- Моя мать, женщина хваткая…- думаю, на продаже гуманитарной помощи она неплохо заработала: и бабушке Марии на достойные похороны хватит, и себя она не обидела… Эти деньги для вас, на всякие «пожарные»…- и Агриппа, с облегчением, выдохнула: работу уборщицей, она нашла, но до зарплаты еще дожить нужно…
Похоронили бабушку Глеба рядом со свекровью…- когда уходили с кладбища, дедушка Федор наказал Агриппине и Глебу:
- И меня похороните рядом с женой Марией и матерью моей, когда придет мой час...
Домой Глеб возвращался на автомобиле «Жигули» - это приличное авто он получил авансом: старинный друг деда Федора отдал ему свою машину, чтобы впоследствии, Глеб и Агриппина взяли на себя хлопоты по его похоронам… Одинокий старый друг деда Федора лишился своих близких: его жена умерла от болезни, а, ранее, их сын погиб в аварии…- и сноха, распродав все имущество, уехала с сынишкой на ПМЖ, заграницу. Этот старик пожелал, избежать печальной участи одиноких…: быть захороненным в общей могиле за государственный счет, а «Жигули» все равно заржавели бы в гараже…
Обзаведясь автомобилем, Глеб перестал походить на загнанную лошадь: на своей машине, не торопясь, проще везде поспеть…- и в выходные дни Глеб вывозил своих домочадцев, куда их душеньки желали…
Срок службы Глеба в армии подходил к своему завершению – в госпитале с ним желали подписать контракт, но и в Медицинском институте для Глеба открывались перспективы… На семейном совете мнения Ольги и Кирилла Дмитриевича склонили Глеба к выбору в пользу института…
Заведующая кафедрой… Аглая Викторовна вызвала к себе Глеба…
- Глеб Никитич, вам предоставляется шанс, показать свои знания и возможности в деле… Из Министерства пришло распоряжение – и до завтрашнего утра нашей кафедре необходимо предоставить научную работу листочков этак на 180 – пустяковое дело! И у меня даже некоторые наработки имеются, но мои мысли что-то забуксовали – и никак не получается «связать концы с концами». Вот, прочтите…- и выскажите свои соображения, и свои идеи, по поводу того, как нам выйти из щекотливой ситуации, не потеряв лицо! – Аглая Викторовна положила перед Глебом листы, исписанные ее мелким подчерком.
Глеб углубился в чтение…- временами он делал пометки в своем блокноте…- и в течении полутора часов, план научной работы у него созрел окончательно… Он был так поглощен своим «мозговым штурмом», что даже не замечал, что время от времени, Аглая Викторовна оставляла его, одного, в своем кабинете…
Когда научная работа обрела в его сознании ясные очертания, все свои наметки он предоставил на «суд» Аглаи Викторовны – и она высказалась одобрительно, об идеях Глеба, только вот материала было маловато, для 180 страниц…
- Сейчас мне пришла в голову идея…: как-то, на дежурстве, я прочел статью в журнале «Doйчec эpцтebлaтт» - и опираясь на свой небольшой врачебный опыт, я нашел спорными, доводы немецкого коллеги-врача… По моему суждению, нам стоит увязать статью немца с нашей темой и с нашими аргументами… Что скажите? Только тот журнал, что так сиротливо валялся в ординаторской, я прибрал себе, но он находится у меня дома… Потом, дома у меня есть и компьютер – его подарил моему Никите его прадед, так вот…, у нас вся ночь впереди: чтобы доработать данную работу и напечатать ее…, а в Министерство отправим дискету… - Глеб, выжидательно, посмотрел на Аглаю Викторовну.
- Мне ваши идеи нравятся, только мужа необходимо поставить в известность…- а вы, пока, можете быть свободны…- и Глеб вернулся в аудиторию, к Кириллу Дмитриевичу…
Через полчаса к ним в аудиторию заглянула Аглая Викторовна и она улыбалась…
- Глеб Никитич, муж дал добро…- поспешим в ваш гостеприимный дом!
