– А что не так? – не понял Алекс.
– Слишком круто, не находишь?
– Нет конечно, – хмыкнул он. – Пошли, трусишка.
Это оказался один из дорогих ресторанов Таормины. Он был основан в 50-х годах и, по словам Алекса, с тех пор в нем мало, что изменилось. Интерьер в белых тонах, мраморные полы, колонны. Мы заняли столик на роскошной террасе с видом на залив и вулкан Этна. Я старалась не подавать виду и вести себя в таком месте естественно, но все-таки чувствовала себя очень неловко.
Просмотрев меню, я заказала равиоли, а Алекс рыбу на гриле.
–Так что тебе сказала та девочка на пирсе? – пока ждали заказ, спросил Алекс.
–Я уже сказала.
–Ты соврала, – абсолютно спокойно констатировал он и пристально посмотрел на меня. Я почувствовала, как у меня начинают гореть уши. Я ненавидела врать и молчала. Он тоже.
– Ну, хорошо, – сдалась я. – Раз ты следишь за мной, значит, все про меня знаешь, так? Дело в том, что я не готова быть такой же как они, я не такая, как мои бабушки. К тому же на мне блок, и я абсолютный ноль в магии. Я ничего не умею! И она мне просто сказала такие вещи, что я чувствую себя трусом, эгоисткой… и я очень боюсь. Как маленький ребенок мог знать и говорить такие вещи?
– А она и не ребенок.
– В смысле? – не поняла я.
– Ты еще не догадалась? У тебя было видение, возможно послание от твоих прародительниц, я не знаю точно. Если тебе, конечно, реально не напекло солнце.
Я напряглась.
–Успокойся. – Алекс взял меня за руку. – С чего ты решила, что все ждут от тебя подвига?
– Не знаю, так было до меня. Наверное, и я должна?
–Ты никому ничего не должна! К тому же, если я приехал защищать тебя от «неугодных кавалеров», неужели я позволю, чтобы с тобой что-то случилось?
Я пожала плечами и закусила губу.
– Я просто не знаю, что делать, вернее я знаю, что должна делать, но… Он ведь не завтра нападет, так?
–Я очень на это рассчитываю. У меня на завтра есть кое-какие планы на тебя, и, надеюсь, тебе моя идея понравится, и ты меня поддержишь.
Я удивленно изогнула бровь.
– Планы на меня? Вы что-то всерьез взялись охранять меня, господин Алехандро!
Алекс рассмеялся, но промолчал. А я вспомнила слова Трисс: «Он разбил не одно сердце. С женщинами он всегда вежлив, внимателен и заботлив, если ему нужно. Многие принимают это за симпатию с его стороны, а на самом деле, по-моему, он не способен любить. Холодный разум и четкий расчет – вот его сущность». И другие ее слова: «Там такие ребята, а ты любовь…»
– Алекс, скажи честно, что тебе от меня нужно? Ты ведь не просто так тут? Ты хочешь, чтобы я согласилась снять блок и успела научиться чему-нибудь, и в случае вторжения я сделала то, что должна сделать, да? Но напрямую мне не говоришь, чтобы не напугать?
– Что-то тебя зациклило, я же сказал, что ты никому ничего не должна, к тому же в нашем мире полно и без тебя сильных и талантливых магов. Когда начнется вторжение, мы и без тебя справимся. А если ты и захочешь снять блок, то только потому, что тебе самой это будет нужно. И если тебе потребуется помощь, я помогу.
– Когда начнется вторжение… Вы что, знаете, когда это будет?? – изумленно спросила я.
Он, словно его поймали на слове, вопросительно посмотрел на меня.
–Ты сказал не ЕСЛИ, а КОГДА, вы знаете, да? – Алекс, немного подумав, неуверенно кивнул.
– И ты еще мне будешь говорить, что без меня разберетесь! Грядет вторжение, и ты крутишься тут и заговариваешь мне зубы, что я никому ничего не должна! Но что я могу?
–А не приходило ли тебе в твою умную голову, что я могу крутиться здесь по совершенно другой причине, не связанной с вторжением Пожирателя?
– Например? – я, негодуя, развела руками.
–Например, ты!
