— А какая магия у тебя?
Элира просияла от вопроса и с гордостью подняла подбородок.
— Магия воды, как и у отца, но владею я ей посредственно. Моя истинная страсть — зельеварение. Я с детства помогаю отцу в лавке, а два года назад он доверил мне варить несложные снадобья. А мой старший брат Кайл, как и мама, владеет магией воздуха. Он прекрасный целитель, закончил эту академию, и его как лучшего взяли в королевскую лечебницу. Если в этом году он пройдет проверку у главного целителя, то получит собственные палаты.
— Здорово. А мама? Она тоже лекарь?
— Нет, мама — домохозяйка. А еще она печет самые вкусные пирожки на свете! Я как-нибудь принесу тебе попробовать, — улыбнулась Элира.
Рассказ о семье заставил Лиду на мгновение сникнуть. Как там ее мама, сестра, муж? Что они подумали, когда она исчезла? Но тоску по дому она решительно отодвинула — уныние ей не поможет.
— Лида, а кроме магии поглощения, ты владеешь какой-нибудь стихией?
От этого вопроса Лида растерялась.
— Я не знаю. Видишь ли, в моем мире магии нет. Вся эта магия для нас — просто сказка. Когда я попала сюда, сила вселилась в меня сама. А когда я проходила тест во дворце, мне не сказали, что у меня есть стихийная магия.
— Странно, — задумчиво сказала Элира.
— Почему?
— Понимаешь, каждый маг обязательно имеет стихийную магию, а остальные способности — уже вторичны. Например, я — маг воды, а зельеварение — это мое призвание. Или Кайл — маг воздуха, но он целитель. А наш ректор, Торрин Айронхарт, владеет всеми четырьмя стихиями, а в дополнение — магией Хаоса. Он управляет тенями. Жуткое зрелище, — Элира поежилась.
«Так ректора зовут Торрин Айронхарт», — промелькнуло у Лиды в голове. Она ведь даже не удосужилась спросить его имя.
— Да, я видела этих теней, — тихо сказала она.
— Мерзкие существа. Не представляю, как он с ними живет. Хорошо, что он такой один.
— То есть, больше нет магов, которые управляют тенями?
— Нет. Говорят, его предки были посланниками самого Хаоса, поэтому он и получил такой дар. А кто-то говорит, что его прадеда прокляли, и тени — это проклятие, передающееся по наследству. Его отец был магом теней и возглавлял королевскую армию. А мать, бывшая королева, владела магией воздуха...
— Подожди, — перебила Лида. — Наш ректор из королевской семьи?
— Ну да. Он единоутробный старший брат его величества Кассиана. После смерти генерала Айронхарта король женился на его вдове, и через год родился Кассиан.
— Ничего себе!
— Ага. Многие были против этого брака, но все смирились, когда появился наследник. У его величества трое детей: старший принц Дариан, который управляет финансами, средний — Элиан, ученый, изучающий древние артефакты, и младшая — принцесса Серафина, помолвленная с принцем Терры.
Лида внимательно слушала, запоминая, кто есть кто. Мысленно она отметила, что нужно взять в библиотеке книгу о правителях этого мира.
— А королева?
— Она скончалась пятнадцать лет назад от лихорадки. Говорят, король до сих пор верен ее памяти и не хочет жениться снова.
— А у ректора есть семья? Жена, дети?
— Нет, у герцога нет семьи. О нем вообще мало что известно. Только то, что он в отношениях с герцогиней Талон Харт — известной журналисткой.
— Торрин и Талон, — задумчиво произнесла Лида. — Звучит красиво. Должно быть, они прекрасная пара.
— О да! Герцогиня Харт — первая красавица королевства. За ней многие ухаживали, но она выбрала нашего жуткого ректора.
— Так они помолвлены?
— Не знаю. Вроде бы нет. Но я бы на ее месте не надеялась на герцога Айронхарта.
— Почему?
— Ты его видела? С ним невозможно находиться в одной комнате! Он подавляет своей аурой. И эти тени... — Элира снова поежилась. — Жить с ними бок о бок? Нет, уж спасибо.