Дверной звонок зазвонил, как тревожная сирена – и Ольга поспешила открыть входную дверь. На пороге стоял запыхавшийся сын Никита и он был взволнован:
- Мама, наш папа с работы приехал раньше времени – и не один, а с какой-то теткой…
Едва Никита выговорил свое предупреждение, на лестнице показался Глеб, а за ним следовала, начальственного вида, молодая женщина и довольно привлекательной наружности…
- Вот, Аглая Викторовна, на пороге квартиры меня встречают мои домочадцы: жена – Ольга и сын – Никита. Прошу вас, проходите и будьте, как дома… Никита, мы намерены весь вечер и часть ночи поработать на твоем компьютере…- ты, ведь не против? Оля, у нас остались еще замороженные пельмени…- кушать хочется, страсть как…?! - поинтересовался Глеб.
- Нет, пельменей не осталось, но в морозильнике лежат манты и котлеты... – выбирай, что душа пожелает…- ответила мужу Ольга, уязвленная появлением привлекательной незнакомки в ее доме: - Прости…, но ко мне пришли подруги! – из комнаты тут же вышли их бывшие однокурсницы, наперебой, принялись здороваться с Глебом…
Аглая Викторовна была дамой неробкого десятка – и быстро взяла ситуацию в свои руки…
- Глеб Никитич, вы поищите нужный нам журнал, а я, с позволения вашей супруги, похозяйничаю на вашей кухне…
Откушав манты и выпив чаю – Глеб и Аглая Викторовна приступили к главному: утвердили план, которого они были намерены придерживаться, при написания научной работы; обговорили в какой части их работы лучше включить фрагмент, из статьи немецкого коллеги - и свои комментарии, к данной проблеме… Вслед, за тем, Аглая Викторовна углубилась в черновые наработки, чтобы внести оговоренные коррективы, а Глеб сел за компьютер и приступил к печатанию текста страниц, которые не подлежали изменению…
На кровати, напротив своего папы Глеба, молча сидела крошка Ия, в окружении подушек и кукол: как и ее прабабушка Елена, и бабушка Вера, малышка Ия обожала играть с куклами. Время от времени, Аглая Викторовна отрывалась от своих научных изысканий и печально смотрела на прелестную кроху Ию и, про себя, удивлялась благоразумному поведению малышки… Аглая тоже мечтала, заиметь этакую дочку, но не имела такой возможности!
Где-то, часов в девять вечера дверной звонок известил об очередном посетителе – и Аглая Викторовна пошла, открывать дверь: на пороге стоял ее муж – профессор Генрих Арнольдович... Неизвестно, в чем заподозрил Аглаю ее немолодой муж, но без всякого объяснения, высокомерный и бездушный профессор «одарил» супругу болезненной затрещиной… Бог знает, что еще он предпринял бы, но из комнаты вышла Ольга – и надменный профессор, холодно раскланялся с хозяйкой дома…
- Однако, как много на свете мужчин, которые истязают женщин?! - удивилась, увиденному Ольга, но промолчала: ее Глеб и «пальцем не трогает», а другие…, если терпят побои…- это их выбор…
Тем временем, Генрих Арнольдович проследовал в комнату, где Глеб бойко стучал по клавиатуре, набирая текст…- он был так увлечен своим занятием, что и не сразу заметил, присутствие декана факультета в своем жилище…
Между тем, профессор, бегло, осмотрелся вокруг…, поинтересовался: сколько листов Глеб успел перепечатать…
- Работой вы, обеспечены на всю ночь…- переночевать можешь и здесь, Аглая! - и надменный старец, напоследок, прошелся по прочим комнатам…
- Полный набор у этого Глеба: жена, дети…, пожалуй, у Аглаи не будет возможности согрешить…- к такому выводу пришел профессор – и, удовлетворенный увиденным, Генрих Арнольдович удалился: у него-то, как раз и появилась возможность погрешить самому…- с юной студенточкой, которой грозило отчисление…- он позвонил ей и приказал бедняжке, явиться к нему, на квартиру…