– Какой словесный каламбур, – подумала я, но в ответ не произнесла ни слова.
Тут нам принесли заказ, и я с яростью воткнула вилку в равиоли. Можно было сказать, что обед проходил в «теплой дружеской» обстановке. Мы с Алексом за время еды не проронили друг другу ни слова. Я сидела и дулась, сама не понимая на что. Он – правая рука короля. От него пусть не все, но зависит многое. Могу ли я винить его за то, что он волнуется за свой мир и свой народ и ищет всевозможные пути решения, чтобы защитить наши миры от Аббадона. Так на что я злюсь? Сколько я буду бегать от себя и вести себя как трусливый заяц? Я тяжело вздохнула и посмотрела на него. Он исподлобья на меня.
– Хорошо.
– Хорошо? – переспросил он.
–Хорошо, ладно, я согласна, снимай с меня этот чертов блок. Пусть я не знаю твой мир, но я знаю свой, и я люблю его. Погибнет твой, погибнет и мой. А здесь есть те, кого я люблю и хочу защитить. Может быть тебе удастся меня чему-нибудь научить, и я не буду такой уж бесполезной.
Алекс откинулся на стуле, сложил руки на груди и удивленно посмотрел на меня.
– Что ты там ешь? – он попробовал одну равиоли. – Вроде ничего не подсыпали. Что изменилось?
– Когда? – вопросом на вопрос ответила я и подумала, – какой двоякий вопрос, однако. Удивительно, но Алекс меня понял.
– Мы знаем, что грядет, но не знаем точно – когда. Пока мы только ловим неизвестные, чужие вибрации из космоса, излучение защитного поля меняется, есть еще ряд других признаков. Это может быть и месяц, а может и год. Когда вибрации станут чаще, тогда станет понятнее. И ты не обязана снимать блок, Полли. Я серьезно. Мы вполне можем справиться сами.
– Тогда почему ты здесь? Он промолчал.
Мы вышли из ресторана, когда день уже клонился к закату. Кое-где уже зажигались огни и несмотря на то, что здесь был еще не сезон, толпы туристов прогуливались по вечерним улицам. Мы медленно шли по городку в сторону дома Далии. Вернее, это Алекс шел, а я плелась за ним, потому как я совсем не ориентировалась в городе, а откуда он знал, где живет Далия, я уже даже и не спрашивала. Мы подходили к её калитке, как Далия, словно почувствовав меня, выбежала нам на встречу.
–Полли! Ну, разве так можно? Ты сказала недолго… – И тут она осеклась, увидев Алекса, но быстро спохватилась и поклонилась.
– Господин Алехандро, добрый вечер, рада вас видеть!
Следом из калитки вылетела Трисс и тоже сначала встала как вкопанная, но потом опомнилась, поклонилась и сдержанно поприветствовала его:
– Добрый вечер, господин Алехандро.
Алекс слегка склонил голову в знак приветствия.
– Добрый вечер Далия, добрый вечер Беатрисс.
–Алехандро, не окажите ли нам любезность, не поужинаете с нами? – предложила Далия.
– Он сыт, – ответила за него я.
– С удовольствием, – вежливо произнес Алекс и хитро покосился на меня.
Трисс молча развернулась и пошла в дом. Далия шла рядом с Алексом и расспрашивала его, как же мы с ним так удачно встретились, а он даже словом не обмолвился, что следил за мной и все свалил на случайность.
От спагетти я отказалась, а вот вишневый пирог, приготовленный Далией, уминала за обе щеки. Если они так едят постоянно – пицца, паста, равиоли, пироги, как она до сих пор попадает в дверной проем и остается такой стройной? Ведьма она и есть ведьма, – подумала я. Большую часть их беседы я молчала – нас развлекали Далия и Федерико. Федерико вообще оказался большим любителем поболтать и выпить вина, так что за столом была расслабленная обстановка и все чувствовали себя вполне комфортно. Мы смеялись над историями Федерико, которые он рассказывал очень эмоционально, пока Алекс не посмотрел на меня и не произнес:
– Я бы хотел завтра пригласить Поллин в небольшое путешествие на яхте по побережью, думаю, вы не будете возражать? – и смотрел он при этом исключительно на Далию. Я подавилась пирогом и закашлялась. Федерико постучал меня по спине.
