- Да, не лёгкая ноша тебе, Ярославна выпала, - произнёс волхв, когда леший закончил рассказывать. - Не каждому сильному мужу такая ноша по плечу, а уж девице...
Всё это время, княжна стояла в объятиях своего жениха. Молодой витязь слушал рассказ лешего и, понимая, как тяжело пришлось его подруге, и какие раны на сердце оставили эти воспоминания, пытался её успокоить, поглаживая по спине.
- А ещё, с капища спало охранное заклятие, - сказал леший.
- Спало заклятие, говоришь? - переспросил волхв. - Почто ты так решил, друг мой?
- Потому что, когда мы к капищу вместе с княжной шли, то на середине пути, мне в грудь, словно ветер подул. Да так сильно, что я дальше идти не мог. А княжна шла. Капище пустило её. А после, когда на нас псиглавы напали, Ярославна хотела в капище укрыться, да только враги ей путь преградили. И бежали они вдоль стены, там, где я пройти не мог. И никакой ветер их не останавливал.
- Выходит, когда ты Ярославна посох взяла, тогда древние чары и спали, - задумчиво покачал головой Велимудр.
- Теперь в капище любой войти может? - спросила Марьяна.
- Выходит, что может, - кивнул мудрец.
- И колдун?
- Ну... - волхв задумчиво погладил бороду. - Я не думаю, что капище впустит его. Я ведь бывал подле капища ранее. Меня тоже тот ветер не пустил дальше середины. Я видел, какие древние письмена начертаны на его стенах. Зло туда войти всё одно не сможет. Разве, что радом постоит, да и уйдёт восвояси. К тому же мы лес тот пробудили. Теперь он долго не заснёт. И никакое зло через него пройти не в силах. Разве, что как вы, с неба прилетит. Но любой человек с чистой душой войти, мне думается, теперь сможет.
- А что ты видела в капище, Ярославна? - спросил, немного помолчав, волхв. - Какое оно? Сама ведаешь, что нам туда ход заказан был ранее, а ты первая, кто бывал в нём за все эти века.
- Там внутри капища стоят Боги, как на наших капищах - начала рассказывать Марьяна, высвободившись из объятий жениха. - Только они огромные, больше наших и головами достают до самой крыши. Боги так искусно сделаны, что кажутся словно живые. Я видела и Велеса и Ярило. И Перун там стоит и Сварог и многие другие. Там все Боги стоят.
- У Невров те же Боги, что и у росов и других наших родичей, - кивнул Велимудр.
- И эти Боги стоят вдоль всего капища, - продолжила княжна. - Они стоят по обе стороны, а между ними дорожка ведёт. И в конце её стоят ещё три Бога. Они ещё больше. Самый большой Бог стоит по серёдке. А два других по бокам от него. Один Бог белый, а другой - чёрный.
- Белобог и Чернобог, - подтвердил волхв. - А какой Бог стоит по серёдке?
- По серёдке стоит самый большой Бог. А сделан он, дедушка Велимудр, ещё искуснее, чем остальные. У него такой мудрый взгляд. Словно живой. Я думала, что он меня всю насквозь увидел. Мне так боязно было. И он на ладонях держал посох. Мне кажется это сам Род-Прародитель.
- Род, - согласился Велимудр. - А Правь и Навь по бокам от него. Всё верно, княжна.
- А ещё... - продолжила Марьяна. - У него была длинная борода. Так искусно сделана, что я подумала, вот подует ветер, и она словно живая шевелиться станет. Только там даже сквозняка не было. И так чисто вокруг. Ни пылинки. Только свет с крыши на статуи эти падал.
- Да. Древние мастера были вельми искусны. Нечета нам убогим.
- А ещё, дедушка Велимудр, - Марьяна улыбнулась. - Род был на тебя похож. И борода у тебя тоже такая, как у него.
- Ну, уж ты сравнила, княжна, - смутился волхв, а все вокруг заулыбались. - Разве ж я могу с самим Прародителем тягаться.
- А у Перуна усы, как у тебя, дядька Ратибор.
Все засмеялись. Напряжение погони постепенно спадало, и люди позволили себе немного расслабиться.
- А на меня там был кто похож? - смеясь, спросил Ольгерд.