Профессор заблуждался, в отношении жены: в три часа ночи Глеб отправил свою начальницу… - поспать, благо, что ее машина дожидалась хозяйку около его подъезда… Аглая села за руль…, но поехала она не к себе домой, а к Кириллу Дмитриевичу – и остаток ночи любовники провели вместе… А, Глеб? Глеб, как истинная «Золушка», все стучал и стучал по клавиатуре компьютера – и к 6 часам утра текст научной работы был напечатан и, затем, скопирован на дискету… После, с чувством выполненного долга, Глеб прилег рядом с дочкой и провалился в беспробудный сон…
В половине восьмого утра в дверь квартиры Глеба позвонил посыльный, присланный из Медицинского института – и, поскольку дискета лежала на столе…- посыльный, в присутствии мальчика Никиты, вставил ее в дисковод, чтобы проверить... Данная научная работа была напечатана, с учетом всех требований… - дискету достали из дисковода, положили в конверт – и посыльный отбыл. Высокое начальство дозволило Глебу Никитичу появиться на работе во второй половине дня – и сын Никита будить отца не стал…
В шесть часов вечера, того же дня, ректор Медицинского института вызвал к себе профессора Генриха Арнольдовича…
- Профессор, я знаю, что вы, намеревались выступить с данной работой на международной конференции - забудьте: я и сам не ведал..., но докладчиком будет кто-то, из министерских… Не огорчайтесь и не возмущайтесь: в конце концов, это, ведь ваша Аглая и Глеб Невзоров не спали ночь, но меньше, чем за сутки сумели сотворить качественную научную работу, с которой не стыдно и перед иностранцами выступить… Вас пошлют читать лекции иностранным студентам, но позднее…- запаситесь терпением! Аглае Викторовне и Глебу Никитичу эта работа пойдет в плюс… Наш институт не ударил в грязь лицом! Все голубчик, и помните: никаких обсуждений случившегося и никаких возмущений…- обо всем, тут же, станет известно наверху! Вам нужны неприятности?! – и ректор, устало, махнул рукой…
Генрих Арнольдович, невозмутимо, выслушал ректора, хотя внутри него бушевала буря: его поставили в очередь, как юнца, но когда она дойдет до него?!! Вновь, может статься…, что Генриху Арнольдовичу перейдет дорогу какой-нибудь молокосос с огромными связями?! Хорошо ректору рассуждать о терпении: ему всего шестьдесят…, а он уже и звание академика получил, а, что делать профессору, которому под семьдесят, но он все еще в профессорах ходит?! Нет у него времени, на стояние в очередях!
Генрих Арнольдович больше не мог, сдерживать свои эмоции…: ему требовалось, незамедлительно снять стресс - и он направился в сторону кабинета Аглаи, чтобы унизить, поколотить свою молодую талантливую жену – и непременно на ее рабочем месте!!! Только таким образом, этот пожилой, но еще довольно крепкий мужчина мог обрести душевное равновесие – у него зудели, чесались кулаки, предвкушая удовольствие, от мук своей жертвы…!
Но, не удалось Генриху Арнольдовичу «отвести душу» на Аглае – не теперь! Вслед за профессором, в кабинет его супруги, вошел вездесущий Глеб Невзоров и протянул ему журнал «Doйчec эpцтebлaтт»: ведь, это издание заинтересовало профессора… Внимание благообразного монстра - Генриха Арнольдовича, моментально переключилось: ему предстояло проявить некоторое усилие, чтобы перевести статью с немецкого… на русский язык…
Аглая возвращалась домой позднее своего супруга – ее терзала тревога и страх: она была уверена, что избиения на сей раз ей избежать не удастся…
Дрожащей рукой, Аглая открыла замок входной двери и перешагнула порог квартиры, словно ступила на территорию пыточной камеры…
- Генрих, вы, успели обговорить с нашим ректором завтрашний прием в мэрии? В наш город прибыл небольшой «десант» зарубежных ученых – и мэр устраивает прием…- мы с тобой приглашены, ректор с супругой и Невзоров, как молодой ученый, подающий надежды, и, тоже с супругой …
Подрастерявший свой злобный пыл, в коридоре возник тот, кого Аглая страстно ненавидела и жутко боялась, а ведь, еще совсем недавно она боготворила и благоговела перед этим «светилом науки» и «образцовым» мужчиной – Генрихом…
- Что тебе еще удалось узнать за те два часа, что ты, провела без меня? – угрожающе, поинтересовался супруг.