– Полли, я же говорил, запивать надо, – прошептал он мне на ухо, подмигнул и в очередной раз попытался всучить мне бокал вина.
– Отстань от девочки, – заворчала на него Трисс.
–Я доверяю вам, Алехандро, – сказала Далия. – Думаю, с вами Поллин будет в безопасности и прекрасно проведет время.
–А что думает по этому поводу Поллин? – спросила Трисс и недобро посмотрела на меня.
Вроде уж и поговорили с ней, ну чего она не успокоится?
– Если завтра не будет дождя, то почему бы и нет? – ответила я и, чуть прищурив глаза, посмотрела на Алекса.
Что он задумал интересно?
– Тогда договорились. Завтра в десять я заеду за тобой. Спасибо за чудесный ужин, Далия, всем доброй ночи.
Алекс встал и направился к выходу.
– Я провожу вас.
Далия поспешила за ним.
Я вымыла посуду и пожелав всем спокойной ночи, пошла к себе в комнату. Там я проворочалась, наверное, минут сорок, потом встала и, укутавшись в плед, вышла в сад. Было очень тихо и темно. Из всевозможных баров не доносилась музыка, не слышно было и смеха людей. Казалось – мир замер, и только стрекот кузнечиков в траве говорил о том, что жизнь продолжается. Я подняла голову и посмотрела на небо – оно было щедро усыпано звездами. Эти мерцающие точки всегда завораживали меня, и я могла любоваться ими вечно. Здесь звезды были не такие как в Сиэтле, они были ярче, крупнее и их было намного больше.
– Полли? – услышала я в темноте.
– Далия? Ты не спишь?
– Не могла уснуть, какой-то необычный вечер выдался. Идем сюда.
– Я ничего не вижу…
Тут у меня в ногах загорелся маленький желтый огонек, и идти стало легче, я увидела дорожку.
– Только никому не говори, – Далия погасила огонек. – Нам запрещено колдовать в человеческом мире.
– А тебя не поймают?
– Да нет, это так, мелочь, но лучше, чтобы никто не знал.
Я села с ней рядом на диванчик и откинула голову на спинку.
– А он мне нравится, – начала Далия.
– Кто? – не поняла я сразу.
– Алекс.
– Трисс он бесит.
Даллия рассмеялась.
– Она просто волнуется за тебя. Считает, что ты слишком молода, а он слишком опытен, и вы не подходите друг другу по статусу. Хотя я уверена, что бы не говорил и не считал Ратмир, Алехандро поступит по-своему. К тому же у него есть свой отец, вернее мать, – Далия улыбнулась и посмотрела на меня, – Эрика. Она у них в семье главная. Даниэль просто обожает свою супругу и сколько бы он не строил из себя главу семьи, он всегда в итоге поступает так, как хочет она. Эрика так ловко все обставляет, что получается, как- будто это решение, угодное ей, принял сам Даниэль! – Далия тихо рассмеялась и покачала головой. – А для своего сына она хочет только счастья и согласится на любой его выбор, даже если его выбором будет одноглазая хромая великанша.
– Вы знакомы?
– Мы с ней приятельницы. Она настоящий боец, никакого тебе жеманства и притворства, честная, открытая, но с долей женской хитрости, все как надо. Она бы тебе понравилась.
– Боец? А что, все в королевствах умеют драться на огненных мечах?
– Конечно, и не только на мечах. Мечи – это обязательная программа в школах и университетах. Этому учат абсолютно всех. Единственное, кому-то это легче дается, кому-то – нет. Но держать меч умеют абсолютно все. От этого зависят наши жизни.
– Ясно. А сколько Алексу лет?
–Тридцать пять.
– Но он не выглядит на тридцать пять! Я бы ему максимум дала двадцать пять, ну двадцать шесть лет!
– Ну, по человеческим представлениям, я тоже не выгляжу на сто десять лет!
– Ох, ну да, точно. Все забываю. Далия?
– Ммм?