- Нет. На тебя никто там не был похож. А вот Стрибог похож на тебя, увага Ставр.
- Скифы всегда были дружны с вольными ветрами, - хлопнул воевода Ставра по плечу. - А ты молод ещё отрок... - он насмешливо посмотрел на Ольгерда. - Чтобы Боги ликом на тебя похожи были.
- А не пора ли нам други, в путь собираться? - спросил, молчавший до этого Ставр, когда все отсмеялись. - Как бы по нашим следам не припожаловал кто. Нашумели мы на входе знатно. И ежели псиглавы камень тот сдвинули, да по нашим следам пошли, то и вовсе шум до небес подняли. Чудины ведь не глухие, чай.
- Верно, мыслишь, друже, - кивнул воевода. - Засиделись мы тут.
- Бегать уже не станем, - согласился волхв. - Но поспешать надобно.
Отряд снова двинулся в путь.
Какое-то время все шли молча, но потом, волхв, идущий впереди, обернулся к воеводе за своей спиной.
- Я вот только всё никак в толк не возьму, воевода. Отчего чудины столь странно себя ведут?
- Ты о чём, дед? - спросил Ратибор.
- Суди сам, воевода. Мы нашумели. Враг тоже нашумел, тут не надо волхвом быть, чтоб понять. А чудин до сих пор не слышно и не видно.
- Нам-то, что с того? - ответил воевода. - По мне, пускай так и дальше всё идёт. Скорее бы на вольный луг вырваться, под небо ясное.
- Вот то-то и оно, - покачал головой Велимудр. - Слишком всё гладко идёт. А переходы эти давно уже должны кишеть от чудских дозоров. Шутка ли. Чужаки в их земли пришли, да ещё оружные. А они и в ус не дуют.
- Почто решил, что не дуют? Может они тот отряд псиглавов давно уже порубили. Оттого и не слышим мы погони.
- Отряд-то может, и порубили, да всё одно тревогу поднять должны. Где один вражий отряд, там и другой может быть. Посему ко всем выходам, даже самым тайным и дальним, стражу охранную выслать непременно надо бы. Да все ходы свои подземные мелким гребнем прочесать. А ничего этого, покамест, нет.
- Так, оно, - согласился воевода. - Только мстится мне, что мы просто опередили их дозоры. Они ж пока врага обнаружили, да пока всех своих упредили, мы уже проскочили опасные места. Ежели они и выслали воев своих, то те позади нас идут. А до дальних входов-выходов, им и самим путь не близкий. Когда ещё поспеют? Княжество-то у них не малое.
- Тогда нам самим спешить надобно.
- А нет ли где хода поближе? - спросил Ольгерд.
Всё это время он шёл рядом со своей подругой и слушал рассуждения волхва и воеводы.
- Нет, - ответил волхв. - Нам придётся идти старым путём. Через тот ход, которым ранее заходили. А там в мой лес и оттуда уже в Китеж двинем. Если Мрак к тому времени ещё под стены града войско своё не привёл.
- А ежели привёл? - спросил Ольгерд.
- То, после думать будем, - ответил ему Ратибор. - Нам, сперва, незамеченными выйти отсюда надобно.
- Посему постараемся меньше шуметь, - подтвердил волхв.
С этими словами, Велимудр свернул в очередной проход.
Вскоре они вышли к тому участку тоннеля, с потолка которого гроздьями свисали древесные корни. Отряду опять пришлось пробираться между ними, цепляясь оружием и доспехами. Некоторые корни словно норовили вцепиться Марьяне в волосы. Девушка осторожно раздвигала их посохом.
Только Мох шёл через этот проход, словно по открытой полянке. Корни деревьев раздвигались перед ним, уступая дорогу. Когда все это увидели, то просто пристроились за идущим теперь впереди, лешим. Идти через этот тоннель сразу стало легче.
Когда заросший корнями проход остался позади, леший, пропустив всех вперёд, остановился. Он, как всегда, присел на корточки и стал что-то бормотать и шевелить пальцами, направив их в сторону свисающих корней. Подчиняясь лешему, корни деревьев начали переплетаться между собой. Когда он закончил свою волшбу, за спинами беглецов оказалось настолько непролазное переплетение корней, что пройти через этот ход теперь можно было, только прорубая дорогу топорами.
