оружием в руках против вампира бесполезно. Они быстрее, сильнее. Да еще и неживые. Если такого ранить, ему будет все равно. Ну а про князя Стефана – Теф его знает, как у него это получилось… И уже никто не узнает.
- Его убила госпожа Лорин? – с замиранием сердца шепнула девушка.
- Да.
Зоринка вздохнула. У нее вертелся на языке вопрос – как же мог Демен предать владетельного князя Стефана – но она промолчала. Толку-то от таких вопросов, только душу бередить. Ведь Демен наверняка ответит, что просто служил Велеславу. Просто выполнял приказ.
- Демен, - позвала она, - а расскажи… ты видел близко госпожу Лорин?
Ее жених хмыкнул и промолчал.
- Ну расскажи-и-и, - протянула девушка, легонько трогая его за плечо, - я никогда ее вблизи не видела.
- Скоро Крастора увидишь.
- Госпожа Лорин… Она красивая?
- Красивая, - неохотно ответил Демен, - но не такая, как ты. Ее красота не от мира живых, Зоринка. И иногда это… просто страшно…
- Она… пила твою кровь? Этот шрам у тебя на шее, откуда он?
Демен вздрогнул всем телом и вдруг, обняв, прижал к себе Зоринку. Зашептал на ухо:
- Если нас в самом деле отвезут к Крастору, и если он не пожелает меня выслушать, я тебя сам убью. Лучше я. Быстро. Не больно.
Она отпрянула в изумлении и встретилась взглядом с Деменом. В темных глазах пульсировал самый обычный страх.
- Но я не хочу еще умирать, - только и сказала она.
- Но господину Крастору будет наплевать на твои желания, - Демен продолжал крепко прижимать ее к себе, - я не хочу даже думать о том, что он может с тобой сделать. С тобой, маленькой глупышкой.
- Но ведь госпожа Лорин тебя отпустила. А вдруг и Крастор точно так же нас отпустит?
- Глупая Зоринка, - прошептал Демен, разворачивая ее лицо к себе, - глупая… Я, конечно, сделаю все, чтобы он нас отпустил, но не уверен, что сработает… Скажи, что согласна… чтобы это сделал я. Не Крастор.
- Мы выберемся, обязательно выберемся! – как зачарованная, девушка смотрела в черные омуты глаз Демена. Смотрела – и не хотела понимать, почему он говорит ей сейчас такие страшные вещи. Сейчас, когда они еще живы!
Внезапно он приподнялся на локте, пристально посмотрел на присмиревшую девушку.
- Нам ведь не дадут сбежать, ты это понимаешь? Так и привезут в клетке в замок вампира Крастора. А там будут ллэ, много. Уже не убежишь… Скажи, Зоринка, ты была с мужчиной?
Девушка обмерла. Он мог бы спросить ее о чем угодно, но почему-то спросил об этом. Зоринка съежилась, даже зажмурилась.
- Я жду, - тихо прозвучал голос Демена. Он все еще нависал над ней и мягко перебирал пряди волос.
- Нет.
Последовало недолгое молчание. А затем -
- Плохо.
- Почему? – она приоткрыла глаза. Щеки жгло румянцем, хорошо, что стояла ночь.
- Ты будешь очень интересна вампиру Крастору, - глухо ответил Демен.
- И что… мне с этим делать?
Он отстранился, лег рядом и уставился куда-то вверх, на звезды.
- Не знаю. С тобой – не знаю. Если бы на твоем месте была другая, то, пожалуй, с этой бедой мы бы уже управились.
- Ну, раз не знаешь, то и не стоит об этом думать, - заключила она, - расскажи о себе, Демен. Ты все же мой жених, а я о тебе ничегошеньки не знаю. Как так получилось, что ты, как говорит мой батюшка, безродный, а умеешь красиво говорить? Не так, как землепашец?
Демен улыбнулся каким-то своим мыслям.
- Все просто, моя маленькая невеста. Как только меня заметил Велеслав, я начал учиться. Я осилил грамоту и счет, я начал читать книги. Ты сама-то грамоте обучена?
- Конечно, - важно сказала Зоринка, - батюшка для всех дочек жреца Тефа звал, чтобы грамоте обучать.
- Ну вот. Тебе батюшка все на блюдечке подносил, а я все сам брал. Так что не суди меня… за князя Стефана. Все время при Велеславе я старался стать кем-то лучшим, чем был. Учился… по ночам… Вот и земли Велеслав пожаловал, думал, дом построю. Эх…
- Построишь еще, - уверенно сказала она и осторожно погладила Демена по плечу.
- Почему ты предложила тогда взять тебя замуж? – внезапно спросил Демен.
- Испугалась сильно, - честно призналась она, - брякнула первое, что на ум пришло.
Он тихо засмеялся. Поинтересовался, все так же глядя на звезды:
- Ну, а сейчас? Что думаешь обо мне?
- Не знаю, - Зоринка лежала, прижимаясь боком к нему и наслаждалась теплом мужского тела, - иногда мне кажется, что ты хороший, а иногда…
- Так всегда бывает, Зоринка. Человек не может быть только хорошим или только плохим.
- Но мне хочется, чтобы ты был хорошим.
- Тогда для тебя я буду хорошим, - усмехнулся Демен, - сколько нам осталось-то?
***
К вечеру следующего дня она увидела замок. Замерла в восхищении, приникнув лицом к клетке, а в голове крутилась только одна мысль – разве могут столь прекрасными, потрясающими жилищами владеть столь ужасные и злые существа?
Тонкие, на вид хрупкие башни устремлялись в синее небо. Кое-где они были соединены воздушными мостками, а снаружи взяты в несколько колец высоких стен. Подъемный мост был радушно опущен, как будто хозяин замка уже давно поджидал их в гости.
Зоринка вздрогнула от неожиданности, когда на плечо легла тяжелая ладонь. Оглянулась, взгляд мазнул по заросшему черной щетиной подбородку Демена. Он стоял, выпрямившись во весь рост, чуть пригнув голову, потому что клетка была низковатой. Стоял вплотную к Зоринке, и та сквозь тонкую рубаху – вернее, то, что от нее осталось, ощущала его тепло.
- Это не замок госпожи Лорин, - тихо произнес Демен, - нас везут прямиком в лапы Хенешу.