– Я решила попросить Алекса снять с меня блок…
– Что? Почему? – встрепенулась она. – Зачем ты хочешь снять блок? Тогда ты словно маячок зажжешься для всех. Такой всплеск энергии не пропустит никто! Ни Харон, ни короли четырех королевств! Ты станешь видимой мишенью для Харона. А короли…Ну ладно наш Ратмир, он знает о твоем существовании, и все это время хоть и искал тебя, но также и покрывал тебя! Но больше ведь никто не знает, и я не знаю, как поведут себя другие. Что бы ты не думала, но ты оружие, Полли. Оружие, которое использовалось веками.
– Алекс сказал, что они ловят какие-то чужие вибрации с космоса, и что грядет вторжение Пожирателя.
– Когда? – спросила Далия.
– Он не знает точную дату. Но у меня есть время подготовиться. Далия, я понимаю, что просто не смогу стоять от этого в стороне. Не смогу так поступить. Если начнется вторжение, я не хочу быть беспомощным котенком, я хочу защитить вас с Трисс. И я все еще верю, что мои родители живы. Не знаю, как и где, но они живы. Глупо, наверное, в это верить. Шесть лет прошло. Но, если я смогу хоть что-то для вас сделать, если все действительно так, как рассказала Трисс, и мне передается такая сила, я пойду на это.
Далия обняла меня.
– Я поговорю с Алексом. Если он будет снимать блок, то пусть и защищает тебя ото всех!
Я проснулась сама в шесть утра. Солнышко еще не показалось над горизонтом, а небо уже окрасилось в золотисто - розовый цвет. Решив никого не будить так рано, я погрузилась в медитацию. И уже через несколько минут почувствовала, что я поднимаюсь над своим телом и зависаю где-то под потолком.
Первое время меня это очень пугало, и я терроризировала учителя своими вопросами. Потом привыкла и стала пробовать то, что могу в этом состоянии, а могла я немногое, всего-то наблюдать за собой сверху или переместиться в другую комнату, но всегда в этом состоянии я чувствовала какую-то легкость, невесомость, радость. В этот момент я любила весь мир, и было чувство, что и этот мир бесконечно любит и бережет меня. Наверное, поэтому я не смогла отказаться от медитации и погружалась в эти состояния снова и снова. Я попыталась подняться выше, но меня снова как будто что-то не пускало. Как будто у меня был какой-то ограничивающий барьер, что держал меня рядом с телом.
Я не боялась, что заблужусь и не вернусь в свое тело, ведь стоило мне подумать о том, что мне нужно «домой» и я сразу становилась сама собой и открывала глаза. Я даже первое время думала, что просто засыпаю, пока как-то во время медитации в доме Маргарет и Боба не увидела, как Маргарет судорожно ищет место и прячет от Боба новую пару туфель в их общем гардеробе. Помню, я тогда так смеялась. Боб постоянно на нее ворчал, что ее туфли скоро выселят его из дома. Тогда, на следующий день, у Боба должен был быть день рождения, и я осталась ночевать у них, а Маргарет прикупила себе очередные туфли к вечеринке. Как давно это было…
– Полли? – меня осторожно позвала Трисс. Я вернулась в себя, открыла глаза и оглянулась. Трисс стояла в проходе.
– Я стучала, честно!
– Да все нормально, заходи!
– Значит, решила снять блок? – спросила она, присаживаясь рядом на пол.
– Когда вы успеваете сплетничать обо мне? – рассмеялась я.
В комнату заглянула Далия.
– А мы уже давно не спим, вот и успеваем.
– Ты уверена в своем решении? – Трисс внимательно вглядывалась в меня. – Ты, правда, им ничего не должна. Наш мир ничего не дал тебе, кроме потерь. Он чужой для тебя, я понимаю это, хоть и хочу, чтобы это было не так.
Я промолчала.
– А, что бы сделала ты на моем месте, зная, что ты что-то можешь? И здесь, пусть и в мире людей останемся я и Далия? Погибнет твой, погибнет и мой мир. И да, мир магов для меня чужой, я его совсем не знаю и считаю себя человеком, хоть это и не так. Но ваш король не прав, иногда и люди чего-то стоят, и я хочу быть именно таким человеком. И мне страшно, это правда. Но, не пройдя через этот страх, я никогда не пойму, кто я такая на самом деле. Я никогда не узнаю себя до конца. Трисс тяжело вздохнула и обняла меня.