- Завтра, и послезавтра, с утра, иностранцы намерены посетить наши лекции: хотят поближе познакомиться, как в провинциальных ВУЗах нашей страны налажено обучение студентов… И, Генрих, ректор просил не говорить тебе эту новость: он сам хотел известить тебя… Короче, в рамках обмена опытом, тебя намерены направить в США на пару месяцев…- это намечено на сентябрь месяц…- увидев тщеславное самодовольство на лице мужа, Аглая посмела понадеяться, что ее линчевание откладывается, на время…
Во времена СССР Генрих Арнольдович находился в числе постоянных приглашенных на все значимые городские мероприятия, устраиваемые обкомом партии. Но страна переменилась, и правители поменялись – ныне, профессор не ведал, как открывается входная дверь мэрии: туда его не звали…
Смутные времена порождают чудные нравы – если некогда ученые были в большом почете у прежней власти, ныне, все наоборот: необязательным стало быть образованным, если ты, умеешь делать деньги – и неважно, каким образом! Образование, в целом, нынче обесценилось: зачем пять лет корпеть над учебниками, если имеется возможность, купить в подземном переходе диплом любого ВУЗа?! Молодежь не стремится к знаниям еще и потому, что в наше время диплом не гарантирует работы по специальности и достойной оплаты труда. Вот, в их Медицинском институте, совсем недавно, обучали: готовили студентов к благородной миссии врача…- ныне, преподавательско-профессорский состав оказывает студентам, лишь, образовательные услуги!!! Это равносильно тому, как тривиальная парикмахерша или бармен, так и профессор Генрих Арнольдович, нынче не взращивает высококлассных специалистов…- их всех уравняли и все заняты оказанием услуг! Сообразно, упал престиж педагогов…- и, как следствие, мизерной стала, и заработная плата... Вузовские умники быстро сориентировались: услуги, так услуги – и стали брать деньги со студентов, к примеру, за отметки, которые те хотели бы получить на экзаменах! Выживать институтским преподавателям как-то надо?!!! Почему бы и не заняться продажей оценок, раз жизнь так сложилась: кто, что имеет, то и продает, если еще и спрос на «товар» имеется…?!!!
Но, все подвержено переменам - еще философы древности подметили, что в мире подлунном нет ничего постоянного!!! Вот, и в жизни Генриха Арнольдовича произошло долгожданное диво – и завтрашним вечером он, профессор Генрих Арнольдович перешагнет порог запретной территории… В данный момент, он испытал чувство истинного триумфа! О заграничной командировке, в сентябре, Генрих Арнольдович решил, пока, не думать, чтобы не сглазить…! Не сказав Аглае больше ни слова, ее Генрих удалился в свой кабинет – и до утра, она его не видела, чему Аглая была, чрезвычайно, рада!
Замуж выйти…- не напасть?
Аглая уродилась красавицей, унаследовав внешнюю красу от своей матери Валерии – и, казалось бы, ее отец должен был любить свою малышку-дочь, насколько сильно любил и жену, но, как ни старалась подрастающая девочка, все же не находила у отца одобрения, участия и нежности… Малышка, сперва, не унывала: если отец не обращает на нее внимания, Аглая сама заползала в его кабинет и сидела там тихой мышкой, но, едва Виктор Анисимович обнаруживал присутствие дочери, моментально, раздражался:
- Нюша, вам за, что деньги платят? Почему вы, плохо следите за ребенком? – отец сурово отчитывал няню Аглаи - и та стала присматривать, чтобы ее подопечная кроха не проникала туда, куда не следовало.