Отряд снова двинулся дальше. Теперь можно было не опасаться преследования, кто бы ни шёл по их следам. Но всё равно, приходилось идти тихо.
Так шли довольно долго и, наконец, отряд вышел к развилке, через которую они уже проходили ранее, когда ещё шли к капищу. Памятуя о том, сколько отряд шёл до этого места в прошлый раз, им оставалось идти к выходу ещё целый день. И этот день надобно было пройти крайне осторожно, чтобы не обнаружить отряд.
Как поведут себя чудины, никто не мог даже предположить. Может, отпустят с миром, поняв, что перед ними не враги, хоть и из китежских земель. Да ещё есть надежда, что, увидев идущего с отрядом волхва, чудины вспомнят, что Велимудр дружен с их князем. А может, и драться придётся. Всё же у росов с чудинами давнее немирье. А в нынешние времена... Кто знает.
Рисковать никто не хотел. Вот и пробирались беглецы, стараясь не греметь оружием и ступать тихо, словно мышь, крадущаяся мимо спящего кота. Тем более, что в скором времени надобно озаботиться о ночлеге. За этот день устали даже выносливые воины, что уж говорить про княжну и старого волхва.
Вскоре отряд вышел к тому подземному залу, где проводил свою первую ночёвку. Никаких новых следов они не обнаружили, поэтому решили спокойно остановиться на этом же месте. С припасами у людей, правда, было не густо. Они ведь хотели пополнить их уже наверху, благо и луки со стрелами для этого взяли. Никто не думал, что придётся обратно в эти подземелья возвращаться. Да и стрелы все на врагов потратили.
Посему всех запасов были несколько ломтей хлеба, да кусков мяса, что осталось ещё в котомках волхва, да Ставра. Припасы Марьяны с лешим и вовсе остались в лесу с симуранами. Как и баклажка с отваром полевого. Только у воеводы ещё сохранилось немного воды в его баклажке. Буквально по паре глотков, чтоб губы смочить, и только. Как завтра без воды идти будут, никто не представлял. Ведь по пути им в тот раз никаких подземных ключей не встречалось.
Быстро разделили остатки припасов между собой. Ольгерд отдал свою порцию мяса подруге. Все сидели, кто где, и устало жевали. За день так устали, что есть не хотелось совсем и приходилось насильно пропихивать в себя еду. Пополнить свои силы всё же было необходимо. За весь день у всех был только короткий завтрак. А завтрашний день предстояло идти и вовсе уже натощак.
Когда, сделав по несколько глотков каждый, передали баклажку воеводе, тот потряс ею и удовлетворённо кивнул.
- На утро ещё по глотку хватит, - сказал воевода и, вдруг, спросил. - Скажи, Ярославна, тот псиглав, который нам на головы прыгнуть хотел... Это же ты его посохом скинула?
- Да, дядька Ратибор, - кивнула девушка.
За всеми этими событиями всё выскочило у неё из памяти. Нападение врагов. Потом долгий бег по подземельям, в надежде уйти от погони. Не удивительно, что Марьяна забыла.
- Ты почувствовала посох? - спросил, сразу встрепенувшийся, волхв.
- Я не знаю, дедушка Велимудр. Я просто почувствовала, как мне обожгло пальцы. От посоха по мне стало разливаться тепло, и я просто махнула им во врага. А его на склон оврага и бросила какая-то сила.
- Какая сила? - спросил волхв.
- Я не видела. Просто махнула, а псиглав и ударился спиной. Но сила не убила его.
- Это мы видели, - кивнул воевода. - А дальше почто не махнула им?
- Я боялась вас всех ненароком задеть. Сила ведь та невидимая.
Воевода кивнул, а волхв, напротив ещё больше оживился.
- Стало быть, Ярославна, - удовлетворённо погладил он свою бороду. - Посох признал тебя.
- Но как это случилось? - спросила Марьяна. - Я ведь ничего не делала. Просто держала его в руках. И ещё, я просто испугалась. Ведь того псиглава никто из вас не видел. Он же из-за края оврага появился.