– Слишком круто, не находишь?
– Нет конечно, – хмыкнул он. – Пошли, трусишка.
Это оказался один из дорогих ресторанов Таормины. Он был основан в 50-х годах и, по словам Алекса, с тех пор в нем мало, что изменилось. Интерьер в белых тонах, мраморные полы, колонны. Мы заняли столик на роскошной террасе с видом на залив и вулкан Этна. Я старалась не подавать виду и вести себя в таком месте естественно, но все-таки чувствовала себя очень неловко.
Просмотрев меню, я заказала равиоли, а Алекс рыбу на гриле.
–Так что тебе сказала та девочка на пирсе? – пока ждали заказ, спросил Алекс.
–Я уже сказала.
–Ты соврала, – абсолютно спокойно констатировал он и пристально посмотрел на меня. Я почувствовала, как у меня начинают гореть уши. Я ненавидела врать и молчала. Он тоже.
– Ну, хорошо, – сдалась я. – Раз ты следишь за мной, значит, все про меня знаешь, так? Дело в том, что я не готова быть такой же как они, я не такая, как мои бабушки. К тому же на мне блок, и я абсолютный ноль в магии. Я ничего не умею! И она мне просто сказала такие вещи, что я чувствую себя трусом, эгоисткой… и я очень боюсь. Как маленький ребенок мог знать и говорить такие вещи?
– А она и не ребенок.
– В смысле? – не поняла я.
– Ты еще не догадалась? У тебя было видение, возможно послание от твоих прародительниц, я не знаю точно. Если тебе, конечно, реально не напекло солнце.
Я напряглась.
–Успокойся. – Алекс взял меня за руку. – С чего ты решила, что все ждут от тебя подвига?
– Не знаю, так было до меня. Наверное, и я должна?
–Ты никому ничего не должна! К тому же, если я приехал защищать тебя от «неугодных кавалеров», неужели я позволю, чтобы с тобой что-то случилось?
Я пожала плечами и закусила губу.
– Я просто не знаю, что делать, вернее я знаю, что должна делать, но… Он ведь не завтра нападет, так?
–Я очень на это рассчитываю. У меня на завтра есть кое-какие планы на тебя, и, надеюсь, тебе моя идея понравится, и ты меня поддержишь.
Я удивленно изогнула бровь.
– Планы на меня? Вы что-то всерьез взялись охранять меня, господин Алехандро!
Алекс рассмеялся, но промолчал. А я вспомнила слова Трисс: «Он разбил не одно сердце. С женщинами он всегда вежлив, внимателен и заботлив, если ему нужно. Многие принимают это за симпатию с его стороны, а на самом деле, по-моему, он не способен любить. Холодный разум и четкий расчет – вот его сущность». И другие ее слова: «Там такие ребята, а ты любовь…»
– Алекс, скажи честно, что тебе от меня нужно? Ты ведь не просто так тут? Ты хочешь, чтобы я согласилась снять блок и успела научиться чему-нибудь, и в случае вторжения я сделала то, что должна сделать, да? Но напрямую мне не говоришь, чтобы не напугать?
– Что-то тебя зациклило, я же сказал, что ты никому ничего не должна, к тому же в нашем мире полно и без тебя сильных и талантливых магов. Когда начнется вторжение, мы и без тебя справимся. А если ты и захочешь снять блок, то только потому, что тебе самой это будет нужно. И если тебе потребуется помощь, я помогу.
– Когда начнется вторжение… Вы что, знаете, когда это будет?? – изумленно спросила я.
Он, словно его поймали на слове, вопросительно посмотрел на меня.
–Ты сказал не ЕСЛИ, а КОГДА, вы знаете, да? – Алекс, немного подумав, неуверенно кивнул.
– И ты еще мне будешь говорить, что без меня разберетесь! Грядет вторжение, и ты крутишься тут и заговариваешь мне зубы, что я никому ничего не должна! Но что я могу?
–А не приходило ли тебе в твою умную голову, что я могу крутиться здесь по совершенно другой причине, не связанной с вторжением Пожирателя?
– Например? – я, негодуя, развела руками.
–Например, ты!
– Какой словесный каламбур, – подумала я, но в ответ не произнесла ни слова.