Со временем, Аглая нашла объяснение сухости матери, по отношению к ней: она предположила, что для Валерии,
***
Похоронили бабушку Глеба рядом со свекровью…- когда уходили с кладбища, дедушка Федор наказал Агриппине и Глебу:
- И меня похороните рядом с женой Марией и матерью моей, когда придет мой час...
***
Домой Глеб возвращался на автомобиле «Жигули» - это приличное авто он получил авансом: старинный друг деда Федора отдал ему свою машину, чтобы впоследствии, Глеб и Агриппина взяли на себя хлопоты по его похоронам… Одинокий старый друг деда Федора лишился своих близких: его жена умерла от болезни, а, ранее, их сын погиб в аварии…- и сноха, распродав все имущество, уехала с сынишкой на ПМЖ, заграницу. Этот старик пожелал, избежать печальной участи одиноких…: быть захороненным в общей могиле за государственный счет, а «Жигули» все равно заржавели бы в гараже…
***
Обзаведясь автомобилем, Глеб перестал походить на загнанную лошадь: на своей машине, не торопясь, проще везде поспеть…- и в выходные дни Глеб вывозил своих домочадцев, куда их душеньки желали…
***
Срок службы Глеба в армии подходил к своему завершению – в госпитале с ним желали подписать контракт, но и в Медицинском институте для Глеба открывались перспективы… На семейном совете мнения Ольги и Кирилла Дмитриевича склонили Глеба к выбору в пользу института…
***
Заведующая кафедрой… Аглая Викторовна вызвала к себе Глеба…
- Глеб Никитич, вам предоставляется шанс, показать свои знания и возможности в деле… Из Министерства пришло распоряжение – и до завтрашнего утра нашей кафедре необходимо предоставить научную работу листочков этак на 180 – пустяковое дело! И у меня даже некоторые наработки имеются, но мои мысли что-то забуксовали – и никак не получается «связать концы с концами». Вот, прочтите…- и выскажите свои соображения, и свои идеи, по поводу того, как нам выйти из щекотливой ситуации, не потеряв лицо! – Аглая Викторовна положила перед Глебом листы, исписанные ее мелким подчерком.
***
Глеб углубился в чтение…- временами он делал пометки в своем блокноте…- и в течении полутора часов, план научной работы у него созрел окончательно… Он был так поглощен своим «мозговым штурмом», что даже не замечал, что время от времени, Аглая Викторовна оставляла его, одного, в своем кабинете…
Когда научная работа обрела в его сознании ясные очертания, все свои наметки он предоставил на «суд» Аглаи Викторовны – и она высказалась одобрительно, об идеях Глеба, только вот материала было маловато, для 180 страниц…
- Сейчас мне пришла в голову идея…: как-то, на дежурстве, я прочел статью в журнале «Doйчec эpцтebлaтт» - и опираясь на свой небольшой врачебный опыт, я нашел спорными, доводы немецкого коллеги-врача… По моему суждению, нам стоит увязать статью немца с нашей темой и с нашими аргументами… Что скажите? Только тот журнал, что так сиротливо валялся в ординаторской, я прибрал себе, но он находится у меня дома… Потом, дома у меня есть и компьютер – его подарил моему Никите его прадед, так вот…, у нас вся ночь впереди: чтобы доработать данную работу и напечатать ее…, а в Министерство отправим дискету… - Глеб, выжидательно, посмотрел на Аглаю Викторовну.
- Мне ваши идеи нравятся, только мужа необходимо поставить в известность…- а вы, пока, можете быть свободны…- и Глеб вернулся в аудиторию, к Кириллу Дмитриевичу…
***
Через полчаса к ним в аудиторию заглянула Аглая Викторовна и она улыбалась…
- Глеб Никитич, муж дал добро…- поспешим в ваш гостеприимный дом!