— Может, она их не боится?
— Тогда она очень смелая женщина.
Лида вспомнила утреннюю встречу и свои ощущения от теней. Страха как такового она не почувствовала — скорее, неприятный, жутковатый осадок. «Интересно, какие они на ощупь?»
— Может, сходим на обед? — предложила Элира, и Лида вынырнула из своих мыслей.
— Да, пойдем. А то он скоро закончится, — она перевела взгляд на часы и поднялась с кровати. Есть и правда хотелось. — А потом можем прогуляться, и я покажу тебе, что узнала за эти дни.
— Я только за! — радостно согласилась Элира, и девушки вышли из комнаты.
Дни до начала учебного года прошли довольно быстро. Все свободное время, а того было в избытке, Лида просидела в библиотеке, изучая новый мир, его правила, политику, возможности. Она ближе знакомилась с магией, читая о ней, и, конечно же, цеплялась за любую появившуюся соломинку, которая могла бы вытащить ее обратно в свой мир.
Пару раз заводила разговоры с Элирой, узнавая о магах-портальщиках, и соседка по комнате рассказала, что в их мире существуют гильдии. Тех насчитывается множество: гильдия лекарей, зельеваров, каменщиков, гильдия столярного искусства, торговли и еще много-много подразделений. И, конечно же, есть гильдия магов-портальщиков. Лида тут же смекнула, что именно там она может найти того, кто мог бы открыть ей портал в ее мир, и задала этот вопрос Элире. Но девушка ее огорчила, сказав, что маги-портальщики, работающие в гильдии, могут только найти тот самый блуждающий портал, но хватит ли у них сил его открыть? Так как в их мире очень мало магов, которые на это способны, и поэтому ей придется найти такого.
Вспомнилось ей утро, когда к ней в комнату заявился ректор, и то, как он беспрепятственно открыл портал и вышел в него. То есть этот мужчина мог открыть портал, но сделает ли он это для нее, чтобы отправить домой? По его кислому лицу она прекрасно поняла, что он и сам не рад, что вытащил ее в свой мир, и она была готова на все, что угодно, чтобы уговорить его помочь ей.
Не забыла Лида и про королевского лекаря. В указанный день навестила того. Годур Бэрик Дик, сделав сканирование ее тела и ауры своей магией, сказал, что нет никаких изменений. Скорее всего, аура остается прежней из-за того, что она еще не пользовалась своей силой. А как только это произойдет, то проявятся и изменения. И Лида даже стала немного опасаться этого момента.
Тихий, но настойчивый перезвон колокольчиков разбудил девушек. Лида нехотя открыла глаза, смотря в потолок, и тут же погладила рукой по краю кровати. Стоило Элире уснуть, как каждую ночь к ней приходил Мики. Он ложился рядом с хозяйкой, а как только наступало утро, бесследно исчезал. Лиде было очень интересно, чем целый день, а главное, где находится лумикаса.
— Ну что, с первым учебным днем нас! — хрипловато заговорила соседка и потянулась к тумбочке за своими очками.
— Угу.
Лида усмехнулась про себя. Она когда-то хотела пожить в общаге, когда училась в институте, и вот — мечты имеют свойство сбываться.
Девушки собрались довольно быстро и практически одни из первых оказались в столовой, и не зря. Несмотря на то, что столовая недавно только открылась, очередь на раздачу скопилась практически до самого прохода.
Зал столовой гудел, словно разоренный улей. А студенты все приходили и приходили. Получив свою порцию каши и булочку с чаем, девушки устроились за одним из столиков у окна, практически в углу зала. Из этого места открывался прекрасный вид на все помещение.
Первокурсников было видно за версту. Они немного смущались и постоянно оглядывались по сторонам. Внимание Лиды привлекли двое мужчин, вошедших в зал столовой, отчего множество голосов немного стихли.
В широком арочном проеме стоял ректор Айронхарт и профессор Ардан Вальков. Мужчины, тихо о чем-то переговариваясь, подошли к раздаточной, и пару студентов тут же уступили им места. Взяв подносы с едой, мужчины направились в огороженную зону для преподавателей.