- Хм. А может в этом всё дело? - сказал волхв. - Ты испугалась, и посох почуял это и проснулся. Всё ж древняя кровь в тебе. Ну-ка дай мне ещё раз этот посох.
Марьяна протянула ему посох. Велимудр снова стал его рассматривать, уже внимательнее пытаясь разобрать письмена, вырезанные на его древке.
- Нет, - пробормотал он, наконец, - Всё одно не могу ничего разобрать. Уж больно древний язык. Некоторые буквицы мне знакомы. Они и в нашем языке есть, но смысл ускользает.
- Я тоже в капище видела письмена, - подтвердила Марьяна. - И некоторые руны мне были знакомы. И имена богов могла прочесть, хотя написано чудно было. Не как мы пишем.
- Вот именно, - кивнул волхв. - Эх, жалею, что в младости не стал древний Азград искать. Не до того было. Вот уж где знаний о древних несметно должно храниться. Может и смог бы сейчас прочесть, что тут написано.
Волхв передал посох княжне. И продолжил.
- У чудского князя тоже, правда, много чего полезного в хранилищах спрятано. Может там и древний язык сыщется. Мрак ведь оттуда свои чёрные знания вынес. Я вот только опасаюсь, что этот чародей, языком древних владеет, и письмена эти прочесть сможет.
- Тогда и вовсе нельзя, чтоб колдун посох сей заполучил, - сказал воевода.
- Но ведь Мрак же не Невр! - воскликнул Ольгерд. - Как посох станет ему подчиняться?
- Не Невр, - подтвердил Велимудр. - Но ведь кровь Невров только в капище дорогу открывала, чтоб посох Инорога забрать из него. Сам-то посох в руки взять, кто угодно может. Я же, вон, держал. Да и ты сможешь, ежели охота есть.
- А как тогда он в руках Марьяшки проснулся? - не унимался молодой витязь. - Это же кровь Невров его пробудила.
- Так-то оно так, - задумчиво проговорил старый мудрец. - Вот только сдаётся мне, что это сам посох почуял древнюю кровь и проснулся. Теперь мы можем применить его в борьбе с чародеем. Но вот, чтобы его подчинить, для этого письмена на нём и вырезаны. Древние ведь такие волшебные вещи не только для себя делали. Но и для других. А как другие будут такими вещами пользоваться, ежели они только на древнюю кровь откликаться станут? Вот для этого и накладывают на них всякие письмена, чтоб, так сказать, у вещей этих свой хозяин был.
- Это как на меч руны наносят? - спросил Ольгерд.
- Верно, - подтвердил волхв. - В руке хозяина меч тот и рубит врага сильнее и не ломается. Но ведь не только в хозяйской руке меч тот и рубит и колет. Может не так хорошо, но ведь и чужого слушает. А ежели чужой те руны прочтёт, то и вовсе хозяином станет. Сколько такого чародейского оружия из рук в руки за все века переходило? Да и не только оружия. Так же и посох. Пока письмена не прочесть, то и подчинить его полностью не удастся.
- Стало быть, беречь сей посох надобно, как зеницу ока, - подвёл черту воевода. - Если он в руки колдуна попадёт, а тот сумеет письмена прочесть, то одолеть мы его тогда вовсе не сможем. Проще сразу самому себя мечом зарубить.
- Может, вообще не стоило его забирать из капища? - спросил Ольгерд.
- Может, и не стоило, - ответил волхв. - Да только я уже говорил, что Мрак всё одно, мог бы его оттуда взять. Только больше хлопот для него было бы. Он решил как проще. А вот сейчас... Кровь ведь не обязательно живая должна быть.
С этими словами Велимудр посмотрел на девушку. Ольгерд тут же обнял её за плечи и прижал к себе.
- Пусть только попробует.
- Вот потому нам и надо торопиться, - сказал волхв. - В жилах князя нашего та же кровь течёт. И думаю я, что колдун уже войско к Китежу ведёт. Отец твой княжна, воин сильный и драться будет до конца, но ведь и Мраку нужна только кровь. А уж живая она или мёртвая, всё одно. К тому ж, боюсь я, колдун уже ведает, что ты взяла посох. Стало быть, отца твоего постарается пленить.
- Зачем отец ему в пленниках?