***
Дверной звонок зазвонил, как тревожная сирена – и Ольга поспешила открыть входную дверь. На пороге стоял запыхавшийся сын Никита и он был взволнован:
- Мама, наш папа с работы приехал раньше времени – и не один, а с какой-то теткой…
Едва Никита выговорил свое предупреждение, на лестнице показался Глеб, а за ним следовала, начальственного вида, молодая женщина и довольно привлекательной наружности…
- Вот, Аглая Викторовна, на пороге квартиры меня встречают мои домочадцы: жена – Ольга и сын – Никита. Прошу вас, проходите и будьте, как дома… Никита, мы намерены весь вечер и часть ночи поработать на твоем компьютере…- ты, ведь не против? Оля, у нас остались еще замороженные пельмени…- кушать хочется, страсть как…?! - поинтересовался Глеб.
- Нет, пельменей не осталось, но в морозильнике лежат манты и котлеты... – выбирай, что душа пожелает…- ответила мужу Ольга, уязвленная появлением привлекательной незнакомки в ее доме: - Прости…, но ко мне пришли подруги! – из комнаты тут же вышли их бывшие однокурсницы, наперебой, принялись здороваться с Глебом…
Аглая Викторовна была дамой неробкого десятка – и быстро взяла ситуацию в свои руки…
- Глеб Никитич, вы поищите нужный нам журнал, а я, с позволения вашей супруги, похозяйничаю на вашей кухне…
***
Откушав манты и выпив чаю – Глеб и Аглая Викторовна приступили к главному: утвердили план, которого они были намерены придерживаться, при написания научной работы; обговорили в какой части их работы лучше включить фрагмент, из статьи немецкого коллеги - и свои комментарии, к данной проблеме… Вслед, за тем, Аглая Викторовна углубилась в черновые наработки, чтобы внести оговоренные коррективы, а Глеб сел за компьютер и приступил к печатанию текста страниц, которые не подлежали изменению…
***
На кровати, напротив своего папы Глеба, молча сидела крошка Ия, в окружении подушек и кукол: как и ее прабабушка Елена, и бабушка Вера, малышка Ия обожала играть с куклами. Время от времени, Аглая Викторовна отрывалась от своих научных изысканий и печально смотрела на прелестную кроху Ию и, про себя, удивлялась благоразумному поведению малышки… Аглая тоже мечтала, заиметь этакую дочку, но не имела такой возможности!
Где-то, часов в девять вечера дверной звонок известил об очередном посетителе – и Аглая Викторовна пошла, открывать дверь: на пороге стоял ее муж – профессор Генрих Арнольдович... Неизвестно, в чем заподозрил Аглаю ее немолодой муж, но без всякого объяснения, высокомерный и бездушный профессор «одарил» супругу болезненной затрещиной… Бог знает, что еще он предпринял бы, но из комнаты вышла Ольга – и надменный профессор, холодно раскланялся с хозяйкой дома…
- Однако, как много на свете мужчин, которые истязают женщин?! - удивилась, увиденному Ольга, но промолчала: ее Глеб и «пальцем не трогает», а другие…, если терпят побои…- это их выбор…
Тем временем, Генрих Арнольдович проследовал в комнату, где Глеб бойко стучал по клавиатуре, набирая текст…- он был так увлечен своим занятием, что и не сразу заметил, присутствие декана факультета в своем жилище…
Между тем, профессор, бегло, осмотрелся вокруг…, поинтересовался: сколько листов Глеб успел перепечатать…
- Работой вы, обеспечены на всю ночь…- переночевать можешь и здесь, Аглая! - и надменный старец, напоследок, прошелся по прочим комнатам…
- Полный набор у этого Глеба: жена, дети…, пожалуй, у Аглаи не будет возможности согрешить…- к такому выводу пришел профессор – и, удовлетворенный увиденным, Генрих Арнольдович удалился: у него-то, как раз и появилась возможность погрешить самому…- с юной студенточкой, которой грозило отчисление…- он позвонил ей и приказал бедняжке, явиться к нему, на квартиру…