— Элира, — позвала подругу Лида. Девушка тут же оторвалась от каши, вопросительно посмотрев на нее. — А ты знаешь этого профессора? — Лида взглядом показала на преподавателя по боевым искусствам.
— Это герцог Вальков. Он преподает совсем недавно. Лет пять. Кайл был на последнем курсе, когда он заменил предыдущего профессора по боевым искусствам.
— А что с ним случилось, ты знаешь?
— Как же. Только ленивый об этом не знает. — Элира подалась вперед и тихо, практически шепотом, произнесла. — Герцог был заместителем генерала королевской армии. Говорят, он пострадал, когда случился прорыв купола и твари мрака, полезли. Брат говорил, что ему чудом удалось выжить. Полгода лежал в королевском лазарете, где ему сращивали ногу. Шепчутся, что Вальков заражен. Никто точно не знает, чем, но лекари убеждены, что его кровь отравлена. Якобы одна из тварей заразила его какой-то болезнью, принесенной с той стороны купола, и магическая сила герцога пропадает. Он практически не может использовать магию, и чтобы выжить, ему приходится пить зелья, а иначе он может погибнуть.
— И что, никто ничего не может сделать? — удивилась Лида.
Словно почувствовав, что говорят о нем, мужчина обернулся, ища взглядом тех, кто сейчас перемывал ему кости, но так и не найдя, развернулся и дальше зашагал к другим преподавателям.
— Неа.
— А они что, друзья с ректором?
— Не знаю, но их часто видят вместе.
— Ясно.
После того как завтрак был съеден, девушки отправились к доске с расписанием, чтобы посмотреть, где какая лекция будет.
— Так. М-м-м. Вот наша группа. — Сказала Элира, водя пальчиком по доске с расписанием. — История магии, аудитория седьмая. Идем?
Лида согласно кивнула, и они направились к нужной аудитории. А стоило им переступить порог помещения, как все присутствующие, а тех было с десяток человек, резко обернулись к ним. Голоса тут же смолкли, но ненадолго: появились шепотки и какие-то осуждающие взгляды, бросаемые в сторону Лиды.
«Вот, это она!» «И как только ректор посмел позволить этой иномерянке учиться с нами!» «Это непозволительно. Мои родители подали жалобу в ректорат и напишут королю за то, что поглотительнице позволили учиться с нами. А что, если она причинит нам вред?» «Да таких, как она, уничтожать нужно!»
— Идем, не слушай их. — Элира подхватила Лиду под локоток и повела к первым рядам под общие недовольные шепотки.
Сказать, что было обидно и неприятно, — это ничего не сказать. Все, кто находился в этой аудитории, ненавидели ее и презирали, кроме подруги. И Лида была благодарна Элире, что та поддерживает ее и не боится. Все-таки, не имея никаких знакомств, было бы трудно здесь выжить. А то, что ей придется именно выживать, нет никаких сомнений.
С каждой минутой аудитория наполнялась все новыми и новыми студентами, и Лида уже практически не замечала одних и тех же вопросительно-возмущенных взглядов, бросаемых в ее адрес. И как только прозвенел звонок, предупреждающий о начале лекции, в аудиторию вошел маленький сухенький старичок.
Несмотря на его хрупкий вид, он шел с прямой, словно линейка, спиной и уверенно шагал в сторону трибуны, а, подойдя к ней, положил стопку книг и бумаг обращая взгляд на студентов.
Лицо профессора было сморщенным, словно запеченное яблоко, но его глаза горели живым и озорным огоньком и искрились добротой и мудростью. Крупный, чуть красноватый нос. Губы тонкие, как ниточки. Совершенно седые, редкие и тонкие волосы на голове небрежно торчали в разные стороны. И аккуратная, седая, подстриженная бородка клинышком. Профессор был в потертой черной мантии, а из-под нее выглядывал темно-коричневый костюм с белоснежной рубашкой. На нагрудном кармане висели небольшие часики на цепочке.