- А вот за тем, чтобы ты ему сама посох сей, и отдала, Ярославна.
Всё это время, княжна стояла в объятиях своего жениха. Молодой витязь слушал рассказ лешего и, понимая, как тяжело пришлось его подруге, и какие раны на сердце оставили эти воспоминания, пытался её успокоить, поглаживая по спине.
- А ещё, с капища спало охранное заклятие, - сказал леший.
- Спало заклятие, говоришь? - переспросил волхв. - Почто ты так решил, друг мой?
- Потому что, когда мы к капищу вместе с княжной шли, то на середине пути, мне в грудь, словно ветер подул. Да так сильно, что я дальше идти не мог. А княжна шла. Капище пустило её. А после, когда на нас псиглавы напали, Ярославна хотела в капище укрыться, да только враги ей путь преградили. И бежали они вдоль стены, там, где я пройти не мог. И никакой ветер их не останавливал.
- Выходит, когда ты Ярославна посох взяла, тогда древние чары и спали, - задумчиво покачал головой Велимудр.
- Теперь в капище любой войти может? - спросила Марьяна.
- Выходит, что может, - кивнул мудрец.
- И колдун?
- Ну... - волхв задумчиво погладил бороду. - Я не думаю, что капище впустит его. Я ведь бывал подле капища ранее. Меня тоже тот ветер не пустил дальше середины. Я видел, какие древние письмена начертаны на его стенах. Зло туда войти всё одно не сможет. Разве, что радом постоит, да и уйдёт восвояси. К тому же мы лес тот пробудили. Теперь он долго не заснёт. И никакое зло через него пройти не в силах. Разве, что как вы, с неба прилетит. Но любой человек с чистой душой войти, мне думается, теперь сможет.
- А что ты видела в капище, Ярославна? - спросил, немного помолчав, волхв. - Какое оно? Сама ведаешь, что нам туда ход заказан был ранее, а ты первая, кто бывал в нём за все эти века.
- Там внутри капища стоят Боги, как на наших капищах - начала рассказывать Марьяна, высвободившись из объятий жениха. - Только они огромные, больше наших и головами достают до самой крыши. Боги так искусно сделаны, что кажутся словно живые. Я видела и Велеса и Ярило. И Перун там стоит и Сварог и многие другие. Там все Боги стоят.
- У Невров те же Боги, что и у росов и других наших родичей, - кивнул Велимудр.
- И эти Боги стоят вдоль всего капища, - продолжила княжна. - Они стоят по обе стороны, а между ними дорожка ведёт. И в конце её стоят ещё три Бога. Они ещё больше. Самый большой Бог стоит по серёдке. А два других по бокам от него. Один Бог белый, а другой - чёрный.
- Белобог и Чернобог, - подтвердил волхв. - А какой Бог стоит по серёдке?
- По серёдке стоит самый большой Бог. А сделан он, дедушка Велимудр, ещё искуснее, чем остальные. У него такой мудрый взгляд. Словно живой. Я думала, что он меня всю насквозь увидел. Мне так боязно было. И он на ладонях держал посох. Мне кажется это сам Род-Прародитель.
- Род, - согласился Велимудр. - А Правь и Навь по бокам от него. Всё верно, княжна.
- А ещё... - продолжила Марьяна. - У него была длинная борода. Так искусно сделана, что я подумала, вот подует ветер, и она словно живая шевелиться станет. Только там даже сквозняка не было. И так чисто вокруг. Ни пылинки. Только свет с крыши на статуи эти падал.
- Да. Древние мастера были вельми искусны. Нечета нам убогим.
- А ещё, дедушка Велимудр, - Марьяна улыбнулась. - Род был на тебя похож. И борода у тебя тоже такая, как у него.
- Ну, уж ты сравнила, княжна, - смутился волхв, а все вокруг заулыбались. - Разве ж я могу с самим Прародителем тягаться.
- А у Перуна усы, как у тебя, дядька Ратибор.
Все засмеялись. Напряжение погони постепенно спадало, и люди позволили себе немного расслабиться.
- А на меня там был кто похож? - смеясь, спросил Ольгерд.
- Нет. На тебя никто там не был похож. А вот Стрибог похож на тебя, увага Ставр.