Профессор заблуждался, в отношении жены: в три часа ночи Глеб отправил свою начальницу… - поспать, благо, что ее машина дожидалась хозяйку около его подъезда… Аглая села за руль…, но поехала она не к себе домой, а к Кириллу Дмитриевичу – и остаток ночи любовники провели вместе… А, Глеб? Глеб, как истинная «Золушка», все стучал и стучал по клавиатуре компьютера – и к 6 часам утра текст научной работы был напечатан и, затем, скопирован на дискету… После, с чувством выполненного долга, Глеб прилег рядом с дочкой и провалился в беспробудный сон…
В половине восьмого утра в дверь квартиры Глеба позвонил посыльный, присланный из Медицинского института – и, поскольку дискета лежала на столе…- посыльный, в присутствии мальчика Никиты, вставил ее в дисковод, чтобы проверить... Данная научная работа была напечатана, с учетом всех требований… - дискету достали из дисковода, положили в конверт – и посыльный отбыл. Высокое начальство дозволило Глебу Никитичу появиться на работе во второй половине дня – и сын Никита будить отца не стал…
***
В шесть часов вечера, того же дня, ректор Медицинского института вызвал к себе профессора Генриха Арнольдовича…
- Профессор, я знаю, что вы, намеревались выступить с данной работой на международной конференции - забудьте: я и сам не ведал..., но докладчиком будет кто-то, из министерских… Не огорчайтесь и не возмущайтесь: в конце концов, это, ведь ваша Аглая и Глеб Невзоров не спали ночь, но меньше, чем за сутки сумели сотворить качественную научную работу, с которой не стыдно и перед иностранцами выступить… Вас пошлют читать лекции иностранным студентам, но позднее…- запаситесь терпением! Аглае Викторовне и Глебу Никитичу эта работа пойдет в плюс… Наш институт не ударил в грязь лицом! Все голубчик, и помните: никаких обсуждений случившегося и никаких возмущений…- обо всем, тут же, станет известно наверху! Вам нужны неприятности?! – и ректор, устало, махнул рукой…
Генрих Арнольдович, невозмутимо, выслушал ректора, хотя внутри него бушевала буря: его поставили в очередь, как юнца, но когда она дойдет до него?!! Вновь, может статься…, что Генриху Арнольдовичу перейдет дорогу какой-нибудь молокосос с огромными связями?! Хорошо ректору рассуждать о терпении: ему всего шестьдесят…, а он уже и звание академика получил, а, что делать профессору, которому под семьдесят, но он все еще в профессорах ходит?! Нет у него времени, на стояние в очередях!
Генрих Арнольдович больше не мог, сдерживать свои эмоции…: ему требовалось, незамедлительно снять стресс - и он направился в сторону кабинета Аглаи, чтобы унизить, поколотить свою молодую талантливую жену – и непременно на ее рабочем месте!!! Только таким образом, этот пожилой, но еще довольно крепкий мужчина мог обрести душевное равновесие – у него зудели, чесались кулаки, предвкушая удовольствие, от мук своей жертвы…!
Но, не удалось Генриху Арнольдовичу «отвести душу» на Аглае – не теперь! Вслед за профессором, в кабинет его супруги, вошел вездесущий Глеб Невзоров и протянул ему журнал «Doйчec эpцтebлaтт»: ведь, это издание заинтересовало профессора… Внимание благообразного монстра - Генриха Арнольдовича, моментально переключилось: ему предстояло проявить некоторое усилие, чтобы перевести статью с немецкого… на русский язык…
***
Аглая возвращалась домой позднее своего супруга – ее терзала тревога и страх: она была уверена, что избиения на сей раз ей избежать не удастся…
Дрожащей рукой, Аглая открыла замок входной двери и перешагнула порог квартиры, словно ступила на территорию пыточной камеры…
- Генрих, вы, успели обговорить с нашим ректором завтрашний прием в мэрии? В наш город прибыл небольшой «десант» зарубежных ученых – и мэр устраивает прием…- мы с тобой приглашены, ректор с супругой и Невзоров, как молодой ученый, подающий надежды, и, тоже с супругой …
Подрастерявший свой злобный пыл, в коридоре возник тот, кого Аглая страстно ненавидела и жутко боялась, а ведь, еще совсем недавно она боготворила и благоговела перед этим «светилом науки» и «образцовым» мужчиной – Генрихом…
- Что тебе еще удалось узнать за те два часа, что ты, провела без меня? – угрожающе, поинтересовался супруг.