— Всем доброе утро. — Проговорил профессор скрипучим, но довольно четким голосом. — Поздравляю вас с началом учебного года. Меня зовут Элдрик Стоув, я профессор истории магии. Ко мне вы можете обращаться как профессор Стоув. Я надеюсь, что мой предмет вызовет у вас интерес, по крайней мере, я попытаюсь сделать все для этого. — Профессор замолчал, окидывая взглядом притихшую аудиторию. — Итак, начнем?
Он улыбнулся и еле уловимо взмахнул рукой, а затем на черной доске появилась надпись белым цветом, которую тут же проговорил старик.
— Рождение стихий. Кто назовет мне все четыре стихии? — на его лице показалась усмешка, и студенты тут же зафыркали, а затем кто-то из последних рядов проговорил:
— Существует четыре стихии: огонь, вода, воздух и земля.
— Верно, молодой человек. Сегодня мы с вами поговорим о стихиях. Заглянем в самое сердце мира, в ту эпоху, когда правили боги и Хаос еще не был изгнан. Мы поговорим о первичных стихиях. Итак, — профессор Стоув погладил свою бородку и поднял ладонь вверх, загибая первый палец. — Огонь! — проговорил профессор. — Это не просто разрушитель, дети мои. Огонь — это первородная искра, двигатель жизни. Древние люди верили, что первое, что создали боги, — это был именно огонь! Он очищает, преображает, дает свет во тьме. — Профессор поднял руку вверх, и тут же на его ладони зажегся крохотный огонь.
Лида смотрела, открыв рот от изумления. Она понимала, что для других, кто родился в этом мире, то, что говорит и делает профессор Стоув, — обыденность, но для нее это настоящая магия. Не фокусы, а самая, что ни на есть, магия, и она прекрасна!
Профессор сжал ладонь в кулак, и огонь пропал.
— Вторая стихия, — старик согнул еще один палец. — Вода. Эта сила, точащая камни века. Она лечит, питает, уносит старое и дает начало новому. — Говоря все это, профессор снова поднял руку, и на его ладони появился маленький журчащий вихрь.
— Ух ты. — прошептала Лида.
Она сказала это шепотом, никто не мог ее услышать, но, кажется, профессор все же услышал и пристально посмотрел на девушку, улыбаясь. Старик слегка мотнул рукой, и водный вихрь рассыпался.
— Третья стихия — воздух. Он не менее важен, как и два его собрата. Воздух несет семена жизни, в нем можно услышать обрывки прошлого. Без него нет дыхания, нет жизни.
Старик снова поднял ладонь, и на той уже взвился воздушный вихрь. Он закручивался в воронку, миг… и тут же исчез.
— Ну и четвертый — земля. — Последнюю стихию старик произнес с какой-то теплотой, и Лида, слегка склонившись к Элире, спросила:
— Он маг земли? — Соседка в ответ согласно кивнула. Теперь понятно, почему с таким благоговением профессор произнес четвертую стихию. Она была его родной.
— Опора и колыбель. Терпение, сила роста, глубина корней. Она хранит кости предков и питает будущие урожаи. Древние люди знали: истинная сила — не в разрушении, а в жизни, которую дает земля. — Сказал он, и в аудитории запахло землей, а в воздухе поднялись неизвестно откуда взявшиеся крупицы земли, которые по мановению руки профессора тут же растворились.
Профессор Стоув обвел аудиторию своим янтарным взглядом.
— Эти четыре стихии — партнеры. Древнейшие духи, проявления самой сути бытия. Магия — это не приказ, а просьба, диалог, гармония. Забыть это — значит разжечь в себе искру Хаоса, который жаждет лишь поглотить и разрушить все живое. — На миг Лиде показалось, что профессор бросил на нее короткий взгляд и снова осмотрел аудиторию.
Девушка затаила дыхание. Вот что значит ее сила — поглощает и разрушает все живое. Даже обидно за себя стало. Хотя, может, и не все так плохо. Она же не будет никому причинять вред, если, конечно, не захотят причинить этот самый вред ей.
— Именно понимание этой изначальной гармонии, — продолжил профессор, и Лиде показалось, что его слова стали звучать чуть громче, — позволило богам воздвигнуть купол и изгнать Хаоса.