- Скифы всегда были дружны с вольными ветрами, - хлопнул воевода Ставра по плечу. - А ты молод ещё отрок... - он насмешливо посмотрел на Ольгерда. - Чтобы Боги ликом на тебя похожи были.
- А не пора ли нам други, в путь собираться? - спросил, молчавший до этого Ставр, когда все отсмеялись. - Как бы по нашим следам не припожаловал кто. Нашумели мы на входе знатно. И ежели псиглавы камень тот сдвинули, да по нашим следам пошли, то и вовсе шум до небес подняли. Чудины ведь не глухие, чай.
- Верно, мыслишь, друже, - кивнул воевода. - Засиделись мы тут.
- Бегать уже не станем, - согласился волхв. - Но поспешать надобно.
Отряд снова двинулся в путь.
Какое-то время все шли молча, но потом, волхв, идущий впереди, обернулся к воеводе за своей спиной.
- Я вот только всё никак в толк не возьму, воевода. Отчего чудины столь странно себя ведут?
- Ты о чём, дед? - спросил Ратибор.
- Суди сам, воевода. Мы нашумели. Враг тоже нашумел, тут не надо волхвом быть, чтоб понять. А чудин до сих пор не слышно и не видно.
- Нам-то, что с того? - ответил воевода. - По мне, пускай так и дальше всё идёт. Скорее бы на вольный луг вырваться, под небо ясное.
- Вот то-то и оно, - покачал головой Велимудр. - Слишком всё гладко идёт. А переходы эти давно уже должны кишеть от чудских дозоров. Шутка ли. Чужаки в их земли пришли, да ещё оружные. А они и в ус не дуют.
- Почто решил, что не дуют? Может они тот отряд псиглавов давно уже порубили. Оттого и не слышим мы погони.
- Отряд-то может, и порубили, да всё одно тревогу поднять должны. Где один вражий отряд, там и другой может быть. Посему ко всем выходам, даже самым тайным и дальним, стражу охранную выслать непременно надо бы. Да все ходы свои подземные мелким гребнем прочесать. А ничего этого, покамест, нет.
- Так, оно, - согласился воевода. - Только мстится мне, что мы просто опередили их дозоры. Они ж пока врага обнаружили, да пока всех своих упредили, мы уже проскочили опасные места. Ежели они и выслали воев своих, то те позади нас идут. А до дальних входов-выходов, им и самим путь не близкий. Когда ещё поспеют? Княжество-то у них не малое.
- Тогда нам самим спешить надобно.
- А нет ли где хода поближе? - спросил Ольгерд.
Всё это время он шёл рядом со своей подругой и слушал рассуждения волхва и воеводы.
- Нет, - ответил волхв. - Нам придётся идти старым путём. Через тот ход, которым ранее заходили. А там в мой лес и оттуда уже в Китеж двинем. Если Мрак к тому времени ещё под стены града войско своё не привёл.
- А ежели привёл? - спросил Ольгерд.
- То, после думать будем, - ответил ему Ратибор. - Нам, сперва, незамеченными выйти отсюда надобно.
- Посему постараемся меньше шуметь, - подтвердил волхв.
С этими словами, Велимудр свернул в очередной проход.
Вскоре они вышли к тому участку тоннеля, с потолка которого гроздьями свисали древесные корни. Отряду опять пришлось пробираться между ними, цепляясь оружием и доспехами. Некоторые корни словно норовили вцепиться Марьяне в волосы. Девушка осторожно раздвигала их посохом.
Только Мох шёл через этот проход, словно по открытой полянке. Корни деревьев раздвигались перед ним, уступая дорогу. Когда все это увидели, то просто пристроились за идущим теперь впереди, лешим. Идти через этот тоннель сразу стало легче.
Когда заросший корнями проход остался позади, леший, пропустив всех вперёд, остановился. Он, как всегда, присел на корточки и стал что-то бормотать и шевелить пальцами, направив их в сторону свисающих корней. Подчиняясь лешему, корни деревьев начали переплетаться между собой. Когда он закончил свою волшбу, за спинами беглецов оказалось настолько непролазное переплетение корней, что пройти через этот ход теперь можно было, только прорубая дорогу топорами.