Тут нам принесли заказ, и я с яростью воткнула вилку в равиоли. Можно было сказать, что обед проходил в «теплой дружеской» обстановке. Мы с Алексом за время еды не проронили друг другу ни слова. Я сидела и дулась, сама не понимая на что. Он – правая рука короля. От него пусть не все, но зависит многое. Могу ли я винить его за то, что он волнуется за свой мир и свой народ и ищет всевозможные пути решения, чтобы защитить наши миры от Аббадона. Так на что я злюсь? Сколько я буду бегать от себя и вести себя как трусливый заяц? Я тяжело вздохнула и посмотрела на него. Он исподлобья на меня.
– Хорошо.
– Хорошо? – переспросил он.
–Хорошо, ладно, я согласна, снимай с меня этот чертов блок. Пусть я не знаю твой мир, но я знаю свой, и я люблю его. Погибнет твой, погибнет и мой. А здесь есть те, кого я люблю и хочу защитить. Может быть тебе удастся меня чему-нибудь научить, и я не буду такой уж бесполезной.
Алекс откинулся на стуле, сложил руки на груди и удивленно посмотрел на меня.
– Что ты там ешь? – он попробовал одну равиоли. – Вроде ничего не подсыпали. Что изменилось?
– Когда? – вопросом на вопрос ответила я и подумала, – какой двоякий вопрос, однако. Удивительно, но Алекс меня понял.
– Мы знаем, что грядет, но не знаем точно – когда. Пока мы только ловим неизвестные, чужие вибрации из космоса, излучение защитного поля меняется, есть еще ряд других признаков. Это может быть и месяц, а может и год. Когда вибрации станут чаще, тогда станет понятнее. И ты не обязана снимать блок, Полли. Я серьезно. Мы вполне можем справиться сами.
– Тогда почему ты здесь? Он промолчал.
Мы вышли из ресторана, когда день уже клонился к закату. Кое-где уже зажигались огни и несмотря на то, что здесь был еще не сезон, толпы туристов прогуливались по вечерним улицам. Мы медленно шли по городку в сторону дома Далии. Вернее, это Алекс шел, а я плелась за ним, потому как я совсем не ориентировалась в городе, а откуда он знал, где живет Далия, я уже даже и не спрашивала. Мы подходили к её калитке, как Далия, словно почувствовав меня, выбежала нам на встречу.
–Полли! Ну, разве так можно? Ты сказала недолго… – И тут она осеклась, увидев Алекса, но быстро спохватилась и поклонилась.
– Господин Алехандро, добрый вечер, рада вас видеть!
Следом из калитки вылетела Трисс и тоже сначала встала как вкопанная, но потом опомнилась, поклонилась и сдержанно поприветствовала его:
– Добрый вечер, господин Алехандро.
Алекс слегка склонил голову в знак приветствия.
– Добрый вечер Далия, добрый вечер Беатрисс.
–Алехандро, не окажите ли нам любезность, не поужинаете с нами? – предложила Далия.
– Он сыт, – ответила за него я.
– С удовольствием, – вежливо произнес Алекс и хитро покосился на меня.
Трисс молча развернулась и пошла в дом. Далия шла рядом с Алексом и расспрашивала его, как же мы с ним так удачно встретились, а он даже словом не обмолвился, что следил за мной и все свалил на случайность.
От спагетти я отказалась, а вот вишневый пирог, приготовленный Далией, уминала за обе щеки. Если они так едят постоянно – пицца, паста, равиоли, пироги, как она до сих пор попадает в дверной проем и остается такой стройной? Ведьма она и есть ведьма, – подумала я. Большую часть их беседы я молчала – нас развлекали Далия и Федерико. Федерико вообще оказался большим любителем поболтать и выпить вина, так что за столом была расслабленная обстановка и все чувствовали себя вполне комфортно. Мы смеялись над историями Федерико, которые он рассказывал очень эмоционально, пока Алекс не посмотрел на меня и не произнес:
– Я бы хотел завтра пригласить Поллин в небольшое путешествие на яхте по побережью, думаю, вы не будете возражать? – и смотрел он при этом исключительно на Далию. Я подавилась пирогом и закашлялась. Федерико постучал меня по спине.