Элира просияла от вопроса и с гордостью подняла подбородок.
— Магия воды, как и у отца, но владею я ей посредственно. Моя истинная страсть — зельеварение. Я с детства помогаю отцу в лавке, а два года назад он доверил мне варить несложные снадобья. А мой старший брат Кайл, как и мама, владеет магией воздуха. Он прекрасный целитель, закончил эту академию, и его как лучшего взяли в королевскую лечебницу. Если в этом году он пройдет проверку у главного целителя, то получит собственные палаты.
— Здорово. А мама? Она тоже лекарь?
— Нет, мама — домохозяйка. А еще она печет самые вкусные пирожки на свете! Я как-нибудь принесу тебе попробовать, — улыбнулась Элира.
Рассказ о семье заставил Лиду на мгновение сникнуть. Как там ее мама, сестра, муж? Что они подумали, когда она исчезла? Но тоску по дому она решительно отодвинула — уныние ей не поможет.
— Лида, а кроме магии поглощения, ты владеешь какой-нибудь стихией?
От этого вопроса Лида растерялась.
— Я не знаю. Видишь ли, в моем мире магии нет. Вся эта магия для нас — просто сказка. Когда я попала сюда, сила вселилась в меня сама. А когда я проходила тест во дворце, мне не сказали, что у меня есть стихийная магия.
— Странно, — задумчиво сказала Элира.
— Почему?
— Понимаешь, каждый маг обязательно имеет стихийную магию, а остальные способности — уже вторичны. Например, я — маг воды, а зельеварение — это мое призвание. Или Кайл — маг воздуха, но он целитель. А наш ректор, Торрин Айронхарт, владеет всеми четырьмя стихиями, а в дополнение — магией Хаоса. Он управляет тенями. Жуткое зрелище, — Элира поежилась.
«Так ректора зовут Торрин Айронхарт», — промелькнуло у Лиды в голове. Она ведь даже не удосужилась спросить его имя.
— Да, я видела этих теней, — тихо сказала она.
— Мерзкие существа. Не представляю, как он с ними живет. Хорошо, что он такой один.
— То есть, больше нет магов, которые управляют тенями?
— Нет. Говорят, его предки были посланниками самого Хаоса, поэтому он и получил такой дар. А кто-то говорит, что его прадеда прокляли, и тени — это проклятие, передающееся по наследству. Его отец был магом теней и возглавлял королевскую армию. А мать, бывшая королева, владела магией воздуха...
— Подожди, — перебила Лида. — Наш ректор из королевской семьи?
— Ну да. Он единоутробный старший брат его величества Кассиана. После смерти генерала Айронхарта король женился на его вдове, и через год родился Кассиан.
— Ничего себе!
— Ага. Многие были против этого брака, но все смирились, когда появился наследник. У его величества трое детей: старший принц Дариан, который управляет финансами, средний — Элиан, ученый, изучающий древние артефакты, и младшая — принцесса Серафина, помолвленная с принцем Терры.
Лида внимательно слушала, запоминая, кто есть кто. Мысленно она отметила, что нужно взять в библиотеке книгу о правителях этого мира.
— А королева?
— Она скончалась пятнадцать лет назад от лихорадки. Говорят, король до сих пор верен ее памяти и не хочет жениться снова.
— А у ректора есть семья? Жена, дети?
— Нет, у герцога нет семьи. О нем вообще мало что известно. Только то, что он в отношениях с герцогиней Талон Харт — известной журналисткой.
— Торрин и Талон, — задумчиво произнесла Лида. — Звучит красиво. Должно быть, они прекрасная пара.
— О да! Герцогиня Харт — первая красавица королевства. За ней многие ухаживали, но она выбрала нашего жуткого ректора.
— Так они помолвлены?
— Не знаю. Вроде бы нет. Но я бы на ее месте не надеялась на герцога Айронхарта.
— Почему?
— Ты его видела? С ним невозможно находиться в одной комнате! Он подавляет своей аурой. И эти тени... — Элира снова поежилась. — Жить с ними бок о бок? Нет, уж спасибо.
— Может, она их не боится?