Отряд снова двинулся дальше. Теперь можно было не опасаться преследования, кто бы ни шёл по их следам. Но всё равно, приходилось идти тихо.
Так шли довольно долго и, наконец, отряд вышел к развилке, через которую они уже проходили ранее, когда ещё шли к капищу. Памятуя о том, сколько отряд шёл до этого места в прошлый раз, им оставалось идти к выходу ещё целый день. И этот день надобно было пройти крайне осторожно, чтобы не обнаружить отряд.
Как поведут себя чудины, никто не мог даже предположить. Может, отпустят с миром, поняв, что перед ними не враги, хоть и из китежских земель. Да ещё есть надежда, что, увидев идущего с отрядом волхва, чудины вспомнят, что Велимудр дружен с их князем. А может, и драться придётся. Всё же у росов с чудинами давнее немирье. А в нынешние времена... Кто знает.
Рисковать никто не хотел. Вот и пробирались беглецы, стараясь не греметь оружием и ступать тихо, словно мышь, крадущаяся мимо спящего кота. Тем более, что в скором времени надобно озаботиться о ночлеге. За этот день устали даже выносливые воины, что уж говорить про княжну и старого волхва.
Вскоре отряд вышел к тому подземному залу, где проводил свою первую ночёвку. Никаких новых следов они не обнаружили, поэтому решили спокойно остановиться на этом же месте. С припасами у людей, правда, было не густо. Они ведь хотели пополнить их уже наверху, благо и луки со стрелами для этого взяли. Никто не думал, что придётся обратно в эти подземелья возвращаться. Да и стрелы все на врагов потратили.
Посему всех запасов были несколько ломтей хлеба, да кусков мяса, что осталось ещё в котомках волхва, да Ставра. Припасы Марьяны с лешим и вовсе остались в лесу с симуранами. Как и баклажка с отваром полевого. Только у воеводы ещё сохранилось немного воды в его баклажке. Буквально по паре глотков, чтоб губы смочить, и только. Как завтра без воды идти будут, никто не представлял. Ведь по пути им в тот раз никаких подземных ключей не встречалось.
Быстро разделили остатки припасов между собой. Ольгерд отдал свою порцию мяса подруге. Все сидели, кто где, и устало жевали. За день так устали, что есть не хотелось совсем и приходилось насильно пропихивать в себя еду. Пополнить свои силы всё же было необходимо. За весь день у всех был только короткий завтрак. А завтрашний день предстояло идти и вовсе уже натощак.
Когда, сделав по несколько глотков каждый, передали баклажку воеводе, тот потряс ею и удовлетворённо кивнул.
- На утро ещё по глотку хватит, - сказал воевода и, вдруг, спросил. - Скажи, Ярославна, тот псиглав, который нам на головы прыгнуть хотел... Это же ты его посохом скинула?
- Да, дядька Ратибор, - кивнула девушка.
За всеми этими событиями всё выскочило у неё из памяти. Нападение врагов. Потом долгий бег по подземельям, в надежде уйти от погони. Не удивительно, что Марьяна забыла.
- Ты почувствовала посох? - спросил, сразу встрепенувшийся, волхв.
- Я не знаю, дедушка Велимудр. Я просто почувствовала, как мне обожгло пальцы. От посоха по мне стало разливаться тепло, и я просто махнула им во врага. А его на склон оврага и бросила какая-то сила.
- Какая сила? - спросил волхв.
- Я не видела. Просто махнула, а псиглав и ударился спиной. Но сила не убила его.
- Это мы видели, - кивнул воевода. - А дальше почто не махнула им?
- Я боялась вас всех ненароком задеть. Сила ведь та невидимая.
Воевода кивнул, а волхв, напротив ещё больше оживился.
- Стало быть, Ярославна, - удовлетворённо погладил он свою бороду. - Посох признал тебя.
- Но как это случилось? - спросила Марьяна. - Я ведь ничего не делала. Просто держала его в руках. И ещё, я просто испугалась. Ведь того псиглава никто из вас не видел. Он же из-за края оврага появился.
- Хм. А может в этом всё дело? - сказал волхв. - Ты испугалась, и посох почуял это и проснулся. Всё ж древняя кровь в тебе. Ну-ка дай мне ещё раз этот посох.