- Завтра, и послезавтра, с утра, иностранцы намерены посетить наши лекции: хотят поближе познакомиться, как в провинциальных ВУЗах нашей страны налажено обучение студентов… И, Генрих, ректор просил не говорить тебе эту новость: он сам хотел известить тебя… Короче, в рамках обмена опытом, тебя намерены направить в США на пару месяцев…- это намечено на сентябрь месяц…- увидев тщеславное самодовольство на лице мужа, Аглая посмела понадеяться, что ее линчевание откладывается, на время…
***
Во времена СССР Генрих Арнольдович находился в числе постоянных приглашенных на все значимые городские мероприятия, устраиваемые обкомом партии. Но страна переменилась, и правители поменялись – ныне, профессор не ведал, как открывается входная дверь мэрии: туда его не звали…
***
Смутные времена порождают чудные нравы – если некогда ученые были в большом почете у прежней власти, ныне, все наоборот: необязательным стало быть образованным, если ты, умеешь делать деньги – и неважно, каким образом! Образование, в целом, нынче обесценилось: зачем пять лет корпеть над учебниками, если имеется возможность, купить в подземном переходе диплом любого ВУЗа?! Молодежь не стремится к знаниям еще и потому, что в наше время диплом не гарантирует работы по специальности и достойной оплаты труда. Вот, в их Медицинском институте, совсем недавно, обучали: готовили студентов к благородной миссии врача…- ныне, преподавательско-профессорский состав оказывает студентам, лишь, образовательные услуги!!! Это равносильно тому, как тривиальная парикмахерша или бармен, так и профессор Генрих Арнольдович, нынче не взращивает высококлассных специалистов…- их всех уравняли и все заняты оказанием услуг! Сообразно, упал престиж педагогов…- и, как следствие, мизерной стала, и заработная плата... Вузовские умники быстро сориентировались: услуги, так услуги – и стали брать деньги со студентов, к примеру, за отметки, которые те хотели бы получить на экзаменах! Выживать институтским преподавателям как-то надо?!!! Почему бы и не заняться продажей оценок, раз жизнь так сложилась: кто, что имеет, то и продает, если еще и спрос на «товар» имеется…?!!!
Но, все подвержено переменам - еще философы древности подметили, что в мире подлунном нет ничего постоянного!!! Вот, и в жизни Генриха Арнольдовича произошло долгожданное диво – и завтрашним вечером он, профессор Генрих Арнольдович перешагнет порог запретной территории… В данный момент, он испытал чувство истинного триумфа! О заграничной командировке, в сентябре, Генрих Арнольдович решил, пока, не думать, чтобы не сглазить…! Не сказав Аглае больше ни слова, ее Генрих удалился в свой кабинет – и до утра, она его не видела, чему Аглая была, чрезвычайно, рада!
Замуж выйти…- не напасть?
Аглая уродилась красавицей, унаследовав внешнюю красу от своей матери Валерии – и, казалось бы, ее отец должен был любить свою малышку-дочь, насколько сильно любил и жену, но, как ни старалась подрастающая девочка, все же не находила у отца одобрения, участия и нежности… Малышка, сперва, не унывала: если отец не обращает на нее внимания, Аглая сама заползала в его кабинет и сидела там тихой мышкой, но, едва Виктор Анисимович обнаруживал присутствие дочери, моментально, раздражался:
- Нюша, вам за, что деньги платят? Почему вы, плохо следите за ребенком? – отец сурово отчитывал няню Аглаи - и та стала присматривать, чтобы ее подопечная кроха не проникала туда, куда не следовало.
***
Со временем, Аглая нашла объяснение сухости матери, по отношению к ней: она предположила, что для Валерии,