— Тогда она очень смелая женщина.
Лида вспомнила утреннюю встречу и свои ощущения от теней. Страха как такового она не почувствовала — скорее, неприятный, жутковатый осадок. «Интересно, какие они на ощупь?»
— Может, сходим на обед? — предложила Элира, и Лида вынырнула из своих мыслей.
— Да, пойдем. А то он скоро закончится, — она перевела взгляд на часы и поднялась с кровати. Есть и правда хотелось. — А потом можем прогуляться, и я покажу тебе, что узнала за эти дни.
— Я только за! — радостно согласилась Элира, и девушки вышли из комнаты.
Глава 9
Дни до начала учебного года прошли довольно быстро. Все свободное время, а того было в избытке, Лида просидела в библиотеке, изучая новый мир, его правила, политику, возможности. Она ближе знакомилась с магией, читая о ней, и, конечно же, цеплялась за любую появившуюся соломинку, которая могла бы вытащить ее обратно в свой мир.
Пару раз заводила разговоры с Элирой, узнавая о магах-портальщиках, и соседка по комнате рассказала, что в их мире существуют гильдии. Тех насчитывается множество: гильдия лекарей, зельеваров, каменщиков, гильдия столярного искусства, торговли и еще много-много подразделений. И, конечно же, есть гильдия магов-портальщиков. Лида тут же смекнула, что именно там она может найти того, кто мог бы открыть ей портал в ее мир, и задала этот вопрос Элире. Но девушка ее огорчила, сказав, что маги-портальщики, работающие в гильдии, могут только найти тот самый блуждающий портал, но хватит ли у них сил его открыть? Так как в их мире очень мало магов, которые на это способны, и поэтому ей придется найти такого.
Вспомнилось ей утро, когда к ней в комнату заявился ректор, и то, как он беспрепятственно открыл портал и вышел в него. То есть этот мужчина мог открыть портал, но сделает ли он это для нее, чтобы отправить домой? По его кислому лицу она прекрасно поняла, что он и сам не рад, что вытащил ее в свой мир, и она была готова на все, что угодно, чтобы уговорить его помочь ей.
Не забыла Лида и про королевского лекаря. В указанный день навестила того. Годур Бэрик Дик, сделав сканирование ее тела и ауры своей магией, сказал, что нет никаких изменений. Скорее всего, аура остается прежней из-за того, что она еще не пользовалась своей силой. А как только это произойдет, то проявятся и изменения. И Лида даже стала немного опасаться этого момента.
Тихий, но настойчивый перезвон колокольчиков разбудил девушек. Лида нехотя открыла глаза, смотря в потолок, и тут же погладила рукой по краю кровати. Стоило Элире уснуть, как каждую ночь к ней приходил Мики. Он ложился рядом с хозяйкой, а как только наступало утро, бесследно исчезал. Лиде было очень интересно, чем целый день, а главное, где находится лумикаса.
— Ну что, с первым учебным днем нас! — хрипловато заговорила соседка и потянулась к тумбочке за своими очками.
— Угу.
Лида усмехнулась про себя. Она когда-то хотела пожить в общаге, когда училась в институте, и вот — мечты имеют свойство сбываться.
Девушки собрались довольно быстро и практически одни из первых оказались в столовой, и не зря. Несмотря на то, что столовая недавно только открылась, очередь на раздачу скопилась практически до самого прохода.
Зал столовой гудел, словно разоренный улей. А студенты все приходили и приходили. Получив свою порцию каши и булочку с чаем, девушки устроились за одним из столиков у окна, практически в углу зала. Из этого места открывался прекрасный вид на все помещение.
Первокурсников было видно за версту. Они немного смущались и постоянно оглядывались по сторонам. Внимание Лиды привлекли двое мужчин, вошедших в зал столовой, отчего множество голосов немного стихли.
В широком арочном проеме стоял ректор Айронхарт и профессор Ардан Вальков. Мужчины, тихо о чем-то переговариваясь, подошли к раздаточной, и пару студентов тут же уступили им места. Взяв подносы с едой, мужчины направились в огороженную зону для преподавателей.