Марьяна протянула ему посох. Велимудр снова стал его рассматривать, уже внимательнее пытаясь разобрать письмена, вырезанные на его древке.
- Нет, - пробормотал он, наконец, - Всё одно не могу ничего разобрать. Уж больно древний язык. Некоторые буквицы мне знакомы. Они и в нашем языке есть, но смысл ускользает.
- Я тоже в капище видела письмена, - подтвердила Марьяна. - И некоторые руны мне были знакомы. И имена богов могла прочесть, хотя написано чудно было. Не как мы пишем.
- Вот именно, - кивнул волхв. - Эх, жалею, что в младости не стал древний Азград искать. Не до того было. Вот уж где знаний о древних несметно должно храниться. Может и смог бы сейчас прочесть, что тут написано.
Волхв передал посох княжне. И продолжил.
- У чудского князя тоже, правда, много чего полезного в хранилищах спрятано. Может там и древний язык сыщется. Мрак ведь оттуда свои чёрные знания вынес. Я вот только опасаюсь, что этот чародей, языком древних владеет, и письмена эти прочесть сможет.
- Тогда и вовсе нельзя, чтоб колдун посох сей заполучил, - сказал воевода.
- Но ведь Мрак же не Невр! - воскликнул Ольгерд. - Как посох станет ему подчиняться?
- Не Невр, - подтвердил Велимудр. - Но ведь кровь Невров только в капище дорогу открывала, чтоб посох Инорога забрать из него. Сам-то посох в руки взять, кто угодно может. Я же, вон, держал. Да и ты сможешь, ежели охота есть.
- А как тогда он в руках Марьяшки проснулся? - не унимался молодой витязь. - Это же кровь Невров его пробудила.
- Так-то оно так, - задумчиво проговорил старый мудрец. - Вот только сдаётся мне, что это сам посох почуял древнюю кровь и проснулся. Теперь мы можем применить его в борьбе с чародеем. Но вот, чтобы его подчинить, для этого письмена на нём и вырезаны. Древние ведь такие волшебные вещи не только для себя делали. Но и для других. А как другие будут такими вещами пользоваться, ежели они только на древнюю кровь откликаться станут? Вот для этого и накладывают на них всякие письмена, чтоб, так сказать, у вещей этих свой хозяин был.
- Это как на меч руны наносят? - спросил Ольгерд.
- Верно, - подтвердил волхв. - В руке хозяина меч тот и рубит врага сильнее и не ломается. Но ведь не только в хозяйской руке меч тот и рубит и колет. Может не так хорошо, но ведь и чужого слушает. А ежели чужой те руны прочтёт, то и вовсе хозяином станет. Сколько такого чародейского оружия из рук в руки за все века переходило? Да и не только оружия. Так же и посох. Пока письмена не прочесть, то и подчинить его полностью не удастся.
- Стало быть, беречь сей посох надобно, как зеницу ока, - подвёл черту воевода. - Если он в руки колдуна попадёт, а тот сумеет письмена прочесть, то одолеть мы его тогда вовсе не сможем. Проще сразу самому себя мечом зарубить.
- Может, вообще не стоило его забирать из капища? - спросил Ольгерд.
- Может, и не стоило, - ответил волхв. - Да только я уже говорил, что Мрак всё одно, мог бы его оттуда взять. Только больше хлопот для него было бы. Он решил как проще. А вот сейчас... Кровь ведь не обязательно живая должна быть.
С этими словами Велимудр посмотрел на девушку. Ольгерд тут же обнял её за плечи и прижал к себе.
- Пусть только попробует.
- Вот потому нам и надо торопиться, - сказал волхв. - В жилах князя нашего та же кровь течёт. И думаю я, что колдун уже войско к Китежу ведёт. Отец твой княжна, воин сильный и драться будет до конца, но ведь и Мраку нужна только кровь. А уж живая она или мёртвая, всё одно. К тому ж, боюсь я, колдун уже ведает, что ты взяла посох. Стало быть, отца твоего постарается пленить.
- Зачем отец ему в пленниках?
- А вот за тем, чтобы ты ему сама посох сей, и отдала, Ярославна.