– Полли, я же говорил, запивать надо, – прошептал он мне на ухо, подмигнул и в очередной раз попытался всучить мне бокал вина.
– Отстань от девочки, – заворчала на него Трисс.
–Я доверяю вам, Алехандро, – сказала Далия. – Думаю, с вами Поллин будет в безопасности и прекрасно проведет время.
–А что думает по этому поводу Поллин? – спросила Трисс и недобро посмотрела на меня.
Вроде уж и поговорили с ней, ну чего она не успокоится?
– Если завтра не будет дождя, то почему бы и нет? – ответила я и, чуть прищурив глаза, посмотрела на Алекса.
Что он задумал интересно?
– Тогда договорились. Завтра в десять я заеду за тобой. Спасибо за чудесный ужин, Далия, всем доброй ночи.
Алекс встал и направился к выходу.
– Я провожу вас.
Далия поспешила за ним.
Я вымыла посуду и пожелав всем спокойной ночи, пошла к себе в комнату. Там я проворочалась, наверное, минут сорок, потом встала и, укутавшись в плед, вышла в сад. Было очень тихо и темно. Из всевозможных баров не доносилась музыка, не слышно было и смеха людей. Казалось – мир замер, и только стрекот кузнечиков в траве говорил о том, что жизнь продолжается. Я подняла голову и посмотрела на небо – оно было щедро усыпано звездами. Эти мерцающие точки всегда завораживали меня, и я могла любоваться ими вечно. Здесь звезды были не такие как в Сиэтле, они были ярче, крупнее и их было намного больше.
– Полли? – услышала я в темноте.
– Далия? Ты не спишь?
– Не могла уснуть, какой-то необычный вечер выдался. Идем сюда.
– Я ничего не вижу…
Тут у меня в ногах загорелся маленький желтый огонек, и идти стало легче, я увидела дорожку.
– Только никому не говори, – Далия погасила огонек. – Нам запрещено колдовать в человеческом мире.
– А тебя не поймают?
– Да нет, это так, мелочь, но лучше, чтобы никто не знал.
Я села с ней рядом на диванчик и откинула голову на спинку.
– А он мне нравится, – начала Далия.
– Кто? – не поняла я сразу.
– Алекс.
– Трисс он бесит.
Даллия рассмеялась.
– Она просто волнуется за тебя. Считает, что ты слишком молода, а он слишком опытен, и вы не подходите друг другу по статусу. Хотя я уверена, что бы не говорил и не считал Ратмир, Алехандро поступит по-своему. К тому же у него есть свой отец, вернее мать, – Далия улыбнулась и посмотрела на меня, – Эрика. Она у них в семье главная. Даниэль просто обожает свою супругу и сколько бы он не строил из себя главу семьи, он всегда в итоге поступает так, как хочет она. Эрика так ловко все обставляет, что получается, как- будто это решение, угодное ей, принял сам Даниэль! – Далия тихо рассмеялась и покачала головой. – А для своего сына она хочет только счастья и согласится на любой его выбор, даже если его выбором будет одноглазая хромая великанша.
– Вы знакомы?
– Мы с ней приятельницы. Она настоящий боец, никакого тебе жеманства и притворства, честная, открытая, но с долей женской хитрости, все как надо. Она бы тебе понравилась.
– Боец? А что, все в королевствах умеют драться на огненных мечах?
– Конечно, и не только на мечах. Мечи – это обязательная программа в школах и университетах. Этому учат абсолютно всех. Единственное, кому-то это легче дается, кому-то – нет. Но держать меч умеют абсолютно все. От этого зависят наши жизни.
– Ясно. А сколько Алексу лет?
–Тридцать пять.
– Но он не выглядит на тридцать пять! Я бы ему максимум дала двадцать пять, ну двадцать шесть лет!
– Ну, по человеческим представлениям, я тоже не выгляжу на сто десять лет!
– Ох, ну да, точно. Все забываю. Далия?
– Ммм?