— Элира, — позвала подругу Лида. Девушка тут же оторвалась от каши, вопросительно посмотрев на нее. — А ты знаешь этого профессора? — Лида взглядом показала на преподавателя по боевым искусствам.
— Это герцог Вальков. Он преподает совсем недавно. Лет пять. Кайл был на последнем курсе, когда он заменил предыдущего профессора по боевым искусствам.
— А что с ним случилось, ты знаешь?
— Как же. Только ленивый об этом не знает. — Элира подалась вперед и тихо, практически шепотом, произнесла. — Герцог был заместителем генерала королевской армии. Говорят, он пострадал, когда случился прорыв купола и твари мрака, полезли. Брат говорил, что ему чудом удалось выжить. Полгода лежал в королевском лазарете, где ему сращивали ногу. Шепчутся, что Вальков заражен. Никто точно не знает, чем, но лекари убеждены, что его кровь отравлена. Якобы одна из тварей заразила его какой-то болезнью, принесенной с той стороны купола, и магическая сила герцога пропадает. Он практически не может использовать магию, и чтобы выжить, ему приходится пить зелья, а иначе он может погибнуть.
— И что, никто ничего не может сделать? — удивилась Лида.
Словно почувствовав, что говорят о нем, мужчина обернулся, ища взглядом тех, кто сейчас перемывал ему кости, но так и не найдя, развернулся и дальше зашагал к другим преподавателям.
— Неа.
— А они что, друзья с ректором?
— Не знаю, но их часто видят вместе.
— Ясно.
После того как завтрак был съеден, девушки отправились к доске с расписанием, чтобы посмотреть, где какая лекция будет.
— Так. М-м-м. Вот наша группа. — Сказала Элира, водя пальчиком по доске с расписанием. — История магии, аудитория седьмая. Идем?
Лида согласно кивнула, и они направились к нужной аудитории. А стоило им переступить порог помещения, как все присутствующие, а тех было с десяток человек, резко обернулись к ним. Голоса тут же смолкли, но ненадолго: появились шепотки и какие-то осуждающие взгляды, бросаемые в сторону Лиды.
«Вот, это она!» «И как только ректор посмел позволить этой иномерянке учиться с нами!» «Это непозволительно. Мои родители подали жалобу в ректорат и напишут королю за то, что поглотительнице позволили учиться с нами. А что, если она причинит нам вред?» «Да таких, как она, уничтожать нужно!»
— Идем, не слушай их. — Элира подхватила Лиду под локоток и повела к первым рядам под общие недовольные шепотки.
Сказать, что было обидно и неприятно, — это ничего не сказать. Все, кто находился в этой аудитории, ненавидели ее и презирали, кроме подруги. И Лида была благодарна Элире, что та поддерживает ее и не боится. Все-таки, не имея никаких знакомств, было бы трудно здесь выжить. А то, что ей придется именно выживать, нет никаких сомнений.
С каждой минутой аудитория наполнялась все новыми и новыми студентами, и Лида уже практически не замечала одних и тех же вопросительно-возмущенных взглядов, бросаемых в ее адрес. И как только прозвенел звонок, предупреждающий о начале лекции, в аудиторию вошел маленький сухенький старичок.
Несмотря на его хрупкий вид, он шел с прямой, словно линейка, спиной и уверенно шагал в сторону трибуны, а, подойдя к ней, положил стопку книг и бумаг обращая взгляд на студентов.
Лицо профессора было сморщенным, словно запеченное яблоко, но его глаза горели живым и озорным огоньком и искрились добротой и мудростью. Крупный, чуть красноватый нос. Губы тонкие, как ниточки. Совершенно седые, редкие и тонкие волосы на голове небрежно торчали в разные стороны. И аккуратная, седая, подстриженная бородка клинышком. Профессор был в потертой черной мантии, а из-под нее выглядывал темно-коричневый костюм с белоснежной рубашкой. На нагрудном кармане висели небольшие часики на цепочке.
— Всем доброе утро. — Проговорил профессор скрипучим, но довольно четким голосом. — Поздравляю вас с началом учебного года. Меня зовут Элдрик Стоув, я профессор истории магии. Ко мне вы можете обращаться как профессор Стоув. Я надеюсь, что мой предмет вызовет у вас интерес, по крайней мере, я попытаюсь сделать все для этого. — Профессор замолчал, окидывая взглядом притихшую аудиторию. — Итак, начнем?
Он улыбнулся и еле уловимо взмахнул рукой, а затем на черной доске появилась надпись белым цветом, которую тут же проговорил старик.
— Рождение стихий. Кто назовет мне все четыре стихии? — на его лице показалась усмешка, и студенты тут же зафыркали, а затем кто-то из последних рядов проговорил:
— Существует четыре стихии: огонь, вода, воздух и земля.
— Верно, молодой человек. Сегодня мы с вами поговорим о стихиях. Заглянем в самое сердце мира, в ту эпоху, когда правили боги и Хаос еще не был изгнан. Мы поговорим о первичных стихиях. Итак, — профессор Стоув погладил свою бородку и поднял ладонь вверх, загибая первый палец. — Огонь! — проговорил профессор. — Это не просто разрушитель, дети мои. Огонь — это первородная искра, двигатель жизни. Древние люди верили, что первое, что создали боги, — это был именно огонь! Он очищает, преображает, дает свет во тьме. — Профессор поднял руку вверх, и тут же на его ладони зажегся крохотный огонь.
Лида смотрела, открыв рот от изумления. Она понимала, что для других, кто родился в этом мире, то, что говорит и делает профессор Стоув, — обыденность, но для нее это настоящая магия. Не фокусы, а самая, что ни на есть, магия, и она прекрасна!
Профессор сжал ладонь в кулак, и огонь пропал.
— Вторая стихия, — старик согнул еще один палец. — Вода. Эта сила, точащая камни века. Она лечит, питает, уносит старое и дает начало новому. — Говоря все это, профессор снова поднял руку, и на его ладони появился маленький журчащий вихрь.
— Ух ты. — прошептала Лида.
Она сказала это шепотом, никто не мог ее услышать, но, кажется, профессор все же услышал и пристально посмотрел на девушку, улыбаясь. Старик слегка мотнул рукой, и водный вихрь рассыпался.
— Третья стихия — воздух. Он не менее важен, как и два его собрата. Воздух несет семена жизни, в нем можно услышать обрывки прошлого. Без него нет дыхания, нет жизни.
Старик снова поднял ладонь, и на той уже взвился воздушный вихрь. Он закручивался в воронку, миг… и тут же исчез.
— Ну и четвертый — земля. — Последнюю стихию старик произнес с какой-то теплотой, и Лида, слегка склонившись к Элире, спросила:
— Он маг земли? — Соседка в ответ согласно кивнула. Теперь понятно, почему с таким благоговением профессор произнес четвертую стихию. Она была его родной.
— Опора и колыбель. Терпение, сила роста, глубина корней. Она хранит кости предков и питает будущие урожаи. Древние люди знали: истинная сила — не в разрушении, а в жизни, которую дает земля. — Сказал он, и в аудитории запахло землей, а в воздухе поднялись неизвестно откуда взявшиеся крупицы земли, которые по мановению руки профессора тут же растворились.
Профессор Стоув обвел аудиторию своим янтарным взглядом.
— Эти четыре стихии — партнеры. Древнейшие духи, проявления самой сути бытия. Магия — это не приказ, а просьба, диалог, гармония. Забыть это — значит разжечь в себе искру Хаоса, который жаждет лишь поглотить и разрушить все живое. — На миг Лиде показалось, что профессор бросил на нее короткий взгляд и снова осмотрел аудиторию.
Девушка затаила дыхание. Вот что значит ее сила — поглощает и разрушает все живое. Даже обидно за себя стало. Хотя, может, и не все так плохо. Она же не будет никому причинять вред, если, конечно, не захотят причинить этот самый вред ей.
— Именно понимание этой изначальной гармонии, — продолжил профессор, и Лиде показалось, что его слова стали звучать чуть громче, — позволило богам воздвигнуть купол и изгнать Хаоса.