– Я решила попросить Алекса снять с меня блок…
– Что? Почему? – встрепенулась она. – Зачем ты хочешь снять блок? Тогда ты словно маячок зажжешься для всех. Такой всплеск энергии не пропустит никто! Ни Харон, ни короли четырех королевств! Ты станешь видимой мишенью для Харона. А короли…Ну ладно наш Ратмир, он знает о твоем существовании, и все это время хоть и искал тебя, но также и покрывал тебя! Но больше ведь никто не знает, и я не знаю, как поведут себя другие. Что бы ты не думала, но ты оружие, Полли. Оружие, которое использовалось веками.
– Алекс сказал, что они ловят какие-то чужие вибрации с космоса, и что грядет вторжение Пожирателя.
– Когда? – спросила Далия.
– Он не знает точную дату. Но у меня есть время подготовиться. Далия, я понимаю, что просто не смогу стоять от этого в стороне. Не смогу так поступить. Если начнется вторжение, я не хочу быть беспомощным котенком, я хочу защитить вас с Трисс. И я все еще верю, что мои родители живы. Не знаю, как и где, но они живы. Глупо, наверное, в это верить. Шесть лет прошло. Но, если я смогу хоть что-то для вас сделать, если все действительно так, как рассказала Трисс, и мне передается такая сила, я пойду на это.
Далия обняла меня.
– Я поговорю с Алексом. Если он будет снимать блок, то пусть и защищает тебя ото всех!
***
Я проснулась сама в шесть утра. Солнышко еще не показалось над горизонтом, а небо уже окрасилось в золотисто - розовый цвет. Решив никого не будить так рано, я погрузилась в медитацию. И уже через несколько минут почувствовала, что я поднимаюсь над своим телом и зависаю где-то под потолком.
Первое время меня это очень пугало, и я терроризировала учителя своими вопросами. Потом привыкла и стала пробовать то, что могу в этом состоянии, а могла я немногое, всего-то наблюдать за собой сверху или переместиться в другую комнату, но всегда в этом состоянии я чувствовала какую-то легкость, невесомость, радость. В этот момент я любила весь мир, и было чувство, что и этот мир бесконечно любит и бережет меня. Наверное, поэтому я не смогла отказаться от медитации и погружалась в эти состояния снова и снова. Я попыталась подняться выше, но меня снова как будто что-то не пускало. Как будто у меня был какой-то ограничивающий барьер, что держал меня рядом с телом.
Я не боялась, что заблужусь и не вернусь в свое тело, ведь стоило мне подумать о том, что мне нужно «домой» и я сразу становилась сама собой и открывала глаза. Я даже первое время думала, что просто засыпаю, пока как-то во время медитации в доме Маргарет и Боба не увидела, как Маргарет судорожно ищет место и прячет от Боба новую пару туфель в их общем гардеробе. Помню, я тогда так смеялась. Боб постоянно на нее ворчал, что ее туфли скоро выселят его из дома. Тогда, на следующий день, у Боба должен был быть день рождения, и я осталась ночевать у них, а Маргарет прикупила себе очередные туфли к вечеринке. Как давно это было…
– Полли? – меня осторожно позвала Трисс. Я вернулась в себя, открыла глаза и оглянулась. Трисс стояла в проходе.
– Я стучала, честно!
– Да все нормально, заходи!
– Значит, решила снять блок? – спросила она, присаживаясь рядом на пол.
– Когда вы успеваете сплетничать обо мне? – рассмеялась я.
В комнату заглянула Далия.
– А мы уже давно не спим, вот и успеваем.
– Ты уверена в своем решении? – Трисс внимательно вглядывалась в меня. – Ты, правда, им ничего не должна. Наш мир ничего не дал тебе, кроме потерь. Он чужой для тебя, я понимаю это, хоть и хочу, чтобы это было не так.
Я промолчала.
– А, что бы сделала ты на моем месте, зная, что ты что-то можешь? И здесь, пусть и в мире людей останемся я и Далия? Погибнет твой, погибнет и мой мир. И да, мир магов для меня чужой, я его совсем не знаю и считаю себя человеком, хоть это и не так. Но ваш король не прав, иногда и люди чего-то стоят, и я хочу быть именно таким человеком. И мне страшно, это правда. Но, не пройдя через этот страх, я никогда не пойму, кто я такая на самом деле. Я никогда не узнаю себя до конца. Трисс тяжело вздохнула и обняла меня.
